Рецензии


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «Рецензии» облако тэгов
Поиск статьи в этом блоге:
   расширенный поиск »

, Санкт-Петербургские Ведомости, Славникова, "Impact", "Вампирский Петербург", "Ведьмачьи легенды", "Взломанное Будущее", "Взломанное будущее", "Викинги", "Вирус "Reamde", "Влияние", "Впусти меня", "Классициум", "Метро 2033", "Море имен", "Настоящая Фантастика", "Операция ВИРУС", "Последний довод королей", "Республика Ночь", "Роботы Апокалипсиса", "Саксонские хроники", "Слепцы", "Снежный Ком М", "Страж неприступных гор", "Фантастика и детективы", "Фантастический детектив -- 2014", "Феминиум", "Шико", 11/22/63, 13, 1984, 2003, 2010 г., 2013, 2014, 2312, :Джо Аберкромби, Corpus, DARKER, Daryl Gregory, Dead Space, Dragon Age, Eddie Campbell Comics, Ex Libris НГ, FANтастика, Garrett P.I., Guild Wars Призраки Аскалона, Illustrated Review, Imperial bedrooms, Mad Max, Marvel, Netflix, Oathbringer, Pandemonium, Redrum, Russell D. Jones, S.N.U.F.F., Tales of the Ketty Jay, The Circle, The Sandman, Top Shelf Productions, XX век, XXI век, Zотов, aftermath, art, battlefront, claudia grey, dark fantasy, epizodnik , fanzon, hard sci-fi, kindle, lost stars, new canon, s.n.u.f.f., star wars, weird fiction, АБС, АИ, АСТ, АСТ Москва, АСТРЕЛЬ-СПБ, Аберкромби, Абнетт, Абсолютная альтернатива, Автобиография, Автостопом по галактике, Автохтоны, Ад, Адам Нэвилл, Адам Робертс, Азбука, Академия, Алан Мур, Алатристе, Александр Етоев, Александр Золотько, Александр Снегирёв, Алексей Андреев, Алексей Иванов, Алексей Олейников, Алексей Пехов, Алексей Шведов, Алексей Шолохов, Алфёрова, Аль ри Эстан, Альтернативная история, Альфред Бестер, Америka, Америkа (reload game), Анархизм, Англицкий, Анджей Сапковский, Андреев, Андрей Валентинов, Андрей Лазарчук, Андрей Щербак-Жуков, Анисимов, Анна Каренина-2, Аноним, Антивирус, Антипутеводитель по современной литературе, Антология, Антон Первушин, Антон Фарб, Апокалипсис Welcome, Арабов, Арбитман, Аренев, Аренев Владимир, Арифуллина, Армагеддон Лайт, Артур Кларк, Архив Штормсвета, Ассоциация, Астахова, Астрель-Спб, БНС, Бакстер, Баллард, Барлам, Батчер, Бачигалупи, Бегемот, Безумный Макс, Белаш, Белый песок, Беннетт, Бентли Литтл, Бернард Корнуэлл, Бесконечная Земля, Бетагемот, Библиотека на Обугленной горе, Блейк Крауч, Блонди, Борис Георгиев, Боровиков, Бочков, Бразилья, Брайан Ламли, Брайан Эвенсон, Брендон Сандерсон, Брент Уикс, Бретт, Брин, Брэдбери, Брюс Стерлинг, Будущее, Буллингтон, Булычев, Быков, Бытие наше дырчатое, Бычкова и Турчанинова, Бэнкс, Бэтмен, В ночном саду, В память о прошлом Земли, В финале Джон умрет, В. Камша, Вадим Панов, Вадим Филоненко, Валенте, Валентинов, Вампиррова победа, Василий Владимирский, Василий Мидянин, Василий Щепетнёв, Введенский, Вегнер, Вейер, Вейнбаум, Великобритания, Вельскопф-Генрих, Вера Камша, Вера Огнева, Вермеш, Вернор Виндж, Веров, Весь этот джакч, Видоизмененный углерод, Византия сражается, Виктор Глебов, Виктор Пелевин, Виктор Франкл, Виктория Морана, Вино из одуванчиков, Виртуальный свет, Вишневский, Владимир Аренев, Владимир Борисов, Владимир Данихнов, Владимир Ларионов, Владимир Торин, Вляпалась!, Водоворот, Водяной нож, Возвращение, Володихин, Володихина, Ворон белый, Воронин, Ворчание из могилы, Впусти Меня, Врочек, Все вечеринки завтрашнего дня, Вук Задунайский, Вулф, Высотка, Вэнс, Галина, Галихин, Ганс Гейнц Эверс, Гарднер Дозуа, Гарри Гаррисон, Гаррисон! Гаррисон!, Гашек, Гейман, Гелприн, Геммел, Геннадий Прашкевич, Генри Лайон Олди, Герасимов, Герметикон, Герой Веков, Гжендович, Гийом Мюссо, Гиллиан Флинн, Гилман, Глеб Гусаков, Глен Кук, Глен Хиршберг, Глориана, Глубина в небе, Глуховский, Говорящий от Имени Мертвых, Гоминиды, Гонконг: город, Город Лестниц, Город холодных руин, Города монет и пряностей, Горшкова, Господство, Гражданская война, Граф Ноль, Графический роман, Гребенщиков, Грег Бир, Грег Иган, Грег Киз, Грибы с Юггота, Грин, Грэй Ф. Грин, Грэм Джойс, Грэм Мастертон, Гудкайнд, Д. Володихин, Д. Гейдер. Призыв, ДК Крупской, ДК имени Крупской, Далия Трускиновская, Данихнов, Девочка и ..., Девочка и мертвецы, Девочка которая любила Тома Гордона, Девушка напротив, Дейтон, Демидов, Демченко, Джеймс Баллард, Джеймс Клеменс, Джеймс Кори, Джек Кетчам, Джек Макдевит, Джеральд Бром, Джо Аберкромби, Джо Р. Лансдейл, Джо Уолтон, Джо Хилл, Джоан Виндж, Джоанн Харрис, Джон Барт, Джон Лав, Джон Стейнбек, Джон Трейс, Джон Фландерс, Джонатан Кэрролл, Джонатан Страуд, Джонатан Стрендж и мистер Норрелл, Джордан, Джордж Макдональд Фрейзер, Джордж Мартин, Джордж Оруэлл, Джордж Р. Р. Мартин, Дзирт, Дзыговбродский, Дивов, Дмитрий Глуховский, Дмитрий Захаров, Дмитрий Казаков, Дмитрий Комм, Дон Коскарелли, Драйвер Заката, Дроздович, Друд , Дубинянская, Дуглас Адамс, Дукай, Душница, Дэвид Брин, Дэвид Вонг, Дэвид Кроненберг, Дэвид Марусек, Дэн Браун, Дэн Симмонс, Дэни и Эйтан Коллины, Дэниел Абрахам, Дэниел Абрахам и Тай Френк, Дэниэл Абрахам, Дэниэл Киз, Дэниэл Уилсон, Дэнкер, Дэрил Грегори, Дэрила Грегори, Дяченко, Евгений Лукин, Евгений Прошкин, Екатерина Чернявская, Елена Арифуллина, Елена Клещенко, Если, Жадан, Жан Рэй, Железный Совет, Железный пар, Женевский, Жертвоприношение, Жребий Салема, ЗК-5, Заговор по-венециански, Замужем за облаком, Зандр, Западня, Зеркальные очки, Злотников, Золотой Век НФ, Золотые времена, Золотько, Зона, Зонис, Зотов, Ибатуллин, Иван Наумов, Иган, Игорь Минаков, Игра престолов, Игроки зимы, Идору, Из Ада, Изгоняющий дьявола, Инициация, Интеллектуальный бестселлер, Интеллектуальный