Польская фантастика


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «Польская фантастика» облако тэгов
Поиск статьи в этом блоге:
   расширенный поиск »

  

Польская фантастика


Тематическая колонка, как это следует из названия, посвящена польской фантастике. Здесь будут появляться обзоры новинок, выходящих в Польше -- и переводов этих книг на русский и украинский; интервью, рецензии, новости, репортажи с польских конвентов. Будем рады авторам, которым есть что сказать о Леме и Сапковском, Зайделе и Дукае... Присоединяйтесь -- и сделаем мир чуточку разноцветнее. ;)

Модераторы рубрики: Vladimir Puziy

Авторы рубрики: ergostasio, Vladimir Puziy, Pouce, lekud, milgunv, Странник Ыых, Green_Bear, Славич, Wladdimir, Siroga, bvi, sham, ovawiss



Страницы:  1  2 [3] 4  5  6  7  8  9 ... 60  61  62

Статья написана 21 августа 21:46

Катарина Береника Мишчук (Katarzyna Berenika Miszczuk)

                                        —  Шептуха (Szeptucha)

                                        —  Ночь Купалы (Noc Kupały)

                                        — Жрец (Żerca)  

Недавно закончил чтение трех книг из цикла Катарины Мишчук "Цветок папоротника", и очень захотелось поделится впечатлением. Прежде всего, за чтение цикла брался с большой опаской — привлекло тем, что первая книга цикла завоевала титул "Книга года-2016" в разделе фантастической литературы на сайте "Любим читать" (а сайт этот этот очень популярный, и мне кажется весьма объективным). А опасался возможности встретиться с очередным женским мистико-вампиро-подростковым циклом. На удивление, книга прочиталась запоем, почти идеально совпала с моим вкусом, и однозначно потребовала продолжения. И продолжение в виде еще двух книг было просто проглочено. Сюжет, действие которого происходит как бы в наше время, можно назвать альтернативной историей. В основу его легло оригинальное допущение, что князь Мешко Первый, основатель польского государства, принявший христианство латинского образца как государственную религию — это самое христианство не принял. В итоге в наше время (изображенное, к сожалению, весьма схематично, что является одной из причин критики цикла) в Польше царят обычаи и верования славянской религии, и как следствие — полный разгул для деятельности всего пантеона славянских богов и всевозможных сверхестественных созданий. Здесь живут и чувствуют себя вполне комфортно русалки, упыри, утопленники, вамперы (но не вампиры!), стриги и всякие прочие лешие и домовята. А боги, при всех своих грандиозных возможностях, не стесняются вмешиваться в жизнь простых людей, да и сами грешат очень человеческими страстями. На этом живописном фоне развиваются приключения Гославы Бжозской, выпускницы медицинского института, которую направили в деревню на обязательную практику у шептухи — сельской знахарки, имеющей в этом варианте истории официальный статус. (Кстати, эта шептуха, которую зовут Ярогнева, просит называть себя просто — Баба Яга.) Увы, наша Гося — девушка вполне современная, выросшая и привыкшая к жизни в Варшаве, терпеть не может деревню и лес, к тому же панически боится клещей и всяческой аналогичной гадкой живности, которая так и стремится забраться за шиворот и под кожу честному человеку. К тому же абсолютно не верит во все эти славянские забобоны. Богов нет — и точка! Представляете, какой ее ждет облом?

Хочется отметить, что все это написано языком, очень сильно напоминающим стиль Иоанны Хмелевской (которую я лично обожаю), юмор и переживания героини — покорили меня в первую очередь, отодвинув в сторону некоторые недостатки произведения (они есть, конечно, куда от этого деться, но я не буду их описывать). Возвращаясь к героине — по сути мы видим паникерку, глуповатую и упрямую, как коза, наивную до предела и ипохондричку в энной степени, для равновесия, правда, наделенную огромным запасом сарказма, черного юмора и авто-иронии. С одной стороны, хочется ее частенько прибить, с другой — невозможно в нее не влюбиться. А главный герой, о котором не буду говорить ничего, дабы не раскрыть сюжета (так как это еще один оригинальный ход автора), тоже в итоге вызвал немалую симпатию.

