Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «Алекс Громов» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8 [9]

Статья написана 24 июля 2016 г. 11:46
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Чтобы скоротать время до очередных «9 по 9», выкладываю здесь документальную часть моего обзора, опубликованного на Озоне. Там есть еще одна книга, но это уже роман :-)

Алексей Баталов. Сундук артиста


Алексей Баталов — не только великолепный артист, игра которого восхищала (и восхищает до сих пор!) поколения отечественных телезрителей и театралов. Он сродни тем самым легендарным людям Возрождения – актер, режиссер, сценарист, педагог, художник и сказочник. Об этом и многом другом, встречах с великими поэтами и прославленными товарищами по сцене и кино, малоизвестных подробностях съемок легендарных кинофильмов рассказывает эта книга.

После рождения сына родители будущего актера получили служебную комнату прямо на территории Художественного театра. По словам Баталова, и первая его работа оказалась связана со сценой: «Осенью, перед открытием сезона, нас – ребятишек, живших в этом дворе, посылали под сцену вылавливать кошек, которые находили там прибежище в то время, когда театр уезжал на гастроли или труппа уходила в отпуск. Любому, кто работал в театре, известно, что нет ничего страшнее для исполнителя, чем кошка, неожиданно появившаяся во время спектакля на сцене, поскольку в то же мгновение все внимание зрителей переключается на нее. Потому что, сколько бы ни страдали Ромео и Джульетта, публике гораздо интереснее, как к этому относится кошка…».

Детство и юность Баталова проходили среди тех, кого теперь принято называть классиками и живыми легендами. Ему довелось жить по соседству с Мандельштамом, Ильфом и Петровым, Мате Залкой. Он обучался живописи у замечательного, хотя и не признанного властями художника Фалька. Великая Анна Ахматова позировала Баталову, а потом приютила его, уже блеснувшего актерским талантом, — после съемок фильма «Дорогой мой человек» — в своей ленинградской квартире и посоветовала после обучения на Высших режиссерских курсах выбрать в качестве дипломной работы «Шинель» Гоголя.

Баталов рассказывает о работе над фильмами, ставшими классикой советского кинематографа («Дело Румянцева», «Девять дней одного года», «Три толстяка», «Москва слезам не верит»). На съемках фильма «Звезда пленительного счастья» в сцене гражданской казни декабриста Трубецкого, которого играл Баталов, над головой героя ломали шпагу, но ее плохо подпилили и в итоге ломать пришлось по-настоящему, осколки поранили артиста до крови.

В книге есть не менее интересные истории об, увы, не состоявшихся проектах. «На Московском кинофестивале с фильмом «8 с половиной» впервые появился итальянский режиссер Федерико Феллини. После показа его фильма меня с ним познакомила его переводчица. Оказалось, что он видел «Даму с собачкой», и наш первый разговор, таким образом, был об экранизации русской классики. Когда он спросил, чем я сейчас занимаюсь, я ответил, что хочу попробовать сделать картину и работаю над «Вешними водами» Тургенева». Баталову поступило предложение начать совместную работу с известным сценаристом Энио де Кончини, но проект не состоялся. Хотя актеру, по его собственным словам, повезло – Феллини разрешил присутствовать на съемке фильма «Джульетта и духи».

Одной из самых трудных своих съемок на натуре Баталов называет телевизионный проект «Прогулки по Москве», потребовавший настоящих исторических знаний – причем съемки «проходили в тех местах, где не каждому москвичу суждено побывать».

Помимо увлекательной манеры рассказчика, достоинством издания являются иллюстрации. Среди них – архивные фотографии, кадры из фильмов, репродукции работ Баталова-художника.

Дмитрий Володихин, Наталья Иртенина. Хранители старины. Древние города России


Самое распространенное описание старинных русских городов чаще всего строится по нехитрой схеме, описывающей эволюцию могучих крепостей, внутри и рядом с которыми шли жестокие битвы, до тихого провинциального городка, иногда озаряемого отблесками былой славы. В каждом из очерков этой книги авторы стремятся рассказать о мифе того или иного города, его неповторимом образе, природной индивидуальности.

