КИНОрецензии


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «КИНОрецензии» облако тэгов
Поиск статьи в этом блоге:
   расширенный поиск »

  

КИНОрецензии


Рубрика для отобранных и качественных рецензий на кинофильмы.

Модераторы рубрики: Barros, fox_mulder, sham

Авторы рубрики: jacob.burns, Клован, SarButterfly, Слартибарфаст, tema.cheremuhin, Econom, swordenferz, grief, kim the alien, Lena_Ka, glupec, armitura, fox_mulder, Aleks_MacLeod, alexsei111, Barros, rusty_cat, Ригель_14, Mierin, Fadvan, atgrin, InterNet, febeerovez, Timsviridov, Вертер де Гёте, V.L.A.D.I, Paf, TOD, kraamis, Вареный, angels_chinese, coolwind, sergeigk, Frodo Baggins, Fearless, Kuntc, Kons, Petro Gulak, creator, Сноу, streetpoet, Kiplas, Optimus, xotto, WiNchiK, Мэлькор, skaerman, Энкиду, Salladin, 777serg777, Green_Bear, DukeLeto, Rainbow, Лилия в шоколаде, ergostasio, tencheg, sid482250, imra, mikereader, Samiramay, Rubin1976, demetriy120291, beskarss78, iRbos, Evil Writer, Nexus, zmey-uj, Samedy, PiterGirl, Haik, vovun, ДмитрийВладимиро, vrochek, Russell D. Jones, isaev, Karnosaur123, ХельгиИнгварссон, killer_kot, Ugrum-75, Pouce, osipdark, Igor_k, Толкователь



Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9 ... 84  85  86  87 [88] 89  90  91  92 ... 118  119  120

Статья написана 12 августа 2012 г. 20:35
Размещена также в авторской колонке fox_mulder


Нечто (The Thing, 1982)

США, студия Universal, продолжительность — 108 мин
        жанр —  вторая экранизация знаменитого рассказа Джона В. Кэмпбелла мл., ставшая настоящим культом среди всех любителей кинофантастики
        слоган : «Man is The Warmest Place to Hide»



сценарий                        Билл Ланкастер, по мотивам рассказа Джона В. Кэмпбелла мл "Who Goes There?"
режиссер                        Джон Карпентер
оператор                        Дин Канди
композитор                     Эннио Морриконе
продюсеры                     Стюарт Коэн, Дэвид Фостер, Ларри Франко

в ролях: Курт Рассел (Р. Дж. МакРиди), Уилфорд Бримли (д-р Блэр), Кит Дэвид (Чайлдс), Дональд Моффат (Гарри), Ричард Мазур (Кларк), Чарльз Хэллахан (Норрис), Дэвид Кленнон (Палмер), Т.К. Картер (Ноулз), Ричард Дайзарт (д-р Купер), Джоэл Полис (Фукс).

------------------------------------------------------ ------------------------------------------------------ ------------------------------------------------------ -------------------------------------



Нечто (The Thing, 2011)

США, студия Universal, продолжительность — 103 мин
        жанр — "НЕ РИМЕЕЕЕЕЕЙК!!!" (с) одноименной картины Джона Карпентера, ставшей настоящим культом среди всех любителей кинофантастики
        слоган :"In a place where there is nothing, they found something"



сценарий                         Эрик Хайзерер, по мотивам рассказа Джона В. Кэмпбелла мл "Who Goes There?"
режиссер                         Маттис Ван Хайнинген мл.
оператор                         Мишель Абрамович
композитор                      Марко Белтрами
продюсеры                       Марк Абрахам, Дэвид Фостер, Эрик Ньюман

в ролях: Мэри Элизабет Уинстед (Кейт Ллойд), Джоэл Эдгертон (Сэм Картер), Ульрих Томсен (д-р Сандер Хальворсон), Эрик Кристиан Ольсен (Адам Финч), Адевале Акиннуойе-Агбадже (Дерек Джеймесон), Пол Браунштейн (Григгс), Тронд Эспен Сейм (Эдвард Вулнер).




                                                                                Данная статья посвящается 30-летию со дня создания одного из величайших ужастиков всех времен

Господа, судя по этим замечательным картинкам, у нас появилась одна небольшая проблема — один из вас является совсем не тем, кем кажется на первый взгляд. Да, у вас совершенно одинаковые лица, похожие кадры и даже практически идентичные обложки, которыми вы несомненно смогли бы одурачить всех преданных поклонников на этой планете, но только НЕ МЕНЯ. Уж я то точно знаю, что за одной из этих приветливых голливудских улыбок скрывается мерзкая тварь, готовая тотчас запрыгнуть мне на спину, как только я отвернусь — так, что держите свои руки на виду и не делайте резких движений! Да, эта тварь несомненно чертовски умна, она может не только полностью воссоздать человеческое тело, но и скопировать на нем каждый злосчастный заусенец. У нее есть только одна проблема — за всем этим безупречным лоском, предающим ей нарочитое сходство с объектом копирования, скрывается чересчур тухлое внутреннее содержание, которое не скроешь от постороннего глаза никакой способностью к мимикрии. Поэтому, эту проблему мы будем решать вшестером — вы, я, две мензурки, предназначенные для анализа крови и один полностью заряженный огнемет — на тот случай, если мне вдруг, что-то не понравится в результатах. Надрежьте свои драгоценные пальчики и просто доверьтесь попавшей в мензурку капельке собственной крови — пусть уж она сама решает, чем именно для Вас закончится сегодняшний вечер: задушевной беседой в теплом и уютном кубрике или мучительной агонией в холодном промерзлом сугробе, озаряемом лишь сполохами огнеметного пламени. Ну ну, господа, не тушуйтесь, подходите ближе и подарите всем присутствующим по ответу на мучивший их десятилетиями каверзный вопрос  — «Who Goes There?»

Но сначала немного истории. Несмотря на то, что американский писатель Джон Вуд Кэмпбелл мл. за свою литературную карьеру написал 5 полноценных романов, десяток повестей и несколько сотен статей, в историю фантастической литературы он вошел прежде всего как главный редактор культового НФ журнала "Astounding Science Fiction" (в котором публиковались первые "пробы пера" тогда еще никому неизвестных Айзека Азимова, Клиффорда Саймака и Роберта Э. Хайнлайна) и автор одного единственного произведения — новеллы «Who Goes There?»(1938) (на родном языке Толстого и Чехова, она издавалась сразу под двумя названиями — "Кто ты?" и "Кто идет?", хотя наиболее правильным вариантом перевода является все же "Кто там?"), рассказывающей увлекательную и чуть нервирующую историю, о том как группа отважных арктических исследователей случайно сталкивается лицом к лицу с ужасающим инопланетным НЕЧТО. Впоследствии, это небольшое сочинение (объемом чуть больше 50 страниц) признают не только наиболее каноничным текстом на тему "вторжения похитителей тел", но и одним из краеугольных камней всей современной фантастики, нарочитые отсылки и непреднамеренные цитаты из которого, можно узреть практически в любом произведении и(ли) научно-фантастическом фильме на данную тематику: от оригинальных серий "Стар Трека" (1966) до "Факультета" (1998) . И совсем неудивительно, что когда в американском кино 50-х годов начался настоящий бум производства дешевых "sci-fi movies", одним из первых в очереди на экранизацию оказался именно кэмпбелловский рассказ, который уже в 1951 году сумел оторваться от белой бумаги и воспарив на большой монохромный экран, мутировал из своего привычного вопрошающего названия в "Нечто из другого мира". Но за окном уже вовсю бушевала "холодная война", в свете которой само слово "alien" приобрело исключительно политический окрас, и по этой причине, кэмпбелловские полярники на экране превратились в белозубых офицеров американских ВВС, инопланетная тварь с потрясающими способностями к мимикрии обернулась стандартным монстром, каким-то чудом доковылявшим от барона Франкенштейна аж до полярных медведей, а вместо вынесенного в названии рассказа зловещего вопроса, криволапому чудовищу хотелось просто посветить в глаза настольной лампой и строго спросить, не является ли оно членом Коммунистической Партии. И поэтому, тем более неудивительно, что как только технологии по производству спецэффектов подросли настолько, что для изображения на экране страшных монстров уже отпала необходимость наряжать живых актеров в обмотанные пластмассовыми листьями, цирковые костюмы, а кассовый успех "Чужого" (1979) подтвердил, что даже на исходе 70-х, массовый зритель по-прежнему не прочь, чтобы его хорошенько попугали, чиновники из "Universal" впервые задумались о том, как на возросшем за 30 лет техническом уровне, заново переснять «Who Goes There?». Первоначально студия хотела, чтобы новой версией занимался Тоуб Хупер, постановщик невероятно кассово успешной "Техасской резни бензопилой", но сочиненная им всего за 4 недели собственная версия сценария показалась всем отвратительной. И тогда продюсер Стюарт Коэн вспомнил о своем бывшем сокурснике по Университету Южной Калифорнии — талантливом парне, который бредил цитатами из фильмов Ховарда Хоукса и уже тогда мечтал о постановке собственной киноверсии кэмпбелловского рассказа. Этого сокурсника звали Джон Карпентер, и благодаря ему, из новой экранизации рассказа окончательно испарилась вторая часть названия (".... from Another World"), зато появилось имя собственное. В отличие от фильма Карпентера, про историю создания третьей КАК БЭ экранизации совсем нечего рассказывать. В 2003 году телеканал Sci-Fi вроде бы собирался снимать продолжение фильма в виде 4-хчасового минисериала, но не склалось. В 2004 году, в своем интервью журналу Empire, все тот же Карпентер вдруг обмолвился о том, что не прочь лично поставить прямое продолжение своего кинохита 25 летней давности, но к тому моменту, среди крупных голливудских студий он уже имел твердую репутацию законченного неудачника, который не в силах окупить даже самый недорогой проект, поэтому с идеями о создании "Нечто 2" его не пустили даже на студийный порог. И вот, двумя годами позже, идея НЕ РИМЕЙКА карпентеровской картины вдруг пришла в светлую голову Эрика Ньюмана, продюсера "Дитя человеческого" и снайдеровского перезапуска "Рассвета мертвецов" — и все заверте.......



