Материалы из переписки К


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «slovar06» > Материалы из переписки К. Циолковского с А. Беляевым (архив К. Циолковского в РАН)
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

Материалы из переписки К. Циолковского с А. Беляевым (архив К. Циолковского в РАН)

Статья написана 4 января 02:33

Дело № 92

Название: Письмо Беляевой М. (жена писателя А.Р. Беляева) к К.Э. Циолковскому.

Вид материала: письмо

Способ воспроизведения: автограф

Языки: русский

Крайние даты: 16.07.1935




Дело № 54

Название: заметки К.Э. Циолковского о книге Беляева "Прыжок в ничто".

Вид материала: адреса, заметки

Способ воспроизведения: автограф

Языки: русский

Крайние даты: 05.03.1934 — 18.08.1935



Дело № 91а

Название: Письмо писателя Беляева Александра Романовича к К.Э. Циолковскому.

Вид материала: письмо

Способ воспроизведения: автограф, машинопись

Языки: русский

Крайние даты: 27.12.1934 — 20.07.1935






http://www.ras.ru/ktsiolkovskyarchive/3_a...


"Часто бывал я у него дома, -- продолжает Мишкевич. -- Жил Александр Романович в неудобной квартире на нынешней улице Калинина, на Петроградской стороне. Любил сиживать на подоконнике -- широком и большом, ближе к свету и солнцу.

*из заметок Циолковского: Ленинград, Петроградская сторона, пр. К. Либкнехта, 51/2 кв. 24. Беляев Александр Романович (5.3.34-18.8.35)

фактически: кв. 26


В те годы при Ленинградском доме инженера и техника существовала секция научно-художественной литературы, руководителем которой был историк техники профессор В. Р. Мрочек. Там встречались А. Р. Беляев, Н. А. Рынин, Я. И. Перельман, А. Е. Ферсман, Д. И. Мушкетов, Б. П. Вейнберг, В. О. Прянишников, Л. В. Успенский. Многие из них основали впоследствии знаменитый в Ленинграде Дом занимательной науки -- детище Я. И. Перельмана. На секции читались статьи, очерки, главы книг. Читал там куски из своей "Тайги" и Александр Романович".

В 1937 году руководитель секции и ряд ее участников подверглись необоснованным репрессиям, как и инженер-фантаст В. Д. Никольский, тоже встречавшийся с Беляевым. Так сужался круг людей, с которыми общался писатель."





531
просмотры





  Комментарии


Ссылка на сообщение4 января 02:42 цитировать
От руки значительно больше напишешь, чем по интернету.
свернуть ветку
 


Ссылка на сообщение4 января 02:46 цитировать
 


Ссылка на сообщение4 января 10:28 цитировать
Как ни странно, похоже, да...


Ссылка на сообщение4 января 07:50 цитировать
Не любил Беляев Эйнштейна, как, видимо, и К. Э. Циолковский. Не удивительно.
свернуть ветку
 


Ссылка на сообщение4 января 17:17 цитировать
«Фриц носился по классу. Пенсне сверкало. Плохо прикрепленные булавками брюки начинали тихонько сползать с живота. Но он ничего не замечал. Зажмурив глаза, Фриц рассказывал, как он сам встает ночью, чтобы изучать латынь.

— Да, да, детка, — я вставайт ночью, в два часа, в три часа... вставайт, зажигайт лампа и учит латынь... И так каждая ночь. А ви что делайт? Вилковский, ты вставайт ночью и учит латынь?

Нет, я не вставал по ночам, чтобы учить латынь. И Фриц начинал надо мной подтрунивать:

— Наука!.. Вилковский думайт, что он все знайт, все понимайт. А он не знайт латынь!..

Эти выпады повторялись все чаше. Фриц меня недолюбливал, но я все еще не мог понять почему. Потом я попросил у него книжку о теории относительности: в качестве классного наставника он выдавал нам книги на дом по субботам. После этого случая Фриц принялся высмеивать меня чуть ли не на каждом уроке:

— Вилковский читайт Эйнштейн! Я не понимаю Эйнштейн. Я старая человека и не понимаю. Эйнштейн говорит: пространство кривое. Как так кривое? Как может пространство быть кривое? Я этого не понимайт, а Вилковский понимайт. Он хочет читать Эйнштейн!

Для того чтобы окончательно разоблачить меня, Фриц тревожил не только Эйнштейна, но и тени Сократа, Платона, Цицерона и многих других. Длинные латинские изречения вместе со слюной летели с кафедры в учеников, сидевших на первых партах. «Я знаю, что я ничего не знаю», — говорил Сократ. «Мы знаем вещи в сновидении, в действительности мы нинего не знаем», — говорил Платон. «Колебаться, ни в чем не быть уверенным и во всем сомневаться», — говорил Пиррон. Предполагаемое знание вещей порождает страх, жадность, зависть, необузданные желания, честолюбие, надменность, суеверие, страсть к новизне, возмущение, неповиновение, упрямство и большинство физических зол. Не лучше ли вовсе воздержаться от суждения, чем выбирать среди множества заблуждений, порожденных человеческим воображением? Что мне выбрать? Что угодно. А еще лучше — ничего не выбирать...

Я внимательно слушал эти речи и очень плохо понимал, в чем дело. И совсем не понимал, какое отношение имеет ко мне Пиррон и почему Фриц меня не любит. От чего это он предостерегает моих товарищей:

— Детка, остерегайся Вилковский! Не слушай его. Я, старая человека, ничего не знаю, а он все знайт, все понимайт. Не надо его слушать!»

Илья Константиновский “Первый арест” М. изд-во “Советский писатель” 1960.




Внимание! Администрация Лаборатории Фантастики не имеет отношения к частным мнениям и высказываниям, публикуемым посетителями сайта в авторских колонках.
⇑ Наверх