Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «Алекс Громов» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8 [9] 10  11  12

Статья написана 5 февраля 2017 г. 18:44
Размещена также в рубрике «Новинки и планы издательств»

Все игрушки войны: Антология. Сост. А. Громов. — М. : Терраарт, 2017. – 456 с. : ил. – (Terraart). ISBN 978-5-906859-39-6


Вселенная – необъятна, но нас ещё больше: представителей различных рас и народов, ближних и дальних миров. Каждый хочет мира и счастья, но Галактика, увы, не идеальна. Хрупкий мир, суровая война и зыбкое равновесие между ними – таковы основные состояния всех галактических цивилизаций.

«Все игрушки войны» – книга для тех, кто не боится ни войн, ни других грядущих трудностей и глобальных метаморфоз, потому что знает о них всё. Под одной обложкой: размах и ярость межпланетных сражений, подвиги звездолётчиков и космодесантников, мемуары заслуженных ветеранов звездных войн, рекомендации опытных цивилизаторов и галактических культурологов, рассказы очевидцев о диковинах разных уголков Вселенной, советы по выживанию и конкретные его примеры – всё собрано, сочтено и живописано ярко и зримо. Читайте в межзвездных дорогах и на планетной тверди!




Статья написана 8 января 2017 г. 21:37
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Каждый месяц Алекс Громов рассказывает о 9 книгах non-fiction.


«Не так давно египтологи из множества имеющихся у них в распоряжении папирусов-амулетов выбрали один – папирус писца Бутехамуна, хранящийся в Египетском музее Турина, — и тщательно исследовали его. Папирус был обвязан льняной лентой длиной 60 см. Развернув папирус, ученые смогли прочесть имя его владельца: писец Батехамун. В развернутом состоянии амулет имеет длину 21 см и ширину 11 см; на папирусе нарисован глаз-уджат (красная краска), а также группа из семи сидящих божеств (черная краска). Перед нами самые известные боги Древнего Египта: Ра, Хепри, Маат, два божества в лакуне (Хор и Сет), Исида и Нефтида. Когда папирус был свернут, на нем стало возможным рассмотреть изображение двух уджатов, увенчанное почти стершимся рисунком. На оборотной стороне папируса находятся шесть строчек текста, позволяющие датировать амулет XXI-й династией. Он также содержит 100-ю главу из «Книги мертвых»: изречение, прославляющее благословенного духа и дающее ему возможность взойти на ладью Ра… Под текстом располагается магический рисунок, увеличивающий защитную силу этого отрывка из «Книги мертвых». На рисунке изображен сокол, которого обнимает солнечный диск и божество с двумя бараньими головами – олицетворение дневной и ночной ипостасей солнца. Рядом с соколом стоит богиня Нут…»

Захи Хавасс, Франсис Жано. Мумии фараонов. Бессмертие в Древнем Египте

История Египта уходит в безмерную даль тысячелетий, о правителях этой удивительной страны существует множество легенд и преданий, но уже несколько десятилетий наибольший интерес вызывают именно египетские мумии. О них написано множество книг (большинство из которых – всевозможные романы ужасов). И фильмов снято немало, однако многие из них просто эксплуатируют ставшей модной тему. Поэтому необходимо «издание из первых рук»  — т.е. научных специалистов по древнеегипетским гробницам и мумиям.

Огромный красочный  фолиант, содержащий множество уникальных фотографий, составлен при участии доктора Захи Хавасса – Генерального Секретаря Высшего Совета по Древностям Египта, крупнейшим египтологом современности и издан под руководством Ольги Дыдыкиной. В книге рассказывается не только о раскопках, но и древних египетских обычаях, в том числе – о том, как на этой земле тысячелетия назад относились к бессмертию, существованию «второй жизни» и поискам разгадки бытия.

Достоинства книги – в ее наглядности. Среди множества фотографий: модель лодки (Среднее царство), перевозившей умершего и его родственников в Абидос; саркофаг Хора, жреца Монту (XXV-я династия), изготовленный из искусно подобранных деревянных табличек, покрытых рисунками иероглифическими надписями;  профиль золотой маски Тутанхамона, рядом с которым приводится реконструкция черепа и лица фараона, полученная при помощи компьютерной томографии, тексты пирамид и погребальные рисунки…

Часто упоминаемая в наше время «Книга мертвых» появилась во время Нового царства. Может быть,  смысл этого древнего  трактата  заключался в том, чтобы избавить людей от страха смерти, предстоящего небытия.

В издании уделено внимание находкам археологов, магической силе амулетов и секретам бальзамирования. Были найдены сотни папирусных и кожаных свитков рядом с бальзамированными телами.

«В этих папирусных свитках имеются изречения, позволяющие покойному войти в мир мертвых в соответствии с его пожеланиями, а также формулы и заклинания, которые могут помочь усопшему в момент взвешивания его души в Зале суда. Различные главы, канонический порядок которых установился где-то в эпоху XXVI-й династии, содержат формулы, к которым покойник должен обратиться, встретив то или иное препятствие в потустороннем мире. Эти заклинания обладали такой силой, что помогали страннику подчинить себе самых разных существ, будь то боги, животные чудовища или вредоносные силы природы. Даже простое чтение вслух текстов этой удивительной книги приводило к обязательному успеху и гарантировало, что усопший «выйдет в день»…»


«Громкую известность приобрело бегство к польскому королю князя А.М. Курбского, в недавнем прошлом видного деятеля Избранной Рады, ставшего главнокомандующим русскими войсками в Ливонии и наместником ее. Было это в конце апреля 1564 года. Бежал Курбский под покровом ночи из Юрьева, куда царь его направил на годичную службу после полоцкого похода. Князь, вероятно, воспринял приказ государя как дурное предзнаменование… Однако не следует думать, будто Курбский неожиданно снялся с места и гонимый страхом побежал в Литву. Его бегству предшествовали достаточно длительные секретные переговоры с польско-литовской стороной…»

Игорь Фроянов. Драма русской истории. На путях к Опричнине

В объемном фолианте, в состав которого включены редкие иллюстрации и карты, известный историк рассказывает об одном из самых драматических периодов отечественной истории – рождению русского царства и загадок, связанных с царствованием Ивана Грозного. Как и почему возникла Опричнина, о чем Грозный переписывался с Курбским, и как тот заранее готовил свою измену.

В тексте подробно описана эпоха правления великих князей Ивана Васильевича (Великого), Василия Ивановича и царя Ивана Васильевича Грозного; уделено внимание возникновения и борьбе против ересей и мятежей, боярского засилья; а также расширению границ царства и объяснению причин появления Опричнины, и отношений царя со своими былыми сподвижниками. «Высказывания Грозного, которые можно связать с Избранной Радой, сосредоточены главным образом в первом царском послании Курбскому (Москва, 5 июля1564 г.) Долго, стало быть, молчал Иван Васильевич и, наконец, заговорил, побуждаемый к тому «бесосоставной грамотой» князя-изменника. Надо отметить, однако, что в лексике государя термин «Избранная Рада» отсутствует». На основе архивных документов изложены реальные события Прошлого, в том числе – не простые отношение Руси с европейскими державами —  «время звало» Москву на запад, Ливонская война после завоевания Казанского и Астраханского ханств была неизбежна.

«Завоевание Казанского и Астраханского ханств заметно улучшило безопасность южных границ России. Это позволило русским повернуться на Запад и сосредоточится на главном и наиболее опасном противнике, олицетворяемом Польшей, Литвой и Ливонским орденом... Война была неизбежной. «Вина» царя Ивана состояла лишь в том, что он сумел выбрать наиболее благоприятный для России момент начала похода на Ливонию. Итак, «время звало» Москву на запад, но не только к морским берегам, а к достижению таких жизненно важных для России геополитических перемен, которые позволили бы ей сохранить свою национальную, государственную, религиозную независимость и самобытность. В условиях ползущей из западных стран экспансии этого можно было добиться, лишь сдвинув границы Руси на запад и взяв под контроль важнейшие портовые города, расположенные, кстати сказать, на землях, находившихся ранее в сфере русского влияния...»


«Ленин, например, с уважением относился к М.Д. Бонч-Бруевичу. Троцкий высоко ценил И. И. Вацетиса, В.И. Селивачева и др. (хотя не все надежды оправдались), был главным защитником генштабистов в политическом руководстве Советской России. М.В. Фрунзе объединил вокруг себя целую плеяду опытных генштабистов, с которыми старался не расставаться. В то же время негативное отношение И.В. Сталина к старым генштабистам определялось его конфронтацией с их защитником и лоббистом Троцким…

Анализ упоминаний Лениным генштабистов свидетельствует о сравнительно неглубоком погружении большевистского лидера в военные вопросы, курировавшиеся генштабистами, и о том, что интерес к этим проблемам у Ленина появлялся спорадически – обычно в периоды обострения борьбы на фронтах, когда требовалось его личное вмешательство. Взаимодействию с военспецами-генштабистами Ленин явно предпочитал контакты с партийными военными работниками (С.И. Гусевым, М.М. Лашевичем, Н.И. Подвойским, Э.М. Склярским, И.Т. Смилгой, Г.Я Сокольниковым, Л.Д. Троцким, М.В. Фрунзе), через которых осуществлял контроль над армией».

Андрей Ганин. Повседневная жизнь генштабистов при Ленине и Троцком

Военный историк, доктор исторических наук, в своем фундаментальном исследовании, развенчивая многие мифы, касающихся истории Красной армии и службы бывших офицеров большевикам, на  основе материалов российских и зарубежных архивов, в том числе — спецслужб — и семейных архивов потомков офицеров рассказывает о том, благодаря кому красные смогли победить в Гражданской войне.

В тексте описаны мотивы вступления в Красную армию, роль ее отцов-основателей, судьба старой академии и рождение новой. «Захват власти большевиками не сразу отразился на Военной академии, занятия в которой в Петрограде шли своим чередом. С октября 1917 по март 1918  г. в академии велись занятия со старшим классом 2-й очереди и подготовительным курсом 3-й очереди ускоренных курсов. На 1 января 1918  г. обучались 160 офицеров на старшем классе 2-й очереди, 8 офицеров на старшем классе геодезического отделения, 226 офицеров на подготовительных курсах 3-й очереди и один на младшем классе геодезического отделения (всего 395 офицеров). Подготовительные курсы 3-й очереди окончили 143 офицера. Приказом по Генеральному штабу № 22 от 23 марта 1918  г. 165 выпускников курсов 2-й очереди были причислены к Генеральному штабу (как выпуск 1917  г.), а приказом ВГШ № 18 от 27 июня 1918  г. 133 ранее причисленных выпускника перевели в Генштаб».