Общее впечатление — цикл очень легкий (но не законченный, третья книга обрывается на очень интригующем месте), читается взахлеб, юмор великолепный, удовольствие от этих трех книг неописуемое. С большим интересом прочитал описание многочисленных славянских обрядов, о которых ранее просто не имел понятия. Прежде всего рекомендуется для поклонников Хмелевской и легкой, юморной, но далеко не примитивной фантастики.

P.S. Очень хотелось бы, чтобы произведения этого автора были представлены на фантлабе. Пока что здесь имеется только один ее роман. Но я новичок, не знаю, как это можно организовать.

Перевод небольшого фрагмента из первой книги.

скрытый текст (кликните по нему, чтобы увидеть)

— А может, все, что вчера случилось, это просто массовый психоз в результате действия галлюциногенных трав? — с надеждой спросила я.

— И я бы так хотела, детка, но увы...- Шептуха грустно улыбнулась и села рядом.

Мешко ничего не ответил. Даже не посмотрел в мою сторону.

— Ты попала сюда не случайно,- сказала Баба Яга.- Это было предсказано задолго до твоего рождения.

Я невольно взглянула на зловещую картину с красной кляксой краски.

— Да, и предсказание этой картины в некоторой степени о тебе. Не бойся. Когда ты поймешь, все окажется просто.- Она похлопала меня по ладони.

— Надеюсь,- мрачно буркнула я.- Эта картина с ее предсказанием выглядит довольно неприятно.

— Ну, для тебя это не будет неприятно.

Я бы не была так уверена. Тревожная какая-то картина.

— Очень редко рождаются люди с некоторыми специфическими особенностями,- начала она.- Такие, как ты. Вроде на это влияют какие-то особые сочетания планет и звезд, никто толком не знает. Такого человека называют видящим. У него часто бывают видения. Он может войти в Навь. Если верить преданиям, он всегда как-то связан с богами. Неважно, шептуха это, ведьма или жрец. Его коснулись боги.

Мне стало не по себе при мысли, что кто-то там меня коснулся.

— Я знаю, что ты не веришь в богов,- продолжала шептуха.- Но припомни вчерашний вечер. Ты сама видела домовят. Это не дешевый фокус и не влияние выпитого. Они существуют. Так же, как боги.

— Ну и как они выглядят?- Мой вопрос выбил ее из колеи.

— Кто?

— Боги.

— У них разные облики,- уклончиво ответила она.

— То есть ты вообще-то не знаешь, да?

Мешко медленно повернулся в мою сторону и грохнул кружкой об стол. Я аж подскочила. Если он хотел достичь максимума ненужного в этот миг драматизма, то он этого достиг.

— Боги опасны. Они могут тебе навредить,- буркнул он.

— Ну уж наверно не так опасны, как клещи,- ответила я.

— Что ты прицепилась к этим клещам?- Шептуха покачала головой.- Неважно! Вернемся к теме. Я может и не знаю, как они выглядят, но знаю, что встреча с ними вовсе не будет приятной.

— И что они от меня хотят?

— Ты — видящая. Видящие рождаются крайне редко, точнее — раз в двенадцать тысяч триста сорок пять полнолуний...- Она подняла голос, и я догадалась о продолжении.

— То есть как раз, когда зацветает папоротник,- закончила я за нее.

О-па, все это уже не помещается в моей маленькой прагматичной голове. Мало того, что я оказалась каким-то таинственным избранником, рожденным, когда планеты вытворяют то, что им там положено вытворять (очень напоминает дешевые голливудские фильмы), так еще и боги существуют, домовята лазят по углам, и так совершенно случайно, как будто этого мало, в этом году еще и расцветет папоротник. Не говоря уж о том, что папоротники, которые появились на нашей планете еще во времена динозавров, НЕ ЦВЕТУТ!


