Колонка коллекционера


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «Колонка коллекционера» облако тэгов
Поиск статьи в этом блоге:
   расширенный поиск »

  

Колонка коллекционера


В этой рубрике мы станем публиковать статьи только о редких и коллекционных изданиях. Разумеется, для таких статей особое значение имеет визуальный ряд, поэтому просим авторов не забывать снабжать свои тексты иллюстрациями.

Модераторы рубрики: Vladimir Puziy, С.Соболев

Авторы рубрики: Vladimir Puziy, Karavaev, С.Соболев, Petro Gulak, Kons, atgrin, teron, Saneshka, slovar06, WiNchiK, ergostasio, iRbos, LadyKara, Вертер де Гёте, lordalex, sham, eonixa, febeerovez, isaev, killer_kot, Zivitas



Страницы:  1  2 [3] 4  5  6  7  8  9 ... 24  25  26

Статья написана 24 августа 12:08
Размещена также в авторской колонке С.Соболев

https://fantlab.ru/edition152098

(обложка первого издания антологии, 1967 год)


То, что Вы держите в руках — больше чем книга. Если нам повезет, это — революция.

Эта книга, все двести тридцать девять тысяч слов — самая большая антология спекулятивной беллетристики, составленная из оригинальных рассказов, и, очевидно, одна из самых больших вообще — и она задумана по определенным правилам революции. Она предназначена для того, чтобы потрясти мир. Она родилась из стремления к новым горизонтам, новым формам, новым стилям, новым проблемам в литературе нашего времени. Если все сделано должным образом, то наша работа откроет эти новые горизонты, и стили, и формы, и проблемы. В противном случае это все равно еще одна чертовски хорошая книга, полная интересных историй.

Многие критики, мыслители и читатели утверждают, что «простого развлечения» недостаточно, что в каждой истории должна быть суть и смысл, далеко идущие выводы, прогнозы, философские размышления или сверх-научные концепции. Конечно, в таких утверждениях есть рациональное зерно, но нравоучительное стремление высказаться слишком часто становилось raison d'être беллетристики. Мы больше не можем предполагать, что сказки — высочайший уровень, к которому должна стремиться современная беллетристика, что теория должна затмевать сюжет — если мы предпочтем теорию сюжету, судьба наша будет незавидна.

К счастью, эта книга, кажется, бьет прямо в цель. Все рассказы просто невообразимо интересны. И все они вдобавок переполнены идеями. Не просто идеями из «множества сюжетов», которые вы уже сто раз читали раньше, но новыми и смелыми идеями; в некотором роде, опасными видениями. (Хотя это, фактически, метафора, а не точное указание.)



(обложка издания 1972 года)




Статья написана 11 августа 12:25
Размещена также в авторской колонке С.Соболев


Павел Поляков «Стругацкие: взгляд со стороны. Эволюция произведений при переиздании». Омск, издатель Д.Сорокин, 2018. 396 стр. Тираж 100 экз.

https://fantlab.ru/edition225976


Первый раздел книги под названием «Стругацкие: взгляд со стороны»– это исследование повестей Стругацких, «Пепла Бикини» и «Отеля «У погибшего альпиниста». Сравнивая три изданных варианта «Пепла..», Павел отдает предпочтение двум первым (журнальным) публикациям в силу их более документальности и романтичности.


«Отель «У погибшего альпиниста» разбирается по пяти изданиям – как дотошный редактор, Павел обкатывает вслух смысл и значения слов, эпитетов, прилагательных, выбирает из всех пяти вариантов издания повести наиболее точный и верный вариант. Эта двухсотстраничная работа наверное была бы интересна начинающим писателям для понимания как надо писать лучше и доходчивее, тут очень наглядно показано что синонимичные слова имеют оттенки смыслов и способны порой менять настрой от прочитанной фразы или иначе раскрыть ситуацию.





Статья написана 5 июля 16:04
Размещена также в авторской колонке Zivitas

Прерываю обзоры "Пиковой дамы" — экстренный выпуск по "Онегину"! Опять Рудаков. Не потому, что любимый художник, а, скорее, наоборот: потому что уделяю ему пренебрежительно мало внимания.  Поэтому постоянно всплывают новые детали, требующие осмысления. Приходится возвращаться (это ведь уже третий раз). Так что новый Рудаков — непосредственная тема этого поста. Но сначала о самом коллекционировании.

