Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «ХельгиИнгварссон» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы: [1] 2  3  4  5  6  7  8

Статья написана позавчера в 09:32
Размещена также в рубриках «Хоррор, мистика и саспенс», «КИНОрецензии»

Игра Джералда (Gerald's Game), Майк Флэнеган, Джефф Ховард, Стивен Кинг, 2017.



*** Вальс одиночества.


Она.

Так хочется любви, и чтобы как в книгах... Я такая красивая в простом белом платье и такая озорная в этой милой соломенной шляпке! Я так ещё молодо выгляжу, а ты на меня даже и не смотришь. А у меня ведь до сих пор грудь, как у девушки... Ну и не смотри, я на тебя тоже не буду…


Он.

Работа достала! Работаю, работаю, работаю и даже в выходной не могу позволить себе расслабиться! Хоть бы поскорее сдох этот чёртов мобильник! Включу музыку, отвлекусь. Заодно расшевелю жену по дороге, а то опять села и «замёрзла».


Она.

Опять свою музыку включил погромче, он специально ею от всего отгораживается. Посмотрел бы лучше, какой вид вокруг! В кои-то веки на природу выбрался – и ноль внимания. И музыку ему, и машину вести, и телефон свой выключить всё никак не может. Ну, правильно, ещё и под подол мне полез, не отрываясь от руля. Грязными руками! Хоть бы раз в лицо взглянул или причёску заметил… Выключу, пусть лучше на дорогу смотрит… Вот, собачку чуть не задавил! Изверг!


Он.

Что-то мне поплохело. Даже овчарку не заметил. Сама виновата, нечего на дороге сидеть! Тащи падаль на обочину, там жри! И эта туда же! Потерялась-голодает! Сама она потерялась, дура! И с работы опять звонят! Достали! Всё, вроде отбился. Аж руки дрожат. И сердце что-то расшалилось. Опять. Закинусь таблеткой, не лежать же пластом. У меня выходной!


Она.

И чего ему не хватает? Я и в парикмахерскую сходила, и макияж сделала, и побрилась, а у него одна работа на уме. Наверное, у него кто-то есть… Другая женщина! И не одна! Вот, опять разговоры «по работе», опять его «всего две минутки». Полчаса, не меньше. В постели бы так тянул… Пойду пока, прогуляюсь. Опять одна, снова одна, всегда одна… Здесь так красиво! А воздух-то какой! Не то что в городе. Тишина, и совершенно никого нет вокруг… Ой, а как же собачка? Позову её, покормлю пока. Ути, какой голодненький пёсик, хоть ты со мной, один ты меня любишь…


Он.

Эта тупая курица кормит моим мясом это животное! Японской мраморной говядиной! С фарфоровой тарелки! Да она вообще представляет, сколько надо вкалывать, чтобы купить хотя бы одну порцию! Куда ей – она дома сидит! На всём готовом!


Она.

Ну вот, сейчас опять будет кричать... И глаза такие злые сразу. Не люблю, когда у него такие глаза, как будто сейчас ударит... Собачку или меня? Нет, меня бить точно не станет, а вот пёсику может и достаться… Я ему сейчас так мило улыбнусь и скажу, что буду хорошей послушной девочкой, а собачка пусть пока спрячется…


Он.

Зла не хватает! Дура! Инфантильная дура! Да она вообще представляет, сколько я выложил за один этот вечер? Садовник, клининговая служба, дизайнер с бригадой? А холодильник! Мясо, моё мясо! Вдо-ох, ме-ед-лен-но выдохнуть. Разжать зубы и пальцы. Улыбнуться. Ты у меня такая (мать твою!) добрая! Я так тебя люблю!


Она.

А собачка испугалась и убежала. Интересно, насовсем или только спряталась где-то неподалёку? Лучше бы только спряталась, а потом вышла бы и поела. Ничего, я ей потом ещё дам… Эх, не успели приехать, в спальню потащил. Ни погулять со мной, ни поухаживать не хочет, всё наспех да как попало. И куда он всё торопится? Выходной же. Я неделю в интернете сидела, чтобы эту комбинацию найти, не порвал бы. Эта комбинация мне так идёт, все подружки оценили. Она так подчёркивает грудь! И ценник вот сюда положу, чтобы увидел. Лягу вот так. Нет, лучше так, на бок, и ногу вот так, чтобы бедро чётче обрисовалось, а руку сюда, живот прикрыть. Губы? Вроде намазала. Да, намазала. Я прямо как Мария-Антуанетта в будуаре... Ах, он обещал мне какую-то игру…


Он.

С моей работой скоро импотентом станешь, а эта всё лежит бревном. Толку с неё никакого, хоть и моложе меня! Даже в постели шевелиться не хочет. Спасибо медицине за «Виагру»! Поставлю упаковку так, чтобы видела. Пусть ей стыдно станет! Согласилась – уже хорошо. Я ещё ого-го! Пускай теперь скормленное собаке мясо отрабатывает! Так бы и покусал её за это! Где там наручники? Ещё бы рот ей завязать, дуре. Ладно, тряпку эту на голову ей заверну. Тебе удобно, дорогая? Лежи, как обычно. Тебе не привыкать. Я всё сделаю сам.


Она.

Что?.. Что это?!. Наручники?!. Милый, я думала, что будет ночь, тревожные крики птиц за распахнутым настежь окном, трепещущая занавесь, влажное дыхание озера, будут ленты из алого шёлка, негромкая музыка, чёрная бархатная повязка на глазах, страусиные перья, ароматические свечи, сладкие фрукты, массаж, благовонные масла по всему телу и крошечка льда у меня на животе возле пупка… Что… Что ты делаешь!?. Животное! Самец! Грязное животное! И не смей про моего папу!..


Он.

Ну, здравствуй, мой личный маленький пушной зверёк…



*** Король учится танцевать.


Оглушительно смеётся, сгибаясь в поясе и громко хлопая себя ладонями по ляжкам, странный весельчак и великий затейник Стивен Кинг. Вы думаете, что всё уже кончилось? Нет, приключение только начинается! Но заслуга ли именно Стивена Кинга в этаком начале для фильма, ведь здесь он лишь третий из сценаристов? Открываем его книгу, читаем. Нет. Спасибо, конечно, Королю за идею, но искренняя признательность и отдельная благодарность Майку Флэнегану и Джеффу Ховарду за её куда как более тонкое и изящное воплощение. Это прямо не завязка, а вальс, кружение опостылевших друг другу супругов в паре, обнявшихся, но смотрящих в разные стороны и совершенно не замечающих один другого. Разница с оригиналом убийственна, но здесь это только к лучшему.