Так, начинаясь со Старой Ладоги, повествование переходит к Суздалю и Ростову Великому, где в XVIII веке возникла своя финифтяная школа. «Финифтяники изготовляли эмалевые миниатюры для украшения церковной утвари, облачений, икон, книжных окладов. Позднее мастера стали работать также на массового покупателя и по светским сюжетам. Ростовская финифть здравствует и поныне».

Про заповедные леса Мурома пел Владимир Высоцкий, неподалеку пролегал Волжский торговый путь «из варяг в арабы». Из различных произношений прозвища легендарного русского богатыря Ильи – Муравленин, Моровлин, Муравец – до наших дней дошло одно, самое звучное – Муромец. С городом связана и история любви князя Петра и простой девушки Февронии. А Звенигород тесно переплетен с загадкой Андрея Рублева.

И как трудно сейчас представить, что всего несколько веков назад Переславль-Залесский и Галич (и не только они) были соперниками Москвы за право стать столицей Руси…

В главе, посвященной Изборску, описывается, как этот город стал «пригородом» Пскова. «Это была небольшая крепость,  чьи размеры ограничивались размером озерного мыса. Но стояла она на важнейшем направлении, прикрывая с юго-запада Псков. Словно готовясь к отражению близкого уже «натиска на восток» немецких крестоносцев, Изборск защищает себя каменными крепостными стенами с одной башней и потайным ходом для вылазок на врага… Первые боевые испытания в войне с немецкими рыцарями, обосновавшимися в Прибалтике, окончились для Изборска неудачно. В 1233 и 1240 годах немцы брали его штурмом, во второй раз ту же участь разделил и Псков. Однако к началу столетия возможности для обороны крепости были исчерпаны. Изборский посланник по имени Шелога вместе с жителями решает перенести город на новое место,  начать строительство его с нуля. Неподалеку, в полутора километрах южнее, располагалась Жеравья гора — Журавлиная. Холм, стратегически более выгодный, удобный и просторный. На нем сразу заложили крепость — первой каменной постройкой стала башня с ласковым именем Куковка (или Луковка)».

Заключительная глава посвящена Москве – прежде всего, возведенным после окончания Смутного времени храмам и дворцам. Кремль тогда представлял собой «невиданно сложное переплетение свежесрубленных хором, малых церковок и великих соборов, расписных беседок, крытых переходов, прудов, водовзводных башенок». И это многообразие купалось в зелени, в цветах, в пении птиц…

Ориентализм vs. ориенталистика. Сб. статей. Отв. ред. и сост. В.О. Бобровников, С.Дж. Мири


Современная научная литература способна быть не только содержательной, но и захватывающе увлекательной, прекрасным примером такого замечательного сочетания является этот сборник статей известных зарубежных и отечественных ученых, выпущенный при участии Института Востоковедения РАН. В нем рассматривается множество вопросов, посвященных отношениям Востока и Запада в разные времена.

Например, — отличия образа Востока в классической и современной ориенталистике, роль самого понятия «чужаков» в империях колониальной эпохи, в том числе инородцев и туземцев в Российской империи. «В российском продвижении в Азию Достоевский видел громадный политический смысл. В «Дневнике писателя» за 1881 г. он писал, что нельзя забывать о том, что «русский не только европеец, но и азиат», обвинял общественность в том, что она до сих пор считает, что «Россия до Урала, а дальше мы ничего знать не хотим», не желает интересоваться азиатскими делами…».

Впрочем, достаточно часто эти самые дела вызывали в российском обществе, наоборот, повышенный интерес. Так, к примеру, «популярные журналисты А.В. Амфитеатров и В.М. Дорошкевич, используя сказочные аллегории о русском мужике и Змее Горыныче (русская транскрипция китайского Дракона!), обвиняли иностранцев в провокации, которая втянула Россию в 1900 г. в китайский конфликт…»