В книге описана история возникновения военного факультета Туркестанского государственного университета. Весной 1918 года был создан Туркестанский народный университет. После восстановления связи Туркестана и Советской России Эразм Семенович Батенин (научный работник и писатель (псевдоним Эразм Батени), бывший штабс-ротмистр, являвшийся помощником главкома военной охраны Петрограда при Керенском), состоявший в личном распоряжении Л. Троцкого, в сентябре 1919 года представил доклад, в котором обосновывал необходимость создания при университете военного факультета. Факультет должен был готовить командные кадры для Красной армии, в том числе – и для потенциального экспорта революции за пределы Советской России. Поэтому в докладе указывалось, что перед страной «может быть, еще станет во весь рост острый вопрос не только об активной защите своего бытия, но и распространении путем оружия идей свободы в сопредельных странах…»

Идея организации военного факультета была поддержана командующим Туркестанским фронтом Фрунзе и начальником академии Генштаба РККА генерал-лейтенантом А.Е. Снесаревым (который и вошел в состав созданного в Москве организационного бюро и составил план организации факультета). На состоявшемся 1 апреля 1920 года первом заседании факультета Снесарев был избран деканом. В ходе обсуждений была выдвинута идея, что часть факультета будет общеуниверситетской, а другая – военной. На состоявшемся 8 мая 1920 года заседании замом декана был избран Ф.Ф.Новицкий. Основное число вакансий факультета 160 (4/5) из 200 было выделено Реввоенсовету Туркестанского фронта.

«Общий отдел факультета предназначался для подготовки студентов всего университета в военном отношении. Курс отдела включал в себя следующие дисциплины: энциклопедия военных наук (двухгодичный курс) – военная администрация, элементарный курс общей тактики, техники артиллерии, воздушного флота и инженерно-технических средств, краткий курс полевой фортификации с полевой маскировкой, краткий курс военного искусства, краткий курс военной топографии, краткий курс истории последних войн, истории завоевания Туркестана, краткий курс военной статистики и географии Туркестана и сопредельных стран – Персии, Афганистана и Китая (для всех факультетов, кроме отделения Генштаба военного факультета)…»


«Большевики вызвали тревогу, но не по тем причинам, на которые они надеялись. Волшебная сила большевистской пропаганды объяснялась просто – они начали с того, чем закончили англичане, французы, американцы. Союзники совершили огромную ошибку – они наобещали всем народам мира, что после войны возникнет новый мир, который будет лучше старого. Когда война закончилась, и жизнь вновь вернулась в привычную колею, многие люди посчитали себя обманутыми – жизнь не стала лучше довоенной. Большевики собрали урожай, посеянный пропагандистами союзников и брошенный ими на произвол судьбы. Когда западные демократии свернули все внутренние и международные пропагандистские операции, люди, взбудораженные обещаниями, обратили свой взор на большевиков. Стратегическое преимущество большевистской пропаганды было подавляющим. Почву для этого подготовили союзники, поэтому дикая ленинская утопия временно показалась возможной многим миллионам людей. Но это вовсе не означает, что большевистская пропаганда 20-х годов была плохой. С технической, психологической и политической точек зрения она была очень удачливой. Ей удалось запугать весь мир, но за счет потери доверия…»

Пол Лайнбарджер. Психологическая война. Теория и практика обработки массового сознания

Написанное практиком-пропагандистом и разведчиком, служившем в годы Второй мировой войны в американской армии, давно стало классикой по изучению разновидностей, форм и методов информационной подрывной деятельности. На многочисленных примерах разбираются как удачные, так и наоборот варианты оформления различных листовок и карикатур. Чем же отличаются разновидности пропаганды? «Если белую пропаганду можно сравнить с разбрасыванием зажигательных бомб, которые порождают пожары, дезорганизующие жизнь в тылу и снижающие боевой дух вражеской армии, то черную – с полосками фольги, которые используются в антирадарных установках». Среди рассматриваемых тем – психологические особенности восприятия у разных народов, и в том числе – коммунистической и антикоммунистической пропаганды. В издании также подробно разбирается опыт пропаганды Первой мировой войны.

Главную задачу – заставить врага сдаться – американские пропагандисты выполнили. Примером является американская фронтовая листовка с призывом прекратить огонь, выпущенная фондом, который занимался обучением специалистов по рекламе. По форме она повторяет немецкую открытку. Германским солдатам предлагалось, «когда вас возьмут в плен американцы, отдайте это первому же офицеру, который будет проверять ваши документы». Далее сдавшийся в плен немец должен был заполнить свой послужной список, а позже – подтвердить, что его содержали в хороших условиях и кормили «говядиной, белым хлебом, картофелем, бобами, сливочным маслом, сливами, поили настоящим кофе из зерен и молоком, а также снабжали табаком и т.д.» Гарантируя заботливый уход, американцы обращали внимание на то питание, которое могли предложить — для германской армии, лишенной изобилия, это было убедительнее всего. Но в ответ германское командование лишь пыталось уверить своих солдат, что настоящий немецкий воин всегда помнить о своем долге. Помимо этого, в первые два года войны германские пропагандисты  всячески поливали грязью союзников, вызывая ненависть у солдат и народов Антанты.

В первый же год войны британское министерство иностранных дел создало Бюро военной пропаганды, но часть работы выполняли другие учреждения, в том числе – и частные. В середине войны англичане создали Управление информации, руководителем которого стал Джон Бьюкен, ставший позже пэром — лордом Твидсмуром. Кроме того, он вошел в историю литературы как  автор популярных приключенческих романов «Тридцать девять ступеней» и «Утренние дворы»…

«Англичане называли немецкую пропаганду обыкновенной пропагандой, зато свою считали культурным явлением, литературой и новостями. Немцы, хваставшие, что они «культурная» нация, были вознаграждены за свою наивность тем, что немецкое слово Kultur стало символом скучного, педантичного высокомерия… Во многих случаях англичане просто дожидались очередного немецкого бахвальства или новых кровожадных заявлений и, обнародовав в газетах, пускали их путешествовать по всему миру».


«Тогда возникало очень много политических ситуаций в ходе борьбы с оппозицией, когда нам надо было реагировать, и реагировать немедленно. Промышленная академия занимала тут как бы ведущее положение. Мы собирались по группам, проводили общие собрания, и наши резолюции о текущем моменте сейчас же публиковались в «Правде». Таким образом, они становились общим достоянием.

Одним из острейших был вопрос о коллективизации сельского хозяйства. Мы считали, что известное выступление Сталина с письмом «Головокружение от успехов» — это шедевр. Мы понимали его как смелость руководителя партии, который не боится признать ошибки.

Правда, он не взял эти ошибки на себя лично, а взвалил их на партийный актив. Хотя местный актив с азартом, грубо говоря, со звериным азартом проводил коллективизацию, но он все же находился под бичом «Правды». Если взять «Правду» за тот период, то она пестрела изо дня в день цифрами (у кого в районе какой процент крестьян уже объединен в колхозы), подхлестывавшими местные партийные организации. В 1929 — 1930 гг. у меня не было никакого прямого соприкосновения ни с деревней, ни даже с партактивом, который проводил эту кампанию. Я питался данными лишь со страниц «Правды» и радовался. Я стоял за колхозы всей душой и телом, поэтому меня радовали публикуемые цифры.

А когда разразился гром — письмо «Головокружение от успехов», я был несколько смущен: как же так, все было хорошо, а потом вдруг такое письмо?»

Никита Сергеевич Хрущев. Воспоминания. Время. Люди. Власть. Книга 1

После своей отставки со всех государственных и партийных постов Никита Сергеевич Хрущев, возглавлявший СССР одиннадцать лет, взялся записывать на диктофон свои воспоминания, что позже вызвало недовольство советского руководства.

Так Хрущев рассказывает, как потратил много сил, помогая прокладке первых троллейбусных линий в Москве, и столкнулся с тем, что Каганович, позвонил и сказал, что этого делать нельзя. Оказывается, Сталин боялся, что троллейбус может перевернуться (например, на улице Горького), и эта неудача может быть использована заграничной пропагандой. Но тут-то Сталин опоздал, запретив испытания троллейбуса, – они прошли успешно.

Многие страницы воспоминаний посвящены Сталину и его ближайшему окружению (в которое входил и сам Хрущев), видным советским военачальникам, многие из которых стали жертвами Большого террора. «Я недавно вновь смотрел кинофильм «Железный поток» по одноименной книге… Я смотрел этот фильм не в первый раз, но, как всегда, волновался и переживал, все время вспоминал этого мужественного и умного человека, командующего авангардом Таманской армии. В книге его назвали Кожух, а на деле это Ковтюх, человек, проявивший ум, военный талант и мужество: он вывел Таманскую армию, прорвался из белого окружения. Зрители восхищаются талантом этого человека и его бойцами — крестьянами и кубанскими казаками, которые выходили из окружения со своими семьями.

Спрашивается, где же Ковтюх? Что он делал во время этой войны? Нет Ковтюха.  Он тоже попал в число врагов народа и был расстрелян. Можете себе представить? Если бы Ковтюх был жив и возглавлял бы воинские соединения в борьбе с немцами, какую пользу принес бы? Да разве только Ковтюх? А другие?

Они тоже погибли от руки Сталина как враги народа. Теперь им всем вернули доброе имя. Это было сделано после XX съезда партии.  Но сейчас многое замачивается. Я считаю, что нужно не только вернуть, но и показать их всех как мучеников террора, который проводился Сталиным под лозунгом борьбы с врагами народа».

Вторая часть книги посвящена Великой Отечественной войне, в том числе – послевоенным размышлениям, Дальнему Востоку после разгром Японии, и военным мемуарам. В одном из разделов Хрущев уделяет внимание ученым и конструкторам, внесшим свой незаменимый вклад в обеспечение безопасности СССР.