Коллекционер — это дилетант (профессионалы работают в музеях или библиотеках), но коллекционер стремится к полноте своей коллекции — а тем самым и к полноте знаний в области своего хобби. Досадно обнаружить пробел в коллекции/знаниях. Хорошо, когда это удаётся исправить.

Не так давно купил вот такое издание 1937 года: "Пушкин в изобразительном искусстве". И именно эта книга подтолкнула к переосмыслению каких-то фактов и к нескольким важным приобретениям.

Переплёт
Переплёт
Титульный разворот (иностранный язык — пока ещё французский)
Титульный разворот (иностранный язык — пока ещё французский)

Библиография
Библиография

Книга огромного формата. Тираж 4.600 экз. Цена 40 руб. (32+8 за переплёт). Несмотря на небольшой тираж книга является доступной в наши дни — видимо, её берегли (дорогая), и поэтому сохранилось достаточно экземпляров.

В этом издании много портретов Пушкина, но есть и раздел с примерами иллюстраций. Позднее по той же схеме, с тем же названием, но с новым содержанием, издание было выпущено в 1961 году (его я уже показывал по случаю: https://fantlab.ru/blogarticle54895). Ну, а третий альбом — 1987 года — по другой схеме, одни только иллюстрации, для меня это (вместе с каталогом-справочником) базовое издание по иллюстрированной пушкиниане (https://fantlab.ru/blogarticle53247).

В первый раз просмотрел приобретённый альбом бегло, отмечая для себя только что-то новое. Потом уже несколько раз разглядывал поспокойнее. И вот с месяц назад — остановился на этом развороте. Задумался.

На левой стороне вверху — иллюстрации к "Онегину" Конашевича. Я книгу с этими иллюстрациями показывал (https://fantlab.ru/blogarticle53265). И писал с важностью, что "критика иллюстраций к этой книге не заметила". Однако это самоуверенное утверждение опровергается фактом. По свежим следам, в 1937 году, иллюстрации Конашевича помещают в обобщающий альбом "А.С. Пушкин в изобразительном искусстве", т.е. дают этим иллюстрациям очень высокую оценку как современному достижению. В дальнейшем, действительно, в подобных  пушкинских альбомах, и даже (что подозрительно) в монографии-альбоме Молока онегинских иллюстраций Конашевича вообще не представлено. Видимо, это означает, что иллюстрации были позднее признаны нетипичными для своей эпохи (и для творчества самого художника). Но в 1937 году по другому ведь думали, т.е. современная критика как раз заметила! Ладно, это мне урок — поменьше безапелляционных построений.

Продолжаю думать о Конашевиче, а взгляд скользит по развороту — и вдруг понимаю, что на правом листе разворота сверху помещены иллюстрации, мне неизвестные. Вот те на! Есть же у меня Рудаков — ну, не 1936 года, а послевоенный (https://fantlab.ru/blogarticle53332), но какая разница? Конечно, мне из каталога-справочника известно, что имеются три издания "Онегина" с картинками Рудакова — 1936, 1937 и 1946 гг.  Почему я купил когда-то книгу 1946 года? Потому что в библиографии написано: это расширенный вариант издания 1936 года. А зачем мне было брать недоделанный и дорогой первоисточник? Книга 1946 года доступная и недорогая (я видел и за 70 рублей, хотя сам — уж не помню почему — купил в 2010 году на Алибе за 250 рублей). Значит, понадеялся на библиографию — а там произошёл какой-то сбой. Вспоминаю, как я был разочарован, развернув полученного "Онегина" — видимо, ожидал подарочное издание, не понявши значения серии "Школьная библиотека". Как-то это разочарование перешло на Рудакова в целом — почему и не стал интересоваться довоенными изданиями. А ведь в описании книги 1946 года говориться ещё и о цветных иллюстрациях — но никакого цвета там внутри нет — точно сбой!

