FantLab ru

Все отзывы посетителя С.Соболев

Отзывы

Рейтинг отзыва


Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  3  ]  +

Линор Горалик, Сергей Кузнецов «Нет»

С.Соболев, 11 ноября 12:12

Действие романа происходит в самой середине XXI века. Соавторы просто пролонгировали нынешние «перегибы»: полностью легальное порно, биоморфизм человеческого тела как модные фенечки-бусинки, вымершие от болезней континенты (в данном случае не повезло Африке), индустрия развлечений помимо видеоряда обогатилась сенситивным наполнением, то есть наблюдатель помимо изображения и звука получает полный комплект других чувств (фантоматика Станислава Лема в действии).

Множество сюжетных линий, множество персонажей обоего пола и разных возрастов, разных стран и занятий, действуют там-сям, временами пересекаясь. Шокирующим выглядит новый вид экспорта, после полного истощения минеральных ресурсов — «дети вместо нефти». Это жестокий мир, Хаксли и не снилось.

Оценка: 9
–  [  9  ]  +

Дино Буццати «Татарская пустыня»

С.Соболев, 24 сентября 19:38

Есть в литературе романы жанра “экшн” — динамичный сюжет, сплошное напряжение повествовательного ряда, активная жизненная позиция персонажей, стремящаяся раскрутить пружину читательского внимания на максимальные обороты. «Татарская пустыня» — роман анти-экшн. Если вам понравилась новелла Дж.Р.Р.Мартина «Мистфаль приходит утром», то роман Буццати не оставит вас равнодушным: та же картина ожидания отложенного чуда, заволакивающая жалкий человеческий разум мощь вселенских просторов, и горькое осознание ничтожности, ненужности и одиночества человека. Военный формализм доведен Буццати до абсурдного совершенства, паранойя томится в ожидании повода для геройства, задолго до войны люди гибнут из-за мелочей с единственной целью — стать Героями. Неважно, как ты жил, главное — красиво умереть. Эта парадигма пронзает остро отточенным клинком весь маг.реализм, Буццати тут не исключение. Ведь жизнь зачастую — это однообразная серая череда банальностей, доводящая своей монотонностью до полного и бесповоротного отупения кого угодно, будь он хоть семи пядей во лбу. Выжить человеку помогает только призрачная «иллюзия, что самое главное у него еще впереди».

Оценка: 9
–  [  3  ]  +

Айзек Азимов «В памяти по-прежнему молод: Автобиография, 1920-1954»

С.Соболев, 10 апреля 22:16

In memory yet green, in joy still felt,

The scenes of life rise sharply into view.

We triumph; Life's disasters are undealt,

And while all else is old, the world is new.

Название двухтомника — в первых строках стихотворения Азимова.

Оценка: 10
–  [  4  ]  +

Джеффри Лэндис «Человек в зеркале»

С.Соболев, 24 марта 18:20

Поразительно, но это пересказ рассказа Росс Роклин «The Men and the Mirror» (1938 год издания).

Оценка: нет
–  [  11  ]  +

Арлен Блюм «От неолита до Главлита»

С.Соболев, 18 ноября 2016 г. 10:08

«Если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что свобода ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей что ей не нужна вода»

М.А. Булгаков

.

Есть расхожее мнение, что цензура помогает творцам творить под гнётом лучше, сильнее использовать аллегории, выкрутасничать с метафорами.

Еще польза цензуры видится в том что умные мудрые специалисты будут ограничивать людей от пошлости и скабрезности

Примеры из истории показывают что всё это совсем не так. Ретивые исполнители начнут гоняться за фантомами, и стараться назапрещать как можно больше чтоб показать свою важность. В книжке Арлена Блюма кратенько рассказывается история становления цензуры в стране, она просто таки изобилует вопиющими примерами.

1701 — монахам в кельях запрещено иметь чернила и бумаги, писать разрешено только с разрешения начальства монастыря.

В 1721 году введена цензура печатных гравюр, портретов и лубочных листков.

В 1735 году за рукописную копию официальной оды Тредиаковского в честь дня коронации Анны Ионановны, посадили в острог двух священников Костромской губернии — ретивые исполнители просто не поняли латинское слово «императрикс», и на всякий случай арестовали смутьянов.

Павел I в Высочайшем повелении 1797 года предписывал вместо слова врач писать лекарь, вместо граждане — жители и обыватели, вместо отечество — государство, а слово «общество» вообще было запрещено, как и «республика».

С 1830 печатать сочинения можно только с подписью автора, анонимные публикации не допускались к печати.

В 1834 году московский митрополит Филарет жаловался Бенкендорфу на строку из Евгения Онегина

«и стая галок на крестах»

увидев в этом оскорбление святыни.

С 1837 года каждая журнальная статья рассматривалась двумя цензорами. Сверх того устанавливался контролер над цензорами.

За пропущенную крамолу цензора сажали на гауптвахту для разбирательства.

При попытке снять с себя обязанности цензора человеку грозили преследования в дальнейшей жизни.

Порой цензоры не пропускали в газеты заметки, одобренные к печати самим Николаем I.

Екатерина II на досуге писали пьесы под псевдонимом, и уже при Николае I в Симбирском театре запрещены были две ее пьесы — как пошлые и содержащие ругательные слова.

В 1847 Мусин-Пушкин, председатель СПб цензурного комитета, на собрании цензоров предложил им «совсем вывести романы в России, чтобы никто не читал романов».

1853 цензор Елагин не поверил что в Сибири ездят на собачьих упряжках и запретил книгу.

Цензор Ахматов запретил печатание учебника арифметики потому что в одной из задач помещен ряд точек — Ахматов подозревает какой-то умысел составителя.

Про советскую цензуру и так давно и все ясно, любопытны списки запретных тем, которые Главлит (основан в 1922) не пускал в печать. Списки были ежемесячными и ежегодными, как циркуляры. В 1920е запрещалось публиковать статистику о безработных, беспризорниках, сведения о санитарном состоянии тюрем, сведения об экспорте зерна, о самоубийствах на почве голода, сведения о партийном составе уголовных преступников, запрещено раскрывать само существование Главлита, и — sic! — не допускать в печать заметок о ремонте Большого Театра в Москве. Это вообще каким боком??

В 1922 «Конёк-Горбунок» запрещен как порнография.

На с.112-113 цитируется переписка подкомитетов Главлита по поводу запрета двух детских сказок в коих описываются классовые противоречия в пользу буржуазии. Одна сказочка — «Курочка-Ряба», вторая — «Белочка». Судя по тому что про белочку я не помню, ее таки успешно и наглухо запретили?

Диафильм 1941 года «Галоши и мороженое» (по рассказу М.Зощенко) изъять потому что в нём родители занимаются торговлей в присутствии детей.

В монографии Л.Добровольского «Запрещенная книга в России. 1825-1904» (М., 1962) зарегистрировано 248 названий. Плюс 14 названий не позволила включить в список цензура советская.

Для сравнения: за время существования СССР русских изданий, прошедших официальную цензуру но потом запрещенных, составляет около 5 тыс художественных произведений и десятки тысяч наименований книг общественно-политического характера.

Так как общий культурный уровень цензоров был крайне невысок (приводятся образцы записок с лютыми смысловыми ошибками), и самообразованием цензоры занимались из-под палки, то цензура в СССР работала по простейшему техническому принципу: изымались печатные издания в которых упоминались фамилии репрессированных — в любом контексте, в хвалебном, нейтральном, ругательном или просто в перечислении персонажей через запятую. Изымались даже книги, в выходных данных которых указывались типографии имени репрессированных лиц — например книга отпечатана в типографии имени Бухарина — всё, кранты, изъять. Таким образом счет шел на десятки тысяч брошюр любой разнообразной тематики.

Поэтому смешно и наивно выглядят мечты деятелей культуры о благоприятном воздействии цензуры на творчество — мол, «на оселке цензуры они оттачивали и совершенствовали своё мастерство, прибегая к эзопову языку и другим ухищрениям, цензура помогала воспитывать в читательской среде искусство метафорического чтения».

Ну да, а потом оказывается что корректор — однофамилец Берии, и весь тираж изымается.

В книжке есть немножко и про «Космическую Одиссею» Кларка (и про мировское издание 1970, и про Техинку-Молодеж 1984), есть и про переписку Джорджа Оруэлла с редактором журнала «Интернациональная литература» в 1937 году — из главлита пришла справка что Оруэлл троцкист(!) и печатать его нельзя. Этот ярлык троцкиста фигурирует за Оруэллом в секретных циркулярах до 1960х гг.

Радищев про цензуру очень хорошо написал еще в 1790 году:

«Ценсура сделана нянькою рассудка, остроумия, воображения, всего великого и изящного. Но где есть няньки, то следует, что есть ребята, ходят на помочах, от чего нередко бывают кривые ноги; где есть опекуны, следует, что есть малолетные, незрелые разумы, которые собою править не могут. Если же всегда пребудут няньки и опекуны, то ребенок долго ходить будет на помочах и совершенный на возрасте будет каляка. Недоросль будет всегда Митрофанушка, без дядьки не ступит, без опекуна не может править своим наследием. Таковы бывают везде следствия обыкновенной ценсуры, и чем она строже, тем следствия ее пагубнее».

Оценка: 9
–  [  1  ]  +

Михаил Менделеевич Климов «Записки антикварного дилера»

С.Соболев, 14 ноября 2016 г. 13:32

Мемуары книжного дилера, занимавшегося торговлей и обменом книгами в Москве в 1970-2010 гг. Хотя предмет интересов автора — книга антикварная, от инкунабул XV века, и до прижизненных изданий классиков XIX века, общую картину жизни книжных коллекционеров и собирателей эти воспоминания дают очень интересную. В книге множество анекдотических ситуаций и вдумчивых жизненных наблюдений.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Сергей Жарковский, Елена Афанасьева «Сказка PRO»

С.Соболев, 11 марта 2015 г. 14:44

Когда технология непостижима умом и неописуема словами, она воспринимается как магия.

Сильно далёкое будущее. Люди научились закупоривать свои планеты от внешних угроз и проблем, чтобы спокойно заниматься спокойными делами. Продвинутые ученые дошли-таки до реализации идей Николая Фёдорова об оживлении всех ранее умерших.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Антон Первушин «Звезда»

С.Соболев, 3 февраля 2015 г. 17:21

Книжка чётко разделена на три части. В части первой — «Спасите «Колумбию»!» — дотошно описан полёт американского челнока. Подготовка корабля, старт, полётный график экспериментов, общение с ЦУПом, выявление признаков аварии, расчеты возможных последствий, попытки залатать дыру – практически ничего тут не выдумано, или могло бы быть именно так, как описано Антоном Первушиным, случись у американцев больше возможностей для взаимодействия между разными службами. Но даже при таком удачном стечении обстоятельств (когда про аварию знают на Земле и в космосе, когда все службы скоординированы на самом высшем уровне и задача спасения корабля стала решаться агентством национальной безопасности под личным контролем президента), шаттл «Колумбия» всё равно обречён на гибель. Никакая помощь невозможна.

И только тут, со 150-ой страницы, начинается фантастика.

Часть вторая, «Красная «Звезда»», сюжетно решена элементарно – описывая детально жизнь Юры Москаленко, юного гражданина Советского Союза, автор описывает историю обновления и всей страны. Вместе с Юрой страна растёт, вместе с Юрой страна тянется к новым высотам в политике, вместе со страной Юра осваивает новую технику и покоряет космос.

Альтернативная история с развилкой в 1983 году. Не умер Андропов, природа дала-таки ему ещё десять лет на эксперименты. Но не всё так явно, и не только смерть/не смерть генсека явилась причиной появления обновленного СССР. Я люблю произведения альтернативной истории, где развилки не показаны топорно – типа вот, не умер Андропов. У Первушина как раз очень тонкий случай, развилку очень сложно уловить, в мире его романа «Звезда» какие-то радикальные изменения произошли явно ДО 1983 года.

Какие-то странные изменения произошли и в США. Вот интересная цитата, дающая повод для некоторых раздумий. Идёт внутреннее рабочее совещание пресс-службы Центра имени Кеннеди:

« — Да, и еще очень важный момент, — вмешался вдруг глава пресс-службы. – Тех, кто работает с иностранными изданиями, я прошу быть особенно осторожными. Прошу так же докладывать обо всех странных вопросах и гипотезах, которые могут высказать иностранцы.. Особенно это вас касается, господин Адамски!

Дэйва словно ударили наотмашь по лицу. Он вздрогнул, вперив изумлённый взгляд в своего начальника. Неужели он знает об утренней встрече с Марининым? Неужели телефоны на Мысе действительно прослушиваются?

- Да-да, господин Адамски. Вы работаете с русскими, и вам нужно быть очень внимательным. Я даже попросил бы вас.. – глава пресс-службы как-то странно сморгнул и оглянулся на Бриджеса (Рой Бриджес – директор Центра им.Кеннеди, прим .С.С.), — я бы попросил вас присылать мне ежедневный отчет о контактах с русскими.

Адамски окончательно растерялся. За все время его работы в Центре имени Кеннеди, глава пресс-службы впервые обратил внимание на молодого сотрудника, отвечавшего за русских журналистов, и от этого внимания отчетливо попахивало временами маккартизма и охоты на коммунистических «ведьм».

Поскольку обращались к нему, он приподнялся и, почувствовав, что краснеет, промямлил:

-Да, безусловно.. Я буду информировать вас, сэр!» (с.89-90).

В мире «Звезды» Первушина СССР обновился, но продолжает таки существовать в прежней роли супердержавы. Не вопрос, отчего на столь важном направлении, как работа с представителями первейшего конкурента, оказался зелёный и практически неопытный рядовой пресс-секратарь со стажем примерно год или два. В тексте неоднократно отмечалось, что пресс-секретарь сугубо гражданский, и никакой связи с конторами не имеет – в отличие от советских «журналистов», про которых все (в том числе и наш молодой Дэйв Адамски) вокруг догадываются, что они из конторы глубокого бурения. Адамски не назвать дурачком — про маккартизм он что-то знает. Но чего это он принял стойку и с величайшей готовностью согласился-таки докладывать обо всём? Судя по этому эпизоду, Соединенные Штаты Америки становятся в романе эдакими Социалистическими Штатами Америки. Не противоречит этому предположению и эпизод с американскими астронавтами на орбите, когда они загибают речуги о славе русского оружия и несокрушимости советской техники на примере автомата Калашникова и .. электрочайника (с.111-117). И если про АКМы сомнений нет, то с замечательными советскими алюминиевыми электрочайниками со спиралью опыт общения тоже кое-какой имеется, и более гадкого и быстроживущего бытового прибора я что-то не припомню. Автор ещё раз напомнит нам об этом вечноживущем советском электрочайнике, уже ближе к финалу, и мы вернёмся к этому нехитрому бытовому прибору.

Впрочем, главные конструкции лежат на страницах, посвященных СССР.

Как поражение в Крымской войне 1856 года подтолкнуло Александра II на реформы, так и военные учения осени 1983 года подтолкнули СССР к “перестройке по Первушину” (на тех злополучных учениях “Запад-83” в нашей реальности дошло до дичайших случаев бомбёжки собственных наблюдательных пунктов). Непосредственным видимым инициатором реформ в мире романа “Звезда” стал маршалл Николай Васильевич Огарков (с.164), хотя кто и что там на самом деле двигал партию технократов – нам не ведомо, ибо китайский вариант модернизации не предполагает прозрачности ни в чём. В обновлённом Первушиным СССР даже гласность строго дозирована: вот подбили южнокорейский пассажариский самолёт (Антон Первушин писатель добрый, он и пассажиров злополучного рейса KAL-007 спас, и машину посадил), и все газеты-журналы опубликовали снимки, рассказы пилота истребителя, провели пресс-конференцию. Вот началась кампания по поводу дедовщины в армии – и вот вам дискуссия в газетах и на ТВ, и повесть “Сто дней до приказа” Ю.Полякова миллионным тиражом вышла, и лежит во всех киосках.. Как результат обсуждения проблемы, отныне в СССР за дедовщину в армии рядовым солдатам стали давать по десять лет срока, а офицерам – расстрел. (с.214). Сказали сверху: “в мае 1986 года обсуждаем сталинизм” – и целый месяц вся страна от политинформаций в школах до специальных сессий Верховного Совета – обсуждает сталинизм. Но накрыли мощнейшую банду автоспекулянтов – и тишина, и ни одной строчки в газетах. Цензура? Несомненно. Давно замечено, что гласность – это всего лишь когда СВЕРХУ разрешают голосить о том или ином предмете; к свободе слова гласность никогда не имела отношения, это ещё во времена Александра II люди поняли, мы не первые на этом тернистом пути.

Кстати, дозированная гласность началась отчего-то не после военных учений, на которых маршал Огарков понял недостатки системы, а за пару месяцев ДО учений. С чем это связано — не понятно, автор не дает указаний на это странное обстоятельство. Какие именно этические или эстетические преобразования произошли в умах высшего партийного руководства страны? Отчего ареопаг решил не советоваться даже с народом, — а всего лишь начать информировать подчиненных о своих действиях? В прагматизм верится слабо, в благотворном воздействии произведений культуры – ещё меньше. Ведь не в фильмах же Михалкова и не в публицистике Проханова искать корни нравственного возрождения партийной и военной элиты..

Технократ – это человек, которому важно Дело, а не идеология. Утопический роман Антона Первушина – это именно утопия технократа. Между прочим, это ключик к пониманию всего романа и авторского замысла: не важно, какой строй, не важно, что за партия у власти, главное – целесообразность, практичность и прагматизм. Так новые власти СССР пришли к идее реформировать марксизм, обновить ленинизм, и повернуться от идеи мировой революции – к индивидуальному благу отдельного человека.

Но всё равно надежда на умных руководителей и вера в честных аппаратчиков у автора перевешивает весь исторический опыт человечества: все равно все здравые мысли по поводу экономики и обустройства страны в романе появляются только «наверху», в «правительстве»; там же и принимаются все решения, всенепременно оказывающиеся «здравыми» (с.208). Однако теория управления, даже в простейшем приближении, говорит о принципиальной невозможности видеть с одной точки все связи системы. Тем более невозможно адекватно управлять такой системой. Что подвигло невентилируемый десятилетиями партаппарат на реформы – непонятно. Начальник генштаба Николай Огарков (1917-1994) — феноменальная личность, малоизвестная вне военной инфраструктуры, но не мог же он один отчистить политбюро ЦК КПСС образца 1983 года от геронтологической плесени?

Кстати, в настоящей истории как раз в 1984 году Огарков перестал быть начальником генштаба – не связано ли это действительно с имевшим место быть закрытым докладом о развале в советской армии?

Если совсем лаконично, Огарков предлагал сделать упор на высокоточное компьютеризированное оружие и на повышение мобильности, на постоянной связке между разведкой, командованием и исполнителями, чтобы в превентивных наступательных действиях всегда иметь несомненное преимущество. Огарков предлагал ввести в арсенал вооруженных сил СССР мобильные атомные бомбы для превентивных ядерных ударов – это, между прочим, к вопросу «хотят ли русские войны».

Военная доктрина Огаркова, если бы её приняли как руководство к немедленному действию, действительно сильно изменила бы советскую армию. Реформа армии подтянула бы реформу ВПК, и так далее, вплоть до сельского хозяйства, почты и автодорог.

Однако концепцию не приняли вовсе. Ибо иметь два миллиона необученных призывников дешевле, чем сотню тысяч умных специалистов. Кому они нужны, умные исполнители? Так и забыли у нас маршала – в справочниках даже дату смерти путают, то январь, то февраль пишут, и фамилию иногда пишут как «Агарков».

Итак, пошли реформы.

В рамках экономии средств СССР вывел войска из Афганистана, сократил группировку войск в Восточной Европе, и согласился в перспективе на объединение ФРГ и ГДР в обмен на полную их демилитаризацию.

Уже в 1986 году в СССР делают клоны «Макинтошей», начинают развивать компьютерные сети, в Ленинграде кооператив Жореса Алфёрова начинает серийно и массово штамповать лазерные диски «ЛЕД» (привет Гибсону!).

Советский «Эппл Макинтош» – это ровно то же самое, что и самодельный автомобиль «Лаура» из передачи «Это вы можете» – цельнотянутый корпус a la «Дьябло» с кое-какерской начинкой.

Несомненно, мы видим рождение нового стиля, появившегося из тех же ностальгических зёрен, что и паропанк; стиль этот -- new sovock, электросовок, Electrosovok — вырос из тоски по упущенным возможностям, из рецидивов имперского мышления и из веры в чудеса и диковины, разработанные советской оборонкой.

Я не мастер выдумывать называния ярлычкам, но нечто вроде «советского электропанка» в головах наших народных умельцев-фантазёров уже народилось.