Фильм тяжёлый, если задуматься, но подан в лёгкой игровой форме. Он избавлен от натурализма Стивена Кинга настолько, что по сравнению с книгой смотрится детской адаптацией, но вместе с этим не перестаёт быть жутким триллером. Глушь, прикованная женщина на кровати, труп близкого человека и голодное животное в одной с нею комнате. Незапертая дверь и неясная искажённая фигура во тьме. Что это: бредовое видение, демон или живой человек? Ни она, ни зрители этого не знают. И подсказать некому. И только тогда Джесси начинает вести разговоры с мужем и самой собой. Разговоры, которых почему-то не было с живым мужем, прорвались наружу после его смерти. Осознание своей собственной жизни и личной ответственности за неё включилось лишь тогда, когда эта самая жизнь повисла на волоске…


Эпилог картины не только ничуть не хуже всего остального – он совершает, казалось бы, невозможное для произведений Стивена Кинга. Незначительное изменение с лёгкостью выводит очень земную и гадкую, если честно, историю на мистический уровень. Обнажённая перед зеркалом личность и глумливый дедушка Фрейд, распад собственного «Я» до монолитной сердцевины, взмахи бритвы Оккама и кровавая стружка, снимаемая ею с воспоминаний – это талант Короля. Но всё остальное и, особенно, «эти глаза напротив» – явно заслуга двух других соавторов. Надеюсь, что  Майку Флэнегану в качестве режиссёра и сценариста удастся в том же стиле отретушировать также и будущую экранизацию книги «Доктор Сон». Этот фильм, «Игра Джералда», благодаря его работе хоть и оставляет после себя длительный и неприятный осадок, но смотрится очень легко. Единственное, о чём остаётся вздохнуть после просмотра, так это из-за отсутствовавшей в романе комбинации Карлы Гуджино.



Статья написана 9 ноября 15:23
Размещена также в рубрике «Хоррор, мистика и саспенс»

Возрождение (Revival), Стивен Кинг, 2014. https://fantlab.ru/work494345#response365...



***  Загребущий феодализм.


Стивен Кинг всегда искренен с читателями. Кажется, будто он сам прожил судьбы всех своих персонажей, настолько они реальны. Немного подробностей из личной жизни, много общения с людьми, ещё больше «рыбной ловли» в пульсе общества сетями интернета и СМИ, феноменальная память и талант. Он мастер драмы, психологического триллера, божество «здесь и сейчас»: «Побег из Шоушенка», «Зелёная миля», «Секретное окно, секретный сад», «Мизери», «Долорес Клэйборн»… Полный список удач огромен. Большое ему спасибо за все эти книги. Но есть соседние земли, на территорию которых не стоит заходить даже Стивену Кингу. Даже если очень-очень хочется. Я говорю о вотчинах Франца Кафки, Натаниэля Готорна, Мэри Шелли, Брэма Стокера, Говарда Филлипса Лавкрафта, Артура Мейчена, Кларка Эштона Смита и некоторых других. Но в литературе, как в феодальном мире, у соседа и нивы колосистей, и стада жирнее, и крестьянки толще. Почему-то всегда. И признанный Король Ужасов вновь соблазнился отправиться в поход, причём сразу на трёх из этих крупных сеньоров, явно переоценив свои силы.


Почему войско короля заведомо обречено на поражение? Потому, что герой Стивена Кинга приземлён и по-животному телесен. При одном только намёке на сверхъестественное он опускается для устойчивости на четвереньки, и, вцепившись в землю одной рукой, ищет другой рукой камень или палку, обратив в сторону испугавшего его звука или вспышки искажённое в зверином оскале лицо. Бей или беги! Это порочный низовой человек, часть толпы, и в своих реакциях он мало чем отличается от обезьяны или дикаря. Как может человек со столь развитыми инстинктами выживания испытать экзистенциальный ужас? Да такой скорее ногу себе отрежет и съест, чем задумается о довлеющих силах Хаоса. Такой не будет искать тайное знание, прислушиваясь к невнятным голосам у себя в голове или часами умирать, страшась обернуться, подозревая у себя за спиной вставшую на дыбы и уже выпустившую когти табуретку – он из окна сиганёт, если не сможет прямо сейчас схватить пожарный топор и раздолбать к чёртовой матери всю мебель в комнате.


Маленькая победоносная война заманчива, и набеги короля случаются с завидной регулярностью. Только вот талант Стивена Кинга, облекая тонкую природу мистического в плоть и привязывая её к современному американскому захолустью, невольно всё опошляет. Вместо додревней расы Старцев – томминокеры из летающей тарелки и ядовито-зелёное свечение. Вместо грезящего в затопленных циклопических руинах Ктулху – вендиго на помойке старого индейского кладбища за дорогой. Вместо бесформенного кошмара в средоточии хаоса посреди бесконечности – непостижимого Азатота – зубастый толстый клоун в канализации. Получив отпор в Королевстве Ужаса, хочется нажиться хотя бы на окраинах Царства Фэнтези. И снова от ворот поворот. Бредёт, спотыкается ковбой Роланд в прикиде Клинта Иствуда по следам Вечного Воителя Майкла Муркока, да никак не догонит. Даже  Джек Сойер совсем не то, что Гарри Поттер. Вы видели, что творят некоторые подростки с детскими раскрасками? Оскаленный Винни Пух гоняется за орущим в истерике Кристофером Робином, Покахонтас, хищно улыбаясь, снимает скальп с Джона Смита, Багира и Балу лениво доедают полуразложившиеся останки Маугли, гологрудая Ариэль неспешно делает минет пускающему последние пузыри и рвущемуся из её объятий на воздух принцу Эрику... Вот и приземлённость стиля Стивена Кинга даёт примерно тот же эффект. Всем хорош Санчо Панса, но дракона, принцессы и облачных замков он не увидит никогда.


*** Симпсоны и электричество.


Роман «Возрождение» начинался удивительно позитивно. Ребёнок шести лет и молодой священник, анимирующий проповеди Христом на батарейках, мама и блины с черникой и беконом. Лишь судьба мира висела на волоске из-за кляксы на карте под названием Куба, но маленькому Джейми было невдомёк. Он играл в песочнице, а добрый дядя помогал ему. Светлая, милая поначалу история оказалась недолговечной, как спелые фрукты на солнцепёке. Налетели обычные для Стивена Кинга мухи. Дети растут и уже понимают случайно подслушанные разговоры родителей. Любимый всеми священник получает такой удар судьбы, что становится другим человеком. Первая любовь Джейми, их взаимная мастурбация в автомобиле и секс на продавленном и в потёках от предыдущих парочек матрасе в заброшенном сарае. Талант от Бога, рок-музыка и травка. Травма, курс болеутоляющих препаратов и героиновая зависимость. Мальчик стал мужчиной, который однажды проснулся в ломке, мокрым от собственной мочи в дешёвой гостинице, и потащился за очередной дозой на ярмарку.


