На смерть Мастера In


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «2_All» > На смерть Мастера: In Memoriam
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

На смерть Мастера: In Memoriam

Статья написана 15 марта 16:25
Размещена:

От переводчика

В данной статье я собрал наиболее значимые выдержки из откликов на смерть Г.Ф. Лавкрафта, опубликованные в нескольких номерах журнала «Weird Tales». Среди выказавших свою горечь утраты есть как и известные литераторы-коллеги, так и простые читатели журнала, поклонники творчества ушедшего Мастера. Безусловно, смерть Лавкрафта стала ударом для сообщества мистической литературы и любительской прессы, и в приведенных ниже откликах сквозит вселенская грусть и невыразимая боль от потери замечательного автора, друга и вдохновителя для многих будущих мастеров и фанатов «литературы странного».


«Печальные известия приходят к нам: 15 марта в Мемориальной больнице Джейн Браун в Провиденсе, Род-Айленд, скончался Г.Ф. Лавкрафт – титан жутких и фантастических историй, чьи литературные заслуги и мастерство покорили англоговорящий мир. Ему было всего лишь 46 лет, но покоренные им вершины возвышаются над достижениями многих других авторов... Между 1917 и 1936 годами из-под пера Лавкрафта вышло сорок шесть историй, каждая из которых tour de force в своем роде. Он положил начало своей мифологии («Некрономикон», Абдул Альхазред), которую подхватили и развили многие авторы и последователи. Обширные знания, живой интеллект и широкий кругозор Лавкрафта соседствовали с добротой, выдающейся скромностью и галантностью, готовностью протянуть руку помощи любому нуждающемуся. Ведя переписку с более чем 75 корреспондентами, он обязал себя отвечать непременно каждому, со свойственной ему учтивостью и терпением. Его уход – невосполнимая потеря для вирд-литературы и литературы фантастической, но для редакторов «Weird Tales» – это личная потеря. Мы восхищаемся его литературными талантами, но любим его как личность, как благородного джентльмена, как доброго друга. Покой его душе!»


Лорн У. Пауэр из Уинсора, Онтарио, пишет:

«Уход столь выдающего автора оставляет после себя невосполнимую пустоту. Он не заслуживает иного звания, кроме как гений, величайший писатель жутких историй со времен По. Его невероятная способность вдохнуть жизнь в свои творения вызывают дрожь у самых стойких читателей. Лучшие его работы напечатаны в «Weird Tales», и я предполагаю, что они увидят свет в книжном формате. Такая работа, безусловно, станет бестселлером, судя по огромной популярности автора. Невыразимо, как я и тысячи других будут тосковать по Абдулу Альхазреду и его «Некрономикону». Все прочие, рискнувшие занять их место, вызовут собой лишь сонму воспоминаний об ушедшем мастере».

Мэнли Уэйд Веллман
Мэнли Уэйд Веллман

Мэнли Уэйд Веллман пишет из Нью-Йорка:

«Полагаю, смерть Г. Ф. Лавкрафта стала ошеломляющим ударом как для журнала, так и литературы в целом. Я надеялся повстречаться с мистером Лавкрафтом и ругаю себя за то, что эта надежда не оправдалась. Могу сказать, что в ранние годы он был для меня вдохновителем и идейным проводником в области фантастической литературы, и безусловно, Лавкрафт был таковым для многих молодых авторов. Его смерть, как и смерть Роберта И. Говарда, оставила зияющую пустоту в рядах авторов «Weird Tales», и невообразимо трудно будет приблизиться к подобным творцам. Позвольте еще раз выразить горечь утраты в связи с кончиной этого неизменно прекрасного мастера».

Хейзел Хилд
Хейзел Хилд

Хейзел Хилд, Ньютонвилль, Массачусетс:

«Хочу выразить соболезнования в связи с кончиной Лавкрафта, доброго наставника, помощь которого в становлении многих молодых авторов, в том числе и меня, просто неоценима. Слова не могут выразить, какая это утрата. Нам следует лишь думать, что он просто «отлучился» в одно из своих дальних и длительных путешествий, и что мы однажды встретимся в Запределье».