бестселлер., Иные пространства, Ирина Богатырева, Искушение чародея, Историческое, История с кладбищем , История твоей жизни, Иэн Бэнкс, Йен Макдональд, К. Дж. Паркер, Кадын, Казаков, Как подружиться с демонами, Калейдоскоп, Калфус, Камбиас, Каменистый, Камша, Канада, Канушкин, Карл Ристикиви, Карлос Руис Сафон, Карта времени, Карта неба, Каунтер, Кашин, Кей, Келли Линк, Кен Кизи, Кетополис, Киз, Кизи, Ким Ньюман, Ким Стенли Робинсон, Кинг, Кир Булычев, Кирилл Еськов, Кирилл Кобрин, Клайв Баркер, Кластер, Клещенко, Клюкин, Книга-фантазия, Книги, Книжная ярмарка ДК Крупской, Книжная ярмарка ДК имени Крупской, Книжное обозрение, Кожин, Кокоулин, Колодан, Колокол, Колыбельная, Комендант мертвой крепости, Комендант мёртвой крепости, Комиксы, Конни Уиллис, Контакт, Кори Доктороу, Корм, Кормак Маккарти, Корнев, Корнуэлл, Космоопера, Костин, Кочегарка, Крайтон, Крапивин, Красильников, Крес, Кризис на Ариадне-5, Крик родившихся завтра, Крис Вудинг, Кристофер Воглер, Кристофер Прист, Кровь и Железо, Крупа, Кузнецов, Куриный бог, Курт Вонненгут, Курчаткин, Кэтрин Валенте, Лав, Лавкрафт, Ле Гуин, Левая рука Бога, Левиафан, Левицкий, Легенды красного солнца, Леки, Лексикон, Лем, Линдквист, Лисбет Саландер, Литература, Лонгиер, Лотерея, Лоуренс, Лукин, Лукьяненко, Лукьянов, Лэрд Баррон, Лю Цысинь, Любовь к трём цукербринам, М.: АСТ, Мабуль, Маг для особых поручений. Клинок Змееносца, Майк Гелприн, Майк Резник, Майкл Каннингем, Майкл Крайтон, Майкл Маршалл Смит, Майкл Муркок, Майкл Суэнвик, Майкл Ши, Макдевит, Макдональд, Макинтош, Маккаммон, Маккарти, Макклеллан, Макнилл, Макоули, Макс Барри, Малицкий, Маргарет Этвуд, Мариша Пессл, Мария Галина, Марк Данилевски, Марк Лоуренс, Маркес, Маркус Зусак, Марс, Мартинович, Марусек, Мастер дороги, Мастера меча и магии, Мастера ужасов, Матесон, Машина различий, Медведевич, Меня зовут I-45, Мерси Шелли, Метро 2035, Миллениум, Минаков, Мир фантастики, Мира Грант, Миротворец 45-го калибра, Михаил Елизаров, Михаил Савеличев, Михаил Успенский, Михеева, Миябэ, Много званых, Мои переводы, Мона Лиза овердрайв, Морган, Мордимер Маддердин, Морские звезды, Москау, Московские каникулы, Мураками, Муркок, Мьевиль, Мэри Шелли, Н. Перумов, НФ, НФ-фэнтзеи, НФ. философия, Наам, Назаренко, Наследие, Национальный бестселлер, Не паникуй!, Не рекомендую!, Неандертальский параллакс, Недоотзывы, Независимая газета, Нейромант, Несущественная деталь, Ник Перумов, Николаев, Николай Горнов, Николай Караев, Нил Гейман, Нил Стивенсон, Ним, Новые Горизонты, Новые горизонты, Новый мир, Номер 16, Ночи Виллджамура, Ночкин, Ночная жажда, Ночная земля, Ночное кино, Ночь без конца, Нью-Кробюзон, Ньюман, Ньютон, Обедин, Обманы Локки Ламоры, Обратите внимание, Обратите внимание!, Огнева, Однажды на краю времени, Одной дождливой ночью, Олден Белл, Олди, Олдисс, Олег Дивов, Олег Кожин, Олейников, Ольга Онойко, Онойко, Орсон Скотт Кард, Оруэлл, Осояну, Острогин, Острые предметы, Отблески Этерны, Отзыв, Отзывы, Отзывы Патрика Ротфусса, Отзывы на прочитанные книги, Откровение, Откровения молодого романиста, Отчаяние, Охота на удачу, ПФА-2013, Павел Крусанов, Пандемоний, Панов, Паоло Бачигалупи, Парфенов М. С., Патрик Ротфусс, Патруль Времени, Пауэрс, Певчие ада, Пекара, Пелевин, Первый закон, Перес-Реверте, Перумов, Песочный Человек, Петербургская книжная ярмарка, Пехов, Пикник на обочине, Пираты!, Пискорский, Питер Гамильтон, Питер Уоттс, Питерbook, Питтакус Лор «Я-четвертый», Пламя над бездной, Плоский мир, Поведай нам тьма, Повелители Новостей, Пожарный, Пол Андерсон, Полдень, Полет феникса, Полковник Пьят, Полтора кролика, Попова, Поппи Брайт, Порох непромокаемый, Потерянные боги, Потоцкий, Похищение чародея, Пратчетт, Прашкевич, Прежде чем их повесят, Престон, Принц Терний, Про книжки быстренько, Проект Бестселлер, Прочтение, Прошкин, Прятки, Пустошь, Пятое сердце, Пётр Бормор, РИПОЛ, Рагимов, Радзинский Олег, Разрушенная империя, Райаниеми, Расколотый мир, Расселл Д. Джонс, Расходные материалы, Рафф, Рейнольдс, Рекомендую, Рекомендую!, Репродуктор, Ретроспектива будущего, Рецензии, Рецензия, Рик Янси, Ритуал, Рифтеры, Ричард Лаймон, Ричард Морган, Ричард_Бертон, Роберт Джексон Беннет, Роберт Ибатуллин, Роберт Ирвин Говард, Роберт Сойер, Роберт Хайнлайн, Роберт Ч. Уилсон, Роберт Чарльз Уилсон, Роберт Шекли, Робертс, Роза и червь, Роман, Роман Арбитман, Ропшинов, Ротфусс, Рубанов, Русская революция, Рыбаков, Рэй Брэдбери, Рэмси Кэмпбелл, С. Кларк, С. Линч, СПб.: Terra Fantastica, ССК, Саймон Бествик, Саймон Кларк, Сакурадзака, Сальваторе, Самая страшная книга, Самое необходимое, Санаев, Сандерсон, Санкт-Петербургские Ведомости, Сапковский, Сарамаго, Сборник, Свеличев, Свет мой зеркальце..., Свое время, Сгинувшие, Седут, Семенова, Сергей Кузнецов, Сергей Носов, Сергей Соболев, Сергей Чекмаев, Сергей Шикарев, Силверберг, Силецкий Александр, Симмонс, Сказки сироты, Сказочник, Скалл, Скальци, Скоренко, Скотт Вестерфельд, Скотт Линч, Скотт Сиглер, Скотт Хокинс, Славникова, Слаповский, Слова сияния, Слюсаренко, Снежный Ком М, Сны Разума, Сны разума, Сокрушитель Войн, Соль Саракша, Сосны, Сотвори себе врага, Спин, Средневековье, Сталкер, Станислав Лем, Старикам тут не место, Старобинец, Стеклянный Джек, Стивен Кинг, Стивен Спилберг, Стивен Холл, Стивен Эриксон, Стивенсон, Странствия Мага, Страуб, Страх и Ненависть в Лас-Вегасе, Страховщик, Стругацкие, Судные дни, Сфера-17, Тай Френк, Тайная история, Тайный Город, Такеши Ковач, Танит Ли, Танцы с медведями, Тед Чан, Терри Гудкайнд, Терри Пратчетт, Территория