Статья написана 20 августа 11:48
Размещена также в рубрике «Как издавали фантастику» и в авторской колонке Wladdimir

Январский номер 1993 года (31-й «Новой Фантастыки» и 124-й, если считать ab ovo), редактируют: Анджей Бжезицкий/Andrzej Brzezicki (художественно-оформительский отдел), Дорота Малиновская/Dorota Malinowska (отдел иностранной литературы), Марек Орамус/Marek Oramus (отдел критики и публицистики), Тереза Пайдиньская/Teresa Pajdińska (корректура), Мацей Паровский/Macej Parowski (отдел польской литературы, главный редактор), Ганна Сосиньская-Бальцер/Hanna Sosińska-Balcer(технический отдел), Кшиштоф Шольгиня/Krzysztof Szolginia (секретарь редакции). В списке постоянных сотрудников числятся: Адам Холлянек/Adam Hollanek, Яцек Инглëт/Jacek Inglot, Лех Енчмык/Lech Jęczmyk, Анджей Качоровский/Andrzej W. Kaczorowski, Славомир Кендзерский/Sławomir Kędzierski, Аркадиуш Наконечник/Arkadiusz Nakoniecznik, Анджей Невядовский/Andrzej Niewiadowski, Яцек Родек/Jacek Rodek, а также Denuncjator, Karburator, Kunktator, Negocjator, Predator, Sekator и Wibrator. Тираж – 100 тысяч экземпляров. В оформлении передней обложки использована работа испанского художника ЛУИСА  РОЙО. Внутренняя сторона передней обложки занята рекламой книги американской писательницы Д. Ауэл, готовящейся к изданию в издательстве “Rebis”. «Галерея» этого номера предоставлена в распоряжение американскому художнику ТИМУ  ХИЛЬДЕБРАНДТУ/Tim Hildebrandt, о котором рассказывает в небольшой статье некто Эндрю Б. Ср./Andrew B. Sr., в котором нетрудно разглядеть нашего старого знакомого Анджея Бжезицкого. Репродукции работ Хильдебрандта, почерпнутые из альбома “The Fantasy Art Techniques of Tim Hildebrandt” (Limpsfield, 1991), расположены на стр. 17-24. Внутренняя сторона задней обложки занята рекламой очередного номера журнала «Komiks», на внешней стороне задней обложки напечатана реклама готовящейся к изданию в издательстве “Phantom Press” книги Самюэля Дилэни.

Содержание номера следующее.

Czytelnicy i “Fantastyka”

Listy 2

Opowiadanie zagraniczne

John Morressy Tato, drogi tato, wracaj do domu 3

Ian Watson Rentgenowscy rozbitkowie 11

Powieść

Robert A. Heinlein Obcy w obcym kraju (10) 25

Z polskiej fantastyki

Romuald Pawlak Overland i okolice 42

Arthur C. Szrejter Mysterium tremendum 48

Film i fantastyka

Maciej Parowski Fantazje bez granic 57

Dorota Malinowska Iluzjonista piękna 60

Dorota Malinowska Sequele na weselo 62

SF na świecie

Ludmiła Koziniec Piekło przeminionej świadomości 65

Spotkanie z pisarzem

Ondřej Neff 66

Krytyka

Recenzje 68

Nauka i SF

Marek Oramus Ogólna teoria rzeczywistości 71

SF na świecie 72

Lista bestsellerów 72

Komiks Narod wybrany-9. Sześć do jednego 73

Продолжение следует в колонке Wladdimir


Статья написана 17 августа 15:08
Размещена также в авторской колонке Pouce


      


Михал Холева (Michał Cholewa) "Инвит (Inwit)"