Сразу же оговоримся: даже на начальном этапе студийных переговоров, Карпентер всегда подчеркивал, что не собирается заниматься римейком картины Кристиана Найби\Ховарда Хоукса, с самого начала речь шла лишь о повторной экранизации кэмпбелловского рассказа. И впоследствии, он так объяснит свое решение: «В фильме Хоукса все было немного не так. Я решил вернуться к оригиналу и заново его пересказать»*. И "немного не так"— это еще чертовски мягко сказано: по причине технической отсталости и из-за стремления режиссера загнать эту мрачную историю в прокрустово ложе излишне политизированной кинофантастики 50-х, в фильме Найби отсутствовало практически все, что выделяло рассказ Кэмпбелла из бесконечной серой массы других произведений на тему контакта с враждебным инопланетным разумом: удушающее чувство клаустрофобии и горьке-сладкий привкус настоящей шизоидной паранойи, ведь враждебным пришельцем в «Who Goes There?» мог оказаться ЛЮБОЙ из обитателей арктической станции или даже они ВСЕ одновременно! Концепция, которая лежала в основе фильма 2011 года тоже напоминала концепцию самого Карпентера: его создатели с самого начала решили, что новая версия  ни в коем случае НЕ будет являться РИМЕЙКОМ картины 1982 года и повторяли об этом при каждом удобном и неудобном случае: демонстрация нового трейлера, выкладывание в сеть свежих фотографий со съемки или интервью с любым членом съемочной группы НЕИЗМЕННО заканчивались повторением одной и той же ритуальной мантры, заученной до последней буквы: "уважаемые поклонники фильма Джона Карпентера- успокойтесь, мы снимаем совсем НЕ его РИМЕЙК!". И сам вдохновитель римей...., ой простите, конечно же приквела, мистер Эрик Ньюман в одном из своих многочисленных интервью даже ехидно заметил, что "снимать римейк фильма 1982 года — это все равно, что попытаться карандашом пририсовать усы Моне Лизе, поскольку сама картина Карпентера просто великолепна"**. Впрочем, самого Ньюмана и всех его голливудских собратьев по несчастью тоже можно понять: в те годы, когда Карпентер переосмысливал свое "Нечто", римейки голливудской киноклассики еще не успели приесться зрителям до состояния навязшей в зубах неаппетитной массы, от употребления которой почти всегда тошнит, а от одного словосочетания "римейк культового ужастика", руки поклонников этих самых ужастиков машинально не тянулись к заряженным пистолетам. И ведь это все вина проклятущего Майкла Бэя, што б он взрывал! Вот и приходится создателям придумывать свой собственный новояз и по сто раз на день заучивать перед зеркалом одну и ту же скороговорку: приквел, а НЕ РИМЕЙК, приквел — НЕ РИМЕЙК, приквел, приквел, приквел, приквел — НЕ РИМЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЙК!!!!!!!!"

Сам Карпентер часто сравнивал рассказ-первоисточник с классическим романом Агаты Кристи "10 негритят", и действительно сходство налицо: мрачное место, отрезанное от всего остального мира (пустынный остров\полярная станция), нарастающее с каждой минутой психологическое напряжение, и все подозревают всех, так как один из них — хитроумный убийца\мимикрирующий пришелец. Эта аналогия очень понравилась сценаристу Биллу Ланкастеру, и работая над характерами персонажей, он прописывал их как "подозреваемых" из классического детектива, не забывая, при этом и о психологической достоверности. Персонажи рассказа Кэмпбелла были лишь "говорящими масками", поэтому при переносе на сценарную платформу, Ланкастер сделал их характеры более запоминающимися. Дж.Р. Макриди из скромного метеоролога превратился в брутального "полярного ковбоя", по совместительству — пилота вертолета. Вечный паникер Гарри, чуть зловещий доктор Блэр, немногословный громила Чайлдс — при переносе на экран, все они переродились в совсем другие психологические типажи, в корне отличные от стандартных образов "разговаривающего мясного фарша" из других фантастических хорроров того времени. Во многом благодаря отлично прописанным колоритным персонажам, фильму Карпентера удалось подняться гораздо выше заурядного хоррора об Огромных Прожорливых Тварях, и стать "настоящей драмой человеческих отношений" (по крайней мере, так о карпентеровском НЕЧТО, в своих интервью отзывался НЕКТО Маттис Ван Хайнинген). Сценарий НЕ РИМЕЙКА тоже подвергался многочисленным изменениям. Первый вариант был заказан автору одного из наиболее успешных римейков за всю историю современной кино-(теле)-фантастики Рональду Д. Муру, но по окончанию работы был лично отвергнут все тем же Эриком Ньюманом. И тогда переписывать историю, придуманную автором перезапуска Battlestar Galactica (2004) поручили некому Эрику Хайзереру — огромному "специалисту" в области переписывания, если судить по несмываемому коричневому пятну под названием "Кошмар на улице Вязов" (2010). И работая над приквелом (Вы еще не забыли о том, что он НЕ является РИМЕЙКОМ?), господин Хайзерер не придумал ничего лучше, как "закольцевать" действие с одноименной картиной Карпентера, превратив все события на обеих полярных станциях (норвежской и американской) в одну гигантскую "ленту Мебиуса". Кстати, если Вы вдруг надумаете посмотреть оба фильма последовательно (то есть, сперва -"приквел", потом — "оригинал"), то скорее всего и сами поймете, почему очнувшись от многовекового сна, инопланетное НЕЧТО жестоко набрасывается на каждое живое существо, которое попадется ему на пути — все дело в преследующем его состоянии дежа вю: на протяжении трех часов с момента пробуждения (103 мин "приквела"+ 108 мин "оригинала"), несчастное создание постоянно попадает в однотипные ситуации, которые похожи друг на друга, как один металлический сайлон — на другого (находка корабля норвежцами, находка корабля американцами, кругом — однотипные бараки, по которым однотипные особи с однотипными характерами нарезают вокруг нашего ALFа однотипные круги, наперевес сжимая однотипные огнеметы). В таких условиях тотального клонирования персонажей, ситуаций и отдельных сюжетных ходов, даже абсолютно здоровый человек полезет на стену, подозревая у себя признаки душевного расстройства — что уж тут говорить о хрупкой инопланетной психике!



