Рецензии


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «Рецензии» облако тэгов
Поиск статьи в этом блоге:
   расширенный поиск »

  

Рецензии


Внимание!

Данная рубрика — это не лента всех-всех-всех рецензий, опубликованных на Фантлабе. Мы отбираем только лучшие из рецензий для публикации здесь. Если вы хотите писать в данную рубрику, обратитесь к модераторам.

Помните, что Ваш критический текст должен соответствовать минимальным требованиям данной рубрики:

  1. объём не менее 2000 символов без пробелов

  2. в тексте должен быть анализ, а не только пересказ сюжета и личное мнение нравится/не нравится

  3. рецензия должна быть грамотно написана хорошим русским языком

  4. при оформлении рецензии обязательно должна быть обложка издания и ссылка на нашу базу (можно по клику на обложке)

Модераторы рубрики оставляют за собой право отказать в появлении в рубрике той или иной рецензии с объяснением причин отказа.

Модераторы рубрики: kkk72, Aleks_MacLeod, sham, volga, С.Соболев

Авторы рубрики: Нариман, tencheg, Smooke, sham, Dragn, armitura, kkk72, Dark Andrew, Pickman, fox_mulder, Нопэрапон, Календула, Vladimir Puziy, Aleks_MacLeod, drogozin, shickarev, glupec, rusty_cat, Ruddy, Optimus, CaptainNemo, Petro Gulak, febeerovez, Lartis, cat_ruadh, Вареный, terrry, Metternix, TOD, Warlock9000, Kiplas, NataBold, gelespa, iwan-san, angels_chinese, lith_oops, Barros, gleb_chichikov, Green_Bear, Apiarist, С.Соболев, geralt9999, FixedGrin, Croaker, beskarss78, Jacquemard, Энкиду, kangar, Alisanna, senoid, Сноу, Синяя мышь, DeadPool, v_mashkovsky, discoursf, imon, Shean, DN, WiNchiK, Кечуа, Мэлькор, Saneshka, kim the alien, ergostasio, swordenferz, Pouce, tortuga, primorec, dovlatov, vvladimirsky, ntkj666, stogsena, atgrin, Коварный Котэ, isaev, lady-maika, Anahitta, Russell D. Jones, Verveine, Артем Ляхович, Finefleur, imra, BardK, Samiramay, demetriy120291, darklot, пан Туман, Nexus, evridik, Evil Writer, osipdark, nespyaschiiyojik, The_Matrixx, Клован, Кел-кор, doloew, PiterGirl, Алекс Громов, vrochek, amlobin, ДмитрийВладимиро, Haik, danihnoff, Igor_k, kerigma, ХельгиИнгварссон, Толкователь, astashonok, sergu, Lilit_Fon_Sirius, Олег Игоревич, Виктор Red, Грешник, Лилия в шоколаде, Phelan, jacob.burns, georgkorg, creator, leola



Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9 ... 245  246  247  248 [249] 250  251  252  253 .. 256  257  258

Статья написана 11 августа 2010 г. 12:39
Размещена также в авторской колонке Pickman

Кастанеда об этом ничего не писал.

Егор Летов



Говард Филлипс Лавкрафт был довольно высокого мнения о своих поэтических опытах, но автор, оценивающий собственное творчество, в четырех случаях из десяти обманывается, еще в трех откровенно врет, в двух попросту тушуется и только в одном говорит правду. При всей народной любви к отцу-основателю Инсмута и других новоанглийских городов, в отстраненном и беспристрастном самоанализе его заподозрить трудно, а потому мы можем смело отнести его к первой категории. Большая часть лавкрафтовских стихотворений смотрится бледновато и неуклюже даже в сравнении с поэтическим наследием его современника и соратника Кларка Эштона Смита, не говоря уж об Эдгаре По, шедевры которого (наравне с прозаическими фантазиями лорда Дансени и некоторых других авторов) во многом и вдохновляли чудака из Провиденса на подвиги во славу самой ветреной из муз.
"Грибы с Юггота" можно рассматривать как своего рода срез лавкрафтовской поэзии, позволяющий в достаточной мере оценить сильные и слабые места творческой манеры Лавкрафта-стихотворца. Есть свидетельства, что сам автор не рассматривал представленные здесь сонеты как единый цикл; в пользу этого говорит и их тематическая пестрота. В то время как первые четыре, от "Книги" до "Узнавания", связаны общим последовательным сюжетом, добрая половина остальных представляет собой миниатюрные "страшилки" в стихах (отдельные из них вполне органично звучали бы в устах Горшка из "Короля и Шута", если бы не более высокий литературный уровень, далекий от пэтэушного), каждая из которых могла бы стать серией какой-нибудь "Сумеречной зоны" или "Баек из склепа", если бы их снимали в 30-е годы. В других Лавкрафт перестает играть в поэта и становится поэтом — это заметно не только в искренних лирических вещицах вроде "Истоков", но и более мрачных этюдах, чаще всего основанных на кадато-ктулховской мифологии (кое-какие экспонаты из лавкрафтовского зверинца упоминаются здесь впервые — например, шогготы). Сильный художественный эффект достигается прежде всего за счет интересной образности, поскольку с точки зрения техники "Грибы с Юггота" ничего выдающегося собой не представляют и грешат многочисленными шероховатостями. По-настоящему эти сонеты оживают, когда читательское воображение попадает в одно русло с авторским и резонирует манящими картинами дальних и близких миров.
Но всё это в оригинале — на наших же просторах карты легли по-иному, в очередной раз подтверждая старую истину, что перевод, как и жена, может быть либо верным, либо красивым.
На бумаге можно оценить только версию О. Мичковского. Лавкрафт в его переложении приобретает чуть ли не пушкинскую благозвучность и гладкость — что, между нами, не слишком его портит. С другой стороны, при таком подходе теряется масса деталей (второстепенных и не очень), но тут уже сказываются объективные ограничения, с которыми неизбежно сталкивается любой переводчик поэзии.
Зачастую Мичковский перебарщивает с мелодрамой и восклицаниями. Скажем, на месте лавкрафтовского