Никита Сергеевич в своих воспоминаниях рассказывает о судьбе книги Казакевича «Синяя тетрадь». Ее не хотели печатать, и автор передал Хрущеву письмо и приложил рукопись. Она Хрущеву понравилась, и он разослал всем членам Президиума, после чего вопрос о выпуске книги был включен в одну из повесток заседания. «Кто имеет какие-нибудь соображения? Почему эту книгу не следует печатать?» — спросил я. «Ну, товарищ Хрущев, — Суслов вытянул шею, смотрит недоуменно, — как же можно печатать эту книгу? У автора Зиновьев называет Ленина «товарищ Ленин», а Ленин называет Зиновьева «товарищ Зиновьев». Ведь Зиновьев — враг народа». Меня поразили его слова. Разве можно извращать действительность и преподнести исторические факты не такими, какими они были на самом деле? Даже если мы отбросим то обстоятельство, что Зиновьев враг или не враг народа, то сам факт бесспорен: действительно, в шалаше находились вместе Ленин и Зиновьев».


«Югославия же на меня произвела хорошее впечатление. Очень понравился ее народ. Я не придавал при этом особого значения критическим репликам в наш адрес и славословию в адрес Тито. Мы-то знали технику такого дела: специально выделяли людей в определенных местах и отрабатывали, кто будет выкрикивать: «Отец родной! Слава Сталину!» и прочее. Все разрабатывалось по сценарию партийного руководства. Если нужно было проявить негодование по ходу доклада против мирового империализма, то тоже все распределялось: кто сделает и в какой форме.

Особенно часто разыгрывались такие спектакли, когда в 20-е годы велась борьба против оппозиции. Хотя многие тогда были искренни, но постепенно театральщина стала преобладать. Я сам был участником таких дел и выполнял эту роль. Тогда мы верили, что Сталин отражает интересы народа, и совершали все из честных побуждений. Свой опыт я переносил и на Югославию, считая, что и там все разыграно по сценарию, разработанному руководством».

Никита Сергеевич Хрущев. Воспоминания. Время. Люди. Власть. Книга 2

В этой книге Хрущев рассказывает о своей зарубежной деятельности. Первый раздел посвящена Совету Экономической Взаимопомощи, Мао Цзэдуну, Хо Ши Мину, двум Германиям и Западному Берлину, отношениям с поляками, румынами, вождями Венгрии, Чехословакии и Югославии.

Далее – раздел «Окно в Азию и Африку», он начинается с Индии. За ней следуют впечатления советского вождя о Бирме, Афганистане,  Индонезии, Египте, Иране. В приложении проводится составленный в 2005 году его сыном С.Н. Хрущевым по официальным публикациям список встреч и визитов Н.С. Хрущева в 1953-1964 годах.

В книге опубликована и состоявшаяся в 1970 году «беседа» с Н.С. Хрущевым по поводу его мемуаров. «Как видно из сообщений печати Соединённых Штатов Америки и некоторых других капиталистических стран, в настоящее время готовятся к публикации так называемые мемуары или воспоминания Н. С. Хрущёва. Это – фабрикация, и я возмущён ею. Никаких мемуаров или материалов мемуарного характера я никогда никому не передавал… Поэтому я заявляю, что всё это является фальшивкой. В такой лжи уже неоднократно уличалась продажная буржуазная печать. Н. Хрущёв 10.XI.1970» Опубликовано на последней полосе органа ЦК КПСС газеты «Правда».

Отображена в тексте и история не всегда простых отношений с Ираном. «Во время Великой Отечественной войны отец нынешнего шаха проводил прогерманскую политику, поэтому СССР, договорившись с Англией, вынужден был вновь оккупировать Иран, разделив его территорию надвое. Это тоже наложило свой отпечаток на наши отношения, хотя мы преследовали цель лишь обезопасить свою границу с юга. Всегда страна, вводящая свои войска на территорию другой страны, даже давая какие-то обязательства или объяснения, рискует утратить ее дружбу. Вот и остался недобрый след, о котором помнил ныне правящий шахиншах. После Второй мировой войны мы начали выводить из Ирана свои войска, но их вывод был замедлен Сталиным. Потом развернулась гражданская война в иранском Азербайджане. Шах Ирана понимал, что она организована нами, да и партизаны были снабжены нашим оружием. В конце концов, правительственные войска подавили это движение, часть партизан ушла через нашу границу…».


«Сама жизнь постоянно подтверждает нам, что мы одновременно пребываем в двух реальностях. Притом одну из них человеку, с первых его шагов, всячески стараются представить как якобы единственно существующую. А другую реальность предпочитают замалчивать, от нее большинство людей отворачиваются и убегают. Какие же это две реальности? Первая – внешний мир, доступный нашим физическим чувствам. Вторая – внутренний мир, в котором современный человек менее всего стремится пребывать…»

Дмитрий Щедровицкий. Главный выбор

Новая книга известного специалиста по библеистике посвящена, как можно догадаться по названию, теме выбора – прежде всего, между тьмой и светом. Автор, прежде всего, обращается к известному фрагменту Нагорной проповеди, в котором идет речь о невозможности служить сразу двум господам. При этом анализируется и то, как понятие о высоком служении, противоположное зацикленности на земных благах, соотносится с представлением о внутреннем и внешнем. По мнению автора, подкрепленному выдержками из библейских текстов, Бог и мамона, которым нельзя служить одновременно, вовсе не тождественны внутреннему миру человека и тому, что окружает его извне. Ведь невозможно быть подлинно добродетельным и благочестивым лишь в мыслях, если не исполняешь заповеди в жизни. И точно так же корыстные проявления и поступки неминуемо будут отражаться на состоянии человеческой души. При этом, как говорится далее в тексте, вовсе не значит, что достойным является лишь полное забвение житейских забот. Нет, от человека не требуется быть непременно неодетым и голодным, но вот вкладывать всю душу в удовлетворение этих потребностей явно не следует.

«Он предлагает нам, взирая на птиц и на лилии, подражать их естественности… В области чувств мудрец советует «брать пример» с ланей и оленей – с их естественности, с их грациозных движений. Иисус тоже обращает наше внимание на жизнь птиц и цветов, не вознося человека над природой, но возвращая в нее…»


«Обратимся к самому малому — к тому, из чего «состоит» слово. Хорошо известно, что в арабской грамматической теории такая единица называется «харф». Вопрос в том, что такое харф и может ли эта категория быть выражена «без остатка» в терминах современной лингвистики; может ли она быть редуцирована к ним? ... Интегральным свойством харфа как единицы измерения протяженности арабского слова (или текста) являются равновеликость  и обеспечивающая ее двухкомпонентность. Все реализации харфа — и без паузального компонента, и с паузальным компонентом — равновелики и соответствуют одной единице измерения длины арабского слова. Самоочевидно, что единица измерения  не может быть «полной» или «неполной», двусоставной или равной одному звуку, что она ни по каким причинам не может менять  свои количественные параметры и оставаться при этом самой собой».

А.В. Смирнов. Событие и вещи

Новая книга известного ученого, философа и востоковеда, директора Института философии РАН, посвящена многообразию смыслов, которые открываются на стыке сразу нескольких дисциплин от лингвистики до метафизики. В центре внимания исследователя находится «харф» — базовый элемент арабского языка, который не имеет точных аналогов в европейском языкознании. Это не буква и не фонема, а нечто такое, что требует для своего понимания и осознания обращения не субстанциональной логике, а к логике процесса. Прежде чем обратиться к удивительному феномену «харфа», автор с помощью примеров из русского языка показывает, как соотносятся имена вещей и глаголы, воплощающие события, как события неотделимы от вещей и не имеют самостоятельности, но при этом в них заключена возможность других вещей и сопутствующая уже им «самость». Переходя от сложной смысловой вязи к понятию упорядоченности мира, опять же тесно связанному уже с самим фактом существования вещей, ученый показывает, сколь парадоксально соотносятся друг с другом простота формы и бесконечное разнообразие содержания. И «харф», который невозможно разделить на гласный и согласный, является ярчайшим примером такого сочетания кристаллической устойчивой ясности и постоянно видоизменяющейся текучести. «Наш вопрос был задан о возможности приравнять харф и фонему, а его рассмотрение вскрыло непримиримое противостояние двух линий в объяснении одного и того же — звукового состава слова. Одна из этих линий настаивает на возможности фонемного анализа арабского слова и выделения в его звуковом составе фонем — так же, как это делается со словом любого другого языка. Другая стоит на том, что харф — принципиально бинарная единица, и утверждение о нередуцируемости харфа как единицы СГ составляет суть этого подхода».


«В самом деле, в недавнем прогнозе «5 за 5», где традиционно называются пять революционных открытий, ожидаемые в ближайшие пять лет, специалисты IBM заявили, что мы сможем мысленно общаться с компьютерами, и такое общение, возможно, заменит и мышку, и голосовые команды. Это означает, что при помощи силы мысли можно будет звонить по телефону, оплачивать счета, водить машину, назначать встречи, создавать прекрасные симфонии, рисовать картины и т.п. Открываются поистине безграничные возможности, и все вокруг – от компьютерных гигантов, работников образования, компаний, выпускающих видеоигры, и музыкальных студий до Пентагона – собираются ими воспользоваться».

Митио Каку. Будущее разума

Что новые технологии могут предложить людям через несколько лет? Футуролог с мировым именем делает прогнозы, касающиеся человека и его созданий. Итак, нас ждут воспоминания (целые библиотеки!) и мысли на заказ, появятся технические возможности для копирования человеческого разума. Фантастические сюжеты (генная терапия, суррогаты…) обернутся повседневной реальностью, но возникнут и новые проблемы. В обществе усилятся «культурные войны», если появятся роботы, разделяющие взгляды и предрассудки своих хозяев. В том числе роботы, принадлежащие молодежи, возвращающейся с концерта, могут вступить в конфликт с роботами, являющимися собственностью уже немолодых жителей спального района.

Современная наука с успехом изучает не только далекие галактики, но и загадки человеческого разума – неслучайно одна из глав книги называется «Сознание с точки зрения физики». Что же новые технологии могут предложить людям? Воспоминания и мысли на заказ? «Можно предположить, что люди захотят иметь генеалогическую библиотеку воспоминаний. Просматривая документы своих предков, мы видим лишь одномерное изображение, размытые контуры их жизни. На протяжении всей истории человечества люди жили, любили и умирали, не оставляя почти никаких реальных свидетельств своего существования. По большей части нам известны лишь даты рождения и смерти родственников, а между ними – почти ничего. Сегодня мы оставляем за собой длинный след из электронных документов… Возможно, в далеком будущем Всемирная сеть сможет стать гигантской библиотекой, хранящей подробности не только жизни, но и сознания людей». По мере изучения разума возникнут и новые философские и нравственные вопросы – после расшифровки нейтронных связей мозга, что позволит узнать истоки психических заболеваний, и найти соответствующие лекарства, и откроются технические возможности для копирования человеческого разума.