«Ум, подобный Лавкрафту, редок в своей необычности. Все свободное время он тянулся к знаниям, проводя несчетные часы в поиске и понимании человеческого существа и жизни. Неуемный путешественник, он наслаждался изучением старинных городков с их сокрытыми знаниями, и мог преодолеть много миль, чтобы добраться до какого-либо исторического места. Настоящий друг для тех, кто его знал, всегда готовый уделить свое драгоценное время для всех нуждающихся авторов – настоящая путеводная звезда. Фанат кошек, он мог свернуть с улицы, чтобы приласкать несчастного уличного котенка и наградить его добрым словом.

...Жертвуя своим здоровьем, бесконечно работая до глубокой ночи, он подарил миру шедевры странной литературы. Он и сам был подарком миру, которого никто не заменит — Другом Человечества».

Роберт Леонард Расселл из Маунт-Вернон, Иллинойс, пишет:

«Утренняя газета шокировала меня новостью – умер Говард Филлипс Лавкрафт. Выдающийся современный писатель жутких историй ушел из жизни в возрасте сорока шести лет. Не будет преувеличением сказать, что я, наряду со всеми читателями WT, потерял настоящего друга, и его место вряд ли кто-то займет. Его монструозный Некрономикон, ужасный Ктулху, Азатот и Старшие боги явили собой совершенно новые грани жутких историй. Каждое из произведений Лавкрафта было лучшим в выпусках. Прочитав в 11 лет «Серебряный ключ», я не пропустил более ни одного. Одним из моих стремлений – несбывшихся, к сожалению – было встретиться и поговорить с ним. Но теперь из-под пера автора больше ничего не выйдет. Это потеря для всех нас».

Роберт Блох
Роберт Блох

Роберт Блох, Милуоки:

«Странное чувство – осознание того, что Лавкрафта больше нет. Я не говорю сейчас о его работах, его гениальном воображении или месте среди ярчайших авторов WT. Я лишь вспоминаю, что он значил для меня лично, мою с ним переписку, помощь, критику и побуждение писать. Без него я бы никогда не увидел своих произведений ни здесь, ни в других журналах. Многие другие обязаны ему тем же. ...Он был великим творцом, но еще более великим другом, настоящим джентльменом Новой Англии. Нам следует гордиться знакомством с ним, и посему следует издать мемориальный выпуск с его избранными историями – это то малое, что мы можем теперь сделать в его честь. Целый мир ушел – мир Аркхема, Иннсмаута, Кингспорта; царство Ктулху, Йог-Сотота, Ньярлатхотепа и Абдулы Альхазреда. По мне, лучший фантастический мир из известных».

Сибери Куинн
Сибери Куинн

Сибери Куинн, Бруклин:

«Лавкрафт, которого мне посчастливилось знать лично, был и ученым и джентльменом, и его работы в полной мере раскрывают обе эти грани, а его гениальность не находит подобий со времен По и Готорна. Мы, знавшие его в жизни, всегда будем скучать по его доброму юмору и интеллектуальным беседам. Тысячи тех, кто не встретился с ним, присоединяются к нам в скорби о потере автора, фактически создавшего и развившего свой жанр литературы. Упокой Господь его душу».

Кеннет Стерлинг, Кембридж, Массачусетс:

«Уверен, уход ГФЛ опечалил многих поклонников. Будучи одним из столпов журнала с самого начала, его талант современного писателя не подлежит сомнению, а его творческие заслуги на ниве ужасов, по моего мнению, просто выдающиеся. Его яркий, мощный стиль нагнетания и поддержки атмосферы тревожности хорошо знаком вам и вашим читателям. Эта потеря невосполнима. Его щедрость и великодушие завоевали любовь и уважение всех, кто был с ним знаком, а интеллект, аналогов которому я не встречал, превосходил многих гарвардских профессоров.