книгоедства, Террор, Теру, Тим Скоренко, Тимур Вермеш, Тобол, Толкин, Трилогия Бартимеуса, Тэги: Книжная ярмарка ДК имени Крупской, Тэд Уильямс, Тё Илья, Тёмное фэнтези, Тёмные материалы Кёко Карасумы, Убийственная шутка, Убик, Уиллис, Уилсон, Уильям Гибсон, Уильям Хоуп Ходжсон, Уитборн, Уланов, Умберто Эко, Университет, Уолтер Йон Уильямс, Уоттс, Употреблено, Усмешка тьмы, Уэбб, Уэйуорд Пайнс, Уэллс, Уэстлейк, Фазы гравитации, Фантазм, Фанткритик, Феликс Гилман, Феликс Крес, Феликс Пальма, Фентэзи, ФиД, Фигурные скобки, Филип Дик, Флинн, Флэшмен, Фокин, Форестер, Формулы страха, Фрай, Фредерик Пол, Фрейзер, Ффорде, Фэнтези, Хантер Томпсон, Хармонт: наши дни, Харрисон, Харуки Мураками, Хеллоуин, Хиггинс, Хирн, Хоган, Ходдер, Ходжсон, Ходячие мертвецы, Хорнблауэр, Хорхе Луис Борхес, Хранитель Мечей, Хроники железных драконов, Хьюлик, Хэллоуин, Царь головы, Цветная волна, Цветы для Элджернона , Цикавый, ЧЯП, Чайлд, Чайна Мьевиль, Чарлтон, Челюсти, Черная Fantasy, Черное fantasy, Черное знамя, Черное и белое, Черный отряд, Чижов, Чудеса жизни, Чёрная земля, Шаинян, Шарапов, Шарп, Шваб, Шварц, Швейк, Шерлок Холмс, Шерлок Холмс и рождение современности, Шестой на Закате, Шико-Севастополь, Шимун Врочек, Ширли Джексон, Шнейдер, ЭКСМО, Эверест, Эггерс, Эдгар Аллан По, Эдди Кэмпбелл, Эдуард Веркин, Эйронович, Эко, Эксмо, Эллен Датлоу, Эллис, Энтони Райан, Юлия Зонис, Юнг, Яна Дубинянская, Япония, Ярослав Веров, Яцек Дукай, Яцек Пекара, авторский сборник, авторы, альтернативная история, американская литература, английская литература, аномалии, аноме, антиутопия, антологии, антология, апокалиптика, арт-бук, артбук, артуриана, асутры, аудиокниги, баттлфронт, боди-хоррор, боевик, бравая вольница, бэтман аполло, валенте, вампиры, вестерн, вторжение, вэнс, где живет кино, героическое фэнтези, городское фентэзи, городское фэнтези, гражданская война, графомания - болезнь литератора, гуманитарная НФ, де Линт, делайла доусон, демоны, дердейн, детектив, детективная фантастика, детские, джедаи, джош малерман, дик, динозавры, дэвид митчелл, жорж батай, зарубежная фэнтези, звездные войны, здесь могут водиться приколы , зомби, издательство, издательство АСТ, израиль, интеллектуальная литература, интеллектуальная проза, ирвин, историческая проза, историческая фантастика, канадская литература, кейнан, кейт аткинсон, кельтский фольклор, киберпанк, клаудиа грей, книга, книга на английском языке, книги, книги прочитанные недавно, книги странные и необычные, книжное обозрение, колюжняк, комикс, комиксы, конкурс, контакт, космическая фантастика, космоопера, космофантастика, криптоистория, кристи голден, ксенофантастика, кшиштоф пискорский, латиноамериканская литература, левая фантастика, лингвистическая фантастика, литература, литературный семинар "Партенит", лорд Дансени, лучше не читать, любопытно, магический реализм, магия, магреализм, манга, мелодрама, миллер джон джексон , мистика, мифологическая фантастика, мифологическое фэнтези, мифология, мои отзывы, мои рецензии, мои старые рецензии, мягкая НФ, на английском, на английском , наука. популяризация, научная фантастика, не для всех, не моё, не переведено на русский, не советую, немецкая литература, неформат, новинки, новый канон, нф, обзор, обложки, обратите внимание!, отечественное, отзыв, отзывы жюри, отзывы на литературные произведения, отличная литература, отряди нферно, патрик несс, пелевин, перевод на растопку , переводная, переводческое, переводы, планетарная фантастика, победитель, подростковая, подростковое, политическая фантастика, польская фантастика, польское фэнтези, помесь собственно рецензии с рецензией-эссе, попаданцам и сишникам вход запрещен , посмотреть, постапокалипсис, постапокалиптика, постмодерн в фантастике, постмодернизм, постпостмодернизм, потерянные звезды, похорониете меня за плинтусом-2, поэзия, православная фантастика, праздник, пратчетт, премия, приквел, приключения, приключенческая фантастика, притчи, проза, произведения, прочитанное, псевдодокументалистика, психоделика, психология, пустота - горечь для читателя (если она без Чапаева), разбор, рассказ, рассказы, реализм, рекомендации, рекомендую, рекомендую прочитать, рецензии, рецензии на книги, рецензия, рифтеры, ричард бротиган, роман, роман-мозаика, российская литература, российская фантастика, русская литература, русская литературая, русский хоррор, русское фэнтези, русскоязычная, санаев, сатира, сборник, сборник рассказов, сборники, сериал, серия "Антологии", серия "Партенит", сказки, сказки на новый лад, смею рекомендовать, собственно рецензия, современная литература, современная проза, современная фантастика, современное, социальная, социальная фантастика, социально-философская фантастика, социопанк, сталкер, статьи, стилизация, стимпанк, сюрреализм, танго, твердая НФ, твёрдая научная фантастика, темная сторона дороги, технофэнтези, трибьют, триллер, трилогия , трилогия "Мистер Мерседес", трилогия Моста, турбореализм, тёмное фэнтези, уайзман, ужасы, уиллис, уильям голдинг, украиника, утопия, учебник, фазма, фанзон, фантастика, фантастические журналы, фейри, фентэзи, философия, философия фантастики, философская фантастика, философское, фото, фэнтези, харуки мураками, хоррор, христианство, хроники раздолбая, хроноопера, хронофантастика, цветная волна, цикл, чак вендиг, шедевр, экранизация, эксмо, экспедиция Франклина, экспериментальная литература, эпизод VII, эпизодник, эссе, юмор, юмористическая фантастика, янн мартел, японская литература
либо поиск по названию статьи или автору: 