«Чтобы оставаться на связи – вдруг госпиталь вызовет, — Москаленко подумал и купил радиотелефон компании «Радиотехника». Это была довольно дорогая и массивная игрушка (в карман не спрячешь!), однако средства позволяли, а плюсы этой новинки советской торговли были очевидны: теперь Юрий мог звонить и принимать звонки в любом месте и в любое время, не бегая в поисках будки с телефоном-автоматом» (с.352 книги А.Первушина).

Вернемся же к карте мира. Год эдак 1990-й.

«Немцы в ГДР, в основном жители Восточного Берлина, устроили самое настоящее восстание в стремлении объединить две Германии. Очевидно, кто-то в ФРГ решил, что сокращение советского военного пребывания дает возможность к изменению политического строя в германской Демократической Республике. .. .. .. Ночью сто тысяч берлинцев вышли на улицу и двинулись к стене, отделяющей Западный Берлин от Восточного. На одном из пограничных пунктов толпа смела ограждение, и берлинцы побежали на западную сторону. Подобное могло произойти и в других местах, что в условиях взаимного сдерживания в Европе было бы воспринято как начало вторжения. Чтобы предотвратить войну, пришлось вмешаться советским войскам, которые остановили разгоряченную толпу, не дав ей разрушить пограничные укрепления. К счастью, обошлось без жертв» (с.315-316).

Ночь, сто тысяч человек, неуправляемая толпа, войска маневрируют, никто даже не попал под колёса? Никто не кинул пивную бутылку о броню?

Любопытно, что СССР принимал участие в войне в Персидском заливе. Мы играли на вместе с США против Саддама Хусейна: однажды ночью советские десантники на экранопланах пересекли Черное море, прошли насквозь всю Турцию, и ударили по Багдаду с севера. За сутки – марш в тысячу километров. Встречали советских воинов-освободителей в Багдаде с распростёртыми объятиями. Даже никто партизанить не вздумал.

Через пару лет в Вильнюсе националисты движения «Саюдис» устроили захват телецентра и начали призывать к вооруженному восстанию. С литовцами Антон Первушин поступил круче, чем с немцами. Сначала телецентр бескровно взяли бойцы «Альфы». Потом было «арестовано свыше десяти тысяч человек, около тысячи приговорены к высшей мере наказания», но следом же «руководство страны проявило гуманизм. Тем, кто получил самый страшный приговор, расстрел заменили на длительное тюремное заключение», остальных просто отправили в колонии общего режима (с.337).

Очень просто решена проблема с преступностью в обновленном СССР: милиционеры стали получать фиксированный процент от выявленной суммы похищенного. Так, например, после раскрытия бензиновой банды Чубайса, Сергей Москаленко (старший брат нашего главного персонажа) купил шестикомнатную квартиру в центре Москвы (с.362-363).

Жизнь удалась, жизнь наладилась.

Тем не менее, не все товары научились хорошо делать в обновлённом СССР: по прежнему пиво лучшее – немецкое либо чешское, телевизоры – польские, джинсы – американские, т.д. (с.364). Самое лучшее, что научились делать в СССР – это электрочайники, которые нахваливают даже американские астронавты. Антон Первушин нафантазировал такой чайник, что мне даже захотелось его купить, если кто вдруг начнёт его производить.

«Немцы, в отличие от нас, делают очень красивые электрочайники. Из огнеупорного пластика, прозрачные, видно, как вода кипит. Но в том-то и дело, что по соотношению цена-качество немецкий чайник – предмет роскоши. Он стоит сто долларов, а радует глаз потребителя два-три года. Потом прогорает. Наш чайник стоит пять долларов, но может работать десять-пятнадцать лет в самых диких условиях. Его можно даже в лесу над костром повесить и использовать как обычный походный чайник, а потом вернуться домой и снова воткнуть в розетку» (с.419).

Так вот, если кто вдруг забыл или не видел: не было в СССР таких чайников в продаже. Были плоскодонные с пластмассовыми ножками и заменяемой (теоретически) спиралью. Была еще модификация с одноразовым предохранителем – в случае выкипания воды срабатывал нехитрый механизм, выбивающий электрошнур из гнезда в чайнике. От пожара спасало, но чайник приходил в полную негодность. Эти рудименты социалистического «качества» маргинальные фабрики производят до сих пор, и при желании их можно найти на задворках бытовых магазинов. Стоит такой чайник меньше, чем импортный пластмассовый – но не в двадцать, а в два-три раза. Очень знатно этот чайник прогорает, фактический срок службы не более полугода, а уж использовать его над костром – верное вредительство, ибо ручку ему делали из пластмассы, а собственно алюминиевый корпус был слишком хилым.

Вместо прямой обратной связи повсеместно используется анкетирование покупателей. Мысль хорошая, но любой вменяемый маркетолог скажет, что доля соглашающихся ответить на вопросы анкеты колеблется от полпроцента до полутора. Краткосрочные ожидания можно удовлетворить по таким опросам, но планировать на перспективу, затевать новое производство, опираясь на ответы «чтобы вы еще хотели купить?» — бессмысленно, и печальный опыт американского автомобилестроения конца XX века показал это со всей ясностью. Прорыв может совершить только идеология консюмеризма – изобретение принципиально новых групп товаров.

Первушин рассказывает о неприглядном быте (спекуляция, подпольные видеосалоны) времен позднего застоя с ностальгией, но без восторга, каким сейчас наполнены произведения интеллигентов, плачущих по империи. Этим автор выгодно отличается наших государственников, потому что за внешней ширмой нищеты видит отнюдь не стабильность и защищённость, но реально умирающую административно-командную систему. Тем не менее, именно в руки АКС автор отдаёт залог благополучия обновлённой страны.

Кстати, роль видеомагнитофонов и их влияние на массовое сознание населения тоталитарных стран явно ещё недооценена. Из современных исследователей, наверное, только А.Ланьков отмечал, что просмотр неподцензурных иностранных фильмов влияет на деидеологизацию населения Северной Кореи примерно так же, как прослушивание радио «Свобода» во времена СССР (см.например по ссылке).

АИ не обходится без мелких эпизодов с кАмео (известной персоной, играющей саму себя) – в ясном и честном мире «Звезды» даже Сергей Мавроди занимается не перепродажей импортных компьютеров, а ремонтом и изготовлением электроники: МММ – «Мастера и мастерские Мавроди» (с.202).

А.Д.Сахаров в этой книге стал прикормленным государственным жандармом и грозой правозащитников.

Влад Листьев вел там не общественно-политический «Взгляд», а программу про половое воспитание и СПИД (с.228). Аркадий Натанович Стругацкий возглавил редакцию «Молодой гвардии» и завалил страну отличной фантастикой, Эдвард Радзинский с чего-то вдруг стал дотошным исследователем и написал книжку про «Архипелаг ГУЛАГ», в которой пенял Солженицына за многочисленные ошибки и передёргивания. Сериал «Бригада» тоже есть – но он про кооперативных строителей. Березовский завалил всю страну доступными автомобилями и стал-таки самым богатейшим предпринимателем в мире. Приватизации, кстати, не было: все предприниматели должны были начинать именно с нуля. Подпитка экономики нефтедолларами тоже скоро прекратится: в 2003 году правительство СССР решило-таки свернуть добычу углеводородного сырья.

Юра Москаленко всё свое время проводит в закрытом учебном центре, на полном государственном обеспечении. И всё у него хорошо, однако выйдя в отпуск, он прогулялся по гражданке, и мы видим (сквозь его розовые очки, конечно же), что хрен там в стране хорошо: в стране алкоголизм есть, левый спирт есть, водку продают круглосуточно, есть беспризорники и приюты для них, есть наркомафия, есть киллеры, куда ж без них. Вот так, побывав в краткосрочном отпуске, летчик-космонавт увидел только малую толику социальных язв обновлённого СССР.

Оценка: 5
–  [  4  ]  +

Антология «Лучшая зарубежная научная фантастика»

С.Соболев, 8 ноября 2014 г. 13:34

Очередная межиздательская реинкарнация великолепного проекта Гарднера Дозуа. Томик как всегда получился обширным по охвату направлений жанра НФ, глубоки по смыслу и неожиданным в некоторых своих проявлениях. Рассказы предсатвлены разные, но все они неизменно высокого уровня. И как это Дозуа удается держать планку год от года — ума не приложу.

Оценка: 10
–  [  10  ]  +

Виктор Гончаров «Межпланетный путешественник»

С.Соболев, 22 апреля 2014 г. 20:43

Первая книга «Психо-машина» представлена как найденный проф.Зэнэлем дневник девятнадцатилетнего комсомольца Андрея, приехавшего в деревню к товарищу в отпуск по причине болезни, да столкнувшегося там с крайне любопытными происшествиями. На хуторе неподалеку обосновался учёный психиатр Вепрев, проводящий опыты с телепатией («читает мысли как вывески на улицах», с.17), и привлекает он комсомольца к своим экспериментам. Тут на хуторе помирают все собаки, а в следующую ночь – пять человек. Но людей не жалко, ибо они все из коммунистов (с.35), причем не из настоящих коммунистов, а из кулаков, притворяющихся коммунистами.

Вепрев отмахивается от мрачных вестей, ему некогда, он строит поразительную машину, которая специальным магнитом собирает из эфира радиоволны и перерабатывает их обратно в электричество.

Но не таким уж простачком оказывается психиатр Вепрев – он оказался злостным вредителем, мечтающим уничтожить советскую республику посредством своей психо-машины: надо зарядить ее мозгом коммуниста и тогда психомагнит притянет к себе всю психоэнергию сходного свойства из всех людей в определенном радиусе. На Земле не получается, надобно подняться на Луну и с её поверхности высосать весь мозг коммунистов Земли. Психомашина способна еще и транспортом работать, будучи встроенной в цельнометаллический герметический сигарообразный аппарат. На одном аппарате летит на Луну преступник Вепрев, на втором след за ним – Андрей, узнавший правду о замыслах злодея. На Луне оказывается что кратеры – это вентиляционные шахты с заслонками, а под поверхностью вполне привычный земной воздух, и вот Андрей уже планирует переселить туда людей с Земли. Планам не суждено сбыться, потому что Луна всё-таки заселена разумными существами, разбитыми на класса – небезы и везы (видимо, первый класс получил свое название от пролетарского небездельничанья, а класс эксплуататоров – просто везунчики). На Луне была социалистическая республика, но многие тысячи лет назад она пала после переворота и власть опять захватили везы. Психомашина не только дистанционным убийцей работает и транспортным средством, её еще используют для облучения небезов с целью сделать их покорными, медлительными и некритичными: революция в таких условиях практически невозможна. Этой же психомашиной объясняется и застой в истории Земли – везам требовалось много психоэнергии для своих нужд, и они истощали человеческое мышление на протяжении многих веков; этим же объясняется лунатизм и нелюбовь собак к спутнику Земли.

Обратная сторона Луны накрыта хрустальным сводом, под которым живут 200 млн жителей, похожих на мелких слонов с хоботами. Андрей и его товарищ Никодим все равно устраивают революцию на луне – зарядили психомашину мозгом эксплуататора веза, и усыпили все 8 млн начальства. Пока в тюрьмы их перераспределяли 2 млн убили, но это не беда, зато с жильем теперь никаких проблем на планете.

Вторая часть («Комбинации вселенной») написана от третьего лица, и разительным образом отличается от дневника туповатого комсомольца.

Андрей и Никодим исследуют дом, доставшийся им после смены власти, и обнаруживают что принадлежал он Айрани, крупному ученому. Соорудившему ещё более мощную психомашину, способную пролететь всю вселенную. Земляне вызволяют из тюрьмы Айрани, но не для того чтобы он продолжал свои исследования, а только чтобы он рассказал о достигнутом и отправился опять назад в тюрьму. Зачем он нужен, какой-то ученый, ведь небезов 200 млн, и среди них наверняка найдутся такие же умные, будут на досуге проблемы мироздания решать да и порешают чего-нибудь еще, а этот Айрани старенький, ему уже всё равно. Тем не менее ученый-вез поведал землянам о том, что все планеты в космосе развиваются одинаково, и в космосе существуют планеты-дубли, на которых развитие пошло еще дальше, и, слетав туда, можно посмотреть чем дело дальше обернется. Айрани набросал карту звездного неба и указал где есть земля, отстоящая от 1922 года на пять лет, где есть следующая земля, опережающая нашу на 100 лет, и земля, прожившая еще 500.000 лет. Андрей садится в аппарат и мчится вперед, в будущее. На Земле-2, Земле 1927 года, идет всепланетная революция, только Америка еще сопротивляется. Голода нигде нет, потому что все электрофицировали, а продукты распределяют по карточкам (с.205), без которых лучше на улице не появляться – сразу же арестуют (с.208).

Земля 2022 года спокойнее и тише, там красивые города-парки, там монорельсовая железная дорога, там голубой хлеб и голубое масло (потому что вся еда проходит антимикробную очистку), и живут люди долго-долго, «таким образом, почти все участники революционной борьбы живы и посейчас» (с.223). Эх, нежильцами они стали гораздо раньше и не по своей воле.. Но и на этой Земле-3 сидят где-то в подземельях враги в рясах и с револьверами, которые замышляют диверсии против честных коммунистов.

Летит Андрей дальше, на Землю, ушедшую на полмиллиона лет вперед. Там коммуна, социализм, люди лишились пола и размножаются химическим делением, люди разобрали Луну на запчасти, провели трубопровод на Венеру, прорыли колодец через земной шар и установили внутри планеты часовой механизм, чтобы вращение планеты всегда составляло ровно 24 часа.. Но и там остались недобитые капиталисты. Андрей еще издевается: «коммуна-коммуной, но зачем вы с револьверами ходите?» (с.257). Сбежал он от того что его попытались насильно принудить к половому акту с бесполым коммунистом.

Вот прилетает он на новую Землю, осматривается, и все равно сбегает – а ведь везде это миры победившего коммунизма.

Третий том («Ком-са») написан от лица профессора Зэнэля, и это совершенно иная история – профессор хоть и сочувствует новой красной власти, но еще не отошел от буржуазных привычек, готов за две тысячи фунтов стерлингов помогать иностранцам, беспокоится как отнесутся власти к его семье, когда он временно исчезнет на время тайного полета на Луну.

События летят вокруг читателя как стенки колодца в свободном падении, то одно, то другое, наворотил Гончаров с три короба, а на Венере еще и в палеозойскую эру попали и там автор развернулся. Живность всякую архаическую нагнал смеха ради.

(Ссылки на страницы даны по изданию 2010 года).

Оценка: нет
–  [  8  ]  +

Александр Громов «Вопрос права»

С.Соболев, 23 февраля 2014 г. 11:22

Рассказы, собранные под одной обложкой, настолько разные и неожиданные, что порой даже не верится, что их написал один и тот автор — уж больно сильно разнятся и манера письма, и настроение, и затронутые в них темы.

Доисторический рассказ «Багровые пятна» рисует совершенно фантастическую ситуацию: бактериологическое оружие времен финального палеолита, распространяемое половым путем среди охотников на мамонтов. То ли над любителями промискуитета автор хотел посмеяться, то ли предостеречь от беспорядочных связей — кто его знает.

Притча «Счастливая звезда Агафокла-младшего», стилизованная под жизнеописания эллинского времени, рассказывает о том, как бездарно можно профукать одно-единственное волшебное желание, бережно хранимый и передаваемый из поколения в поколение подарок Богов, использовав его для удовлетворения глупого чувства мести.

В повести «Уступчивые» смоделирована интересная ситуация: целое население отсталой, всеми заброшенной планеты живет на узких каменных уступах — карнизах, опоясывающих по периметру длинные глубокие каньоны. Выжить в таком мире можно лишь только постоянно уступая друг другу в мелочах. Попросили дать на время теплое одеяло для больного ребенка — изволь отдать, иначе столкнут в пропасть. Но и больше положенного никто просить не рискнет, иначе сам улетит в каньон. Повесть может служить гипертрофированно-наглядным примером для иллюстрации концепции географического влияния среды на развитие менталитета народа.

Заглавный рассказ сборника, «Вопрос права», в шуточной форме развивает мысль Карела Чапека о том, что истинный коллекционер ради своего хобби может пойти на любое прегрешение — кражу, разбой, или даже убийство. Что будет, если в замкнутом пространстве столкнутся два таких одержимых субъекта?

Пародия на жанр фэнтези «Я, камень» переполнена шутками и завуалированными издевками. Например, на карте этого мира соседствуют страны Гиперборея и Диарея, для осады крепостей используют стенобитных единорогов и огнеметных драконов, по периферии бегает «северный гопник», в котором мы без труда узнаем говардского Конана, а страна, в которой происходит действие, называется Копролит — тоже, между прочим, окаменелое дерьмо. Какой-то устойчивый анальный вау-фактор, пользуясь терминологией В.Пелевина…

Оценка: 6
–  [  17  ]  +

Василий Щепетнёв «Седьмая часть тьмы»

С.Соболев, 13 февраля 2014 г. 14:37

Петр Аркадьевич Столыпин идеализирован в последние годы чуть ли не как святой и мудрый правитель. Однако этот «саратовский душитель» стал причиной начала массового кровопролития. В России за весь девятнадцатый век было казнено людей меньше, чем в первый год внедрения трибуналов (19 августа 1906 года, закон о военно-полевых судах).

С 1826 по 1906 гг казнено 984 человека.

С 1906 по 1909 — 2353.

Россия, жалеющая каждого преступника, скорбящая о любом убиенном, вдруг захлебнулась потоками крестьянской крови. На виселицу попадали за такие провинности, за которые во времена более спокойные можно было получить все-го лишь несколько лет тюрьмы. “Столыпинский галстук” не такая штука, которая может окупиться “успехами” в экономике. В.Г.Короленко скупо и со злостью описал этот судебный террор в рассказе «Бытовая ошибка». Первая мировая война и последующий большевистский переворот вкупе с войной гражданской — лишь продолжение бессмысленной резни, начатой Столыпиным: вкусившие крови хотят пить ее досыта. В ХХ веке именно Петр Аркадьевич ввел в жизнь россиян легитимный массовый террор — после относительно спокойных десятилетий тихого девятнадцатого века.

На этом фоне злорадный оттенок приобретает крылатая фраза П.А.Столыпина, сказанная с трибуны Государственной Думы: «Дайте нам двадцать лет, и вы получите другую Россию».

Василий Щепетнев дал Столыпину двадцать лет — это в его власти, он — писатель-фантаст.

Что же мы получаем?

1933 год.

Вот уже девять лет идет война с Германией, где правят коммунисты. Вице-директором радио «Свобода» работает Троцкий, а посредственные пропагандистские передачи пишет муж Надежды Константиновны.

В монархической России Константин Фадеев живет как барин — на процентах с изобретения противогаза; Карл Густав Юнг перебрался в Москву. Босфор и Дарданеллы наконец-то российские, но за них приходится платить ежегодный налог кровью. Открыта вакцина от простуды, кори, коклюша и насморка [мечта Алисы Селезневой сбылась!], но аэроплавание по прежнему “плавание”: самолетов нет, а дирижабли наполняют не взрывоопасным водородом, а безопасным гелием. Трагедии «Цеппелина» не будет, но и в США президентом стал спортсмен-здоровяк Франклин Делано Рузвельт, больше пекущийся о своей внешности, нежели о национальной безопасности вверенной ему страны. А опасаться есть чего: Россия в союзе с Японией одолела гоминдановский Китай, теперь же запускает атомарную бомбу на Нью-Йорк.

Что же делает российский монарх? Как и положено, страдает гемофилией (несворачиваемостью крови), устал от политики и готов уступить все права на трон серым кардиналам.

Однако и эту сюжетообразующую развилку некоторые исследователи не склонны считать бифуркационной точкой российской истории, потому что к сентябрю 1911 года Столыпин уже успел истощить и свой реформаторский пыл, и доверие царской семьи. А в условиях политической смерти смерть физическая не играет значения. Сохранение всей полноты власти в руках Столыпина возможно при небольшом дворцовом перевороте, упоминания о котором отголосками встречаются в повести Щепетнева.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Джо Р. Лансдэйл «Reverend Jebidiah»

С.Соболев, 29 января 2014 г. 12:52

За более чем вековую историю вестерн прошел долгий путь в литературе и кинематографе, выработал тему до суха и начали появляться необычные и порой гениальные произведения, созданные на стыке нескольких жанров и выворачивающих традиции вестерна до неузнаваемости. В кинематографе к таковым можно отнести «Человек с бульвара Капуцинов» (когда дикие мачо перевоспитываются силой искусства), «Джанго освобожденный» (овеществленное правосудие руками угнетенных классов), а в литературе к таковым экспериментам можно отнести «Кони, кони» Кормака Маккарти (показывающего как буквально за полвека мир изменил аграрную экономичмскую составляющую ковбойского уклада жизни, но не смог изменить душу), а теперь вот еще и книжку Джо Р. Лансдейла «Дорога мертвеца». Неспешно начинается повествование о блуждающем пастыре позапрошлого века, странствующего на передовой Фронтира Западных штатов США. Нестандартно автор рассказывает о прошлом героя — во сне он умирает и несется по реке Стикс, по берегам которой проносятся наиболее значимые, важные в формирования личности героя сцены, строго по гештальт-психологии, модному в США направлению в психологии. Потеряв семью, любовь, смысл жизни, главный герой проходит через суровые испытания с нечистью чтобы обрести новый смысл существования, и этот закаленный в боях с потусторонним миром внутренний стержень героя не дает ему опуститься до уровня мародера, и он снова обретает своё окружение близких ему людей. Ведь книга-то по большому счету не о мастерстве уничтожения зомби, книга — о базовых ценностях, на которых построена культура. Духоподъёмная приключенческая книжка, как старый добрый вестерн.