Военная фантастика. Конкретней — фантастический военно-политической триллер. Действие происходит в XXIII веке. Прошло 20 лет со времени Дня или Бунта — восстания машин. Человечеству ценой больших жертв удалось победить, но Земля утрачена, научно-технический прогресс резко замедлился, исследование космоса и освоение новых планет практически прекратились, и оставшиеся три космических сверхдержавы (в порядке возрастания могущества: Евросоюз, США и Империя, в которой угадывается Китай) заняты постоянной войной друг с другом за передел контролируемого пространства. ЕС удаётся обнаружить координаты одной из своих бывших колоний, Либерты, утратившей связь с остальным человечеством вследствие потери банков данных во время войны с искусственным интеллектом. Жителям Либерты, потеряв треть населения, удалось победить ИИ, но в результате на ней установился авторитарный режим эксплуатирующий страх населения перед машинами, и стоящий на четырех столпах: правительство, армия, служба безопасности и контрразведка. Однако режим для ЕС дело второстепенное. Главное то, что на Либерте добывается важнейшее стратегическое сырье — целлиум, на который хочется наложить лапу. Руководство Либерты охотно сотрудничает с новообретённым союзником, но есть проблема — планета находится в глубине области пространства, ныне контролируемой США. В систему прибывает шеф Командования Спецопераций полковник Брисбейн, который должен реализовать разработанный магами (людьми через нейроинтерфейс подключёнными к компьютеру) и еще одним человеком с радикально усиленными аналитическими способностями сложнейший, невыполнимый, на первый взгляд, план...


Автор расставил множество фигур, двигаемых самыми разными игроками, и описал хитроумнейшую партию, где каждый ход кроме внешней,  явной цели имеет более важную скрытую цель, и, одновременно, совершенно не очевидным образом способствует достижению некоего конечного результата, который известен крайне немногим. В общем, планы внутри планов внутри планов. Любители запутанных интриг должны остаться довольны, тем более, что читатель не относится к числу немногих посвященных, и об истиной цели операции начинает смутно догадываться лишь ближе к концу книги, причем, когда эта цель озвучивается в явном виде все равно испытываешь некоторое удивление.


Кроме запутанных интриг автор подробно описывает наземные и космические боевые действия — от отдельных точечных операций спецназа до масштабных сражений эскадр. Сам я не большой любитель военной фантастики, и, как по мне, этих описаний слишком много и они избыточно подробны, но целевая аудитория должна остаться довольна. От себя добавлю, что явных нарушений законов физики в описаниях не заметил.


Автор использует говорящие названия, что имеет определённый смысл (хотя в некоторых случаях вызывает недоумение) и активно применяет голливудский метод давать персонажам имена знаменитых, или просто известных в определённых кругах людей (как минимум одного из последних я лично знаю). Имел ли автор какую-то особую цель, подбирая имена таким образом, не знаю. Меня лично это несколько раздражало, поскольку в моём случае не привносит в текст никаких дополнительных аллюзий и оттенков смысла.


В конце книги оказывается, что она явно вступительная часть эпопеи, в связи с чем советую подобным мне любителям законченных произведений подождать пока автор допишет эту эпопею до конца. P.S. Выяснилось, что это не просто вступительная часть эпопеи, а четвёртая книга цикла "Алгоритм войны (Algorytm wojny)". Что, впрочем, не мешает книге потенциально начинать внутрицикловую эпопею.


Рекомендую любителям военной фантастики и многослойных интриг, владеющим польским языком.


P.S. Пара цитат (осторожно, возможны спойлеры!