«В культурном отношении японский подход к роботам отличается от западного. Если на Западе дети с ужасом наблюдают за буйством роботов типа Терминатора, то в Японии дети погружены в религию синто, согласно которой духи живут во всех вещах, даже в механических роботах… Япония лидирует по созданию роботов, способных войти в личную жизнь человека. Японцы уже создали робота-повара (он способен приготовить чашку лапши за минуту и сорок секунд). Придя в ресторан, вы делаете заказ на планшетном компьютере, и робот берется за дело. Он представляет собой две большие механические руки, которые хватают чашки, ложки и ножи и готовят для вас еду. Некоторые роботы-повара даже напоминают людей…»


Статья написана 27 декабря 2016 г. 23:15
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Выкладываю здесь документальную часть моего обзора, опубликованного на Озоне. Кроме этого там — роман Марты Таро «Аромат золотой розы».

Билл Най. Неотрицаемое: Наш мир и теория эволюции


Чем человеческое общество отличается от природы? По мнению Билла, директора Планетарного общества и ведущего научных телепередач – организационной схемой. Когда Най, еще будучи студентом, участвовал в разработке модели «Боинг-747», работая в компании «Боинг», то над ним было множество начальников. Оно и понятно – компания организована по нисходящей модели. Такая организационная структура и множества крупных (и не только) корпораций. Многие из людей уверены, что и все на свете организовано по нисходящей модели. А вот природа движется в обратном направлении, в ней царит самоорганизация. А вот людские организации полностью, по мнению Билла, зависят от умелого конструктора, который и вносит многие изменения в компанию.

Помимо естественного отбора, второй фундаментальной идеей в теории Дарвина является половой отбор. «Эволюция влияет не только на наши физические особенности, такие как рост, количество суставов, цвет глаз и форма мочки уха; она также воздействует на эмоции. То, что мы чувствуем, — это результат эволюции. И без сомнения, это касается и страха смерти. То же справедливо и в отношении нашей тяги к размножению. Когда мы думаем о размножении, на самом деле мы думаем о том, что может привести к процессу, который в результате приведет к размножению, то есть к детям. И так – в течение всего дня, а для большинства из нас – постоянно. Здесь я призываю вас вставить свою шутку о сексе и обратить внимание на то, как легко она пришла вам на ум. Секс всегда где-то рядом, подспудно, постоянно!»

Чем будет отличаться инопланетная жизнь? Сколько у нее будет пальцев на скольких конечностях? И – самое главное сойдется ли процесс космической эволюции на общем дизайне?

Котаро Сузуки, Жак Воклер. О некоторых мифах в психологии: Дети-волки, говорящие обезьяны и фантомные двойники


Авторы исследуют процесс возникновения и распространения ряда расхожих психологических представлений, которые не соответствовали действительности с самого начала. Но они оказались весьма устойчивыми, недаром продвигатели всевозможных обучающих методик и в наши дни так усердно напирают на то, что в них используется методика «25-го кадра». В свое время, а именно в 1956 году рекламный агент Джеймс Вайкери заявил, что по его предложению на протяжении ряда показов фильма «Пикник» в Форте Ли (Нью-Джерси) в ленту были вкраплены те самые кадры с призывами «Ешьте попкорн!» и «Пейте кока-колу!». И потом продажи попкорна и напитка выросли на 57,5 и 18,1 процентов соответственно. Поднялась шумиха, начались споры об этичности, кончилось все официальным запретом подобного воздействия во время фильмов и телепередач. Но, как замечают авторы книги: «Разве можно себе представить, что в 1950-х годах Вайкери или любой другой человек смог бы проецировать на экран кадры, длящиеся лишь 1/3000-ю долю секунды, при помощи существовавшей тогда аппаратуры?». Действительно, технический уровень этого не позволял. Вдобавок Вайкери не опубликовал ни единой статьи и не привел никаких разъяснений, как ему удалось столь точно провести подсчеты. Также в книге рассматриваются современные легенды о детях, воспитанных волками и другими зверями, вопросы наследования интеллекта у людей и проявления «гениальности» у животных.

Кружево: От интимной моды до идеологических панно. Составитель Екатерина Рычкова


Книга со множеством уникальных иллюстраций посвящена истории отечественного кружева и искусству его создания. Изначально кружевами из дорогих, в том числе золотых и серебряных нитей, украшались царские одеяния, праздничные церковные ризы, одежды богатого купечества. Впоследствии по мере развития кружевного промысла обрела широкое распространение изящная отделка платьев, рубашек, белья, а также предметов домашнего обихода от покрывал до салфеток. После Октябрьской революции традиционные орнаменты сменились новыми узорами с изображениями серпа, молота, снопов, электрических лампочек, лозунгов и знаменательных дат. Так, одна из первых кружевниц, работавшая над советскими темами, Екатерина Николаевна Грабовникова, в 1937 году разработала по эскизу А.Г. Зотовой для одноцветного кружевоплетения маленькое панно «День выборов». На фоне Кремлевской башни и знамен с силуэтами Ленина и Сталина был изображен календарный листок с датой «12 декабря 1937 года. Избран Верховный Совет СССР».

В тридцатые годы работы советских кружевниц принимают участие в международных выставках в Париже и Нью-Йорке, где получают высокие награды. Но и в обычной жизни кружево оставалось популярным: «В среднем городском интерьере 1940-1950-х годов еще многое сохранилось от предреволюционной эпохи. В квартирах рабочих и служащих стояли громоздкие буфеты, большие комоды, диваны с высокими спинками, металлические кровати с пружинными матрасами. Кружевные изделия, вырабатывавшиеся в то время, соответствовали подобной обстановке. Возникшие в продаже круглые раздвижные столы привели к появлению круглых кружевных скатертей». Представлены в книге и современные предметы дизайна с применением кружева, например, туника кружевная – Вологда 2004 — и многое другое.

Чет ван Дузер. Морские чудовища на картах Средних веков и эпохи Возрождения


В давние времена люди воспринимали мир иначе, чем мы. Вряд ли кого можно сейчас удивить наличием в морях китов и прочих водных жителей внушительных размеров. Мало кто их видел вживую, но телевидение, кино и фотографы заочно знакомит нас с подавляющим числом обитателей нашей планеты. А еще несколько столетий назад эти существа воспринимались как чудовища, а их реальный облик, приукрашенный народной молвой и фантазией летописцев и картографов, отображался на картах в самом невероятном виде. В результате на старинных европейских картах «встречается» морской волк, рыбочеловек-тритон, водяные быки-единороги, морские слоны, козлы, львы и даже драконы. Запечатлены картографами и сирены возле корабля в Южном океане, король Португалии Мануэл верхом на морском чудовище, ремару – существо, которое якобы могло останавливать корабли. На датированной началом XV века карте турецкого адмирала Пири Рейса «рядом с китом мы видим европейский корабль, пришвартованную к киту шлюпку и двух людей у костра, зажжённого на спине кита». Первые испанские конкистадоры, появившиеся в Латинской Америке, были людьми своего времени, верящими в чудеса и в то, что сокровища охраняют невиданные древние чудовища. «На глобусе, созданном Герардом Меркатором в 1541 году, мы могли наблюдать двух морских существ, характерных исключительно для фауны Нового Света (ламантина и игуану). В конце XVI века на картах появляются изображения еще двух довольно экзотических существ, связанных именно с этим регионом». Это нечто, напоминающее гигантского гуся с четырьмя плавниками и крупного водяного волка. Почему же эти чудовища с карт все же исчезли? Корабли становились все совершеннее, путешествия – доступнее. Да и вкусы людей к XVIII веку изменились, от карт уже ожидали не экзотичности, а достоверной информации о ветрах, мелях и течениях.

Исламская цивилизация. История и современность. Сост. М. Аль-Джанаби


Сборник статей, посвященных истории науки, культуры и развития общества в странах Востока. Рассказывается о выдающихся ученых, их заслугах и удивительных открытиях. «Что касается Ибн Сины, чья слава в равной степени достигла Востока и Запада, он написал медицинский трактат «Канон врачебной науки», а также был знаменитым философом… Ибн Халликан считает, что сочинения Ибн Сины включают в себя около ста малых и крупных трудов». В тексте не только анализируются идеи видных философов от времен раннего Средневековья до наших дней, но и рассматривается процесс обмена научными знаниями и культурными достижениями между Востоком и европейскими странами. «Путевым очерком (рихла) называют книгу, в которой автор фиксирует все то, что он увидел и услышал в каком-либо городе или разных городах, в которых он побывал… В прошлом подобные книги оказывали большое влияние на повышение интеллектуального уровня народов, поскольку смешение культур открывало дорогу мягкости, доброте и любезному обращению между людьми». Показано, что путешествия являются одним из признаков высокого уровня развития того или иного государства, поскольку именно устроенная жизнь и хорошее благосостояние позволяют человеку отправляться в странствия ради новых знаний и впечатлений от невиданных в родном краю диковинок.

Эрик Тополь. Будущее медицины. Ваше здоровье в ваших руках


В нашем оперативно меняющемся мире грядут неизбежные большие перемены в медицинском обслуживании. Если раньше данные анализов присылали по почте, то теперь пациенты сами получают данные с помощью имеющихся у них устройств.

Одним из самых распространенных предметов на планете – свыше 7 млрд. экземпляров –  сейчас является смартфон, который сейчас архивирует больше данных и информации, чем способно освоить большинство людей. «И информационный потенциал смартфона не сводится к передаче медицинских данных… Примечательно, что уже существуют десятки тысяч медицинских приложений, созданных сетью разработчиков по всему миру. Но поражают не столько цифры, сколько потрясающая изобретательность. Кто бы мог подумать, что при помощи смартфона можно будет оцифровывать дыхание, чтобы выявить рак? Или измерить основные параметры легочной функции, дыхнув в микрофон? Или использовать микрофлюидные приложения, которым требуется всего лишь крошечная капелька жидкости для проведения сотен обычных лабораторных исследований?». С помощью своего смартфона любой человек может измерить давление или сахар в крови.

Грядет новая медицинская коммуникационная революция, после которой не нужно будет «ждать приема в среднем по 62 минуты, чтобы провести потом всего семь минут в кабинете врача, часто даже не встретившись с ним взглядом». И тогда возможно и частично реализуется самая большая и неосуществимая мечта медицины – предотвращение хронических заболеваний.