Когда режиссер пытается создать на съемочной площадке сильную атмосферу, то основными орудиями его творческого арсенала становятся операторская работа с нестандартными ракурсами, нервирующее музыкальное сопровождение и убедительная игра актеров, но стоит на страницах сценария появится Большому Ужасному Монстру, как на первый план неминуемо вырываются специальные эффекты. По первоначальным прикидкам студии, НЕЧТО должно было предстать перед зрителем в образе гигантского жука, который вместо того, чтобы изменять форму просто гипнотизировал окружающих. Кроме того, жук откладывал яйца в телах убитых людей, и эта "генетическая" связь с кассово успешным "Чужим" очень приглянулась студийным чиновникам из Universal: проекту по реализации "НЕЧТОжука" дали зеленый свет и даже уже успели собрать специальную группу для изготовления механических "конечностей". И тут произошло "чудо": автор "жучиных" эскизов художник Дэйл Куперс неожиданно попал в аварию, а нанятый ему на замену 22-х летний специалист по гриму Роб Боттин, первым делом посоветовал Карпентеру отказаться от концепции "жучиного монстра-телепата". Молодой супервайзер, для которого "Нечто" стало лишь вторым самостоятельным проектом, без устали фонтанировал идеями — дерзкими, смелыми и очень оригинальными; кроме того с самого начала съемок он поставил перед собой очень амбициозную задачу: сконструировать на экране такого монстра, которого зрителю не удастся забыть НИКОГДА! И впоследствии, Карпентер назовет Боттина одним из полноправных соавторов фильма, потому как без его идей, зачастую граничащих с безумием (вроде человеческой головы на гигантских паучьих ножках), зрители увидели бы совсем другое кино. Для того, чтобы оживить"Нечто", Роб Боттин использовал все мыслимые и немыслимые технологии того времени: гидравлику, пневматику, радиоуправление, съемку задом-наперед, кабельное управление, в то время как сами внутренности монстра лепились им из всего, что только попадалось под руки, включая разогретую жевательную резинку, клубничное варенье, майонез, желатин и всевозможные пищевые красители. В течении 57 недель своей работы над фильмом, Боттин не просто вкалывал по 7 дней в неделю, он в буквальном смысле жил на съемочной площадке, ночуя в фургончике для осветительного оборудования и питаясь одной колой вперемешку с шоколадными батончиками, в итоге загремел в больницу с нервным истощением, но своей первоначальной цели таки добился: во многом благодаря его упорству и богатейшей фантазии, пред взором зрителей, действительно предстало НЕЧТО такое, что невозможно забыть! Но если Боттин, обладая не самым совершенным оборудованием 30-летней давности мечтал прыгнуть выше головы, то его современных коллег по отрасли создания специальных эффектов вполне устраивает то, что находится у них прямо перед глазами. Что, что Вы там говорите — Пневматика? Гидравлика? Долгая и кропотливая лепка человеческой головы из податливой красной глины? Ах, оставьте все эти милые забавы позднему мезозою! Только компьютер, специальные программы, световое перо — и никаких проблем! Справедливости ради, нужно отметить, что создатели спецэффектов для НЕ РИМЕЙКА Алек Гиллис и Том Вудраф мл. поначалу действительно хотели вылезти из-за своих мониторов и в дань уважения перед героическим трудом Роба Боттина, делать все спецэффекты по старинке, то бишь вручную. Однако, использование гидравлики и аниматроники образца 1982 года весьма негативно отражалось на сроках производства фильма, и поэтому Вудраф и Гиллис вскоре получили указание ограничиться созданием единственной базовой модели, и оживлять ее лишь посредством наложения компьютерной анимации. В результате, после безумных порождений боттиновской фантазии, монстры, порожденные современными компьютерными технологиями смотрятся блекло и излишне стандартно — как если бы в память компьютера загрузили рисунок безумного постмодерниста, а он проанализировав незавершенность геометрических линий, вдруг решил соединить их и предать порождению чужой фантазии форму заурядного квадрата. Глядя на монстров из НЕ РИМЕЙКА, невозможно отделаться от ассоциаций с компьютерными играми: кто-то обязательно вспомнит последние части Resident Evil, другие подумают о Dead Space, но общим знаменателем обеих ассоциаций с современными представителями жанра survival horror станет тот факт, что всех этих козлами скачущих по экрану "человеческих многоножек", мы с Вами уже где-то видели. Клубничное варенье с плавающей в нем долькой безумного воображения? Майонез в салате из мелко порезанных нестандартных идей? Извините, но в нашей голливудской столовой сегодня подают только диетическое.

Многие режиссеры любят на съемочной площадке совмещать сразу по несколько специальностей: к примеру, Питер Хайамс почти на всех своих фильмах выполнял функции и постановщика и главного оператора, а каждая из картин Роберта Родригеса была собственноручно склеена им в качестве монтажера. Хобби Джона Карпентера всегда являлось сочинение и исполнение динамичных электронных саундтреков: сперва это было продиктовано нехваткой денег для того, чтобы нанять профессионального композитора ("Хэллоуин", 1978), но со временем желание музицировать превратилось для режиссера в настоящую страсть. Однако, на съемках его первой высокобюджетной картины, студия потребовала поручить создание саундтрека профессиональному кинокомпозитору с громкой репутацией. Выбор пал на итальянца Эннио Морриконе, но в силу различий между стилем будущего автора Chi Mai и музыкальными пристрастиями самого Карпентера, работа застопорилась. Режиссеру совсем не нужны были, преобладающие в творчестве Морриконе запоминающиеся яркие мелодии -Карпентер требовал, чтобы музыкальное сопровождение полностью синхронизировалось с видеорядом и звучало за кадром как аранжированная для синтезатора, человеческая кардиограмма. В конечном итоге, режиссеру не оставалось ничего другого, кроме как самому сесть за синтезатор, записать 1,5 минуты тягучего электронного эмбиента (впоследствии, превратившегося в знаменитую "Main Title The Thing") и отправить его в Рим на правах "сэмпла" для будущего саундтрека. И наконец осознав чаяния режиссера, маэстро не обманул его ожиданий: полностью абстрагировавшись от стиля, сделавшего его темы узнаваемыми по всему миру, Морриконе создал самый нетипичный саундтрек в своей музыкальной кинокарьере — почти не выходящий на первый план, практически непригодный к прослушиванию вне самого фильма; с одной стороны — сугубо функциональный, но с другой — идеально его дополняющий. Основным элементом этой музыкальной партитуры является ритм, который точно подстраивается под частоту зрительского пульса, заставляя его то скакать наперегонки с героями, то полностью замирать в особо впечатляющих сценах. Созданием саундтрека для НЕ РИМЕЙКА занимался еще один музыкант итальянского происхождения, Марко Белтрами— кинокомпозитор, прославившийся своей любовью к дешевому хоррору, скромными финансовыми запросами и работоспособностью на уровне китайского Midi-синтезатора. И получив заказ на музыку к новому "Нечто", сей служитель Эвтерпы пошел самой прямой дорогой: в качестве вишенки на торте, предназначенном для услаждения преданных фанатов, он разместил выдранную с корнем из фильма 1982 года, музыкальную тему за авторством Карпентера-Морриконе, а потом, зачем-то решил полностью похоронить ее под мегабайтами клишированного симфонического пафоса в стиле "монстр нападает — оркестр неиствует". Надо ли говорить, что в отличии от Морриконе, музыка Белтрами ни под кого не подстраивается и ничего не ускоряет, а лишь медленно, но верно усыпляет? В итоге, в качестве замены одному из наиболее атмосферных саундтреков за всю историю хоррора, который можно сравнить лишь с титаническим трудом, проделанным Бернардом Херрманом для гениального хичкоковского "Психо" (1960), сеньор Белтрами зачем-то подарил миру целых 55 минут тоскливо серой штамповки, которую можно сравнить...... лишь с такими же тоскливо-серыми штамповками.