Также рассматриваются малоизвестные аспекты влияния, которое цивилизации Востока оказали на Европу. К началу крестовых походов византиец чувствовал себя гораздо комфортнее  в Дамаске, Багдаде и Каире, чем в том же Париже и Риме. В чем же благо крестовых походов? Для европейцев — во многих прогрессивных новшествах, в том числе — в повседневном обиходе. «Европейские рыцари полюбили мягкие и красивые восточные одеяния, сменившие их грубые одежды, ковры, которыми украсили свои жилища, переняли производство многих изящных тканей, которые до сих пор называются по-арабски. На Запад попали восточные геральдические знаки, арабские музыкальные инструменты и другие атрибуты ближневосточной культуры». Заодно можно вспомнить, что к нечаянными последствиям походов относиться то, что в Европе стали использовать почтовых голубей, выращивать новые сельскохозяйственные культуры и носить бороду похожего на восточный фасона.

Более того, отмечается в книге, тема крестоносцев и сейчас способна обретать актуальное обличье: «Неудивительно, что Ван Хельсинг, преследующий Дракулу, похож на рыцаря-крестоносца, поскольку, по сути, это современное прочтение крестовых походов...». Кстати, само название «крестовые походы» появилось не раньше XVIII  века и поначалу использовалось очень эпизодически, а широкую известность получило только в конце XIX века.

Уитни Филлипс. Трололо: Нельзя просто так взять и выпустить книгу про троллинг


С троллями на просторах интернета сталкивались многие. И часто это было весьма неприятное знакомство. Что же такое троллинг, как вести себя с троллями и – как не стать одним из них? В книге разбирается,  как интернет-тролли вписываются в массовую культуру, приспосабливая и превращая в свое оружие множество элементов этого самого масскульта. «Подобно мифологическим культурам трикстеров, чей отказ от морализаторства заставляет зрителей самих осмысливать произошедшее, действия троллей подчеркивают наиболее противоречивые, неоднозначные аспекты доминирующей культуры. Одни тролли производят впечатление социопатов, другие кажутся политически мотивированными, и многие кажутся политически мотивированными социопатами…».

Касаясь истории термина «тролль», надо подчеркнуть, что представители этой субкультуры считают первым троллем (которому заодно и приписывают первое описание методики троллинга) древнегреческого мудреца Сократа, автора «сократовых парадоксов», проговоренного афинском судом к смерти. В современных исследованиях показано, как образы античности соотносятся с ландшафтом цифровых медиа. В Европе слово «тролль» в современном интернет-значении было в ходу уже в 1992 году, а в 1998 уже появилось первое посвященное им исследование.

Кстати, само понятие «мем» было придумано Ричардом Докинзом еще в далеком 1976 году. Но именно в среде троллей «мемы составляют целостную систему значения: мемы имеют смысл только в привязке с другим мемам и позволяют участникам говорить ясно и последовательно с другими членами группы (отсекая тех, кто не входит в группу)».

Анализируя сообщество троллей с точки зрения этнографа, Филлипс обращает внимание, что большинство из них – мужчины, а среди тех, с кем она общалась, и кто утверждал, что в реальной жизни является женщиной, поведение было таким же сексистским, как и поведение троллей-мужчин. «Желание изобразить поведение троллей в исключительно в черно-белых тонах понятно.  Безусловно, будь все так однозначно,  нам было бы легче…. Тролли могут быть хорошими, и тролли могут быть плохими». Какое общество – таковы и его тролли. Неслучайно одной из тем книги стали трагедии, а именно – действия троллей, связанные с памятными страницами, и медиабизнес на катастрофах.


Статья написана 14 июля 2016 г. 12:05
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Каждый месяц Алекс Громов рассказывает о 9 книгах non-fiction.


«Для всякого бедствия человек всегда ищет козла отпущения, и Средневековье не составляло исключения. Человеческая жертва нужна была для эфемерной разрядки напряжения, хотя она не могла истребить зла… Особенность средневекового сознания состоит еще и в том, что козла отпущения в таких ситуациях искали и в самих себе, причем доходили в этом самобичевании до крайностей».