Мэри Бирд. SPQR. История Древнего Рима


«SPQR» — это аббревиатура крылатой латинской фразы «Сенат и народ Рима». В книге рассказывается о возвышении города, ставшего империей на трех континентах, четырнадцати императорах, жителях Вечного города – имущих и неимущих.

Рассматривая тему «люди-собственность», можно в качестве примера привести Цицерона. «Среди имущества Цицерона значились также человеческие существа. В письмах он упомянул всего около двадцати рабов: группа из шести или семи курьеров, несколько секретарей, писарей и чтецов (которые читали книги и документы вслух для удобства хозяина) и еще помощник, рабочий, повар, личный слуга, один или два счетовода. В действительности его прислуга была, вероятно, более многочисленной. Обслуживание двадцати имений предполагало минимальный штат в 200 рабов, даже если часть из них были маленькие гостевые домики, а другая часть была законсервирована на многие месяцы…».

Кстати, о домах – из нескольких домов на Палатинском холме, которые занимал Август, и был создан полномасштабный дворцовый комплекс. А император Нерон повелел, чтобы в его Золотом дворце были использованы самые передовые достижения инженерной мысли и потрясающая роскошь. Впрочем, почти вся римская элита не страдала скромностью, но, увы, порой становилась жертвой очередного владыки, обнародовавшего списки подлежащих истреблению граждан.

В издании отсчет заканчивается 212 годом – тогда император Каракалла дал всем жителям Римской империи права римского гражданства, тем самым окончательно завершив процесс распространения прав и привилегий самого значимого в то время — римского — гражданства.

Йоханнес Хинрих фон Борстель. Тук-тук, сердце!


Книга известного врача-кардиолога подробно рассказывает и о том, как функционирует один из важнейших человеческих органов, и о том, как сохранить его в наилучшей форме на долгие годы. «Продуктов вокруг великое множество, поэтому и опасность умять что-нибудь вредное для здоровья тоже велика.  Как же разобраться в этом разнообразии? Как узнать, что и когда можно есть? И можно ли иногда без особого ущерба для организма отступать от строгих правил здорового питания?..». Действительно, психологи считают, что пресловутый «чит-мил», допускающий потребление вкусного, но вредного, иногда необходим, дабы не срываться в остальное время. Но не логичнее ли будет сменить сам подход к питанию, сделать здоровую пищу основой своего меню, а не мучить себя диетами? Тогда и ограничения постепенно перестанут восприниматься таковыми, ведь на самом деле современному горожанину не нужно питаться как его занятому тяжким физическим трудом предку: «Вот он, настоящий парадокс современного благосостояния:  неправильное питание, в том числе слишком обильное,  зачастую приводит к болезням сердца.  Если вы много едите, это отнюдь не означает,  что вы обеспечиваете организм всем необходимым». Говорится в книге и о том, как адреналин, гормон тревоги, способен подстегивать весь организм — и сердце в том числе, однако для человека, не имеющего привычки к таким нагрузкам, адреналиновый всплеск может быть опасным.

Любовь Казарновская. Любовь меняет все


В книге прославленной звезды оперной сцены отображены не только вехи ее биографии, но и размышления о вечных ценностях, о значимости творчества и о том, насколько важна поддержка и понимание близких. «Мой путь в моей профессии, не похожий ни на чей другой, в нем есть, и мое прямое дело, и элементы просветительства, и элементы журналистских расследований, которые меня приводят к созданию каких-то совершенно необыкновенных программ и форматов. Это все он, — инспирирует это Роберт. Я думаю, что, если бы мы не встретились, я бы жила по такому оперному стандарту, стереотипу, по которому живут все. Партии, театры, завоевать это, завоевать то, сделать какую-то программу…». Знаменитая певица подробно рассказывает о тайнах профессии, в которой важен не только вокальный талант, но и мастерство актерского перевоплощения, именно оно помогает увлечь зрителей в необыкновенный, полный переживаний и страстей мир, оживающий при первых тактах увертюры. «Магия большого артиста состоит в том, что он совершенно перестает быть собой на сцене… Пласидо Доминго был не собой, от него на сцене оставался ноль! Передо мной был мавр с жадными сверкающими огнем глазами, властный, с хищной жестикуляцией». В издании рассказывает о многих знаковых событиях, в том числе и о первом в российской столице Венском бале, во время которого Казарновской довелось выступать.

Ричард Нисбетт. Мозгоускорители. Как научиться эффективно мыслить, используя приемы из разных наук


В жизни часто приходится выбирать – в том числе – что же делать с тем, за что заплачено, но оказалось вовсе не желаемым – невкусное блюдо в ресторане, скучный фильм. Доедать, досиживать или уйти? «Теория эффективности затрат содержит множество деталей, которые трудно уловить, но которые крайне важны в повседневной жизни. Эти детали почти так же важны, как главное правило теории – выбирать то, что принесет самую высокую прибыль… Девиз любого экономиста, который вы должны взять на вооружение, гласит, что ваша оставшаяся жизнь начинается прямо сейчас. Ничего из прошлого нельзя вернуть… Попав в ловушку невозвратных издержек, вы обречены платить цену выбора, которой можно было избежать».

В разделе с говорящим названием «Победа над слабостями характера» рассказывается о том, как мы дорого платим за свою боязнь потерь – на самом деле, порой, следуя теории эффективности затрат, лучше отказаться от того, что есть, чтобы получить что-то лучшее в будущем. Проблема в том, что боязнь потерь приводит к бездействию, нежеланию изменять сложившее положение, а рассуждения о проигрыше затмевают в наших глазах рассуждения о выигрыше. К тому же, делая «по привычке» то, чего вы не хотите, вы автоматически лишаете себя возможности делать что-то более значимое и лучшее.

Нина Шацкая. Жажда жизни


Красочное издание, в котором известная певица отразила свои впечатления от многочисленных путешествий, а также записанные  ею рассказы и местные легенды. Она по собственным словам, наблюдала, как выживают в самых невероятных условиях люди, как они обращаются между собой и окружающим животным миром. На юге Эфиопии до сих пор живут племена, которые поражают туристов своими традициями и экзотическим видом. Так в ходе обряда инициации юношей «претендент на звание мужчины, будучи абсолютно гол и бос, должен четыре раза пробежать по спинам восьми быков, поставленных боками друг к другу. Особенно важно то, что второй попытки претендент не имеет...». А в монгольскую столицу Улан-батор автор книги приехала накануне самого важного праздника — национального фестиваля Наадам. «Сотни статистов в воинских доспехах времен орды уже на подступах к стадиону будят в туристах генетический страх, становится не по себе от возбужденных раскосых глаз под низко надвинутыми шлемами». Участники праздника по традиции одеваются в национальные костюмы – дели, которые «подобно халатам, одинаково кроятся для мужчин и женщин, неискушенному взгляду они кажутся громоздкими», но при этом хорошо приспособлены для кочевой жизни и используются монголами не только по торжественным случаям, но и в повседневности.


Статья написана 9 декабря 2016 г. 22:09
Размещена также в рубрике «Другая литература»

Каждый месяц Алекс Громов рассказывает о 9 книгах non-fiction.


«В конце периода начала Нового времени к категории отверженных относилось приблизительно 380 000 человек. Существовали две основные группы отверженных: эта (буракумин, «деревенщина» в современной Японии) и хинин (буквально «нечеловек»)… в начале Нового времени власти провели между ними четкое различие: термином эта назывались те, кто являлся отверженным по рождению, к хинин относились люди, ставшие изгоями по роду своей деятельности».

Уильям Дил. Япония. Средние века и начало Нового времени

В книге описан почти семивековой период в японской истории, с 1185 г. (начало периода Камакура) до 1868 г. (конец периода Токугава), считаемый японским Средневековьем и началом Нового времени. Жизнь феодальной Японии показана не только сквозь призму жизни высших сословий (военного и аристократического), но и повседневного быта горожан и крестьян. Например, когда в XVI веке приготовление чая и предметы, связанные с чайной церемонией, стали средоточием эстетических воззрений высших сословий, скромные крестьянские домики и простая утварь вдохновили мастеров чая на использование для чайных собраний простой чайной керамики и хижин.

В феодальное время в Японии было четыре сословия (касты). Высшим было сословие воинов, которым управляли местные сегуны (аналог индийских раджей). Особое место в иерархии воинов занимали самураи. Сегодня традиция самураев нашла продолжение в якудза, часть которых действительно ведет свой род от воинов и правителей.  Жизнь крестьян раньше полностью зависела от сегуна. Им было запрещено касаться оружия, рис, который они выращивали, считался священным, и питались они в основном более простой пищей. Все было подчинено правилам, включая дозволенные виды одежды, утвари, расходов и доходов, поведения и т.д. Эта система сохраняла прочность вплоть до прихода иностранцев и вместе с ними — технического прогресса влияющего на кастовость. В издании рассказывается и об изгоях феодальной сословной системы, которым и посвящена первая цитата. Изгои занимались профессиями, которые не входили в систему четырех сословий, и поэтому считалось, что занятия этих людей приносят обществу небольшую пользу. К этой категории относили не только нищих, бродяг и проституток, но уличных актеров, обитавших в злачных местах – развлекательных кварталах, в которые частенько заглядывали и представители воинской элиты.

Говорится в книге о замках и самураях, основах воинского кодекса чести и образцовых воинских добродетелях, типах мечей и способах их обнажения, доспехах и сигналах для управления армией.

Отдельная тема – японские женщины, а точнее – их роль в истории и жизни: «Документов, написанных самими женщинами, слишком мало по сравнению с теми, которые были написаны мужчинами… Обычай требовал, чтобы семейства менее значительные  отдавали своих дочерей замуж в более влиятельные семьи». При этом женщин порой использовали в качестве заложников, чтобы контролировать ее родственников – врагов или потенциальных противников. Поэтому если феодал возвращался из Эдо в свои владения, то его жена оставалась при дворце сёгуна… Не забыты и гейши – вовсе не являвшиеся проститутками. Неслучайно в классическое образование гейши были включены национальные виды искусств, которыми гордятся родители, выдавая дочь замуж: игра на сямисен, танец и вокал, поэзия, каллиграфия, рисование, чайная церемония.