  

Но самым краеугольным камнем фильма 1982 года является его режиссура. В мировом кинематографе существует не так много постановщиков, заслуживших право выставлять перед названием фильма собственное имя и фамилию, и на съемках "Нечто" Карпентер доказал, что точно является одним из них. Взяв в свои руки небольшой рассказец, который несмотря на льющуюся кровь, клаустрофобию и паранойю заканчивался вполне себе юмористическим ""Мы спасли наш мир, хотя и оставалось нам всего полчаса" (ха-хаха-хахаха!), он намеренно сгущал краски до тех пор, пока в мольберте не осталась лишь черная-пречерная гуашь, благодаря которой упавший космический корабль превратился в металлическую разновидность Коня Бледного, пришелец стал Всадником, а беззаботный полу-юмористический хэппи-энд сменился многозначительно-беспросветным "Why don't we just wait here for a little while... see what happens..." Полностью избавив оригинальный текст Кэмпбелла от политических листовок Найби, как и в старое доброе время призывающих "убить законспирированного коммунистического агента, сжечь еретика", Карпентер предложил зрителю эдакое "Откровение Иоанна Богослова" в миниатюре или Апокалипсис в масштабе 1:0,00000000000000001, так как весь макрокосм фильма ограничивается лишь коридорами американской полярной станции и еще до финальных титров полностью сгорает в сполохах адского пламени. С кривоватой, даже чуть циничной улыбкой, Карпентер наносит на холст заключительные штрихи: топор, торчащий из стены норвежской полярной станции, сросшиеся "близнецы" на полу, намеренные неувязки со временем и как своеобразный венец всех его стараний — жирное многоточие в финале. Эти элементы фильма выполняют роль оставленных в кадре многозначительных "пятен Роршаха", потому что Карпентер прекрасно знает: зрительский мозг автоматически заполнит все оставленные пробелы, нарисовав собственные картинки и для торчащего топора, и для "близнецов", и для непонятной участи некоторых вспомогательных персонажей. И вот, когда картинки, нарисованные разными зрителями сойдутся в один круг и начнут выяснять, в "каком ухе изначально была сережка у Чайлдса" и "когда именно НЕЧТО превратилось в [имя одного из ключевых персонажей]" — в тот самый момент фантастическая история, когда-то придуманная Джоном Кэмпбеллом рухнет на пол бездыханным телом, будучи асссимилированной гораздо более крупной и жизнеспособной особью — мифологией, разработанной самим Джоном Карпентером. И именно поэтому, в каждом кадре, каждом порыве антарктического ветра, каждой таинственной тени, которая скользит по снегу, в каждом звуке равномерно пульсирующей музыки, на съемочной площадке доминировал лишь ОН сам — талантливый режиссер, который посредством вырванной у студии кусок за куском, всеобъемлющей творческой свободы, заставил на целых 108 минут забыть о всех прочих инкарнациях вроде политически озабоченного растения-мутанта и спустил на беззащитных зрителей свое личное, персонифицированное НЕЧТО. И как это не странно звучит, но краеугольным камнем снятого в 2011 году НЕ РИМЕЙКА тоже является режиссура, точнее — ее полное отсутствие. 47-летний дебютант Маттис Ван Хайнинген мл., на счету которого, к тому моменту числилось лишь полтора десятков рекламных роликов для Toyota, Peugeot, Renault, Pepsi и Stella Artois оказался на месте постановщика "Нечто" по чистой случайности: первоначально он должен был ставить сиквел снайдеровского "Рассвета мертвецов", но когда проект забуксовал из-за финансовых неурядиц, продюсер Army of the Dead единственный и неповторимый Эрик Ньюман подумал: а какая в-общем-то разница между очередным трэшем про зомби и НЕ РИМЕЙКОМ культового инопланетного хоррора — и просто пересадил его из одного кресла в другое. Но надо отдать должное голландскому рекламщику: для создания НЕ РИМЕЙКА он распечатал более тысячи кадров из карпентеровского киношедевра, которыми заклеил всю съемочную площадку, дабы не пропустить ни одной детали и вовремя словить нужный ракурс, но беда заключается в том, что слишком пристально вглядываясь в эти фото, Ван Хайниген и сам не заметил, как принял жидкообразную форму и полностью растворился в чужой концепции, чужих находках и операторских ракурсах. Вот группа ученых, склонившаяся над разложенным по столу трупом огромной инопланетной твари — что это, Ван Хайнинген? Нет, Карпентер! Вот новые версии старых добрых кинофокусов 30-летней давности — живая человеческая голова на длинных инопланетных конечностях, перекошенные от ужаса лица полярников, носящихся по американ...., ой, простите, разумеется по норвежской станции с все теми же старыми добрыми огнеметами — и это все опять Карпентер! Посмотрим правде в глаза: слепо пытаясь вернуть на экран ту самую карпентеровскую атмосферу, Маттис Ван Хайнинген создал самый дотошный РИМЕЙК за всю историю существования этого вторичного и низкого жанра, почти покадровую кальку с фильма 30-летней давности, которая так сильно хочет, чтобы ее спутали с оригиналом, что аж "кюшать не может"! И лишь на последних двух минутах своего существования, НЕ ПРИКВЕЛ наконец-то вспоминает о своем подлинном предназначении — не просто пересказать одну и ту же историю с новыми лицами и дешевыми компьютерными зверушками, а показать, с чего именно она начиналась. Но как и в случае с замерзшими\ассимилированными норвежскими\американскими полярниками, это прозрение приходит к господину Ван Хайнингену уже слишком поздно.....

"Ну неужели, у фильма Карпентера и его пресловутого НЕ РИМЕЙКА не найдется одной малюсенькой детали, которая бы их хоть чуть-чуть, но объединяла?" — как и всегда, на том же самом месте поинтересуется мой преданный читатель, и как обычно окажется совершенно прав. И в самом деле, такое сходство имеется: оба фильма в свое время с треском провалились в прокате (фильм Карпентера: бюджет 15 000 000, сборы в США — 19 629 760, творение Ван Хайнингена: бюджет — 38 000 000, касса в США — 16 928 670), разнятся лишь причины, приведшие обоих "НЕЧТО" в стан кассовых неудачников. Выпуск на экраны карпентеровского фильма стал огромной ошибкой маркетингового отдела компании Universal, ведь всего за 2 недели до этого, они сами выпустили в прокат спилбергского "Инопланетянина", который впоследствии был официально признан самым кассовым голливудским фильмом 80-х годов! Из двух представленных на их суд, версий на тему "близких контактов третьего вида" — жестокой, пугающей, готовой в любой момент выпрыгнуть с экрана и откусить чью-то голову и милой, плюшевой, лезущей наперерез с распростертыми объятиями и сопливыми поцелуями, зрители сделали свой однозначный выбор в пользу второго — и не стоит их за это винить. С НЕ РИМЕЙКОМ все обстоит гораздо сложнее: в тот момент, когда творение господина Ван Хайнингена вышло на большие экраны, у него не было ни одного, по-настоящему сильного конкурента на инопланетную тематику — он просто не сумел привлечь к себе нужную аудиторию. Ведь самым сильным конкурентом фильма Ван Хайнингена оказалось ...... Blu-Ray издание нестареющей классики 1982 года, полностью отреставрированное, очищенное от типичных для фильмов 80-х дефектов кинопленки, снабженное отличной, пробирающей до костей музыкой (теперь — в сопровождении оглушительного пятиканального звука!), изобретательными ручными спецээфектами, хорошим сценарием и потрясающе крепкой режиссурой, которая за прошедшие 30 лет не растеряла ни одного градуса от собственной крепости — нет, ну в самом деле, чем из перечисленного может похвастаться новомодный то ли приквел, то ли римейк? Может быть, молодой актрисой Мэри Элизабет Уинстед в образе типичной "Барби в опасности", которая бегает по полярной станции, следуя строгому маршруту от одного голливудского штампа к другому? Или не менее унылым австралийцем Джоэлем Эдгертоном, которого в кромешной тьме, освещаемой только лучом фонарика, действительно можно перепутать с самим Куртом Расселом— за вычетом природной харизмы последнего и какого бы то ни было актерского таланта? Да и черт с ними, с кассовыми сборами, ведь как наглядно доказал пример карпентеровского фильма, единственным настоящим критерием, отделяющим талантливое кино от продиктованного одной лишь модой, коммерческой шелухи является только ВРЕМЯ. И пролетят в едином непрерывном калейдоскопе n-ное количество лет, весен и зим, и придет очередная золотая осень, принеся с собой новый Канун Дня Всех Культовых Киноужастиков и вновь соберется у экрана большая дружная компания в масках Майкла Майерса и Джейсона Вурхеза, и на вопрос: "что будем смотреть?", как и 30 лет назад прозвучит все тот же ответ: "Ну конечно же "Нечто"— уникальное, неповторимое и существующее в единственной инкаранации под вывеской "John Carpenter's The Thing" — потому, что фильмом Найби сейчас можно пугать только действующих членов Американской Компартии, а тот факт, что у карпентеровского фильма, когда-то существовал какой-то там приквел сотрется из памяти всех фанатов жанра уже через пару лет. Маттис Ван Хайнинген? Не, не слышали о таком. Постойте, это же тот самый чувак, который снимал.....клевую рекламу для "Pepsi"?