...Лавкрафт был убежденным материалистом и иконоборцем, как выражено в его бесчисленных письмах и эссе. Человек большой энергии и искренности, он имел влияние на круг своих друзей, многие из которых являются известными авторами. Мне думается, что было бы наиболее уместно, если бы Г. Ф. Лавкрафта запомнили не только как автора, но и как мыслителя и ученого».

Кларк Эштон Смит
Кларк Эштон Смит

Кларк Эштон Смит, Оберн, Калифорния:

«Я глубоко опечален смертью Лавкрафта из-за жестокой болезни. Эта потеря кажется невыносимой, особенно для тех мириадов друзей кто знал его лично или по переписке, ибо его литературный гений сочетался с блестящими чертами характера его личности. К моего глубокому сожалению, мне не довелось встретиться с ним в жизни, но наша переписка длиной в семнадцать лет, позволяет мне сказать, что я знал Говарда много лучше, чем людей, окружавших меня каждый день. Первая прочтенная рукопись (примерно в 1920) убедила,что передо мной гений, который не свернет с избранного пути. Множество шедевров, расширяющих границы человеческой фантазии, зиждятся на порядках сверхчеловеческого и внеземного.

...Есть его вещи, которые я не читал; есть те, что прочел множество раз. Ленг и Ломар, нечестивый Аркхем, протухший Иннсмут – все эти географические ужасы врезаются в память. И да, кошмарный, циклопический Р'льех, покоящийся в вековечных глубинах. Другие отважутся вступить в царства, отмыкаемые Серебряным Ключом; но никто не распознает их с той же уверенностью и не вернет назад наши сущности, овеянные в равной степени страхом, красотой и ужасом».

Фрэнсис Флэгг
Фрэнсис Флэгг

Фрэнсис Флэгг, Тусон, Аризона:

«Смерть Лавкрафта в столь раннем возрасте — несомненная потеря для литературы странного, этот жанр лишился одного из главных представителей. Я вел с ним переписку многие годы на такие темы как монархизм, социализм, коммунизм, материализм, религия, и совсем немного на тему литературы. Его странные рассказы сравнимы с рассказами По и превосходят рассказы О'Брайена. Кажется, что существует тенденция отделять Лавкрафта-материалиста от Лавкрафта-творца и мыслителя, как если бы мозг человека содержался в двух разных комнатах, но на самом деле это неправильно. Лавкрафт никогда не был более материалистом, чем когда он был творцом странного. Во многих его рассказах существует психологическая реальность, которую мог сформулировать только мыслитель-материалист. Это было верно и для По; и исследование произведений Лавкрафта (сравнивая их с произведениями современных вирд-писателей) покажет, что это верно и для него. Лавкрафт мертв, и с острым чувством утраты и настоящего горя я понимаю, что его блестящие письма больше никогда не окажутся в моих руках».

Бетти Мюррей, Акрон, Огайо:

«Невероятно острая потеря заставляет меня плакать, словно это моя личная утрата: смерть двух титанов литературы – Роберта И. Говарда и Говарда Филлипса Лавкрафта. Первый был моим любимцем, ибо его истории, смешавшие в себе кровь и гром, нравились мне больше, но я полностью оценила и осознаю ценность мастерства Лавкрафта в его поистине странной области литературы. Рассказы Говарда уже классика и стоят в ряду величайших приключенческих историй. Создателю короля Кулла, Могучего Конана, Брула Копьеносца – слава! Великому ГФЛ – честь и хвала!»





926
просмотры





  Комментарии


Ссылка на сообщение16 марта 20:52 цитировать
Спасибо,отличная подборка.Добавлю из книги Против мира,против прогресса :
Роберт Блох, например, писал: «Знай я правду о состоянии его здоровья, я бы на коленях приполз в Провиденс, чтобы увидеть его».


Ссылка на сообщение21 марта 11:41 цитировать
2_All, спасибо Вам за цикл статей о Г. Ф. Лавкрафте!




Внимание! Администрация Лаборатории Фантастики не имеет отношения к частным мнениям и высказываниям, публикуемым посетителями сайта в авторских колонках.
⇑ Наверх