Сначала этот рассказ показался мне одним из лучших в сборнике "Прощай, кукушка!" - действительно страшный, а главное: необычный. Без всякой нечисти, без живых мертвецов и прочего фольклора. "Анонимные ролики - вот это находка!" - думала я. А теперь я прочитала "Распознавание образов" Уильяма Гибсона, и мне стало понятно, откуда у сюжета растут "уши". Не могу не заметить, что первоэлемент - странные кинофрагменты - у англосакса развивается в детектив, в захватывающую, игру, пусть даже опасную. А русский, начиная от того же компонента, пишет жутик, наводящий глухую, слепую и немую - невнятную - тоску. До чего русские ни дотронутся - все у них недотыкомка какая-то выходит, и ничего больше.

В отличие от «Орфографии» хороший энергичный слог. Читается с интересом, но нет никакой фантастики. Метафизика с душком. Новые люди - диверсанты, убийцы, шпионы.

Что может получится из избитых, искалеченных людей? Такие вот спасители Отечества!

Действительно не рыба не мясо. Многословно, затянуто. Иногда интересно. Поэтому 7.

Отличная, чистая художественная проза с минимальным элементом фантастики, и в то же время - "ужастик", нагоняющий сюрреальный ужас не хуже Кинга. И главное - такая незатейливая, простая и так трудно прививающаяся у нас мысль: "Искать оправдание злу - безумие и гибель".

Только сейчас заметил, как роман Д.Быкова "Орфография" в чем-то схож со знаменитой эпопеей Максима Горького "Жизнь Клима Самгина".

То же густое переплетение действующих лиц, неожиданно возникающих, говорящих фразы и пропадающих куда-то надолго; те же неожиданные встречи знакомых в густой жизненной круговерти, те же внезапные, мелькающие пейзажные зарисовки для обозначения места действия и характеристики морального состояния героя.

И главный герой - мятущийся, чувствующий гниение и упадок старой эпохи и подход эпохи новой, еще невиданной, нераспознанной... Герой - пытающийся найти свое место в жизни, свою идею, свой моральный жизненный стержень.

Только у Максима Горького все значительно глубже. Больше философских изысканий, отсылок к Библии, к мировой философской и художественной литературе, к теоретикам народничества, социал-демократии, марксизма. Клим Самгин видит вокруг себя чаще всего людей мелких, себялюбивых, ничтожных, малодушных и редко когда достойных. Как и Н.Гоголь, М.Горький рисует Россию тех лет, исполненную "рож и харь"(выражение Н.Бердяева).

Дмитрий Быков рисует и тех и других. Он идеализирует представителей старой, уходящей в небытие, обреченной интеллигенции. Именно их и защищал Горький от расстрела в своем письме к В.Ленину. С другой стороны Быков не жалеет сатирических красок для тех, кто принял новую власть - советскую.

Горький блестяще в своей эпопее о Самгине обрисовал эпоху рубежа веков.

Быков попытался это сделать с эпохой 1917-1919 годов. Что-то у него получилось, что-то нет.

Исследование людей советской эпохи будет продолжено в "Остромове" и "Оправдании".

Эта статья — предисловие к современному изданию "Больших пожаров". Написанная остроумно и местами даже едко, она дает читателю все необходимое, чтобы воспринимать роман не просто как текст, а как удивительный документ литературной эпохи. Статья интересна и отдельно от романа, хотя, прочитав ее, хочется прочесть и "Большие пожары", сравнить свои впечатления с наблюдениями Быкова, оценить самому. В целом это не просто анализ "Больших пожаров", а шире — анализ жанра "коллективного романа" в советской/русской литературе, так что филологам и культурологам будет особенно полезно ознакомиться.

"Единственное прибежище для всех, кому жизни нет" (с).

Так определяет писательское творчество Дмитрий Быков в своей книге "Последнее время". книжка получилась у Быкова насыщенная, в ней собраны стихи, написанные за несколько десятилетий. Стихи разные, но все их объединяет тема нашей общей неприкаянности, попытка найти своё счастье и понимание того, что "счастья не будет":

Век наш вошел в колею, равнодушный к расчетам.

Мы-то не станем просить послаблений,— а что там

Бьется, трепещет, не зная, не видя предела,—

Страх ли, надежда ли,— наше интимное дело.

Щебень щебечет, и чавкает грязь под стопою.

Чет или нечет — не нам обижаться с тобою.

Желтый трамвай дребезжанием улицу будит.

Пахнет весной, мое солнышко. Счастья не будет.

Вот так нежно и просто: не будет счастья, будет многое: радость, весна, любовь, но не счастье. Это спокойное осознание даже пугает немножко, потому что слишком похоже на правду. Может быть, приходит такое последнее для тебя время и ты осознаёшь это. Только бы подольше не приходило!

В художественном пространстве Быкова эпохи "последних времён" нет счастья, но есть любовь. Настоящая, огромная, простая и связующая все ниточки в мире. она тот волосок, на котором держится для поэта мир:

Любовь не девается никуда, а только меняет знак,

Делаясь суммой гнева, стыда и мысли, что ты слизняк.