скрытый текст (кликните по нему, чтобы увидеть)

Договор с дьяволом, так Щенок назвал своё вступление в армию. А может вообще существование армии? Образования, которое превращало людей в органическое оружие. И дело даже не в химии и всём том медицинском дерьме, которое в них напихали. Менялось собственно всё, от представлений о мире до рефлексов.
На протяжении последних лет Мартин был в большом городе всего два раза. Первый — во время акции на имперской планете Фушун. Тогда он думал, что его беспокойство порождалось прежде всего фактом, что он находится на вражеской территории, и что странное ощущение страха было вызвано реальной угрозой. Второй раз это случилось совсем недавно, в увольнении. На этот раз он успокаивал себя, что это объясняется возвращением после длительного пребывания вдали от цивилизации.
Теперь он всё больше убеждался, что ощущение чуждости, охватывающее его на Новом Лондоне уже не пройдёт.
Это не был его мир. Ни его, ни Щенка, ни даже продолжающей ещё бороться Исакссон. Это был мир гражданских, таких людей, как покрытый люминесцентными татуировками бармен в "Розе и Короне", или собирающиеся там спидбольные болельщики и обнимающиеся парочки. Таких, как те, которые сообщили в Хекс Махину. Более слабых, менее устойчивых, не накачанных военной химией, оптимизирующей организм для межзвёздных путешествий и боев. Человеческих. Живущих работой, семьёй и десятками проблем, о которых Верба уже вообще не думал. И одновременно гораздо более полезных чем продукты военного воспитания для не очень долгой, зато довольно интенсивной жизни.
Договор с дьяволом для каждого, кто переступал порог вербовочного пункта. Новые миры. В обмен на этот."


скрытый текст (кликните по нему, чтобы увидеть)

На одном из них [зданий] размещалась гигантская проекция, представляющая жителей колонии — горняка, пилота, сотрудника СБ и чиновника, вместе вглядывающихся в невидимую на картине опасность. "Против тьмы никто из них не одинок" — гласила надпись под картиной.
И действительно, подумал Иоганн Бергер, когда над Либертой витал призрак гибели, пропагандистский лозунг был правдой. Собственно, в огне сражений с ИИ и андроидами, в час наибольших испытаний, жители колонии достигли наивысшего уровня своей человечности. Потом всё изменилось.
Когда они одержали победу, Бергер был убеждён, что Конститьюшен станет её символом. Местом триумфа силы жителей, их способности к самопожертвованию, их духа. Крепостью, которая поколебалась под ударом машин, но не пала.
Но вместо этого... Наверно они просто прозевали победу. Перепутали её с очередной выигранной битвой. Хотя опасность миновала, общество ментально осталось на этапе прошедшей войны — нацеленным на поиски врагов и убеждённым, что платит надлежащую плату за свободу, в то время как в самом деле его сжимала железная рука полицейского государства.


скрытый текст (кликните по нему, чтобы увидеть)

Годы изоляции и конфликта изменили Либерту. Когда-то колония действительно должна была быть воплощением идеалов, гордо представленных её названием. Бергер сам свято в них верил. Но положение давно уже изменилось.
Жители теперь требовали контроля и ожидали, что им будут указывать направление действий. Желали ясного и чёткого деления на друзей и врагов. Господства порядка над хаосом. Осознания силы и убеждения в справедливости дела, за которое сражаются. Время идеалов ещё придёт. Однако директор был стар и не был уверен, что доживёт до этого момента.


скрытый текст (кликните по нему, чтобы увидеть)

Мы не будем открывать новых мест, основывать новых колоний, преодолевать барьер, — объяснил поляк. — Мы перестали исследовать, развиваться. Выискиваем то, что осталось от предыдущего поколения. Мы роемся на свалке.


скрытый текст (кликните по нему, чтобы увидеть)

Нельзя сказать, что Бергер не любил Россара, во всяком случае так он привык считать. Бергер был уже слишком опытным человеком, чтобы питать симпатии, или антипатии к кому-то только потому, что тот выполняет свои обязанности. В личной жизни премьер Либерты наверняка мог быть вполне приличным человеком. Однако Бергер сталкивался с ним в первую очередь по работе.
А работа Жерома Россара заключалась в том, чтобы быть скользким, циничным, приспособленцем и сукиным сыном. Премьер, казалось, просто наслаждался демонстративной поддержкой каждого непопулярного действия правительства, каждого нового ужесточения законов и нарушения гражданских прав, всегда готовый на страницах прессы или в информационной ленте поведать жителям Либерты, что он лично больше всех расстроен из-за жёстких мер, но они абсолютно необходимы для для их собственной пользы. И всё это с самодовольной усмешкой.


