Реквием для принцессы


  Реквием для принцессы

© Андрей Щербак-Жуков


                    (сценарий документального фильма)


     Через длинную трубу перехода метро идут люди  —  сплошной  монотонный поток. Слышен громкий шорох шагов, инвалид играет на аккордеоне вальс «На сопках Маньчжурии» при этом невыносимо фальшивит. У  стен  стоят  торговцы книгами и газетами,  тянутся  длинные  рядки  печатной  продукции.  Книги, книги, книги...


                                 ЭПИГРАФ


     А.Силецкий читает стихи:

     — Это классическая японская поэтическая форма — хайкку — трехстишье.

                               Была гроза,

                               Брела коза —

                               Куда глаза...

     Стоп-кадр — А.Силецкий замирает, разведя руки в разные стороны


                    1. О ВРЕМЕНИ, КОТОРОГО НЕ БЫЛО...


     А.Силецкий рассказывает о себе. Это  обаятельный,  несколько  полный, улыбчивый человек с черной бородой, он рассказывает живо, с юмором:

     — Фантастика в привычном ее понимании — то есть, научная фантастика — существовавшая в то время, меня интересовала до четырнадцати лет. А в 61-м году я прочитал в «Литературке» рассказ Брэдбери «Пешеход» и  опупел...  Я понял, что, оказывается, писать можно еще и так,  что  необязательно  быть Казанцевым  в  литературе  —  можно  быть  Толстым  в   фантастике!   Это, собственно, меня впоследствии и сгубило...

     На экране поощрительные грамоты за участие в  международном  конкурсе писателей-фантастов, они датированы 61-м и 62-м годами.  Разворот  журнала «Юный техник» за 63 год с рассказом  А.Силецкого,  в  аннотации  написано:

«...ученик  десятого  класса  Саша   Силецкий».   За   кадром   А.Силецкий рассказывает о своем участии в международном конкурсе, первых публикациях, поступлении в ВГИК...»

     — Кстати, Саша  Силецкий  оказался  первым  фантастом сразу в двух институтах: в литературном и во ВГИКе. Я сдавал сразу и туда, и туда, и поступил, но потом выбрал ВГИК...

     На экране страницы  пожелтевших  газет с дискуссией о фантастике, заголовок: ЗОЛУШКА ИЛИ ПРИНЦЕССА?

     Рассказывает Нина Матвеевна Беркова:

     В шестидесятые годы на страницах газет развернулась дискуссия, что есть фантастика: золушка или все-таки  принцесса — то есть, настоящая литература, или литература второго сорта, так сказать падчерица...

     ВОПРОС: А печатали вас тогда часто?

     А.Силецкий: Несколько рассказов вышло в  60-е  годы, чуть  меньше в 70-е.Тогда вообще стали меньше печатать фантастики.

     Рассказывает Кир Булычев:

     — Когда назначили нового редактора, мы пошли с ним познакомиться и, кроме всего прочего, спросили, как он относится к философской  фантастике, а он ответил: «Философская фантастика бывает двух типов: место одному в мусорной корзине, место другому — в КГБ».

     Снова разговор с А.Силецким.

     ВОПРОС: А когда началась перестройка, у вас появилась надежда?

     А.Силецкий:  Сначала  появилась. Тогда у всех появилась какая-то надежда. Стали  появляться кооперативные издательства, активизироваться любители фантастики...

     На экране любительские фотографии: веселые люди о чем-то спорят на берегу моря. Титры: НОВОМИХАЙЛОВКА-87. За кадром звучит песня под гитару на мотив из передачи «В гостях у сказки»:

                   Демократизация нашего строя

                   Всем народам мира, как ориентир —

                   Мы уже без пропуска и конвоя

                   Можем не на долго выходить в сортир...

    На последнем аккорде — затемнение.


2. О ВРЕМЕНИ, КОТОРОГО НЕ БУДЕТ...


     А.Силецкий рассказывает афоризм:

     — Рубль — это не деньги, это сто маленьких копеек.

     И снова переход метро, снова фальшивящий звук аккордеона, снова лотки с книгами  и  газетами. Вперемешку с жвачкой и зажигалками, с полупорнографическими буклетами  лежат книги зарубежной фантастики: Г.Гаррисон, Э.Нортон, М,Муркок...

