Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «Алекс Громов» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы:  1  2  3  4  5  6 [7] 8  9

Статья написана 9 декабря 2016 г. 22:09
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Каждый месяц Алекс Громов рассказывает о 9 книгах non-fiction.


«В конце периода начала Нового времени к категории отверженных относилось приблизительно 380 000 человек. Существовали две основные группы отверженных: эта (буракумин, «деревенщина» в современной Японии) и хинин (буквально «нечеловек»)… в начале Нового времени власти провели между ними четкое различие: термином эта назывались те, кто являлся отверженным по рождению, к хинин относились люди, ставшие изгоями по роду своей деятельности».

Уильям Дил. Япония. Средние века и начало Нового времени

В книге описан почти семивековой период в японской истории, с 1185 г. (начало периода Камакура) до 1868 г. (конец периода Токугава), считаемый японским Средневековьем и началом Нового времени. Жизнь феодальной Японии показана не только сквозь призму жизни высших сословий (военного и аристократического), но и повседневного быта горожан и крестьян. Например, когда в XVI веке приготовление чая и предметы, связанные с чайной церемонией, стали средоточием эстетических воззрений высших сословий, скромные крестьянские домики и простая утварь вдохновили мастеров чая на использование для чайных собраний простой чайной керамики и хижин.

В феодальное время в Японии было четыре сословия (касты). Высшим было сословие воинов, которым управляли местные сегуны (аналог индийских раджей). Особое место в иерархии воинов занимали самураи. Сегодня традиция самураев нашла продолжение в якудза, часть которых действительно ведет свой род от воинов и правителей.  Жизнь крестьян раньше полностью зависела от сегуна. Им было запрещено касаться оружия, рис, который они выращивали, считался священным, и питались они в основном более простой пищей. Все было подчинено правилам, включая дозволенные виды одежды, утвари, расходов и доходов, поведения и т.д. Эта система сохраняла прочность вплоть до прихода иностранцев и вместе с ними — технического прогресса влияющего на кастовость. В издании рассказывается и об изгоях феодальной сословной системы, которым и посвящена первая цитата. Изгои занимались профессиями, которые не входили в систему четырех сословий, и поэтому считалось, что занятия этих людей приносят обществу небольшую пользу. К этой категории относили не только нищих, бродяг и проституток, но уличных актеров, обитавших в злачных местах – развлекательных кварталах, в которые частенько заглядывали и представители воинской элиты.

Говорится в книге о замках и самураях, основах воинского кодекса чести и образцовых воинских добродетелях, типах мечей и способах их обнажения, доспехах и сигналах для управления армией.

Отдельная тема – японские женщины, а точнее – их роль в истории и жизни: «Документов, написанных самими женщинами, слишком мало по сравнению с теми, которые были написаны мужчинами… Обычай требовал, чтобы семейства менее значительные  отдавали своих дочерей замуж в более влиятельные семьи». При этом женщин порой использовали в качестве заложников, чтобы контролировать ее родственников – врагов или потенциальных противников. Поэтому если феодал возвращался из Эдо в свои владения, то его жена оставалась при дворце сёгуна… Не забыты и гейши – вовсе не являвшиеся проститутками. Неслучайно в классическое образование гейши были включены национальные виды искусств, которыми гордятся родители, выдавая дочь замуж: игра на сямисен, танец и вокал, поэзия, каллиграфия, рисование, чайная церемония.

По дорогам Японии передвигались красочные процессии дайме (вассалов правителя), правительственные курьеры, странствующие ремесленники, торговцы, путешественники и паломники. В начале XIX века количество последних резко увеличилось – толпы людей отправлялись к священным горам и знаменитым храмам. Путешествие было единственным видом активного отдыха, доступным простолюдинам. Именно это обстоятельство объясняет моду на пейзажную гравюру. Одной из главных дорог и был Токайдо – Восточный морской путь, проходивший по побережью Тихого Океана, и связывающий Эдо (нынешний Токио)  с императорским городом Киото. Этот нелегкий путь протяженностью в 500 км пешие путники проходили за 10-14 дней, но зато могли насладиться прекрасными видами. Эстетическое восприятие гармонии, цветовой гаммы, природы, у средневековых японцев  носило созерцательный характер. Так божественна и почитаема гора Фудзияма, чья заснеженная вершина манит многочисленных паломников и пробуждает чувства обывателей.

«Представители богатых сословий предпочитали передвигаться на паланкине (каго). Это транспортное средство представляло собой переносную кабинку из дерева или бамбука на двух длинных шестах, отходящих от нее вперед и назад. Роскошные деревянные паланкины часто лакировали. Обычно паланкин был рассчитан на одного человека…»


«Так знай, что правосудность возникает из совершенства разума. А совершенство разума бывает тогда, когда он видит дела такими, какие они есть, постигая их внутреннюю истину и не обманываясь их внешней стороной. Например, отказывая правосудности ради этого мира, он должен взглянуть на то, что является его целью в этом мире: если цель в нём — поедать вкусную пищу, то он должен знать, что он — домашнее животное в человеческом облике, ведь прожорливость — это занятие домашних  животных…».

А. А. Хисматулин. Сочинения имама ал-Газали

Издание посвящено глубокому научному рассмотрению трудов известного правоведа и философа ал-Газали (1058-1111). Он был уроженцем города Тус на территории современной иранской области Хорасан. Его перу принадлежат многие труды, признанные классикой средневековой восточной философии. Ал-Газали преподавал в учебных заведениях Багдада и Нишапура, и среди его учеников были те, кто впоследствии в свою очередь стали выдающимися мыслителями. Но при этом произведения ал-Газали были переведены на латынь и обрели известно не только в странах Востока, но и в Европе, где о нем с особой похвалой отзывался Фома Аквинский.

Внимание автора данного исследования сосредоточено на работах ал-Газали, относящихся к жанру назидательной  литературы и написанных им под конец жизни, рассказывающих о том, какими нравственными принципами должен руководствоваться достойный правитель и его приближённые. Эти произведения, от небольших трактатов до коротких записок, как и переписка учёного с различными государственными деятелями, сподвижниками и учениками, анализируются  в первой части книги, среди них можно отметить такие сочинения как «Зад-и ахират» («Путевой припас для грядущей жизни») и «Насихат  ал-мулук» («Совет  правителям»). Все они снабжены подробными комментариями. Вторая часть книги посвящена текстам, авторство которых, преднамеренно или нет, было приписано ал-Газали. Наглядно показано,  как появлялись подделки под его настоящие сочинения, разъясняется, какими соображениями могли руководствоваться их авторы, а также какие случайности приводили к ошибочному определению авторства подобных произведений.

«Ануширван сказал своему сыну: «Уважай своего министра, ведь если он увидит в тебе что-то недостойное, то не станет тебе вторить». Вазир должен стремиться к добру и остерегаться зла. Если падишах добросердечен и сострадателен к подданным, то он должен помогать ему в этом. А если тот не сострадателен, то он должен незаметно побудить его встать на правильный путь. Он должен знать, что долговечность падишаха зависит от него, а долговечность мира — от падишаха. Он должен думать и поступать только во благо, зная, что он первый, в ком падишах нуждается».


«Совершенно очевидно, что Леонардо собирался написать полномасштабный трактат о живописи, и, по свидетельству Луки Пачоли, отдельные его части были завершены к 1498 году. Если это действительно так, то эти части оказались утрачены. В сохранившихся документах можно найти многочисленные наброски общего плана сочинения, зачастую не совпадающие друг с другом. Фактически все, что нам осталось от работ Леонардо, — это огромное количество записок, в основном сделанных на полях его альбомов. Они представляют собой или скопированные Леонардо фрагменты книг, или оригинальные соображения, включающие, в том числе, собственные идеи или наблюдения».

Энтони Блант. Теории искусства в Италии: 1450–1600

Автор книги — один из легендарной «Кембриджской пятёрки». В 1939 году Блант  поступил на службу в британскую контрразведку МИ-5, принял участие в военных действиях во Франции, был награжден орденом Почётного легиона и стал помощником одного из руководителей английской разведки. Рукопись этой книги была закончена Блантом в январе 1940 года в штаб-квартире Британского экспедиционного корпуса в Булони. После окончания Второй мировой войны Блант стал хранителем картинной галереи королевы, профессором Лондонского университета, членом Британской академии.

По мнению Бланта, происходившие в искусстве изменения неизбежно сопровождались и изменениями в теориях искусства, его трактовавших. Это было связано и с изменением роли художника. В XV веке мир вступал в новую эпоху – после эпидемий и войн Европа, получившая первые печатные книги, открывшая Америку, отправившая корабли к африканским и азиатским берегам, казалось, переживает полное перерождение. В это время художники перестали быть безликими членами профессиональных корпораций, обычно выполнявших заказы Церкви и государей. У них появились богатые, просвещенные заказчики, и в соответствии с их пожеланиями (и региональными «особенностями») возникли многочисленные художественные течения. Особенностью итальянского Ренессанса было существование одновременно множества художественных центров.

Но менялись не только заказчики с их «спецификой», но само отношение к искусству. «В конце Средних веков народные идеи выражались в искусстве посредством реализма, однако наивный реализм вовсе не тождественен научному реализму Возрождения или реализму, который часто встречается в сочетании с чисто средневековыми элементами фантастики и символизма, отраженной в творчестве таких художников, как Босх или Грюневальд. Поэтому в народном искусстве Позднего Средневековья следовало бы ожидать смешения идеализма и простых натуралистических взглядов».

Одна из глав – «Тридентский собор и религиозное искусство» посвящена роли католической церкви в искусстве и самого религиозного искусства, признанного еще до окончания собора (который длился с 13 декабря 1545 года  по 4 декабря 1563 года!) одним из наиболее ценных орудий пропаганды. «Отношение Церкви к еретическим картинам менялось в разные исторические периоды, однако до Контрреформации оно было на удивление либеральным. В Средние века могущество Церкви было столь велико, что она могла позволить себе подобную небрежность. Вместо того, чтобы исключать людей из своего лона, она предпочитала дозволять народным устремлениям выражать себя в широком юморе мистерий и свободном воображении готической культуры. Она позволяла представлять или пересказывать истории, даже если они были легендарными или вымышленными, при условии, чтобы они не выступали прямо против каких-то фрагментов церковного учения или практики. Та же широта взглядов отличала и эпоху Возрождения».