Олег Воскобойников. Тысячелетнее царство (300-1300). Очерк христианской культуры Запада

Какое оно, реальное Средневековье, полное рыцарей (и регулярной резни), прославленных мудрецов и безжалостных фанатиков? Насколько Средневековье отличается от Сейчас, если «вычесть» из последнего передовую технику? Сравнивая стереотипные представления о том далеком времени культуры и бескультурья, что и делает автор в самом начале книги, можно получить весьма занятную картину, а заодно и подумать, каким увидят наше время далекие потомки.

В издании рассказывается о языческой религиозности поздней античности, святом Августине и трудах и днях блаженного Иеронима, уделено внимание истории ангелов, роли демонов и магии и изменениям в топографии потустороннего, особенностях схоластического мышления, свободе и правде в средневековом искусстве.

Отдельный раздел посвящен астрологическому способу мышления: «Средневековье долго боялось серьезной математики, пока этого не потребовала городская экономика. Вместе с числами боялись и астрологии, которая должна была оперировать геометрией и арифметикой. Она нуждалась в рекламе. Замечательный образец такой рекламы оставил для нас Петр Альфонси. Около 1116 г. он перевел астрономические таблицы, Зидж аль-Синдхинд, аль-Хорезми (ок. 830). Впервые латинский Запад получил полноценное описание движения планет, к тому же адаптированное… В XII в. еще рано говорить о «профессии» астронома/астролога, но под влиянием арабской традиции в это время уже начали формироваться представления о специфическом «профессиональном» кодексе: в середине столетия Раймунд Марсельский в «Трактате об астролябии», одном из самых ранних профессиональных астрологических текстов средневекового Запада, предложил набор необходимых астрологу качеств, которые учитель мог воспитывать в ученике. На протяжении всего Средневековья «Комментарий на Сон Сципиона» Макробия оставался авторитетной «ссылкой» для всякого, кто хотел показать, что он знаком с «настоящей» астрономией, хотя античная астрономия, как известно, передана в этом памятнике V в. довольно поверхностно».


«Между тем с конца XVII века главным «мотивом времени» становится грех стяжательства: и в практике волшебника, и в литературной традиции появляется новая сфера демонической магии – призывание беса для поисков богатства и знатности. По тому, как в 1750-е гг. волшебники Сарычев (из дела Петра Салтыкова) и Марк Тихонов Холодов легко преобразовали заговор от лихорадки или от порчи в заговор для выигрыша в карты, очевидно, что магическая практика быстро адаптировалась и в этой сфере к демоническому обслуживанию греховных страстей. Аналогичный процесс с конца XVII в. происходил и в Западной Европе, где «дьявол» сохранял значение прежде всего в ритуалах и заклинаниях искателей кладов и богатств (у мужчин) и любовной магии (практикуемой на юге Европы женщинами и мужчинами)».

Елена Смилянская. Волшебники, богохульники, еретики в сетях российского политического сыска XVIII века

Лучшие материалы для изучения случаев колдовства прежних эпох – это судебные процессы. На основе почти шести сотен судебно-следственных дел за неспокойный XVIII век разбираются случаи ворожбы, кощунства и применения (и даже попыток) всевозможных снадобий, и магических средств (большинство которых так или иначе рекламируются и поныне).

Помимо простого крестьянского люда, отчасти склонного к суевериям, в заказные ими чудеса верили и персонажи образованные. Так в 1774 г. Иван Соколов, обучавшийся в Московском университете и в Академии художеств, был схвачен со списком заговора, где фигурировали имена его высокопоставленных «начальников». В сентябре 1754 г. под подушкой императорской кушетки были найдены странные корешки с намотанными на них волосами. В 1756 г. в доме «гостиного внука» Петра Филатова, несмотря на европейское обустройство, в кофе дворовая женка подсыпала магическую соль.

«Магические средства – «недействительные» для рационального «просвещенного» сознания – оказываются тем действеннее, чем сильнее верят в их силу. Описанные случаи – лучшая демонстрация того, что страх перед магией испытывают все поголовно. Например, во многих случаях у помещиков, подозревающих волшебство крепостных, опасение быть испорченным затмевало имеющий рациональную основу страх «быть отравленным»».

Но в тоже самое время магия становится прибыльным мошенничеством, а цена магических услуг зависела в первую очередь от социального положения заказчика.