Так КТО же ТЫ наконец? Римейк, прикинувшийся приквелом, но сделавший это так кустарно и настолько неумело, что даже не потрудился нарисовать себе новую обложку для ДВД или элементарно.....сменить название (для справки: официальное объяснение мистера Ньюмана, мол "мы просто не смогли придумать подходящее название и только поэтому оставили старое" очевидно предназначалось для той категории зрителей, которые еще долго не смогут посмотреть его творение по причине жесткого возрастного рейтинга). Или просто обычный паразит, который пытается выдать себя за другое, гораздо более интересное существо, чтобы притупить бдительность, усыпить внимание, в потом, выпустив из себя свои смертоносные красные нити, резко "приассимилироваться" к чужому кошельку? Извини, НЕЧТО, но для того, чтобы копаться в твоих истинных мотивах, я уже слишком устал — тем более, когда за окном вновь застыла вечная ночь, в форточку опять задувает промозглый полярный ветер, и за то время, пока мы дружно ковырялись в твоих внутренностях, мой указательный палец едва не окоченел на спусковом крючке направленного в твою сторону, полностью заряженного огнемета. П-О-О-О-О-Д-ЖИГАЙ!



------------------------------------------------------ ------------------------------------------------------ ------------------------------------------------------ -------------------------------------
Примечания:

* При написании данной статьи был использован фактологический материал из документального фильма "Нечто: Ужас принимает форму" (1998,The Thing: Terror Takes Shape), автор сценария и режиссер — Майкл Матессино.

** "Producers Talk Attraction to The Thing Prequel". (March 16, 2010)

Статья написана 2 августа 2012 г. 13:07
Размещена также в авторской колонке Optimus

— ОПЯТЬ ПРО МЕНЯ В ИНТРОНЕТАХ ФИГНЮ ВСЯКУЮ ПИШУТ!

В субботу вырвался из лона семьи и, невзирая на протесты, убежал смотреть «Бэтмена», который «Возрождение легенды». Настроился на пирдуха и все такое, потому что отзывы о фильме были сплощь «круто», «мощно», «Нолан – наше все».

В итоге из зала вышел с чувством смутного недовольства.

Сработал эффект завышенного ожидания.

Нет, фильм, безусловно, хорош, и Нолан планку не опустил: есть и экшн, и драма, и развитие характеров. Но – в сравнении с «Темным рыцарем»  Нолан эту планку и не поднял. Сложилось впечатление, что в конечном итоге режиссер оказался заложником хронометража и не реализовал те фрагменты, на которые сам же сделал акцент. А таких фрагментов два:

1. Бэтмен поднимается после того, как Бэйн его сломал

2. Готэм меняется после того, как в нем воцаряется охлократия (власть толпы).

Внимание! Дальше могут быть спойлеры!




Статья написана 1 августа 2012 г. 01:13
Размещена также в авторской колонке fox_mulder
Уважаемые читатели, во избежание ненужных склок, еще раз напоминаю, что все нижеизложенное является всего лишь плодом моего субъективного восприятия данного фильма, без малейших претензий на оккупацию Истины в последней инстанции. Заранее огромное спасибо за понимание!



Темный рыцарь: Возрождение легенды (2012, The Dark Knight Rises)

США, киностудия Warner Bros, продолжительность — 165 мин
        жанр — очередная порция картинных страданий для всех поклонников СУПЕРсерьезного и СВЕРХдраматичного стиля режиссера Кристофера Нолана.
                    Отличный, но совершенно бесполезный каст, огромный бюджет и полное отсутствие сюжетной логики — прилагаются.

        слоган : «И разгорится пламя»



сценарий                  Кристофер Нолан, Джонатан Нолан и Дэвид С. Гойер, по мотивам персонажей, придуманных Бобом Кейном
режиссер                  Кристофер Нолан
оператор                  Уолли Пфистер
композитор               Ханс Циммер
продюсеры                Кристофер Нолан, Чарльз Ровен, Эмма Томас

в ролях: Кристиан Бэйл (Брюс Уэйн\ Бэтмен), Том Харди (Бэйн), Энн Хэтэуэй (Селина Кайл\ Женщина-Кошка), Джозеф Гордон-Левитт (Блэйк), Марион Котийяр (Миранда), Гэри Олдман (комиссар Гордон), Морган Фриман (Фокс), Майкл Кейн (Альфред), Лиам Нисон (Ра'с аль Гул), Киллиан Мерфи (Пугало\ д-р Джонатан Крейн), Мэтью Модайн (Фоули).

Весь Готэм бурлил как гигантский муравейник, сенсационная новость, которую с должным предыханием передавали из уст в уста в одночасье облетела каждого жителя: "Сегодня на премьере нового фильма о Бэтмене будет присутствовать..... сам Бэтмен"! К означенному часу, у кинотеатра уже собралась огромная толпа из самых различных критиков, блогеров и рядовых поклонников, каждый из которых заранее предвкушал личный экстаз от встречи с Живой Легендой. И вот, в дальнем конце улицы сверкнули фары узнаваемого черного автомобиля, потом раздался оглушительный визг тормозов, распахнулась дверь — и на асфальт ступила могучая нога настоящего Темного Рыцаря. Публика поначалу оторопела, на лицах встречающей толпы застыло полное недоумение, а приготовленные к торжественной встрече букеты и блокнотики для автографов тотчас попрятались за спины. Бэтмен сделал несколько неуверенных шагов и остановился прямо перед ошеломленными поклонниками. Вместо черного плаща и аналогичного оттенка пуленепробиваемого жилета из кевлара, на Защитнике Готэма фигурировала лишь потертая набедренная повязка, а надетая набекрень маска летучей мыши не могла спрятать от посторонних глуповатую ухмылку. "Ну что, не ждали ТАКОГО? — загоготал всенародный кумир, обдавая толпу парами ядренейшего перегара, потом попытался было совершить перед зрителями фирменный прыжок, но неловко споткнувшись, лишь растянулся поперек ковровой дорожки прямо у ног преданных обожателей. Бэтмен был пьян, и фокус не удался.

Но сначала немного истории. После огромного успеха экранизации комиксов о Супермене, осуществленной в 1978 году американским режиссером Ричардом Доннером, менеджеры кинокомпании Warner Bros решили, что неплохо было бы перенести на большой экран приключения другой суперзвезды комиксовской Вселенной DC Universe — Крестоносца в плаще, Темного Рыцаря без страха и упрека, который будучи без своего костюма и маски со смешными ушками обычно откликается на имя заурядного готэмовского мультимилиардера Брюса Уэйна. Был дан зеленый свет, один из авторов "Супермена" Том Манкевич сочинил первый вариант сценария, но процесс, что называется "не пошел". Дальнейшие попытки реализовать этот сценарий на практике уперлись лбом в бетонную стену полнейшего непонимания, поскольку все ведущие режиссеры того времени, которым "Уорнеры" предлагали поработать над проектом, боялись, что если фильм по такому сценарию все-таки выйдет на экраны, их попросту засмеют. И лишь в конце 80-х проект обрел своего постановщика в лице бывшего мультипликатора и начинающего кинорежиссера Тима Бертона, причем его первым и главным условием на переговорах со студией было требование немедленно избавиться от всех наработок Манкевича и написать сценарий с чистого листа. Впоследствии Бертон так прокомментирует свое решение: "Предыдущий сценарий Манкевича, по сути, ничем не отличался от «Супермена», только имена были иные. Безумный характер этих сюжетов попросту игнорируется, в результате у меня сложилось впечатление, что ничего более страшного я, пожалуй, не читал. Авторы не признают, что это человек, надевший костюм летучей мыши. Они относятся к этому как к чему-то необратимому, вот в чем дело. Сценарий Манкевича помог мне понять, что нельзя относиться к «Бэтмену» как к «Супермену» или как к тому сериалу шестидесятых. Здесь человек надевает костюм летучей мыши, и, кто бы что ни говорил, это весьма странно"*. Взяв в свои руки историю, до края наполненную фриками, психопатами и прочими интересными личностями, Бертон сделал единственное, что было возможно в данной ситуации — замазал улицы города краской черной-пречерной неоготики, подсластил шизофреническую пилюлю неуловимым ароматом настоящего сюра и превратил вымышленный город Готэм (за декорациями которого в комиксах легко угадывался современный Нью-Йорк) — в мрачное Зазеркалье здравого смысла, готовое с минуты на минуту заживо освежевать свою Алису. На каверзный вопрос, мучавший всех сценаристов Бэтмена, начиная с телесериала 60-х годов: "Почему взрослый мужчина по ночам переодевается в костюм гигантской летучей мыши?", Бертон ответил единственным из возможных способов — просто уклонился от любых попыток ответа. Смешав безумный постмодернистский коктейль из нарочито китчевого грима, черного юмора и гротескных декораций, на самое дно бокала Бертон добавил капельку непостижимой линчевской "твинпиксовщины", благодаря устойчивому вкусу которой, зрителю совершенно не хочется задаваться вопросами вроде "Почему выпавшая из окна секретарша ВНЕЗАПНО превращается в обворожительную психопатку с 8 дополнительными жизнями?" или "Каким образом обитающие в канализации пингвины могли вырастить человеческого младенца?". Соткав обе картины на стыке "сказки для взрослых" и обворожительного фильма-сна, который ближе к финалу оборачивается страшным ночным кошмаром, Бертон создал уникальный сплав настоящего художественного кинополотна и коммерчески успешного фильма по комиксам — сплав, который другие режиссеры годами пытались разобрать на составные части, чтобы заново соединить под собственным именем, но толком ни у кого не получилось.