Любовь, которой не повезло, ставит мир на попа,

Развоплощаясь в слепое зло (так как любовь слепа).

Я полагаю, что, нас любя, как пасечник любит пчел,

Бог недостаточной для себя нашу взаимность счел,—

Отсюда войны, битье под дых, склока, резня и дым:

Беда лишь в том, что любит одних, а палит по другим.

В этих стихах и Бог, и Гумилёв, и поэт, и возлюбленная - всё подчиняется любви, всё страдает и мечется. И вновь нет выхода, вновь проблема счастья (любящий жаждет разделить это чувство со своей единственной, но этого не дано, поэтому любовь превращается в мУку).

Эта книга - раздумье поэта о своём месте в жизни, это горькое понимание несовершенства не только мира, но и своего творчества:

У меня насчет моего таланта иллюзий нет.

В нашем деле и так избыток зазнаек.

Я поэт, но на фоне Блока я не поэт.

Я прозаик, но кто сейчас не прозаик?

А вообще, неблагодарное это дело поэтические сборники пересказывать: их надо читать!

Очередная книга стихов Быкова. Я, если вижу поэтический сборник этого автора, рука сама тянется взять и обязательно унести с собой, хотя стихотворения, конечно, во многом повторяются, но... И обложка мне нравится, эта железная дорога, уходящая вдаль - символ вечного пути-блуждания российского. Очередное хождение за правдой, попытка понять, в чем оно, счастье народа, поэта, человека... Да и будет ли оно?

Музыка, складывай ноты, захлопывай папку,

Прячь свою скрипку, в прихожей разыскивай шляпку.

Ветер по лужам бежит и апрельскую крутит

Пыль по асфальту подсохшему. Счастья не будет.

Счастья не будет. Винить никого не пристало:

Влажная глина застыла и формою стала,

Стебель твердеет, стволом становясь лучевидным -

Нам ли с тобой ужасаться вещам очевидным?

И стихи, которые открывают сборник люблю особенно, потому что они о жизни и литературе. Они противоречат друг другу, с одной стороны, но лирический герой-то один, и позиция его неизменна, поэтому "жизнь выше литературы", но именно литература "единственное прибежище для тех, кому жизни нет", а это даёт уверенность, что надо делать что-нибудь ещё, "кроме жизни", а не удовольствоваться "роеньем бактерий". Да, такой вот "недовольный" жизнью превращается в мост между двумя берегами:

На одном берегу сочиняют стихи,

По заоблачным высям витают,

На другом берегу совершают грехи

И почти ничего не читают.

На другом берегу зашибают деньгу

И бахвалятся друг перед другом,

И поют, и кричат… а на том берегу

Наблюдают с брезгливым испугом.

Я стою, упираясь руками в бока,

В берега упираясь ногами,

Я стою. Берега разделяет река,

Я как мост меж ее берегами.

Я как мост меж двумя берегами врагов

И не знаю труда окаянней.

Я считаю, что нет никаких берегов,

А один островок в океане.

В книге много всего: прощание с молодостью, стихи о любви, баллады, стихи о литературе и жизни, стихи о себе, непоэте, непрозаике, несчастном, нелюбимом, не знающем жизни, требующим мщения за обиду... Он разный: тонкий и грубый, смеющийся и страдающий. И всего через край! Такого и люблю!

С какой-то виноватостью усталой

Я все свои грехи переберу.

Я не умру от скромности, пожалуй.

От сдержанности — тоже не умру.

Я также не замалчиваю факта,

Что трезвым не останусь на пиру.

Еще я не умру от чувства такта.

От вежливости &md...]]> response Sun, 04 Mar 2012 23:34:24 +0300 http://fantlab.ru/work285820#response197019 Lena_Ka http://fantlab.ru/work21525#response193506 отзыв написала tarasovich09 31 января 2012 г. в 22:22

Наконец-то мы имеем возможность почитать подлинный роман, во всем его блеске и широте, в толстовском понимании этого слова (ведь великий философ Н.Бердяев считал именно романы Льва Толстого лучшими в европейской литературе).

Роман Дмитрия Быкова широк по численности действующих лиц, он многогранно и своеобразно преподносит раннесоветскую эпоху, он эпичен, сатиричен, он авантюрен, он стилистически безупречен и на фоне блеклой современной литературы это удивляет и поражает. Как живые перед нами предстают прозаики, художники, поэты той эпохи. В собравшейся Коммуне представлены носители разных политических взглядов и мнений. Д.Быков много и красочно описывает их споры, переживания, надежды и сомнения. Параллельным сюжетом является история писателя и журналиста Ятя(Ирецкого), приехавшего в Гурзуф. Очень интересны те главы, в которых показан калейдоскоп меняющихся в Крыму властей. Конечно, с точки зрения исторической науки роман не выдерживает никакой критики. Неверно показаны действия советской власти, неточно даны образы Корабельникова(Маяковского) и Хламиды(Горького), опереточными выглядят правители Крыма. Но все огрехи искупает выбранный автором жанр оперы, допускающий условности и фантастические моменты в сюжете, упрощения и обобщения.