Оценка: нет
–  [  14  ]  +

Джо Р. Лансдэйл «Дорога мертвеца»

С.Соболев, 14 января 2014 г. 18:48

За более чем вековую историю вестерн прошел долгий путь в литературе и кинематографе, выработал тему до суха и начали появляться необычные и порой гениальные произведения, созданные на стыке нескольких жанров и выворачивающих традиции вестерна до неузнаваемости. В кинематографе к таковым можно отнести «Человек с бульвара Капуцинов» (когда дикие мачо перевоспитываются силой искусства), «Джанго освобожденный» (овеществленное правосудие руками угнетенных классов), а в литературе к таковым экспериментам можно отнести «Кони, кони» Кормака Маккарти (показывающего как буквально за полвека мир изменил аграрную экономичмскую составляющую ковбойского уклада жизни, но не смог изменить душу), а теперь вот еще и книжку Джо Р. Лансдейла «Дорога мертвеца». Неспешно начинается повествование о блуждающем пастыре позапрошлого века, странствующего на передовой Фронтира Западных штатов США. Нестандартно автор рассказывает о прошлом героя — во сне он умирает и несется по реке Стикс, по берегам которой проносятся наиболее значимые, важные в формирования личности героя сцены, строго по гештальт-психологии, модному в США направлению в психологии. Потеряв семью, любовь, смысл жизни, главный герой проходит через суровые испытания с нечистью чтобы обрести новый смысл существования, и этот закаленный в боях с потусторонним миром внутренний стержень героя не дает ему опуститься до уровня мародера, и он снова обретает своё окружение близких ему людей. Ведь книга-то по большому счету не о мастерстве уничтожения зомби, книга — о базовых ценностях, на которых построена культура. Духоподъёмная приключенческая книжка, как старый добрый вестерн.

Оценка: 10
–  [  6  ]  +

Айн Рэнд «Гимн»

С.Соболев, 18 октября 2013 г. 12:36

Далёкое мрачное будущее времен THX-1138, по-замятински называющие себя персонажи и по-оруэлловски уничтожившие всю историю.

Равенство 7-2521 проводит пять лет в Доме Детей, как и жители «Прекрасного нового мира» Хаксли, потом десять лет в Школе, где весьма успешно схватывает учение и стремится с любопытством проникнуть в устройство всех вещей: Как устроены свечи для освещения? Как мы выглядим? Что под поверхностью Земли? Круглый или квадратный наш плоский мир?

За эти и другие вопросы часто бывает бит учителями.

Интересен язык будущего. В нём нет местоимений единственного числа, и таким нехитрым образом отражается коллективизм мира, единство и целостность общины, монолитность в мыслях, суждениях, действиях и поступках. Мыслить одному никак невозможно, работать одному невозможно, только бригадой, они и спят небольшими группками по сто двадцать человек в бараке, и еду принимают совместно, за длиннющим столом, и плановое весеннее совокупление происходит только совместно, и уже будучи глубокими дряхлыми стариками, в сорок лет отправляются в Дом Стариков строем.

В пятнадцать лет всем ученикам Совет по Труду выдаёт пожизненные мандаты на работу: кто будет плотник, кто повар, кто переписчик манускриптов, кто Начальник, а наш Равенство 7-2521 мечтал (не без оснований) попасть в службу Учёных. Но стал Подметальщиком, как и его дебиловатый соученик Союз 5-3992 – потому что физически сильнее рядового гражданина, а умные и так не особо нужны в плановом обществе, где всё распланировано на века вперед и проинтегрировано до конца существования мира.

Но жажду знаний утолять можно и работая Подметальщиком: по ночам он спускается в заброшенное Подземелье, где с неведомых доисторических времён остались чудо-машины прежнего человечества.

Через два года изысканий Равенство 7-2521 открыл электричество, и с этим осветительным прибором врывается на Всемирный Совет Ученых.

Но сразу же его осаживают:

«Пятьдесят лет ушло на одобрение Свечей всеми Советами, на то, чтобы определить их необходимое количество, на то, чтобы изменить планы в связи с заменой свечами факелов».

Как же так, мы же облегчим труд людей?

А вот этого делать никак невозможно, потому что в коллективном обществе люди «существуют только для того, чтобы работать для других» (с.72)

Равенство 7-2521 бросается бежать в Дикий Лес, кормится какими-то случайными зверушками и птицами, ночует под открытым небом, пересекает горный перевал, и попадает в давным-давно заброшенный дом, дом из прошлого: удивительные цветные стены поражают его, подружку его Свободу 5-3000 поражают Зеркала, и вместе они остаются жить в этом бастионе прошлого человечества.

И тут-то Равенство 7-2521 прорывает барьер коллективизма, осознает ценность единоличного, единственного «Я», и распирает от понимания ценности своей личностии и любой личности вообще, его осеняет озарение, его несёт, и несёт несколько последних страниц, с экскурсами в историю рабства, феодализма, расизма и социализма – все эти институты обобществления личности отвергаются ради EGO. В апофеозном прославлении разумного эгоцентризма и заключается «Гимн» Айн Рэнд.

Оценка: 7
–  [  13  ]  +

Роберт Хайнлайн «Нам, живущим»

С.Соболев, 18 октября 2013 г. 01:33

Книга написана Хайнлайном в 1938-39 гг., отвергнута для публикации парой издателей, и при жизни автора к печати более не предлагалась, вышла на английском только в январе 2004 году. В тридцатых годах двадцатого века увлечение конструированием моделей будущего мироустройства имело определенную популярность в большой литературе. Олаф Стэплдон в книге «Последние и первые люди» (1930) тезисно набросал историю развития человечества на 800 млн лет вперед, причем первые главы книги достаточно подробно рассказывают о политических дорогах ведущих государств планеты — именно по этим рельсам мир двигался и движется в XX-XXI веках. Олдос Хаксли издал роман «О дивный новый мир» (1932; любопытно что первая попытка издания русского перевода была предпринята журналом «Иностранная литература» в 1935 году), Герберт Уэллс сделал сценарий к фильму «Облик грядущего» (1936, реж. Уильям Мензес), Айн Рэнд написала короткую антиутопию «Гимн» (1938). В ожидании очередной грозной войны лучшие умы мира пытались что-то там раскроить на глобальной шахматной доске, переделать воспитание, экономику, мораль и нравственность человечество так, чтобы оно не скатывалось в очередную бойню.

Ровно так же молодой военный инженер Хайнлайн, не состоявшийся на политическом поприще (об этом подробнее сказано в замечательном двадцатистраничном послесловии Роберта Джеймса), сделал попытку высказать свои мысли о переустройстве мира в форме трактата, лишь слегка рядившегося в одежды художественного произведения:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

Сорвался на машине с крутого берега в обрыв да на камни лейтенант Перри Нельсон в 1939 году, а очнулся в 2086м. Детали межвременного переноса сознания из тела в тело опускаются автором, и Перри оказывается в утопическом прекрасном мире, где люди ходят полуодетыми, процветают науки и искусства, где газеты печатают не светские сплетни а новости техники и разъяснения последних научных открытий, где нет войн и социальной напряженности (по крайне мере в Америке — Европа-то почитай вся вымерла от голода после продолжительной Сорокалетней войны, устроенной самими же европейцами промеж себя), где религия признана антисоциальной доктриной, где распространены полигамные семьи, и каждый обеспечен неплохим прожиточным уровнем по праву рождения. Экскурсоводом по миру будущего становится прекрасная девушка Диана, живущая в собственном коттедже и выступающая по телевизору с необычными танцевальными номерами.

Историю и экономику нового американского общества Перри изучил по видеокурсам, тонкости политики разъяснил учитель из Беркли, тогда как технические новшества в транспорте, строительстве и быте путешественнику из прошлого разъясняет его спасительница и проводник Диана.

Для танцовщицы с гуманитарным образованием Диана слишком подробно объясняет технологию передачи данных на расстоянии и записи телепередач, устройство вертолета с электродвигателем и строительные сложности возведения стеклянных куполов для оранжерей. Но это и к лучшему, такая неназидательная дидактичность как раз уместна для менторского тона книги. Вдвойне приятнее герою книги, он ведь еще и спит с этой своей учительницей, моложе его в несколько раз. Это пикантное обстоятельство можно было бы счесть фантастикой вдвойне, если б не встречалось в жизни на самом деле.

И вот ровно на середине романа, когда действие (вернее, полное бездействие) начинает утомлять, атавизмы воспитания двадцатого века дают уголовный рецидив и утопия превращается для Перри Нельсона в дистопию, причем эдакого Пелевинского разлива:

Цитата:

«Побуждают человека действовать очень сложные мотиваторы, обозначенные как долг, грех и так далее. Тебя самого они побуждают действовать, и при этом ты неспособен определить, что имеешь в виду, пользуясь этими словами. Ты принял соответствующие понятия более-менее бессознательно и так мало знаешь о них, что не сможешь предсказать, приведут они тебя к желаемому результату или к катастрофе. Попытайся ты пилотировать самолет, имея столь же ограниченные представления о его приборах, ты наверняка разбил бы его. Здесь (в исправительном учреждении) ты оказался потому, что вот так неумело пилотировал собственную жизнь» ...

Любопытны точные предсказания Хайнлайна — например, предсказанная вторая европейская война, развязанная фашистами, оканчивается самоубийством Гитлера, а послепобедная эйфория в США закономерно скатывается к преследованиям коммунистов.

На стр. 110-121 весьма подробные объяснения отчего и почему право голоса должны иметь только люди, готовые воевать — критика слева часто ёрничает над этим пунктиком Хайнлайна, но в предложенных обстоятельствах политического устройства США XXI века с ним легко соглашаешься. Обширные экономические лекции, которые читают друг другу персонажи, могут быть восприняты читателем только при условии знакомства с общей историей экономических учений, и тогда теория социальных дисконтов Дугласа будет просто одной из вариаций описания развития экономики, в противном случае пропагандируемые Хайнлайном идеи индустриальной приватизации и национализации банков могут быть восприняты частью читателей как признак социализма у РЭХа, хотя РЭХ в этой же книге грамотно критикует Маркса (собственно, экономистом Маркс никогда и не являлся, его даже современники XIX века ученым-то и не считали).

Цитата:

«Экономические системы ничто, кодексы обычаев ничто, если они не помогают человеку следовать за своим сердцем в поисках самореализации, искать смысл вещей, создавать красоту, находить любовь».

И даже среди всего этого трёхсотстраничного антропологического, экономического, политологического и технического лектория нашлось-таки место для живого одноухого кота, путающегося там и сям на страницах книги.

Оценка: 9
–  [  6  ]  +

Александр Зорич, Сергей Жарковский «Очень мужская работа»

С.Соболев, 2 августа 2012 г. 00:20

Это не боевик и не новеллизация, это «роман-допрос». Множество загадок, несколько героев, одна тюрьма, ни одной разгадки.

Оценка: нет
–  [  7  ]  +

Юрий Некрасов «Брандлькаст»

С.Соболев, 1 мая 2012 г. 23:06

«Можешь представить мир где главные — помойные тряпки?»

«Лишь в самых верхних окнах до сих пор тлело по лучине.»

«Догорала решимость. Солнце из тех, что жгут грешников изнутри, строгое, кубическое.»

«Колоколом своим позвени подольше, глядишь хоть одна мысль о края звякнет.»

Мало написать талантливую фразу, а их там есть ворох, и это как пучок зелени на базаре — радует, веселят специи, но это должна быть добавка к блюду, просто так есть петрушку .. чревато. Поэтом повесть занимает ровно половину книги, а с хулиганского двести шестой страницы начинается глоссарий с объяснением терминов и разъяснением событий, как упоминающихся в повести, так и выпавших вовсе из неё.

Поздравлю русских фанатов Келли Линк, им есть теперь чего почитать: фрик-фэнтези про помойных эльфов, ведущих свою генеалогию скорее от домовёнка Кузи из известного мультфильма и Гоги и Магоги Михаила Успенского, нежели от изысканных созданий Профессора. Веселое, а в равной степени и грустное повествование о пути двух помойных эльфов через сказочную страну. А самый мощный эпизод в книге — это гибель военной сторожевой городской Мухоморной башни. Долг честь отвага верность рушится под гомерический хохотливый глум глав геров-трансгендеров, и не понятно кто прав, но выживет не крепость а гибкость, ровно как и завещал Лао Дзы.

Оценка: нет
–  [  47  ]  +

Михаил Юрьев «Третья империя»

С.Соболев, 1 марта 2012 г. 11:09

«Самые яркие образцы псевдолитературы я отношу к патологиям. Надо сказать, что в отличие от серых книг, их читать интересно — как смотреть на уродцев в кунсткамере. Патологии совершенно непредсказуемы». (С.Переслегин)

Данная книжка про Империю — это не фантазии малозначащих писателей, которые всего лишь готовят эмоциональную почву тем или иным ожиданиям. Это -- конкретная мечта, это -- Абсолютный Идеал одного из реакционных ура-патриотов. Этот Абсолютный Идеал поддерживают и одобряют (без тени сомнения! Без малейшей критики!) такие видные обитатели ТВ-ящика, как А.Дугин (основатель «школы евразийства» в которой он и учитель, и единственный ученик), М.Леонтьев («Однако» на ОРТ). Можно сразу отмести в сторону -- «Не моё! Что там эти мракобесы могут придумать, и так примерно понятно, в каком ключе у них мечтания!». Но эти люди -- публичные. Они прописаны в ТВ-ящике, они лепят реальность в головах зрителей своими завиральными речами. И когда, например, Дугин на НТВ говорит о Великой России -- никто вроде бы и не против. Только вот образ этой ихней «Сильной России» -- совсем не тот, что может себе представить рядовой человек. Образ этот -- явлен в книге М.Юрьева «Третья Империя». И знать его -- надо, чтобы соотносить их мечты -- со своими.

Будущее, 2053 год. Мир поделён между четырьмя огромными анклавами: Российская Империя, Американская Федерация, Исламский Халифат, Поднебесная Республика. Между Халифатом и Поднебесной притулилась Индийская Конфедерация, дни которой, не смотря на помощь ядерным оружием от Российской Империи, видимо, сочтены.

В Россию приезжает социолог из Бразилии, Алвареду Бранку душ Сантуш, двадцати восьми лет от роду. Это не простой бразилец, и надо подробнее остановиться на его происхождении √ иначе читателю будут непонятны его верхоглядство и пренебрежение к элементарным вещам, кажущимся с высоты его происхождения, недостойными не только беглого взгляда, но даже мимолётного упоминания. Бразилец родом из богатейшей семьи Америки (чьё состояние начало закладываться еще в XVII веке удачной работорговлей), и внук основателя новой Американской Федерации. Этот ребенок родился в атласной рубашке с алмазными запонками и золотой ложкой во рту -- чтобы сразу, не вставая на ноги, хлебать сливки высшего общества. Аспирант Бранку посетил Россию с целью изучения её истории, лично встречался с видными сановниками Империи и, надо думать, немалые силы были приложены принимающей стороной для пускания пыли в глаза столь почтенному гостю. Холили и лелеяли дорогого гостя во время ознакомительной поездки по Империи куда как активнее, чем какого-нибудь Фейхтвангера в 1937-м. Ещё бы, Российская Империя вот уже лет тридцать не принимает никаких иностранных гостей!

Формально вся книга -- это трактат, написанный очевидцем (предвзятым и туповатым -- «обучался в университете имени семьи Буш») об истории, образе жизни, государственном устройстве, армии, религии и культуре Российской Империи середины XXI века. Вообще-то книга Михаила Юрьева -- это настоящая кунсткамера политических, экономических, технических и социальных идей. Как в кунсткамере нет живых препаратов, так и в этом паноптикуме нет ни одной здоровой или жизнеспособной мысли. Одним идеям, озвученным устами бразильца Бранку, уже две тысячи лет (типа ограничения числа граждан, имеющих право голоса, до двух-трёх процентов от числа всего населения), и они не могут уже быть работоспособными, поэтому находятся в разделе «окаменелости». Другие идеи (заставить англичан принять .. православие) -- сродни безголовым младенцам, и умрут в утробе ещё не родившись, поэтому место им -- в мутных колбах с формалином.

Нет смысла писать пародию на мечты замшелых государственников, квасных патриотов и псевдорелигиозных мыслителей: любой их сколько-нибудь объёмный труд, явленный в художественной форме, представит нам целый ворох перлов для осмеяния.

Как попасть в Утопию. События 2007-2020 гг.

Начинается трактат с предыстории Российской Империи. История X-XX веков представлена как череда великолепных свершений, но описана почему-то со светских позиций, что не очень вяжется с концепцией теократического государства. М.Юрьев не понимает, что история легко и просто меняет прошлое течение своё, в угоду любому пожеланию Правителя. Так, надо было выпятить подвиги Александра Невского и Сергия Радонежского. Иначе совершенно непонятно, каким таким православным духом пропитано всё образование в школе (с.304). Но это дела давно минувших лет, а вот когда дошло дело до нашей современности -- тут со смеха падай. Чего, например, стоит пикантное указание на оплачиваемые из-за границы массовые выступления пенсионеров по поводу отмены льгот! И это в учебнике 2053 года!

В 2007-м году была устроена «чистая ночь» -- повязали 150 гос.чиновников высшего звена и 400 криминальных авторитетов, «большая часть которых, однако, была застреляна при оказании сопротивления» (с.28-29). Но не смогла государственная машина катиться без криминала, и уже в 2013 году объявлено о призыве уголовников на государственную службу! (с.316).

Олигархов уничтожили всех -- оказывается, «это были люди, совершенно не способные к стратегическому планированию» (с.29). Да, для родины Жукова и Суворова -- непростительнейший изъян! Благодаря этим действенным мерам «чиновники стали вести себя так, как должно».

В России с 2007 год повсеместно введены в повседневную практику допросы с применением психотропных средств (т.н. «сыворотки правды»). Допросы проводят и в армии, и на гражданской службе, и в школах, и обязательно подвергают такому допросу всех иностранцев -- по умолчанию! -- ибо так легче выявить шпиона, вредителя, кверкулянта, сочувствующего прежней власти, либерала или сатаниста.

М.Юрьев так часто упоминает в своей утопии допрос с применением «сыворотки правды» как панацею от коррупции, терроризма, и засилья борцов за права человека, что волей-неволей закрадывается подозрение о пристрастии автора книги к употреблению психотропных веществ. Никто этого моего ошибочного утверждения не опровергнет, нет?

Россия, оказывается, давно вынашивала планы захвата Европы вплоть до Гренландии включительно, и даже приготовила втайне от всех сотню невидимых и бесшумных ударных подводных лодок с ядерными боеприпасами на борту. Мы, оказывается, только выжидали удобного момента. Я бы написал, что главнокомандующий ждал casus belli -- но латынь запрещена в России. Поводом к войне стал очередной парламентский кризис в Украине, после которого ограниченный контингент добровольцев, числом 80 тыс. человек, занял-таки Восточную Украину. Чтоб помешать воссоединению народа (именно так! национальности «украинец» в XXI веке уже не существует) львовские предатели инициировали вступление страны в НАТО (видимо, Брюссельская штаб-квартира только и ждала момента, чтобы изменить устав своей организации, и начать-таки принимать в свои члены страны, находящиеся в состоянии войны и имеющие территориальные проблемы). И тут всё заверте.. как говаривал классик. Истинно народные правительства Украины, Белоруссии, Казахстана попросили Российскую Федерацию о вступлении в дружную семью россиян и о вспомошествии оным молодым республикам оружием и солдатами, коии незамедлительно были направлены в Украину, Белорусь и Казахстан под одобрительное ликование всех россиян. В Казахстане обошлось, а вот вошедшие в Украину войска так увлеклись, что «город Львов прекратил своё существование». Странно, что о нём вообще чего-то помнят, по прошествии сорока-то лет!

В том же, 2007-м году, по ТВ показали материалы, свидетельствующие о том, что американские спецслужбы стояли за всеми террактами в России. И тут же последовал наш симметричный ответ: взрыв в Чикаго (2,5 тыс. чел) и в Огайо (4 тыс. чел). Ликование россиян не знало границ.