  

Рецензии


Внимание!

Данная рубрика — это не лента всех-всех-всех рецензий, опубликованных на Фантлабе. Мы отбираем только лучшие из рецензий для публикации здесь. Если вы хотите писать в данную рубрику, обратитесь к модераторам.

Помните, что Ваш критический текст должен соответствовать минимальным требованиям данной рубрики:

  1. объём не менее 2000 символов без пробелов

  2. в тексте должен быть анализ, а не только пересказ сюжета и личное мнение нравится/не нравится

  3. рецензия должна быть грамотно написана хорошим русским языком

  4. при оформлении рецензии обязательно должна быть обложка издания и ссылка на нашу базу (можно по клику на обложке)
Модераторы рубрики оставляют за собой право отказать в появлении в рубрике той или иной рецензии с объяснением причин отказа.

Модераторы рубрики: kkk72, Aleks_MacLeod, sham, volga, С.Соболев

Авторы рубрики: tencheg, Smooke, sham, Dragn, armitura, kkk72, Dark Andrew, Pickman, fox_mulder, Нопэрапон, Календула, Vladimir Puziy, Aleks_MacLeod, drogozin, shickarev, glupec, rusty_cat, Ruddy, Optimus, CaptainNemo, Petro Gulak, febeerovez, Lartis, cat_ruadh, Вареный, terrry, Metternix, TOD, Warlock9000, Kiplas, NataBold, gelespa, iwan-san, angels_chinese, lith_oops, Barros, gleb_chichikov, Green_Bear, Apiarist, С.Соболев, geralt9999, FixedGrin, Croaker, beskarss78, Jacquemard, Энкиду, kangar, Alisanna, senoid, Сноу, Синяя мышь, DeadPool, v_mashkovsky, discoursf, imon, Shean, DN, WiNchiK, Кечуа, Мэлькор, Saneshka, kim the alien, ergostasio, swordenferz, Pouce, tortuga, primorec, dovlatov, vvladimirsky, ntkj666, stogsena, atgrin, Коварный Котэ, isaev, lady-maika, Anahitta, Russell D. Jones, Verveine, Артем Ляхович, Finefleur, imra, BardK, Samiramay, demetriy120291, darklot, пан Туман, Nexus, evridik, Evil Writer, osipdark, nespyaschiiyojik, The_Matrixx, Клован, Кел-кор, doloew, PiterGirl, Алекс Громов, vrochek, amlobin, ДмитрийВладимиро, Haik, danihnoff, Igor_k, kerigma, ХельгиИнгварссон, Толкователь, sergu



Статья написана 10 ноября 2017 г. 08:09
Размещена также в рубрике «Материалы с конвентов и литературных встреч» и в авторской колонке vvladimirsky

Захаров Дмитрий. Кластер (по рукописи).