Обычное для Стивена Кинга течение трогательной «чернушки» внезапно грубо нарушается спущенной с потолка раскорячившейся собакой на лесках. Оставленный и было забытый в далёком прошлом священник Чарльз Джейкобс возвращается и начинает бредить не то Лавкрафтом, не то Мейченом, попутно творя чудеса в стиле доктора Франкенштейна. Простите, но в произведении описывается рубеж двадцатого и двадцать первого веков, а не Эпоха Просвещения. Неужели в провинциальной Америке настолько плохо с образованием, что понадобилось лечить читателя электричеством? Даже если и так, то Гомер Симпсон органично смотрится с пончиком перед телевизором, а не в цилиндре и с моноклем в глазу. Пусть драма разрушения человеческой жизни изобилует натуралистическими подробностями, но это уже привычный стиль Стивена Кинга. Возможно, кому-то будет даже интересно узнать изнанку жизни бывшего хорошего мальчика, а ныне наркомана. Может быть, но я бросил чтение романа «Доктор Сон», увидев, во что превратил себя Дэнни Торранс, некогда выживший в занесённом снегами отеле.


Рассуждения о христианстве агрессивно жёстки и могут глубоко оскорбить чувства верующих читателей, но предупредительные реверансы и поклоны делаются не им, а геям, лесбиянкам и афроамериканцам. Уже полностью традиционно для современной американской культуры. Кто на гребне пенной волны, с тем и дружим. Достаточно детально описано воздействие гастролирующих проповедников на толпу. Но Стивен Кинг решил этим не ограничиваться и сместил акцент на то, что у других стало бы мистикой. Видения! Но не цвет из других миров, а бредовый сон в душной комнате после плотного ужина с жирным мясом и алкоголем. Большое депрессивное расстройство с повторяющимися галлюцинациями. Как обезьяна борется со стрессом? Даёт леща обезьяне послабее, обычно своей самке и детёнышам. Так и в романе, волна семейного насилия с последующим суицидом прокатилась среди паствы Чарльза Джейкобса. Единственный, кто заметил эту взаимосвязь – бывший музыкант и бывший наркоман на шестом десятке лет Джейми Мортон.


*** Пирожок с камешком на счастье.


Смешанные впечатления от книги. С одной стороны, это типичное произведение позднего Стивена Кинга, внешне похожее на «Страну радости» или «Бессонницу». Душещипательное, как хруст французской булки, выглядящее искренним жизнеописание почти лирического персонажа, привычно перчёное «бытовухой» и натурализмом. Ничего, что под жизнеутверждающим названием и задушевной манерой рассказчика скрываются, как осколки стекла в пасхальном куличе, истории деградации и постепенного разрушения нескольких выглядящих вполне успешными личностей. Написано ведь мастерски, будем есть и улыбаться окровавленным ртом. С другой стороны – линия безумного учёного-богоборца. Вот он воспринимается в тексте чужеродным элементом. Сделай автор Чарльза Джейкобса просто лжепророком и прохиндеем, снимающим доллары с толпы дураков, стало бы проще и естественнее. Выкинь его Стивен Кинг из настоящего Джейми Мортона, оставь его как воспоминание из детства и часть галлюцинаций сходящего с ума наркомана, сюжет бы только выиграл. Но читаем так, как есть: собственно кинговский поток тащит какой-то мусор, который то уходит на глубину, то снова всплывает. И концовка только усугубляет положение. Роман, конечно, не лишён оригинальности, но будет по-настоящему интересен и полностью устроит, пожалуй, только фанатов Стивена Кинга. У всех остальных начнёт хрустеть песок на зубах.


Опубликовано на странице произведения: https://fantlab.ru/work494345#response365...


Статья написана 6 ноября 11:43
Размещена также в рубрике «Рецензии»

Возвращая тебя (дилогия), Ольга Подпалова и Таисс Эринкайт, 2011-2012.



***


Вы когда-нибудь задумывались над тем, что такое «женская литература»? Неужели это одни только «Сумерки» Стефани Майер и томный бал-маскарад Энн Райс? Или это безликий усатый псевдоним, штампующий нескончаемый «ах, Рома-рома-роман» с целующейся полуобнажённой парой, морем и парусами на обложке? Может быть, всех дам вытолкал из гнезда дутый кукушонок Тоби Гарда – Лара Крофт? Да нет, её саму при желании легко затопчут хоть те же Анита Блейк и Меридит Джентри некой Лорел Кей Гамильтон. Быть может, пора уже навсегда похоронить достижения Джейн Остин и Шарлотты Бронте? Но ведь ещё способна родиться «Тринадцатая сказка» Дианы Сеттерфилд! Ещё способна взлететь на «Крыльях» Кристина Старк! И падают с неба три яблока в подол Наринэ Абгарян! Так что же это такое – «женская литература»? Сложный вопрос.


Несмотря на некоторые исключения, я всё же считаю, что настоящая женская литература должна быть написана женщиной либо в соавторстве с ней. Уж такой я консервативный человек! Следующий важный момент: никоим образом определение «женская» не должно становиться аналогом уничижительного штампа. Есть мужчины, которые прямо таки брезгуют взять в руки книги авторов «слабого» пола, но почему-то «даже и не подозревают» о существовании псевдонимов. Есть женщины, агрессивно стесняющиеся использовать определение такого рода в отношении литературы и лишающие этим автора и саму себя собственного естества. Признаюсь, мне равно смешны и те, и другие. Простите, коли обидел. Половые различия есть, и они в любом случае будут и в тексте произведения. Есть также мнение, что у женских романов своя особенная жёсткая структура, основанная на романтических отношениях и со свадьбой в конце. По-моему, это всего лишь повторяющиеся темы, не являющиеся к тому же специфически женскими. Они есть и у авторов-мужчин, как и у авторов-женщин встречаются темы, которые считаются типично «мужскими». Темы, сюжеты и структуры общие, а вот их освещение, детализация, наполнение и образность будут во многом различаться. Люди семейные должны лучше понять мою мысль: один объект (которым может быть и ситуация) всегда воспринимается, запоминается и описывается мужем и женой по-разному, оценка и выводы также делаются разные. Любой объект всегда будет рассматриваться с двух полюсов, мужского и женского. В этом, по моему мнению, и заключается изюминка женской литературы – в возможности увидеть привычные вещи с другого угла зрения.