Отменяется вся иностранщина в России: отменяется латиница на автомобильных номерах; в армии батальоны, полки, дивизии и корпуса отныне именуются дружинами, сотнями, ратями и т.д.; обрезан выход в интернет, а оставшийся ошмёток назван «рунетом»; профсоюзы заменены гильдиями, и, самое главное -- возвращён юлианский календарь, и в России опять новый год не попадает на дни поста!

К 2014 году Россия вышла изо всех международных организаций, порвала все межправительственные соглашения, и вышла из ООН.

В 2019 году Россия, после ряда стычек с США, выпустила по Америке 36 ракет с ядерными боеголовками, которые «взорвались в пустынях Невады, Юты и Нью-Мексики, в прериях Техаса и Монтаны, вдали от чего бы то ни было». Америка ответила залпом в 500 боеголовок, но оказывается Россия развернула над своей территорией некое хитрое поле, препятствующее взрыву любого ядерного устройства. И пришлось Америке -- сдаться. Помимо неустойки за войну, США уплатили России 1 триллион долларов за.. Аляску! Ну, типа наши так решили. Это вообще какая-то идея фикс у покрытых мхом государственников: «эй, бизнес! Доплати за купленные в 1990-е годы предприятия!». И так каждую пятилетку.

А пока Россия воевала Европу, Китай взял и за пару лет оккупировал Австралию, Корею, Японию, Монголию, Вьетнам. Как Китай за пару лет поборол непобедимых вьетнамцев, зачем ему Австралия и кусок Антарктиды -- М.Юрьев ответа не дает, ему это даже не интересно.

В том же году Европу (всю, как союзницу США по НАТО) приобщили к России. Мелочь типа Люксембурга и Монако приобщили запросто так, ибо такая большая страна как Россия не видит смысла в уважении мелких государств -- их просто упразднили. Заодно оккупировали Турцию, и над собором Святой Софии восстановили православный крест. Ну, и заодно Черное море сделали внутренним солёным озером.

Англия пыталась сопротивляться, но сопротивление было легко сломлено -- туманный Альбион обстреляли термоядерными боеприпасами.

На оккупированных территориях проводилась очень гуманная политика. Во-первых, сохранялся бизнес в прежних руках. Методика переоформления частной собственности на оккупированных территориях такова: чтобы оставить своё предприятие в частной собственности, хозяин должен уплатить в российскую казну 1/3 стоимости своего завода. Желательно наличкой, и сразу. Впрочем, за особые заслуги перед лицом освободителей некоторым позволялось покупать свои предприятия в рассрочку. Во-вторых, вместо отупляющих местных языков англичане, итальянцы, турки, и протчие тупые лягушатники получают один-единственный, но зато великий и могучий — русский язык, который и объявляется основным государственным языком. В-третьих, европейцев освободили от нудной обязанности голосовать -- отныне и присно и вовеки веков не-русским запрещено участвовать в государственном управлении. Русским, впрочем, тоже запрещено голосовать, если они -- не православные. Да и православным -- тоже запрещено, если они не находятся на действительной военной или государственной императорской службе. Короче, из 922 млн. человек, населяющих Российскую империю в 2053 году, избирательным правом пользуются лишь 20-25 млн. опричников, или 2,5% населения. Кстати, для огромной страны, раскинувшейся на 13-ти часовых поясах, с почти миллиардным населением, не маловато ли это -- 25 млн. человек и армия, и госбезопасность, и гос.чиновники?

В 2020 году восстановлено сословное деление в России, и отменён парламент за ненадобностью. Сословий в 21 веке целых три: духовенство, служилые (опричники), и податной земский народ. Призывной возраст на военную (она же -- государственная) службу снижен до 15 лет. На этом основные реформы были завершены, и наступило царствие благоденствия и благолепия в превосходной степени. О плодах нового великолепного мира автор пишет целый раздел в книге.

Мир в Утопии. Сколько стОит выколоть глаз диссиденту.

Особый интерес представляет фигура нового президента Российской Империи. Биографию ему автор придумал харизматическую и извилистую, что извилина в асфальте, но для полноценного портрета достаточно одной единственной детальки. Будучи в оккупированном Ватикане, он искал секретные документы о связях римских пап с.. дьяволом (с.137). Естественно, в 2025 году Ватикан был вынужден переехать в Латинскую Америку.

С 2013 года национальность «украинец» отменена (с.144). Бранку внушили, что украинцы влились в русскую нацию, но мы то догадываемся, отчего период 2006-2022 гг. назван в имперской историографии «Триумф Воли».

В послесловии М.Юрьев пишет, что добился в описании своей Утопии «реалистичности, то есть чтобы описываемая действительность была жизнеспособной и внутренне не противоречивой. Всё, что написано в этой книге -- лучшее будущее, которое может быть у нашей страны» (с.630). Что Утопия -- это модель идеального мира автора -- кто бы сомневался! Все так пишут Утопии! А вот про «внутреннюю непротиворечивость мира» М.Юрьев попутал, ибо фактических и логических нестыковок в книге -- целый пучок, как венерических болезней -- у привокзальной шмары. Редактором этого рыхлого бреда выступил, кстати, П.Крусанов -- свой единственный прогремевший роман он тоже писал о фантастической Российской Империи, бесконечно (лет десять) наступающей на окружающий вражеский мир, но и это не спасло книгу от неувязок.

На с.56 автор пишет, что спецслужбы России и Америки втайне договорились не спонсировать террористические группировок на чужих и своих территориях. А на с.78 пишет, что все переговоры между противниками на новой войне шли в прямом эфире, по ТВ.

Сначала пишет, что опричники -- все, от кадета до Императора -- получают одинаковое жалование (с.187, и др.) в размере 1216 рублей в месяц, или 5000 долларов, или 304 грамма чистого золота (с.355). Потом вдруг опомнился, и упоминает о каких-то загадочных «значительных доплатах в конвертах», служащих для стимулирования труда некоторых управленцев (с.46). Да и кроме этих «выплат в конвертах» опричники на жизнь не жалуются: находясь на полном гос.обеспечении, они могут устраивать гулянки в кабаках, счета за которые полностью оплатит казна, они могут оплачивать пластические операции своим любовницам, и платить за обучение своих детей. Откуда, кстати, детишки-то, если опричники семей не заводят?

На с.168 пишет, что русские -- не злопамятны, и давно простили немцев за все жестокости Великой Отечественной Войны. С другой стороны, гнев русских по отношению к швейцарцам (посмевшим возбудить уголовные дела против российских коррумпированных чиновников) позволил полгода морить голодом всю Швейцарию, не смотря на протесты Красного Креста. Швейцарию (которая в НАТО не входила, естественно) российские войска взяли в полную экономическую блокаду, и вынудили-таки добровольно влиться в семью народов Российской Империи. Я с большим удивлением узнал из книги М.Юрьева, что русские, оказывается, не любят Швейцарию. И в 2020-м году русские не забыли, как швейцарцы возбуждали уголовные дела против российских официальных лиц. Видимо, против тех самых официальных лиц, которых постреляли в 2007 году в так называемую «чистую ночь». Я не понял, с каких это пор швейцарский суд в глазах политолога стал страшнее карательных отрядов СС??

Пишет, что всё образование в школах -- пропитано духом православия, что гимн Империи -- религиозный псалом, что основные церковные праздники -- государственные, короче, полный набор теократии, закреплённый конституционно, а потом в Российской Империи откуда-то появляются регенерация органов, какой-то город на Марсе в 2037 году, и какое-то чудесное непобедимое оружие!

Кстати, опричники и земские в Российской империи считаются разными биологическими видами (с.197).

Жители городов, где расположены монастыри и церкви, обязаны отдавать 20% своего дохода в приход. Это даже не средневековая церковная десятина, это уже прогресс!

В 2013 году Император ввёл обязательные еженедельные «братчины» -- совместные пиры на улице, с обильным поглощением еды и водки под песни, пляски и непременный мордобой (с.222-223). Картинка этих совместных пиров рисуется настолько в идиллических тонах а-ля былины про Владимира-Красно-Солнышко, что я даже процитирую небольшой отрывок:

«Часто на братчины заходят опричники -- у них свои аналогичные братчины, но устав велит им раз в три недели участвовать в братчинах земцев(плюс раз в три месяца -- в братчинах церковных людей). Сложилась твёрдая традиция: опричник подходит к готовящим столы или к уже усаживающимся и спрашивает: «Не нужен ли вам охранник?» -- «Сами справимся, -- отвечают ему хором. -- А тебе что, очень выпить хочется?» -- «Хочется», -- вздыхает гигант опричник. «Ну садись», -- говорят ему» (с.223).

Изумительно решена проблема дедовщины в армии. Если на новичка наедет словами или действием старший, то «кадет просто убьёт его при первом оскорблении и будет не просто сочтён действовавшим в своём праве, но и поощрён за внимательность к чести» (с.182). Видимо, М.Юрьев не подозревает, что длительное обучение, тренировки и физ.подготовка в армии для того и созданы, чтобы с каждым следующим месяцем службы солдат становился сильнее, ловчее и хитрее, нежели солдат молодой или вовсе неопытный гражданский. Как может пятнадцатилетний новобранец замочить насмерть десантника, прошедшего восемь лет войн с арабами и китайцами, ни М.Юрьев, ни тем более бразилец Бранку, явно не представляют.

Миша Юрьев в детстве очень не любил географию. По причине общей советской нищеты, у него, как и у многих советских мальчишек и девчонок с окраин, не было ни фломастеров, ни цветных карандашей. А учебные программы по предметам сочинялись не в райцентре, и даже не в городе Валуйки, а сытыми дяденьками и тётеньками в столице метрополии. Поэтому контурные карты требовалось всё-таки хоть иногда -- но разрисовывать. Миша справлялся с заданием наскоком: тремя-четырьмя имеющимися у него карандашами он красил контурную карту, не соблюдая ни границ, ни очертаний стран. Образец его давешнего творчества представлен на форзаце книги.

Родители! Бедность -- это прежде всего невозможность инвестировать в образование! Не экономьте на обучении своих чад и отпрысков!

Не написал Бранку о том, что за преступление против представителей разных сословий полагается разная мера ответственности. Например, за оскорбление опричника -- казнь, а за изнасилование земской девушки -- всего лишь откупной в пять рублей. Не написал он и о шпионах среди священников -- ведь только это сословие не проходит ежегодный допрос с использованием «сыворотки правды».

Демографическая картина 2053 года очень показательна. Несмотря на заверения автора, что всё устаканилось, население мира составляет всего 7,5 млрд.человек (с.164). То есть за полвека население Земли увеличилось незначительно! О том, что украинцев уничтожили, бразилец Бранку неоднократно проговаривается. О том, что англичан поморили ядерными бомбами -- пишет открыто. Отчего народ в остальном мире исчез -- остаётся только догадываться. Но ясно, что население Российской империи растапливает собственными жопами вечную мерзлоту на великих стройках во славу Императора, а именно:

А) углубляет дно северных морей -- для перевода тёплого Гольфстрима к берегам Сибири (с.149);

Б) участвует в «строительстве 12000 километрового полярного вала для защиты от поднятия уровня океана» (с.257). Не иначе как термитной бомбой Антарктиду растопить затеяли, чтобы утопить буржуинов в пресной воде.

В) страдающим от морозов гуманный Император предлагает рытье канала вокруг Израиля, для превращения Земли Обетованной в рукотворный остров.

Ау! фантастика ближнего прицела из библиотечки военных приключений! -- тебе смена достойная смена пришла!

Автора вообще душат приступы мегаломании: то у него Россия строит сотню подводных лодок, то вдруг сходит со стапелей авианосец «Иосиф Сталин», то город на Марсе и поселение на астероидах. Никакого логичного обоснования этим космическим прожектам (в рамках избранной утопической парадигмы теократического государства) нет и не предвидится, но надо же как-то автору показать гигантские свершения россиян под чутким руководством русской православной церкви?

Впрочем, не русская православная это церковь, а какая-то секта, мало общего имеющая с каноническим православием. Какая именно религиозная секта захватила власть в стране, я не совсем понял. Да и к христианству, подозреваю, относящаяся только по самоназванию. В этой реформированной РПЦ

-- патриарх выбирается жребием

-- есть женщины-диаконы

-- разрешены браки между монахами в монастырях с совместным проживанием мужчин и женщин

-- в порядке вещей, у кадетов и опричников в казарме устраивается свальный грех по воскресеньям, строго после литургии. Когда солдаты нажрутся водки или обдолбятся колёсами (наркотики полностью легализованы в Российской империи), к ним приезжают специальные секс-работники и секс-работницы, и работают, значит, всеми частями тела (с.182-183).

Слабо сочетается с классическим православием и «священное животное собака». Собаки фактически и юридически (см. закон «О собаках» от 2017 года) получили статус намного выше, чем коровы в Индии, и выше даже, чем сейчас имеет иногородний в Москве! За любую обиду, нанесенную собаке, полагается телесное наказание!

Кстати о культуре. Во исполнение положений Закона «О собаках» 2017 года, на территории Российской империи запрещены: фильм «Андалузский пёс» (1928), музыкальная композиция «Собачий вальс» (1878), и м/ф «Голубой щенок» (1976). Обожествление апологетами тоталитаризма собак наталкивает на мысль о том, что Е.Лукин с рассказом «Дело прошлое» и М.Булгаков с «Собачьим сердцем» были правы, разглядев в собачьей преданности столь необходимые качества образцового гражданина -- но не человека.

В Империи нет разделения властей, ибо все законы пишет Император, самолично. Он же -- глава исполнительной власти. Но зачем-то оставлена власть судебная.

Нет и тайного голосования -- все голосования всегда именные, электроника стоит на страже порядка! Впрочем, с 2060 года и голосования хотят упразднить, а выбирать Императора на ближайшие десять лет.. жеребьёвкой! Ибо все опричники равны, и одинаково великолепно подготовлены к решению любых задач -- хоть боевых, хоть управленческих!

Кстати, идейка с децентрализацией столиц -- весьма глуповата. Типа император сидит в Москве, экономическая столица -- в Берлине, вопросы образования и прочая социалка -- в Гавриловске (это бывший Красноярск; назван в честь того дебила, который в Ватикане договор с дьяволом искал), а культура и МИД -- в Алма-Ате (М.Юрьев наверное забыл, что это город Верный, ну да не будем ему напоминать). На практике же разброс по часовым поясам приводит к полной несогласованности работы даже в рамках одного ведомства, одной фирмы. Обычный обмен десятком электронных писем по небольшому пустячному делу затягивается с получаса (если учреждения расположены в одном часовом поясе) -- до двух недель, и мелкий вопрос о покупке дырокола превращается в сложнейшую, неразрешимую шараду. И никакими «сверхбыстрыми космолётами, способными облететь земной шар за полтора часа и доставить одного чиновника в другое ведомство в другой столице», обычную рабочую текучку не решить никогда. Если М.Юрьев не изучал врага своего -- опыт Запада вообще и транснациональные корпорации в частности -- по причинам чистоплюйского характера, то отчего эти системные дыры в управлении так приглянулись молодому бразильцу из семьи миллиардеров -- я понять не могу. Хотя нет, какой там ум да разум, он же обучался в университете имени семьи Буша!

В экономике Империи -- полное плановое хозяйство, только с планированием не по пятилеткам, а по полугодиям (с.282). Абсолютно запрещены иностранные инвестиции в экономику (с.284), равно как и хождение любых валют, кроме рубля.

Какие там фьючерсы, о чём вы? Автор даже не понимает, что такое «инфляция«!

В общественной жизни запрещено участие иностранцев в любых организациях, а учёным запрещено общаться с коллегами из-за рубежа: вас и тут много, общайтесь между собой! (с.288).

Короче, идеалом у М.Юрьева при написании Утопии был средневековый Китай -- с него Россия XIX века и срисовывалась.

Чтобы предотвратить сепаратизм, Империя не имеет никакого территориального деления. Это надо осмыслить и домысливать самим, ибо сумбурные объяснения бразильца Бранку только сбивают с толку, и мы склонны списывать это тёмное место трактата -- на огрехи переводчика.

Беда любого утописта в том, что он полагает всех людей честными и законопослушными. Так и в «Третьей Империи» -- все законы «рассчитаны на презумпцию законопослушности и субъектов рынка, и надзирающих чиновников» (с.313). именно на этом краеугольном камне и строят все утописты свои Утопии. Другим камнем в основании фундамента они закладывают положение, что все люди — абсолютно одинаковые, и похожи друг на друга, как рабочие муравьи в муравейнике. О дороге в ад, вымощенной благими намерениями, писали неоднократно. Чтобы не повторять аргументы до-индустриальной эпохи, малопонятные в наш век компьютеров, приведу цитату из доклада Адама Босуорта (Adam Bosworth, один из пионеров языка XML, сейчас занимает должность вице-президента Google по техническим вопросам) на ICSOC 2004 года, как нельзя лучше объясняющую причину глупости утопистов:

«По иронии судьбы попытки создания систем, рассчитанных на совершенство человеческой натуры, в конечном счёте, приводят к созданию систем, наиболее бездушных и жёстких -- систем, которые загнивают изнутри, пока словно величественные, скрипящие и трухлявые дубы, не обрушиваются наземь, распространяя кислый запах тления. Мы видели, как это произошло в 1991 году с невероятным падением СССР. И наоборот, системы, учитывающие сложность, хрупкость, великолепие человеческой натуры, в основу которых заложена гибкость, многократные проверки и допуски, часто выживают вопреки всем прогнозам. Так же дело обстоит и с программным обеспечением. Программы гибкие, простые, терпимые, снисходительные к человеческим слабостям, оказываются самыми устойчивыми, приспособленными к выживанию и развитию» (перевод Е.Матвеева).

Суды Российской Империи никогда не ошибаются и всегда выносят правильные приговоры. Для этого в судопроизводстве применяется «сыворотка правды», заставляющая говорить только правду. Сыворотка правды применяется ко всем участникам процесса: к подозреваемому, к свидетелям, к адвокату, к потерпевшему. Если слушается дело об изнасиловании, допрос потерпевшей обязательно должен проходить под воздействием «наркотика правды», причём желательно присутствие журналистов (с.311. Вам может показаться, что я зря наговариваю на М.Юрьева. Так вот, именно для этого я тут всю дорогу и указываю страницы.)

Где преступления -- там и наказания. В России 2053 года отменены возрастные ограничения в УК. Тюремные срока заменены в основном телесными наказаниями -- плётками у столба, на площади, посреди городов. Но рассмотрим повнимательнее, что же является преступлением в той стране, а что -- нет.

Полицейский имеет право убить убийцу на улице (с.317-318).

Не считается преступлением, если водитель сбил прохожего насмерть -- лучшим наказанием водителю будут угрызения совести, считает М.Юрьев (с.318).

Атеизм является преступлением, и «отказ от семьи» -- тоже преступление (с.319). Не совсем понятно, как тогда быть с опричниками -- они семей не заводят принципиально. Или это УК касается только низшего, податного сословия?

Аборты -- безусловно запрещены и караются как убийство (с.320).

Запрещено называть детей абы как: для каждой национальности составлен список разрешённых имён. Если французская семья назовёт своего сына, допустим, Иваном -- родителей накажут. Какое наказание предусмотрено Законом «Об именах» -- автор не упоминает, но похоже, что наказанием будет лоботомия (с.308-309).

Уголовным преступлением считается оскорбление страны, оскорбительные высказывания о русских вообще. (Не совсем понятно тогда, откуда в имперской историографии взялся Борис Проклятый Ельцин -- автора этого выражения автоматически надо было привлекать к суду).

А вот покалечить врага Родины -- ну, например, глаз выколоть диссиденту -- это не преступление, даже дела не заведут (с.319). Напомню, что убийство священного животного собаки будет наказано весьма жёстко (с.320-321). Непонятно, как быть с собакой-диссидентом. Ну, если Жучка пописает на карту Российской Империи?

Про российскую армию, великую и непобедимую, бразилец Бранку пишет с восторгом. В Российской армии середины XXI принята оригинальная военная доктрина. Как известно, при взрыве атомной бомбы все электрические цепи в приборах приходят в негодность. Чтобы исключить таковую возможность, и не потерять боеспособности, российская армия будущего отказалась от использования любой электроники! Этот даунгрейд армии замечателен! Ни пехота, ни инженерные войска, ни флот, ни артиллерия, ни (sic!!!) авиация -- никто из них не использует электронных компонентов. М.Юрьев даже описывает, как вертолётчики наводят реактивную ракету на цель «оптическими средствами», рассчитывая траекторию в уме!!! (с.340-343). Чем-то это всё мне напомнило истребители на паровом ходу из приснопамятной книжки Ник.Шпанова «Первый удар» (1936). Шпанов объяснял свой даунгрейд авиации тем обстоятельством, что в Стране Советов нефти мало, лучше стратегические войска перевести на дрова и уголь.