I glimpsed—and ran in frenzy from the place,
And from a four-pawed thing with human face.


стоит нервно-пафосное:

Будь проклят этот дом с его жильцом —
Животным с человеческим лицом!


Кроме того, переводчик злоупотребляет могильно-готической эстетикой, к которой Лавкрафт прибегает с осторожностью (и неслучайно, надо думать). В итоге

There was no wind, nor any trace of sound
In puzzling shrub, or alien-featured tree,


превращается в

Могильной тишины не оживлял
Ни ветерок, ни шелест листвяной.


Для нас важнее, впрочем, что Мичковского не обвинишь ни в небрежности, ни в отсутствии техники и поэтического таланта.
Другую версию "Грибов" без труда можно найти в Сети. Денис Попов, надо отдать ему должное, не только перевел цикл (и ворох других лавкрафтовских текстов, прозаических и поэтических), но и потрудился снабдить каждый сонет подробными комментариями, проясняющими многие понятия и историю публикации стихотворения. Работая над самими сонетами, Попов сделал попытку передать их смысл с минимальными потерями... и на этом плюсы заканчиваются. Самый большой и жирный минус приходится на корявый синтаксис, из-за которого многие сонеты не поддаются нормальному прочтению — все-таки в русском языке предложения строятся иначе, чем в языке Диккенса и Эминема. Одним из самых неудачных примеров служит сонет XXXIV, к тому же и криво озаглавленный (в оригинале, для справки, "Recapture"). Процитирую его целиком.

ВЗЯТИЕ ОБРАТНО

По мрачной пустоши тропа вела,
Где в сером мху лежали валуны,
И брызги, столь тревожны, холодны,
Из вод взметались, бездна что гнала.
Стих ветер, в мёртвой тишине застыли
Древа чужие, пусто так кругом -
Вдруг холм поднялся на пути моём,
Чудовищны его размеры были.

Почти до неба склоны выросли крутые,
По ним ступени, скрытые в траве,
Взбирались к полной ужаса главе,
И слишком были для людей большие.
Я вскрикнул — понял, что за год, звезда
Вернули с жалкой столь Земли меня!


Для сравнения тот же сонет по-мичковски (взгляните, как переводчик обыграл название).

ПРИЗВАННЫЙ

Тропа вела меж серых валунов,
Пересекая сумрачный простор,
Где из земли сквозь дыры затхлых нор
Сочился тлен неведомых ручьев.
Могильной тишины не оживлял
Ни ветерок, ни шелест листвяной.
Пейзаж был гол, пока передо мной
Стеной не вырос исполинский вал.

Весь в зарослях густого сорняка,
Он походил на призрачный чертог,
И марш ступеней не для смертных ног
Взбирался по нему под облака.
Я вскрикнул — и узнал звезду и эру,
Которыми был призван в эту сферу.


По всем параметрам, кроме пресловутой точности, Попов проигрывает Мичковскому с аргентино-ямайским счетом — тут и небогатый словарный запас, и сомнительное чувство ритма, и нелады с гармонией. Но если ваши познания в английском не идут дальше общения с плохо локализованным мобильником, а отведать грибочков по-югготски все-таки хочется, то настоятельно рекомендую вам ознакомиться с обоими переводами — и тогда, быть может, из-за неприспособленных для космических откровений русских словес вам блеснет лучик истинной лавкрафтовской поэзии... сверкающей красотой, как чаша Птолемеев, и столь же тяжеловесной.


Статья написана 11 августа 2010 г. 10:14
Размещена также в авторской колонке drogozin

А Вы бы хотели быть героем? Не спешите отвечать утвердительно. Сперва задумайтесь, что значит БЫТЬ героем, а не только называться им.

Но, допустим, что Вы решились. Поздравляю! Вы – герой! Давайте посмотрим, что Вас теперь ожидает.

- Вы должны быть готовы к тому, что по-меньшей мере половина Вас – это Ваше ИМЯ. Когда Вы идёте на войну или куда-нибудь ещё, Ваше Имя будет лететь, опережая Вас, открывать врата городов, до битвы покорять народы Вашей воле, заставлять врагов разбегаться в ужасе.