Как быть с писателями, как правило, классиками, которые создают и успешно используют персонажей не своего пола? Не воспаряют ли они от «примитивных» мужского и женского начал к «ангельской» бесполости и «чистоте» Литературы с большой буквы? Считаю, что нет. Они мастера, и это бесспорно, но даже у самых удачных их героев, тех, у которых были реальные прототипы, можно заметить некоторую «деревянность», искусственность. Они упрощены, и это обычно замаскировано мономанией или акцентом на особенно сильно развитую часть их личности. С точки зрения полноты описания и жизненности персонажей часто лучше прочих оказываются мужчина и женщина, пишущие парой. Казалось бы, что может быть проще – пригласи соавтора противоположного пола – и вуаля, шедевр! Жаль, что в жизни всё сложнее, чем в цирке. Фокус не удастся, если мужчина и женщина не смогут слышать друг друга и сотрудничать, но это, увы, случается далеко не в каждой семейной паре. Приведу свой субъективный пример. Мне нравится творчество супругов Дяченко и не нравится то, что получается у других. Возможно, дело в том, что нужны ещё близкие и доверительные отношения?


***


Удачный, по моему мнению, пример современного и молодого женского фэнтези – сетевой роман в двух книгах «Возвращая тебя» Ольги Подпаловой и Таисс Эринкайт. Произведение далеко не идеально, как и, увы, многое в этом жанре даже в удостоенном печати виде, но захватывает именно свежим взглядом на знакомые образы и повороты сюжета. Повествование строится как странствие по многочисленным мирам мага Эльхиора и вампирши Айше в поисках нынешней инкарнации трагически погибшей более тысячи лет назад возлюбленной Эльхиора, Сеавиль. Помните «Врата мироздания» Филипа Хосе Фармера? Почти та же, лишь более длинная вереница миров, но связанная не порталами, а точками гибели очередного телесного воплощения искомой души. Маг жаждет найти, а вампирша-наёмник ведёт его по следу, как охотничья собака на сворке. В мужском фармеровском варианте всё было конкретно: Хрисеиду похитил Уризен (ну, или так казалось), а Вольфу оставалось прорваться с боем через все заграждения-ловушки в его цитадель и вернуть свою женщину. Рыцарь сел на коня и поспешил на битву с драконом, пока тот невесту не сожрал. В женском варианте нет конкретного злодея, неизвестно, куда идти, и можно не спешить. Вектор – и спираль. У Фармера сын борется с отцом за женщину – привет Эдипу. У Подпаловой-Эринкайт Эльхиор пытается понять, зачем он ищет утраченную любовницу, тогда как Айше вообще не понимает, почему она во всё это ввязалась и из-за чего не бросает. Бунтарство – и поиски смысла. Финал мужской – прорвались, отомстили, отобрали. Финал женский – нашли, да не то, не для того и не так, но всё же как хорошо, что искали. Поймал, вернул – и понял, что действительно искал и почему. Разница в самом подходе у мужчин и женщин налицо.


Поначалу кажется, что главный герой – Эльхиор, после – что это Айше, но в конце концов становится ясно, что они делят эту роль пополам. Действует, движется к цели и осознаёт себя именно пара, наподобие давно устоявшейся супружеской. Очень похоже на вид киношной мелодрамы, в которой друзья-подружки противоположного пола помогают друг другу устроить личное счастье, а в конце женятся, но в книжном варианте всё гораздо интересней. Нескончаемая милейшая пикировка, как у Эдди и Мэдди в сериале «Детективное агентство «Лунный свет»», но с поправкой на фэнтезийную реальность и без клоунады. Взаимная искренность и открытость двух очень хорошо и долгое время знающих один другого людей, допускающая взаимные резкие шутки и провокации на грани фола. Отличает книгу от подобной истории кинематографа то, что она пытается показать (и весьма успешно с этим справляется) не только женский, но и мужской взгляд на происходящее. Это притом, что пишут роман две молодые женщины, а не разнополая пара. Молодцы! Гм, «молодицы»?.. Нет, умницы! Формально проблема решена чередованием глав от имени мага и вампирши, то есть сюжет движется, не прерываясь и не возвращаясь к уже пройденному этапу, а рассказчики регулярно передают эстафетную палочку. Как это получилось? Забавно и во многом мастерски.


Эльхиор – император древности, впустивший в себя демона ради мести обидчикам. Запретное знание, запрещённый поступок, один против всех. Бунт, сопереживать которому станет каждый мальчик-подросток. Попадание в «яблочко»! Но как написать об этом Подпаловой-Эринкайт, чтобы не потерять ни мужскую, ни женскую аудиторию? И снова удачный ход: раздраконенный молодой человек оставлен в далёком прошлом. Сейчас Эльхиор – мужчина, по ощущениям лет под сорок, но не типичный. Не манекенщица и не брутал, а интеллигент. Гомосексуальности и женственности в нём нет, но культурен он до подсознательного неприятия усреднённо-мужской среды с выпивкой, мордобоем и общедоступными женщинами. Читающий мальчик из художественной или музыкальной школы, который вырос, подтянулся физически и научился отстаивать собственное мнение и себя не только в словесных баталиях. Как оживить этот внешний авторам образ? По примеру классиков, дать ему маниакальную любовь и заставить добиваться невозможного. И знаете, снова сработало! Получился узнаваемый тип и приличный персонаж со своими отдельными интересами, и даже предпочтениями в отношении женщин, отличными от внешности спутницы. Несмотря на некоторую предупредительность и терпимость в отношении Айше, не становится он ни дамским угодником, ни эмпатом, ни «мужем-мальчиком-слугой». С лёгкостью способен раскусить и пресечь женские манипуляции в отношении себя и абсолютно не поддаётся «вождению за яйца», хотя при случае способен воспользоваться удачным моментом к своему удовольствию. Интересно, что здесь долгожительство Эльхиора (тысяча лет с гаком) не привело его ни к довлеющей скуке, ни к моральному разложению, ни к старческому угасанию, ни к духовно-телесной импотенции и хронической депрессии. У него до сих пор случаются эмоционально-поведенческие выплески, как у мальчишки. Почему так? Секрет в самообразовании! Большую часть из этого времени он был сначала одержим, а после заперт в замке наедине с огромной библиотекой. Аллегория высшего образования? Возможно. По моему мнению, в таком Эльхиоре больше жизни и мужского правдоподобия, чем в Геде Урсулы Ле Гуин.