При обсуждении вопроса о пристойности главной мишенью стал «Страшный суд» Микеланджело. Микеланджело первым среди своих современников прославил красоту обнаженного человеческого тела — для него нагота и искусство стали равнозначными. Знание анатомии человека – вот непременное условие высокого мастерства не только скульптора, но и художника. Но никто не отменял условности – даже для гениев. Мастера, возводившего гробницу папе, руководившему строительством величайшего собора, росписью капелл, многие (и не только священнослужители) называли «изобретателем непристойности».

31 октября 1541 г. в Систинской капелле сняли леса, и папа Павел III пришел отслужить вечерню. Но верующие его не слушали – они замерли в изумлении и восторге, наслаждаясь зрелищем «Страшного суда» Микеланджело, в котором он отразил свои страхи, сомнения и свою веру. «Некоторые замечания Джилио (прим. священника и профессионального теолога) к «Страшному суду» заслуживают того, чтобы остановиться на них подробнее… Микеланджело, по его словам, изобразил ангелов бескрылыми. Некоторые из фигур развеваются ветром, несмотря на то, что в день Страшного суда ветра не будет… Фреска подверглась нападкам не только на бумаге. В некоторых случаях работе грозило полное уничтожение, и сохранить ее удалось только ценой значительных исправлений. Павел IV угрожал уничтожить фреску и в итоге повелел Даниэле да Вольтерра прикрыть некоторые фигуры одеяниями. Пий V также выразил свое недовольство, и число одежд на фреске возросло».


«Классический юродивый – это протестующий одиночка.  Такой тип обличителя вообще характерен для средневековой культуры, для консервативного, медленно меняющегося общества. Но как только в XVII в. динамизм овладел умами, как только началась перестройка культуры, юродивый перестал быть одиночкой, он превратился в человека партии, примкнув, конечно, к консервативному течению. Это произошло при патриархе Никоне. Ни один мало-мальски заметный и активный юродивый не принял церковной реформы. Все они объединились вокруг протопопа Аввакума и его сподвижников. Одиночество уже не было абсолютным…»

А.М. Панченко. Парадоксы русской истории

В издании, написанном академиком, филологом и исследователем культуры, дается подробный анализ роли как непростых и часто неоднозначных исторических деятелей, так и типажей, когда-то обитавший на Руси. Среди них особое место занимают юродивые, чье значение возрастало в кризисные для Церкви времена. Но с течением веков роль юродивого менялась. Панченко описывает, как резко  менялось отношение самого патриарха Никона к юродивым, от лояльного до отрицания юродивых как института, предвосхитив тем самым их неприятие последующим реформатором государства и Церкви Петром I. Но эта реакция царя на юродивых вполне объяснима – ведь тем не только было все равно, кого обличать, но наоборот – царя надо было обличать еще суровее, «потому что преступления царя и заметнее, и ужаснее по своим последствиям. В таком случае нравственный  по форме протест достигает максимальной социальной остроты».

Кроме того, Панченко упоминает и существовавший на Руси определенный культурный стереотип, возросший на почве фольклорных традиций. Что же было одним из черт этого стереотипа? Немного нимало, как прямой контакт царя и юродивого. Достаточно вспомнить часто упоминаемую в бытовых сказках ситуацию, когда происходит встреча справедливого царя (естественно, у которого — злые советники и жадные бояре) с простолюдином, как правило, бедным, но сообразительным крестьянином.

В чем же причина изменения отношения к юродивым царя Алексея Михайловича, славившегося своим благочестием? При нем начал меняться дворцовый быт, появился первый театр, придворные поэты. Ведь именно при его наследниках богомольцы и юродивые исчезли из государевых хором… Что представляли собой самозванцы на Руси? «...самозванство – это народная оболочка бунта. Почти всякий бунт XVII в. имел своего самозванца. Только в Смуте их участвовало до полутора десятков…».

Остановимся подробнее на самом известном и удачливом – Лжедмитрии I. 31 июля 1605 года состоялось торжественное венчание на царство Лжедмитрия I под царя «Димитрия Ивановича». Венчание проходило в Кремле – поначалу в Успенском соборе, где на голову Лжедмитрия новый патриарх Игнатий, являвшийся креатурой самозванца, водрузил венец русских царей, а избранные заранее самозванцем бояре преподнесли ему скипетр и державу. Кроме того, церемония была по «царскому» приказу продублирована и в Архангельском соборе, у захоронений «предков» Лжедмитрия, который уверял всех, что является законным продолжателем рода Рюриковичей. После вспыхнувшего через несколько месяцев в Москве мятежа и убийства самозванца начались так и не прекращающиеся среди историков споры – кем же был на самом деле Лжедмитрий? А царевич Димитрий был в 1606 году прославлен Русской православной церковью как страстотерпец, его святые мощи были признанны нетленными и перенесены в Москву, где они и пребывают в Архангельском соборе Кремля.

Лжедмитрий, по словам Панченко, относился к типу самозванцев – нарушителей канонов: «он демонстративно нарушал царский и православный этикет, т.е. вел себя как реформатор, а со старозаветной московской точки зрения как вероотступник, еретик, чернокнижник и колдун».


«Смешивая факты с клеветой и щедро приправляя их словами гнева – «вероломство», «махинации», «беспорядки», «преступления», «жестокость», «коварство», — Робеспьер излагал придуманное им видение истории жирондистов и возлагал на них всю ответственность за нынешние беды страны. В конце речи он потребовал призвать к ответу перед революционным трибуналом «таких патриотов, как Бриссо, Верньо, Жансонне, Гаде».

Елена Морозова. Робеспьер

Максимилиан Мари Изидор де Робеспьер – фигура неоднозначная: инициатор кровавого террора и борец за равноправие, снискавший себе прозвище Неподкупный.

В издании описано возвышение Робеспьера, революционные события во Франции, борьба между различными фракциями и расправы с проигравшими, многие из которых ранее были видными деятелями Французской революции.

В своей речи «О Принципах Революционного Правительства», произнесенной в Национальном конвенте 25 декабря 1793 года, Робеспьер заявил, что «теория революционного правительства также нова, как и революция, её породившая. Её не нужно искать ни в книгах политических писателей, которые не предвидели этой революции, ни в законах тиранов, которые, довольствуясь злоупотреблением своей властью, мало заботятся о её законности; поэтому для аристократии слова «революционное правительство» являются лишь предметом ужаса или клеветы, для тиранов — лишь позором, для многих людей — лишь загадкой. Эти слова нужно объяснять всем, для того чтобы приблизить, по крайней мере, добрых граждан к принципам общественной пользы.

Функция правительства состоит в том, чтобы направлять моральные и физические силы нации к поставленной цели. Цель конституционного правительства — сохранить Республику; цель революционного правительства — основать её. Революция — это война свободы против её врагов; Конституция — это режим победоносной и мирной свободы».

Затем Робеспьер провозгласил необходимость революционного террора. Одержимый манией заговоров, он обвинял англичан в подготовке подкупом восстания и клеймил своих противников как агентов иностранных государств. Сам Робеспьер продолжал разоблачать и обвинять, устраняя врагов. Иностранные газеты называли его «Максимилианом Первым». 10 июня 1794 года был принят закон «22 прериаля», устанавливающий смертную казнь по всем делам, подлежащим ведению революционного трибунала.

«Четко отработанный ритуал казни – начиная от отрезания волос в Консьержери, тюрьме, которую называли «прихожей гильотины», и до выверенного маршрута, которым телеги с осужденными следовали к площади Революции, где стояла гильотина, — напоминал масштабную театральную постановку и привлекал толпы народа… По мнению психологов, тогдашние зрители воспринимали казнь осужденного как реализацию акта справедливости и с падением ножа гильотины испытывали своеобразный катарсис… Как сказал кто-то из современников, якобинцы дали народу головы вместо хлеба. Однако любой театр может наскучить…»


«Император, брат великого князя Гуна, не разрешил великому князю опускаться до личного приема европейцев, пусть они даже до поры времени считаются победителями. Однако великий князь сам понимал, что к чему, и относил такое распоряжение своего брата к невыполнимым в реальной жизни. Он самолично подписал договоры с британцами и французами, даже заранее приехал к месту встречи и дождался лорда Эльджина. Когда Эльджин прибыл в сопровождении 400 пехотинцев, сотни кавалеристов и двух оркестров, исполнявших марши во главе процессии, великий князь Гун подошел его приветствовать, прижав сложенные руки к груди. То есть он как будто шел навстречу с равным по положению в обществе человеком».

Чан Цзюн. Императрица Цыси. Наложница, изменившая судьбу Китая. 1835-1908

Император Сяньфэн одобрил заключенные великим князем Гуном договоры Вскоре он скончался, а с регентами расправилась мать нового малолетнего императора. Почти полвека эта женщина правила из-за кулис китайской империей, проводила в стране, отставшей в развитии промышленности от Запада, необходимые реформы. В издании, основу которого положены исторические документы, содержащиеся в архивах, которые большей частью стали доступными после смерти великого кормчего, подробно рассказано о жизни императорского двора и управлении державой.

«Императрицей Цыси стала не сразу. Ее назначили наложницей весьма низкой категории. В императорском гареме существовало восемь категорий наложниц, и Цыси досталась шестая категория. То есть она относилась к низшему «сословию» (шестому из восьми). Цыси не полагалось собственной коровы… В ее расположении находилось четыре личные служанки, тогда как у императрицы их было десять в дополнение к многочисленным евнухам». В книге рассказывается об обреченной любви императрицы, войне с мировыми державами, борьбе с мятежниками, заговорщиками, японцами.

После смерти императора власть перешла к Совету регентов. Но эти восемь человек и не подозревали о честолюбии и уме Цыси, которая, рискуя жизнью, устроила государственный переворот, приведший её к власти. Одного из регентов, схваченного в постели с двумя наложницами (т.е. откровенного предававшегося плотским утехам во время сопровождения гроба императора), казнили. Двум другим Цыси приказала покончить с собой. «Для этого им прислали длинные белые шелковые шарфы, с помощью которых им предлагалось удавиться. Такое достаточно часто поступавшее императорское распоряжение получило романтическое название цыбо – «наградной шелк». Когда речь шла о смертном приговоре, такой исход считался монашеской милостью: ведь предлагалось покончить собой без публичной казни, и уход из жизни можно было обставить в частном порядке».