      


Михал Холева (Michał Cholewa) "Бунт машин (Bunt maszyn)"


По названию первоначально решил, что это приквел к роману "Инвит", описывающий, постоянно упоминающийся в романе бунт машин, сиречь ИИ (искусственных интеллектов). Рассказ, таки, соответствует названию, но к роману не имеет никакого отношения. Если в романе Бунт событие трагическое, приведшее к многомиллионным жертвам, то здесь перед нами юмористический рассказ о том, как искусственный интеллект попытался руководить людьми. Но свободолюбивое человечество так просто не возьмешь!


Рекомендую любителям юмористической НФ, читающим на польском языке. Рассказ опубликован в сборнике "Гении фантастики (Geniusze fantastyki)", выложенном в сети.


Статья написана 11 августа 09:53
Размещена также в рубрике «Как издавали фантастику» и в авторской колонке Wladdimir

Декабрьский номер 1992 года (30-й «Новой Фантастыки» и 123-й, если считать ab ovo), редактируют: Анджей Бжезицкий/Andrzej Brzezicki (художественно-оформительский отдел), Дорота Малиновская/Dorota Malinowska (отдел иностранной литературы), Марек Орамус/Marek Oramus (отдел критики и публицистики), Тереза Пайдиньская/Teresa Pajdińska (корректура), Мацей Паровский/Macej Parowski (отдел польской литературы, главный редактор), Ганна Сосиньская-Бальцер/Hanna Sosińska-Balcer(технический отдел), Кшиштоф Шольгиня/Krzysztof Szolginia (секретарь редакции). В списке постоянных сотрудников числятся: Адам Холлянек/Adam Hollanek, Яцек Инглëт/Jacek Inglot, Лех Енчмык/Lech Jęczmyk, Анджей Качоровский/Andrzej W. Kaczorowski, Славомир Кендзерский/Sławomir Kędzierski, Аркадиуш Наконечник/Arkadiusz Nakoniecznik, Анджей Невядовский/Andrzej Niewiadowski, Яцек Родек/Jacek Rodek, а также Denuncjator, Karburator, Kunktator, Negocjator, Predator, Sekator и Wibrator. Тираж – 100 тысяч экземпляров. В оформлении передней обложки использована работа испанского художника ЛУИСА  РОЙО. Внутренняя сторона передней обложки занята рекламой компьютера фирмы “Macintosh”. В «Галерее» этого номера представлены карты различных колод ТАРО, о которых рассказывает в сопровождающей статье Ян Витольд Сулига/Jan Witold Suliga (стр. 18-23). Вторая, меньшая часть “Галереи” предоставлена в распоряжение польского эмигранта ЯНА  ЛЕБЕНШТЕЙНА/Jan Lebenstain, который с 1959 года жил и работал в Париже, прославившись своими иллюстрациями к произведениям Кафки, Виткевича, Оруэлла, «Книге Иова» и «Апокалипсису» и другими работами. Репродукции избранных работ сопровождаются небольшой статьей Мацея Паровского (стр. 57-59). Внутренняя сторона задней обложки занята рекламой частного маклерского бюро «Kant IMM», на внешней стороне задней обложки напечатана реклама готовящейся к изданию в издательстве “Phantom Press” книги Михала Блажеевского, посвященной анализу творчества Толкина.

Содержание номера следующее.