Номинировал Николай Караев: Как всякая хорошая фантастика только прикидывается фантастикой (но делает это хорошо), так и кафкианская антиутопия Дмитрия Захарова лишь маскируется под таковую. Замкнутый сам на себя мир российских государственных корпораций, сражающихся за производство удивительного полупроводника, арсенида голландия, оказывается населен людьми, более чем похожими на нас – нас из настоящего, недавнего прошлого и, как ни жаль, обозримого будущего. В этом романе есть все атрибуты фантастического триллера: от всесильных спецслужб до таинственных террористов, от послушных винтиков условно киберпанковских вертикалей власти до оживленных кукол, ждущих своего мессию, – но главное в «Кластере» не это, и даже не мастерская полифония, незаметно и неумолимо затягивающая читателя в мутные бездны корпоративной вселенной. Главное, на взгляд номинатора, то, что «Кластер» не столько создает свой собственный мир, сколько открывает нам глаза на имеющийся. Постепенно проступает карта лабиринта, в котором, как водится, почти все маршруты заканчиваются тупиками – не потому, что мы такие уж плохие люди, а потому, что «раньше у нас было время, теперь у нас есть дела», потому что чаще комфортнее уйти оттуда, где надо бы не забыть остаться, потому что иногда уютнее предать и забыть. Но кто-то, может быть, и прорвется к звездам, из которых идет снег.


ОТЗЫВЫ ЖЮРИ


Андрей Василевский:

цитата

В книге — два слоя: там, где про Медведя Семена, Жирафа Русю, оловянных и др. — замечательно; там, где про человеков — скучно и, кажется, уже читано. Убрать бы этих хомо сапиенсов на задворки повествования, какая славная повесть могла бы получиться (меньшего, конечно, объема).


Валерий Иванченко:

цитата

Пиарщик-оппозиционер и плюшевый медведь против режима и корпораций, трагедия.

Не очень складно придуманная и сбивчиво изложенная история – с конкуренцией инновационных ведомств, чиновниками, революционерами, воровством, шпионажем, эстрадной певичкой и разумными куклами.

У пиарщика российской корпорации «Микрон» пошла чёрная полоса. На организованном им концерте случается непонятный идеологический теракт в сопровождении стрельбы и паники. Его снимают с должности и ссылают в архивный подвал. Тем временем игрушечный медведь, пытается вывести своих друзей (жирафа, зайцев, щенка) из соседнего подвала, где вот-вот произойдёт конец света. Игрушки, наделённые сознанием, были созданы ещё в 90-е годы в ходе экспериментов с волшебным веществом арсенидом. Потом тему закрыли, но создания остались жить в подземельях заброшенных лабораторий. На них открыта охота, поскольку заключённый в них арсенид страшная ценность. Пиарщик, рискуя свободой и жизнью, погружается в корпоративные тайны, связывается с фейковым подпольем, заводит роман с певицей и решает во что бы то ни стало спасти доверчивых мелких существ. Всё оказывается не так просто, кругом предательство, он бежит в Америку вместе с медведем, потеряв его друзей по дороге, но и Америка не спасает.

Захаров – писатель не бесталанный, но не особо умелый. У него то и дело сбоит стиль, слов избыточно много, но все неточные, и, главное, не получается вовлечь читателя в текст и в придуманный мир. Персонажи либо неприятны, либо безразличны, история тоже оставляет равнодушным, слишком много гротеска, слишком надуманной она кажется.

Разумеется, всё это вкусовые претензии. Ведь прошлогодний «Репродуктор» многим понравился, а «Кластер» поинтересней и заметно сильнее. Ну, страннейший и ходульный сюжет. И что? У нас ведь фантастика, социальная.

Находка с живыми куклами при всей видимой нелепости оказывается ловким ходом. На фоне бессмысленного мира, населённого отталкивающими персонажами, маленький медведь Семён сияет как светоч активного гуманизма. Тут есть момент наглой эксплуатации, но автор искренне любит своего медведя не за пушистость, а за стойкость и чистоту помыслов, и мы тоже не сможем не полюбить.

И всё же две трети или даже три четверти всей истории кажется, что Захаров весьма расплывчато представляет, о чём собственно рассказывает и что хочет сказать. Сюжетные ходы путаются и рвутся, роман выглядит кладбищем благих пожеланий. Сатира выходит беззубой, переживания – неубедительными, остросюжетность – натянутой, мысли – наивными. Перелом происходит лишь ближе к финалу, когда заканчиваются кривые подводки, а из тумана запутанной экспозиции проступают очертания драмы. Похоже, что только в конце автор определяется как с жанром, так и с высказыванием. Обречённая искренность – вот, оказывается, о чём речь. Жестокость творца, отважное бессилие твари. Женщины – суки, только игрушки не предают. Россия ни к чему не способна, ей бы красть, да детей своих жрать. Капитализм – дерьмо, революция не лучше. Может не глубоко, зато выстрадано. И главное – ударные развязки на месте. Читатель вознаграждён за упорство и уходит довольным.


Константин Мильчин:

цитата

Офисная антиутопия в сочетании с критикой режима и власти. Захаров как писатель совершенствуется, но ему, безусловно, стоит внимательнее относится к словообразованию.


Константин Фрумкин:

цитата

Из всех представленных на конкурс работ «Кластер» — пожалуй, самый актуальный. И актуальный он не только потому, что написан про почти современную Россию и ее хозяев, но и потому, что вдохновлен очень важными «обертонами» нашей общественной жизни — обертонами, которые вроде бы всем доступны, но почему-то редко достигают слуха авторов остросюжетных повествований — даже «политических» и «актуальных».

Итак, российские госкорпорации соревнуются за то, кто первый отчитается, что наладил производство некоего полупроводника. Беда в том, что на самом деле делать полупроводники никто не умеет, деньги на их производство украдены, а отчитаться о проделанной работы можно только теми материалами, которые когда-то СССР купил в Японии.