«После взятия Дели, столицы Магомет-Шах-Багадура (в 1857 году) в его архивах была найдена переписка, веденная им во время Севастопольской осады, с Персию относительно совокупных действий против англичан. В это же время Набоб Данди Пан, который приобрел впоследствии такую широкую известность под именем Нена Сахиба, ездил по Индии, рассказывая про неудачи англичан в Крыму. Подписка, открытая английским правительством в пользу раненых в Севастопольскую войну, получила у индусов название русской подати и, по мнению туземцев, предназначалась на пополнение истощенных сил Англии для новой борьбы с Россиею…

Нет никакого сомнения, что Англия с помощью денег будет стараться возбудить против нас Бухару, Хиву и туркмен и, может быть, южных киргизов оренбургского ведомства. Центром враждебной России пропаганды, вероятно, будет английское посольство в Персии и консульство в самом северном персидском городе Мешхеде».

«Большая игра» в Центральной Азии: «Индийский поход» русской армии: сборник архивных документов, сост. Т.Н.Загородников

В сборник в хронологическом порядке включены 156 документов из архивов, датированные 1878- 1880 годами и носившие на момент составления гриф «секретно». Первая цитата – из «Записки генерал-майора А.К. Гейнса о политическом положении и англичанах в Индии, о численности и состоянии ее войск, ее населении», датированная 3 апреля 1878 года. Но, несмотря на заявления русского генерала, вряд ли последний могольский падишах переписывался с владыкой Персии Насреддин-шахом о совестных действиях против англичан, с которыми до 4 апреля 1857 года (когда был подписан мирный договор) персы вели войну. На самом деле Бахадур Шах (Сирадж уд-Дин Абу-л-Музаффар Мухаммад Зафар) — последний падишах Империи Великих Моголов, официальный правитель Индии с 28 сентября 1837 по 14 сентября 1857 года, не имел реальной власти, находившейся в руках Британской Ост-Индийской компании. А после поражения восставших сипаев, во время которого Бахадур-шах подписал воззвание, где говорилось о восстановлении имперской власти и звучал призыв ко всем индийцам объединиться в борьбе за свою родину, британское правительство объявило о ликвидации института Могольской империи.

Английские эмиссары неоднократно наведывались в среднеазиатские ханства, собирая разведывательные данные и по возможности лоббируя интересы Британии. Развернувшееся между Российской и Британскими империями соперничество и сложная политическая обстановка в Европе, связанная с победоносной для России русско-турецкой войной 1877-1878 годов, явились причиной того, что в Российской империи было принято решение начать поход войск Туркестанского военного округа на юг в сторону Афганистана и Индии – так называемый «Индийский поход».

Судя по архивным документам, этот поход с самого начала планировался как отвлекающий англичан маневр, для пресечения их замыслов, направленных против России в Средней Азии. 20 января 1879 года датирована «Докладная записка полковника А.Н. Куропаткина по поводу депеши военного агента в Великобритании Свиты Его Императорского Величества генерал-майора А.П. Горлова». В ней будущий военный министр Российской империи пишет следующее: «Наиважнейшая для противодействия англичанам наша новая граница, по-видимому, должна заключить в районе наших владений ханство Бухарское (до р. Аму-дарьи) и кочевья туркмен с Мервом и верховьями р. Мургаба. Мы тогда примкнем нашими границами к Персии и Афганистану и будем в силах не пропускать английское оружие и инструкторов в Бухарские владения и, что еще важней, в кочевья туркмен…

Наше движение в туркменские степи выгодно для Персии и эти выгоды должны быть сознаны персидским правительством. Поэтому при наших важных операциях, по-видимому, лучше отказаться от занятия, напр., верховьев Атрека, чем дать повод Персии отнестись враждебно к нашему движению вглубь туркменских степей…

Утвердившись в Текинском оазисе, но не желая одним ударом покончить с Мервом, возможно начать подготовлять средства для борьбы с Англией путем дипломатических переговоров с Персией.

Принятая нами на себя оборона этой богато одаренной от природы полосы привела бы ее в цветущий сад. Принятие подобного взгляда Персиею было бы для нас чрезвычайно выгодным.

Обязавшись защищать Персию от туркмен, мы могли бы добыть право занять нашими гарнизонами Мешхед и Серахс».


«Большевистские лидеры охотно признавали слабую боевую устойчивость своих войск. «Революционные войска – нервные войска, способные к быстрым метаморфозам, — заявлял в 1919 г. Л.Д. Троцкий. – Их можно в короткий срок оздоровить, закалить, но в короткий же срок можно довести до распада». Сам Троцкий объяснял эту «нервность» четырехлетним сидением в окопах мировой войны, выделяя, правда, без комментариев, особую «революционную нервность». Эта «революционная» расшатанность психики развивалась, надо полагать, в ходе многочисленных экспроприаций, реквизиций, контрибуций, массовых расстрелов соотечественников, зачастую не способных даже оказать сопротивления. Реалии гражданского противостояния безжалостно срывали с войны всякий героический флер, которым обычно украшается страшное дело истребления себе подобных: речь уже не могла идти о жертвенном подвиге воина, рискующего жизнью в столкновении с сильным и опасным противником».

Сергей Зверев. Военная риторика Новейшего времени. Гражданская война в России

Если сравнить между собой речи красных и белых военачальников, то в части из них, невзирая на противоположные политические взгляды, можно найти похожие лозунги и выражения. В текст включены и биографии полководцев, и анализ их речей. «Лексика и фразеология военной риторики Фрунзе тоже представляет собой смесь из широко распространенных в советское штампов социального пафоса, вроде пресловутых «помещиков и капиталистов» и выражений, характерных для самого Михаила Васильевича. К таковым можно отнести переходящее из приказа в приказ упоминание о бое, тяжбе или счетах «труда и капитала», выражения «Трудовая Русь», «Россия труда», «сермяжная Русь». Но если сравнивать речи Фрунзе и Троцкого, то у первого – она более метафорична, поскольку чаще задействованы средства выразительности.

Разбирая военную риторику Гражданской войны, можно отменить, что советскому полководцу нужно было быть не только (и не всегда) выдающимся профессионалом военного дела, прославленным своими победами. Необходимо было и показывать близость к революционным воинам, произнося перед ними громкие речи со звонкими политическими фразами, демонстрирующими в первую очередь единство целей.

Кроме того, красным командирам необходимо было бороться с вражеской пропагандой – дабы сохранить контроль над своими войсками, часть из которых представляло собой не добровольцев, насильно мобилизованных, плохо обученное военному делу ополчение, среди которых были и представители алых народов.

7 октября 1919 года Фрунзе издал приказ по войскам Туркестанского фронта № 03587: «Вы, доблестные войска 1-й армии, многомесячными усилиями в бездорожном районе, через горы, леса, по степным степям очищали путь в Красный Туркестан, где ваши братья вели упорную борьбу за свою свободу, где был приготовлен для окруженной кольцом врагов Советской России столь нужный ей хлопок, чтобы одеть нашу пролетарскую семью… Ваш могучий дух воинов-революционеров, воинов великой Рабоче-Крестьянской Красной Армии дал вам славные победы. Вы захватили за последний месяц свыше 55 тысяч пленных, много орудий, около 150 пулеметов, большое количество военной добычи…

Свершилось! Путь в Туркестан свободен! Совет Обороны РСФСР, высоко ценя услуги, оказанные Советской Республике вашей доблестной боевой работой, постановил:

1. объявить вам в лице красноармейского и командного состава благодарность отечества;

2. выдать всему составу 1-й армии, участвовавшему в победоносном наступлении на соединение с Туркестаном, месячный оклад жалования.

Еще раз сердечно поздравляю вас с блестящим боевым успехом; твердо уверен, что вы навсегда закрепите свои победы там, в Красном Туркестане…»


«Текущее, обобщенное восприятие широко распространенной коррупции не является ни поверхностным впечатлением, ни эффектом ухудшения моральных характеристик. Это системный эффект рандомизации ценности (стоимости). Когда ценность не может больше определяться точной зависимостью от рабочего времени, ее определяющим фактором становится обман, мошенничество, насилие. Организованная преступность перестает быть беззаконным, маргинальным явлением, вместо этого она превращается в преобладающую силу развивающихся капиталистических экономик, таких как Россия или Мексика. В то же время обман легализован и организован на мировом финансовом рынке как системный элемент».

Франко «Бифо» Берарди. Новые герои. Массовые убийцы и самоубийцы

Известный итальянский философ и социолог, анализируя феномен убийств и самоубийств, рассматривает аспекты как технологически-лингвистической нестабильности, эпидемии самоубийств, социальная цивилизация, нейроэксплуатации и ловушек идентичности, объясняет роль современного западного мира, утверждая, что в 1977 г. привычные герои исчезли, переселившись в мир виртуального моделирования и нервной стимуляции. По словам Берарди, пытающегося определить состояние мира в терминах всеобщей гражданской войны, современный человек вынужден каждый день начинать с чистого листа, поскольку он  находится в состоянии постоянной конкуренции в сфере труда и языка.

Преступность стала усилителем и концентратором известности, для чего используется видео и интернет. «Поздний капитализм трансформировал военную логику мобилизации в сферу экономики: работа, производство и обмен – все превращается в поле битвы, единственное правило на котором – конкуренция. Все наши коллективные энергии служат одной цели войне всех против всех. Мобилизация уступает исступлению и в конечном итоге может привести к панике, после чего следует депрессия».


Статья написана 11 ноября 2016 г. 23:22
Размещена также в рубрике «Рецензии»

Ромео в мегаполисе, ошибка Брэдбери и мутации идеалов

(Александр Макаренко, оригинал здесь "НГ-Экслибрис")


Будущее… О нем мечтают, к нему, непременно с эпитетом «светлое», стремятся. А иногда и опасаются. Но самое главное, его часто не замечают здесь и сейчас, забывая, что Будущее – это не рубеж определенного времени, а функция, выражение нового состояния, в которое можно попасть через метаморфозы. В антологии наглядно показана именно метафизика перехода от вроде бы ощутимого Настоящего к еще эфемерному Будущему. При этом Настоящее норовит причудливо увязаться за каждым из нас.