     Говорит А.Силецкий:

     — В Америке ведь не было этой дискуссии: Принцесса или  Золушка. Там фантастика, конечно же, Золушка! Это, безусловно, литература низшего сорта, о ней никто и не  говорит  всерьез... Это у нас любую странную литературу выдавали за фантастику:  Брэдбери  перевели —  фантастика, Воннегут — фантастика, Маркес, Гессе — тоже фантастика... Пристли и Сароян попали в Библиотеку фантастики. А за рубежом  их  за  фантастов никто не считает, они даже не получили ни одной премии по фантастике. Гессе получил нобелевку, Брэдбери — две  премии  О'Генри  и  ни  разу ни  «Хьюго»,  ни

«Небьюлу»...  Поэтому у нас всегда к фантастике относились, как  к литературе, а теперь их отношение переносится к нам. К тому же переводы, как правило, отвратительные — профессионалам платить не хотят, поймают какого-нибудь  мальчика, он переведет за   бесценок, потом редактор пригладит, чтобы уж явных безграмотностей не было, и в  печать, а то и просто возьмут самиздат старый — и печатают. А потом все читают, и думают, что писать можно плохо... Что вся фантастика — это посредственность. Да,

это фантастика, но это не литература...

     ВОПРОС: — А у вас сейчас есть надежда на публикацию?

     А.Силецкий: —  Вряд  ли...  В журналах время от времени рассказы выходят, а как быть с  повестями, романами? У меня уже больше сорока авторских листов напечатано в разных журналах, газетах, сборниках, а собрать все в одну книжку не могу.

     ВОПРОС: — А чем вы сейчас занимаетесь?

     А.Силецкий: — Редактирую в основном, сотрудничаю с «Эриданом», они затеяли четырехтомник Говарда про Конана-варвара и восьмитомник Муркока...

     Старые фотографии напоминают времена, когда мы верили в лучшее, когда думали, что тоталитарный режим — самый большой враг литературы. Звучит песня, написанная в середине 70-х  годов на мотив А.Галича. На экране появляются книги в безвкусных обложках, с пошлыми названиями:  «Похождение космической проститутки», «Террорист СПИДа», «Постель дьявола искусителя», «Бойня», «Вампиры с преисподней» и т.д. А  рядом — эротические газетки, значки, пиво... Мы не знали, что с литературой делают деньги...

                   В двухтысяча семьдесят третьем году

                   Я вечером в библиотеку зайду,

                   Фантастов спрошу, и услышу в ответ:

                   Шамшурина нет и Деспиллера нет,

                   На Вэ.Щербакова отсутствует спрос,

                   Казанцев загнил, паутиной оброс,

                   Медведева в макулатуру отдали,

                   А книги Немцова отыщем едва ли.

                   А как же Стругацкие? В светлой дали

                   Ужель и они утонули в пыли?

                   Старик книгочей, орденаст и мордаст,

                   С улыбкой мне «Пепел Бикини» подаст.

                   А где ж остальные? — Пожалуйте, сэр,

                   Вот пепел «Стажеров», изящен и сер,

                   Руины «Отеля», следы «Пикника»

                   Хранятся вот там — не убрали пока.

                   А что же со «Сказкой о тройке»?! — ору.

                   А ею в подвале заткнули дыру!


                   В двухтысяча семьдесят третьем году

                   Я как-то под вечер в контору зайду.

                   Про клубы спрошу и услышу в ответ:

                   Что Рижского нет и Московского нет,

                   Ростовского, Львовского, Каннского,

                   Ни Пермского, ни Абаканского,

                   Калужского, Омского, Томского,

                   Саратовского и Бостонского...

                   С гордостью мне сообщит старшина,

                   В Свердловске в апреле теперь тишина,

                   А приз «Аэлита» сожжен и забыт —

                   Не нужно народу таких «Аэлит»...


     Рубли и мелкие монеты — словно, подаяние, брошенное нищему в шапку — падают на книги и газеты. Денег все больше — книг уже совсем не видно...

     А.Силецкий читает стихи:

                   Прелестной мордашкой об землю она

                   Ударилась, вскрикнув отчаянно,

                   Так знайте: нормальной она рождена,

                   А дурочкой стала нечаянно...


     P.S. Выпускник режиссерского факультета Дмитрий Гусев в 1973 году снял фильм по рассказу Рэя Брэдбери; автор сценария — Александр Силецкий.

     1970, фильм по мотивам  рассказа Ф.Дюрренматта «Ночной  визит»  или

«Ночной гость»; А.Силецкий — в главной роли.

     Полнометражные сценарии А.Силецкого:

     1970 «Шизоид»

     1972 «Фома Фомич»

     1973 «Семь лишних дней» (диплом).


⇑ Наверх