Империя «сознательно старается не допустить появления кампусов и даже принимает меры по разнесению общежитий одного университета в разные места города. Российская власть хорошо изучила историю, .. .. и считает кампусы потенциальным местом высоковероятного начала гражданских беспорядков» (с.509).

«в договоре, который поступивший студент подписывает с университетом, любое его участие на университетской территории в политических акциях или вообще в любых общественных акциях, кроме одобренных ректоратом, является основанием для незамедлительного отчисления» (с.509).

Помимо студентов кто идёт главным смутьяном в милицейских памятках? Правильно, молодёжь вообще. И если от студентов избавиться как-то трудно, то молодёжь решили вообще упразднить.

С.511-512 в РИ добились, что молодёжной субкультуры как таковой нет вообще -- ещё бы, люди с 15-ти лет работают наравне со всеми, в ВУЗах учится людей значительно меньше, чем в начале XXI века, да и прочие меры по контролю дело своё делают.

Юрьев неоднократно подчёркивает, что важнейшая цель образования в РИ -- индоктринация школьников. Ага, вдалбливание в мозг доктрин, одобренных Императором.

Когда российские экономисты начали учить американцев, как им печатать деньги и обуздать инфляцию -- это туши свет (с.357-359). Это всё равно, что колдун-вудуист с Ямайки будет менторским тоном поучать академика Чазова, как тому лечить Андропова: «Возьми четыре задних лапки древесной лягушки..». Как можно общаться врачу с человеком, который даже микроба представить себе не может?

Интересно устроена кредитная система Российской Империи. А устроена она так: в 2013 году император объявил, что давать деньги в долг под проценты -- сатанизм. И это в стране победившего религиозного фундаментализма.. Короче, слизана эта модель с экономики исламских стран (с.364).

Госсектору принадлежит в экономике доминирующая роль:

-- весь ВПК,

-- государственной является вся добыча полезных ископаемых, ... в частности леса и рыбы» (с.367)

-- 85% электроэнергетики

-- железные и авто дороги

-- освоение космоса

-- абсолютно вся земля.

Рекламы в РИ тоже почти нет: на ТВ и в Сети она и вовсе запрещена. Функции рекламы строго ограничены только сообщением информации о продукте. Кто читал рассказ Г.Каттнера «Железный стандрат» -- тот поймёт. Использование людей в рекламе запрещено, а одежду «рекламируют только на манекенах».

В налогах полный возврат в средневековье: есть налог на имущество, есть подушной налог, есть совершенно феерические налоги на бездетность (20%!) и на холостяков -- 25%! (с.385-386).

Отсутствует тайна вклада: «банки обязаны отображать в Сети все вклады в реальном времени» (с.388).

И это в условиях, когда в стране «на улицах порой находят трупы«! Понятно, отчего граждане, хранящие свои деньги в сбербанке, процентов не получают -- они даже должны платить 0,3-0,7% ежегодно «за хранение». Вы «можете держать деньги дома -- но тогда у вас их могут украсть воры или взять без спросу домочадцы» (с.362). Это какой же должен быть разгул бандитизма, чтобы люди держали деньги в банках за полпроцента от суммы вклада?

Средняя зарплата в империи -- 287 рублей (72 грамма золота), а минимальная пенсия -- 547 рублей! (с.391, 406).

Кстати, опричники (то есть военные, и гос.чиновники) на пенсию не уходят -- работают досмерти! Геронтократия на марше. Пенсионный возраст для податного сословия начинается с 85 лет. Объясняется это всё успехами российской геронтологии, но во всей книге я не нашёл указаний на среднюю продолжительность жизни в 2053 году.

Году эдак в 2017-м ко всем певицам и артисткам подкатили гэбисты и заставили их .. забеременеть. Так в общественном сознании был изменён образ красавицы: от субтильной вешалки-фотомодели -- к полноценной матери с ребёнком (с.416).

Кстати, примерно тогда же всех женщин заставили употреблять специальное лекарство, способствующее рождению двойняшек и тройняшек (с.416). Вот в этом -- голубая мечта всякого утописта: выбрать идеального человека, и клонировать его, клонировать, заклонировать всю территорию до самого горизонта.. В странном романе А.Вохерета «Альтерация» (СПб. 2000г.) в нацистской утопии так клонируют Гитлера.

Очень жёстко в стране с эротикой, порнография запрещена вовсе, интернет, напомню, весь под недреманным контролем большого брата.. А у опричников, напомним, воскресные совокупления после литургии. Стимулирование армейского призыва это называется.

Новых государственных праздников М.Юрьев насочинял там предостаточно, но только один достоин упоминания: в последнюю субботу каждого года празднуется.. День Рождения Мира (с.456).

Образование.

В школах только четыре учителя: по религии (страна-то фундаменталистов), по физкультуре (страна перманентно воюет на Юге с халифатом), по естественным наукам, и по гуманитарным (с.496). В школе нет изучения литературы, русский язык (государственный, между прочим, на всей территории Империи!) изучают в 4-5 классе.

В 15 лет человек закончил школу и стал совершеннолетним. Он может пойти в опричники (читай: в армию), в духовную семинарию, но ему запрещено в течении трёх лет продолжать учёбу в училище или в ВУЗе! (с.503). Человек обязан ровно три года после средней школы -- отработать! Ура-ура!

Какие тут нрзб, объясните мне, успехи в геронтологии и ядерной физике? Откуда они, нрзб, возьмутся?

А процитирую-ка я Хайека:

«Факты и теории станут столь же неотъемлемой частью идеологии, как и вопросы морали. И все каналы распространения знаний -- школа и печать, радио и кинематограф -- будут использоваться исключительно для пропаганды таких взглядов, которые независимо от их истинности послужат укреплению веры в правоту властей. При этом всякая информация, способная посеять сомнения или породить колебания, окажется под запретом. Единственным критерием допустимости тех или иных сообщений станет оценка их возможного воздействия на лояльность граждан. Короче говоря, ситуация при тоталитарном режиме будет всегда такой, какой она бывает в других странах лишь во время войны. От людей будут скрывать все, что может вызвать «сомнения в мудрости правительства или породить к нему недоверие. Информация об условиях жизни за рубежом, которая может дать почву для неблагоприятных сравнений, знание о возможных альтернативах избранному курсу, сведения, позволяющие догадываться о просчетах правительства, об упущенных им шансах улучшения жизни в стране, и т.д. -- все это окажется под запретом. В результате не останется буквально ни одной области, где не будет осуществляться систематический контроль информации, направленный на полную унификацию взглядов. Это относится и к областям, казалось бы, далеким от политики, например к наукам, даже к самым отвлеченным. То, что в условиях тоталитаризма в гуманитарных дисциплинах, таких, как история, юриспруденция или экономика, не может быть разрешено объективное исследование и единственной задачей становится обоснование официальных взглядов, -- факт очевидный и уже подтвержденный практически. Во всех тоталитарных странах эти науки стали самыми продуктивными поставщиками официальной мифологии, используемой властями для воздействия на разум и волю граждан. Характерно, что в этих областях ученые даже не делают вид, что занимаются поиском истины, а какие концепции надо разрабатывать и публиковать, решают власти». Ф.А.Хайек, «Дорога к рабству» (1944. Оруэлл с неё списывал, если что).

Оценка: 1
–  [  23  ]  +

Иэн Бэнкс «Игрок»

С.Соболев, 3 декабря 2011 г. 13:02

Игра в крестики-нолики подразумевает всего двадцать семь вариантов комбинаций.

Правила игры в шахматы позволяют сделать на стандартной доске сорок три тысячи различных ходов.

Современный человек живёт на планете где семь миллиардов индивидуумов группируются в двести государствах. Люди живут по установленным социологическим законам, и это тоже можно рассматривать как сложную игру с невероятным числом комбинаций.

Физика нашей вселенной сам состоит из набора законов и правил, что является с определенной точки зрения тоже игрой.

В такой системе мнить себя мастером Игр — опасная самонадеянность, выкрутиться из которой невозможно.

Оценка: 10
–  [  0  ]  +

Михаил Кривич, Ольгерт Ольгин «Товарищ убийца (Ростовское дело: Андрей Чикатило и его жертвы)»

С.Соболев, 3 октября 2011 г. 22:19

Книга о жутком преступнике. Исследование психологии маньяка и его окружения, причем роль окружения наиболее удивительна.

Оценка: нет
–  [  4  ]  +

Алан Лайтман «Друг Бенито»

С.Соболев, 17 мая 2011 г. 16:25

В романе «Друг Бенито» Алан Лайтман пристально, словно под микроскопом, рассматривает продольный срез жизни Беннета Ланга, одного физика-теоретика, выросшего в послевоенной Америке. Взгляд писателя скользит по стеблю жизни профессора от зрелых лет – к студенческой юности, от детских увлечений техникой – к увлечению первой женщиной, и т.д. Наиболее интересные листья жизни Лайтман пересказывает читателям, остальное – не входит в поле зрения писателя, да так и пропадает за пределами видимости. Писатель – профессиональный физик, и он знает о чем пишет.

Наверное, это даже полуавтобиографический роман о своем поколении, о своей научной субкультуре – рассказ о том, как мальчик, увлекавшийся в детстве всякими физическими опытами, мастерил радиоприборы, самодельные ракеты и т.п., а потом поступил в колледж и «заболел» теоретической физикой.

Может, станет немного понятным из романа, почему американские подростки, пережив нервозную апокалипсическую депрессию с перманентным ожиданием атомной войны времен Карибского кризиса, чуть повзрослев, кинулись в студенческих кампусах оттягиваться на марихуане. Впрочем, наш герой одержим только одной идеей: познать окружающий мир. Рассчитать движение разнокалиберных звезд в скоплении – вот высший кайф для молодого ученого. Физики работают как одержимые, у них тоже понедельник начинается в субботу: «Любой профессиональный физик моложе сорока лет наукой дышит и наукой питается. После сорока теорфизик может себе позволить немножко двигаться по инерции и завести хобби или проводить время с семьей». Вся жизнь Бенито – это череда тихих математических расчетов и молчаливых открытий, смысл которых способны оценить несколько сотен человек на всей планете, и которым наверняка не найдется практического применения в ближайшие сто лет. Все радости Бенито — это радости познания, все огорчения — от ошибок в расчетах. Все у него выверено по логическим схемам, все идет как по расписанию, но только не в личной жизни. «Слова неоднозначны, только математические формулы точны». Беннету трудно найти общий язык с людьми. Друзья остались далеко в детстве, а сейчас его верные товарищи – стопка листов бумаги и компьютер. Но любовь плохо поддается матанализу, а чувства – формализации, поэтому в поздно начавшейся личной жизни все идет у него наперекосяк и шиворот-навыворот. Отчаявшаяся жена пытается покончить с собой, лишь бы муж хоть чуточку уделял ей внимание, а не занимался целыми днями чистой наукой. «Говорят, что музыканты самый циничный народ» пел ЧИЖ. Физики тоже.

Оценка: 5
–  [  7  ]  +

Алан Лайтман «Сны Эйнштейна»

С.Соболев, 17 мая 2011 г. 16:24

Алан Лайтман – ученый-физик, работает в престижном Массачусетском Технологическом Институте и преподает там две, казалось бы, несовместимые дисциплины: физику и литературную стилистику. Еще Шкловский говорил, что у писателя должна быть настоящая профессия, через призму которой будет преломляться окружающий мир. Книжка Лайтмана в таком случае — очень показательный, положительный пример влияния профессии на художественный текст, так как первый роман сборника целиком построен на вольном изложении, интерпретации некоторых физических концепций, а роман второй – словно списан из жизни ученых.

Конечно, «Сны Эйнштена» – это не роман и не повесть в классическом смысле слова, а сборник сюжетных моделей различного восприятия времени представителями разных культур. Как будут вести себя люди в мире, где причинно-следственная связь не имеет значения? Как будет устроен мир, где каждый день повторяется снова и снова? Возможна ли жизнь на планете, где времени вообще нет ни под каким соусом или оно остановилось? Как начнет развиваться цивилизация, если каждый час будет иметь собственную протяженность? А если время потечет вспять, какую прибыль можно из этого извлечь?

Если нормально отвечать на все эти заковыристые вопросы, получится любопытная научно-популярная книжка о детерминизме темпорального восприятия, с необходимыми формулами и схемами. Лайтман пошел своей дорогой и описал все это в виде лаконичных художественных зарисовок, пейзажей «с натуры», делая доступным восприятию сложные идеи.

Один из описанных вариантов нелинейного, закольцованного, течения времени уже проэксплуатирован в масскультуре: кинофильмы «День Сурка», «Зеркало для героя», роман А.Столярова «Монахи под луной», но остальная дюжина вариантов настолько необычна, что даже у современных фантастов тяжело найти подобающие им аналогии. Сюжеты еще ждут своего художника.

Оценка: 9
–  [  16  ]  +

Альфред Дёблин «Горы моря и гиганты»

С.Соболев, 3 мая 2011 г. 15:27

Написанный восемьдесят лет назад под влиянием отгремевшей мировой войны (да-да, тогда она еще ни имела порядкового номура) и опуса «Заката Европы» Шпенглера роман немецкого естествоиспытателя и врача-невропатолога Альфреда Дёблина наконец-то дошёл до российского читателя в обстоятельно комментированном переводе. Дёблин не рассказывает историю одного отдельно взятого человека, семьи, народа или страны, Дёблин замахнулся с эпическим размахом на многовековую историю целого земного шара, и поэтому равноправными персонажами его повествования, наряду с гражданами Европы, народами Америки и племенами Африки являются океанические течения Атлантики, ледники Гренландии, вулканы Исландии, степи Поволжья, а так же растения, птицы, звери и технические изобретения, неминуемо меняющие жизненный уклад человеческого общества на протяжении XXIII-XXVII веков. И будет грандиозная Уральская война, уничтожившая Восточную Европу, и романтические истории, и одного тирана даже намотает на колёса любви, но это всё обрамление для мегаистории.

Заселение Европы беженцами из Африки и Ближнего Востока, ассимиляция и растворение белых в «цветном десерте» толкает правителей-технократов, озабоченных своей безграничной властью, данной им машинами, под видом обеспечения безопасности (полукровки не разбираются в железе и ломают его случайно) ограничивают доступ к машинами, образованию и наукам. Закономерно происходит стагнация в развитии, и с этого момента незаметно прогресс меняется на регресс. Следующие поколения технократов-властителей уже не совсем понимают что и как устроено, и даже начинают уничтожение «излишних машин».

Какие-то изобретения вовсе не попадают до всеобщего пользования, например костюм-невидимка оставлен властьимущими исключительно для служебных, полицейских функций. Впрочем, элита уже на полном серьёзе задумывается о введении рабства. Идеологически это подкрепляется «учением о вегетативном существовании людей»: всё равно счастье недостижимо, давайте упрощаться и оглупляться. Словно поддерживая чаяния народа, власти начинают способствовать этому движению биологическим путём, через синтезированные продукты питания.

Наибольшей деградации социальный строй достиг в германских градшафтах (Дёблин так называет города-государства): консул Берлина Мардук разрушил промышленность под корень, сократил фабрики синтетической пищи, выгнал всех горожан в поле – заниматься сельским хозяйством. Вообще это очень показательный момент. Как только власти выгоняют горожан заниматься самообеспечением продуктами питания, так это однозначно свидетельствует о падении экономического развития до уровня неолитического хозяйства, ведь только на самой заре развития агробизнеса максимальное количество населения обеспечивало производство продуктов питания; чем более развита экономика, тем меньший процент населения занят в сельскохозяйственном производстве. Дёблин таким образом предсказал путь решения продовольственной проблемы в СССР, Камбодже и некоторых других странах соц.лагеря с неестественным экономическим укладом. Когда тирану Мардуку указывают на огрехи в управлении, он выдает вечную отговорку «Пусть я плохой, но всё же есть много такого, что гораздо хуже меня», забывая что все другие катаклизмы – не человеческого происхождения, а природные.

Когда Мардук решает расширить территорию за счет соседних градшафтов Гамбург и Ганновер, там на эти захваты пахотных земель смотрят сквозь пальцы, потому что все развитые страны имеют свои фабрики по производству синтетической пищи, и продовольственной проблемы у них нет вообще. Когда же немцы находят заброшенные угольные шахты, Мардук отказывается от электричества и становится эдакой самодостаточной энергетической сверхдержавой двадцать пятого века. Вот тут-то и начинаются массовые бегства по Европе, люди скитаются, пытаются вернуться в пасторальные времена и к древним способам ведения хозяйства, не у всех это получается, и властители Европы ищут место для переселения опасных неуправляемых народных масс, среди которых появляются то новые религиоэротические культы змеи, то секты молчунов, то обожествляются транссексуалы, то еще что-то странное и непонятное происходит в этих неуправляемых свободных общинах, само независимое существование которых намекает о ненужности традиционной верховной власти консулов и сенаторов. (Поразительно, но рецепт спасения Дёблин обозначил очень чётко: никакой узурпации власти, никакого ограничения в области информации и всеобщее образование спасут человечество как вид).

И вот чтобы слиться с природой и не отвечать за её землетрясения, засухи, наводнения, цунами и извержения вулканов, правители градшафтов решили на терраформирование: растопить ледяной щит Гренландии с целью отселения лишних людей на новый материк. Экспедиция из сотен кораблей и самолетов движется к Исландии. Планомерно специалисты взрывают все вулканы этого северного острова – Лейрхукр, Свальбард, Крабла, Трёлла-дюнгйа и разумеется всем нам известный по прошлогоднему несчастью Эйяфьядла-йокуль. Дёблин не предсказал цельнокрытых самолётов с герметичными кабинами, но предсказал невозможность ведения полётов в таких экстремальных ситуациях: миллионы тонн пепла застилают небо, день превращается в ночь, мешает летать – но не от того что моторы засоряются, а от того что кожа и носоглотка пилотов быстро забиваются острым вулканическим пеплом.

Исландия горит, остров расколот, магма вырывается фонтанами. Используя «турмалиновые полотнища» (аккумулятор, вбирающий в себя энергетику земного ядра), люди собирают мощности для грядущего оттаивания ледяной Гренландии.

Но проблемы образования дают о себе знать: всё идёт не так как запланировано, и горе-специалисты не справляются: гибнут тысячи моряков, гибнут лётчики, разбуженные земные силы пробуждают хтонических чудовищ мелового периода. Оживают древние окаменелости, обрастают плотью, которую генерируют из глины, оживают насекомые, птицы, мелкие зверушки. Оживают и динозавры. На спинах динозавров, выросших под действием турмалиновой энергии до километровых размеров, росли леса, там резвились животные поменьше, иногда леса горели от переизбытка энергии и динозавры валялись по земле, круша под собой города Скандинавии.

В страхе перед динозаврами градшафты уходят под землю и теряют всякую связь с наземным миром. Чем больше правящие семейства прятали технику, тем пышнее произрастали в народе суеверия. Монотеизм давно ушёл, вернулась вера в духов, гадания по сновидениям, рассыпанному песку и прочий мистицизм самого примитивного, первобытного толка. В строго соответствии с укладом подземной общины. Так люди и вернулись к рабству – причём на совершенно добровольной основе.

Так, рассматривая планету как живое существо, которое дышит, материки опускаются и поднимаются, вулканы выбрасывают отходы, на этом пепле растут деревья, леса собирают влагу в реки по берегам которых траву едят коровы а мясо ест человек, Дёблин встраивает человека в экосистему планеты и подчиняет людей неумолимым геологическим законам. В романе множество любопытных изобретений и предвидений, от межконтинентальных телетрансляций до оживления мёртвых, от хиппи до тектонического оружия, от спутников связи до биоморфов, от туристических шагоходов до сверхлёгких домов, но, будучи подчинённым процессу энергообмена, всё это обратится в тлен.

Все там будем.

Оценка: 9
–  [  9  ]  +

Артур Кларк «Песни далёкой Земли»

С.Соболев, 28 апреля 2011 г. 14:38

Регистраторы нейтрино зафиксировали снижение потока, исходящего из термоядерной топки, сидящей внтури нашего Солнца. Звезда закономерно эволюционирует и вот-вот, к 3600 году, превратится в сверхновую. Человечество всё ещё не вышло в дальний космос, но примерно с 2500 года начинает запускать корабли-сеятели: генетический материал людей и некоторых растений и животных, техника на первое время, компьютеризированные школы для обучения первого поколения, библитека знаний. «Тысячу лет назад гении, желавшие лишь добра, переписали историю. Они прошлись по библиотекам Земли, решая что сохранить, а что оставить огню. Критерий был прост, но применять его оказалось не так легко. В память кораблей-сеятелей загружали только способствующие выживанию и стабильности новых миров произведения литературы и сведения о прошлом. Практически невыполнимая, терзающая душу задача. Со слезами отборочная группа отвергла Веды, Библию, трипитаку, Коран и основанный на них необъятный пласт текстов — художественных и нехудожественных. Несмотря на красоту и мудрость этих трудов, следовало оградить девсвтенные плаенты от их влияни. Древние яды религиозной ненависти, набожной чуши и веры в сверхъестественное, утешавшие бесчисленные миллиарды мужчин и женщин ценой их разума, оставили погибать на Земле» (с.100). «Почти все здравомыслящие люди согласились с жёстким вердиктом великого философа лукреция: все религии аморальны. Суеверия, порождаемые ими, приносят намного больше зла, чем добра» (с.175).