По дорогам Японии передвигались красочные процессии дайме (вассалов правителя), правительственные курьеры, странствующие ремесленники, торговцы, путешественники и паломники. В начале XIX века количество последних резко увеличилось – толпы людей отправлялись к священным горам и знаменитым храмам. Путешествие было единственным видом активного отдыха, доступным простолюдинам. Именно это обстоятельство объясняет моду на пейзажную гравюру. Одной из главных дорог и был Токайдо – Восточный морской путь, проходивший по побережью Тихого Океана, и связывающий Эдо (нынешний Токио)  с императорским городом Киото. Этот нелегкий путь протяженностью в 500 км пешие путники проходили за 10-14 дней, но зато могли насладиться прекрасными видами. Эстетическое восприятие гармонии, цветовой гаммы, природы, у средневековых японцев  носило созерцательный характер. Так божественна и почитаема гора Фудзияма, чья заснеженная вершина манит многочисленных паломников и пробуждает чувства обывателей.

«Представители богатых сословий предпочитали передвигаться на паланкине (каго). Это транспортное средство представляло собой переносную кабинку из дерева или бамбука на двух длинных шестах, отходящих от нее вперед и назад. Роскошные деревянные паланкины часто лакировали. Обычно паланкин был рассчитан на одного человека…»


«Так знай, что правосудность возникает из совершенства разума. А совершенство разума бывает тогда, когда он видит дела такими, какие они есть, постигая их внутреннюю истину и не обманываясь их внешней стороной. Например, отказывая правосудности ради этого мира, он должен взглянуть на то, что является его целью в этом мире: если цель в нём — поедать вкусную пищу, то он должен знать, что он — домашнее животное в человеческом облике, ведь прожорливость — это занятие домашних  животных…».

А. А. Хисматулин. Сочинения имама ал-Газали

Издание посвящено глубокому научному рассмотрению трудов известного правоведа и философа ал-Газали (1058-1111). Он был уроженцем города Тус на территории современной иранской области Хорасан. Его перу принадлежат многие труды, признанные классикой средневековой восточной философии. Ал-Газали преподавал в учебных заведениях Багдада и Нишапура, и среди его учеников были те, кто впоследствии в свою очередь стали выдающимися мыслителями. Но при этом произведения ал-Газали были переведены на латынь и обрели известно не только в странах Востока, но и в Европе, где о нем с особой похвалой отзывался Фома Аквинский.

Внимание автора данного исследования сосредоточено на работах ал-Газали, относящихся к жанру назидательной  литературы и написанных им под конец жизни, рассказывающих о том, какими нравственными принципами должен руководствоваться достойный правитель и его приближённые. Эти произведения, от небольших трактатов до коротких записок, как и переписка учёного с различными государственными деятелями, сподвижниками и учениками, анализируются  в первой части книги, среди них можно отметить такие сочинения как «Зад-и ахират» («Путевой припас для грядущей жизни») и «Насихат  ал-мулук» («Совет  правителям»). Все они снабжены подробными комментариями. Вторая часть книги посвящена текстам, авторство которых, преднамеренно или нет, было приписано ал-Газали. Наглядно показано,  как появлялись подделки под его настоящие сочинения, разъясняется, какими соображениями могли руководствоваться их авторы, а также какие случайности приводили к ошибочному определению авторства подобных произведений.

«Ануширван сказал своему сыну: «Уважай своего министра, ведь если он увидит в тебе что-то недостойное, то не станет тебе вторить». Вазир должен стремиться к добру и остерегаться зла. Если падишах добросердечен и сострадателен к подданным, то он должен помогать ему в этом. А если тот не сострадателен, то он должен незаметно побудить его встать на правильный путь. Он должен знать, что долговечность падишаха зависит от него, а долговечность мира — от падишаха. Он должен думать и поступать только во благо, зная, что он первый, в ком падишах нуждается».


«Совершенно очевидно, что Леонардо собирался написать полномасштабный трактат о живописи, и, по свидетельству Луки Пачоли, отдельные его части были завершены к 1498 году. Если это действительно так, то эти части оказались утрачены. В сохранившихся документах можно найти многочисленные наброски общего плана сочинения, зачастую не совпадающие друг с другом. Фактически все, что нам осталось от работ Леонардо, — это огромное количество записок, в основном сделанных на полях его альбомов. Они представляют собой или скопированные Леонардо фрагменты книг, или оригинальные соображения, включающие, в том числе, собственные идеи или наблюдения».

Энтони Блант. Теории искусства в Италии: 1450–1600

Автор книги — один из легендарной «Кембриджской пятёрки». В 1939 году Блант  поступил на службу в британскую контрразведку МИ-5, принял участие в военных действиях во Франции, был награжден орденом Почётного легиона и стал помощником одного из руководителей английской разведки. Рукопись этой книги была закончена Блантом в январе 1940 года в штаб-квартире Британского экспедиционного корпуса в Булони. После окончания Второй мировой войны Блант стал хранителем картинной галереи королевы, профессором Лондонского университета, членом Британской академии.

По мнению Бланта, происходившие в искусстве изменения неизбежно сопровождались и изменениями в теориях искусства, его трактовавших. Это было связано и с изменением роли художника. В XV веке мир вступал в новую эпоху – после эпидемий и войн Европа, получившая первые печатные книги, открывшая Америку, отправившая корабли к африканским и азиатским берегам, казалось, переживает полное перерождение. В это время художники перестали быть безликими членами профессиональных корпораций, обычно выполнявших заказы Церкви и государей. У них появились богатые, просвещенные заказчики, и в соответствии с их пожеланиями (и региональными «особенностями») возникли многочисленные художественные течения. Особенностью итальянского Ренессанса было существование одновременно множества художественных центров.

Но менялись не только заказчики с их «спецификой», но само отношение к искусству. «В конце Средних веков народные идеи выражались в искусстве посредством реализма, однако наивный реализм вовсе не тождественен научному реализму Возрождения или реализму, который часто встречается в сочетании с чисто средневековыми элементами фантастики и символизма, отраженной в творчестве таких художников, как Босх или Грюневальд. Поэтому в народном искусстве Позднего Средневековья следовало бы ожидать смешения идеализма и простых натуралистических взглядов».

Одна из глав – «Тридентский собор и религиозное искусство» посвящена роли католической церкви в искусстве и самого религиозного искусства, признанного еще до окончания собора (который длился с 13 декабря 1545 года  по 4 декабря 1563 года!) одним из наиболее ценных орудий пропаганды. «Отношение Церкви к еретическим картинам менялось в разные исторические периоды, однако до Контрреформации оно было на удивление либеральным. В Средние века могущество Церкви было столь велико, что она могла позволить себе подобную небрежность. Вместо того, чтобы исключать людей из своего лона, она предпочитала дозволять народным устремлениям выражать себя в широком юморе мистерий и свободном воображении готической культуры. Она позволяла представлять или пересказывать истории, даже если они были легендарными или вымышленными, при условии, чтобы они не выступали прямо против каких-то фрагментов церковного учения или практики. Та же широта взглядов отличала и эпоху Возрождения».

При обсуждении вопроса о пристойности главной мишенью стал «Страшный суд» Микеланджело. Микеланджело первым среди своих современников прославил красоту обнаженного человеческого тела — для него нагота и искусство стали равнозначными. Знание анатомии человека – вот непременное условие высокого мастерства не только скульптора, но и художника. Но никто не отменял условности – даже для гениев. Мастера, возводившего гробницу папе, руководившему строительством величайшего собора, росписью капелл, многие (и не только священнослужители) называли «изобретателем непристойности».

31 октября 1541 г. в Систинской капелле сняли леса, и папа Павел III пришел отслужить вечерню. Но верующие его не слушали – они замерли в изумлении и восторге, наслаждаясь зрелищем «Страшного суда» Микеланджело, в котором он отразил свои страхи, сомнения и свою веру. «Некоторые замечания Джилио (прим. священника и профессионального теолога) к «Страшному суду» заслуживают того, чтобы остановиться на них подробнее… Микеланджело, по его словам, изобразил ангелов бескрылыми. Некоторые из фигур развеваются ветром, несмотря на то, что в день Страшного суда ветра не будет… Фреска подверглась нападкам не только на бумаге. В некоторых случаях работе грозило полное уничтожение, и сохранить ее удалось только ценой значительных исправлений. Павел IV угрожал уничтожить фреску и в итоге повелел Даниэле да Вольтерра прикрыть некоторые фигуры одеяниями. Пий V также выразил свое недовольство, и число одежд на фреске возросло».


«Классический юродивый – это протестующий одиночка.  Такой тип обличителя вообще характерен для средневековой культуры, для консервативного, медленно меняющегося общества. Но как только в XVII в. динамизм овладел умами, как только началась перестройка культуры, юродивый перестал быть одиночкой, он превратился в человека партии, примкнув, конечно, к консервативному течению. Это произошло при патриархе Никоне. Ни один мало-мальски заметный и активный юродивый не принял церковной реформы. Все они объединились вокруг протопопа Аввакума и его сподвижников. Одиночество уже не было абсолютным…»

А.М. Панченко. Парадоксы русской истории

В издании, написанном академиком, филологом и исследователем культуры, дается подробный анализ роли как непростых и часто неоднозначных исторических деятелей, так и типажей, когда-то обитавший на Руси. Среди них особое место занимают юродивые, чье значение возрастало в кризисные для Церкви времена. Но с течением веков роль юродивого менялась. Панченко описывает, как резко  менялось отношение самого патриарха Никона к юродивым, от лояльного до отрицания юродивых как института, предвосхитив тем самым их неприятие последующим реформатором государства и Церкви Петром I. Но эта реакция царя на юродивых вполне объяснима – ведь тем не только было все равно, кого обличать, но наоборот – царя надо было обличать еще суровее, «потому что преступления царя и заметнее, и ужаснее по своим последствиям. В таком случае нравственный  по форме протест достигает максимальной социальной остроты».

Кроме того, Панченко упоминает и существовавший на Руси определенный культурный стереотип, возросший на почве фольклорных традиций. Что же было одним из черт этого стереотипа? Немного нимало, как прямой контакт царя и юродивого. Достаточно вспомнить часто упоминаемую в бытовых сказках ситуацию, когда происходит встреча справедливого царя (естественно, у которого — злые советники и жадные бояре) с простолюдином, как правило, бедным, но сообразительным крестьянином.

В чем же причина изменения отношения к юродивым царя Алексея Михайловича, славившегося своим благочестием? При нем начал меняться дворцовый быт, появился первый театр, придворные поэты. Ведь именно при его наследниках богомольцы и юродивые исчезли из государевых хором… Что представляли собой самозванцы на Руси? «...самозванство – это народная оболочка бунта. Почти всякий бунт XVII в. имел своего самозванца. Только в Смуте их участвовало до полутора десятков…».