Но все же хотелось бы иметь в романе более четкий, выстроенный сюжет и более творческого героя. Ведь в тот период творчество писателей вспыхнуло с новой силой. Достаточно почитать мемуары К.Паустовского и И.Эренбурга. А главный герой писатель и журналист Ять только и занимается тем, что участвует в вечеринках, разглагольствует с окружающими, торчит в кофейнях, уходит из Гурзуфа в Ялту, бросая Таню и т.п. Он не написал ни строчки и неизвестно, на что он живет. Впрочем, его одиссея возвращения в Петроград описана отлично, заставляя вспомнить лучшие страницы произведений А.Толстого, К.Паустовского, Л.Леонова, Б.Лавренева.

Несмотря на некоторые недочеты, я ставлю все же высшую оценку произведению. Это лучший роман последних лет.

Несмотря на то, что роман необычен, интересен и очарователен в своей идее, не могу назвать его безупречным и разделить всеобщих восторгов. На протяжении трех четвертей текста у меня было стойкое впечатление, что мы с автором ходим кругами по одним и тем же забавным, но уже изрядно опостылевшим лабиринтам истории, мистики и словесности. Бывают такие тексты (очень редко), в которых вроде бы ничего судьбоносного не происходит, но от них не оторваться и в плавном потоке интересного повествования хочется плыть бесконечно, пусть не будет у них никакого логического финала, никакого сведения в одно сюжетных нитей. Пример из классики - скажем, "Трое в лодке", где конец как таковой не имеет особого значения, и текст доставил бы всем еще больше удовольствия, если бы продлился еще немного. Пример из современной русскоязычной литературы - "Дом, в котором".

Увы, "Орфография" в данном случае ни рыба, ни мясо. Ей слегка не хватает не то чтобы действия, но логичности и неотвратимости этого действия для того, чтобы стать романом, построенным на сюжете. Герои не сидят на месте, да, с ними все время что-то происходит, они куда-то бегут и едут, но это такое броуновское движение, которое ни в коей мере не предопределяет финальной точки, в которую они попадут. С другой же стороны, для чисто "настроенческого" текста, в котором сюжет не главное, не хватает как раз *правильного* настроения. Текст оставляет ощущение слегка болезненной тревоги и предвкушения, какое бывает ранней весной, когда еще снег, грязь и вообще мерзко, но что-то такое уже в воздухе чувствуется... Именно на таких эмоциях он написан, во всяком случае, мне так читается - и нет в нем ни Питера, ни Крыма (основные места действия), а есть некое подвешенное состояние, неопределенное место и время.

Вероятно, в том числе потому, что в романе нет одной темы или проблемы. Действие происходит в 18-19 годах в Петербурге, главный герой работает журналистом в одном из местных изданий. Разумеется, Внимание-Орфография - точнее, произведенная большевиками реформа русской орфографии - не тема романа, а только повод. Тем по большому счету две: любовь и революция. Но ни одну из них нельзя назвать главной, напротив, они обе происходят как-то на фоне всей остальной окружающей белиберды - писательской коммуны и ее склок, жизни петербургской интеллигенции в то время, мистических событий в жизни героев, шатаний, размышлений, откровенно странных вещей. Именно все эти "внетемные", не главные вещи и занимают основное пространство романа. В этом мне видится даже какой-то специальный шаг автора, сближение своего текста по архитектонике с личностью своего персонажа. Главный герой подписывается псевдонимом "Ять" и утверждает, что больше всего любит ненужные, необязательные вещи, без которых можно обойтись - как без буквы "ъ" в алфавите, к примеру. С точки зрения любовной истории героя и революции - ос...]]> response Thu, 12 Jan 2012 00:41:53 +0300 http://fantlab.ru/work21525#response192092 kerigma http://fantlab.ru/work318206#response190732 отзыв написала prouste 23 декабря 2011 г. в 09:40

Для Дмитрия Быкова проходящий год бедноват в литературном аспекте - не вышло ни романа ни новой биографии. Жульническая "Кукушка"( в которую на три четверти вошли издававшиеся ранее рассказы) да сборник статеек во втором календаре - очень скромно для сверхплодовитого литератора, избыточность которого раздражает очень многих. Второй сборник и потоньше и попроще первого, многовато проходных крохотных статеек с инвективами в адрес Ксении Собчак или там Билана. Не в восторге я от тех статеей, что написаны в виде воображаемых диалогов. Культуртрегерство Быкова очень привлекательно, яркость изложения и полемичность тоже в плюс - в этом смысле "Календарь-2" и вряд ли очарует и не ужаснет никого. Ожидаемо, занятно, на полку.