Так, в рассказе мэтра Михаила Попова «Vale!» (в антологию также включены его «Грядущий Хэм», «Завтра волки, послезавтра – тигры», «Медвидь») вполне искренний храбрец и герой оказывается тесно связан с фантасмагорической историей таинственных охотников за сильными переживаниями. Это они были причастны к некоторым средневековым процессам о продаже человеческих душ. «За время эволюции мы в значительной мере утеряли эмоции. Особенно это касается того чувства, что вы называете любовью…» Но технологии не стоят на месте, и теперь тот, кого раньше могли одержимым обозвать, ничего не поймет и даже счастлив будет. Вот только правило бесплатного сыра применимо и здесь...

В антологию включены и тексты с «ориенталистским уклоном», что добавляет разнообразия в тематику и в стилистику. Повесть А. Санти «Между мирами» мастерски стилизована под историю удивительного странствия в поисках не только исполнения желаний, но и нового взгляда на себя и жизнь вокруг. А если, как в рассказе «Во внимание к благоразумию...» Табаи Сейеда Нассера, рассмотреть случившуюся в прошлом трагедию как столкновение представителей разных культур, персидской и русской, не с точки зрения одномоментности, но в глобальном аспекте?

В рассказах помимо элементов НФ (научной фантастики) проглядывают гротеск и аллегории, родственные революционной и постреволюционной романтике 20-х годов. Изменяются ориентиры Времени – и прежние идеалы претерпевают мутации. В рассказе Арти Д. Александер «Ошибка Рэя Брэдбери» тема запрета в грядущем обществе получает новое развитие. «У него был приятный голос, располагающая к доверию внешность, и, согласно инструкции, он был предельно дипломатичным, гуманным и понимающим. Сказывался многолетний опыт работы и ответственность «451» перед цивилизованным обществом этого города и всем толерантным человечеством в целом». Запрещенным является не наличие, но отсутствие… Чего же именно?.. Другие парадоксы бытия обыгрываются в рассказах того же автора «Аннам и Анджан, сыновья одной матери (в соавторстве с А. Санти)», «Мир до и после» и др.

Ольга Дыдыкина в рассказе «Хочу настоящее!» изображает людей, чья жизнь насквозь пронизана технологиями: «Слова явно давались ему хуже, чем цифры, – это Фил давно понял. Слов Николс стеснялся и как-то… боялся говорить долго». Но старая детская книга с картинками в итоге оказывается намного более впечатляющей, чем все телеизображения и голограммы. Тему иллюзорности многих стремлений и платы за уход от реальности рассматривает Татьяна Безуглая («Проект «Аркадия»).

Короче, Будущее не является неизбежным, но лучше к нему подготовиться, дабы не застрять в Настоящем, которое неудержимо стремится прямиком в Прошлое. 300 лет назад шекспировская история Ромео и Джульетты помимо вечной темы любви имела множество культурных подтекстов. А как эта история бы реализовалась, описано в рассказе Алекса Громова и Ольги Шатохиной «От 16 и четырех квадратов» – не в сказочном королевстве или на орбитальной станции, а повседневном мегаполисе, возникшем из нашего современного и уже в ближайшее столетие?..

Во что неизбежно превратятся торговые центры, подогревая культ покупок и развлечений? Они могут стать грандиозными и предоставлять невообразимое множество дополнительных услуг, но жажда потребления способна уводить все дальше тропой абсурда, которому нет предела в реальном мире или его цифровой тени. «Не волнуйтесь, в нашем продаваемом шкафу подсветочка есть и план выхода. У нас же не изнанка вселенной, у нас товар работает по закону!» («Примерочная» Алекса Громова и Павла Иванова). Одна из сквозных тем сборника — реклама, ее расширительная всеохватывающая функция – логическое продолжение нынешней рекламы, хоть и вездесущей, но пока не взаимопрошитой, а поэтому локальной.

Так есть ли у Будущего предохранитель? И – на случай чего? Можно ли в принципе не стать устаревшей моделью Человека и Разума? Нужно готовиться не к новым технологическим чудесам, а к новым отношениям между людьми. Из Будущего и наша современность выглядит по-другому. «Большое видится на расстоянии» – из дальней дали можно разглядеть те условности, к которым мы напрасно так крепко прикипели аналоговой душой.


Статья написана 9 ноября 2016 г. 02:42
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Каждый месяц Алекс Громов рассказывает о 9 книгах non-fiction.


«В 1767 г. король Дании впервые отправил на Восток научную экспедицию, чтобы ее члены собрали как можно больше информации, касающиеся различных отраслей знания, в том числе археологии. Ее руководитель Карстен Нибур, математик по профессии, скопировал в Персеполе множество надписей, которые впоследствии были переданы филологам… С тех пор почти все, кто посещал Восток, вносили свой вклад в изучение его руин, собирали древности копировали надписи».

Жорж Ру. Великие цивилизации Междуречья. Древняя Месопотамия: царства Шумер, Аккад, Вавилония и Ассирия. 2700–100 гг. до н. э.

Когда европейцы стали проявлять научный интерес к изучению восточных древностей? Итальянский аристократ и путешественник Пьетро делла Валле, оставивший одну из первых европейских записей о древнем Вавилоне и его «замечательные описания», побывал на персидской земле, посетив Персеполь.  Пьетро делла Валле был принят при дворе шаха Аббаса, став его гостем. Британский археолог, лингвист и дипломат Генри Роулинсон вошел в историю как дешифровщик  знаменитой Бехистунской надписи. В 1837—1844 годах Роулинсон многократно, рискуя жизнью, взбирался на Бехистунскую скалу и скопировал персидскую и эламитскую части надписи. Вернувшись в 1849 году на родину, Роулинсон через год напечатал и свои воспоминания, и саму надпись. В 1859 году он получил должность английского посланника в персидской столице, но через несколько месяцев ушел в отставку.

В тексте книги рассказывается о великих державах и их правителях, богах Шумера и шумерском пантеоне. Поскольку боги Месопотамии обладали различными статусами, то и размеры святилищ были у них разные. Часть богов – среди которых Шара и Забаба – были покровителями городов-государств. Объектами всеобщего поклонения был бог Луны Нанна, и его сын Уту. Отдельные главы посвящены эре героев, Хаммурапи и династии Саргона, величии и падению Вавилона. «В длинном клинописном тексте, составленном на трех языках: древнеперсидском, вавилонском и эламском – вырезанном на скале в Бехистуне (неподалеку от Керманшаха), чтобы увековечить память о победах Дария над врагами, сам перс рассказывает, как некий вавилонян по имени Нидинту-Бел собрал целое войско, провозгласив, будто является Навуходоносором, сыном Набонида, и захватил вавилонский престол. Дарий лично выступил против него, наголову разбил вавилонян на берегах Тигра и Евфрата и преследовал самозванца до самой столицы, где тот был схвачен и казнен».


«Старинный город на правом берегу Джамны когда-то именовали «Индрапрастха», его увековечили сказания «Пятой Веды» – «Махабхараты», как город бога гроз Индры, созданный братьями – пандавами. Один из них был Арджуна – участник легендарной Битвы Богов. Тысячелетия спустя, их потомки выстроили город на берегах двух рек Ямуны и Джамны, и также как предшественники сделали своей северной столицей. Туда позднее направились караваны шелковых путей, протянулись пыльные автострады и громыхающие железные дороги, полетели многотонные современные самолеты…»

Арти Д. Александер. Hayastan-Hindustan. Легенды и реальность

Повествование о современной и исторической Армении сочетается с новыми подробностями обычаев, истории и повседневной жизни Индии, что позволяет увидеть общие черты, казалось бы, далеких культур, в том числе говорится о том, что взаимопроникновение ювелирных тенденций заметно по старинным золотым изделиям, которые можно обнаружить в частных коллекциях и музеях. Есть некоторая схожесть национального менталитета, общие характерные черты и иногда внешнее сходство с жителями Северных регионов Индии. Так что совсем не выглядит удивительной всеобщая и непобедимая любовь к индийскому кино, причем не только у женской части населения: «…для армян это типично семейное кино, его нередко смотрят и мужчины, они даже помнят имена старых актеров и актрис».

По всему тексту рассыпаны замечательные колоритные описания и зарисовки, жанровые сценки, меткие наблюдения: «Часть районов армянских городов стремится сравняться с Европой, но окраины — типичная Азия. Ковры на улицах висят для чистки и продажи, разноцветное белье развешано для сушки, из окон и авто слышится шумная музыка, и поразительна женская местная мода подводить глаза с длинными стрелками в стиле индийских танцовщиц. Особое почитание традиций отразилось даже в неприятии американского фаст-фуда — их заменяют местные блюда, в числе которых и пресные лепешки, мало чем отличающиеся от индийских чапати и роти. Даже кушать национальные блюда в Армении принято и удобно именно руками, также как и в Индии. Еще до недавних пор таксисты Индии были известны своим желанием обмануть. Так было до тех пор, пока не появился единый тариф, с которым может ознакомиться любой пассажир. Но в Армении таксисты все еще напоминают прежних индийских и способны торговаться до последнего…»

Объектом особого внимания является армянский язык, заботливо подобранные примеры взаимопроникновения слов и понятий из персидского, санскритского и других. Видимо, свою роль играют не только общие корни, но и многочисленные заимствования, происходившие постоянно благодаря многочисленным купцам и кочевникам. Подобные явления характерны практически для всех соседствующих народов, по сути ничего особенного. Сходство можно заметить даже в привязанности к острым блюдам, правда, в Армении она зиждется на местных травах и остром зеленом перце, в отличие от популярного в Индии красного перца.