В общем,  пришлось срочно искать и покупать раннего "Онегина". Издание 1936 года в Детгизе почему-то редкое (как-нибудь потом доберусь до него). Выбор пал на издание 1937 года. Повезло — на Алибе было недорогое предложение за 300 рублей (+ доставка 150 рублей, увы!). И, видимо, на этот раз не прогадал — книга 1937 года оказалась изящным томиком. И даже более того — из серии, которую я окрестил "ленинградской юбилейной" (1936-1937). Это неофициально: единого оформления нет — у книг  переплёты разного цвета и разные узоры на переплётах .

Общее у этой серии — формат, авантитул с надписью "Александр Пушкин. 1837-1937" и веночком. Ну и то, что переплёты тисненные — тоже общее.

В моей коллекции серия складывалась стихийно — два томика были приобретены давно и не производили впечатления серийности, потом, после большого перерыва, в течение последнего года почти случайно были куплены ещё две книги — и уже стало понятно, что это серия. И вот в последний месяц — сразу два томика: "Онегин" и "Драмы" с рисунками Александры Якобсон. "Драмы" уже целенаправленно искал — для пополнения серии. Теперь "ленинградская юбилейная" почти сформирована — осталась только одна книжка: "Поэмы" с рисунками Самохвалова. Но вот её пока нет нигде. Буду искать и надеяться.




Вот тот самый "Онегин" 1937 года. На Фантлабе книга не представлена.

Добавления к библиографии. Тираж 20.300 экз. Цена 5 руб. 50 коп. (4,25 + 1,25 за переплёт).

Библиография уверяет, что в этом издании 17 иллюстраций. Но в основном это мелкие картинки на шмуцтитулах к главам, часто пейзажного типа.

Титул: Пушкин и Онегин
Титул: Пушкин и Онегин
I глава: Летний сад
I глава: Летний сад
II глава: Деревня
II глава: Деревня
VIII глава:Бал
VIII глава:Бал

Страничных иллюстраций — только 6. Не каждая глава снабжена большой картинкой (в I и VII главе нет страничных иллюстраций). Это нормально для "ленинградской юбилейной" серии — она проиллюстрированна очень сдержано.




Сравним иллюстрации из изданий 1937 и 1946 гг.

Прежде всего, в этих изданиях использована разная техника. В 1937 году — автолитографии (сам художник наносил зеркальный рисунок на литографский "камень", с которого после многих процедур печатался офорт). Если в довоенной книге тираж не очень большой, а картинки на отдельных листах (оборотная сторона без текста), то есть шанс, что такие картинки напечатаны напрямую с камня — тогда, как и в ксилографии, возникает эффект объёмности. А сама книга — как будто ручной работы (крафтовая). Вот "Онегин" 1937 года именно такое ощущение даёт. В книге 1946 года карандашные блеклые рисунки воспроизводились каким-то фотомеханическим способом — это уже массовый "Онегин".

Есть сюжеты с разным решением. Вот Онегин и Ленский. В 1937 году им была посвящена одна из немногих страничных иллюстраций. А в 1946 году им досталась только заставка.

1937 год — на переднем плане
1937 год — на переднем плане

Есть сюжеты, где художник меняет композицию чуть-чуть. Вот Татьяна. Эту композицию Рудаков потом и в цветных иллюстрациях обыгрывал. То есть композиция везде одна. Но в этой сцене уже отчётливо видно, что иллюстрации 1937 года и позднейшие совсем разные — сначала Татьяна другой была. И все герои другими сначала были — пожёстче как-то.

Слева направо — 1937 и 1946
Слева направо — 1937 и 1946
Цветной вариант 1949 года
Цветной вариант 1949 года

Есть сюжеты, где композиция вроде схожа, но картинки производят совсем разное впечатление. Вот Ольга и Онегин. В 1937 году — впечатление гнетущее, на Ленского бросают высокомерные взгляды, это намеренное оскорбление. Тут всё предрешено. В 1946 году — милые дурашливые друзья дразнятся, а Ленский-дурачок шуток не понимает. Это, наверное, послевоенное восприятие штатского человека: неужели из-за этого стреляться надо?