Кто такая Айше? Для начала, она – не классический вампир. И слава Богу! В фантазии Подпаловой-Эринкайт эта раса является плодом искусственной гибридизации одного из видов демонов, эльфов и оборотней. Живая во всех смыслах милашка с асимметричной гривой длинных косиц и двумя кривыми мечами. Кровь пьёт лишь фигурально, но может и буквально оскалиться, и когти выпустить, и печень пробить. Где-то я уже таких видел: орки, демонессы, амазонки, гульба и похвальба наравне с мужиками, смотри – но руками ни-ни… Но постойте, она не воинствующая девственница и не принципиальная феминистка! Даже не так любимая нынче обоими полами наивная в любви и женственности пацанка. Айше – разведёнка лет трёхсот от роду (воспринимается как тридцатилетняя), знающая, чего хочет от мужчин и от жизни, но не способная вырваться из круга обязанностей, в который сама же себя и загнала. Основная черта – «я не такая, как все». Не бравада, а горькая констатация факта из серии «у меня густые сросшиеся брови». Как и Эльхиор, она действительно выделяется из усреднённо-женской среды. Мне как мужчине не понять всех заложенных авторами смыслов, но в тексте прямо проговорены её ощущение себя единственной взрослой среди малолетних дурищ и ненависть к женщинам, способным использовать беременность и ребёнка в корыстных целях. Вполне способная стать благодаря своим личным качествам «серым кардиналом» при почти любом мужчине, берёт инициативу только тогда, когда без этого не обойтись, и явно, а не тайно. Как и Эльхиора, её в отношениях привлекает именно равноправие. Никакого интереса к постельным «ку-ку» и «пилораме» от легли и до рассвета, никакой борьбы за власть. Первенство в паре мужчина-женщина зависит от ситуации, а не от амбиций кого бы то ни было. Побольше бы таких женщин в реальной жизни!


К сожалению, бросаются в глаза и явные недочёты романа. Сюжет прост до крайности. Герои идут по компасу к месту очередной гибели Сеавиль, там Айше ныряет в смерть и знакомится с прошлым её и мира, определяет мир следующий, в котором родилась искомая душа, пересказывает Эльхиору добытую информацию, и они вместе совершают переход. И так много, много раз. Мне кажется, даже слишком много таких переходов. Миры не получили должной чёткости, выпуклости очертаний. Проработаны лишь два-три, много «дорожных набросков», ближе к концу поиска они лишь чуть больше, чем просто именуются. Возможно, улучшается нюх Айше и оттого сокращается расстояние до цели, а может быть, в азарте погони герои уже не замечают окружающее, но интерес к чтению заметно падает. Филип Фармер во «Вратах мироздания» смог передать экзотику и дыхание жизни каждой искусственной планеты, показать взаимодействие персонажей с ними, а Подпалова-Эринкайт с этим не справились. Считаю, что авторами не выбраны все возможности самого способа поиска вампиршей следа души-беглянки. Айше каждый раз убивает себя и попадает в «невесть-что», но описываются в основном добытые сцены жизни Сеавиль, а не запределье в стиле «Куда приводят мечты» или «сумрак». Но это всё не более чем лёгкие сетования. Чего я действительно не понял, так это пристрастия авторов каждую главу начинать с эпиграфа из произведений литературы и кинематографа. Теоретически они должны либо подготавливать читателя к последующим событиям, либо привносить что-то новое в понимание самого источника цитирования. Как бы то ни было, смысл должен быть, хотя бы и в игровом варианте. Каюсь, значение эпиграфов прошло мимо меня. Возможно, это были эмоциональные смыслы, к которым я остался глух. В целом, слишком, слишком много сил оказалось потрачено на пару героев и их взаимоотношения, на всё остальное их, видимо, попросту не хватило.


Чисто женские «штучки», прямо таки кричащие о поле авторов, здесь настолько естественны, что нисколько не раздражают. По мне, так они несут в себе веселья и позитива ничуть не меньше, чем шутки и выходки мага с вампиршей, и могут с успехом заменить боевые и эротические сцены других авторов. Например, волшебная личина Айше – рыжая и кудрявая грудастая пышка, «мечта маньяка», вызывает у неё раздражение, но всё же вынужденно используется. Куда от природы денешься! Вместо описаний приёмов пищи – питьё кофе или чая. Не умею готовить! Некогда с моей жизнью! Обязательное, тщательное, длительное мытьё в ванне, обязательно с головой, с последующим муторным расчёсыванием и сушкой волос. В любом из миров: пески, льды, пепельные пустоши, дикие леса… Надо! Когда Айше попала в плен и ей там расплели дреды, чтобы снять все магические амулеты, она, ничтоже сумняшеся, восприняла это как благословенную помощь свыше и употребила представившуюся возможность на корректировку стрижки и замену отработанных кулонов и бусин. Вообще молча аплодирую. «Случайное» чтение личного дневника соперницы, позволившее подтвердить свои подозрения относительно её истинной сущности. Ну, это уже классика. Бывший муж Айше был оборотнем, и жить с ним оказалось невозможно. Здесь я пас: следует понимать как камень в «Сумерки» или в природу мужчин как вида? Сорочье стяжательство тряпочек, шкурок ценного меха и блестящих штучек в каждом из миров – вплоть до необходимости оборудования постоянной охраняемой базы для регулярных посещений, выгрузки и складирования. Женская автоирония? Ещё раз аплодисменты. Высказывание «не люблю быть третьей в постели» как реакция на единственное украшение Эльхиора, являющееся одновременно памятью о Сеавиль. Гм, кольцо от первого брака мужа на его шейной цепочке? Наконец, тяжёлая артиллерия, выдержать залп которой может только придуманный мужчина. Дорогой, мне можно просто спать с другим мужчиной в одной постели. Просто обнявшись. Это с тобой я занимаюсь сексом, а ему даю одну близость. Не веришь? Ложись рядом. Молчу. Просто молчу, взявшись руками за голову. И вдруг озарение: а не реверс ли это мужской идеи фикс о сексе с двумя любовницами в одной постели и счастье в многожёнстве? Густо краснею от стыда, милые дамы… Уели.


***



Главное достоинство романа «Возвращая тебя» Ольги Подпаловой и Таисс Эринкайт я вижу в талантливо созданных образах Айше и Эльхиора, в их сложных и запутанных взаимоотношениях. Изначально живые, они оба получают ступенчатое развитие в процессе повествования. Мелодраматическая история оказалась далеко не так проста, как предполагалось в сравнении с уже виденными и читаными аналогами. Финал сначала подыгрывает ожиданиям читателя, а после делает неожиданный финт и всерьёз способен растрогать. Не хуже получилось, чем у Марины и Сергея Дяченко в «Казни», «Ведьмином веке» или «Скруте». Приключенческая составляющая, к сожалению, уступает героям, но основной её недостаток лишь в затянутости. Увлеклись девушки, с кем не бывает. Майя Малиновская в многотомной эпопее «Будущее Эл» вообще остановиться не смогла. Рад, что Подпалова-Эринкайт выдержали стиль и не сорвались в удобную колею юмористического фэнтези. Романтика так романтика. Крайне любопытно было увидеть привычные для фэнтези ситуации женскими глазами, узнать именно о женской мотивации тех или иных поступков. Как романтическое фэнтези от авторов самиздата весьма неплохо. Да что там – интересно было читать! Считаю, что давно стоит оставить в прошлом заблуждение о том, что романтическое фэнтези – удел томных волооких дам, публично тоскующих по большой и чистой любви в паутине интернета. Этот поджанр давно и успешно эксплуатируется многими публикующимися авторами мужского пола. К примеру, как ещё можно классифицировать цикл Юрия Никитина «Троецарствие» и его роман «Фарамунд»? Отношения Мрака, Олега, Таргитая и их женщин из сериала «Трое из Леса»? Героическое фэнтези? Ну-ну. По-моему, в мужском варианте лейтмотивная любовная история лишь приправлена потасовками. Инстинкты не победить!