Остановимся подробнее на самом известном и удачливом – Лжедмитрии I. 31 июля 1605 года состоялось торжественное венчание на царство Лжедмитрия I под царя «Димитрия Ивановича». Венчание проходило в Кремле – поначалу в Успенском соборе, где на голову Лжедмитрия новый патриарх Игнатий, являвшийся креатурой самозванца, водрузил венец русских царей, а избранные заранее самозванцем бояре преподнесли ему скипетр и державу. Кроме того, церемония была по «царскому» приказу продублирована и в Архангельском соборе, у захоронений «предков» Лжедмитрия, который уверял всех, что является законным продолжателем рода Рюриковичей. После вспыхнувшего через несколько месяцев в Москве мятежа и убийства самозванца начались так и не прекращающиеся среди историков споры – кем же был на самом деле Лжедмитрий? А царевич Димитрий был в 1606 году прославлен Русской православной церковью как страстотерпец, его святые мощи были признанны нетленными и перенесены в Москву, где они и пребывают в Архангельском соборе Кремля.

Лжедмитрий, по словам Панченко, относился к типу самозванцев – нарушителей канонов: «он демонстративно нарушал царский и православный этикет, т.е. вел себя как реформатор, а со старозаветной московской точки зрения как вероотступник, еретик, чернокнижник и колдун».


«Смешивая факты с клеветой и щедро приправляя их словами гнева – «вероломство», «махинации», «беспорядки», «преступления», «жестокость», «коварство», — Робеспьер излагал придуманное им видение истории жирондистов и возлагал на них всю ответственность за нынешние беды страны. В конце речи он потребовал призвать к ответу перед революционным трибуналом «таких патриотов, как Бриссо, Верньо, Жансонне, Гаде».

Елена Морозова. Робеспьер

Максимилиан Мари Изидор де Робеспьер – фигура неоднозначная: инициатор кровавого террора и борец за равноправие, снискавший себе прозвище Неподкупный.

В издании описано возвышение Робеспьера, революционные события во Франции, борьба между различными фракциями и расправы с проигравшими, многие из которых ранее были видными деятелями Французской революции.

В своей речи «О Принципах Революционного Правительства», произнесенной в Национальном конвенте 25 декабря 1793 года, Робеспьер заявил, что «теория революционного правительства также нова, как и революция, её породившая. Её не нужно искать ни в книгах политических писателей, которые не предвидели этой революции, ни в законах тиранов, которые, довольствуясь злоупотреблением своей властью, мало заботятся о её законности; поэтому для аристократии слова «революционное правительство» являются лишь предметом ужаса или клеветы, для тиранов — лишь позором, для многих людей — лишь загадкой. Эти слова нужно объяснять всем, для того чтобы приблизить, по крайней мере, добрых граждан к принципам общественной пользы.

Функция правительства состоит в том, чтобы направлять моральные и физические силы нации к поставленной цели. Цель конституционного правительства — сохранить Республику; цель революционного правительства — основать её. Революция — это война свободы против её врагов; Конституция — это режим победоносной и мирной свободы».

Затем Робеспьер провозгласил необходимость революционного террора. Одержимый манией заговоров, он обвинял англичан в подготовке подкупом восстания и клеймил своих противников как агентов иностранных государств. Сам Робеспьер продолжал разоблачать и обвинять, устраняя врагов. Иностранные газеты называли его «Максимилианом Первым». 10 июня 1794 года был принят закон «22 прериаля», устанавливающий смертную казнь по всем делам, подлежащим ведению революционного трибунала.

«Четко отработанный ритуал казни – начиная от отрезания волос в Консьержери, тюрьме, которую называли «прихожей гильотины», и до выверенного маршрута, которым телеги с осужденными следовали к площади Революции, где стояла гильотина, — напоминал масштабную театральную постановку и привлекал толпы народа… По мнению психологов, тогдашние зрители воспринимали казнь осужденного как реализацию акта справедливости и с падением ножа гильотины испытывали своеобразный катарсис… Как сказал кто-то из современников, якобинцы дали народу головы вместо хлеба. Однако любой театр может наскучить…»


«Император, брат великого князя Гуна, не разрешил великому князю опускаться до личного приема европейцев, пусть они даже до поры времени считаются победителями. Однако великий князь сам понимал, что к чему, и относил такое распоряжение своего брата к невыполнимым в реальной жизни. Он самолично подписал договоры с британцами и французами, даже заранее приехал к месту встречи и дождался лорда Эльджина. Когда Эльджин прибыл в сопровождении 400 пехотинцев, сотни кавалеристов и двух оркестров, исполнявших марши во главе процессии, великий князь Гун подошел его приветствовать, прижав сложенные руки к груди. То есть он как будто шел навстречу с равным по положению в обществе человеком».

Чан Цзюн. Императрица Цыси. Наложница, изменившая судьбу Китая. 1835-1908

Император Сяньфэн одобрил заключенные великим князем Гуном договоры Вскоре он скончался, а с регентами расправилась мать нового малолетнего императора. Почти полвека эта женщина правила из-за кулис китайской империей, проводила в стране, отставшей в развитии промышленности от Запада, необходимые реформы. В издании, основу которого положены исторические документы, содержащиеся в архивах, которые большей частью стали доступными после смерти великого кормчего, подробно рассказано о жизни императорского двора и управлении державой.

«Императрицей Цыси стала не сразу. Ее назначили наложницей весьма низкой категории. В императорском гареме существовало восемь категорий наложниц, и Цыси досталась шестая категория. То есть она относилась к низшему «сословию» (шестому из восьми). Цыси не полагалось собственной коровы… В ее расположении находилось четыре личные служанки, тогда как у императрицы их было десять в дополнение к многочисленным евнухам». В книге рассказывается об обреченной любви императрицы, войне с мировыми державами, борьбе с мятежниками, заговорщиками, японцами.

После смерти императора власть перешла к Совету регентов. Но эти восемь человек и не подозревали о честолюбии и уме Цыси, которая, рискуя жизнью, устроила государственный переворот, приведший её к власти. Одного из регентов, схваченного в постели с двумя наложницами (т.е. откровенного предававшегося плотским утехам во время сопровождения гроба императора), казнили. Двум другим Цыси приказала покончить с собой. «Для этого им прислали длинные белые шелковые шарфы, с помощью которых им предлагалось удавиться. Такое достаточно часто поступавшее императорское распоряжение получило романтическое название цыбо – «наградной шелк». Когда речь шла о смертном приговоре, такой исход считался монашеской милостью: ведь предлагалось покончить собой без публичной казни, и уход из жизни можно было обставить в частном порядке».


«После взятия Дели, столицы Магомет-Шах-Багадура (в 1857 году) в его архивах была найдена переписка, веденная им во время Севастопольской осады, с Персию относительно совокупных действий против англичан. В это же время Набоб Данди Пан, который приобрел впоследствии такую широкую известность под именем Нена Сахиба, ездил по Индии, рассказывая про неудачи англичан в Крыму. Подписка, открытая английским правительством в пользу раненых в Севастопольскую войну, получила у индусов название русской подати и, по мнению туземцев, предназначалась на пополнение истощенных сил Англии для новой борьбы с Россиею…

Нет никакого сомнения, что Англия с помощью денег будет стараться возбудить против нас Бухару, Хиву и туркмен и, может быть, южных киргизов оренбургского ведомства. Центром враждебной России пропаганды, вероятно, будет английское посольство в Персии и консульство в самом северном персидском городе Мешхеде».

«Большая игра» в Центральной Азии: «Индийский поход» русской армии: сборник архивных документов, сост. Т.Н.Загородников

В сборник в хронологическом порядке включены 156 документов из архивов, датированные 1878- 1880 годами и носившие на момент составления гриф «секретно». Первая цитата – из «Записки генерал-майора А.К. Гейнса о политическом положении и англичанах в Индии, о численности и состоянии ее войск, ее населении», датированная 3 апреля 1878 года. Но, несмотря на заявления русского генерала, вряд ли последний могольский падишах переписывался с владыкой Персии Насреддин-шахом о совестных действиях против англичан, с которыми до 4 апреля 1857 года (когда был подписан мирный договор) персы вели войну. На самом деле Бахадур Шах (Сирадж уд-Дин Абу-л-Музаффар Мухаммад Зафар) — последний падишах Империи Великих Моголов, официальный правитель Индии с 28 сентября 1837 по 14 сентября 1857 года, не имел реальной власти, находившейся в руках Британской Ост-Индийской компании. А после поражения восставших сипаев, во время которого Бахадур-шах подписал воззвание, где говорилось о восстановлении имперской власти и звучал призыв ко всем индийцам объединиться в борьбе за свою родину, британское правительство объявило о ликвидации института Могольской империи.

Английские эмиссары неоднократно наведывались в среднеазиатские ханства, собирая разведывательные данные и по возможности лоббируя интересы Британии. Развернувшееся между Российской и Британскими империями соперничество и сложная политическая обстановка в Европе, связанная с победоносной для России русско-турецкой войной 1877-1878 годов, явились причиной того, что в Российской империи было принято решение начать поход войск Туркестанского военного округа на юг в сторону Афганистана и Индии – так называемый «Индийский поход».

Судя по архивным документам, этот поход с самого начала планировался как отвлекающий англичан маневр, для пресечения их замыслов, направленных против России в Средней Азии. 20 января 1879 года датирована «Докладная записка полковника А.Н. Куропаткина по поводу депеши военного агента в Великобритании Свиты Его Императорского Величества генерал-майора А.П. Горлова». В ней будущий военный министр Российской империи пишет следующее: «Наиважнейшая для противодействия англичанам наша новая граница, по-видимому, должна заключить в районе наших владений ханство Бухарское (до р. Аму-дарьи) и кочевья туркмен с Мервом и верховьями р. Мургаба. Мы тогда примкнем нашими границами к Персии и Афганистану и будем в силах не пропускать английское оружие и инструкторов в Бухарские владения и, что еще важней, в кочевья туркмен…

Наше движение в туркменские степи выгодно для Персии и эти выгоды должны быть сознаны персидским правительством. Поэтому при наших важных операциях, по-видимому, лучше отказаться от занятия, напр., верховьев Атрека, чем дать повод Персии отнестись враждебно к нашему движению вглубь туркменских степей…

Утвердившись в Текинском оазисе, но не желая одним ударом покончить с Мервом, возможно начать подготовлять средства для борьбы с Англией путем дипломатических переговоров с Персией.

Принятая нами на себя оборона этой богато одаренной от природы полосы привела бы ее в цветущий сад. Принятие подобного взгляда Персиею было бы для нас чрезвычайно выгодным.