Сперва закончились 80-е, а следом за ними, на бешеной скорости пролетели и 90-е. Благодаря стараниям однофамильца одного известного автогонщика, киносериал о Бэтмене постепенно деградировал в полусамодеятельный цирковой балаган и окончил свою жизнь в одном очень нехорошем месте, где всегда темно, отвратительно пахнет, а наиболее провинившимся постояльцам за личные заслуги вручают сразу по несколько "Золотых малин". В середине нулевых, спасать франшизу с миллиардным коммерческим потенциалом вызвался никому тогда неизвестный молодой режиссер по фамилии Нолан, на счету которого к тому моменту уже числилось 2,5 фильма — и ни одного реального кассового хита. Первоначально его идеи привели студийных боссов в состоянии идеологического ступора: все дело в том, что в самом начале нулевых, в среде людей, зарабатывающих на рисованных героях сотни миллионов долларов, само понятие "реалистичный кинокомикс" звучало не осмысленнее любого забавного оксюморона вроде "квадратного апельсина". И Нолану вместе с его соавтором Дэвидом Гойером пришлось провести немало времени, доказывая большому голливудскому начальству, что кинокомикс, в котором роли стереотипных готэмовских психопатов отводятся столь узнаваемым простыми зрителями гангстерам, анархистам и социопатам, а американский художник Боб Кейн наконец подружится с австрийским психиатром Зигмундом Фрейдом, на большом экране будет смотреться не просто круто, а "нупрямващекруто". Да, невозможно отрицать тот факт, что "Бэтмен: начало"  действительно сыграло роль свежей струей в застоявшемся зловонном болоте голливудских комикс-экранизаций имени Сэма Рэйми. Однако, при всем при том, для своего более чем двухчасового хронометража, фильм содержал слишком мало действия — в противовес устрашающему количеству банальных диалогов, которые разными голосами и на разный манер, более полутора часов разжевывали для зрителей одну единственную и без того несложную мысль. Но прямоту и навязчивость режиссерского "послания" в полной мере компенсировали другие достоинства картины — великолепное музыкальное сопровождение, вполне себе зрелищное финальное побоище и участие сразу трех колоритных злодеев, блистательно сыгранных Томом Уилкинсоном, Лиамом Нисоном и Киллианом Мерфи. Не подкачали и кассовые сборы: мировая копилка фильма более чем в два раза перекрыла его производственный бюджет, в то время, как все американские кинокритики поголовно захлебываясь от восторга, наградили Б:Н скромным титулом "революции в экранизации комиксов". Успех был, как говорится "налицо", и боссы велели официанту "повторить".

Вторая порция носила название "Темный рыцарь" и подоспела лишь три года спустя, на этот раз — на подносе с черной траурной каймой. Трагическая смерть 28-летнего актера Хита Леджера, для которого роль Джокера оказалась последней, сделала фильму мощную дополнительную рекламу. В результате, вторая серия нолановской бэтманианы в глазах широкого зрителя стала ассоциироваться с чем-то вроде траурного мемориала памяти талантливого актера, в то время, как все остальные ее элементы пребывали в полнейшем упадке. Количество зрелищных сцен сократилось до одной единственной погони, зато число диалогов резко подскочило, и преодолев отметку "пугающего", решительно устремилось к "кошмарному". А в остальное время, свободное от навязшей в зубах болтологии, Нолан развлекает зрителя собственноручными поделками из картона: вот — картонный прокурор, рядом — картонная фигурка зампрокурорши, а между ними — картонная любовь, выложенная на потеху публики в виде огромного картонного сердечка. И это еще цветочки, ведь дальше последуют одно картонное самопожертвование с последующим картонным перерождением, картонные моральные дилеммы, чуть было не размокшие в реке под весом двух паромов, под завязку нагруженных картонными статистами, полтора картонных возмездия одной ну очень картонной организованной преступности и еще одно нелепое жертвоприношение, после которого Бэтмен аки Христос побредет от людей, придавленный весом их грехов окаянных, поскольку на концовку поприличнее у Нолана то ли денег не хватило, то ли просто очень не кстати закончился весь картон. Да, "Темный рыцарь" честно старался оторваться от собственных рисованных корней, но в результате неравной борьбы, сам же на них удавился. Желая сделать свой фильм по-взрослому мрачным, Нолан и Гойер разобрали героев комикса на составляющие детали и попытались их заново собрать, с уже внедренной к ним в корпус "психологически убедительной мотивации". Однако, на практике это свелось к детской скороговорке о том, что дядя любит тетю, тетя любит сначала одного дядю, потом — другого, а третий дядя хочет всех взорвать, просто потому, что ему нравится "запах свежего напалма по утрам". Расхваленная мотивация, на деле оказывается дешевой китайской подделкой, диалоги — на редкость примитивные, основанные на десяти-сто-тысяче-кратном повторении одних и тех же высеченных в бронзе истин, методом нейролингвистического программирования — и все это хозяйство, как хрупкая, почти невесомая лодочка буквально тонет в океане первостатейного голливудского ПАФОСА (на этом месте должно стоять сто тыщ восклицательных знаков), который с каждой следующей минутой все сильнее бьется о борт, угрожая еще до финальных титров пустить на дно и сам фильм, и всю его съемочную группу в придачу. И вот когда минуют те самые титры, и весь переваренный за время киносеанса пафос начнет отчаянно проситься наружу, очень хочется поехать в аэропорт, купить билет до Лос-Анджелеса, в том славном городе разыскать кинорежиссера Нолана и прямо с порога спросить: "Why? Why..... SO serious?". Нет, ну в самом деле — "WHYYYYYYYYYY?"

И вот для "Темного рыцаря" настала долгожданная пора "Возрождения легенды". Однако, не все так просто в датском королевстве, и если снимая вторую часть, Нолан еще пребывал в статусе "молодого режиссера, подающего большие надежды", то после "Темного рыцаря" ему впору было становиться предводителем целого религиозного культа, основанного в его честь. Массовая истерия, развернувшаяся вокруг предыдущей серии бэтменианы, по сути оказала режиссеру медвежью услугу, и еще задолго до премьеры, на всех крупных мировых киносайтах можно было наблюдать парадное шествие просветленных людей в белых балахонах, которые каждое слово Джокера и Двуликого воспринимали как главы неписанного "Евангелия от Нолана". "Вижу скорейшую погибель неверных и неминуемый приход вечного блаженства. И обрушатся в прокате поганые "Мстители", и падет позорно "Новый Человек-Паук", и низвергнется на самое дно геенны огненной треклятый Содом по имени "Марвел". И придет Пророк в белых одеждах, ведя за собой своего Рыцаря Темного, и вновь принесут с собой крупицы вековой мудрости, воздав по заслугам всем тем, кто ночей на спал в ожидании их возвращения. Аве, Нолан! Аллилуйя, Бэтмен!" И реакция на выход в народ нового творения Пророка снова оказалась дюже предсказуемой: 10 место в рейтинге "250 лучших фильмов на IMDB", 6 место в сотне лучших на главном российском киносайте "Кинопоиск", растущие как поголовье саранчи на кукурузном поле, отзывы просветленных зрителей, заголовки которых преимущественно состоят из восклицательных знаков и восторженных междометий — да, пупсик, при помощи нереально огромного маркетингового бюджета и (ли) паствы преданных поклонников и (ли) проплаченных студией интернет-накрутчиков, Кристофер Нолан опять ЭТО сделал. Причем, в буквальном смысле: прикидывающийся многомиллионным блокбастером, последний фильм Нолана окончательно довершает обратную жанровую эволюцию от "модифицированного комикса", которым был "Batman Begins" в неизвестную голливудской науке субстанцию с вязким вкусом и крайне неприятным запахом, где главсупергерой полфильма ходит с палочкой и жалуется на больную спину, главзлодей, взобравшись на броневик, с типичным ленинским прищуром учит толпу, как им правильно переустроить Рабкрин, а вместо твердого сюжетного стержня, который мог бы склеить воедино всю эту эклектичную сюжетную кашу — все куда-то бегут и изредка в кого-то стреляют. Диалогов стало еще больше — теперь их количество  успешно преодолело "катастрофическую" отметку и выйдя за пределы всех известных шкал измерения уровня болтологии, учредило собственную под названием " как в Dark Knight Rises", а уровень пафоса окончательно вышел из берегов, угрожая зрителям планеты всемирным потопом. Впрочем, посмотрим правде в глаза: разве не ЭТОГО ждут от свежего фильма Нолана, его преданные поклонники?