«Тараз», национальный костюм Айастана – страны с разными областями и климатическими условиями, всегда был столь же разнообразным, как региональные костюмы народов Индии. Но в настоящее время армяне надевают национальные костюмы в редких случаях, таких как фольклорные выступления и т.д. В семьях давно нет необходимости иметь такой костюм для каких-либо событий. В этом смысле тараз утратил свою значимость в отличие от церемониального индийского сари потому, что даже замуж в Армении давно принято выходить в европейских свадебных платьях. Орнаменты и узоры, представляющие собой в древности своеобразный язык, уже потеряли первоначальный смысл и существуют лишь на правах красивого декора.

«Навасард – второй новогодний праздник у армян отмечался 11 августа. Он связан с легендой о великом воине Айке. Великан Айк (или Хайк Лучник), который в Айоц Дзоре сразил в бою царя-тирана Бэла, освободил свой род и этим подвигом обеспечил свободу будущим поколениям. По легенде это событие произошло 11 августа 2492 г. до н. э. (или в XXII в. до н. э.). И это событие стало новой датой древнего календаря, став началом нового года. Название «Навасард» образовалось от слов «нав» (новый) + «сард» (год).

Свои имена месяцам, дням и часам давали не только армяне. Например, древний народ тамилы (Южная Индия) имели собственный календарь, в котором каждый Новый Год 60-летнего цикла также имеет имя».


«Очиняй язычок калама длинным и оставляй толстым. Обрезай калам под углом так, что когда нажмёшь им на бумаге, он издаст звук, подобный звону ал-Машрики. Рассказывают, что этот ал-Машрики был человеком, который изготовлял клинки предельной добротности и качества. Так что всякий, кто испытывал его клинок, обо что ни ударял, рассекал надвое; если же клинку придавали движение, то он начинал вибрировать и ввиду его крайней тонкости все слышали, как он издаёт звук».

Кази Ахмад Куми. Трактат о каллиграфах и художниках

Этот классический труд, посвященный мастерам, создававшим прославленные в веках персидские книги и превращавшим даже указы правителей в подлинные произведения искусства, был выпущен на русском языке при участии Института восточных рукописей Российской академии наук. В книге подробно рассматривается история различных почерков, применявшихся каллиграфами в те или иные исторические периоды. «До того как персидское письмо вошло в употребление и мастерская вселенной, как в нынешние времена, украсилась драгоценными каменьями письмён и диковинными узорами, существовало письмо ма‘кили, которое целиком состояло из прямых линий…».

Особое внимание в книге уделено главному инструменту мастера-переписчика — тростниковому перу-каламу, который именуется в тексте кипарисом в саду познания, ключом от врат счастья и светильником в нише стремления к знанию. Автор не только досконально точно, но и весьма поэтично рассказывает о классических почерках, их происхождении и тех каллиграфах, которых особо отличились в искусстве каждого из них. В заключительной части рассказывается о выдающихся художниках, позолотчиках и переплетчиках, биографические сведения сочетаются с притчами и повествованиями в стихах.


«Специалисты по войне на море до сих пор спорят, кто первым отказался от линейной тактики в пользу более сложных, новаторских решений. Некоторые считают, что это британский адмирал Горацио Нельсон. Другие уверены, что это Фёдор Фёдорович Ушаков. В любом случае, адмирал Ушаков – выдающийся тактик своего времени. Тактические приемы, которые применял Ушаков, — решительное сближение с противником в походном ордере, создание резерва, перемена места командующего – позволяли навязать противнику бои в невыгодных для него условиях и добиваться победы. По словам современных историков военного искусства, Ушаков – первый из русских флотоводцев, кто заявил о себе как мастер вождения флотов. Он являлся сторонником активной, наступательной тактики, хорошо водил собственный корабль, показывая пример подчиненным».

Дмитрий Володихин. Разгром турецкого флота в Лемносско-Афонском сражении 1807 года

В научном исследовании дается анализ Лемносско-Афонского морского сражения, в ходе которого русская эскадра под командованием вице-адмирала Д.Н. Сенявина нанесла поражение турецкой эскадре (под командованием капудан-паши Сейит-Али), которая лишилась даже своего адмиральского корабля. На основании архивных документов Володихин не только реконструирует те далекие события, но рассказывает о командирах русской эскадры и ее корабельном составе на 19 июня 1807 года.

В первой главе рассматривается неоднократно озвученный в военно-исторической литературе тезис – стояла ли цель соединением Сенявина, союзной эскадрой англичан, российским Черноморским флотом и отечественной армейской группировкой захватить Константинополь? По мнению Володихина, такой план в российском правительстве существовал, но в условиях шедшей тогда войны с Наполеоном, требовавшей от Российской империи все больше ресурсов, выглядел авантюрно.

В тексте уделено внимание провалу экспедиции английской эскадры адмирала Дж.Т.Дакворта в одиночку подойти к Константинополю. 10 марта 1807 года, после захвата русским десантом острова Тенедос, находившийся там турецкий гарнизон вместе с женами и детьми, был отпущен на Антолийский берег. В книге описана Лемносская десантная операция, рассказывается о корабельном составе и командирах турецкой эскадры, подробно разбирается ход битвы 19 июня 1807 года. В издание включены старинные иллюстрации, портреты российских флотоводцев, живописное изображение и чертежи фрегата «Венус», фото цитадели Лемносской крепости в наши дни.

«Едва ли Сенявин всерьез надеялся поставить точку в войне, разбив османский флот. Он прекрасно понимал, что колоссальный военно-промышленный потенциал неприятеля справится с этой проблемой. Думается, Сенявин планировал на долгое время вывести турецкий флот из игры и, что не менее важно, деморализовать его командный состав. Это были выполнимые задачи, и они в итоге оказались решены. Турецкий флот вовсе не «перестал существовать как боевая сила», но боеспособность его резко упала. Это могло бы стать серьезным шагом в сторону переговоров при общем благополучии на русско-турецких фронтах, а также благоприятной ситуации на международной арене».


«На плакате 1921 года «Зимняя распродажа» Эдварда Макнайта Коффера городская энергетика изображена при помощи абстракции параллельных линий, вздымающихся плащей и теснящихся зонтиков уличной толпы. На плакате 1926 года «На метро на летнюю распродажу» Хораса Тейлора действие перенесено внутрь помещения: женщины в шляпках-клошах и летних платьях с короткими рукавами изучают отрезы узорчатой ткани. А театральный аспект потребительского наслаждения раскрыт в плакате Альмы Фолкнер «Покажись в своем новом платье» (1928): женщина в неглиже стоит посреди гардеробной в своем пригородном жилище, она достала украшенное оборками платье из двойного одежного шкафа, как будто готовится к выступлению на сцене».

Кристофер Бруард. Модный Лондон. Одежда и современный мегаполис

Этот фундаментальный труд одного из виднейших историков моды посвящен нескольким столетиям, на протяжении которых «Лондон щепетильный» неизменно оставался всемирной столицей роскоши, изящества и стиля. Писатели разных времён и стран, к примеру, Теофиль Готье в своей «Милитоне», негодовали на модников, готовых отказаться от традиций и аутентичных костюмов ради изобретений британских портных. «Денди лондонский» был мемом для всего цивилизованного  мира. Да впрочем, и в колониях без него не обходилось — и обойтись не могло. Монография состоит из нескольких разделов, каждый из которых повествует о каком-то историческом периоде и тех тенденциях, что  проявляла в это время английская мода. Подробно и красочно описаны и нравы, и типажи.

К примеру, во времена, когда на раутах и променадах блистали знаменитые лондонские денди, обшивавшие их портные столь же исправно появлялись в свете. Автор приводит слова из «Английского соглядатая» Бернарда Блэкментла (под этим псевдонимом писал Чарльз Моллой Уэстмекотт): «Теперь совершенно невозможно наслаждаться обществом и чувствовать себя уютно на публике без того, чтобы оказаться в компании своего торговца свечами или мясника; или отправиться в приятную загородную прогулку и не встретить своего продавца льна или портного, у которого лошадь или экипаж лучше, чем у тебя... Теперь это деловой вопрос: многие из этих торговцев безделушками к западу от Темпл-бара считают, что для них следить за тем, во что одеваются люди, гуляющие в парке, а также за новыми лицами так же важно, как мне — наблюдать за фондовым рынком. Если они видят, что их клиент при деньгах и на хорошем счету, они решаются заполнить еще одну страницу в своем гроссбухе; если, напротив, тот выглядит робким, показывается только по воскресным дням и вызывает пренебрежение со стороны высоких особ — что ж, тогда они понимают, что от этого клиента пора отказаться».

Также в книге отображены: стремительное наступление демократичной моды, характерной для ХХ века; превращение жалких лавок подержанного платья во вполне приличные и даже в чем-то престижные секонд-хенды; развитие уличного стиля и популярность аксессуаров хенд-мэйд.


«Управление по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными средствами США (FDA) не испытывало никаких сомнений, развеивая эту ауру таинственности. В 1989 году оно объявило: не существует доказательств того, что находящиеся в продаже «любовные напитки» усиливают либидо. И с того времени отказывало в лицензировании сотням пищевых и лекарственных продуктов, среди свойств которых был заявлен возбуждающий эффект.

И как будто для того, чтобы окончательно убить любые романтические заблуждения, в 2006 году управление, наконец, дало временное одобрение усиливающему половое желание средству, и это средство не было ни сладким, сочным и ароматным продуктом питания, ни порошком, сделанным из половых органов крупного животного. Это был бремеланотид — название несколько более романтичное, чем экспериментальное наименование этого вещества — РТ-141. Это жидкость без цвета и без запаха, которая вводится впрыскиванием в нос».

Джил Фулертон-Смит. Вся правда о еде

Кулинарное удовольствие – что это значит? Заводит ли вас пища? Какое воздействие оказывают те или иные продукты на организм человека? Для слишком нервных и впечатлительных сообщаем: «не все заболевания связаны с питанием».  Наши доисторические предки были эгоистами и поэтому они не оставили для нас не только своих меню, разбросанных повсюду пустых упаковок от пищи, но и кулинарных рецептов. Сколько вышло книг об Атлантиде, а вот про «щуку по-антлантовски» или «спагетти по-лемурийски» так ничего и не сказано. Но зато известно, что «пища первых людей была богата волокнами, которые, как известно, снижают уровень холестерина  в крови… При таком количестве овощей и постного мяса пища наших предков была богата ненасыщенными жирами, более здоровыми, чем насыщенные жиры и трансжиры, свойственные вредной пище».