Вероятно, 2012 г. опять одарит прорывом - здесь и биография Маяковского и "небольшой нетрадиционный" роман, о котором в интервью автор упоминал. В конце года неминуемый третий календарь

Только что дочитала книгу. Да, многословно, но попытки пробежать глазами некоторые куски, не удались - глаз цепляется и приходится читать внимательно. Поверхностность? Не уверена, возможно, это иллюзия поверхностности. Чувство юмора прекрасное. Книга удивила и обрадовала. Теперь нужно взяться за "Остромова", т.к. "Оправдание", тоже удивившее, уже прочитано. Главное, что поражает и радует одновременно, - это факт существования настоящей литературы. Неужели "...эту песню не задушишь, не убьешь"? Язык, действительно, чудесный. Хочется пожелать автору писать еще и еще и чтобы хватило на это здоровья. Оценка:10

Писал я вот это четыре года назад, но актуально по-прежнему. Всего лишь нужно изменить "осенние выборы 2007-го" на "зимние выборы 2011-го".

ИММАТРИКУЛЯЦИЯ

Роман Быкова надо было бы прочесть до выборов осени 2007, но ведь книга тогда ещё не вышла (подписана к печати 5 мая 2008). Наше сегодняшнее будущее, которого можно было тогда опасаться, казалось не совсем понятным лесом Стругацких. К тому же осенью прошлого года было намного заметнее неодолимое желание самых вёртких вовремя попасть в нужный, правильный списке. "...некоторым казалось, что если не будет никакой идеи, то не будет списков ради идеи. А теперь оказалось, что идеи нет, а список есть". В настоящий момент всё это выражено не так ярко, неловкости не вызывает, многие уже стратифицировались соответствующим образом.

Я, конечно, снизу мало что вижу, но списки, конечно, и сейчас составляются. Разные.

И будущее по-прежнему, как у АБС - тёмный лес.

Очень интересное произведение. И не только фигура Горького, но отлично отрисована сама эпоха, которая формировала таких людей, и, в свою очередь формировалась под влиянием таких гигантов. К писателю можно относится по разному, но величина его вклада в литературу и формирование мировоззрения( а через это и на всю эпоху) неоспоримо.... Отлично. рекомендую!

Замечательный роман Дмитрия Быкова. При первом прочтении он мне даже как-то не показался, но оставил приятные воспоминания; вот недавно я вернулся к нему вновь. Сейчас осознаю его глубину, многоплановость, значительность, как весомого среза жизни 20-х годов прошлого века, о которых пишут не так уж много. Изобилие героев немного напрягает, но со временем к этому привыкаешь, в эту многолюдность ныряешь, как в море, выискивая жемчужины, ради которых и существует великая литература. Радуешься, что традиции Алексей Толстого, Леонида Леонова, Ильфа и Петрова не исчезли. Хороший язык, замечательно воссоздан фон действия. Затронута очень редкая и интересная тема - общество мартинистов... А главное- узнаешь людей, обстановку, надежды, чаяния, заблуждения тех лет. Известно, что реальный Астромов(Остромов) получил 3 года лишения свободы. А как сложилась его судьба после заключения?... Что касается книжного Остромова, то лично он для самого себя казался обманщиком и авантюристом, для окружающих его учеников он был и Учителем(как для Дани) и Парапсихологом, и Лекарем - смотря кто и что брал от него и затем развивал в себе. Остромов действительно был Катализатором. Благодаря ему Даня Галицкий развил свои способности, стал летать(левитировать- как в книге), сумел бежать после ареста из тюрьмы. Но на новый этап перейти не смог. Станет ли он Учителем для мальчика Кретова? Или же будет арестован и уже не спасется, т.к. утратил способности? Ответ остается открытым.

Попробую и я поделиться впечатлениями об этом романе.

За его чтение взялся спонтанно - никогда не обращал внимание на творчество Быкова и считал его в основном, как сейчас принято говорить, "медийным персонажем" и в лучшем случае фельетонистом. Приступить к такому большому для меня произведению побудили, конечно же, фантлабовские отзывы.

Начало двадцатого века и период русских революций всегда меня интересовали, так что с ходу могу выделить первый плюс - реалистичность всех описаний. Дело даже не в том, что фантастическое допущение такого, что его и "фантастическим"-то сложно назвать. Скорее, подкупает "атмосферность" романа - масса точных и правдоподобных описаний, переданных соответствующим той эпохе языком. О, язык - это ещё более явное достоинство романа! Читая это произведение, буквально наслаждаешься каждым абзацем. Даже не верится, что это написано в двадцать первом веке, больше похоже на неторопливый и вдумчивый язык наших великих романистов девятнадцатого столетия. Выскажу крамольную мысль - наверное, на протяжении половины романа я не обращал особого внимания на основную сюжетную линию, с удовольствием погружаясь в калейдоскоп "маленьких", но таких показательных эпизодов и интересных размышлений о жизни и родине.

