Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «Esminets Marat» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Статья написана 9 ноября 16:10

Месяц выдался крайне наполненным; впрочем, гонка продолжается, так что даже итоги я подвожу только сегодня, хотя уже и ноябрь к середине.

Во-первых, конечно, октябрь 2018 года был знаменателен поездками по России. Пригласили в Вышний Волочёк и Архангельск, в каждом городе прошло по четыре встречи с читателями. Было здоровско! Дошколята, ученики 1-4 классов, курсанты Арктического морского института и архангельского колледжа – все очень разные, разумеется, и в тоже время – одинаково прекрасные, заинтересованные, неравнодушные.

Дал интервью местным газетам, радио, филиалу ТВ «Россия» по Архангельску (очень интересная и продуктивная вышла встреча, спасибо ведущим); стал фигурантом и теленовостей местного канала в Вышнем Волочке.

Эти города, конечно, с разной и очень интересной историей. И тесно связанные с моим родным Санкт-Петербургом: Вышневолоцкая гидросистема обеспечивала доставку хлеба и прочего необходимого в столицу более века, вплоть до открытия железной дороги. Весьма любопытна история «вышневолоцкого арапа Петра Великого» — захваченного ещё ребёнком забайкальскими казаками в плен бурята Михаила Сердюкова. Пётр Великий толкового мальчишку приметил и всячески привечал.

А Архангельск вообще сыграл сакральную роль: именно после путешествия в этот древний русский город Пётр Алексеевич влюбился в море навсегда (хотя матушка ему и запрещала ходить в плавание, «дабы не потонул»).

Во-вторых, в октябре в издательстве «Антология» вышла флагманская книга новой серии, посвящённой спорту – «Игра миллионов». Рукопись прочёл и официально одобрил сам Сергей Богданович Семак.

В-третьих, я поиграл новыми фантастическими рассказами в трёх конкурсах. Результат не выдающийся, но неплохой.

В-четвёртых, я побывал во Пскове, участвовал в ежегодных Кутузовских чтениях, посвящённых на этот раз столетию окончания Первой мировой войны, и весьма кстати презентовал новый роман «Атака мертвецов». За месяц с небольшим со склада Эксмо ушла половина тиража, отзывы на книгу от очень положительных до восторженных. Роман не идеален, но важен для меня; думаю, что начинаю им новый этап писательской жизни.

В-пятых, в октябре я додумал и начал писать, а 5-го ноября закончил новую повесть в небывалый для отечественной фантастики проект. Ждём анонса.

В-шестых, в октябре закончена работа над сборником рассказов в серию «Зеркало». В ближайшие месяца жду выхода книги.

Так что месяц был необычайно насыщенный, интересный и успешный.

А ноябрь придётся впахивать: издательство ждёт продолжения «Атаки мертвецов».

Что же, потрудимся.


Статья написана 25 сентября 20:23

Роман Эдуарда Веркина «Остров Сахалин»


Настоящая фантастика – о будущем. В принципе, вообще настоящая литература должна быть о нём; но фантастика – в первую голову.

Весьма трудно при этом видеть в грядущем позитивные картины: достаточно пролистать новостные ленты или, если вы храбрый человек, включить какую-нибудь «Россию 24» на полчаса (свят-свят-свят) – сразу исчезнет вера в человечество и его перспективы.

Нет, году этак в 1963 членам Союза писателей СССР было легче: космос почти наш, саженцы для марсианских яблонь заготовлены, американские империалисты загнивают; будущее было незамутнённым, как текст «Программы КПСС», по которой мы уже с 1980 года живём при коммунизме То есть сорок лет вокруг – рай, Утопия, Солнечный город.

И очень тяжело, невозможно, физически больно признать: будущее не свалится победой в лотерее, его не пришлют из «Али», не объявят приказом коменданта (хотя, конечно, объявить могут – рупоров, спаренных с пулемётами, хватит). Его надо… Даже не заслужить. Его нужно выродить, вылепить из собственной плоти, обильно политой собственной кровью.

Унавозить поле Армагеддона собой – потому что больше некем. Тогда, быть может, пробьётся росток.

Веркин провёл нас через это. Через Чистилище, через чудовищные картины постапокалипсиса, через смерть, ненависть и мобильное бешенство. Именно так: в крови, задыхаясь в родовых путях, ломая кости прошлого, Человек доберётся, на зубах доползёт до времени обетованного.

Очень трудно верить в Человека, когда перед глазами – миллиарды тщательно выпотрошенных и набитых паразитами, лишённых сердца и души оболочек. Когда людьми топят печи (хотя это нерационально, люди – жидкие, с таким же успехом можно топить огурцами или медузами; но расскажите об этом техническим специалистам нацистских концлагерей).

Очень трудно верить в будущее, когда каждый из нас – это слепой корейский ребёнок, или обгрызенный шаманами мальчик-альбинос (кстати, вполне реальный опыт в современной Африке – отрезать альбиносам уши и пальцы, выбивать зубы и готовить из этого зелья), или негр (независимо от цвета кожи), подвешенный в клетке на потеху толпе.

Очень трудно.

Но Веркин смог. Он смог провести читателя через девять кругов ада; он смог заново пройти сорокалетний путь через пустыню; в его Евангелии Лотова жена тоже обернулась на погибающий Содом – и сожгла в адском пламени синие глаза…

Это очень сильная книга.