(Однако Мормоны и Дочери Пророка построили свои собственные корабли-сеятели, о судьбе которых ничего неизвестно).

Корабль-сеятель на планете новой зведзной системы разворачивает строительство и оживляет материал. Трагизм первых поколений благоразумно опущен Кларком в этой утопии, но намёки на нечто ужасное оставлены. Под самый занавес существования человечества под лучами угасающего Солнца отркыт-таки принцип квантового двигателя и построен единственный корабль с миллионом человек, ждущих в анабиозе пока «Магеллан» доставит их к планете Саган-2. По пути у космического автобуса прохудилась фронтальная защита (сделанная в виде щита изо льда и закрелпенная перед кораблем). Для ремонта и пополнения запаса льда «Магеллан» делает остановку на Талассе — малонаселенной водной планете, заселенной семьсот лет назад. Первая встреча наопоминает контакт-лайт: те же размышления о границах культурного и научного вмешательства, о разнице культур, о моральности и аморальности секса с инопланетными существами пусть и одного биологического рода. Кларк аккуратно всё это показывает по ходу дела, ведь надо морозильный заводик по производству экрана строить, и блоки транспортировать на орбиту, и некстати выясняется что шельф Талассы занят разумными омарами (привет доктору Зойдбергу ((Dr. John Zoidberg) из Футурамы), и еще неясно, как эти два вида будут конкурировать за дары моря — ресурс-то ограничен, столкновение возможно, и неизвестно, выживет ли стотысячная микроколония землян, пребывающая в эротическо-утопической пасторальной неге, будет сметена этими членистоногими или будет погребена лавой взорвавшихся вулканов — ведь острова в океане, занятые землянами — это просто часть молодой вулканической гряды. (Всё это остаётся за скобками восприятия, роман-то утопический, о том как построен небольшой мир на безрелигозных началах).

Оценка: 9
–  [  5  ]  +

Борис Фрадкин «Отрицание отрицания»

С.Соболев, 21 апреля 2011 г. 09:17

В городе Радужный есть Биохимический институт по проблемам старения, который целиком занят производством препарата, возвращающего молодость. Идея проста: чистый фосфор, со степенью чистоты в пятнадцать девяток после запятой (99,99999...), способен обращать старение клеток... в омоложение. Доказательства этого открытия просчитаны на компьютере, ну и собственно какое дело что это выдумка, есть открытие, его и пытаются внедрить. Но не в этой химии засада, засада в организации. Так как во главе учреждения, по советской традиции, стоят некомпетентные профаны (основатель и первый директор — металлург, второй директор биолог, но ярый противник идей омолаживания), ничего из этой благородной затеи выйти не может. Безысходность осознания невозможности переиграть природу оттеняется невозможностью пересилить социальные лабиринты жизни — молодая сотрудница института (собственно, открывшая этот химический метод омолаживания и проводящая часы за «окулярами позитронного микроскопа») выходит замуж не по любви, а ради карьеры, за своего административного руководителя, начальника учреждения. Так печаль от краха научной идеи усиливается разбитой любовной историей.

Оценка: 6
–  [  11  ]  +

Филип Дик «Время, назад»

С.Соболев, 10 апреля 2011 г. 16:54

В июне 1986 года начался хобартовский разворот течения времени, мир стал неспеша схлопываться назад. Но жизнь продолжается, продолжается бизнес, продолжается политика, продолжается любовь я всякое такое прочее. Диак пытается вывернуться и создать непротиворечивую систему, в которой еду надо отрыгивать назад, сигарету вкуривать из дыма, и тут же одноврменно делать что-то, чего до того еще не было — устраивать личные дела, политические заговоры, водить аэромобиль, писать новости и т.п. Хобартовский реверс попрал привычные законы бытия и привычки: вместо «привет» говорят «пока», люди молодеют, мёртвые пытаются встать из могил и им помогают частные витальные фирмы устроиться в новом неприваычном обществе, где, например, Библиотеки заняты не накоплением, а искоренением информации. С оживлением одной из персон и начинается закрутовка романа — на небольшом кладбище просыпается Томас Пик, основатель секты юдитов, ставшей в описываемом 1998 году мощной религиозно-наркотической организацией той части Америки, что осталась под властью негритянского населения.

Оценка: 10
–  [  17  ]  +

Дэрил Грегори «Пандемоний»

С.Соболев, 28 марта 2011 г. 10:38

Параллельная вселенная, реализованное пространство оживших комиксов и супергероев, наверное понравится поклонникам фильма «Хранители». С середины 1940х архетипы овладевают массами, демоны-герои вселяются в тела обычных людей и начинают творить свои прямоллинейные бесхитростные дела, прям как в комиксах — честно, открыто, всесильно. По описаниям действия «одержимых героями» напоминают случаи берсеркизма, и в книге есть десяток вставных рассказов о подобных историях — то Капитан Америка вселится в раненого и поможет вырваться из засады морпехам в Кашмире, то Джонни Дымовая Труба проведет железнодорожный состав на скорости сто миль в час, то Художник нарисует странную картину на полу аэропорта из подручных средств — рассыпанных кукурузных хлопьев и разлитого кетчупа, отнятого у продавца хотдогов.

Архетипы не меняются, но их конкретное воплощение в тот или иной момент пронизано культурой общества. Капитан — вечный герой, Дудочник — сатир и трикстер, и так далее. Президент Эйзенхауэр был убит демоном «японский камикадзе», «девочки-ангелочки» убивают стариков, железнодорожник пускает под отксо поезда.. Влияние демонов из комиксов на общественную, политическую и даже экономическую жизнь столь велико, что в связи с насущной практической потребностью познания архетипов развилась юнгианская ветвь психоанализа, и главный персонаж книги периодически наблюдается у тех или иных юнгианских психиатров. Есть даже демон ВАЛИС, вселившийся в марте 1982 года в Филипа Дика и благополучно живущий в нём вот уже третий десяток лет на радость многочисленных фанатов и поклонников.

Юнг в 1912 году вывел теорию Четверного существования Бога (Отец, Сын, Святой дух и Дьявол), Никсон пришёл к власти значительно раньше, и другие некоторые отличия от нашего мира имеются, но самое главное конечно же отличие — это демоны, овладевающие телами людей, и это чересчур вольное допущение не дает нам возможности отнести эту книгу к жанру «альтернативной истории», даже не смотря на то что проблемы демонологии персонажи пытаются решить с помощью вполне здравых естественно-научных методов — анализируют случаи одержимости, выискивают статистические закономерности чтобы отделить простое сумасшествие от подлинного «вселения героя», проводят томографию мозга, микрохирурги-нервопатологи пытаются отсекать «заряженные участки мозга», а методы экзорцизма (к которым от безуспешности пытаются прибегать пациенты) всерёз в книге никем не воспринимаются. «Наши методы представлялись ей недостаточно быстродействующими. Мы ученые. Церковь пообещала — вжик! — вон отсюда, кому говорят, проказник! Оно, конечно, не работает, зато быстро действует. Мы же могли предложить лишь долгие годы исследований» (с.261)

Впрочем, некоторые сектанты считают что слэны из романа Ван Вогта захватили власть над Землёй: одержимости придуманы и реализованы слэнами для развлечения, создан некий театр для сверхчелвоеков. Слэны пришли к власти в 1940е годы и живы до сих пор, и именно поэтому демоны имеют старомодное обличье из радиоспектаклей и книжек-комиксов военных лет (с. 142). Именно поэтому, кстати, аннотация на книжном издании вводит в заблуждение:

«Америку охватила пандемия. В тысячи и тысячи взрослых и детей вселились демоны, принимающие известные каждому американцу с детства образы персонажей из фильмов, книг и комиксов. В душе у кого-то поселился Индиана Джонс, а у кого-то — Росомаха... Кто-то стал Люком Скайуокером, а кто-то — Суперменом...»

Нету там их. Вообще никого из этих медийных новоделов.

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Жан де ля Ир «Тайна XV»

С.Соболев, 14 марта 2011 г. 12:58

Действие романа проихсодит через десять лет после вторжения марсиан Уэллса на Землю. Среди действующих лиц — Камилл Фламмарион.

Оценка: 5
–  [  34  ]  +

Иэн Бэнкс «Алгебраист»

С.Соболев, 4 марта 2011 г. 16:54

Галактика населена десятками цивилизаций, живших на разных планетах — водоплавающие из кремниевых миров покрытых водой, гуманоидные и насекомообразные с сухопутных миров, поплавочные с газовых гигантов, какими-то разумными пылевыми облачниками и т.д. Межзвездная правительственная структура под именем Меркатория монопольно владеет в описываемый период сетью телепортационных порталов в звездных системах и продолжает расширять сеть, в обмен на установление своей власти в звездных системах, подключаемых к всегалактическому «телепортационному метрополитену». Для поддержания статус кво, Меркатория тормозит прогресс, запрещает искусственный разум, работы по исследованию телепортации, нанотехнологии, единственно только работы биологов легитимны и приносят здоровье с долголетием подопечным гражданам Меркатории.

В эту существующую миллионы лет барочно-избыточную и усложненную бюрократическую структуру вступает земное человечество и оказывается просто одной цивилизацией среди многих; никакого особенного толка от неё нет и быть не может, никаких необычных свойств эти вертикально передвигающиеся приматы не имеют и просто вливаются в галактическую семью рас и народов, так что никаким гелиоцентризмом тут не пахнет и антропофилам лелеять свои комплексы нет возможности.

На территории Меркатории периодически налетют с перифирии корабли запредельцев, да еще и религиозное тоталитарное Отъединение запланировало крестовый поход на неверных.

В звездной системе Юлюбиса через 300 дней конец света, захват мира мракобесами и ордами анархистов, а бюрократы Меркатории сваливают проблемы друг на друга, отмазываются от своей вины и ошибок, спорят какой метод разведки безопаснее и соответствует ли новая эффективная методика традициям клана наблюдателей..

На газовом гиганте Наскерон, который входит в солнечную систему Юлюбиса, миллиарды лет живут представители всегалактической цивилизации насельников – практически вечные, со сроком жизни с миллионы лет, странно- веселые юмористические существа со своеобразным чувством жизни и истинно аристократическим отношением к быстроживущим разумным культурам, к коим относятся почти все цивилизации населяющие Галактику, за исключением разумеется самих насельников, обживших за десять миллиардов лет 90% газовых гигантов всех звездных систем.

Книжка – про эту странную, нестандартную цивилизацию насельников, в которой войнами занимаются любители, нечто вроде симбиоза ВИФовцев и добровольных пожарных команд (а кто у вас воюет? Добровольцы. А кто командует ими? Никто, они сами как только почуют военную угрозу достают свои корабли и воюют. А кто содержит космофлот? Да сами они и содержат, им нравятся всякие блестящие хромированные пушечки), в которой инфантицид никого не удивляет по причине долгоживучести взрослых особей, в которой внеденежная экономика основана на рейтинговой системе уважения и одолжения, и в которой собирательство разнообразной информации от вымерших за миллиарды лет «быстрых цивилизаций» превратилось в манию сродни поголосного библиофильства. В одной из таких случайных библиотек в книжке «Алгебраист» человеком-наблюдателем Фессином Тааком найден намек на существование потайной сети никем не контролируемых телепортационных колодцев, и это ставит под угрозу существования сначала монополию Меркатории на межзвездные перевозки, это же интересует религиозных мракобесов для возможной взрывной своей экспансии по всему миру – но война ради этой информации только фон и оживляж для более углубленного описания мира насельников.

Книжка полезна еще и гуманистическим, правильным зарядом: толково описана природа жестокой власти Архимандрита Люсеферуса, предводителя воинствующего Отъединения (только победы, только завоевания, оправдывающее насилие с которым проводится индустриализация-модернизация угнетаемого общества), разъясняется важность судебного разбирательства над самосудом, а так же ставится примат науки над деструктивными не-культурными практиками.

Интересно как Бэнкс подогревает сюжет, откровенно волюнтаристки но изящно, с выдумкой и непременный юмором: каждые тридцать-сорок страниц то вводит нового живого инопланетного игрока, то расскажет интереснейшую историю из жизни галактики, то вытащит туза из рукава, то трём игрокам команды покажет красную карточку, а потом выдаст лотерейный билет с джек-потом, запустит кондуктора в переполненный автобус и отнимет проездные, и тут еще бог из машины а сверху вишенка. По карнавальной веселости и калейдоскопичности проносящихся мимо событий «Алгебраист» напомнил мне недавно читанную трилогию В.Гончарова «Психо-машина» (1924), по проработанности — Вернора Винджа книжку, и я не пойму отчего бы не переиздать смеха ради Гончарова сейчас..

Оценка: 10
–  [  16  ]  +

Ширли Джексон «Призрак дома на холме»

С.Соболев, 26 февраля 2011 г. 17:43

Антрополог Джон Монтегю увлекался домами с привидениями. Найдя дом с призраками, дом с паршивой репутацией, он завлёк небольшую кампанию незнакомых людей с целью изучения паранормальных явлений так сказать в полевых условиях, с ловлей привидений на живца. Рационализм рационализмом, а в эксперименте согласились участвовать из двух десятков ассистентов только две молодые женщины, Теодора и Элинор, да еще Люк, племенник хозяйки Хилл-хауса. События развиваются неспешно, медленно и тягуче, средства для запугивания выбраны классические, первый страх и ужас появлется где-то на сто шестьдесят восьмой старнице, но эффект от этого получается никак не шуточный, можно даже сравнить с недавним фильмом Орена Пели «Паранормальное явление» (2007), в котором бег мурашек по спине зрителя обеспечивался весьма скудными средствами, которые, однако, в руках хорошего мастера добивались своего.

Совершенно неожиданно готический роман ужасов превращается в юмористический — когда к доктору Монтгю приезжает на выходные дни его супруга, чрезвычайно увлеченная общением с духами умерших. Ситуация, когда эта экзальтированная особа пытается учить вежливому общению с привидениями постояльцев дома (которые на своей собственной шкуре УЖЕ испытали общение с привиденями) вызывает при чтении улыбку и здоровый скепсис в адрес любителей мистики — примерно так же вышучивал Вуди Аллен любителей спиритизма в свежей киноленте «Ты встретишь высокого незнакомца» (2010).

В книге есть отсылка к странным домам Орсона Фоулера, который в середине XIX века построил несколько восьмиугольных жилых домов. Фоулер был френологом, то есть считал, что кора головного мозга состоит из ряда центров, каждый из которых отвечает за определенные способности человека, и, при сильном развитии этих способностей соответствующий участок мозга будет развит, и это отражается на форме черепа. Не прибегая к методикам трансформации черепа времен катакомбной культуры бронзового века, архитектор менял окружение, искусственную среду человека, то есть строил нестандартный восьмигранный дом, и таким сопособом думал добиться некоего изменения психики человека. В книжном Хилл-хаусе таким образом добились только появления некоего духа дома, вселившегося в сознание Элинор Венс, одной из наименее психически устойчивой ассистентки доктора Монтегю — ей, несчастной и гонимой родственниками девушке, было комофртно в этом необычном доме и она стала домом. Со всеми вытекающими паранормальными явлениями, лунатизмом и полтергейстом.

Проблема проектирования комфортного устройства быта слабо освещена в фантастике, и любые отклонения от прямоугольно-параллелепипедного стандарта почему-то приводят к ужасным помешательствам — см. «И построил он скрюченный домишко» (1941) Р.Хайнлайна, где не просто жилой восьмигранник построен, а целый тессеракт.

Оценка: 6
–  [  3  ]  +

Артур Кларк «Колыбель на орбите»

С.Соболев, 7 февраля 2011 г. 19:32

Ретроспективный сборник научно-фантастических рассказов, охватывающий период от первой пробы перы в 1937 году до вполне мастеровитых, интеллектуально нагруженных рассказов, вплотную подошедших к великолепным неувядающим повестям «Конец детства» и «Город и звезды», в своём полёте фантазии балансирующих на грани между здравым смыслом и визионерством. Очень любопытно наблюдать, читая сборник подряд, как росло мастерство Артура Кларка — от робких инженерных рассказов «Путешествие по проводам» и «Как мы летали на Марс» до чудесных ситуаций, описанных в «Девять миллиардов имен бога» и «Юпитер Пять», в которых на ординарные вопросы существования Бога и внеземного разума даются неординарные ответы.

Оценка: 7
–  [  13  ]  +

Пол Ди Филиппо «Рот, полный языков»

С.Соболев, 6 декабря 2010 г. 09:40

Керри Хэкетт, секретарь Питера Джариуса, возглавляющего парабиологическую корпорацию «Диаверде», бежит от домогательств шефа, завладевает новой разработкой своей фирмы и прячется в Южной Америке. Чудесное изобретение трансформирует тело своего владельца в любое животное существо, которое можно вообразить, и перестраивает органы тела для любых прикладных задач. Носитель этого биодевайса, в случае контакта с иностранцем, становится еще и полиглотом, отсюда и название романа. Не трудно представить, как именно улучшает своё тело сексуально озабоченная Керри, какие именно дополнительные органы она отращивает в неожиданных местах во время полового акта с многочисленными партнёрами во время своих скитаний по Баии (один из штатов Бразилии на побережье). Иной климат диктует соответствующую этику и тип поведения, поэтому распущенность в Бразилии превосходит европейские нормы, но даже на этом фоне приключения Керри Хэкетт нельзя не назвать экстравагантными. Например, разделываясь со своими мучителями, она отращивает себе фаллос отнюдь не для декоративных целей. Расправившись с местным мафиози-золотодобытчиком Реймоа, Керри под видом его дочери проникает в местный элитный бордель где и поглощает (в буквальном смысле этого плотоядного слова) всю местную развратную элиту — от преступников до полицейских, от католических клириков до казнокрадов-чиновников.

Написанный в жанре эротического рибофанка роман напоминает вывернутую наизнанку книгу «Жюстин, или несчастная судьба добродетели» маркиза де Сада, где привлекательная женщина проходит поочередно, по нарастающей, все круги извращений, причем всегда сама становится насильником. В финале роман неожиданно превращается в «Клон» Теодора Томаса и Кейта Вильгельма, впрочем, с оптимистическим финалом «Музыки, звучащей в крови» Грега Бира – с медленным, но неуклонным превращением каменных городов земли в зеленые экогенные джунгли.

Оценка: 9
–  [  8  ]  +

Артур Кларк «Фонтаны рая»

С.Соболев, 20 июня 2010 г. 11:09

Лучший роман всемирно признанного классика научной фантастики, в котором изящно переплетаются средневековая история цивилизаций Индостана, инженерный гений XXI века и вечная тяга человека к прекрасному звездному небу. Ни грана фальши, все изобретения либо нашли свое воплощение в реальной жизни (поисковые системы в компьютерных сетях, нанонити), либо будут воплощены в ближайшие десятилетия.

Оценка: 10
–  [  9  ]  +

Федерико Андахази «Фламандский секрет»

С.Соболев, 31 мая 2010 г. 19:13

Федерико Андахази отличает особенная холодная, отстраненная манера письма стороннего наблюдателя. С другой стороны, автор хочет заинтриговать читателя процессом раскрытия тайны. В результате мы имеем вычурное повествование, в котором следствие появляется раньше причин.

Отлично передано мироощущение Возрождения: эпоха открытий, со всем присущим ей блеском, расцветом ремесел, зарождением наук и пиком могущества Церкви.

Если роман «Анатом» рассказывал о жизни европейских медиков в XVI веке, то во «Фламандском секрете» нам повествуют о жизни живописцев XV столетия. «Он решил для себя, что живопись — это просто ремесло и что его занятия не сильно отличаются от работы плотника или каменщика». Мастера, считавшие так, создавали шикарнейшие, непревзойденные картины, которыми до сих пор восторгаются благодарные потомки.

Вернее даже, роман о противостоянии, противоборстве двух живописцев: Франческо Монтерга из Флоренции и Дирка ван Мандера из Брюгге. Так же, как и в «Престиже» Кристофера Приста, противостояние только приводит к улучшению результатов работы друг друга. Так же, как и у Приста, у Андахази присутствует линия «промышленного шпионажа» (в «Престиже» один фокусник подсылал другому слугу для работы ассистенткой, во «Фламандском секрете» — ученик художника под предлогом переезда меняет учителя). Так же все планы рушит любовь. Однако постепенно состязание превращается в истязание.

Закрутовка романа вертится вокруг идеи, закономерно проистекающей из алхимических воззрений своего времени: чтобы добиться идеальной передачи цвета на картине, писать изображение надо с помощью пигментов, которыми окрашен настоящий объект. Травку рисовать с помощью выжимки из травки, горы — измельченной скальной породой, а человека... Вот тут-то и начинаются самые настоящие сатанинские ужасы.