Помимо Алкида и Ификла, реальных людей из плоти и крови, в романе самостоятельно действует мифический образ Геракла, влияющий на политику и торговлю, военные союзы и замыслы богов, а стало быть, и определяющий сюжет романа.

- Но учтите, что Ваше имя, Ваш мифический образ – это нечто больше Вас. Это нечто однозначное, непобедимое, не знающее сомнений. Ему, а не Вам поклоняются люди, создавшие этот образ. Ему нет никакого дела до Вас, до того, что у Вас болит живот или подвёрнута лодыжка. Оно блистает и требует. И если Вы ему единожды откажете, оно может покинуть Вас. И тогда останетесь только Вы. Человек из плоти и крови.

Раскрытию этого конфликта авторы посвящают львиную долю романа. Мифический образ Геракла рождается на страницах книги раньше самих героев, а умирает… Он не умер до сих пор. Если говорить о главных конфликтах в произведении, то этот можно считать одним из основных. А его, в свою очередь, иллюстрацией к тому, как появляются, развиваются, обрастают апокрифами мифы и легенды. И чего они на самом деле стоят.

- Приключения, победы и слава будут сами идти к Вам в руки. Вам только и останется, что совершать подвиги и пожинать их плоды.

Прочитав «Героя», нельзя не признать, что образы собственно главных персонажей получились несколько плоскими и стереотипными. Однако весь сюжет книги и все её основные события всё равно крутятся вокруг братьев, подчинены развитию их собственной драмы. А главные мысли подчёркиваются яркими и сложными дополнительными персонажами.

- Однако, имейте в виду, что если Вы вдруг решите немного отдохнуть, Вам этого сделать не позволят. Вы Герой, а не человек. А Герои не спят. Вас будут искать, находить и требовать. Требовать новых подвигов и новых побед.

Противопоставление мифического образа и человека, лежащего в его основе – ещё одна из основных смысловых тем «Героя». Эта тема неоднократно поднималась в других выдающихся произведениях, но харьковскому дуэту удалось её блестяще освежить, полностью раскрыв со своей стороны.

- Ваш героический образ, Ваша слава, легенда о Вас – всё это создали люди. Новые подвиги и свершения позволят Вам обрести ещё большее число поклонников среди людей.

Мы с Вами живём, к сожалению, не в Древней Греции, но свои легенды и свои герои, конечно, есть и у нас. Даже в литературе и в сети. Есть легендарные писатели, от которых ждут новых откровений, есть легендарные виртуальные личности, от которых постоянно требуют чего-нибудь эдакого. Насколько пришли эти легенды – на час, на год или навсегда, покажет время. И механизм формирования, развития и умирания легенд не слишком изменился за тысячелетия. Да и зачем бы ему меняться? Люди то ведь остались прежними. Изучением этих винтиков и шестерёнок, создающих героев, Олди и занимаются помимо всего прочего. И получается у них это блестяще.

- Но Вы должны знать, что люди, создавшие Ваш мифический образ, могут Вас и сбросить с пьедестала, если Вы со временем перестанете этому образу соответствовать. Но выбросят лично Вас, а Ваше имя останется в легенде.

Легенду любят все. Но носителя легенды, человека может пнуть в случае ошибки любой ремесленник. Если ему не удаётся самому стать героем, то можно приобщиться хотя бы так. А потом переключиться на другой объект поклонения.

- Простые люди, не герои, будут тянуться к Вам, как к Солнцу, желая согреться в лучах Вашей славы.

Как я уже говорил выше, образы братьев Амфитриадов получились несколько стереотипными, что можно оправдать задачами текста. Зато персонажи вспомогательные получились на славу, яркие объёмные и человечные. И читательское сопереживание им удаётся завоевать куда легче, чем легендарным братьям. И этому не следует удивляться, ведь это и есть мы с Вами и весь спектр нашего отношения к героям нашего времени. Самым интересным человеком в моих глазах получился Амфитрион, сыгравший в романе с десяток ролей. Недаром многие как раз его и называют основным персонажем книги. А ещё хорош Гермес, эдакий аватар самих авторов книги, летающий над полем битвы, мудрый, но сомневающийся.

- Но обретёте ли Вы своё собственное человеческое счастье? Впишется ли оно в легенду? На этот вопрос ответа нет.

Ведь, женщина, выходя замуж за героя, выходит за легенду. Друзья дружат с легендой. Дети, видят в отце легенду. И как они отнесутся к тому, что легенда – простой человек со всеми его слабостями? Это противоречие и этот конфликт мне видится самым главным в книге и самым сильным. И потому в итоге романа мифический Геракл вознёсся на Олимп, а человек остался лежать в грязи, никому не нужный.

-----------

Так что в итоге? Кому можно рекомендовать эту книгу?

- Любителям эпического фэнтези? – Вряд ли. Им в «Герое» не хватит как раз эпичности, как бы нелепо это не звучало. Авторы обменяли размах на раскрытие внутренних противоречий героев.

- Любителям греческой мифологии? – Тоже мимо. Роман вовсе не представляет собой изложение или переосмысление мифов. Это просто история, рассказанная в поле мифа. Можно считать её апокрифом. Хотя подтолкнуть к изучению первоисточника она, безусловно, может.