Статья написана 18 сентября 18:39
Размещена также в рубрике «Рецензии»

Викинг (цикл), Александр Мазин, 2010-2018. https://fantlab.ru/work259644



Разнообразие – очень странная вещь. В теории звучит хорошо и даже манит, но на практике случается всякое, и почему-то чаще плохое. Съел что-то непривычное – изжога, несварение, сыпью покрылся или прилип к Белому Другу на денёк-другой. Решил опробовать позу из Камасутры – вывихнул себе или партнёрше чего-нибудь. Сел в другой автобус – уехал не туда. Постоянно ложиться и вставать в разное время вообще вредно для здоровья. Часто менять работу опасно не только для стажа, но и для кошелька. Так и с художественной литературой. Если уже некуда больше расти в освоенном направлении и хочется внести разнообразие в долгую «семейную» жизнь со «своим» читателем, то почему бы не попробовать себя в другом жанре или в ином мире? С другими героями? Но нет, это неспортивно. Давайте наденем маску зайца и будем делать то же самое, что и всегда, но спустя рукава (надоело ведь!) и в полной уверенности, что одна эта маска вытянет детсадовский утренник до уровня Театра Драмы. К чему я это всё тут горожу? Да прочёл – некуда было деваться в командировке – серию «Викинг» Александра Мазина. Не ждал я такого подвоха от знакомого автора, ох не ждал…


В «Варяжском цикле», освоенном мной до 2009 года, живёт и дышит свой парень Серёга Духарев. Именно живёт и взаправду дышит во всю грудь бывший студент-филолог и бывший десантник. Ну, кто из нас, бывших молодых раздолбаев, чуть не «вылетел» или всё-таки «вылетел» из университета? Поднимите руки, у кого было нечто подобное или кто был знаком с такими личностями. Только честно. Идём дальше – «Римский цикл». К двойнику Серёги – балбесу Алексею – добавляется основательный мужик и бывший советский офицер Геннадий Черепанов. Оба вообще космонавты. Космонавты! А теперь перекрестимся, чтобы лишнего чего не сказать, и возьмёмся за «Викинга». Не того, что у Андрея Кравчука в грязи блевал и плакал. Не тех, что в канадско-ирландском производстве виляли задницами в тонких кожаных штанах и глаза подводили. Нет, мы будем читать «Викинга» от старого, доброго, знакомого и уважаемого Мазина Александра Владимировича. Ёл-Ка-Ли-Мэ-Нэ! Мальчик-зайчик!..

Мальчик-красавчик на папиной машине

Быстро едет по проспектам городов счастливых.

Одежда в обтяжку, глаза скрывает кепка,

Зажата между пальцами с ментолом сигаретка.

Блестящие сапожки, бляшка и ремень из кожи,

Татуировки в цвете, он не смотрит на прохожих,

Из уха светит камень сарказмом бриллианта.

Он был танцором, стал продюсером и музыкантом.

Родственные связи его на ноги поставят,

Уже готово кресло, в которое он сядет,

В будущее глядя через банковскую карту.

Мальчик подрастёт и станет новым олигархом.

На Гавайях жарко, как от его рассказов,

Он отбирает топ-моделей для приват-показов.

Надавив на газ на новеньком Феррари,

Он летит навстречу звёздам, не путая педали.

Добрый дядя подарил от бизнеса проценты,

Он учит географию по визам в документах.

Попробовал он всё из жизни Брэда Питта,

Ему в постель приносят с коктейлем Маргариту.

Стоит всегда на входе, пропуская лучших,

Ведь он звезда-промоутер, что не бывает круче.

Нефтяной ребёнок ещё с норковых пелёнок,

Знает, почему он и насколько папе дорог.

Ах, мальчик-красавчик,

Сколько девушек вздыхает,

Сколько слёз проливают

Они, глядя на тебя.

Ах, мальчик-красавчик,

Сколько девушек страдает,

Сколько мимо пролетает,

Как им плохо без тебя.

Собственно, на этом можно было бы и закончить мой опус. Образ главного героя цикла «Викинг» и его сюжет раскрыты Ёлкой полностью. Но нет, нельзя такое в себе держать – клапан сорвёт. Продолжаем разговор!


Серёга Духарев парень простой – проспался, встал и полез дуриком на княжий двор ВДВ показывать, в дружину, мол, хочу, но был нещадно бит и оказался среди скоморохов. Спасибо, дед-варяг подобрал и обучил местному бою. Рукопашника Алексея Коршунова пришлось переучивать даже античным варварам. Геннадию Черепанову в римской армии больше пригодились навыки командира, чем борцовские ухватки. А Андрюша – тьфу ты – Коленька молодец! Он сам всех учит. Сэнсэй! На семинары ездил, летал и плавал. Он учит географию по визам в документах. Мы тоже почитывали Ливия и помним мономахию Манлия Торквата с галлом. Огромный варвар с длинным тяжёлым мечом и щитом против мелкого римлянина со щитом и гладиусом. Пока первый рычал и замахивался, второй подбил щит, подшагнул, прижался и проткнул печень и пах. Преимущества короткого колющего клинка в сравнении с длинным рубящим налицо. Потому Коленьке сразу нашёлся меч по руке необходимого образца. Следующий момент. Да, Николай Переляк мастер спорта по фехтованию, уважаю. Я представляю, что может сделать мастер спорта по боксу с любителем. На ринге, в перчатках, трусах и кедах. Один на один и по правилам. Но сколько таких «суперменов» получили травмы, несовместимые с жизнью, в подъезде, на улице и возле клубов? А ведь средневековые воины не чета современной гопоте. Чтобы уметь убивать, надо много и часто убивать. Иначе – в скоморохи, к драчунам потешным. Или вообще убьют. Николай же не просто убивает сам, он по плечам и головам скачет у «неуклюжих» и «необученных» викингов, франков, англов, сарацин и варягов. Шестьдесят килограммов ярости. Бешеный саблезубый заяц. Буй-тур Ахилл свет Брэдпитович. Леголас Яйцерез.