Czytelnicy i “Fantastyka”

Listy 2

Opowiadanie zagraniczne

Neal Barrett, Jr. Cyrk Objazdowy Sładkobiodrej Ginny 3

Ardath Mayhar Kameleon 12

Deborah Wessell …i dowie się ostatnia 14

Powieść

Robert A. Heinlein Obcy w obcym kraju (9) 25

Z polskiej fantastyki

Andrzej Sapkowski Maladie 42

Film i fantastyka

Dorota Malinowska Sitges’92 – Anatomia festiwalu 61

Wśród fanów

Paulina Braiter Zabawa z dawna oczekiwana 64

Krytyka

Małgorzata Skórska Ratujme Śródziemie 65

Recenzje 67

Nauka i SF

Isaac Asimov Niezwykle lata 70

SF na świecie 72

Lista bestsellerów 72

Komiks Narod wybrany-8. Tajne, widne i dwu-płciowe 73

Spis treści – Rok 1992

Продолжение следует в колонке Wladdimir


Статья написана 6 августа 09:33
Размещена также в рубрике «Как издавали фантастику» и в авторской колонке Wladdimir

Ноябрьский номер 1992 года (29-й «Новой Фантастыки» и 122-й, если считать ab ovo), редактируют: Анджей Бжезицкий/Andrzej Brzezicki (художественно-оформительский отдел), Дорота Малиновская/Dorota Malinowska (отдел иностранной литературы), Марек Орамус/Marek Oramus (отдел критики и публицистики), Тереза Пайдиньская/Teresa Pajdińska (корректура), Мацей Паровский/Macej Parowski (отдел польской литературы, главный редактор), Ганна Сосиньская-Бальцер/Hanna Sosińska-Balcer(технический отдел), Кшиштоф Шольгиня/Krzysztof Szolginia (секретарь редакции). В списке постоянных сотрудников числятся: Адам Холлянек/Adam Hollanek, Яцек Инглëт/Jacek Inglot, Лех Енчмык/Lech Jęczmyk, Анджей Качоровский/Andrzej W. Kaczorowski, Славомир Кендзерский/Sławomir Kędzierski, Аркадиуш Наконечник/Arkadiusz Nakoniecznik, Анджей Невядовский/Andrzej Niewiadowski, Яцек Родек/Jacek Rodek, а также Denuncjator, Karburator, Kunktator, Negocjator, Predator, Sekator и Wibrator. Тираж – 100 тысяч экземпляров. В оформлении передней обложки использована работа испанского художника ЛУИСА  РОЙО. Внутренняя сторона передней обложки занята рекламой варшавской фирмы “Joker”, занимающейся почтовой высылкой настольных игр. В «Галерее» этого номера представлен своими работами, почерпнутыми из альбома “Women” (“NORMA Editorial, Barcelona, 1992), ЛУИС  РОЙО (стр. 18-23). Иллюстрации сопровождаются небольшой статьей Анджея Бжезицкого. Внутренняя сторона задней обложки занята рекламой романа Тэда Уильямса, издающегося фирмой “Rebis”, на внешней стороне задней обложки напечатана реклама готовящегося к изданию в издательстве “Phantom Press” романа Джина Вулфа.

Содержание номера следующее.

Czytelnicy i “Fantastyka”

Listy 2

Opowiadanie zagraniczne

Kristin Kathryn Rusch Tancerze jak dziecie 3

Powieść

Robert A. Heinlein Obcy w obcym kraju (8) 25

Z polskiej fantastyki

HYDE  PARK 44

Piotr Górski Horda 47

Film i fantastyka

Dorota Malinowska Trzecia runda 57

Maciej Parowski To tylko gra 60

Dorota Malinowska Bohater ogrywany 62

Parada wydawców

Zupełnie inna bajka 65

Wśród fanów 67

Krytyka i recenzje

Dwugłos о “Czarnej mszy” 68

Recenzje 70

Spotkanie z pisarzem

Stanisław Lem 71

Nauka i SF

Zbigniew Sołtys Odmienne stany świadomości 72

SF na świecie 74

Lista bestsellerów 74

Komiks Narod wybrany-7. Jaźń kolektywna 75

Продолжение следует в колонке Wladdimir


Страницы:  1  2 [3] 4  5  6  7  8  9 ... 60  61  62




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку


Количество подписчиков: 79

⇑ Наверх