- Любителям приключенческой фэнтези? – Опять нет. Не так уж тут много подвигов и сражений.

Другой вопрос, что сделано это очевидно было сознательно. Иначе мы бы не получили ответов на все наши вопросы, а получили бы лишь ещё один вариант старой легенды.

Так что я порекомендую «Героя» тем людям, которые любят вопросы больше, чем готовые ответы. Которые сами готовы их ставить. Искать решения в собственной голове, и не выбрасывать учебник, где эти решения не написаны в конце.

Вот такая вот неоднозначная рецензия. Вся из сомнений и противоречий.


Статья написана 2 августа 2010 г. 23:43
Размещена также в авторской колонке Aleks_MacLeod

Представьте себе, что вы закрыли глаза и моментально переместились на сто лет в будущее. Вы попадаете в удивительный, полный чудес мир, где существует столько всего нового, что какое-то время мозг отказывается воспринимать целостную картинку. Поначалу вы видите только захватывающие дух отдельные полотна — устремившиеся вверх башни, покрытые защитными куполами, спасающими вашу жизнь от различных зараз. Вам показывают заседание совета правления могущественной корпорации, на котором в живую присутствует только один человек, все остальные же — лишь искусно сделанные заменители или имитаторы. Вы встречаетесь с искусственными разумами, ни в чем не уступающими людьми. Над вашими головами не спеша движутся величественные корабли, которые понесут колонистов к далеким звездам. Из дверей крупного жилого корпуса напротив вас каждое утро на работу выходят сотни и тысячи одинаковых лиц — клоны заняли все должности. Однако со временем все эти кусочки мозаики складываются в целостную картину, и вы осознаете все масштабы удивительного мира будущего. Представили? Примерно такие же чувства испытал я, когда только открыл роман Дэвида Марусека «Счет по головам».

«Счет по головам» — это просто замечательная вещь, научная фантастика высшей пробы во всей своей красе. Марусек создал мир, абсолютно не похожий на наш сегодняшний, но абсолютно логично из него вытекающий. За сто лет способности человечества возросли во много раз, но дорогой ценой. Планета серьезно пострадала в ходе глобальных войн, уцелевшие люди скрываются от биологических, бактериологических и прочих угроз под куполами множества городов, но даже там они вынуждены платить высокую цену за свою безопасность. Постоянно каждый человек подвергается проверкам на предмет зараженности всякими гадостями, за всеми неблагонадежными личностями пристально следят силы безопасности. Состоятельные граждане, именуемые аффами, получили возможность продлевать свои жизни практически до бесконечности, но такая прихоть по карману далеко не всем. Рабочих вакансий не хватает на сильно разросшееся население, к тому же, многие должности занимают специально выведенные для них клоны типовых моделей. Обычные люди остались или в странах бывшего третьего мира, или объединились в так называемые чартеры — клановые формирования — для выживания. Впрочем, не все чартеры существуют на грани нищеты, некоторые из них на равных соперничают с клонами на рынке труда. В повседневной жизни наравне с клонами и людьми участвуют и ментары — крайне сложные и развитые искусственные разумы. А есть еще куча крупных и мелких роботов, следящих устройств, голограмм, чего только нет в этом удивительном мире!

И тем не менее, весь этот увлекательный мир служит лишь декорацией, на фоне которой развивается достаточно динамичная история о борьбе за жизнь наследницы крупной финансовой империи и за контроль над самой империей. Имена главных злодеев вроде бы и известны с самого начала, но, в то же время, напрямую это нигде не говорится, и читатель наряду с героями до самого конца остается в неведении, кому же стоит доверять.

Несмотря на то, что книга увлекает с самой первой страницы, поначалу события развиваются медленно и постепенно. По сути, первые две сотни страниц — это лишь прелюдия к основным событиям, предназначающаяся для знакомства и адаптации с описываемым миром. Прелюдия в свою очередь делится на две части. Первая — это своего рода пролог, предыстория основной. В ней читатель знакомится с миром глазами одного из главных героев. Затем события переносятся на сорок лет в будущее, и на протяжении последующих ста страниц мы становимся свидетелями события, грозящего значительно изменить существующий мир. Параллельно автор знакомит нас с остальными действующими лицами истории и вкратце рассказывает о расстановке сил в обществе.

Но больше всего в романе привлекает даже не сюжет. У меня создалось впечатление, что и мир, и увлекательный детективный сюжет послужили лишь средствами, использованными автором, чтобы построить и опробовать действующую и реалистичную модель общества будущего. Какие проблемы будут самыми актуальными для людей будущего? Как изменятся семейные отношения в мире, где рождаемость строго ограничено и разрешение на рождение ребенка дается одной паре из тысячи? В какие сферы двинутся люди, если практически на всех должностях будут работать клоны? Возможно ли создать даже в рамках одной модели полностью идентичных клонов, и как они будут меняться под воздействием сугубо личного опыта? На что готов пойти клон ради успеха своей модели и чем готов пожертвовать искусственный интеллект, чтобы спасти своего спонсора? На все эти вопросы Марусек пытается дать ответы в романе, и, нужно признать, это получается у него хорошо.