Что же произошло? Как и почему человечество стало есть «не то»?  Увы, нет злодеев и коварных заговоров по погублению человечества путем откармливания на убой. Во всем виновата экономика – после индустриальной революции в Европе и Америке (а потом – в некоторых развивающихся) странах стало сильно изменяться питание людей: уменьшилось потребление свежих фруктов и овощей, появились гидрогенизированные жиры.

Но как же жить в мегаполисе, среди насмерть замороженных продуктов, гамбургеров и вкусовых добавок и при этом правильно питаться? Можно есть меньше – поскольку часто мы едим больше того, чем этого требует наш организм.

Для этого необходимо: «1.  Прислушиваться к своему организму, подсказывающему нам, сколько пищи необходимо, а не к сознанию, которое заставляет нас подчищать тарелку.

2. Следить за тем, сколько мы уже съели, — например, не убирая немедленно со стола куриные кости или конфетные фантики. Желательно взять это за правило и вести учет, письменный или по памяти, всего того, что мы съели за день.

3. Избегать шведских столов. Мы едим больше, когда больше выбор блюд.

4. Брать маленькие порции. Размер порции часто определяет количество съестного. Самое лучшее – не покупать большую порцию, даже если это выгодно».

Теперь подробнее о самой книге. На телеканале ВВС был одноименный цикл передач, и в каждой (соответствующей главам книги) были проведены эксперименты с участием пятистах добровольцев и более пятидесяти врачей, которые и оценивали результаты. Затем Джил Фулертон-Смит, автор цикла телепередач и книги, директор научно-популярных программ BBC, дал подробные комментарии к полученным результатам. «Промышленная обработка продуктов становится обычным явлением, в результате чего из пищи удаляются волокна и разрушаются полезные для здоровья питательные вещества. С начала XX столетия наша любовь к сладкой и жирной пище в сочетании с ее возрастающей доступностью приводит к тому, что все больше и больше людей страдают избыточным весом».


«В 1893 году Персидское страховое и транспортное общество Лазаря Полякова приобрело концессию на строительство дороги Энзели-Казвин, было образовано Общество Энзели-Казвин, получившее право проложить дорогу до Тегерана и Хамадана. 77 процентов выпущенных Обществом акций, по указанию С.Ю. Витте, были выкуплены государственным казначейством. Весь контроль над деятельностью Общества Энзели-Тегеранской дороги оказался сосредоточенным в руках правительства… Особая роль принадлежит Учетно-ссудному банку Персии, созданному Я.С.Поляковым и переданным им в управление Государственному банку. В 1894 году частный банк фактически стал структурой русского Государственного банка, являясь главным инструментом для закрепления России в Персии, провозглашенного в конце 1890-х годов Министерством финансов. По предложению С.Ю. Витте были определены основные задачи банка: содействовать «развитию активной торговли русских в Персии, сбыту туда русских фабрикатов, распространению среди персидского населения российских кредитных билетов, а равно вытеснению из Персии английских произведений».

Святослав Рыбас. Заговор верхов или Тотальный переворот

В первых главах описывается состояние Российской империи в конце XIX — начале XX веков. Начавшийся промышленный переворот способствовал увеличению числа представителей образованного класса. Но перед разразившейся Первой мировой войной страна не успела завершить экономические реформы, начатые Витте и Столыпиным.

Рыбас описывает экономические группировки того дореволюционного времени: «питерские космополиты», так называемые московские «ситцевые капиталисты». Далее следует биография последнего русского самодержца и рассказ о тогдашнем дворянском сословии, для которого роковую роль сыграла реформа 1861 года, приведшая к перерождению дворян-земледельцев. Чем же объяснялось движение империи на Восток? «После поражения в Крымской войне и утраты из-за сопротивления Англии всех преимуществ, полученных после войны с Турцией, Росси повернулась в противоположную сторону от Европы».

Отдельные главы посвящены Витте, банкирам и империи на внешних рынках. Не забыты также идеология и пропаганда, описана роль военной контрразведки и высшего генералитета, финансовой верхушки Российской империи. «Петроград был переполнен мобилизованными, беженцами, солдатами, переселенцами, все резко подорожало – квартиры, дрова и уголь, транспорт, продовольствие. Инфляция сводила на нет повышение заработной платы, которая к 1917 году выросла вдвое, а цены на основные продукты питания – вчетверо. Когда была введена продажа хлеба по низким нормированным ценам, лавки с дешевым хлебом окружили длинные многочасовые очереди; хлеб раскупался мгновенно, из-за чего родились слухи о грозящей продовольственной катастрофе.

Еще добавим, что 23 сентября 1916 года правительство ввело продразверстку и установило твердые цены, по которым крестьяне должны были продавать хлеб. «Вольные» же цены в три раза превышали твердые, а цены на промышленные товары не ограничивались, что явно било по деревне; появились слухи, что скоро цены на хлеб повысятся в 10 раз; крестьяне остановили все продажи».


«Вспять можно повернуть и всю эволюцию войны, несмотря на упрочившуюся культурную практику. В доевропейские времена маори Новой Зеландии считались самыми агрессивными людьми на Земле. Четыре десятка племен постоянно совершали кровавые набеги на деревни друг друга. В племенной памяти хранились оскорбления, нападения и требования мести. Главными добродетелями считались защита личной чести и смелость. Высшим достижением – победа с помощью оружия. Специалист по первобытным войнам Эндрю Вайда считает, что главным движителем воинственности маори была экологическая конкуренция. Месть приводила к открытым войнам за земли, а затем к территориальным завоеваниям. Союзы строились на родстве. Маори сознательно и уверенно расширялись за счет территорий самых далеких в генеалогическом отношении племен».

Эдвард Уилсон. О природе человека

Один из мэтров современной эволюционной биологии, Уилсон (дважды удостоенный Пулитцеровской премии, в том числе и – за эту книгу, американский академик и основоположник теории островной биогеографии) пытается придать вполне естественнонаучную эволюционную перспективу вопросу о соотношении «природного» и «культурного» в человеке. Отдельные главы посвящены наследственности, агрессии, сексу и альтруизму.

Анализируя высшие формы религиозного поклонения, Уилсон переходит к мифам и их связующей роли в далеком прошлом, еще до появления письменности, когда охотники рассказывали священные истории о создании мира. «Сложность мифов повышалась по мере усложнения обществ. Люди повторяли сложившиеся мифы, придавая им все более фантастическую природу… Снова и снова в мифах возникала манихейская тема двух высших сил, которые борются за власть над миром людей».

Так в мифологии развивалась манихейская тема двух борющихся высших сил. Другой темой многих сложных мифологий стали апокалипсис и миллениум. «Бог монотеистических религий всегда мужчина. Эта сильная патриархальная тенденция имеет ряд культурных источников. Пастушеские общества высокомобильны, хорошо организованы, часто воинственны. Все эти черты объясняют высокий авторитет мужчин. Важно также и то, что выпасом скота, от которого зависело экономическое благополучие общества, преимущественно занимались мужчины».


«Их довольно много на планете — мужчин и женщин, молодых и пожилых, образованных и нет, жителей столиц и провинциалов. Они как будто не отличаются от окружающих, хотя это не так: у каждого вдруг пробудился дар, не поддающийся объяснению. Теперь одни умеют летать, другие — становиться невидимыми, третьи — передвигать предметы силой мысли, четвертые — предсказывать будущее. И так далее. Уникумы держат в тайне свои способности, иначе их жизнь может стать невыносимой. Окружающие начнут их бояться, правительства захотят поскорее взять их под контроль, а мегакорпорации попытаются их использовать в корыстных целях.

Ной Беннет (Джек Коулман), он же Человек В Роговых Очках, знает то, что пока неизвестно планете. У него нет сверхспособностей, зато он работает в секретной организации «Primatech Paper». Ее хозяевам известно об уникумах. А еще они подозревают, что дар у многих проснулся не случайно. В день «Икс» в час «Ч» несколько героев, обладающих сверхспособностями, могут спасти Нью-Йорк от разрушения, а горожан — от смерти. Правда, в «Primatech Paper» пока не знают подробностей катастрофы. Чтобы проследить причинно-следственные связи, агенты организации охотятся за людьми, наделенными даром, заточают их в спецлаборатории и исследуют. Это незаконно и бесчеловечно, однако наниматели Ноя Беннета и его коллег считают, что цель оправдывает средства...»

Роман Арбитман. Серийные любимцы. 105 современных сериалов, на которые не жаль потратить время

Поскольку слово «серийный» приобретает все больше негативный оттенок,  в предисловии автор подчеркивает, что стремится разрушить этот стереотип, ведь есть достойные сериалы, которые к тому же являются и своеобразными  домашними любимцами.  Описывая свои критерии отбора сериалов в книгу, Арбитман первым называет завершенность – «глупо рассказывать о том, что еще не закончено и в будущем способно изменить нашу оценку». Второй критерий отбора – время, и точкой отсчета является последний год прошлого столетия.

В книге уделено внимание малоизвестным и уже позабытым сериалам, среди которых были и необычные проекты, к сожалению, не оцененные  по достоинству почтеннейшей публикой, привыкшей к стандартным зрелищам.

Возвращаясь к «Героям», речь о которых шла в самом начале, Арбитман подчеркивает, что «вообще за последние полвека создатели комиксов (многие из которых также были потом успешно экранизированы) нафантазировали столько экзотических суперспособностей, что даже для их беглого описания понадобился бы толстенный том формата энциклопедии, а носители этих свойств смогли бы запросто населить небольшой городок.

Понятно, что всякое отклонение от нормы — готовый спецэффект, особенно при наличии умелых мастеров компьютерной графики и неплохом бюджете. А уж если героев со сверхспособностями десяток, и каждый нарушает хоть один из фундаментальных законов природы, совокупного драматургического материала хватит на сезон. Но для развернутого действа, способного увлечь зрителя как минимум на три-четыре года, мало арифметического сложения историй отдельных персонажей. Нужно нечто большее: их совместное предназначение. Тим Кринг обеспечил своим героям главное в жизни — глобальную цель, к которой они идут, поначалу даже не осознавая этого».