К сожалению, не считаю себя большим знатоком русской литературы начала двадцатого века и наверняка большая часть аллюзий, которыми пронизан роман, прошла мимо моего понимания, но и распознавание замеченной части увлекло.

В романе нашлось место и комичным и трагическим эпизодам, очень живо переданы характеры персонажей.

Несмотря на занимательность повествования, это точно не развлекательный (в плане приключений) роман, приступая к его чтению, лучше настроиться на серьёзные мысли.

Сначала хотел снизить свою оценку за многословность (томик получился увесистым, около семисот страниц), но потом передумал и поставил максимальную оценку за возможность прикоснуться к действительно "большой" литературе.

Есть такие рассказы, которые сразу обо всём, настолько они многосмысленны. "Прощай, кукушка!" вроде бы обо всём, но по сути ни о чём. По крайней мере так казалось на протяжении всего рассказа до V части. А там... Неожданный и эффектный финал поставил всё на свои места: рассказ-то оказывается об альтернативной истории, а в таких делах каждая мелочь важна. Так что характер моего отзыва может быть оправдан тем, что я впервые прочитал Быкова только сейчас и абсолютно не знал, чего от него ждать.

Как-то поленился ознакомиться с содержанием а зря: в книжке пять новых рассказов, а 11 из ранее изданного сборника "ЖД". Знал бы- ни в жисть не купил. Собственно из пяти рассказов "Христос" и "Черныш" построены на одном приеме с введением ложного следа, рассказ про обитель скучен и, хочется думать, все же не набросок романа. Рассказ про Ленина забавен и неплох, "Лето в городе" лично мне созвучен, но воображения не потрясает. Хотя, возможно, чувство досады от покупки осетрины второй свежести сказаллось и на восприятии пяти новых.

А был ли мальчик?

Этой незамысловатой цитатой из Горького Дмитрий Быков вывел простую логику всего романа.

Воистину, что может быть легче для понимания, нежели ровная, как линейка, аллегория: мальчик Петечека, прошедший путь от начала и до конца романа - как шарж стремительного падения русского общества. От милого, нежного, но голодного мальчугана, хранящего в себе тепло прошлой жизни, до истощенного желтолицего нищего, на детском лице которого навеки теперь уже сохранилось выражение злости и озверение на весь белый свет.

Разве можно было точнее показать Россию? Быковские игры с постмодернизмом, аллюзии, подставные фамилии и характеры, винегрет из истории и выдумки - все это лишь вуаль, накинутая на историю с мальчиком, которого все видели, но никто так и не смог спасти.

А что до отмены орфографии... наверное, так и должно быть. Когда уничтожают язык, умирает и носитель.

Практически с первых страниц, по духу, личным ощущениям, роман напомнил мне такие вещи Стругацких как "Дьявол среди людей", "Поиск предназначения". Напомнил естественно не сюжетом, а характерной атмосферой изображаемой реальности.

Наличествует сильный посыл к тому, чтобы еще раз пройти по путям собственного осмысления затронутой эпохи, хотя несостоятельность допущения послужившего, как я понимаю, толчком к написанию романа очевидна сразу.

Наличествует сюжет, который держит читательский интерес вплоть до последних страниц.

К сожалению окончание книги, как художественного произведения, слабо. Мне кажется стоило завершить роман сценой гибели ГГ в болоте. Все - это апофеоз. Далее продолжается работа мысли читателя, если он вообще о чем либо думал до этого самого момента, читая книгу. Т.е. все остальное, после сцены гибели - этакий сеанс магии с разоблачением - лишнее. Видимо, тут сказался, журналистский, но не Писательский, профессионализм - обязательно изложить собственную т.з. подведя итог всему описанному, не допускающий никаких иных трактовок.

А после столь жестко определенной позиции автора, собственно говоря, и размышлять над книгой далее не возникает желания - можно лишь согласится и принять позицию, или не согласится и забыть - точка поставлена.

Читано вслед за "Орфографией".

А собстенно, - почему бы не использовать эту книгу соответственно подзаголовку, почему бы и не попробовать взлететь. Взлететь над суетой? Даниилу Галицкому это удалось.

Вопрос в том - достанет ли у вас веры, что левитация в принципе возможна, что вы сами способны оторваться от мирского, насущного, простого житейского. Ну, это, конечно, как кому повезёт с учителем. Дане повезло. Сумел убедить его Борис Николаевич в собственных силах, сумел подвигнуть на перемену внутренней сущности. И прозрел наш герой, сумел увидеть сложность нашего простого мира и смог перестроить себя соответственно с новой концепцией.

И уж неважно, что по сути своей Остромов обыкновенный аферист-проходимец-авантюрист, знакомый даже с самим Остапом Ибрагимовичем (Бендер и бендеровщина бессмертны). Важно, что он стал для Галицкого катализатором, триггером возвышения над буднями, проникновения в тайны бытия, нахождением истины.