И прослеживающаяся через весь текст основная идея романа заключается в том, что в мире будущего человек уязвим все время, пока он один. Аффы, отгородив себя от всего остального мира, окружают себя искусственными слугами и имитациями всего мирового общества. Обычные люди объединяются в чартеры, целью которых является выживание всей семьи и помощь каждому нуждающемуся члену семьи. У каждой модели клонов есть свое братство, профсоюз или объединение. Даже ментары создают себе резервные копии на случай неполадок основной версии.

Примечателен тот факт, что в своем романе Марусек отказался от идеи изображения государства будущего «большим братом», контролирующим все аспекты жизни общества. В «Счете по головам» государство, по сути, выполняет функции «ночного сторожа», следящего за безопасностью жителя и выслеживающего всевозможные угрозы. Вся же реальная власть сосредоточена в руках владеющих гигантскими корпорациями аффов. Даже ответственность за неприятности, пережитые в начале книги главным героем, следует возложить именно на аффов, а не на силы правопорядка, руками которых было осуществлено злодейство.

Финал же всей этой истории является настолько же потрясающим, насколько и неоднозначным. Постепенно развивающиеся события по ходу романа навевали мысли об эпическом финале, концовка же получилась очень динамичной и, в то же время, неоднородной, разбитой на отдельные небольшие эпизоды. Оно и понятно — в конце Марусек свел воедино все сюжетные линии и каждый персонаж сыграл свою роль в общем сюжете. А при общей скорости развития событий, чтобы держать в уме всю картину, текст было просто необходимо разбить на небольшие эпизоды «здесь и сейчас». В то же время масштабность автора его же и подвела. Некоторые сюжетные линии оборваны на полуслове, оставшиеся же сжаты до невозможности, что немного портит впечатление от романа.

На русском языке книга вышла в серии «Сны разума», в очередной раз подтвердив высокую планку качества, изначально заданную для публикуемых в этой серии произведений. Стильное оформление, белая бумага, хороший перевод — что еще нужно для счастья ценителю настоящей научной фантастики? Изначально хороший качественный авторский текст? «Счет по головам» — именно то, что нужно.


Статья написана 30 июля 2010 г. 12:35
Размещена также в авторской колонке shickarev

Девять сотен страниц романа «Ртуть» являются первой частью трилогии — подлинного Opus Magnum американского писателя Нила Стивенсона. Действие книги длится на протяжении нескольких десятилетий, и наряду с вымышленными персонажами, видное место в ней занимают Исаак Ньютон, Роберт Гук и Готфрид Лейбниц и другие светила науки, а также бродяги, особы королевской крови и государственные мужи. «Широкоэкранное барокко» — вот определение (пусть и данное первоначально другим критиком другому произведению), характеризующее труд Нила Стивенсона наилучшим образом.

«Ртуть», чье действие происходит в середине 17-го – начале 18-го века, наследует (а хронологически предваряет) одному из наиболее известных произведений Нила Стивенсона «Криптономикону». Не менее объемный и столь же многогранный роман описывал криптографические войны Второй Мировой, особенности современного кладоискательства, а также значение и роль информации в современном обществе.

Объединяет книги линия с архивом Лейбница, собственно легендарный Криптономикон – руководство по криптографии, составленное Джоном Уилкинсом, и семейные узы. В «Ртути» действует дальние предки персонажей «Криптономикона»: семейство Уотерхаузов, братья Шафто, Енох Роот и другие.

Его география также объемна, как и его хронология, и включает в себя значительную часть Западной Европы и даже далекие колонии. Эти просторы служат ареной для нескольких тесно взаимосвязанных историй, оборачивающихся то шпионской, то плутовской, то любовной, то прочими гранями одного мира — используя лексику персонажей книги «различными перцепциями» происходящих событий.

Центральные места в сюжете книги занимают Джек Шафто – король бродяг по прозвищу L’Emmerdeur, его подруга Элиза – бывшая рабыня и будущая графиня де ля Зёр и натурфилософ Даниель Уотерхауз, сподвижник Исаака Ньютона.

Их приключения увлекательны сами по себе. Такие интриги вполне могли выйти из под перьев сэра Вальтера Скотта и Александра Дюма-отца, живи они в наши дни. Однако, помимо развлекательного, в романе присутствуют и более глубокие смыслы.

Обращение к событиям прошлого закономерно для Стивенсона. Предполагалось, что первоначальный замысел включал в себя описание предыстории событий «Криптономикона» и их продолжение. По мере реализации своеобразный приквел разросся в объеме и с полугодовыми перерывами вышел в трех книгах, образующих «Барочный цикл», а по сути – единый и очень объемный роман.

Сам писатель признавал, что использование термина (в данном случае скорее – ярлыка) «научная фантастика» применительно к «Барочному циклу» является не более, чем маркетинговой и издательской уловкой.

Фантастического в книге действительно немного, тем не менее роман прочно укоренен в жанре.