Но это у Андахази описана тупиковая ветвь развития лакокрасочной промышленности.

Настоящие художники пользуются древней рукописью с зашифрованным секретом получения наилучшего пигмента для создания полотен. Изображения, сделанные этой краской, будут как живые.

Однако и за этот секрет приходится платить дорогой ценой: художник, добывший чудесную краску согласно древнему рецепту, сразу слепнет. Так что и это направление можно считать тупиковым.

...Зато потомки скажут: «казалось, портреты их дышат тем же воздухом, что и люди, на них изображенные».

Оценка: 7
–  [  0  ]  +

Александр Сивинских «Открытие Индии»

С.Соболев, 2 апреля 2010 г. 01:31

Если экранизировать данную небольшую повесть, получится сатанинский НФ-BSDM снаф с зомби-транссексуалами и уклоном в советскую некроэстетику имперского стиля.

Оценка: 5
–  [  6  ]  +

Сергей Снегов «Книга бытия»

С.Соболев, 12 января 2010 г. 22:53

Подробный мемуар про жизнь до революции, и до 1935 года. Много странных деталей, выпадающих из привычной истории — государственное изъятие золотых укаршений из могил, насильственная работа под угрозой расстрела в начале тридцатых, чекисткий рэкет в конце 1920х, тотальный голод тридцатых, и прочее, и прочее. С удивлением узнал, что впервые в тюрьме в ЧК Снегов оказался .. в восемь лет. Сразу после революции, между прочим.

Оценка: 6
–  [  5  ]  +

Илья Бояшов «Армада»

С.Соболев, 18 ноября 2009 г. 21:00

Некая сверхдержава (в которой, впрочем, без труда угадывается Россия) посылает к берегам Америки флот из суперновых кораблей и авианосцев – с целью превентивного уничтожения ненавистной вражины – страны потенциального противника. Флот выдвинулся поистине глобальный: осадка авианосца 60 метров, скорость бомбардировщика 27 звуковых, экипаж одного корабля 20 тысяч человек, ядерного оружия пятьсот вагонов..

Описания техники заведомо гипертрофированы и настраивают на несерьёзный лад, однако за этой карнавальностью Бояшов пытается показать что-то серьёзное.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

Но в пути случилась заминка, и нашим морячкам не суждено стать героями: неведомо каким образом вся суша на Земле исчезла, и единственные оставшиеся люди на планете оказались обречены вечно бороздить просторы мирового океана на своих военных судёнышках. Если в «альтернативно-географическом» романе В.Васильева и А.Громова «Антарктида Online» всего лишь перемещается ледяной материк, то у Бояшова исчезают все материки и острова – без малейших попыток объяснить эту воистину сказочную ситуацию.

Сначала под предлогом благовидной цели (не допустить паники младшего состава по поводу потери Родины и всех родственников, оставшихся на суше) на кораблях Армады устанавливается авторитарное государство во главе с Адмиралом, возомнившим себя верховным правителем всего человечества, а пару месяцев спустя – и вселенским Богом. Однако высшие морские чины Армады горюют не столько по утраченным детям и жёнам, сколько по отсутствию мишени для своих баллистических ракет. Именно эта утрата цели и невозможность шарахнуть изо всех орудий по супостату в виду отсутствия супостата – делает из них озлобленных психопатов, канализирующих свою агрессию на окружающих в форме обыкновеннейшего террора и репрессий, одобренных Адмиралом.

На кораблях Армады на сто тысяч человек нет ни одной женщины – и эта ситуация весьма взрывоопасна для нормального человека, находящегося в длительном воздержании. Любопытны коллизии, при которых священники военно-морского флота видение в небе Девы Марии объясняют не божественным проявлением, а облаками и ссылками на обычное атмосферное явление. А потом всё равно всё скатывается к зоофилии с обезьянками.

Оценка: 3
–  [  6  ]  +

Андрей Рубанов «Хлорофилия»

С.Соболев, 25 октября 2009 г. 16:17

Начало 22 века, на Земле льды растаяли, прибрежные города погрузились под воду, но на материках всё спокойно, Европа в бедности, Африка нищая, россияне в масле катаются, потому что сдали китайцам Сибирь в аренду и живут с этой природной ренты. Почему арендную плату распределяют по всем гражданм, как в патерналистком каком-нибудь Бутане, а не хапает единолично правительство — не понятно, да об этом и не задумывается автор, пишущий нарочито в стиле «я тут ни при чем, шутка это всё, вот смотрите, и фамилии у всех говорящие — активист Пружинов, миллионер Пушков-Рыльцев, депрессивный Деготь»... Год примерно 2220, а молодёжь ради форсу бандитского ездит на раритетных каких-то «шевроле» — автомобилях с бензиновыми двигателями. Это всё равно что сейчас выкатиться вечерком не в карете, а на бричке. Или в телеге. Или пройтись по улице с кассетником под мышкой. Совершенно всё прошлым живёт, вернее не живёт, у автора фантазия есть, но перестроить под нее мир он не хочет. А то что фантазия у Рубанова есть, свидетельствуют микроплюшки, иногда появляющиеся в рассказе: певички с синтетическими голосовыми связками и гортанями сделанными под известных певцов прошлого, поговорки, отражающие изменение климата и дефицит ультрафиолета («не загораживай мне солнце»), какие-то «двадцать пять конкурирующих полиций»... Но вот эти постоянные восторги актёрами 20 века, певцами 20 века, автомобилями 20 века — это странно и очень инородно. Впрочем, не в этом причина неинтересности книги — будучи заявленной как «книга взорвет ваш мозг», внтури наличествует очередной рассказ про жизнь минетджеров: журналист успешного издания становится его главным редактором а потом низвергается на самое дно. Что же до размышлений о тяжкой судьбе народа, вымерающего от того что все стали думать только о себе и своих аппетитах, то вышло всё это моралите неубедительно по причине .. по причине неубедительности.

Книжку лестно сравнивали с «Хищными вещами века» Стругацких и ранним Войновичем — но нет в ней загадки фантастов и нет бурлеска сатирика — сюжетные повороты предсказуемы за полста страниц, а посмеялся я только над одной удачной шуткой только в середине рассказа. Усё.

Оценка: 5
–  [  14  ]  +

Бернард Беккет «Генезис-2075»

С.Соболев, 23 октября 2009 г. 12:37

Описан мир 21 века – катастрофы экономические, экологические и политические приводят олигарха Платона (не Лебедева!) к мысли сделать запасной аэродром. Он покупает Новую Зеландию и устраивает на ней ковчег спасения. Возомнив себя Ноем, переустраивает быт, мораль и нравы новой Утопии под схему, описанную своим великим тёзкой 25 веков назад: строит идеальное государство с четырьмя кастами (философы, солдаты и прочие рабочие). Мир кое-как барахтается вокруг, но гибнет, а выживших счастливцев отстреливают при попытке доплыть к Острову. Нечего заражать нас таких прогрессивных своими отсталыми вирусами чумы. Эти первые страниц сто можно смело не читать, они пусты совершенно. Лакомый кусочек показывается потом: экстраординарного нарушителя порядка вместо обычной в таком случае смертной казни (сами понимаете, самая гуманная и человечная Утопия ведь на дворе построена Платоном) запирают в камеру с обучающимся и самопрограммирующимся роботом. Наивность автора ли, героев ли – просто поражает. Преступник этот, человек с именем Адам, описывался как интеллектуально изворотливый и въедливый тип (например, сумел уговорить своего старшего(!) боевого товарища на грубейшее нарушение воинской дисциплины!) – и тут такое «наказание». Да это же ему просто отмычку подарили! Наивность высшего руководства Утопии вообще вызывает сомнения: например, показательный судебный процесс над Адамом проводили в прямом эфире. Он им и выдал разумеется в эфир.. Прямо как у наивных Вачовски в их комиксе. Ладно, не все знают о предсудебной обработке политических преступников в 1930е годы в далёкой стране Россия (тут у нас и свои-то сограждане забывают об этом ежедневно), но Оруэлла-то хоть почитать можно, коли берешься сказать хоть что-то про тоталитаризм?

Когда робот с человеком заперты в одной камере, вот тут-то и начинаются интересненькие беседочки о мышлении, разуме и эволюции.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

- Ты всего лишь кусок кремния

- А ты кусок углерода. С каких пор таблица Менделеева стала основанием для дискрминации? (с.139)

главная особенность мышления – оно виртуозно вводит мыслителя в заблуждение (с.145)

Общество, которое боится знания, страшится самого себя (с. 179 – о необходимости свободного доступа к любой информации)

Разговор человека с роботом о сознании и жизни идёт кое-как, пунктиром, но все как-то вяло, а пример с шифровальной китайской комнатой так и вовсе интерпретирован кое-как, Анатолий Королев двадцать лет назад в «Блюстителях неба» отыграл диалог по тесту Тьюринга куда как лучше. Бернард Беккет вывернулся-таки, и у него робот убедил человека что как раз таки человек разумом и не обладает (но самой этой беседы в книге нет, увы).

Самое же поразительное в книге – это мысль о том, что создатель думающего робота создал не только «разум», но и попутно создал «животное» — робот возжелал размножаться, для чего смог убедить себя убивать любых других разумных существ, мешающих размножению (с.217).

Проблема появления «разума» на границе ума, сознания и чувств (сенсорного восприятия) так и осталась только намёком.

Но совсем по-иному выглядит вся предыстория машинной цивилизации: все, что нам рассказывалось о 21 веке устами выживших роботов – всё это тоже фальсификация (ага, Государство Платона кто-то решил строить, как же – да заколбасили всё человечество сами же машины, а потом задним числом придумали кое-какую историю, путем перебора тех немногих данных, что сохранились о человечестве).

Общая оценка – книга детская, но выше среднего уровня по палате.

Оценка: 6
–  [  14  ]  +

Роман Арбитман «Роман Арбитман: Биография второго президента России»

С.Соболев, 9 октября 2009 г. 10:01

Жанр: альтернативная криптоистория, пародия (на наш мир).

Похожие произведения:

Сомерсет Моэм «Второе июля четвёртого года (Hовейшие материалы к биографии Чехова)» (1994).

И.Эренбург «Необычайные похождения Хулио Хуренито» (1922)

А.Зданович, В.Измозик «Сорок лет на секретной службе. Жизнь и приключения Владимир Кривоша» (2007)

«Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков» (1738-1759).

В.Пелевин «Жизнь и приключения сарая Номер XII» (1991)

М.Москвина «Жизнь и приключения милиционера Караваева» (2007)

Биографическое описание жизни и деятельности Романа Арбитмана, сначала — преподавателя из Саратова, потом – преемника Бориса Ельцина на посту Президента Российской Федерации.

У Гурского, даром что детективщик, нет экономической подкованности Ю.Латыниной, филологической всеядности Р.С.Каца, эрудированной едкости Р.Арбитмана, мастерства стилизатора В.Сорокина (заметно в квелой попытке спародировать инфернальную логорею эзотерического параноика А.Проханова, с.141, 148), не помешала бы Гурскому и толика афористичности В.Пелевина... Впрочем, метод последнего заменяется перманентным цитированием фундаментальной работы японца К.Исигуры «Путь Арбитмана», изданной в заледеневшей Венеции в декабре 2008 года. К чести Льва Гурского, всякие праздные домыслы из жёлтой прессы о колдовстве и магических способностях Романа Арбитмана им воспринимаются критически, а религиозное визионерство особо рьяных деятелей он объявляет алкогольной интоксикацией (с.47), что оставляет исследование в целом в пространстве полезного, а вовсе не сиюминутного сенсационного чтения.

Хотя Лев Гурский и перепроверяет разноречивые факты биографии второго президента России, но местами повторяет ошибки журналистов – например, цитирует белиберду из русского «Ньюсуика», выдаваемую тамошней редакцией за астрономические факты (комета Галлея прилетела из звезд созвездия Кассиопеи, с.228).

Впрочем, для биографии важна фактографическая точность, а не домыслы, и живость подачи материала не играет для историка никакой роли, ибо художественный текст живет по своим законам (взять хотя бы естественно необходимый финал для книги – в жизни страны финала нет; или такой атрибут как «главный герой» – в реальности персоны и морально-нравственный облик меняют, и в преклонном возрасте уступают место героям помоложе, хотя жить не перестает и нянчит внучков треть жизни), и с задачей фактографической дотошный Лев Гурский справился – насколько это вообще было возможно, если учесть, что личность Романа Арбитмана, вроде бы публичного политика, тем не менее законспирирована была строже, чем обстоятельства жизни Гиляровского (популярнейший репортёр XIX-XX вв., от которого остались сотни злободневных статей в прессе и большой очерк о москвичах, но история не сохранила нам даже его имени!).

Гениальность подхода российского президента Арбитмана к вызовам времени биограф Лев Гурский видит в неординарности принимаемых им решений. Если постиндустриальные США увязли в войнах за сырьё (рецидив прошлого, индустриального мира), то второй президент России смело продавал и сдавал в аренду сырьевые месторождения, в угоду будущим поколениям развивая новейшие технологии, в том числе и энергетические – «лучше потерять еще пару нефтяных месторождений, чем превратить всю нашу молодёжь в “потерянное поколение”» (с.221). В то время когда национальные правительства бились с локальными проблемами своими силами, президент России Роман Арбитман не гнушался приглашать высококлассных специалистов из лидирующих стран мира – если не знающий русского языка иностранный футбольный тренер справляется с командой из одиннадцати человек, то уж министр внутренних дел Ури Геллер, специально приглашенный из Англии, справится со своими пятью заместителями тем паче.

В книге еще много будет камео (изображение реального исторического персонажа из нашего мира – в мире параллельном, но – в другой ипостаси). Шандыбин, например, иначе как куртуазный маньерист в том мире и не изъясняется – мне кажется, он там является достойным учеником своих родителей – Егора Гайдара и Ренаты Литвиновой.

Аналогичным образом филолог Арбитман вывернул мир вверенной ему России, и прочитал книгу истории 1990-2008 гг., используя вторые, третьи и четвертые словарные значения тех же самых слов, какими описывались знаковые события последних двадцати лет.

Например, глава «Ходорковский сел» – о том как нефтяной олигарх сел в кресло министра, город Курск затопило паводком, а Бесланский взрыв – о демографическом всплеске в этом районе.

Не только в выдумывании новых космических кораблей и в этнографически точном описании инопланетных рас состоит мастерство фантаста, но и в неожиданном взгляде на привычные явления, персонажи, понятия. Высший пилотаж постмодернистской игры словами тем более полезнее милитаристических боевичков.

Цитата:

«Всего за две недели на посту премьер-министра он смог решить многое, доселе почти нерешаемое. Он, например, добился уступок по долгам Парижскому клубу (в результате сложных алгебраических подсчетов европейские финансисты вдруг осознали, что это они должны России, а не Россия им: попутно премьером было найдено новое, чрезвычайно красивое доказательство великой теоремы Гёделя)» (с.142).

Оценка: 9
–  [  16  ]  +

Михаил Успенский «Райская машина»

С.Соболев, 18 сентября 2009 г. 22:19

В литературе не так много произведений, в которых инопланетяне прилетают и спасают заблудшее человечество. У Кира Булычева есть рассказ 1989 года «Последние сто минут» — там эвакуация челоечества идёт молниеносно, выборочно, да только целью является спасение остающихся землян. В «Операции «Надежда»» Стругацкие показали последствия спасения Странниками жителей погибающей планеты. Инопланетяне Михаила Успенского эвакуируют всё человечество на его историческую родину: в далёкую высокоразвитую планетарную систему, богатую природными дарами и высокоразвитую технически цивилизацию, некогда потерявшую корабль с юнными космоплавателями, ставшими прародителями земного челвоечества. Телепортационные Узлы не справляются с воссоединением сироток земных со своими родителями, поэтому для попадания в Пай устроены очереди: пенсионеры и калеки сначала, потом граждане развивающихся и голодающих стран, безработные.. Сторонний наблюдатель поражён единодушием правительств мира развитого: в едином душевном порыве уступили свои квоты на переселение в Рай африканцам жадные потомки империалистов? Параллельно с людьми тем же транспортом инопланетяне получают особо токсичные отходы для переработки? Собственно, этим уже всё сказано и все секреты выданы, микрорассказ 1981 года Виталия Бабенко «Трудоустройство» расписан в трёхсотстраничный роман, с фирменными шутками, какие только Успенский и может наблюдать в окрестной жизни («сосут страну минетжеры, досасывают», «нежная и безответная любовь к арабам», «не трожь святое — вонять не будет»). От патриотов достанется Успенскому за то что россиян он сделал хуже немецких фашистов, от либералов — что хвалёная демократия оказалась пустышкой, от бойцов энбэпе — что не верит в их слаженность, от верующих — за атеизм, от материалистов — за мистицизм.

Надо брать пример с Романа Ильича: оторвавшись от реки повседневности пожить в тишине схрона без каких либо новостей и вернуться к людям — многие вашие инфоповоды просто бредом и пустышкой оказываются. Шаг второй, подсказывемый Успенским: действуйте, господа товарищи, действуйте. Нечего из себя небожителей корчить, затаившись в башне из дубового сруба в тихой тайге спокойствия: именно из-за такого бездействия машина продолжает катиться под уклон.

Оценка: 7
–  [  12  ]  +

Андрей Лазарчук «Мой старший брат Иешуа»

С.Соболев, 16 сентября 2009 г. 18:22

История Иудеи I в. до н.э. – I в. н.э. отличается от событий описанных в Новом Завете, на этой разнице построено не одно художественное произведение, авторы которых стремились примирить расхождения священных книг и истории, реконструируемой по другим источникам (неканонические книги; новонайденные кодексы; записи современников из соседних стран).

«Все это байки, которые сами собой возникают на базарах и углах. Они скроены на один манер, и их легко распознать: байки эти бездарны и бессмысленны, как и те, кто их выдумывает и тем более слушает» (с.322)

Один из золотых коньков Лазарчука – жизнь информации и влияние информации на мир. Две тысячи лет назад архаичные технологии распространения новостей всё равно позволяли делать из людей то врагов, то соратников, а скорость коммуникаций только играла на руку дезинформаторам, и некоторые сюжеты в книге сотканы как раз из опровержения тех или иных сплетен древнего мира.

События библейской истории живут в народном понимании своей жизнью, повторяют картины, заимствованные не из Библии даже, а из многочисленных поздних пересказов, и читатель, непредвзято знакомящийся с первоисточником, найдет массу отличий от народной традиции. Позднее, в десекуляризованном мире, чтобы как-то свести воедино события и персонажей, авторы многочисленных художественных произведений будут искать компромисс.

Михаил Булгаков примирил Иешуа с Пилатом, Николас Казандакис в «Последнем искушении Христа» – с Сатаной, Джон Бойд в «Последнем звездолете с Земли» примирил Христа с иудейскими повстанцами, Майкл Муркок в повести «Се человек» — с двадцатым веком, Илья Варшавский в «Петле Гистерезиса» – с каноном, Братья Стругацкие в «Отягощенных злом» примирили Иисуса с Иудой, Андрей Лазарчук — примирил с Иродом.

Пользуясь пониманием того простого обстоятельства, что вся записанная История есть не что иное как обвинительный приговор перед Страшным Судом, и каждый летописец мнит себя то прокурором, то адвокатом и зачастую трактует факты вольготно, Лазарчук озвучил свои версии о подлинном источнике огня сожженного Нероном Рима (с.250), об эпизоде с отрезанным ухом, повторенном в разных Евангелиях (с.233), о почетном втором имени Иисуса (с.217) и др.. Будет интересно посмотреть мнения специалистов по этим вопросам, а равно реакцию.. Для меня, профана, это всё — не более чем исторический роман со смелой выдумкой, приводящей к смене традиционных стереотипов восприятия исторических деятелей.

Стоит отметить лёгкость языка повествования. Андрей Лазарчук писал книгу от лица младшей сестры Иешуа, на закате дней вспоминающей былое. Отсюда и торопливость изложения, и стремление выдать как можно больше фактологического материала, и некоторая сентиментальность, до сей поры мало свойственная книгам Лазарчука:

«..звезды, которые висели по ночам на расстоянии всего лишь вытянутой руки, вселяли в сердца такую благодать, такой восторг перед трудами Предвечного, что молитвы сами рвались из уст и возносились к небесам..» (с.232), и за этой манерой подачи виден живой и энергичный рассказчик.

В книге будет еще много прекрасных моментов, как то проповедь бар-Аббы, выдержки из учения Ахави, проблема коммуникации молящихся с Богом (с. 59, 211-214, 261-262), и другие весьма достойные истории и притчи.