По наблюдениям Остромова мальчик был туповат. Но как раз это-то ему и помогло открыть новые слои существования. Он просто поверил, и не знал, что такого не может быть. С бытовой точки зрения Даню обманули. Цинично надули. Выманивали у него деньги, забивали мозги всякой ерундой... Но взамен он получил всё-таки нечто великое. Неоценимое никакими деньгами. Он получил - ИСТИНУ!!!

По прочтени романа из глубин памяти всплыло - "Тьмы низких истин нам дороже, нас возвышающий обман" и ещё "Человек сам кузнец своего счастья". Про то и книга.

И ещё про то же, что и "Орфография" - про нужность ненужного, про неоценимую пользу бесполезных занятий, про незаменимость "лишних людей".

А теперь смело забудте всё, что я тут понаписал и прочтите "Остромова" сами.

Был много наслышан. Решил убедиться. Убедился - не померла русская литература купно с русской орфографией (именно так - с маленькой буквы).

А "Орфография" с прописной помнИлась мне великой аллегорией, переосмысливанием через года и поколения драматических, а вместе с тем, местами и комических событий первых послереволюционных лет. Но переосмысливание это представлено не с точки зрения класса-гегемона, а с точки зрения упразднённых людей. Ну, это, конечно всё на поверхности, явнее явного. А копнуть поглубже это осмысление и нашего, по сути своей тоже послереволюционного времени. Находишь множество параллелей в началах нынешнего и прошлого веков. Остались те же устремления думающих людей и те же инстинкты толпы. Остался тот же идиотизм властей, питающийся энтузиазмом масс, ожидающих коренных перемен к лучшему, но дождавшихся сами знаете чего - реформ ради реформ.

Отменялось тогда, и отменяется теперь всё якобы ненужное. Отменяется всё, что нельзя съесть или надеть. А так ли уж и ненужно это ненужное?

По-моему роман как раз о необходимости необязательного. Не для всех, конечно, а для гуманитариев создающих духовные сокровища наций. Но орфография-то отменена для всех. Вот герои и борются - кто за старую орфографию, кто пытается создать новую. А главное-то в том, что в конце-концов все приходят к пониманию, что нельзя без правописания, без общего языка, иначе как поймут соотечественники друг-друга?

И ещё - где-то у АБС было "Думать - это не развлечение, а обязанность!". Так роман Быкова и об этом тоже.

В художественных работах такого уровня оцениваются не сюжет или правдоподобность персонажей (не МТА, чай, писал), а изменения, приносимые в контекст самим фактом существования текста.

И в таком ракурсе видно, что «Оправдание» — текст не революционный, но корреляционный. В нем нет ни единого нового персонажа, ни свежего сюжетного хода, ни новой идеи, ни новой морали. Это плохо? Вовсе нет. Задачи не было такой.

А вот что есть — перекрестки, созданные «Оправданием» между дотоле как бы самостоятельными текстами, согласование и сопряжение. Даже, возможно, уяснение и четкость парадигмы, в которой сыгран текст. И значит, странные «похожести», гулкое эхо в, казалось бы, только еще становящуюся литературную традицию — не случайны.

Строго говоря, роман не фантастический. В «Казусе Кукоцкого» и то фантастики больше — как минимум на целого ясновидящего врача. Похоже? Похоже; вот спокойные в чистой совести советские люди, доверяющие своей правоте не меньше, чем христианин на римской арене — Благой Вести. Вот хрупкие прекрасные женщины, с которых буран событий безжалостно обдирает душу, оставляя их в нашем времени — заживо разлагающихся дементивных старух. Вот ограбленные чуть ли не «в час зачатья» дети, так и не уясняющие, по чему(кому?) же они всю жизнь тоскуют. Глухое недоумение репрессий, изматывающая работа войны, опустошенность вернувшихся. Эпоха, чоуш.

Однако, эпоха — не главный герой текста. И вот тут начинается самое интересное. Главный нерв — парадокс постсоветского умника, в чем-то рифмованный с парадоксом блатняка. Остановлюсь на последнем поподробнее. Парадокс блатняка — это постоянное противоречие между глухой, какой-то пренатальной тоской по чистой самоотверженной любви и циничным отвержением самого ее существования. Отсюда и вечный образ матери (как разрешенной аберрации); и многочисленные истории о женской подлости; и жуткое стремление всякого носителя этой культуры, столкнувшись со случаем реально-самоотверженной любви, пытаться ее уничтожить хоть и убившись об нее самому — либо докажу себе, что это опять обман, либо умру счастливым, всё в выигрыше…

Постсоветский умник со своими эмоциями справляется. Но в абсолютно аналогичный капкан попадает на телеологическом уровне. Вся, начиная с Венички и не кончая Тимом Скоренко, наша умная литература — это коллизия отчаянного поиска смысла одновременно с холодным анализом и развенчанием любых уже существующих осмысленных моделей мира. Интеллигентское «он врёт, он не знает, как надо!» звучит с той же интонацией, что и профанное «все бабы бляди!».