После описания современного информационного общества в «Криптономиконе» Нил Стивенсон обратился к его истокам. А именно ко времени, когда происходило становление протестантизма как религии, ставшей идеологической базой для капитализма, и формирование основ и ценностей современного нам общества (по крайней мере, в западном его варианте): веротерпимости, прав человека, свободной торговли, банковской системы, финансовых рынков и — научной картины мира.

Необходимо сделать важное замечание: роман Стивенсона рассчитан на квалифицированного читателя, сведущего в европейской истории и истории науки. В этом представителям англоязычной культуры как носителям культурного кода, с молоком матери и школьными завтраками впитавшим в себя все перипетии английской истории, предоставляется существенная фора.

Не менее важно и другое. Современные цивилизации разделяют общее культурное поле и имеют, по всей видимости, единое будущее. (Кстати, это делает «Криптономикон» и другие НФ-романы Стивенсона, обращенные в будущее: «Лавина» и «Алмазный век» более привлекательными по сравнению с «Барочным циклом» для русскоязычного читателя). Прошлое же у каждой цивилизации свое. В зависимости от культурной идентичности оценка значимости тех или иных событий и их последствий может изменяться. Взгляд Стивенсона – это точка зрения представителя западной цивилизации.

Однако книга посвящена не только цивилизационным, но и общечеловеческим ценностям.

Принятие возможности рационального познания мира и принципов его устройства, зависящих не от высших сил, а от физических констант и законов, стало одним из переломных моментов в истории человечества.

Один из персонажей романа говорит, что «ищет Бога там, где геометрия бессильна». И «Барочный цикл», грандиозный по своему замыслу и исполнению, отображает конфликт между алхимией и натурфилософией как выбор между теологическим и научным способом познания мира и человека.

Художественное исполнение соответствует замыслу автора. Описывая мир глазами столь разных по своему положению и образу мыслей действующих лиц, Стивенсон создает сложное и достоверное описание мира, увязывающее вопросы коммерции и войны, революции и познания. А попутно играет чуть не со всеми соответствующими жанрами. Джек Шафто словно сошел со страниц авантюрных и плутовских романов прошлого. Приключения Элизы отсылают разом и к любовному (причем весьма фривольному), и к шпионскому роману с двойными и тройными агентами. Нашлось место в книге и эпистолярному жанру, в криптографическом и, соответственно, перлюстрированном виде.

Наличие подробных описаний, второстепенных персонажей и множества деталей, как нельзя лучше подходит для вычурного стиля «барокко». И здесь следует отметить блистательную переводческую работу Екатерины Доброхотовой-Майковой.

Несомненно близким литературным ориентиром для «Ртути» являются романы Умберто Эко, также тесно связывающие прошлое и современность. Основное различие между ними заключается в избранной ими для читателя точке отсчета. В своих книгах Эко переносит читателя в прошлое, откуда ведет постмодернистские игры, подмигивая тому, например, вплетением в текст примет знаковых для современного читателя (вспомните, как Вильгельм Баскервильский говорит, «элементарно, дорогой Адсон») или демонстративным смешением и манипулированием исторического и вымышленного в своем предпоследнем на сегодняшний день романе «Баудолино».

Нил Стивенсон напротив оставляет читателя в современности и обращает свой взгляд в прошлое, преломляя исторические события через призму представлений и реалий настоящего (так в тексте книги появляется лексика навроде «коротких продаж» и «товарных фьючерсов», чья датировка сомнений не вызывает). В одном из интервью Стивенсон говорил, что сознательно отказался от стилизации своего текста под произведения тех лет и модернизировал его. За исключением подобных моментов писатель относится к истории серьезно, не слишком отходя от представлений об классическом историческом романе.

Удивительны не частые, но встречающиеся попытки причислить «Ртуть» к произведениям фэнтези, ведь речь в книге идет ровно об обратном. В «Барочном цикле» Стивенсон описывает и анализирует, а может быть и наново создает, мир ушедшей эпохи. Точнее — целую систему мира как совокупность представлений и парадигм, дошедших до сегодняшнего дня и лежащих в основе современного читателю общества. В этом смысле «Ртуть» является подлинно научной фантастикой.


Статья написана 29 июля 2010 г. 12:02
Размещена также в авторской колонке Aleks_MacLeod

Должен признаться, что к приобретению романа Ричарда Моргана «Сталь остается» я подходил с некоторой опаской. Предыдущая вышедшая в серии книга, «Громбелардская легенда» Феликса Креса, оставила после себя достаточно противоречивые впечатления, так что я даже и не представлял, чего ожидать от следующего тома. Не добавляли оптимизма и анонсы слышавших о книге людей, в которых слишком часто мелькали фразы «нетрадиционная сексуальная ориентация главного героя» и «сцены гей-порно». К счастью, все опасения не сбылись, а «Сталь остается» оказалось отличным образцом фэнтези, книгой достаточно сильной, интересной и побуждающей задуматься о мире, в котором мы живем.

Строго говоря, я бы не отнес роман к черному фэнтези. Скорее, это очень реалистическое фэнтези с достаточно большой долей черного юмора. Из ранее вышедших в серии книг роман ближе всего к трилогии «Первый закон» Джо Аберкромби. Так же, как и его соотечественник, Морган создал очень реалистичный мир, где большинством людей движут исключительно эгоистические мотивы, успеха добивается тот, кто стремится к власти, деньгам и влиянию и готов на все ради достижения собственной цели.