Слева направо — 1937 и 1946
Слева направо — 1937 и 1946

То же самое, но сначала 1946, а потом 1937
То же самое, но сначала 1946, а потом 1937

Конечно, картинки 1937 и 1946 гг. — совсем разные иллюстрации, ни о каком "расширенном варианте" здесь говорить нельзя.




Пройдёмся по заведённому порядку по ключевым точкам (в сравнении с изданием 1946 г., если будет что сравнивать).

1) Онегин

В 1937 году отдельно Рудаков портрета Онегина не давал. Но на других картинках его образ вполне вырисовывается.

2) Сон Татьяны

В 1937 году, равно как и в 1946 году, эта сцена отсутствует.

3) Дуэль

Иллюстрации 1937 года очень плотные — фигуры персонажей занимают всё место, изгибаются, чтобы не столкнуться; почти что формализм! В 1946 году — попросторнее, пореалистичнее...

1937 год
1937 год
1946 год
1946 год

4) Первая встреча  Онегина и Татьяны

Иллюстрация 1937 года очень хороша — одна из лучших к этой сцене. Через 10 лет как-то позауряднее вышло.

1937 год
1937 год
1946 год
1946 год
1946 год в цвете (переплёт)
1946 год в цвете (переплёт)

5) Финальная (прощальная) встреча

1937 год
1937 год
1946 год
1946 год




Ну что сказать? Видно, что конкретно у Рудакова стиль стал мягче. Но мне кажется, что это была общая тенденция (я это продолжаю относить на последствия недавно окончившейся войны). Если подумать, то и сталинские высотки по стилю мягче, чем конструктивизм. Но мягкий вариант разрабатывали, как всегда, мастера. Эпигоны позднее довели стиль до приторности и провинциальной театральности.

А конкретно по "Онегину" — мне вариант 1937 года больше понравился. Довоенный Рудаков — выдающийся график-иллюстратор!


Статья написана 7 июня 08:33
Размещена также в авторской колонке Zivitas

Продолжаю обзор иллюстраций к "Пиковой даме". Пока складывается хронологический порядок: сюиту Бенуа (1911) я показал в прошлый раз здесь, а следующая  полноценная сюита к "Пиковой даме" была напечатана в 1923 году. Художник — В.Шухаев, русский эмигрант, книга издана во Франции. Художника на Фантлабе нет, книги тоже нет.

Подлинник простому смертному недоступен. У меня, понятно, репринт (но очень качественный, повторена даже обёртка обложки — суперобложкой её сложно назвать).

В обёртке
В обёртке
Без обёртки
Без обёртки

Поскольку это репринт, библиографические сведения даю из каталога-справочника об оригинальном издании (там ещё и другая информация о художнике и об этих иллюстрациях).

Сведения о репринте: М.: ИМЛИ, "Наследие", 1999. Тираж 1.000 экз.

Это же содружество (издательство "Наследие" и Институт мировой литературы РАН) выпустило прекрасный репринт "Евгения Онегина" с иллюстрациями Добужинского (показывал здесь). Жаль, что деятельность по изданию подобных репринтов прекратилась.




О концепции этой книги как единого целого текста и иллюстраций. Чтобы составить представление о макете даю первые развороты.

Как положено в библиофильских книжках, сначала — пышное и неспешное, очень декоративное открытие (открывание) книги: много пустых листов, всякие титулы, авантитулы, что-то перед ними, после них (тут я уже не могу щеголять специальными терминами — для такого множества вступительных страниц моя шпаргалка обозначений не содержит). Этакая разминка.

Начало
Начало
Ложный титул
Ложный титул
После ложного перед настоящим титулом
После ложного перед настоящим титулом
Титульный разворот
Титульный разворот
Предисловие А.Жида
Предисловие А.Жида
После предисловия
После предисловия

А  главы смоделированы одинаково: пустой разворот с номером, большая цветная страничная иллюстрация перед текстом главы, монохромная буквица в первом слове, цветная заставка непосредственно над началом текста, цветная полустраничная иллюстрация в тексте и монохромная концовка.