К достоинствам книги можно отнести не только легкость чтения (сарказм & неумолимая логика повествования) и отсутствие пересказов сюжета, но именно анализ сериала с точки зрения использованных тем (и их эволюцию), а также сходств и различий с сопутствующими сериалами. Сами выходные данные сериалов (жанр, кто придумал, кто участвует, продолжительность) занимают довольно небольшую часть объема. К ним Арбитман прилагает и «свой рейтинг» — по десятибалльной шкале и без комментариев.

Именно такое жанровое разнообразие (хотя фантастика и мистика в этой подборке занимают достаточно места) делает книгу разнообразным яством – политическая драма вполне мирно соседствует с сомнамбулистическим триллером, а комедийный детектив – с мистической драмой.

На закономерный вопрос – а зачем нужна такая книга, когда надо смотреть, а не читать? – есть закономерный ответ: одно другому не только не мешает, но даже помогает. Текст позволяет взглянуть на сериалы «со стороны», отстраненно оценивая сюжет, а не игру актеров. И, возможно, узнать для себя что-то новое.

«Грань» стала едва ли не первым фантастическим сериалом, чей основной сюжет базируется не на квазинаучных химерах, а на конкретной гипотезе, которую ученые обсуждают всерьез. Еще в 1957 году американский физик Хью Эверетт III опубликовал тезисы диссертации под названием «Формулировка квантовой механики через относительность состояний». На ее основе позднее сформулировали теорию Мультиверсума: поскольку любой конкретный выбор — кладбище нереализованных возможностей, то одновременно может существовать множество вселенных, и в каждой из них осуществлен один из вариантов этого выбора.

Понятно, что даже формат сериала не выдержал бы всех вариантов, — поэтому Дж. Дж. Абрамсу хватило Земли-2, технически более продвинутой и ведущей тайную войну против нашей Земли-1. Там, в параллельной вселенной, нью-йоркские башни WTC уцелели, а ученый Уолтер Бишоп превратился в министра обороны Уолтернейта Бишопа и сделался главным вдохновителем войны двух параллельных измерений.

Эвереттовская идея, сперва показавшаяся руководству канала FOX не слишком перспективной для ТВ, тем не менее, была воплощена на телеэкране и помогла сериалу обрести новых фанатов».


Статья написана 3 ноября 2016 г. 23:27
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Выкладываю здесь документальную часть моего обзора, опубликованного на Озоне. Кроме этого там — Терри Пратчетт «Делай деньги!», Вадим Панов, Роман Папсуев «Ириска и Звезда Забвения», Дэвид Духовны «Брыки F*cking Дент».

Энн Руни. Психология за 15 минут


Преподаватель университетов Кембриджа и Оксфорда задает и отвечает на множество вопросов, позволяющих расстаться со многими приставучими иллюзиями, как доставшимися в наследство, так и приобретенными самостоятельно. Среди них – визуальные (Руни рассказывает, как мы сами создаем образ предметов), также связанные с различными лотереями и различными мечтаниями и фантазиями, которые играют роль предохранительного клапана.

«Обычно люди переоценивают время ожидания.  Если их спросить, сколько они стояли в очереди, они оценят на 36% дольше реального. Ярость очереди – феномен, очень похожий на дорожную ярость, но ее можно сгладить, если представить людям информацию. Зная, как долго придется ждать, они с меньшей вероятностью рассердятся, если только ожидание не продлится дольше, чем они предполагали. Некоторые парки развлечений называют завышенное время ожидания аттракционов – тогда посетители будут приятно удивлены, а не разочарованы».

Насколько представители человечества объективны? В 2013 году итальянские исследователи решили это проверить и разослали фальшивые резюме, к которым приложили фотографии привлекательных и непривлекательных людей. Несмотря на то, что опыт работы у тех и других был указан одинаковый, и при том, что средним показателем по приглашениям на собеседования было 30%, привлекательные женщины приглашались на собеседование в 54% случаев, а привлекательные мужчины – в 47%. Подсчитавший убыток от внешности ниже среднего Даниэль Хамермеш из Техасского университета оценил потерю дохода в 140 000 долларов и даже предложил законодательно защищать людей с ограниченными эстетическими данными – подумайте только от чего! От дискриминации на основании их внешних данных.

Варламова Дарья, Зайниев Антон. С ума сойти! Путеводитель по психическим расстройствам для жителя большого города


Авторы, объясняя во введении, зачем они написали эту книгу, утверждают, что решили провести психологический ликбез и объяснить читателям, как же работает их психика и почему бывает, что она «съезжает с катушек».

Сведения о том, где все же заканчивается психическая норма, плавно переходят в обсуждение темы – может ли культура формировать психические расстройства. «Время от времени появляется искушение объявить какое-либо расстройство приметой эпохи. В период романтизма в моде была меланхолия (лучше всего соотносящаяся с тем, что сейчас определяется как депрессия или ее более слабая версия – дистимия), в Викторианскую эпоху всеобщее внимание приковывала к себе истерия (которая тогда еще была настоящей свалкой диагнозов), а образ современного европейца, по мнению некоторых психологов и психиатров, провоцирует развитие нарциссических расстройств (селфи-культура и соцсети порождают зацикленность на одобрении окружающих и постоянное желание сравнивать себя с другими френдами)».

Последующие главы посвящены депрессии, качелям настроения, тревожным расстройствам, синдрому дефицита внимания и прочим потенциально небезразличным жителям мегаполисов темам.

Кстати, у книги уголки – овальной формы!

Эдвард Резенфорд. Сарум. Роман об Англии


В центре Англии, неподалеку от Стоунхенджа располагается Сарум, местность, где последние десять тысячелетий сменяются народы и поколения. Спустя век после побед Юлия Цезаря Британию решил покорить римский император Клавдий. «С течением времени хитроумным и расчетливым римлянам все же удалось распространить блага цивилизации и среди населения покоренной Галлии, и на пока не завоеванном острове. Кельтские племена презирали завоевателей, но вожди кельтов регулярно получали от римских торговцев в Галлии огромные амфоры с вином, драгоценные камни и другие предметы роскоши. Кельтские правители стремились к большей власти и с завистью слушали рассказы о великолепных дворцах и виллах в столице империи».

Менялись времена и обстановка, а жившие в них люди враждовали и любили, совершали подвиги и крали, что наглядно показано в истории двух семейств. Добро пожаловать во времена викингов, крестовых походов, рыцарских турниров. Далее можно скинуться (согласно приказу королевы Елизаветы) на подготовку вооруженной борьбы с готовящимся испанским вторжением, понаблюдать битвы между войсками короля Карла I и Оливера Кромвеля, узнать, как живется бедному английскому офицеру в только что захваченной Индии и взбунтовавшейся Северной Америке. А напоследок проследить за посещением в 1985 году принцем Уэльским местного собора.

Кейтлин Плит, Энн Стикни. World of Warcraft: Полная иллюстрированная энциклопедия


Красочное издание, подробно рассказывающее об содержимом одной из самых популярных игровых вселенных, начинается с описания рас, легендарного оружия и переходит к хронологии. Далее идет повествование об Альянсе и Орде. Многие наверняка смотрели фильм «Варкрафт» и, не дожидаясь выхода следующей серии, хотели бы узнать – а что же было (или могло быть?) дальше. В книге рассказывается история Тралла – сына Дуротана, бывшего предводителя  орков клана Северного Волка. После того, как его родители были убиты, младенца Тралла нашел и вырастил человек. Тралл, выросший в плену, стал гладиатором, а потом сумел сбежать и освободить орков. Тралл говорил: «Я живу в двух мирах. Меня вырастили люди, но я родился орком, и во мне соединилась сила этих двух рас. Я знаю их обе». Став военачальником Орды, Тралл превратился в мудрого дипломата и правителя.  У него родился сын Дуран. Две последние части энциклопедии посвящены героям и злодеям Альтернативного Дренора и Азерота.

Среди колоритных персонажей – Хеминг Эрнестуэй, дворф-охотник, прошедший в погоне за новой добычей Тернистую долину, Награнд и Низину Шолазар. «Говорят, что Хеминг даже добрался на воздушном шаре в Пандарию. Путешественники повсюду встречали этого легендарного дворфа и его сына Хеминга Эрнестуэя-младшего… Он написал замечательные истории (в основном о собственных подвигах), а его самая известная работа – «Зеленые холмы Долины».

Олег Грабар. Формирование исламского искусства


Книга представляет собой впервые изданный на русском языке труд всемирно известного специалиста по истории Востока, профессора Йельского университета. Он подробно описывает общие направления, по которым развивалось искусство разных стран от Ирана и Египта до мавританской Испании. Кроме того автор анализирует множество малоизвестных, но занимательных особенностей, что может быть интересно не только специалистам, но и любителям восточной архитектуры и декоративно-прикладного искусства. Например, отмечает он, испанские образцы восточного декора отличаются от тех, что были созданы тогда же в других исламских странах, — они выглядят более старинными, напоминая об искусстве предшествующих эпох. При этом замечательные испанские изделия из резной слоновой кости выглядят не просто современными для эпохи их создания, но для них характерна яркая оригинальность. В книге уделено внимание появлению знаменитых орнаментов-арабесок: «Избыточное стало главным сюжетом художественной традиции, и по мере того, как эта традиция росла и развивалась, каждый новый мотив, даже надписи, превращались в орнамент». А стенные росписи по камню, объемные украшения из очень распространенной на Востоке штукатурки-«стука» сходны с искусством изготовления ковров и тканей: «…гирлянда из стука в виде головок в переплетающихся кругах может интерпретироваться как перенесение в скульптуру текстильных узоров». В книге показано, как искусство соотносилось с предметами повседневного быта.

Бор Стенвик. Все мы врем: Как ложь, жульничество и самообман делают нас людьми


Жила-была обычная китайская семья. Родился у них ребенок, «на редкость уродливый», и муж, почти как в сказке, обвинил в этом жену и подал в суд на жену. Выиграл  у нее 75 000 долларов – потому как она представила ему ложную информацию о себе (еще до замужества она неоднократно делала пластические операции).