Читая описания общества, сложившегося после случившейся за несколько лет до происходящих в книге событий войны, поневоле проводишь параллели с нашим миром. В романе, как и у нас, наибольшую выгоду получают находящиеся вдали от боевых действий купцы, ростовщики и работорговцы, а вернувшиеся с войны солдаты или не могут приспособиться к мирной жизни, или лишены всех шансов на достойное существование.

Цитата: «Как никак, теперь работорговля считалась честным бизнесом, все совершалось открыто, как и должно было быть в том чудесном новом мире, за который они дрались на войне».

А все дело в том, что два людских государства, Империя и Лига городов, плечом к плечу сражавшихся против пришедших из моря рептилий, под конец войны, когда исход уже был определен, передрались друг с другом из-за пары десятков квадратных километров пограничных территорий. Прежние союзы были забыты, а клятвы нарушены. Победившая в конфликте Империя забрала себе спорные земли, и на этом война закончилась.

Солдаты вернулись домой и выяснили, что за прошедшее время измениться успело все. В Лиге городов официально узаконили работорговлю, семьи многих солдат продали за накопившиеся за время войны долги, а самих ветеранов лишили крова и выкинули на улицу. Другие же воины так и не смогли найти себя и вернуться к прежней жизни.

Изменила война и жизнь трех главных героев книги – Рингила Эскиата, Эгара и Аркет. Эта троица вместе прошла всю войну, но после победы их пути разошлись. Несмотря на то, что Рингил командовал войсками в переломившей ход войны битве при Гэллоус-Гэп, его нетрадиционная ориентация сделала Гила незваным гостем в родном городе. Решив не возвращаться в отчий дом, Гил отправляется в расположившийся недалеко от Гэллоус-Гэп городок, где и зарабатывает себе на жизнь, рассказывая байки о собственных подвигах постояльцам трактира, в котором он поселился, и время от времени оказывая всяческие услуги местным.

Цитата: «Будешь ты героем великим,— такой вывод сделала когда-то ихелтетская предсказательница, изучив слюну Рингила. — Много сражений на твоем пути, и многих сильных врагов ты одолеешь». И ничего насчет того, что быть ему внештатным истребителем нечисти в задрипанном пограничном городишке».

Другой главный персонаж, северный варвар Эгар, после войны получил приглашение стать вождем собственного племени. Казалось бы, достойная награда для героя, однако все члены племени привыкли придерживаться вековых традиций и не желать от жизни большего. А проведшему свою молодость в блеске имперской столицы Эгару слишком быстро стали надоедать рутинные обязанности вождя кочевников, и все чаще и чаще он с тоской вспоминает ушедшую молодость.

Цитата: «Как-то раз не вовремя вернувшийся имперский рыцарь обнаружил меня, совсем еще молодого, в постели со всеми своими четырьмя женами. И знаешь, что больше всего его возмутило? Знаешь, что он орал, стоя перед кроватью и размахивая этой своей игрушечной сабелькой? Что, мол, да, Откровение позволяет мужчине иметь до шести жен, но оно категорически запрещает забавляться больше чем с одной за раз. Ну откуда же мне было знать?»

Третьей героиней книги является Аркет, представительница расы кириатов, отличающихся от людей черным цветом кожи и гораздо большим сроком жизни. Вскоре после окончания войны все другие кириаты покинули мир, погрузившись на свои подземные корабли, однако Аркет по какой-то причине с собой не взяли. И теперь женщина вынуждена жить одна среди людей и служить сыну прошлого императора, которому, несмотря на все его старания, еще далеко до величия своего отца.

Каждый из героев что-то потерял на минувшей войне и каждый с радостью что-нибудь изменил бы в своей нынешней жизни. И, по разным причинам, в жизни каждого из троицы наступают перемены. Рингил вынужден вылезти из своей берлоги по просьбе мамы и возвратиться в Трилейн, чтобы вернуть в отчий дом дальную родственницу, за долги проданную в рабство. Эгару очень сильно желает испортить жизнь местный шаман, обратившийся за помощью ко всем, включая богов. Аркет же император посылает расследовать загадочное нападение на укрепленный имперский порт. Поначалу три сюжетные линии абсолютно не связаны между собой, но ближе к концу книги все герои обязательно встретятся.

Если снова сравнивать «Сталь остается» с вышеупомянутой трилогией Джо Аберкромби, то по личному обаянию вся троица основных персонажей книги уступает героям «Первого закона». Ни брутальный гей-герой с отличным чувством юмора, ни симпатичный кочевник, не способный пропустить ни одну юбку, ни смышленая чернокожая девушка по уровню харизмы не дотягивают до инквизитора Глокты, но это и не обязательно. По-настоящему в героях Моргана привлекают мотивы, толкающие их на все новые и новые приключения.