Разворот с римской цифрой
Разворот с римской цифрой
Разворот с большой картинкой
Разворот с большой картинкой
Наконец-то начало!
Наконец-то начало!
 Текст
Текст
Картинка в тексте
Картинка в тексте
Концовка
Концовка

Бенуа не стал рисовать компанию, в которой и рассказывается анекдот о трёх картах. Получается, что Шухаев первым изобразил начальные строки: "Играли в карты у конногвардейца Нарумова". Исторически верно изображён белый мундир конногвардейца.  




Техника иллюстраций у Шухаева совсем другая, чем у Бенуа (указано, что у Шухаева гелиогравюры, но как это сделано — непонятно). Но сравнение этого цикла иллюстраций с сюитой Бенуа было неизбежно. При этом Шухаев как будто открыто напрашивался на сравнение. Поэтому, конечно, иллюстрации Шухаева — это не подражание Бенуа, а, напротив, противопоставление: "Не так ты сделал, вот как надо было...". Это пока ещё острый спор двух современников. Но чувство странное, когда помнишь о картинках Бенуа и смотришь картинки Шухаева.

Пройдёмся по узловым точкам, которые, по моему мнению, помогли бы выявить особенности разных художников (т.е. это узловые точки не столько сюжета, сколько возможностей для интерпретации).

1) Молодая графиня в Версале (XVIII век). Первая глава

Здесь Шухаев, как и Бенуа, выбрал для иллюстрирования парижских сцен молодую графиню за игорным столом и разговор молодой графини с мужем (по итогам которого графиня дала мужу пощёчину "и легла спать одна, в знак своей немилости" — вот это предпощёчечное состояние у Шухаева получилось острее).

"Венера московитов"
"Венера московитов"
Требует денег у мужа
Требует денег у мужа

2) Германн бродит по городу / караулит у дома графини. Вторая глава

Если художники рисуют, что Германн бродит — они рисуют Германна и зимний Петербург. В этой сцене Шухаев сосредоточился не столько на Петербурге, сколько на Германне. А вот вторая картинка иллюстрирует только то, что Германн видит у дома графини: "Из карет поминутно вытягивались то стройная нога молодой красавицы, то гремучая ботфорта, то полосатый чулок и дипломатический башмак". Эта картинка очень растиражирована: в альбомах её обязательно приводят как пример шухаевских иллюстраций — поразила она критиков в самое сердце. Этого у Бенуа нет, конечно.

Бродит
Бродит
Караулит, потупив глаза
Караулит, потупив глаза

3) Раздевание графини перед сном. Третья глава

Рисунок оригинальный — надевают/снимают у старой графини не парик, а чепец. Лица у дворовых девок — как будто у людей другой расы (встречал такую рожу только у Ивана из "Конька горбунка" в иллюстрациях художников рубежа XIX-XX вв). Композиция похожа на ту, что у Бенуа.

4) Германн с пистолетом. Третья глава

Такая намеренная театральность, но театральность кукольная: Германн скованный как марионетка. Ну в этой сцене пафос так зашкаливает,  что всерьёз это рисовать нельзя — тут Шухаев тонко поступил, его усмешка неочевидна.  А композиция опять знакомая.

5) Германн и Лиза. Четвёртая глава

Эту сцену все художники любят и рисуют примерно одинаково. Но у Шухаева композиция собственная — при всей простоте (два человека в каморке) очень оригинальная. Немного по-своему героев расставил.

6) Привидение (мёртвая графиня является Германну). Пятая глава

Ой, а вот здесь композиция опять как у Бенуа!

7) Игра Германна. Шестая (последняя) глава

Да что ж такое — дежа вю — всё как у Бенуа!

"Дама ваша убита", — сказал ласково Чекалинский
"Дама ваша убита", — сказал ласково Чекалинский




Критики объясняют шухаевское дежа вю профессионально. Уважаемый искусствовед Ю.Молок вообще пишет, что Шухаев "не смог отвести взгляд от рисунков своего предшественника. В известном смысле шухаевские рисунки можно рассматривать... как вариации на темы рисунков Бенуа, как иллюстрацию иллюстраций".