Однако, при внимательном рассмотрении проблемы "Возрождения Легенды" оказываются значительно серьезнее недугов, терзавших его предшественников. Если на съемках ТР, Нолан просто периодически конфликтовал с комиксом, то в "Возрождении" он таки набрался смелости, что бы окончательно его похоронить, присыпать песочком и станцевать на могиле зажигательную джигу. Нарисованные декорации Готэма окончательно рухнули, обнажив за собой городские стены реального Нью-Йорка, а обилие параллелей с современностью просто зашкаливает: тут тебе и чистый "казарменный коммунизм", и проблема мирового терроризма, и робкие попытки критики современного либерализма, и уже один раз озвученная в ТР мысль о том, что современное общество по своей структуре напоминает хрупкий карточный домик: стоит только слегка потянуть одну карту из нижнего ряда и......Проблема в том, что все эти актуальные и совершенно "НЕнарисованные" проблемы излагаются и решаются Ноланом в русле абсолютно утрированной "рисованной" логики. Да, еще по "Темному Рыцарю" было очевидно, что Нолана просто хлебом не корми — дай только поговорить со зрителем о серьезных вещах, которые по его мнению являются самыми насущными проблемами современного общества. И как и в "Темном рыцаре" этот разговор прервется на полуслове в тот самый момент, когда за дежурным перечислением социальных язв мелькнет первая, по-настоящему умная мысль. Удивительно, как расписывая современное общество в качестве склонного к анархии, стадного животного, Нолану удается уже второй раз сорвать стоп-кран за минуту до того, как этот образ на полном ходу столкнется с его собственного зрителем. В самый разгар анархической вакханалии "Возрождения", Вы не увидите на экране заурядных офисных клерков, которые с фанатизмом в глазах и пламенным мотором вместо сердца развешивают по улицам Нью-Йорка отбившихся от стаи госчиновников, громят магазины и "грабят награбленное". Нет, во всем виноваты проклятые уголовники и прочие маргиналы, с которыми, сидя в канализации сражается вся нью-йорская полиция, в то время как остальное "общество", очевидно питается святым духом и на самодельных алтарях молится за скорейшее возвращение Бэтмена. Добавьте к этому натюрморту ходячего "Мистера Мускула" в вейдеровском респираторе, который подобно злодеям из самых клишированных боевиков 80-х расхаживает по полю брани, не пригибая головы, но при всем при этом, остановить его может ТОЛЬКО Бэтмен и ТОЛЬКО "фейсом об тэйбл" — и вместо кинопроизведения, претендующего на покорение каких-либо интеллектуальных вершин, параллели с реальными политическими событиями и прочее бла-бла-бла, у Вас получится замечательная книжка-раскраска для самых маленьких, где шаг вперед — все люди хорошие, шаг назад — все люди сво...., взгляд в сторону — нарисованная в облаке текста пафосная-препафосная фраза.



В результате, не получается ни комикса, ни серьезной драмы: для первого "Возрождению", как и всем прочим фильмам Нолана катастрофически не хватает зрелищности, для второй — связного сценария и хорошо прописанных персонажей. По большому счету, Нолан хорошенько подкузьмил тем фанатам, которые в 2008 году с пеной у рта доказывали, что секрет успеха ТР не ограничивался лишь одним образом анархиста-самоучки, замечательного сыгранного Леджером. И вот 4 года спустя, все тайное становится явным: если в ТР схему распределения актерских ресурсов можно было изобразить в виде примитивной формулы: "Джокер + все остальные", то в "Возрождении" уже вполне очевидно, что король умер, остались лишь самые высокооплачиваемые статисты. Кристиан Бэйл весь фильм ходит с выражением застывшего "покерфейса". Безумно талантливый Майкл Кейн, 90 процентов экранного времени безумно талантливо размазывает по щекам скупые старческие слезы. Том Харди по-бульдожьи рычит в респиратор и по-брежневски играет бровями. Про остальных актеров и вовсе нечего сказать: Гэри Олдман в очках все больше смахивает на загримированного Джорджа Смайли, Джозеф Гордон-Левитт и Марион Котийяр, очевидно просто задержались на съемочной площадке, когда там разбирали декорации "Начала", а у Энн Хэтуэй — очень красивые зубы. Ах, да в фильме еще зачем-то присутствует Морган Фриман, которого сначала пригласили сниматься, а потом случайно забыли написать ему роль, но не расстраивать же по столь незначительному поводу такого замечательного артиста! Вот и слоняются несчастные по съемочной площадке, принимая нелепые позы и произнося еще более нелепые монологи, став очередными жертвами одного из самых распространенных недостатков нолановской режиссуры — полнейшего неумения работать с актерами, ведь для того, чтобы героически\демонически смотреть в камеру из-под маски или размазывать слезы по лицу, режиссеру совсем не нужны яркие драматические дарования, лауреаты многочисленных театральных премий, "Оскаров" и "Золотых глобусов", потому как для подобного уровня драматургии за глаза хватило бы и десятка безвестных статистов. В отличии от дилогии Бертона, ставшей колыбелью вдохновенных актерских бенефисов (Джокер -Джек Николсон! Пингвин — Дэнни Де Витто!! Макс Шрек — Кристофер Уокен!!! Женщина-Кошка- Мишель Пфайфер!!!!), нолановская трилогия так навсегда и осталась "театром одного актера", который, к превеликому несчастью так рано умер.

На самом деле, к последнему детищу Нолана можно предъявить немало других претензий, начиная от чудовищно заторможенного темпа повествования и заканчивая крайне невыразительным саундтреком за авторством...... прославленного голливудского композитора Ханса Циммера (лучшие треки фильма взяты с саундтреков к БН и ТР, написанных Циммером в соавторстве с Джеймсом Ньютоном Ховардом, в то время как сочиненные им специально для ТРВЛ образцы "современной погребальной музыки", увы совершенно не впечатляют). Но самая главная проблема всей нолановской трилогии заключается даже не столько в пафосе, сколько в похоронной серьезности всего происходящего. Жаль, что Нолан так и не прислушался к процитированным мной во втором абзаце словам Тима Бертона о том, что режиссер, снимающий фильм о человеке, переодевающемся в костюм гигантской летучей мыши должен осознавать, насколько странно это будет смотреться со стороны. Главное, что удалось продемонстрировать всей трилогии Нолана — это полнейшую несгибаемость комикса как одного из столпов современного массового искусства: его можно демонстративно хоронить, можно вусмерть пичкать различными фрейдистскими стереотипами, прицепить к нему совершенно ленинский слоган и потом заставлять по памяти цитировать Маркса, но при всем этом — несмотря на пафос и претензии на "излишнюю сУрьезность", он все равно останется тем же комиксом. И расстояние между нолановской бэтменинаной и всеми прочими кинокомиксами, изначально не щеголявшими претензиями на супер-пупер-МЕГАреалистичность, совсем не такое большое, как представляется поклонникам режиссера. Возьмите с полки любой НЕинтеллектуальный фильм, снятый по мотивам столь же НЕинтеллектуальной комикс-Вселенной Марвел, и там Вы встретите абсолютно тоже самое: утрированные битвы между бело-положительным Добром и омерзительно-черным злом, едва проработанные характеры и тонны пафоса, который для большинства персонажей играет роль единственного и универсального жизненного мотиватора. И если хорошенько подумать, то наиболее принципиальная разница между незабвенным изречением о том, что "чем больше сила-тем больше ответственность" и километровыми спичами нолановских героев заключается лишь в количестве букв: просто в первом случае их в разы меньше, чем во втором.