Оценка: 7
–  [  32  ]  +

Сергей Жарковский «Я, Хобо: Времена смерти»

С.Соболев, 11 сентября 2009 г. 19:04

«Я, Хобо» роман производственный, об этом говорили не раз, и в одном из слоёв книга действительно о производстве эдакого космического БАМа — тянут люди трассу, тянут телепортационную трассу из пересадочных станций как я понял. Описан самый опасный эпизод — и плечо уже несчастливое, тринадцатое, и расстояние пройдено уважительное, с метрополии не достать практически. Строят — _провешивают_ — трассу давным давно стартовав с огромным, но — конечным запасом сырья и материлов. Экономика! так мало учитывают фантасты экономику будущего, тут вот учтено, да так учтено что главн.герой именно из-неё и делает то что делает: космач-строитель вырывается назад в метрополию посмотреть кто же это такой добрый/злой отправил на смерть недрожащей рукой. Материалы-то кончаются, не все можно заново сделать, а каждая колония еще и стремится оставить себе, себе ресурсов побольше, отправив дальше по этапу людей поменьше и кораблей пожиже. В резульатет все описано с такоq дотошностью, таким сленгом, который мог быть у людей реально не видящих горизонта планетного, не вдыхавших сена свежего и кормящихся концентратами. Но у них своя богатеqшая и насыщенная жизнь людей, дело делающих и в процессе производства (строительства) кайф получающих. Космос, романтика непустого места, романтика простора. Ясно и то, что автор описывпает будни космачей без прикрас — стычки, споры, прочие подлянки. Больше опасностей, чем любования звездами, приключениями и не пахнет а пахнет смертью. Рассказы Ст.Лема о Пирксе — предтеча такого описания будней покорителей пространства в жестяных коробках.

Второй слой — это личная трагедия, оно же и приобретение нового качества персонажем. Очень неодиданно, но в рамках как раз предложенной профессиональной деятельности. Совсем третий пласт — это выход в обитаемые миры и встреча с запредельным — всё оказывается еще сложнее, чем представляется в традиции космической НФ. На этом месте прочитавшие шпыняют автору за переход от крепкой НФ — к мягкой фэнтези, но я вижу лишь каскадное усложнение смыслов новых действующих лиц романа, непередаваемых традиционными образами. Самое простейшее что видится в этом отрезке — джедаи «Звездных войн», но это только поверхностное, первое может быть впечатление....

Заранее надо сказать про экспериментальный язык — я например страниц пятьдесят просто въезжал, думал синтаксис и орфография нарочито сбиты от привычного стандарта. Но когда вживаешься в мир — язык получается органичным. Редкость у сочинителей. Как пример могу москвича Владимира Покровского и француза Бориса Виана вспомнить, они с письменным языком тоже смело обходились.

Оценка: 10
–  [  62  ]  +

Питер Уоттс «Ложная слепота»

С.Соболев, 10 июля 2009 г. 20:56

Вынос мозга. На орбиту. В хорошем смысле этого слова

В 1987 году на совещании совета писателей-фантастов и приключенцев Ю.Медедев предложил писателям четвертой волны сочинить что-нибудь о загадке планеты Плутон, а не писать едкие социальные повести и памфлеты. Вот собственно, этим анекдотом и ограничивается тема девятой планеты в советской фантастике.

Мы же посмотрим книжку Питера Уоттса «Ложная слепота» (2006).

В 2082 году вокруг Земли прорисовались зонды инопланетян. 65 тысяч зондов сразу. Но тут же вспыхнули и исчезли. В облако Оорта, что далеко за орбитой Плутона, летит корабль. (Собственно, тема Плутона в книге этим и ограничивается — канадцам тоже не интересно писать про Плутон). Экипаж – сборная солянка: филолог из четырех расщепленных сознаний, чтоб ылучше дешифровкой заниматься, профессиональный воин с прорвой роботов, биолог, у которого вся лаборатория пристроена как протез к телу, с прямой и обратной связью, человек с синтетическим мозгом – наблюдатель от спонсоров. И сверху – реконструированный генетиками вымерший разумный примат, превосходящий современного человека по всем статьям. Он командир, он капитан корабля. На пути к трансплутоновым артефактам ничего не происходит потому что полумёртвый экипаж в анабиозе; читавшие «Я, Хобо» С.Жарковского и «Летящие сквозь ночь» Дж.Мартина будут удивлены совпадениями. Впрочем, идентичные начальные условия приводят к одинаковым результатам, об этом биологи давно сказали.

Встреча с кораблём инопланетян, но не совсем встреча и не совсем корабль. Переговоры по рации с инопланетчиками, оказавшиеся совсем не переговорами. Проникновение на чужой корабль, первый физический контакт. И всё опять же – совсем не так, как в традиции. Кажется, что Питер Уоттс вывернул наизнанку все привычные схемы первого контакта – ан нет, он просто с нуля строит Контакт, опираясь на современное представление о разуме и сознании, об антропологии и культуре и о милитарных играх.

Случаи, с которыми сталкиваются космонавты в книге Уоттса, настолько сложные, что уже недоступны пониманию человеческим разумом, сформированному в условиях саванны.

Вопросы, вопросы кругом одни вопросы: бобровая плотина и плотина в Голландии служат одной цели, кто определяет тут границы разума, чем социальные насекомые отличаются от горожан, которые выступают как «временно неразумные существа».

Для лучшего понимания «Ложной слепоты» настоятельно рекомендую прочитать книжку Оливера Сакса «Человек, который принял свою жену за шляпу». Это одна из немногих, выходивших на русском языке популяризированных работ по психиатрии, на которую ссылается автор в Приложении.

Уоттс в книге четко показал границу познания, предсказал хронологический срок достижения оного предела, в очередной раз озвучил формулу вирт.существования взамен реал.жизни, указал на мозговых подселенцев, решающих задачи и проблемы лучше, чем сознательное существо. Четко отделил «разум» от «сознания». Вот в этом одна из (обидных для человека) проблем, поднимаемых в книге: почему разум без сознания работает лучше?

Оценка: 10
–  [  6  ]  +

Роман Арбитман «Пробуждение Дениса Анатольевича»

С.Соболев, 10 июля 2009 г. 10:52

Весь сюжет этого небольшого романа заключен в словах песенки А.Васильева из группы «Сплин»:

.

.

«Мой президент не пьет и не курит

Лучше бы пил и курил

Возможно, от этого стало бы легче

женщинам Южных Курил»

.

.

.

Третий (альтернативный третий? четвертый?) президент России из романа, Денис Анатольевич, неделями бухает по черному. В моменты протрезвления ему становится жутко за навороченные по пьяни дела, и он пытается отыграть назад то, что отыграть можно без потери репутации, либо следующими действиями как-то дезавуировать предыдущие решения. Такая качель полностью объясняет шаткую и диаметрально противоположную политику, которая вроде бы проводится одним человеком но по психотипу записанных заявлений в СМИ и по политическому вектору оставленных на теле конституции и уголовного кодекса законотворческих следов не может проводиться одним и тем же человеком.

Пикантность ситуации в том, что в пьяном виде Денис Анатольевич — придерживается общечеловеческих ценностей, а в похмелье — авторитарный самодур, блююйщий при слове «либеральный». Впрочем, в похмелье он тоже не особо умён и разумен: взять хотя бы его попытку ввести теократическую систему правления с целью свалить ответсвенность с власти светской — на власть клириков. Пространство решений всё равно зажато в рамках простейшего общественного сознания: ввести цензуру на ТВ — раздать оружие населению — расстрелять всех афраниусов — сослать коммунистов в Северную Корею, и президент денис Анатольевич просто мечется от одного СМИшного мема к другому, ублажая то одну часть электората то другую.

Концепция патернализма (мне сверху видно всё, и поэтому я за всех в ответе) перестает работать для систем размером больше семьи, а уж в масштабах страны стала просто губительной. Тем более губительна эта модель авторитарного управления, чем менее образован управляющий и чем менее он желает слушать специалистов. Беда некомпетенции отливается в волюнтаристских указаниях вроде снижения цены до уровня убыточности с последующим исчезновением товаров с рынка и последующим регрессом в жизни.

Как шутили в поззднем СССР, «социализм надо строить, а капитализм достаточно только разрешить». В связи с чётко обозначенным откатом к социализму в РФ, наблюдаем что и первого не строят, и второе запрещают. Пользуясь гастрономической аналогией, одними такими вот десертами сыт не будешь.

Оценка: 7
–  [  9  ]  +

Брайан Олдисс «Освобождённый Франкенштейн»

С.Соболев, 12 мая 2009 г. 17:37

Джозеф Боденленд, отставной советник президента США, попадает с плиткой шоколада и банкой пива в руке из Техаса 2020 года в пасторальную Швейцарию начала XIX века. С собой у него только наручные атомные часы и автомобиль с урановым двигателем. Сверхточные часики он задаром спихнул ленивому и нелюбознательному часовщику, а на авто разъезжает по окрестностям Женевы, то и дело рискуя попасть под гнев малообразованной публики — повозка-то безлошадная! Но швейцарцам прошлого века нет дела до чудного экипажа — по крайней мере, явных угроз по этому поводу в адрес Боденленда не поступало.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

Первые впечатления невольного хрононавта очень благостные и розовые — вкусная еда, вино, чистый воздух, — сменяются рукотворным ужасом: Боденленд встречается с чудовищем, созданным тем самым Виктором Франкенштейном. Франкенштейн, используя разрозненные части мертвых человеческих тел, отдельные мышцы, гениталии, ребра и кожные покровы создает сверхсущество, спосбоное двигаться быстро, как лошадь, переносить холод, как белый медведь, преследовать добычу, как волк. Чудовище прибило маленького мальчика, и бегает по лесам совершенно безнаказанно. Джозеф Боденленд решает его уничтожить, дабы спасти человечество от жуткого монстра.

Теперь Брайану Олдису для решения художественной задачи плитки шоколада становится явно недостаточно, и он вкладывает в руки путешественника во времени турельный пулемет и автоматический пистолет браунинг.

Скитаясь по Швейцарии, наш путешественник встречается с заносчивым лордом Байроном, слушает стихи юного Шелли, влюбляется в молоденькую Мэри Годвин (будущую Шелли) со всеми вытекающими эротическими последствиями. Попадает мужик из 21 века — в начало 19-го, и лобызается с Мери Шелли. И еще заявляет: мол, какой великолепный роман она написала! Потом еще раз с ней э-э… активно лобызается. В знак особой признательности и любви к таланту, что ли? В энциклопедии Вл.Гакова так и написано про Б.Олдиса: «большой поклонник М.Шелли». Вот такие у них, у поклонников, мечты.

Концы с концами не сходятся, Олдис пытается вывернуться, но вывернуться тоже не удается — тогда он прибегает к методу нарезки: мало того, что Боденленд один раз переместился из будущего в прошлое, пусть он теперь еще и по прошлому поскачет как зайчик!

Джозеф Боденленд мотается как лодка в водовороте — май 1816, август 1816, июль того же года — пространство—время разрушено, ткань повествования скатывается из линейного — в фрагментарное, причины идут впереди следствия, а под конец все времена перемешиваются, и бывший советник президента бросается по необитаемой тундре и вечной мерзлоте в погоню за искусственным человекообразным чудовищем Франкенштейна и его новоделанной подружкой. Погоня происходит в «угрюмых, скованных льдами краях, столь соблазнительных для романтического воображения».

Преследование чудовища и его подружки завершается перестрелкой, время рассыпается, где происходит действие последних дней романа не врубается ни герой, ни читатель, ни сам автор — мол, время разрушилось, тундра кругом и заморозки.

Портит роман и упрощенный перевод — фразы типа «время больше походит на кружной и двусмысленный рост репутации Мэри» или «Я бегу зла этого мира» явно не красят книгу.

Если первым научно-фантастическим романом принято считать «Франкештейн, или Современный Прометей» Мэри Шелли (написан в 1818), то «Освобожденный Франкенштейн» Олдиса можно назвать в таком случае последним романом жанра — настолько он скучен, невыразителен, затянут и неактуален. На весь роман одна мысль — ученый ответственен за свое любопытство. Свежо и оригинально ли это было в 1973 году, когда была написана книга?

Оценка: 4
–  [  15  ]  +

Михаил Елизаров «Библиотекарь»

С.Соболев, 23 апреля 2009 г. 20:10

Непримечательный писатель Дмитрий Александрович Громов (1910-1981) исчез из литературы бесследно, оставив после себя несколько невзрачных книжек с такими же блеклыми названиями: «Пролетарская», «Счастье, лети!», «Нарва», «Дорогами труда», «Серебряный плес», «Тихие травы». Однако в каждой его книжке заключен магический заряд: каждая его книга представляет собой незаархивированный нейролингвистический вирус, который, будучи помещен в мозг реципиента-читателя при особых условиях (непрерывное чтение без отвлечения на окружающую обстановку), пробуждает в человеке невиданные ощущения, сродни наркотическим трипам, только если В.Сорокин ограничился шуткой, М.Елизаров идёт дальше и вырабатывает жилу до подлегающей породы. Одна книга навевает яркие и сочные воспоминания детства, другая придает словам — силу убеждения, третья открывает скрытые резервы организма и тщедушная старушка способна сносить кирпичные стены. Магию громовского Слова невозможно повторить переписыванием или иным копированием книги: подделка не будет работать. По слухам, переписчик еще и оригинал лишает части мощности, поэтому нарушитель завета подлежит умерщвлению.

Вокруг случайно сохранившихся экземпляров книг Громова образуются кружки-читальни, объединения читателей сакральной Книги, скованные общностью интересов: чтение с последующим экстатическим каскадным оргазмом, поиск новых книг Громова, охрана своего караса от конкурентов.

Заведует книгами разумеется библиотекарь – не просто хранитель реликвий, но и глава этой подпольной организации, охраняющей артефакты от попыток читателей из других библиотек выкрасть Книгу. После нескольких лет смертельных боев между библиотеками количество сохранившихся книг Громова сократилось в десятки раз; не мудрено, что стоимость «лишнего» экземпляра Книги выросла до стоимости квартиры. Фанаты книг Громова образуют некое сообщество, эдакий подпольный, глубоко законспирированный Громовский Мир, со своими законами и понятиями, мир, не пересекающийся ни с миром воровским, ни с миром книголюбов, ни с филателистическим обществом, ни с толкиенистами и ролевиками – хотя и вбирающим от каждого определенные черты. От бедных ролевиков громовчане взяли привычку делать доспехи и оружие из подручного материала (кирасы из шин грузовиков, катаны из крестьянской косы, рыцарские шлемы, подозрительно напоминающие мотоциклетные), от филателистов переняли всеразоряющую страсть к коллекционированию, а от уголовников – иерархию и безусловное подчинение лидеру.

Елизаров рассказывает о судьбе одной небольшой читальни и злоключениях, выпавших на долю её Библиотекаря: козни конкурентов, битвы на ножах ради выяснения справедливости, вознесение до самых высот и низвержение в пропасть. Кодекс громовского мира не велит использовать огнестрельное оружие – читатели враждующих библиотек сходятся где-нибудь на поле под городом или в лесу, смертельно бьются шпагами, косами, ломами и кувалдами. Крюк подьёмного крана, изображенный на обложке – это оружие крановщицы Данкевич, прочитавшей Книгу Силы. Красный фон заливки – море крови, остающееся после каждой разборки читателей, поклоняющихся светлым книгам Громова. Не понятно, отчего никто не попытался отравить армию противника «циклоном Б» или еще каким зарином. Впрочем, и тех смертоубийств, подробно и с пристальным отвращением описанных Елизаровым, хватит не на один тазик блевотины. Это не единственная недоработка романа, скроенного наспех: неувязки выпирают уже с первых страниц книги. Например, описывается типичная «мамина дочка», студентка-зубрилка Мохова – учится кротко, поведение скромное, санитаркой в доме престарелых работает, парализованной бабке восьмидесяти лет книжку вслух читает – но под рукой у неё оказывается бандитская бита, обрезок высоковольтного кабеля. Откуда, зачем? На первый вопрос ответ «с потолка», а на второй — просто автору захотелось избить пару человек. И дерутся персонажи книги постоянно, потому что подраться они любят больше, чем почитать.

Человек, прочитавший книгу Громова, становится добрым, отзывчивым, мудрым и светлым, он готов изменять мир к лучшему – но в то же время он с легкостью вонзает шило в печень другого такого же читателя, прочитавшего светоносную книгу Громова в другой читальне. Это дикое противоречие, похоже, не особо заботит Михаила Елизарова, потому что роман «Библиотекарь» написан не о любви к чтению, не о ролевиках или исторических реконструкторах, не о коллекционерах редкостей, не о магии слова в конце концов. Роман «Библиотекарь» — это ксенфобская книга, подобно недавнему к/ф «Юленька», проталкивающему несложную мысль об идентичности человека читающего и сатаны: увидел человека с книгой – это враг, убей его сразу, пока он рта не раскрыл. Подобная быдлячье-гопническая позиция в отношении людей грамотных подспудно нарисована Елизаровым яркими художественными красками но явным образом не сформулирована – да это и понятно: будь у Елизарова возможность сформулировать претензии к «интеллихентам» чётче и яснее, он бы автоматически стал бы на их позицию хотя бы самим фактом наличия способности формулировать.

На четвертой стороне обложки издания написано, что «две эпохи выясняют отношения между собой», но это неправда. Нигде в книге не сталкивается мир соцреализма с миром капитализма. Есть старая протухшая эпоха Советского Союза (описываемая Елизавровым эпитетами с оттенками гнилости, упадка и разрухи, нищенства и бедноты), есть некроз СССР, есть геронтофильско-фетишисткие услады Елизарова, млеющего под песенки Пахмутовой и Добронравова, но столкновения с реальным современным миром нет и быть не может: читатели громовского мира добровольно заточили себя в скорлупу из старых плакатов и лозунгов.

Все отношения выясняются строго между группировками читателей, только между «просветленными» знатоками «громовского мира» идёт смертоубийственная война на выживание, в ходе которой читальни в буквальном смысле слова вырезаются под корень, а истекающие кровью выжившие счастливчики с вырванными наживую рёбрами завидуют своим мёртвым товарищам.

Начинается роман как интеллектуальное чтение о судьбе книг, о влиянии романов на души человеческие, но быстро (уже с тридцатой страницы) регрессирует в скандальную и эпатажную геронтофильскую боёвку с некрофильским уклоном и прочими парафилиями. Увы, автор как был описателем мерзостей, так и не смог полностью выйти из этого трэшевого амплуа. Персонажи романа (язык не поворачивается назвать их «героями») играют в жизнь, имея на руках после авторской раздачи сплошные козыри, и это произвольное авторское подсуживание еще больше убеждает меня в мысли о скучности и надуманности всей этой книги.

В самом финале, в заточении, в одиночной подземной камере, питаясь сухарями и объедками со стола дома престарелых, Библиотекарь пишет: «я любил Союз не за то, каким он был, а за то, каким он мог стать, если бы по-другому сложились обстоятельства». А нечего было их так складывать, эти обстоятельства — другим было ничуть не легче. Подобные речи смешны даже в устах адвокатов, оправдывающих преступников, выросших в неполных семьях неблагополучных районов. Евгением Шварцем ответ даден давно: « всех учили быть подлецами, но отчего же ты стал лучшим учеником?».

И тем не менее Библиотекарь продолжает беззаветно служить трупу государства, продолжает своим магическим ритуалом укреплять тоталитарное общество, ни во что не ценящее жизнь человека – да и жизнь самого Библиотекаря тоже.

Квинтэссенция мытарств и наград, происшествий и потерь явлена автором в последней, самой короткой части книги: в глубоком подвале дома престарелых, на скудном пищевом пайке и на воде, сочащейся из ржавой батареи отопления, безвылазно заперт Библиотекарь, который поочередно читает все книги Громова. Этим мистическим актом перечитывания советской галиматьи он спасет Россию от самого страшного, как ему кажется, врага – от Америки. Никакой более адекватной метафоры, никакого иного образа, ради которого человек принимает страдания, Елизаров и придумать не мог.

Воистину фантазии людей, которых пропагандистская машина обстоятельно имела в душу, представляют жалкое зрелище.

Оценка: 1
–  [  6  ]  +

Аласдер Грей «Ланарк: жизнь в четырех книгах»

С.Соболев, 15 апреля 2009 г. 14:04

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Книга четко делится на две части: автобиографичная, для усилениея эффекта доведенная до смертельного конца история художника, и события после смерти — в полном абсурда и условностей жизнь в неизвестных выдуманных местах вне времени и пространства. Реалистическая часть — выше всяческих похвал, но там нет ни грама фантастики. Как только персонаж сошёл с ума и начал бредить после смерти — тут-то всё очарование и пропадает. В итоге примерно 400 страниц полной ерунды.

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Владислав Задорожный «Защита от дурака»

С.Соболев, 27 марта 2009 г. 09:50

Один из самых сатирических романов про тоталитаризм, в котором едко высмеиваются родимые пятна социализма.

Оценка: 10
⇑ Наверх