Проблема лишь в том, что из этих материалов сделаны живые игрушки — мишки, щенки и солдатики. А значит, отчитаться о распиленных средствах можно только переловив и уничтожив этих беспомощных живых существ.

Получается грандиозная метафора всей нашей «политической экономии». Невозможность заняться созидательным, высокотехнологическим трудом побуждает нашу власть заменить его трудом по уничтожению и мучению своих беззащитных подданных — попытаться извлечь дивиденды из их уничтожения, бросить их в топку прогресса, буквально на их костях построить замену недостающих высоких технологий. Метафора прозрачная — тем более что охота за игрушками происходит в бункере, на строительстве которого некогда погибло немало сталинских зэков. Попытка компенсировать очевидной жестокостью свое бесплодие.

В результате — необычный ход — отношение к игрушке предстает как нравственный ориентир.

И сколь грандиозна асимметрия сюжета: на одном конце госкорпорации тратят миллиарды, гоняют спецагентов и льют кровь только для того, чтобы удачно имитировать свою нужность и маскировать бесполезность — на другом конце одно частное лицо жертвует своей жизнью, чтобы спасти одного плюшевого медведя.

При этом экстремисты, стремящиеся разрушить царство госкорпораций, не лучше их, ибо пытаются сделать из игрушек бомбы. Экстремисты — это те, кто некогда получил советский, отечественный полупроводник, и теперь возомнил себя богом и ненавидит имитационный мир госкорпораций. Ностальгия по советскому созиданию оборачивается мечтой о бомбе.

Что еще сказать о романе Захарова? Стиль его прост, и ничему не мешает.

Звучащая в романе тема волчьих нравов в среде офисного планктона вторична и была разработана во многих других литературных текстах, начиная с романов Сергея Минаева.

Роман нельзя назвать выдающимся, но он несомненно может понравиться.

Я надеюсь, что Дмитрий Захаров продолжит писать.


Галина Юзефович:

цитата

Во-первых, огромный шаг вперед по сравнению с прошлогодним «Репродуктором», а во-вторых, роман, в котором герои по-настоящему живые и их жалко. История про разумных игрушек перекликается с историей разумных медведей из прошлого романа, но отработана на принципиально ином уровне – гораздо тоньше и уместнее. Другое дело, что Захаров почему-то все время пытается писать кафкианско-абсурдистскую сатиру на российскую бюрократию, которая у него выходит утомительно однообразной – не смешной, не страшной, не злой, а какой-то совершенно серой и безликой – под стать описываемому объекту: трудно было удержаться, чтобы не пролистывать «сатирические» страницы.  Мне кажется, что если бы в романе осталась только одна линия, связанная со спасением игрушек, он бы от этого очень сильно выиграл.  Ну, и к концовке есть кое-какие вопросы: все плохо, это понятно, и плохо более или менее везде, но этой суховатой констатации как-то явно не хватает для мощного финального стаккато.


Отзывы на другие произведения, номинированные на "Новые горизонты" см. на официальном сайте премии.


Статья написана 31 октября 2016 г. 11:43
Размещена также в авторской колонке vvladimirsky

Наиболее полная информация о премии собрана на официальном сайте "Новых горизонтов".

Дмитрий Захаров. Репродуктор. — Сбор-ник, 2015 (электронная публикация).

Номинировал Николай Караев:

В недалеком будущем Россия превращается в страну, неясным образом отрезанную от остального мира, так что непонятно, есть ли в принципе жизнь за ее пределами. Однако страна, точнее, то, что от нее осталось, живет как прежде, хотя и в новых, несколько абсурдных условиях — чего стоят, в числе прочего, разумные медведи, которых люди используют в своих целях. По-прежнему работает как пропаганда, так и контрпропаганда, полностью подчиняющие себе ментальное пространство рядовых жителей этой антиутопии. Местами роман заставляет вспомнить Кафку, местами — «Улитку на склоне», и эти аллюзии заложены автором вполне сознательно. Этот мир не имеет выхода вовне — ни географического, ни идеологического; зато, как и во всякой устойчиво страшной ситуации, люди находят выход вовнутрь — в себя, в быт, в работу, в «обычный» мир, продолжающий существовать так, словно и нет Трансформаторных Полей, набегов то ли мутантов, то ли чудовищ, зачитывающих списки предателей медведей, мощного Репродуктора и управляющих всем этим Старост. Удивительное умение приспосабливаться к любой антиутопии, как ни странно, меняет и саму антиутопию, делая классический тоталитаризм «1984» почти невозможным. Впрочем, все это — уже не совсем фантастика, о чем и роман Дмитрия Захарова, отражающий нынешнюю реальность чуть более, чем полностью, и делающий из нее пусть не самые комфортные и конформные, зато весьма полезные выводы.


ОТЗЫВЫ ЖЮРИ

Андрей Василевский:

Очень симпатичная повесть. Симпатичная тем, что лаконичная, и тем, что автор отказывается от объяснений, почему это так (например, медведи среди прочих персонажей), а это вот так. Нам предлагается просто принять условия игры, условия в общем-то понятные.

Валерий Иванченко:

Несмешной политический анекдот про изоляцию и духовные скрепы.

В параллельной России рядом с людьми живёт раса разумных медведей. Люди вымещают на них расистские комплексы и время от времени устраивают на медведей гонения. Зачем медведи нужны этой повести, непонятно, наверное для пущего остранения и чтобы хоть чем-то привлечь внимание, роли в сюжете они практически не играют.

Сюжет такой. Одиннадцать лет назад Россия вступила со всем миром в войну, и теперь от неё остался один портовый город на Дальнем Востоке, окружённый непроходимыми «трансформаторными полями». Есть ли кто живой на оставшейся части планеты, неясно, хотя слухи разные ходят. Живут в городе хорошо, точнее, обычно – еда дрянная, но никто не бедствует. Население охвачено патриотической пропагандой.

Три персонажа. Молодой человек, домашний диссидент, по блату устроенный ночным дежурным вещательного центра. Сначала он пытается бежать через поля, а потом устраивает диверсию: вместо патриотического канала запускает в эфир оппозиционный (существующий, как оказывается, на те же бюджетные деньги).