«Принципы построения армии на основе всеобщей воинской повинности после разгрома левых эсеров утвердил ставший после ареста левоэсеровской фракции «большевистским» V Всероссийский съезд Советов.  10 июля в выступлении на заседании съезда Троцкий определил армию как «строго централизованный аппарат, тесно связанный нитями со своим центром», и указал на необходимость установления строгой субординации  стройной системы местных военных органов. Нарком признал необходимым, «чтобы каждый комиссариат хорошо помнил свою иерархическую зависимость от комиссариата, стоящего над ним: волостной от уездного, уездный от губернского, губернский от окружного, окружной от центра – от Москвы».

Сергей Войтиков. Армия и власть. Корнилов, Вацетис, Тухачевский. 1905—1937

Сколько может власть в стране без контроля над армией? 5 мая 1905 г. был сформирован  постоянный Совет государственной обороны под председательством великого князя Николая Николаевича Младшего – дяди Николая II. Именно Николая Николаевича и можно назвать первым реальным претендентом на военную диктатуру в России XX века.

После прихода к власти большевиков нужна была новая армия, при создании которой необходимо была не добровольность, а мобилизация. 29 июля 1918 г. на объединенном заседании ВЦИК и Моссовета именно Троцкий сделал доклад «Социалистическое отечество в опасности».

Гражданская война закончилась, с мировой революцией у большевиков тоже не получилось и началась внутренняя борьба за власть. «После смерти М.В. Фрунзе (1925), к которому М.Н. Тухачевский относился с искренним уважением и который неизменно способствовал продвижению будущего маршала, последний, как склонны считать Ю.А. Щетинов и Б.А. Старков, «сам стремился занять… ответственный пост» председателя Реввоенсовета СССР. Да и назначение К.Е. Ворошилова председателем Реввоенсовета СССР не могло восприниматься как нечто окончательное, не подлежащее перерешению: уж на что Л.Д. Троцкий считался в партийной массе «вождем Красной армии», и то, когда это понадобилось «товарищам» по Политбюро ЦК РКП(б) в ходе противостояния с Левой оппозицией, его без особых трудностей сняли с поста по военным и морским делам и председателя РВС СССР и заменили на М.В.Фрунзе. К.Е.Ворошилов, в отличие от первого председателя РВС СССР, в узкую группу вождей не входил и даже не был к ней близок – в отличие от второго, о чем в руководящем ядре партии все были прекрасно осведомлены. В 1925 г. никто не мог заглянуть в будущее, но сейчас всем известно, что за допущенные просчеты К.Е. Ворошилов был все же снят (правда, значительно позднее) с поста высшего руководителя Красной армии и в конечном итоге занял «ответственный» пост «главы» Советского государства – председателя Президиума Верховного Совета СССР». Но бывших военспецов,  многие из которых и обеспечили победу над белыми, как и геройских красных командиров, ожидали безжалостные жернова Большого террора.


«В каждом американце, не забывая о союзнических отношениях, советские офицеры и генералы обязаны были видеть военных разведчиков. Характерны в этом отношении указания, направленные заместителем начальника Генерального штаба Красной армии генерал-полковником А.И. Антоновым начальникам Импортного управления ВВС и Отдела внешних сношений НКО в самый разгар войны – 7 июля 1943 г. – после посещений советских авиационных частей американским капитаном Риккенбеккером и британским полковником Чешером: «Маршал Советского Союза Василевский неоднократно давал указание всячески ограничивать возможности иностранцев, в том числе и союзников, изучать наших людей и вести разведку наших войск и, если эти указания выполняются в Москве, то грубо нарушаются на местах. Это объясняется тем, что игнорируя поездки иностранных представителей в войска, мы, полагаясь на самостоятельность местного командования, не определяем здесь, в Москве, детальный план показов и кто должен встречать и общаться с иностранцами в войсках…».