Во как! По мне, так это комплимент: ведь "иллюстрация иллюстраций" — это настоящий постмодернизм. И русские во Франции его изобрели. В 1923 году! В России ещё дедушка Ленин жив...

Видимо, рисовать картинки к пушкинской "Пиковой даме" невозможно — это сделал Бенуа раз и навсегда, причём не по своей воле: Пушкин всё предрешил (текст такой краткий и точный, что похож на режиссёрский сценарий с раскадровкой). Все последующие циклы — это споры иллюстраторов между собой.




Я в сюите Шухаева отмечу другое. Вот в предпоследней главе столичное здание: особняк-дворец (собор?), а в последней главе — изображение фортуны.

Дворец (Собор?)
Дворец (Собор?)
Фортуна
Фортуна

Чем это интересно? А это мостик к следующему гениальному циклу иллюстраций (Г.Епифанов), совсем из другого времени... Постмодернизм продолжается.


Статья написана 18 мая 19:04
Размещена также в авторской колонке Zivitas

"Египетские ночи" — неоконченная прозаическая (со стихотворными вставками) повесть Пушкина. Две сюжетных линии — пушкинская современность и египетская древность.

Самостоятельный цикл иллюстраций к "Египетским ночам" существует (из опубликованных) только один. Художник — А.Кравченко, общепризнанный мастер ксилографии (на Фантлабе, конечно, представлен — https://fantlab.ru/art3103). Как гравер по дереву он считается противоположностью своему современнику Фаворскому (о котором у нас уже был разговор здесь). Противоположность, но всё же не антагонист — соотношение там сложнее. Абрам Эфрос ещё в 1923 году писал  о "плеяде Фаворского" в гравюре. Фаворского он  обожествляет, а Кравченко причисляет к "ветренникам" — Кравченко пришла счастливая мысль: перевести Фаворского на язык "Мира искусства". Поэтому гравюры Кравченко имеют "мило-галантный вид" (А.Эфрос "Профили").

Вот Эфрос обидеть хочет, но всё равно у Кравченко много фанатов. Мне Кравченко тоже в своё время голову вскружил. Разглядывал часто его огромный альбом (https://www.ozon.ru/context/detail/id/268...). При случае начал покупать иллюстрированные им книги. Первой покупкой, совпавшей с увлечением Пушкиным, был очаровательный двухтомник, во втором томе которого как раз и были "Египетские ночи".

Издание 1981 года

С супером
С супером
Без супера
Без супера
Библиография
Библиография

Добавление к библиографии: Тираж 30.000 экз.  Цена 1 руб.

Издание 1981 года на Фантлабе представлено: https://fantlab.ru/edition85068.

Издание 1936 года

Понятно, что всегда хочется купить прижизненные издания (художника, конечно, не Пушкина). Для Кравченко это оказалось несложно: в 2010 году удалось приобрести юбилейное издание, явно с претензией на библиофильство: футляр, в котором было аж 6 книжек в твёрдой обложке, в том числе и отдельная книжка "Египетских ночей". Сохранность относительная, но всего 500 рублей!

Футляр
Футляр
Футляр раскрыт
Футляр раскрыт
Футляр и содержимое
Футляр и содержимое

Собственно "Египетские ночи":

Книжка
Книжка
Библиография

Добавление к библиографии: Тираж  50.000 экз. Цена 2 руб., переплёт 75 коп. (итого 2 руб. 75 коп.).

Издание 1936 года на Фантлабе отсутствует.

Издание 1934 года

Только недавно, внимательно сравнив библиографию, я понял, что самым главным и полиграфически лучшим изданием кравченковских "Египетских ночей" является книжка 1934 года. Она тоже оказалась недорогой — нашёл на Алибе экземпляр в суперобложке всего за 700 рублей (доставка обошлась в 60 руб.). Несколько дней назад получил эту книжку. Это издание делали очень старательно. Смысл суперобложки (на фото не разобрать) в том, что она бесцветная, а надписи все тоже бесцветные, но рельефные, выдавленные  — это заявка на рафинированность.

С супером
С супером
Без супера
Без супера
Библиография
Библиография

Добавление к библиографии: Тираж  5.000 экз. Цена 3 руб. 50 коп., переплёт 1 руб. (итого 4 руб. 50 коп.).