Взять, к примеру, Рингила. Много ли найдется героев в фэнтези, которые ввязываются в опасные поиски по просьбе мамы? А когда ближе к концу романа Гил намеревается предотвратить начало очередной войны, он делает это не ради богов, идеи или собственной страны, которая уже спустила в канализацию плоды один раз одержанной победы, а только потому, что он не хочет новых боев и страданий главных героев войны – обычных солдат и их семей. И лично мне именно по этой причине Рингил нравится куда больше многих его собратьев по ремеслу.

Первая половина романа написана в достаточно неторопливой манере. Пока происходит знакомство с персонажами и миром, сюжет раскачивается и никуда не спешит, но ближе к середине он набирает темп и, начиная со второй половины книги, несется к финишу, не снижая темп и не давая оторваться от романа ни на секунду. И несмотря на то, что «Сталь остается» — это лишь первая часть запланированной трилогии, сюжет книги логически завершен и можно не бояться, что роман оборвется на самом интересном месте.

А вот мир, может показаться, выписан достаточно поверхностно, что привычно для первых томов цикла, задача которых — заинтересовать читателей и привлечь их внимание к следующим книгам сериала (нужно отметить, с этой миссией «Сталь» справляется). Морган очень скуп на детали, касающиеся устройства мира, поэтому всю необходимую информацию приходится черпать из диалогов, мыслей и воспоминаний героев. Поначалу полученные фрагменты еще не складываются в общую картину, но по мере поступления новых данных понимаешь, что созданный Морганом мир далеко не так прост, как кажется поначалу. Да, развитие людской расы застыло на привычном для фэнтези уровне, однако оказывается, что кириаты могли создавать довольно сложные машины, в некоторых из которых угадываются самые настоящие компьютеры, а еще более загадочная раса двенда, якобы исчезнувшая за четыре тысячи лет до описываемых событий, проиграв войну кириатам, и вовсе, по легенде, пришла со звезд. И, по всей видимости, после ухода кириатов, двенда решили вернуться...

Авторский стиль можно охарактеризовать как кинематографический. Книга написана таким образом, будто уже заранее заточена под последующую экранизацию. Минимум авторского текста, основное внимание уделено действию и поступкам героев, чисто киношная манера построения некоторых сцен, при прочтении которых в мозгу моментально возникала картинка, как бы описываемая сцена смотрелась на экране. Для любителей киноклассики Морган припас и небольшой сюрприз — главный герой получил на войне прозвище «Ангельские глазки».

Такой стиль книге совсем не вредит, напротив, делает описываемые в книге события наглядными. Пожалуй, единственный по-настоящему сложный для восприятия момент относится к блужданиям Рингила по олдраинским болотам. Ведь болота, в первую очередь, затуманивают разум попавших туда людей, а, учитывая то, что благодаря выбранному Морганом стилю читатель испытывал то же, что и герой... ну, вы поняли.

Здесь, наверное, следует сказать несколько слов о нетрадиционной сексуальной ориентации главного героя. Ну так вот, она книге абсолютно не мешает, даже придает некоторую пикантность. Герой, будучи известным мечником и обладая довольно неприятным характером и недюжинным чувством юмора, вовсе не спешил скрывать свою ориентацию, но, за что ему честь и хвала, абсолютно не стремился ее афишировать.

Цитата: «Кто отважится обличать мужеложца, если за грешником закрепилась репутация рубаки, способного покрошить противника на куски быстрее, чем сброшенная рукавица упадет на землю?»

Тем не менее, считаю нужным предупредить эстетов, что в книге наличествует две с половиной сцены однополого секса, которые, впрочем, не оказывают никакого воздействия на сюжет (почти), поэтому их можно смело пролистывать. Сцены обычного секса в книге тоже присутствуют, так что от особо впечатлительных и от детей томик все-таки следует беречь.

Работа трудившихся над текстом переводчика и редакторов заслуживает нареканий. Переводчик несколько раз терял прямую речь героев, путал имена, а редактор, соответственно, всего этого не отследил. Но больше всего раздражает определенная чехарда с именами и названиями. В оригинале в романе наличествует достаточное количество говорящих имен и названий, однако переводчик решил транслитеровать большую часть таких имен, давая русский перевод лишь при первом появлении имени в тексте. Однако свою линию он выдержал не до конца, имена периодически переводятся, периодически — нет, а некоторые из них теряют таким образом заложенный в них автором смысл. Ну вот например, какая из двух фраз звучит лучше: «Я — Эгар Драгонбейн» или «Я — Эгар, Сокрушитель драконов»? То-то и оно.

Кроме вышеперечисленной претензии критики к работе переводчиков и русскому изданию не имею. Перевод хороший, читабельный, бумага лично мне понравилась, книжка смотрится стильно и так и просится в руки или на полку. Картинка на обложке к тексту отношения никакого не имеет, но работает на общую атмосферу романа.

Итого: Хороший, авантюрный роман. Интересные персонажи, оригинальный мир, юмор, замах на серьезное продолжение. «Сталь остается» — это лишь первый том грядущей трилогии, но при этом книга логически завершена, и не читателям не придется грызть ногти в ожидании следующей книги, чтобы узнать, чем же все закончилось.


Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9 ... 245  246  247  248 [249] 250  251  252  253 .. 256  257  258




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку

Количество подписчиков: 703

⇑ Наверх