Андрей Почтарёв. Морские секреты Второй мировой. Военно-морское сотрудничество СССР и США

Как советское правительство сотрудничало с союзниками, и в чем выражалась их помощь? В технике, снаряжении, боеприпасах, и продовольствии. Среди поставленных по ленд-лизу из США истребителей самыми массовыми были П-39 «Аэрокобра». Для авиации ВМФ Советского Союза было поставлено 691 самолет. «Аэрокобра» использовалась как для сопровождения и прикрытия бомбардировщиков и торпедоносцев, прикрытия кораблей конвоев, баз, так и ведения воздушной разведки. В СССР в годы Великой Отечественной войны сложилась своеобразная система доводки используемых самолетов союзников в местных условиям.

В помощь советским морякам союзники присылали и своих  специалистов. «29 октября 1943 г. на Северный флот в Мурманск в составе одного из тральщиков ВМФ СССР, принятых в США, прибыли 2 американских военно-морских офицера —  специалиста по минам — старший лейтенант Вильям Хатч и лейтенант Вильям Лексоу. Уже в ноябре того же года в Управлении тыла СФ они провели учебные занятия с советскими офицерами по изучению американских мин. До мая 1944 г. американцы оказывали помощь североморцам в вопросах эксплуатации и применения на флоте мин США. С 29 февраля и по май 1944 г. в Мурманске с этими же целями находились еще два представителя ВМС США – коммандер Р.П. Эрдман и лейтенант Б.Ф. Грин».

В конце сентября 1945 г. представили Морского министерства США предложили наградить американским орденом «Легион достойных» часть командования ВМФ СССР. После корректировки списка кандидатов в ВМФ СССР в нем значились 14 человек, среди которых был нарком ВМФ Кузнецов, командующий СФ адмирал Головко, начальник штаба морского оборонительного района СФ контр-адмирал Боголепов и начальник штаба СФ вице-адмирал Платонов. Но из-за «холодной войны» награждение адмиралов и офицеров уже не состоялось.


«Притча, которая  предлагает человеку посмотреть на жизнь не со стороны сиюминутной корысти и выгоды, а с точки зрения цели всей своей жизни, ее предвечного смысла! Для чего, собственно, человек приходит в этот мир?»

Дмитрий Щедровицкий. Слушая Нагорную проповедь

А ведь каждый человек – неповторимая личность, главное, чтобы и в других сумел эту неповторимость рассмотреть. Нелегкая задача! Книга, написанная специалистом по библейским текстам и переводчиком с древних языков, позволяет читателю понять, как именно звучали, к примеру, знаменитые слова «Блаженны нищие духом…», что они означали на самом деле. И почему все «заповеди блаженств» говорят о таких, мягко говоря, необычных с точки зрения обычного человека радостях, как быть гонимым за правду (а если дословно и согласно оригиналу, то за праведность) или оставаться кротким даже среди не слишком доброжелательного окружения.

Смысл этих заповедей, стоящих в начале Нагорной проповеди, заключается в том, чтобы и впрямь вывести слушателя из равновесия, заставить усомниться в верности своих представлений о том, что значит правильно жить. «Сначала  они говорят о внутреннем преображении человека, а затем уже переходят к его внешним действиям». Автор отмечает, что уникальность этого текста для своего времени, а во многом и для нашего тоже, заключается еще и в замене обычного для древних законодательных актов или наставлений перечня кар за провинности на то, как избежать впадения в преступную жестокость. Ведь именно об этом идет речь там, где говорится о пагубности гнева и оскорблений в адрес другого — они препятствуют осознанию человеческой индивидуальности.


«Завоевание всего иранского мира одарило мусульманских правителей как иранским художественным вкусом, так и массой искусных ремесленников, обученных иранским технологиям»

Олег Грабар. Формирование исламского искусства

Книга представляет собой основополагающий труд видного ученого и охватывает все регионы и столетия, которые связаны с различными видами и направлениями культуры мусульманского мира. Автору удалось соблюсти баланс между научной глубиной исследования и доходчивостью изложения. Внимание уделено и крупным архитектурным сооружениям, и произведениям декоративного искусства, и утилитарно-бытовым предметам, способным, тем не менее, многое поведать о развитии художественного вкуса и мастерства.