Как же долго раздвигались границы морально-нравственных принципов и ломались запрещающие блоки у героев «Варяга» и «Римского цикла»! Долго и мучительно. Еле-еле пообвыклись, попритёрлись к дикому средневековью, и то отнюдь не ко всему привыкли. А Андрюша – вот привязалось – Коля молодец! Бессовестный! Его папа-нувориш научил: всем не поможешь, поэтому помогать надо только себе и ближникам. Он не смотрит на прохожих! Не прошлое, аттракцион какой-то. Игра компьютерная. Живому человеку глотку резать даже приятно оказалось. Охранника себе не просто мордоворота отхватил, а берсерка. «Лёг» не под кого-нибудь, а под Рагнара Лодброка с сыновьями. Дружит не абы с кем, а с Иваром Бескостным и Рюриком. Всем крышам крыша! И вашим, и нашим. В будущее глядя через банковскую карту. Проценты будут, историю-то в школе учил! Вместо феррари – драккар. Вместо банды братков – викинги. Блестящие сапожки, бляшка и ремень из кожи тоже куплены, но только «чтобы соответствовать». Раб заставил! Не можешь победить в честном поединке – приди ночью с шилом, и в ухо его, в ухо спящему. Пока никто не видит. Сволочь, но порядочная. Или порядочная сволочь? Духарев бы с таким рядом в кустах не присел. Удавил бы, и закапывать не стал.


Серёга, Алексей и Геннадий женщин видели только по праздникам или из благодарности. Не до них как-то было. Недосуг. А Андрюша… Ладно, не буду. Самого достало. Николай же, как пасхальный кролик, только и успевает яйца подкладывать. В каждой локации по бабе. Он отбирает топ-моделей для приват-показов! Просто девка, рабыня, наложница, пленница, варяжская воительница, парижская аристократка, гаремная гурия… Шёл по улице, споткнулся-упал-воткнулся-отжался-встал. Хоть штаны не застёгивай. Ах да, чуть не забыл – жену и мать её, свою тёщу, гм, любимую. Описания процесса длинные, сочные, смачные. С фантазией от плэйбоя тоже всё хорошо: сеновал в снегах зимней Скандинавии при подглядывающей самке тролля, французская ванна с полуодетыми служанками и живой музыкой, кровать со шкурами под балдахином, вокруг свечи и молот Тора на счастье. Ему в постель приносят с коктейлем Маргариту. Красота! Пять, нет семь, нет десять раз за ночь! Современная культура множественных оргазмов форэвер! Серёга Духарев был весьма опечален тем, что техника совокупления в те времена несколько отличалась от того, к чему он привык. Охотно верю. А вот... гм, Николаю досталась выросшая при маме на острове жена-девственница с навыками элитной проститутки. Видимо, врождённый талант. Да и сам он – маленький гигант большого секса. Ах, мальчик-красавчик, сколько девушек вздыхает, сколько слёз проливают, как им плохо без тебя! Ах ты наш гусёночек! Куда побежал? https://www.youtube.com/watch?v=_xw54zsPQC0


Не пойми зачем, после душещипательного авторского монолога посреди варяжского цикла о том, что душа просит исторического романа, появилось то, что можно обобщить одним словом – магия. Пары лет не прошло! До фаерболов не скатилось, но планка опустилась заметно. Статуя Одина бьёт током. Католические святые отцы занимаются промывкой мозгов посредством пения и приложения мощей. Троллихи ходят, подглядывают и делают главному герою недвусмысленные предложения. Видения с участием тотемного волка. Выход в «сумрак». Воздушные бои в лучших традициях высокохудожественных китайских боевиков. Фонтанчики крови в воздухе и капли её на снегу – это же так прекрасно при замедленной съёмке! Он был танцором, стал продюсером и музыкантом. Наконец, то, что можно назвать «выпускай берсерка!» Очень удобно, помогает в любой ситуации. Берсерк в огне не горит, в воде не тонет, оружию не даётся. Оно ему, что веник в бане. Только мясом корми, пивом пои, давай спать и… ну, это самое. И цацек золотых побольше, побольше!


Катится колобок, катится, налипает на него всякое. Вот уже не колобок, а герой целый накатался. Сильный, но лёгкий – как ёжик из анекдота. Сбились ёжики стадом, бегут, пыхтят, топочут – ну чем не викинги? Да всем. Основная претензия к циклу в том, что описываемый мир потерял реализм и всякое жизнеподобие. Сами персонажи замечают его условно, постольку поскольку. Не мир, а блёклая картонная декорация, падающая на пол после того, как взгляд покинул её. Как локация в игрушке – упёрся лбом в горизонт и елозишь ногами над пустотой. Сам Николай Переляк, мягко говоря, не вызывает симпатий – золотой мальчик, отпрыск нового русского. Все помнят ночные кошмары Духарева о том, кем он мог бы стать в современном мире? То, что этот зайчик спортсмен и далёк от бизнеса, что временами он служит трибуной для авторских правильных мыслей об армии и государстве, нисколько не улучшает отношение к нему. Душа, характер, личность – назовите, как хотите – у него с гнильцой. Взять хотя бы то, что Николай с лёгкостью и самостоятельно отказывается от своего имени. Я не заяц, я волк. Волк! Черноголовый, но белый. Ничего страшного? Здоровая гибкость психики и живучесть? Не получается оправдать, ведь так же небрежно он относится абсолютно ко всем и ко всему, в любом времени. Звоночек! Следом за миром и героем потянулся и ссыпался жанр. Попаданчество осталось, а историзм скривился презрительно, сплюнул под ноги и ушёл. Видимо, в «купальни». Героическое фэнтези? Мелковат наш Коля для героя, мелковат во всех смыслах. Юмористическое фэнтези? Так не смешно что-то, гадко даже местами. Никакого позитива, хоть и есть барабан у зайца. Неприятно, честное слово.

Опубликовано на странице цикла: https://fantlab.ru/work259644?sort=date#r...


Статья написана 16 сентября 17:58
Размещена также в рубриках «Хоррор, мистика и саспенс», «Рецензии»

Вендари (трилогия), Виталий Вавикин, 2014.


Виталий Вавикин – автор, полностью и совершенно мне неизвестный. Не видел, не слышал, не встречал. Его книги с нейтральными, ни о чём не говорящими иллюстрациями на переплёте привлекли моё внимание в подборке «ужасов» одним только своим необычным названием – «Вендари». Привлекли и уже не отпустили. Что это? Откуда? Неужели из мифологии индейцев Северной Америки? Первый, и он же единственный фонетически близкий вариант, пытающийся средствами «народной этимологии» поставить новое понятие в череду подобного – «вендиго». Ох уж эта магия таинственных слов и созвучий! Не я первый, не я последний сунул голову в эту петлю… Увы, на поверку экзотика оказалась ложной. Нипочём не догадаться, но эта история опять про вампиров. Снова!