Журналистка с официального канала, в меру скептичная. Случайно делает карьеру и назначается главным редактором в оппозицию.

Ещё одна девушка — мелкий менеджер из администрации. Совершает политическую ошибку, подвергается репрессиям начальника, в отчаянии пишет письмо наверх, получает прощение и новую работу ещё лучше прежней.

Есть также невнятные боковые сюжеты с диском, на котором записана некая страшная правда, и медвежьим подпольем, но больше в повести ничего не происходит, а заканчивается она открытым финалом.

Написано всё это довольно скучно, стёртым грамотным языком с массой ненужных подробностей, с бесконечными «встал-сел-пошёл-взял-положил-поел-уснул».

В общем понятно, зачем автор писал «Репродуктор» на протяжении семи лет. Он родом из Красноярска, знаком с Силаевым и Лазарчуком, состоял в СПС и работал или работает в «Коммерсанте». Можно также представить себе небольшую аудиторию из диванных оппозиционеров, которым повесть придётся по вкусу. Никаких горизонтов она не открывает, закрывает скорее.

Константин Мильчин:

У братьев Стругацких в романе «Понедельник начинается в субботу» главный герой отправляется на велосипеде времени в воображаемое будущее, где, в частности, наблюдает разнообразные антиутопии. В которых человечество непременно кем-то порабощено. Если бы Саша Привалов путешествовал по воображаемому будущему сейчас, то он бы странствовал по бесконечным попыткам написать новый «День опричника» или «Теллурию». За Сорокина радостно, а читателю печально. На каком-то этапе «Репродуктор», «Колокол» и «Левая рука Бога»  превращаются в один роман. Найти десять отличий сложно. Видимо антиутопия, где люди живут, но крайне специфически, а с Россией случилось нечто страшно-странное, в этом году самый востребованный жанр.

Валерия Пустовая:

Прочитала с удовольствием – не имеющим, однако, никакого отношения к достижениям автора как фантаста. В романе «Репродуктор» Дмитрия Захарова меня привлек не фантастический, а психологический план. Здесь удивительно близкие, домашние герои – и заботы их, какой бы пост в медиа-иерархии этой самую малость фантастической России они ни занимали, кажутся близкими, домашними. Своими.

И мир романа ценен для меня прежде всего цепкими деталями – психологическими, бытовыми, портретными. Автор в достаточной степени реалист, чтобы создать убедительный мир будущего.

Впрочем, будущего ли? Дистанция между настроениями современного российского общества и причудами вот этого, где на радио пропагандистские передачи ведет медведь, минимальна. Пожалуй, роман выигрышней смотрится как сатира на настоящее, нежели как проекция в будущее. Сатирическая, а не фантастическая находка – возня с плюшевыми медведями, которые то почитаются как государственный символ, то ритуально сбрасываются в медвежью яму.

Думаю, этого бы хватило – такого фантастического подмаргивания, в границах сатиры, не более. Такого легкого призвука безумия – в насквозь узнаваемом корпоративном мирке.

Грезы об изоляции России, разработка образов медвежьего социума – все это выглядит уже лишним, автор тут немного давит на читателя, да и воспроизводит общие места.

Роман чист и точен с точки зрения языка. Здесь мало поэзии – но чувствуется здоровое напряжение прозы, сдержанная настойчивость слога.

Приятная, серьезная, правдивая – но недостаточно фантастичная вещь.

Артём Рондарев:

Настоящая повесть написана в почтенном жанре антиутопии, притом – антиутопии орвеллианского типа: дело здесь, сколько можно судить (маркеры реальности тут все фрагментированы и разбросаны по тексту так, что по ним цельной картины составить невозможно), происходит в России недалекого будущего, в которой, после некоторой Войны с остальным миром (в результате которой мир то ли наполовину стерт с лица земли, то ли нет) победили реакционные силы, она управляется неким Старостатом, то есть, советом, который возглавляет Староста, и проводит политику, связанную по большей части с показухой, ложью и поиском внешних и внутренних врагов.

Повесть в меру злободневна, в ней имеется прямое упоминание Крыма, которого в мире, описанном здесь, больше нет (что бы это ни значило), и завуалированное – Украины: «Рукой он показывал в сторону корабля под странным флагом неизвестного Герману государства: флаг был наполовину синий, наполовину белый или желтый, теперь уже не определить». В полном согласии с орвеллианской эстетикой мир победившего патриотизма – место безрадостное: машины еле ездят, ощущается настоятельная нехватка всех ресурсов, в домах героев царит разруха, с технологиями тоже все кое-как, люди щелкают какие-то тумблеры и пользуются хрипящими радиоприемниками. Среди обладающих идеологической и политической властью социальных групп здесь упоминаются какие-то родноверы, казаки, ветераны, общественные организации, также имеется проспект Матерей, — словом, налицо весь набор «победившей национальной духовности», такой же неизбежный, как и выражения лиц матрешек, форма балалайки и прочий облик анекдотических маркеров российской самобытности.

Есть тут, правда, сюжет, которого я не понял, возможно, в силу своего незнакомства с более подробным контекстом создания данной вещи: в мире наряду с людьми обитают какие-то говорящие зверюшки и, в первую очередь, медведи, которые здесь низведены на роль колониального пролетариата, работают на стройках и в порту (за вычетом ренегатов, которые подвизаются в СМИ и копят ресентимент) и вдобавок постоянно подвергаются патриотическим наскокам со стороны людей. Толку от этих медведей для наличного сюжета ноль, откуда они взялись (как в тексте, так и вне его) – я не понял, так что записал их в разряд необъясненных курьезов.