В разделе «Мирское искусство: Дворец и Город» описаны два вида внутренней композиции жилых зданий. Наиболее распространенный — с центральным двором, который был окружен портиками и помещениями. выстроенными вдоль стен. Второй тип известен по двум памятникам — Мшатту (недостроенный замок Омейядов в Иордании) и Ухайдиру (укрепленный дворец аббасидских халифов к юго-западу от современного города Кербела), где фортификации делились на меньшие, независимые блоки.

Описывая Ухайдир — дворец подразделяется на отдельные блоки, расположенные по сторонам дворов, с подчёркнуто выделенным центральным блоком, — ученый делает вывод, что «отчётливой параллели внутренней планировке Мшатты и Ухайдира в средиземноморской архитектуре нет, но существуют прототипы в Сасанидском Иране, такие, как дворцы в Фирузабаде и Каср-и-Ширин. Это дает возможность, и,  вероятно, самую простую, считать второй тип планировки иранским по происхождению и до сих пор первым примером ощутимого воздействия со стороны несредиземноморской части исламского мира».

В главе «Теория и интерпретация» ученый подчеркивает, что «халифы и влиятельные правители отделяли частное искусство от общественных памятников, возможно, в большей степени, чем это делали обитатели новых городов; строительство на территории северо-восточного Ирана  испытывало потребность в иных предпочтениях, чем те, что присущи строительству в Сирии или северной Африке». Также в книге рассматриваются различные примеры взаимного воздействия, слияния культур различных народов, закономерности заимствования и распространения новых форм.


«Наши собственные общества, повсеместно использующие тепловые двигатели, и по своему внутреннему устройству напоминают паровую машину. В них обязательно должны быть контрасты, как между нагревателем и охладителем. Они работают на разности потенциалов — социальной иерархии, которая в ту или иную эпоху принимала название рабства, крепостного права, деления на классы…»

Клод Леви-Стросс. узнавать других. Антропология и проблемы современности

Чем житель мегаполиса лучше дикаря? Известный исследователь наглядно показывает, чем отличаются цивилизованные и так называемые примитивные народы, анализируя как образ жизни на бытовом уровне, так и различные психологические особенности, менталитет, количество и качество культурного наследия. У всякой медали есть две стороны, отмечает он. И если общество, традиционное для современной Европы и Америки, обустраивает свою жизнь, преобразуя природный хаос в урбанизированный порядок, то расплатой за это становится высокий уровень социальных противоречий и стрессов.

Соответственно, охотники и собиратели из далеких племен, не знающих ни письменности, ни земледелия, обходятся без особой напряженности в отношениях между людьми, но и упорядочения окружающего мира в местах их обитания не происходит, культура ограничивается сводом легенд и преданий, порой весьма сложных и занимательных и изготовлением самых необходимых орудий. Вот если бы удалось совместить культуру цивилизации с бесконфликтностью «примитивных» народностей, размышляет автор, «ответственность за прогресс целиком легла бы на плечи культуры, и общество освободилось бы от тысячелетнего проклятия, которое заставляло во благо прогресса порабощать людей». Возможно, предполагает он, нынешняя революция высоких технологий – это как раз и есть первый шаг на пути к такому устройству мира.


«История этой борьбы, в которой самая могущественная империя, которую знал мир, находившаяся на вершине славы и располагавшая максимальными средствами за все время своего существования, противостояла маленьким независимым городам, соперничавшим между собой, — бесспорно, красивая и назидательная. В ней находят многое: конфликт Европы и Азии, конфликт демократии и монархии, конфликт национализма и универсализма… Тут видят также победу цивилизации над варварством и чудо, спасшее эллинскую и тем самым нашу цивилизацию. Счесть персов варварами значило отнестись к ним очень несправедливо, ведь в Греции этим словом называли всех людей, не говоривших на благозвучном эллинском языке: персы имели очень высокую культуру, яркую религию, очень возвышенную этику».