Обязавшись защищать Персию от туркмен, мы могли бы добыть право занять нашими гарнизонами Мешхед и Серахс».


«Большевистские лидеры охотно признавали слабую боевую устойчивость своих войск. «Революционные войска – нервные войска, способные к быстрым метаморфозам, — заявлял в 1919 г. Л.Д. Троцкий. – Их можно в короткий срок оздоровить, закалить, но в короткий же срок можно довести до распада». Сам Троцкий объяснял эту «нервность» четырехлетним сидением в окопах мировой войны, выделяя, правда, без комментариев, особую «революционную нервность». Эта «революционная» расшатанность психики развивалась, надо полагать, в ходе многочисленных экспроприаций, реквизиций, контрибуций, массовых расстрелов соотечественников, зачастую не способных даже оказать сопротивления. Реалии гражданского противостояния безжалостно срывали с войны всякий героический флер, которым обычно украшается страшное дело истребления себе подобных: речь уже не могла идти о жертвенном подвиге воина, рискующего жизнью в столкновении с сильным и опасным противником».

Сергей Зверев. Военная риторика Новейшего времени. Гражданская война в России

Если сравнить между собой речи красных и белых военачальников, то в части из них, невзирая на противоположные политические взгляды, можно найти похожие лозунги и выражения. В текст включены и биографии полководцев, и анализ их речей. «Лексика и фразеология военной риторики Фрунзе тоже представляет собой смесь из широко распространенных в советское штампов социального пафоса, вроде пресловутых «помещиков и капиталистов» и выражений, характерных для самого Михаила Васильевича. К таковым можно отнести переходящее из приказа в приказ упоминание о бое, тяжбе или счетах «труда и капитала», выражения «Трудовая Русь», «Россия труда», «сермяжная Русь». Но если сравнивать речи Фрунзе и Троцкого, то у первого – она более метафорична, поскольку чаще задействованы средства выразительности.

Разбирая военную риторику Гражданской войны, можно отменить, что советскому полководцу нужно было быть не только (и не всегда) выдающимся профессионалом военного дела, прославленным своими победами. Необходимо было и показывать близость к революционным воинам, произнося перед ними громкие речи со звонкими политическими фразами, демонстрирующими в первую очередь единство целей.

Кроме того, красным командирам необходимо было бороться с вражеской пропагандой – дабы сохранить контроль над своими войсками, часть из которых представляло собой не добровольцев, насильно мобилизованных, плохо обученное военному делу ополчение, среди которых были и представители алых народов.

7 октября 1919 года Фрунзе издал приказ по войскам Туркестанского фронта № 03587: «Вы, доблестные войска 1-й армии, многомесячными усилиями в бездорожном районе, через горы, леса, по степным степям очищали путь в Красный Туркестан, где ваши братья вели упорную борьбу за свою свободу, где был приготовлен для окруженной кольцом врагов Советской России столь нужный ей хлопок, чтобы одеть нашу пролетарскую семью… Ваш могучий дух воинов-революционеров, воинов великой Рабоче-Крестьянской Красной Армии дал вам славные победы. Вы захватили за последний месяц свыше 55 тысяч пленных, много орудий, около 150 пулеметов, большое количество военной добычи…

Свершилось! Путь в Туркестан свободен! Совет Обороны РСФСР, высоко ценя услуги, оказанные Советской Республике вашей доблестной боевой работой, постановил:

1. объявить вам в лице красноармейского и командного состава благодарность отечества;

2. выдать всему составу 1-й армии, участвовавшему в победоносном наступлении на соединение с Туркестаном, месячный оклад жалования.

Еще раз сердечно поздравляю вас с блестящим боевым успехом; твердо уверен, что вы навсегда закрепите свои победы там, в Красном Туркестане…»


«Текущее, обобщенное восприятие широко распространенной коррупции не является ни поверхностным впечатлением, ни эффектом ухудшения моральных характеристик. Это системный эффект рандомизации ценности (стоимости). Когда ценность не может больше определяться точной зависимостью от рабочего времени, ее определяющим фактором становится обман, мошенничество, насилие. Организованная преступность перестает быть беззаконным, маргинальным явлением, вместо этого она превращается в преобладающую силу развивающихся капиталистических экономик, таких как Россия или Мексика. В то же время обман легализован и организован на мировом финансовом рынке как системный элемент».

Франко «Бифо» Берарди. Новые герои. Массовые убийцы и самоубийцы

Известный итальянский философ и социолог, анализируя феномен убийств и самоубийств, рассматривает аспекты как технологически-лингвистической нестабильности, эпидемии самоубийств, социальная цивилизация, нейроэксплуатации и ловушек идентичности, объясняет роль современного западного мира, утверждая, что в 1977 г. привычные герои исчезли, переселившись в мир виртуального моделирования и нервной стимуляции. По словам Берарди, пытающегося определить состояние мира в терминах всеобщей гражданской войны, современный человек вынужден каждый день начинать с чистого листа, поскольку он  находится в состоянии постоянной конкуренции в сфере труда и языка.

Преступность стала усилителем и концентратором известности, для чего используется видео и интернет. «Поздний капитализм трансформировал военную логику мобилизации в сферу экономики: работа, производство и обмен – все превращается в поле битвы, единственное правило на котором – конкуренция. Все наши коллективные энергии служат одной цели войне всех против всех. Мобилизация уступает исступлению и в конечном итоге может привести к панике, после чего следует депрессия».


Статья написана 11 ноября 2016 г. 23:22
Размещена также в рубрике «Рецензии»

Ромео в мегаполисе, ошибка Брэдбери и мутации идеалов

(Александр Макаренко, оригинал здесь "НГ-Экслибрис")


Будущее… О нем мечтают, к нему, непременно с эпитетом «светлое», стремятся. А иногда и опасаются. Но самое главное, его часто не замечают здесь и сейчас, забывая, что Будущее – это не рубеж определенного времени, а функция, выражение нового состояния, в которое можно попасть через метаморфозы. В антологии наглядно показана именно метафизика перехода от вроде бы ощутимого Настоящего к еще эфемерному Будущему. При этом Настоящее норовит причудливо увязаться за каждым из нас.

Так, в рассказе мэтра Михаила Попова «Vale!» (в антологию также включены его «Грядущий Хэм», «Завтра волки, послезавтра – тигры», «Медвидь») вполне искренний храбрец и герой оказывается тесно связан с фантасмагорической историей таинственных охотников за сильными переживаниями. Это они были причастны к некоторым средневековым процессам о продаже человеческих душ. «За время эволюции мы в значительной мере утеряли эмоции. Особенно это касается того чувства, что вы называете любовью…» Но технологии не стоят на месте, и теперь тот, кого раньше могли одержимым обозвать, ничего не поймет и даже счастлив будет. Вот только правило бесплатного сыра применимо и здесь...

В антологию включены и тексты с «ориенталистским уклоном», что добавляет разнообразия в тематику и в стилистику. Повесть А. Санти «Между мирами» мастерски стилизована под историю удивительного странствия в поисках не только исполнения желаний, но и нового взгляда на себя и жизнь вокруг. А если, как в рассказе «Во внимание к благоразумию...» Табаи Сейеда Нассера, рассмотреть случившуюся в прошлом трагедию как столкновение представителей разных культур, персидской и русской, не с точки зрения одномоментности, но в глобальном аспекте?

В рассказах помимо элементов НФ (научной фантастики) проглядывают гротеск и аллегории, родственные революционной и постреволюционной романтике 20-х годов. Изменяются ориентиры Времени – и прежние идеалы претерпевают мутации. В рассказе Арти Д. Александер «Ошибка Рэя Брэдбери» тема запрета в грядущем обществе получает новое развитие. «У него был приятный голос, располагающая к доверию внешность, и, согласно инструкции, он был предельно дипломатичным, гуманным и понимающим. Сказывался многолетний опыт работы и ответственность «451» перед цивилизованным обществом этого города и всем толерантным человечеством в целом». Запрещенным является не наличие, но отсутствие… Чего же именно?.. Другие парадоксы бытия обыгрываются в рассказах того же автора «Аннам и Анджан, сыновья одной матери (в соавторстве с А. Санти)», «Мир до и после» и др.

Ольга Дыдыкина в рассказе «Хочу настоящее!» изображает людей, чья жизнь насквозь пронизана технологиями: «Слова явно давались ему хуже, чем цифры, – это Фил давно понял. Слов Николс стеснялся и как-то… боялся говорить долго». Но старая детская книга с картинками в итоге оказывается намного более впечатляющей, чем все телеизображения и голограммы. Тему иллюзорности многих стремлений и платы за уход от реальности рассматривает Татьяна Безуглая («Проект «Аркадия»).

Короче, Будущее не является неизбежным, но лучше к нему подготовиться, дабы не застрять в Настоящем, которое неудержимо стремится прямиком в Прошлое. 300 лет назад шекспировская история Ромео и Джульетты помимо вечной темы любви имела множество культурных подтекстов. А как эта история бы реализовалась, описано в рассказе Алекса Громова и Ольги Шатохиной «От 16 и четырех квадратов» – не в сказочном королевстве или на орбитальной станции, а повседневном мегаполисе, возникшем из нашего современного и уже в ближайшее столетие?..

Во что неизбежно превратятся торговые центры, подогревая культ покупок и развлечений? Они могут стать грандиозными и предоставлять невообразимое множество дополнительных услуг, но жажда потребления способна уводить все дальше тропой абсурда, которому нет предела в реальном мире или его цифровой тени. «Не волнуйтесь, в нашем продаваемом шкафу подсветочка есть и план выхода. У нас же не изнанка вселенной, у нас товар работает по закону!» («Примерочная» Алекса Громова и Павла Иванова). Одна из сквозных тем сборника — реклама, ее расширительная всеохватывающая функция – логическое продолжение нынешней рекламы, хоть и вездесущей, но пока не взаимопрошитой, а поэтому локальной.

Так есть ли у Будущего предохранитель? И – на случай чего? Можно ли в принципе не стать устаревшей моделью Человека и Разума? Нужно готовиться не к новым технологическим чудесам, а к новым отношениям между людьми. Из Будущего и наша современность выглядит по-другому. «Большое видится на расстоянии» – из дальней дали можно разглядеть те условности, к которым мы напрасно так крепко прикипели аналоговой душой.


Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8 [9] 10  11  12




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку


Количество подписчиков: 39

⇑ Наверх