Издание 1934 года на Фантлабе представлено: https://fantlab.ru/edition175972.




Все три издания рядышком:

Обзор первых разворотов (с авантитулами):

1) Издание 1934 года (эталон).

2) Издание 1936 года.

3) Издание 1981 года.

Ну, в общем, понятно: издание тем роскошнее, чем больше в нём пустых листов.

Отличия-то есть, и странно, что их каталог-справочник иллюстрированной пушкинианы не отразил. Если в изданиях 1934 г. и 1936 г. немного отличается комбинация иллюстраций (картинка на авантитуле в издании 1934 г.  помещена  в тексте в издании 1936 г.), то в издании 1981 г. имеется новая иллюстрация с Клеопатрой (на авантитуле), которой не было в книгах тридцатых годов. Ну, у Кравченко имелось, как это часто бывает, несколько отвергнутых вариантов. С Клеопатрой полный набор теперь есть в трёх книгах. Только в альбоме остался полный набор сцен небесного вдохновения импровизатора.

верхняя картинка в книгах не воспроизводилась
верхняя картинка в книгах не воспроизводилась




Пара слов — о подлинной иллюстрации. Судя по всему, в издании 1934 года ксилографии Кравченко — это оттиски с гравюрной доски (наверное, и в издании 1936 года — тоже).

Сейчас (и, как минимум, с 1960-х гг.) все иллюстрации в книгах (если они не ручной работы) воспроизводятся фотоспособом. То есть даже гравюры один раз печатаются с доски, а далее фотографируются (=сканируются, оцифровываются) и затем воспроизводятся с фото. В 1920-е — 1940-е гг. в книгах ксилографии часто переносились на бумагу непосредственно с досок — это был отпечаток типографской краски. Фаворский очень увлекательно об этом процессе писал в своих работах (жаль, на Фантлабе он только как иллюстратор представлен, а не как теоретик книжной графики).

Конечно, и в старых книгах это не было единственным вариантом. Применялось и опосредованное воспроизведение. Вот, если интересно, отрывок из альбома "Пушкин в изобразительном искусстве" (1937), где о древних фотомеханических способах воспроизведения картинок говорится профессиональным языком.

По сути старая книга с ксилографиями (а также с литографиями, монотипиями и т.п.), особенно если они отпечатаны на отдельных вклеенных листах  — это почти гарантировано целый альбом офортов (Не постеры! Сейчас издатели "роскошных книг"  делают издания с приложением офорта, т.е. персонально отпечатанного экземпляра иллюстрации — так цена на и без того дорогущую книгу взлетает в пять-десять раз, доходя до сотен тысяч рублей). Поэтому и цену старой книги надо делить на количество картинок в ней — тогда совсем недорого будет.

Не уверен, что я бы на спор определил, с доски или с фото сделана какая-нибудь иллюстрация. Вот одна и та же картинка в трёх книгах (сверху — современное издание 1981 года, в центре — эталонное издание 1934 года (картинка с доски), внизу — издание 1936 года (картинка, вероятно, с доски).

Моими непрофессиональными снимками невозможно передать разницу — она воспринимается, скорее, на ощупь. Но разглядывая вживую старое и новое издания "Египетских ночей", кажется, что картинка с доски в старой книге объёмная: при этом поверхность листа, понятно, абсолютно гладкая; видимо, эффект создаётся за счёт того, что краска по-настоящему наносилась на лист бумаги и поэтому первый и второй план (глубина) действительно присутствуют. А фотокартинка в новой книге, несмотря на чёткость, такого впечатления не производит. Собирание книг, отпечатанных типографской краской, затягивает: как знаток драгоценностей уверяет, что он сходу отличит бриллиант от стекла, так и библиофил думает, что ощущает различия и никогда не согласится на репринт (если у него хватает денег на подлинник).




Ну и, собственно, оставшиеся картинки (фото с издания 1934 года), которые не попали в обзоры выше:


Страницы:  1  2 [3] 4  5  6  7  8  9 ... 24  25  26




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку

Количество подписчиков: 208

⇑ Наверх