Жан-Поль Ру. История Ирана и иранцев. От истоков до наших дней

Греко-персидские войны – один из самых растиражированных в мировой истории конфликтов, «зафиксированный» во множестве романов и кинофильмов. Как и последующий ответный ход – поход Александра Македонского. Его отец, Филипп Македонский, за несколько лет до похода сына в Азию, создал Греческое сообщество (называемое современными учеными Коринфским Союзом) и предоставил его Совету свой масштабный план – освобождения всех греков от власти Персидской державы и отмщение персам за поругание греческих святынь.

Победив Дария, Александр Македонский, к негодованию «старослужащих» своей армии, еще привыкших к македонским обычаям, ввел персидский этикет требовал, чтобы ему воздавали соответствующие владыке великой империи почести. Сам Александр женился на принцессе Роксане из Согдианы. В октябре 325 г. до н.э. Александр Македонский решил реализовать идею связать два прежде сражавшихся народа родственными связями, для чего организовал в Сузах массовые свадьбы своих приближенных и десяти тысяч воинов. Македонский взял в жены дочь Дария Статиру и дочь Артаксеркса III  Парисатиду.

Итог деяний Александра Македонского оказался таков: «Он уничтожил империю Ахеменидов – увы! Заменил ли он ее Македонской империей? Будем же серьезны! Он не подчинил Согдиану. Он не завоевал Восточную Анатолию, Армению, Азербайджан. Он не установил свою власть в большей части Ирана. Добился ли он слияния иранцев и греков? Многие из тех, кто женился в Сузах, развелись с женами, и это более чем символично. Он добился успеха, если его главной целью была слава, потому что стал величайшим завоевателем мира, прекраснейшим героем эпопеи, каких когда-нибудь превозносили. Он потерпел неудачу, если его цели вышли за пределы идеального мира и он столкнулся с реальностью».

Освещая войны и вторжения, издание уделяет внимание и высоким искусствам и ремеслам, литературе и персидскому языку, шаху Аббасу, называемому Великим, Надир-шаху, и последней персидской правившей династии.


«Конечно, любой наш поступок имеет свою цену: мы никогда ничего не делаем бесплатно, мы всегда хотим что-то получить взамен – деньги, власть или просто удовольствие от чужого восхищения, но это не значит, что наши партнеры не получают ничего. Возможно, вам покажется, что это слишком дорого, но если вы заключаете сделку с дьяволом, значит, ни один ангел не предложил вам более выгодных условий».

М. Томас. Исповедь социопата. Жить, не глядя в глаза

Кто такие социопаты и как их «определить»?  В книге, анонсируемой как мемуары, выпущенные под псевдонимом, социопатия – «неспособность к раскаянию и соблюдению социальных норм в совокупности со склонностью к обману». Разбираясь в надписи на этом ярлыке, Томас приводит аналог социопатов – репликанты из картины «Бегущий по лезвию», причем удачный пример заключается в том, что упор сделан не на диагностике, а на идентификации. В реальности для определения социопатов есть метод, основанный на «Перечне контрольных вопросов по психопатии» PCL-R, разработанном доктором Робертом Хиаром.

Насколько социопаты опасны для общества? Смотря что считать опасностью – «большинство их живет на свободе, тихо и незаметно; они работают, женятся, выходят замуж, рожают детей и добиваются значительных успехов в обществе, которое считает их чудовищами». Тот же самый специалист по социопатии, доктор Роберт Хиар, считает, что у социопата в четыре раза больше шансов стать во главе корпорации, чем работать до пенсии больничным санитаром.

В чем же дело? «У вас множество друзей, в вас влюбляются, вами восхищаются? Это ничего не значит. Напротив, несмотря на дурную репутацию, мы, социопаты, отличаемся неотразимым, хотя и поверхностным обаянием. В нашем мире, населенном главным образом угрюмыми, заурядными ничтожествами, кусающими друг друга как крысы и суетливо рвущимися к кормушкам, мы очень выгодно выделяемся, и люди стремятся к нам, как мотыльки на огонь свечи».

К изнанке поведения социопатов относится то, что они способны нарушить договор, если он становится невыгоден. «Если вы верите в ценность целесообразного нарушения, как верю в него я, то никогда не будете расстраиваться из-за измен».


Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8 [9]




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку


Количество подписчиков: 38