Текст Быкова шляется по смыслам, как шансонет — п...]]> response Mon, 13 Jun 2011 15:52:03 +0300 http://fantlab.ru/work21527#response176546 Shean http://fantlab.ru/work221415#response172577 отзыв написала Kons 18 апреля 2011 г. в 23:36

Приступая к прочтению данной книги у меня было определённое опасение - Быкова писателя я знал, а вот о Быкове драматурге не знал ничего. В целом положительных моментов от прочтения книги оказалось гораздо больше, чем отрицательных. Быков ещё раз показал, что ему любые жанру по плечу, будь это роман, биография, стихи или пьеса. Современная драматургия вещь особенная и на большого любителя. В этом сборнике Дмитрию удалось пройти по тонкой грани и не свалиться в отчаянный постмодернизм, хотя без этого не обошлось, не впасть в эпигонство (возможно, что ценители современной драматургии со мной не согласятся и скажут "это было у того-то или того-то"), и создать нечто своё, чего на современном театральном пространстве мне встречалось редко и немного в другой плоскости интерпретации. На лицо все признаки современного театра - задействование зрительного зала как участника спектакля, шокирование публики тем, что происходит на сцене (но нынче этим уже и не удивишь), отсутствием героев как таковых. На лицо фантастические сюжеты, если не сказать фантасмагорические, которые позволяют немного по другому взглянуть на окружающий нас мир, через призму другого восприятия.

Если говорить о пьесах, то, на мой вгляд, они не все одинакового уровня. Первые две - вещи очень сильные, хотя и по написанию их разделяет десятилетие. Здесь и театр абсурда, и интерактивность, и юмор, и многое другое. Всё это узнаваемо, а потому актуально, вопреки прошедшему времени. Абсурдистская идея самозарождения символа России и история отношения с властями начинают первый слой, в котором Быков сталкивает имеющуюся реальность в восприятии человека с объективной реальностью, которая и приводит к описанно в пьесе ситауции. В пьесе "Сцены конца века" перед нами разыгрывают пьесу с героями, которые "уходят" в народ. И это тоже вариант взаимодействия "театральной", постановочной реальности, с реальностью актеров, которые играют эту пьесу и зрителей, которые вовлечены в это действо.

Пьеса "Ставка" очень психологичная вещь, но в значительной степени перегржунная дополнительными смыслами, намёками и так до конца и остаётся непонятным вымысел или бред воспалённого сознания героев пьесы (пойди определи это выжившие наследники царского престола или больные люди, с поределённой идеификс). кому-то подобные психологические игры могут понравиться, но я себя к любителям подобного направления не отношу. Здесь конфликт с реальностью доведен автором до максимума - столкновени реальностей происходит в пределах одного человека (во многом именно это мы и склонны расценивать как проявление шизофрении).

Наконец последняя пьеса с самыми угадываемыми пресонажами, хоть и не озвученными. Несмотря на всем известную завязку, история совсем не о том. Это крах современного человека, отсутствие чувств, трудности в понимании истинных внутренних интенций, п...]]> response Mon, 18 Apr 2011 23:36:20 +0300 http://fantlab.ru/work221415#response172577 Kons http://fantlab.ru/work187442#response172391 отзыв написала vsvld 16 апреля 2011 г. в 12:57

Пожалуй, главное произведение автора - м.б., не по замыслу "написать главное", а по результату. В отличие от попыток современной прозы, прибавляет Быкову очень заметно. Даже лучше его стихов. Даже лучших из них.

Пронимает: вечером на улице задумываешься - ты сейчас или в 20-м? Последействие.

Ильф и Петров, Булгаков, Шагинян, Достоевский, Гоголь - оммажи?

Волошин, Грин, Гумилев, Рерих, Хлебников, Тренев (пьеса)... - созвездие прототипов.

Объем: глобальность "на балансе тютюнниковой жадности"(Д.Быков).

Стиль - пэчворк, фенечка.

Да, самородок, но с примесью свинца.

Очень странный роман...

Если бы его было правильно оценивать только как литературу, я бы дал... допустим, 7 из 10. Проблема, однако, в том, что после "Остромова" у читателя остается не послевкусие, как после обычной (пусть даже и гениальной) литературы, а ощущение того, что автор нашел то измерение, в котором читатель пребывает, сам не зная этого, и до, и во время, и после чтения романа - говоря иначе, "Остромов" интересен не как роман, а как откровение, совпадающее не с мыслями читателя, а с его чувственным, внелогическим опытом. В этом плане роман сравним с "Учебником рисования" М.Кантора, но Быков гораздо искуснее, и там, где у Кантора ругань и философия (как все мизантропы, он любит смешивать эти две вещи), Быков создает мощную волну - у него уже не только мысль, а сверх-мыслие, потому что не доказывается логически (логика в романе вообще сводится к полифонии зачастую ошибочных или неполных мнений разных персонажей), а овладевает психологически - от романа так просто не отвяжешься. Быков, как известно, хвалил Кантора - теперь он его еще и превзошел. Отличный религиозный роман. На тему? Есть такой опыт из школьной физики - потереть стеклянную палочку о шелк. Здесь: потереться сложному о простое, как в последней сцене, и разойтись, ибо мир этот так устроен, что не разойтись нельзя. Наблюдаемый при трении эффект называется христианством. Толку от него (в масштабе того школьного опыта, который можно назвать жизнью) - ноль. Что и доказывается, если после "Остромова" обратиться к "Оправданию". Все остальное - ад и пожирание. После быковского романа занавес мира делается прозрачнее, а cкрежет, хруст и чавканье - громче. Но это не страшилка. 10 из 10.