Её надо пройти до конца, прорваться сквозь кровь, вонь и пламя – чтобы увидеть Будущее. Чтобы когда-нибудь наши потомки нашли планету Бога у тёплой жёлтой звезды.

И унаследовали царствие небесное.

Низкий поклон тебе, Эдуард Николаевич.


Статья написана 11 сентября 15:19

Это книга – лично для меня. Повторюсь: я – профессиональный дилетант; всю жизнь я внезапно попадаю в новые, абсолютно неизвестные мне ранее профессии (военный, преподаватель, металлург, писатель) и с жаром неофита бросаюсь выяснять, как оно работает. С детства я читал много, бестолково и бессистемно; у меня не было учителей, которые направили мою книжную жажду в верное русло. В школе до 8-го класса литературы, считай, и не было; а потом я поступил в специализированный класс с 16 часами математики и физики в неделю. Наш словесник Лилия Дмитриевна Шиллис была умнейшей, остроумной, язвительной; но у неё была единственная задача – натаскать нас на написание сочинений, выдрессировать, чтобы при поступлении в Баумана мы получили за сочинение хотя бы «четвёрку».

А после, с 1982 по примерно 2010, почти тридцать лет, я жил в совершенно иной реальности; там были забытые богом и людьми гарнизоны в пустыне, огонь металлургических цехов и жизнь в самолётах; я читал, разумеется, но опять – всё подряд, и очень многое, действительно нужное, прошло мимо.

Теперь мне надо нагонять; я готов хлебать знания цистернами. И «Словарь» Арбитмана – великолепное пособие для новичка; здесь всё понятно, разложено по полочкам и изложено великолепным (как всегда у Арбитмана) языком. Читается, как увлекательнейший роман, а не как скучное академическое издание, набитое зубодробительным канцеляритом – оторваться невозможно.

Книга, несомненно, понравится и знатокам фантастики – хотя бы для понимания иной позиции и как повод для дискуссии; писателям и бойцам литературного процесса – хотя бы для того, чтобы найти свою фамилию и порадоваться (или найти и обидеться, или не найти).

Очень рекомендую. Спасибо, Роман Арбитман!


Статья написана 23 августа 08:47

Букв будет много – книга заслуживает.

У этого романа непростая дорога; ко мне он тоже шёл долго, через неприятие и скепсис, как и к широкой публике, и я очень благодарен глубоко уважаемым мной Галине Юзефович и Владимиру Ларионову – именно их искреннее восхищение сподвигло в конце концов меня на прочтение. Если честно, я хотел расковырять «эту пустышку», чтобы аргументированно, с оттяжкой, с удовольствием разгромить, предъявляя экспертам косяки и кривости.

Получилось ровно наоборот.

Где-то слышал мнение, что уральцы просто пищат от романа, вызывающего узнавание. Когда-то я был лучшим выпускником спецкласса и должен был поступать, как минимум,  на физфак Ленинградского университета (но лучше бы в МФТИ или Баумана); однако судьба хмыкнула и, обернувшись инструктором ЦК ЛКСМЭ, выписала мне комсомольскую путёвку в Свердловское военное училище. И я прожил в столице Урала четыре года.

Первые впечатления были ужасными: барак при заводе, а не город. И это после великолепного Ленинграда, в котором я родился, после неповторимого Таллинна, в котором вырос.

Однако очень быстро я понял: Свердловск/Екатеринбург не пытается влюбить в себя, понравиться; ему вообще на тебя плевать. Он работает, выживает, кашляет грязными испарениями в серое небо; ты либо становишься своим, либо сбегаешь – и тебе даже не посмотрят презрительно в спину, потому что презрение – это тоже эмоция, а на эмоции здесь не особо размениваются.

Да, я узнавал в романе Сальникова эти улицы, эти троллейбусы, этих людей; это скрипящее существование, пропитанное истиной – несложной и настоящей. Я читал роман и тонул в тексте, словно в тёплом болоте; ветер растаскивал мою душу над ледяными пространствами зимнего Екатеринбурга, пустыми и наполненными одновременно – как страницы «Петровых». Сальникову часто пеняют за «примитивный язык», за воду и пустоту; они не знают, наверное, что Алексей – поэт, то есть знает цену каждой букве, каждой запятой; что автор чувствует язык хребтом, всей своей сутью, и никогда не потратит вхолостую и абзаца. Мне это напомнило тщательное грунтование холста – просторного, широкого, бесцветного. На таком метафоры взрываются подобно салюту – и надолго зависают в душе читателя, как в ночном небе. А метафор там богато; вы запомните на всю жизнь и нервно курящую перед свиданием урну, и серых усталых осликов в погонах, и многое другое.

Возьмём, например, водку. Что может быть проще? 60% воды, 40% дешёвого химического продукта; состав примитивен, каждый мог бы догадаться, но сумел только Менделеев. И каков эффект!

Сальников не использует сложных ингредиентов; язык его – это язык обычных людей. Но каков эффект!

Это совершенно волшебная, алхимическая, колдовская книга; она затягивает, топит, реанимирует – и совершенно непонятно, как она это делает.

Если не боитесь, что изменитесь навсегда – читайте.


Файлы: петровы в гриппе.jpg (169 Кб)



  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку

Количество подписчиков: 4

⇑ Наверх