Повесть так или иначе вращается вокруг людей, связанных со средствами массовой информации, среди которых один мужчина и две женщины; мужчина – слабохарактерный рохля, женщины – невротизированные окружающим цинизмом дамы, словом, готовый набор для советского фильма про интеллигенцию; одна из женщин описывает свой идеал мужчины как человека с ямочкой на подбородке, так что я бы по части гендерной психологии автору не очень верил. Все они по работе транслируют, как нетрудно догадаться, точку зрения официоза, то есть, наглую ложь бочками, и почти все так или иначе ненавидят себя за это. Пружину сюжета (очень слабую, если честно) составляет упоминание о наличии какого-то оппозиционного подпольного радио, которое вещает Правду и которое надо слушать, укрывшись от посторонних глаз; естественно, спустя пару сюжетных ходов выясняется, что радио это слушают все в стране, а еще чуть спустя – и то, что радио это финансируется властями, а циничные подонки, работающие на нем, глумливо называют себя «либеральной гидрой».

Собственно, здесь можно было бы рецензию и закончить, так как диспозиция всем, кто интересуется нашей идеологической жизнью, и так ясна, но я все же добавлю несколько соображений.

Если бы на эту повесть нужно было наложить какую-либо идеологическую резолюцию (а в последние три года с нашей фантастикой произошло такое, что без подобной резолюции мало какая наша фантастическая книга имеет смысл), то я бы поставил резолюцию «Идеологически выдержанная».

Смысл тут в том, что у нас есть, разумеется, целый спектр фантастических произведений, так или иначе представляющих «патриотическую» линию: от мутного вала романов про попаданцев, которые вместе с Иисусом и Лаврентием Палычем Берией дают поджопник мировому капиталу и либерастии, до какой-то более-менее авторской продукции, которую я тут перечислять не буду – все, кому интересно, ее и так знают. Но это инструмент очень грубый: романы про попаданцев являются постоянным предметом зубоскальства в сети, они не работают в случае с человеком, имеющим хотя бы какой-то доступ к информации. Для последних нашей идеологией придумано нечто более изощренное: а именно тот сорт политического релятивизма, за который в Британии регулярно пытаются прикрыть RT и который недавно в полном объеме обнаружил себя при истории с допинговым скандалом. Эта та форма рассуждения, в рамках которой утверждается, что допинг используют все, а ловят только тех, кого надо вашингтонскому обкому; что мир, в целом – порядочная клоака, и в нем уважающее себя государство должно вести себя соответственно (блогеры именно на этом месте обычно пишут слово realpolitik); что идеалов нет, все замазаны, и правда – она только у того, кто ловчее и кто крепче держится за свою ложь.

Так вот, повесть, о которой тут идет речь, негативно воспроизводит подобную форму суждения.

В ней сказано о том, что мир дрянь, катится в ад, сопротивление в нем возможно только в виде мимесиса под реальность, желательно при этом – на деньги власти. Опереточность власти, выведенная здесь, ее почти анекдотическая русопятость, — работает ровно на это представление: смотрите, как бы говорится тут, даже такая водевильная власть способна держать вас в узде, потому что это не она – это вы сами держите себя в узде. Народ оболванили журналисты, верно, — но сами журналисты такие же болваны, как народ, они могут только пить и бояться. Сопротивление невозможно, ибо вы сопротивляетесь себе, своему низкому, гадкому, конформному нутру. Смиритесь, вы сами этого хотели.

И это именно то, что транслирует сейчас в массы власть – посредством опереточных телеведущих, опереточных писателей, опереточных сенаторов, опереточной оппозиции, которая исправно играет надетую на нее роль либерастов и регулярно оказывается финансируемой властными структурами.

И вот именно этот тотальный нигилизм, превращенный в статус кво, находит свое отражение в данной повести.

Я не знаю, какими мотивами руководствовался ее автор. Может быть, он искренний пессимист и не верит в возможность каких бы то ни было положительных социальных сдвигов. Возможно, он хотел, «как Оруэлл», показать, что наш социум обречен. Но тут есть разница: роман Оруэлла – это история о том, как носитель гуманистической морали столкнулся с Левиафаном и проиграл, в общем, в довольно тяжелой борьбе. Наличие в нем Уинстона Смита – это, собственно, основной оптимистический его посыл: там, где есть место Смиту, есть место и другим, как бы ни была незавидна их судьба; Смит в этом смысле представляет собой траву, которая всегда растет через бетон, он – часть онтологии мира, и только поэтому герой, а не оттого, что он попытался как-то нагадить Большому Брату.

В настоящей повести единственный человек, который отваживается на какой-то бунт, – настолько раздавленная, настолько нелепая, настолько мотивированная своими предыдущими обидами фигура, что записать ее в носители гуманистического идеала нет никаких возможностей: то, что вместо бунта этот человек устроит какой-то балаган с бухлом и истерикой – очевидно с самого начала. У Оруэлла был конфликт мировоззрений: здесь лишь конфликт неврозов. Невротична власть, которой для поддержания порядка необходимо прибегать к нелепейшим символам и ритуалам, и невротичен противостоящий ей персонаж. Дуб дерево, роза – цветок, либерасты продажны, реакция непобедима. Всех жаль, всем спасибо.

Люди на зарплате аплодируют стоя – вне зависимости от того, на чьей стороне автор.

Галина Юзефович:

Роман Дмитрия Захарова отличается тем же свойством, что и многие другие романы в жанре антиутопии: автору так нравится обустраивать свой мир, а после транслировать через него свой месседж, что на действие как-то не остается ресурса. Так, в «Репродукторе» есть очень хорошо придуманный мир – постапокалиптический город, похожий одновременно и на советскую реальность, и на ту конечную точку, в которую могут нас всех привести нынешние тенденции в эээ… государственном строительстве. В городе рядом с людьми живут разумные медведи (объект вечной травли и расистского пренебрежения), оппозиционные СМИ живут на государственные деньги, а за окружающими город смертоносными Трансформаторными полями лежит дивный и странный, неведомый мир – ну, или не лежит, поскольку наверняка этого никто не знает.

Читатель ждет уж рифмы «розы» — побега через поля, открытия мира за их пределами, революции (или, напротив, холокоста) медведей, ну хоть чего-нибудь. Но ничего – буквально ничего – не случается. Герои совершают некоторое количество стохастических перетаптываний с минимальной динамикой, зачем в романе медведи так и остается неясно, а открытый финал становится каким-то по-настоящему обидным разочарованием. Ну хоть что-то же должно было произойти – а то не по-товарищески как-то.





  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку


Количество подписчиков: 699

⇑ Наверх