На этот раз зубастые кровопийцы не имеют никакого отношения к Богу и дьяволу христиан. Вендари – дочеловеческие порождения пустоты-как-сущности. Слышали высказывание «в начале не было ничего»? Именно оттуда они и появились. Достаточно конкретно и вместе с тем неопределённо и таинственно, попутно приоткрывая истинную причину их вечного и неутолимого голода (пустоту нельзя наполнить!). Сила, скорость, неуязвимость и нелюбовь к свету остались традиционными, как и кровожадность. Новизна же этих старых новых монстров определяется нетипичными для вампирской литературы особенностями художественного мира, поэтому необходимо прерваться и рассказать о нём.


Мир «Вендари» — это условное будущее без акцента на социальные новшества и технологические новинки. Никаких летающих автобусов, мнемоголографической рекламы и пассажирских рейсов Земля-Юпитер. Нет ни мегаполисов, ни глобальных изменений моды, питания и общественного уклада. Всё, как в двадцатом веке в провинциальных городках штатов Канзас или Техас – немноголюдно и просторно, кругом леса и пустыни. Мы все бывали в таких местах благодаря тому же Стивену Кингу. Мир этот будто бы откатился в прошлое и застыл обессиленным больным после лихорадочных приступов научных открытий и свершений, о которых нам доводят мимоходом и как о уже свершившемся малоинтересном факте. Не так давно, в пределах жизни одного поколения, зачем-то были возвращены к жизни представители вымершей флоры и фауны, некоторые из них в улучшенном виде. После появления очередной хромосомной пандемии, занявшей место ВИЧ, все достижения генетики были похерены государством из-за волны общественного недовольства. Учёные данной сферы были объявлены «народным врагом №1». Как следствие, в настоящем множество гонимых и скитающихся в поисках хоть какого-нибудь заработка узких специалистов и резервации обречённых больных без надежды на выздоровление повсюду. Становится понятно, почему религии в этом мире нет: богов было заменила наука, но и она оказалась низвергнута с пьедестала. В неё уже не верят, но всё ещё боятся. Позволю себе назвать время и место действия трилогии «Вендари» «мракобесием-от-науки», аналогом Тёмных веков европейского средневековья.


Вернёмся снова к нашим вампирам. У Виталия Вавикина они олицетворяют собой суеверие-от-науки, в отличие от классического суеверия-от-религии. Вендари – нечто высокоорганизованное, но древнее до примитивности, что-то вроде разумной амёбы с безусловными поведенческими инстинктами хищного насекомого. Существо, свободно меняющее форму и качество тела для мимикрии, нападения и защиты, а после гибели распадающееся в лужу протобульона. Вместо волков и летучих мышей фольклорных вампиров эти монстры «нового средневековья» способны отделять от себя самостоятельные «ложноножки» – «тени» или «сгустки мрака» – и отправлять их на выполнение несложных поручений. Непонятно, вендари ли создали человечество в качестве своей кормовой базы по своему образу и подобию, но именно они поделили его на персональные «пастбища» и тысячелетиями ведут образ жизни, неотличимый от аналогичного у крупных хищников, защищающих свои охотничьи угодья от себе подобных.


Фигуры подновлены, но партии остались старыми... Есть много произведений, где дитя демонов воспитывается людьми. Из культовых – кинематографический «Омен» и литературный «Ребёнок Розмари». Виталий Вавикин в своём цикле заставил обнищавшую женщину-учёного ни много ни мало клонировать вендари, а после выкормить и вырастить его, как собственного ребёнка. Хорошая попытка сказать что-то новое, поскольку на этот раз она обошлась без христианских мотивов, наукообразно. Увы, сюжет как-то сам собой вернулся в старое русло, пойдя по стопам Энн Райс и Стивена Кинга. Абсолютно вся проблематика, морально-нравственные и экзистенциальные личностные и межличностные конфликты, все «душевные страдания» вендари и их слуг до ужаса напоминают «Вампирские хроники». Скука, потеря интереса к жизни, духовное опустошение, голод и безумие – вот удел всех бессмертных. Всё те же криптоисторические экскурсы в прошлое человечества. К счастью, сексуальная жизнь вендари раскрыта не столь подробно, как у вампиров Энн Райс! Персонажей человеческого племени, прислужников и противоборцев, легко можно заподозрить в сходстве с привычными типажами Стивена Кинга. Это полицейские, врачи и психиатры, подростки из неблагополучных семей, преступники, психи и психопаты. Низовая прослойка общества, имеющая прямой непосредственный контакт с негативом, агрессией, насилием и убийствами. Вероятно, её можно отнести к необходимой дозе «чернушки», «маст хэв» жанра «ужасы», но, по-моему, влияние Стивена Кинга очевидно.


Трилогия «Вендари» достаточно любопытна для того, чтобы рекомендовать её к прочтению. Пусть, на мой вкус, контрастная гибридность образов и мотивов слишком заметна и нарушает целостность стиля, но сама попытка найти что-то новое в избитой вампирской теме достойна уважения. Наукообразное освещение фольклорно-литературных образов смогло заинтересовать, но в данном исполнении оказалось не в силах удержать первоначально возникший интерес и, как мне кажется, не только вывело «Вендари» за рамки жанра «ужас», но и разрушило читательские «испуг» и саспенс. Также понятно, что без влияния классиков не обходится ни одно произведение, но здесь влияние разных авторов оказалось явным и фрагментарно соединённым в одном тексте без подгонки, притирки и точной доводки. Получилось не готовое горячее блюдо, а салат, если воспользоваться кулинарной терминологией. Например, мистики и великосветской романтики Энн Райс тут нет, а её моральные коллизии и конфликты почему-то остались. Изломанные судьбы людей «изнанки общества» выглядят плоскими и надуманными не только в сравнении с аналогичными историями Стивена Кинга, но и сами по себе. По-моему, Виталий Вавикин родом не из этой среды, не работал в ней и даже не общался с её представителями напрямую. Сверх того, в цикле используются неблаговидные описания из «мясных» и «маньячных» ужасов, тогда как сама атмосфера повествования стремится к ровному и рациональному тону, подобному романам сериала «Звонок» Кодзи Судзуки. Такое вот странное сочетание вампиров, клонов и психопатов, растянутое на несопоставимо и невообразимо огромный пласт истории человечества.


Страницы: [1] 2  3  4  5  6  7  8




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку

Количество подписчиков: 20

⇑ Наверх