На 500 страницах приводятся примеры блефа и хитрости, обмана и самообмана в окружающей жизни, от рекламы до кино. «Внутри нас словно заложен некий скрытый механизм, обостряющий наш слух всякий раз, когда мы слышим о предательстве или подделках, — иначе говоря, когда нечто выдает себя не за то, чем в действительности является. Человеческое внимание постоянно притягивали такие понятия, как настоящий, фальшивый, аутентичный, поверхностный, показуха, копия и оригинал. Все с этим связанное непременно порождает горячие споры, в которых бурно обсуждаются не только эстетические, но и моральные стороны этого явления».

По мере развития технологий возрождается надежда на новые чудеса. Неужели скоро начнут изготавливать (и продавать!) настоящий любовный напиток? Или духи с феромонами популярны лишь благодаря эффекту плацебо?

Мэтью Сайед. Принцип «черного ящика»: Как превратить неудачи в успех и снизить риск непоправимых ошибок


Рассказывая истории успеха, принято отыскивать все его составляющие. Но практически всем приходилось сталкиваться и с неудачами. Как же связаны неудачи и успех?

«Мы скрываем свои ошибки не только для того, чтобы защититься от других, но и для того, чтобы защититься от самих себя. Экспериментально доказано, что человек весьма искусно вычеркивает неудачи из памяти, как монтажеры неудачные кадры из пленки… Мало того, что мы не учимся на ошибках, мы еще и удаляем их из той официальной автобиографии, которую помним».

Уже две с половиной тысячи лет назад зафиксированы случаи клеймения за ошибки. Достаточно вспомнить о существовании козла отпущения, на которого «взваливали» все грехи и выгоняли из селения.

А ведь, как показывают опыты, группа, приученная воспринимать неудачи по-другому, привыкает решать все более трудные задачи, не избегая препятствий.

Клинт Эмерсон. Выживание по методике спецслужб. 100 ключевых навыков


Окружающий мир далек от совершенства и полон потенциальных опасностей даже для простых смертных. Поэтому стоит прислушаться к советам профессионала. На всякий случай не мешает освоить и применить самоанализ, чтобы сливаться с окружающей обстановкой, по возможности оставаясь незамеченным. Затем надо научиться правильно использовать подручные средства. К примеру, изготовить самодельный бронежилет из них. Как? Просто! «Книги в твердой обложке, типа энциклопедий или словарей, туго увязанные в пачки по две, образуют твёрдые пакеты или «пластины», которые поглощают энергию пули. Обычная керамическая плитка, примотанная скотчем снаружи, дает дополнительный рубеж защиты». Среди прочих тем – зонт как оружие самообороны (также газета и авторучка), выявление и уход от слежки, спасение от засады, утопления или из плена.


Статья написана 14 октября 2016 г. 17:42
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Громов А.Б, Табаи С.Н. Персия: история неоткрытой страны. – М.: Садра, 2016. – 494 с. илл. ISBN: 978-5-906859-47-1


Немногие державы могли подобно Персии противостоять натиску легионов Римской империи и одерживать победы. Древние персидские города, акведуки и оросительные системы даже в наши дни поражают воображение. Произведения здешних поэтов и живописцев принадлежат к вершинам культурного наследия человечества – например, классические персидские миниатюры, которые часто именуют самым совершенным из всего, что создано в мировом искусстве. Поэма великого Фирдоуси «Шахнаме» не просто являет собой обширный и красочный эпос, но и породила целый свод легенд, в том числе и ту, что повествует о властителе, оценившем каждую ее строку на вес золота. Но, несмотря на всемирную славу персидских поэтов и полководцев, история этой древней страны хранит еще немало загадок.

Фрагмент главы «Шапур I – победитель римлян»:

Шапур I стал шахиншахом и продолжил дело своего отца в расширении и укреплении державы. Сирийская хроника Арбелы гласит: «Шапур воевал с хорезмийцами и горными мидийцами в первый год своего правления и победил их в жестоком сражении. Оттуда он отправился и покорил гилянцев, деламитов и гирканцев, живущих в далеких горах вблизи Каспийского моря». Но основным противником оставался Рим. В феврале 244 года войска Шапура разбили римлян на Евфрате и в Вавилонии. Ответные военные действия на какое-то время помогли Риму отвести угрозу немедленного взятия персами Антиохи. Римский историк Юлий Капитолин в труде «Трое Гордианов» утверждал, что император Гордиан III выступил в этот поход «с огромным войском и таким количеством золота, что мог бы легко победить персов» даже с помощью наемников, не говоря уже о собственных легионерах. Однако наступление на Месопотамию оказалось неудачным, а лично возглавлявшему войска императору эта кампания стоила жизни.  

Императорский венец перешел к Филиппу по прозвищу Араб, который поспешил заключить мир с Персией, согласившись выплатить контрибуцию в 500 тысяч золотых денариев (почти 3 тонны золота).

…В конце 255 года при Барбалиссе на правом берегу Среднего Евфрата произошла решающая битва, в которой римские легионы были полностью разгромлены. После этого Шапур послал сразу две армии – одну под командованием своего сына Ормазд-Ардашира на Киликию, Каппадокию и Малую Армению, а другую лично возглавил и повел в Сирию. Персидские войска захватили и Армению, и главные города Сирии, включая ее столицу Антиохию.

Затем Шапур осадил римский гарнизон в крепости Эдесса на Евфрате. Тогда считалось, что Эдесса – самый мощный из укрепленных городов на всем Востоке. Чтобы вызволить осажденных, легионеров к Эдессе повел сам император Валериан. Однако в июне 260 года персидские войска наголову разбили римлян. Император попал в плен. Сохранился каменный барельеф, запечатлевший его на коленях перед персидским царем. Валериан провел в плену два года и умер. Вместе с ним в плен попало множество солдат. По распоряжению Шапура силами пленных был построен в Персии новый город Гондешапур, а также огромную плотину и мост у Шауштара (ныне Шуштар на юго-западе современного Ирана), которую царь Шапур повелел именовать Банд-э-Кейсар — «Дамба Цезаря». Фрагменты этой ирригационной системы сохранились до наших дней.

Фрагмент главы «Искусство эпохи Сасанидов»:


С персидскими коврами и их орнаментов связана легенда о принце, который умел ткать ковры, и, будучи захвачен разбойниками, сумел убедить их, что продавать сделанные им ковры будет выгоднее, нежели убить пленника. Однако в узорах ковров он зашифровал свою историю и призыв о помощи, поэтому вскоре был спасен.

Действительно, орнамент на персидских коврах никогда не бывает случайно расположен – он определяется как давними традициями, так и замыслом мастера, вкладывающего в произведение определенный смысл. В центре ковра находится медальон, обычно похожий на большой раскрывшийся цветок, остальные детали располагаются вокруг него в строгом порядке. Медальон обычно понимают как знак всевидящего ока Всевышнего и напоминание о присутствии Божества в этом мире.

Узор из стилизованных роз символизирует человеческую жизнь, а охотничьи сцены – на самом деле считаются символами вечного райского блаженства. Древним и неизменно популярным был орнамент в виде золотисто-бежевых чешуек – махи. Существует старинное персидское поверье, что в лунные ночи рыбы в озерах поднимаются к поверхности, чтобы полюбоваться светом луны, и вся вода покрывается узором из их чешуйчатых спин.

Фрагмент главы «Финкенштейнский договор»:


4 мая 1807 года в Финкенштейнском дворце графов Дона был заключен Финкенштейнский договор, подписанный Наполеоном и персидскими послами, представлявшими владыку Персии Фетх-Али-шаха. Этот союзный Договор был де-факто инициирован императором Франции и направлен против Российской и Британской империй.

Договор состоял из преамбулы и шестнадцати статей, и провозглашал «мир, дружбу и союз» между шахом и Наполеоном, который не только гарантировал Персии неприкосновенность ее тогдашней территории, но признавал Грузию, уже входившую с состав Российской империи, законно принадлежащей шаху. В тексте указывалось, что французский император предоставит представит шаху необходимое количество пушек и ружей, а так же офицеров различных родов войск для проведения модернизации персидской армии – «согласно принципам европейского искусства». По договору Фетх-Али-шах брал на себя обязательство порвать с Британской империей все политические и торговые сношения, и, объявив ей войну, отозвать персидского посла из английских владений в Индии и не допускать на персидскую землю британских представителей и агентов.

Помимо этого, согласно статье № 12 договора, Фетх-Али-шах обязался обеспечить свободный проход через Персию французской армии, если повелитель Франции отправит ее в Индию.

… В день подписания декрета о миссии в Персию Наполеон отправил послание главе своего внешнеполитического ведомства князю Талейрану, в котором обратил его внимание на вопросе оказания персидскому шаху  военной помощи против России.

Французский император предлагал князю сообщить главе персидского посольства, что Франция готова направить в Персию помимо десяти тысяч ружей, пушек и канониров, в октябре 1807 г., морем, отряд в полторы тысячи человек, чтобы сделать «громадную диверсию против России». Этот отряд под командованием Гардана в дальнейшем должен был развернуться в корпус численностью двенадцать тысяч человек.

Фрагмент главы «Ван Хельсинг в Персии»:


Свидетельством того, насколько усердно британцы вели пресловутую Большую Игру, может служить путешествие венгерского востоковеда Арминия Вамбери предпринятое им в первой половине 1860-х годов. Он, переодетый дервишем, побывал в Бухарском и Хивинском ханстве, и дважды – в Иране. Казалось бы, главной его целью было именно этнографическое изучение стран, городов и образа жизни людей. Но в 2005 году Британский национальный архив рассекретил документы, из которых стало ясно, что Вамбери был агентом английских спецслужб.

…Среди фактов биографии Арминия Вамбери есть и такой – он был хорошо знаком с писателем Брэмом Стокером и, по свидетельству современников, именно он, один из первых европейцев, совершивших столь протяженное путешествие по Персии, стал для создателя «Дракулы» прообразом профессора Ван Хельсинга.

Оглавление

Часть 1. ОТ НИЛА ДО АРАРАТА

Кир Великий

Спасенный мальчик

«Называли его Отцом…»

Владыка множества земель

Покорение Вавилона




Страницы:  1  2  3  4  5  6 [7] 8  9




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку


Количество подписчиков: 38