За Бэтмена! (все бросают на землю шапки и пьют не чокаясь)


------------------------------------------------------ -------------------------------------------
* цит по "Тим Бёртон: Интервью: Беседы с Марком Солсбери" М, 2008 издательство "Азбука классика".


Статья написана 10 июля 2012 г. 01:36
Размещена также в авторской колонке febeerovez


"Новый Человек-паук" происходит родом из той страны, в которой практически все ваши ожидания оправдываются. Вот только источником служит темная сторона этой страны. Эта та самая ее часть, которая полна мрачных лесов. Там, среди черных деревьев, бродят израненные, растерявшие человеский облик сценаристы. Из холодного озеро, под лунный свет, будто утопленники, вылезают актеры, а из-за густого тумана выплывает остальная часть ваших оправдавшихся ожиданий — холодных, скользких, но безостановочно плачущих и лезущих обниматься.

Все-таки я не удивлен тем результатом, который отдал на растерзание зрителю режиссер Марк Уэбб (Опустим дурацкие шутки про пауков и паутину, ок?). Человек, в общем-то, даже не виноват — среди его фильмографии значится только один серьезный проект — мелодрама. Поэтому взявшись за "Человека-Паука", Уэбб снял кино, обитающее примерно в той же области.

С одной стороны корить "Человека-паука" за сопли даже как-то и некрасиво — в памяти до сих пор живы минуты финала третьей серии от Сэма Рэйми, и лицо невольно подрагивает от этих страшных воспоминаний. Уэбб, в отличии от последнего кгхм...творца, все же в разы более адекватный человек в вопросе визуализирования человеческих отношений, но вот незадача — во все остальном он далеко не так хорош.

Самые натуралистичные сцены в фильме (натуралистичные сцены в блокбастере — хи хи) — это как раз моменты, касающиеся отношений между Паркером и Гвен Стейси, его первой возлюбленной. Эта химия — знакомое Уэббу поле, на котором он чувствует себя не хуже профессионального спортсмена. Но в "Пауке" нет легкости "500 дней лета", просто потому, что режиссеру мешает весь остальной сюжетный материал. Он и рад бы показать как Питер и Гвен гуляют по крышам, но из-за угла то опять вылезает доктор Курт Коннорс в образе Ящера, то гады-сценаристы заставляют показывать очередную экшен-сцену. Блин, ребята, да какое вам дело как Человек-Паук летает по строительным кранам — вы лучше посмотри какие няшные гольфики носит Гвен!

Увы, но за счет всего остального, что есть в фильме, знакомая Уэббу формула резко начинает давать сильный сбой. Для начала, веры в большую и чистую первую любовь просто нет — увы, Паркер и Стейси за весь хронометраж проводят друг с другом очень немного времени. Питеру было бы просто некогда тратить силы на любовь к Стейси — у него помимо нее есть еще куча своих дел.

Новый образ Паука, переработанный под современную молодежную аудиторию (Я, конечно, ботан, но у меня есть скейт и причесон от Edvard Kallen), так же несет в себе определенную проблему. Да, Паук от Рейми бесспорно проливал гораздо больше горьких слез, чем Волк в "Ну погоди!", но по нему все-таки было видно, что он как-никак, но заинтересован в своей супергеройской деятельности. Более того, в какой-то момент он начал ловить с нее определенный кайф. Паркер по Уэббу — это такое ботанидзе, застрявшее где-то в переходном возрасте, когда ребенок начинает много молчать, проводить время на странных форумах, и всячески выражает свой протестЪ. Опустим тот момент, что здешние Питер и Гвен на вид такие же школьники, как я — доктор химических наук, но местный Паркер, как и режиссер, не заинтересован в погонях по городу за гигансткой ящерицей — ему бы с девушкой в кино, а тут снова приходится мир спасать. Поэтому местные сцены экшена выглядят хоть и неплохо, но как-то блекло, без огонька. Как утверждение готовой отчетности "ты сцену сделал? — Сделал!." Сделать сделал, и даже вид от первого лица добавил — но вот только зачем это нужно, если на это неинтересно смотреть.

Если сюжетные вопросы не касаются экшена или отношений, то развития событий тут, обычно, происходит два — либо ситуацию спасают актеры старого эшелона, либо Уэбб топит себя и зрителя в озере боянов. Угадайте, чего больше — первого или второго?

Правильно. К примеру, неплохая сцена, открывающая фильм, пускает себе пулю в голову в тот момент, когда

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
мать Паркера, отдающая сына, просит кормить его чем-то там, потому что ее сынок это любит
. (Женщина,
Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
у тебя отнимают единственного сына
- и ЭТО твоя реацкия?). Если злодей находится наедине с девушкой, то звучат зловещие шаги и резкие звуки пилы. На похоронах (о господи, неужели вы не знали, я спалил сюжет, уберите малолетних детей от экрана!) всегда идет дождь. Помимо этого — насколько бы ни был пафос гипертрофирован у Рэйми, но поначалу он смотрелся органично. (Спокойно, я про Человека-Паука 2, не 3)  Пафос у Уэбба одновременно граничит с чисто логическими косяками, которые непростительны даже экранизации комикса. За счет этого, преуславуто известные ситуации в стиле "спасение от рук героя" и "только не умирай" — смотрятся не как успех, а как идиотизм. И из той же оперы произрастают ситуации "да мы за него горой", которая похожа на ту, что была во второй серии Рэйми, когда Паук остановил поезд.

Есть, конечно, и определенные плюсы, но порою даже они вызывают сомнение. Ну и что, что актеры играют хорошо, юмор неплох, а физическая мощь Ящера передана на "ура". Вы на физическую мощь Ящера пришли посмотреть в кино? От чего-то я сомневаюсь в этом.

Подводя итог, пожалуй соберу все куски мыслей в одну, которая лучше всего характерезует проблему "Нового Человека-Паука": у фильма нет динамики, он провисает, и все это происходит просто потому, что режиссеру, судя по всему, был не интересен тот материал, с которым ему, в основном, приходилось работать. "Человек-Паук" похож на мутный кисель, из которого в разные стороны торчат отдельные куски. Какие-то удачные, какие-то не очень, но если посмотреть на картину в целом, то серая жижа так и останется серой. Хоть ты ее в красный раскрась, хоть в синий.

P.s. Госпожа История, грязная ты стерва! Ну почему ты не дала снять "Паука" Кэмерону? WHYYYYYYYYYY ?!


Статья написана 18 июня 2012 г. 21:01
Размещена также в авторской колонке Kiplas


Video зомби: вскрытие самого прогнившего киномонстра

= Статья в базе Фантлаба =

Текст: Сергей Крикун

Ходоки, живые мертвецы, пожиратели мозгов и плоти, идущие, ходячие мертвецы, зонби... зомби! Синюшная, подпорченная кожа, бессмысленно выпученные глазами, алчно клацающая гнилая челюсть и слюни при виде целехонькой черепушки живого человека (ведь там внутри мозг! мозг!! МОЗГ!!!)... Толпы шаркающих, еле влачащих конечности мертвецов наводняют сельские кладбища, деревни и мегаполисы; они сметают все на своем пути в погоне за тем, что является целью их существования — никто, никто не должен быть другим, не таким, как они: всех должна уравнять смерть, и они ей в этом помогут. Откуда же пришла эта армия? Откуда выполз первый зомби, и где сложит кости последний?

цитата

С ними не поспорить. Их не уговорить. Их не тронут ваши мольбы. Им по барабану сочувствие и просьбы. Есть лишь пустота. Вы смотрит в их глаза, а там пусто. Неважно, что вы говорите, насколько основательны ваши уговоры, как сильно вы плачете. Я думаю, что этот страх коренится в тех временах, когда я был мальчиком в очках, и за мной гонялись местные забияки, в том чувстве, что если громилы настигнут меня, спасения не будет.

Клайв Баркер




Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9 ... 84  85  86  87 [88] 89  90  91  92 ... 118  119  120




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку


Количество подписчиков: 356

⇑ Наверх