Прочитав почти 600 страниц стихов Быкова, я пришла к неожиданному выводу. Быков нифига не поэт. Нет у него такого специального поэтического органа. Объяснюсь: его стихи выглядят как рифмованная проза, причем зачастую формата не рассказа, а эссе. Я не вижу в них какого-то важного тонкого качества, которое делает, собственно, поэзию поэзией.

У Быкова есть: интересные темы и умный взгляд на них. Некоторая толика житейской мудрости. Изрядная толика самоуничижения вкупе с самолюбованием. Но при всем при том его темы и выводы из них - они слишком прозаические в прямом смысле этого слова. Слишком детальные и серьезные для стихов, что ли.

У Быкова нету: красивого слога. От слова вообще. Ведь как мы обычно читаем и запоминаем поэзию - по звучанию нескольких слов, и то, что именно эти слова оказались в одном предложении вот в таком порядке, делает сами стихи хорошими или плохими, запоминающимися или скучными. Какой смысл в словах "ниоткуда с любовью, надцатого мартобря"? - в отрыве от контекста никакого, есть общее *ощущение*, которое они производят на читателя, внутренняя музыка. А у Быкова если какие-то фразы и запоминаются, то не потому, что это красивые или точные поэтические фразы, а потому, что в них облечены умные мысли. Ту же самую мысль можно было бы выразить иначе, и ничего бы не было потеряно. В его стихах нет, мне кажется, важного качества стихов в принципе: невозможности что-то изменить без утраты прелести текста. Когда каждое слово здесь именно потому, что здесь нужно именно оно, и стоит именно в том месте, в каком должно стоять. По стихам Быкова складывается впечатление, пожалуй, неряшливости. Такое чувство, что он подбирает слова под рифму, не заботясь особо о том, подходят они сюда или нет, не заботясь особо о звучании целого. Выходит более ли менее рифмованная проза, которая на самом деле ничего не потеряла бы, если бы она стала нерифмованной.

Я не говорю при этом, что Быков плохой поэт - скорее, он слишком хороший прозаик, который может писать и так, и сяк. Непохоже, чтобы он хоть где-то готов был пожертвовать общим смыслом или общим посылом ради красоты строфы - скорее наоборот. Просто он невнимательно относится к форме как таковой. Еще довод за это - постоянные цитаты "из классиков" внутри текста, сходу не приведу примеров, но это несколько выбивает - когда в тягостном грязноватом описании какого-нибудь неказистого любовного приключения встречает три слова из Пушкина, которые выглядят там, мягко скажем, не к месту (как издевка одновременно и над Пушкиным, и над собой).

В целом - Быкова интересно читать, и много раз за сборник я думала нечто вроде: как точно подмечено, как он прав и тд. Но при этом в голове на уровне "хожу и напеваю" ничего не отложилось, вообще ничего. Все-таки я запоминаю сначала на слух, а потом по смыслу, поэтому Быков для меня как был прозаиком,...]]> response Mon, 04 Apr 2011 12:49:07 +0300 http://fantlab.ru/work181735#response171245 kerigma http://fantlab.ru/work64264#response170222 отзыв написала prouste 25 марта 2011 г. в 18:59

Очерк как очерк, но эскиз усредненного сценария 70-х про город и деревню конгениален

Не лучший по составу сборник статей Быкова. Первую часть – «Портреты» - составляют очерки о Гоголе и Набокове, Шаламове и Бабеле и проч., часть из которых и раньше была издана. Все и впрямь познается в сравнении, но тяга к сравнительным жизнеописаниям, выстраиванием пар типа Ленин-Блок, Тухачевский-Ходорковский, Гумилев-Черный обретает несколько навязчивый характер( я все не могу избавиться от навязчивого послевкусия биографии Окуджавы именно из-за маниакального навязывания понравившейся Д.Л. мысли о том, что Булат Шалвович – аватара Блока). Вторая часть сборника – «Персоналии» - больше на злобу дня и чувство досады, что автор тратит время на вдумчивое препарирование хамства сотрудников «Эхо Москвы» или Константина Эрнста, не перевешивает удовольствие от точности большей части наблюдений Быкова на сей счет. Все равно, что из пушки стрелять по воробьям. Понятно, что компетентность, эрудированность, полемический задор и умение придать актуальность смыслам от Д.Л. никуда не делись, но сборники получше( да хоть и «Календарь») с его статьями издавались.