Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «kerigma» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9 ... 122  123  124  125 [126] 127  128

Статья написана 24 февраля 2010 г. 11:03

"Бобок" — один из характерных для Достоевского анекдотов, читай, дурацких историй, произошедших со столь же дурацкими персонажами. Странно, что этот рассказик обычно не включали с сбоники типа "юмор серьезных писателей", куда с радостью тащили "Крокодила". Может, потому что юмор не то что черный, а уже изрядно мертвечинкой попахивает. Общий смысл сводится к тому, как какой-то чудак забрел на кладбище, уснул на могилке и приснилось ему, как покойнички лежат да промеж собою общаться. Притом не просто общаются, а с соблюдением рангов и званий, будто и не есть это все прах и тление. Забавно, но скорее по-дурацки, чем правда смешно. Впрочем, где у ФМ был юмор не черный и без издевки, я, признаться, и не помню.

"Вечный муж" — очень классическая история, можно сказать, квинтессенция всего ФМ на двух страницах. Двое мужчин и ребенок. Ребенок, как водится, маленький, изначально обиженный жизнью и по ходу тексту умирающий. Мужчины, как водятся, по разные стороны могилы, и мучительно пытаются выяснить свои взаимоотношения. Как и всегда у ФМ — что тревожит и задевает меня за живое просто ужасно — все свои проблемы они высасывают из пальцы. Вот ФМ единственный автор, умеющий так писать, что читателю очень сильно передаются испытываемые героями стыд, неловкость, унижение и жалость. Накрывает самого тебя с головой, и хочется зайти в рамку повествования, схватить оставшихся героев и потрясти, крича: ну вы же люди, ну не будьте же вы свиньями! Только, увы, это не помогает. Потому что у самого ФМ герои и трясут, и кричат, но ведь невозможно быть каждую секунду начеку. И вот стоит им на мгновение устать, заболеть, дать слабину — ан свиная натура и возобладает.

Второй персонаж, тот самый "вечный муж", неизвестно зачем приезжает с маленькой дочкой к нашему герою (который много лет назад был любовником его жены). Причем устраивается все так, что этого "мужа" никак не выходит выгнать, а потом герой еще и решает принять участие в судьбе девочки. Казалось бы, когда девочка умирает, эти два совершенно чужих и неприятных человека должны расстаться — ан нет. "Вечный муж" прилип так, что не отодрать, эта паскуда уже собирается жениться заново, и притаскивает героя в дом, где живет его "невеста" с семейством. Далее следует череда жутко неловких и постыдных сцен, и, разумеется, ничего не выходит.

Вообще весь этот текст — настолько достоевский! В нем нет ярких характеров (как в "Идиоте" или "Карамазовых"), нет социальной темы (как в "Игроке" или "ПиН"), нет ужасов (как в "Бесах"). Пожалуй, по *относительной незначительности* событий он напоминает "Униженных и оскорбленных", да и то это гораздо, гораздо меньше по эмоциональному накалу. И при всем при том, при простом и дурацком сюжете, состоящем сплошь из дурацких фраз и необдуманных действий — цепляет за живое будь здоров.

"Белые ночи" — романтическая история почти тургеневского склада. За тем исключением, что у Тургенева в конечном итоге страдают все же девушки, а у ФМ (надо отдать ему должное) — сам лирический герой. Внезапная встреча, белые ночи, любовь как вздохи на скамейке и "ах, прощайте, любите меня вечно, а я отлично буду любить другого". Вот откуда крылатая фраза про "одну минуту блаженства", которой достаточно на всю жизнь. Надо быть очень и очень достоевским, чтобы так сказать, действительно))

С одной стороны, в тексте есть надрыв, некая примесь стыда и неловкости, характерные только и исключительно для ФМ. С другой это все по большей части нивелируется романтичностью и нереалистичностью самой истории. Даже Петербург белых ночей — не такой, как обычно, не грязный, не запыленный и душных, без подворотен и праздношатающихся толп.

И, на мой взгляд, сочетать несочетаемое не получилось. Нет, я охотно верю в несчастно влюбленного героя ФМ, на меня эти белые ночи так же действуют, что бродишь неприкаянный по городу и отчаянно хочешь хоть в кого-то влюбиться — только не получается. Тургеневу удается нежная романтика, ФМ удаются психологические вещи на грани нервного срыва, в сочетании получается романтика на грани нервного срыва, в которой гораздо больше от болезненного воображения, чем от реальности.

"Слабое сердце" — странная история, пожалуй, я и не знаю, что сказать о ней. С одной стороны, по сюжету это вполне могло бы сойти за дурацкий анекдот: ну подумаешь, мелкий конторский служащий трудился-трудился — и перетрудился до умопомешательства, а все от усердия и трусости. Но это был бы "взгляд сверху", а нам историю рассказывают "снизу", со стороны самого героя, его друзей, невесты и тд. И невольно начинаешь ему, недотыкомке, сочувствовать, хоть я все равно не понимаю, зачем он себя губит и почему умных людей не слушает. Может быть, я что-то пропустила, но так и не поняла, издевка сквозит у автора или сожаление.


Статья написана 20 февраля 2010 г. 22:25

Если хорошо разбежаться и прыгнуть, то сначала какое-то время все-таки почти летишь, и только потом падаешь. Весь 4 том — то самое состояние полета, медленно, но неуклонно переходящего в падение. Разбег был взят лордом Тайвином, но кроме него поднять эту ношу, как выяснилось, не под силу больше никому в стране. Пожалуй, единственный герой, способный посоперничать с ним в умении плести интриги и сети — Петир Бейлиш, но у того ум, скажем так, не государственного масштаба, да и ресурсы не те под рукой. А теперь без Тайвина его детки и прочие проходимцы занимаются разбазариванием его достижений.

"Пир стервятников" — это, на самом деле, громко сказано. Стервятники только кружатся и иногда отщипывают по кусочку, но слетаются сворой уже только под конец. Большая же часть тома проходит относительно спокойно. Большие войны и сражения отгремели, теперь через за локальными стычками, добиванием последних, договорами, аннексиями и контрибуциями. В семи королевствах стало не то чтобы тише и спокойнее, но как-то менее шумно. И если предыдущие тома еще воевали за какие-то идеи, за наследство, за присягу — теперь в основном каждый норовит отхапать себе небольшой кусок и по быстрому слинять.

В тон общему настроению книги сменился и состав репортеров: теперь остались почти сплошь герои второго плана, которые сами даже и не фигуры, а пешки, марионетки, и по сути ничего не решают. Более объекты, чем субъекты действия. К моей радости, нет Дени, и к моему разочарованию, нет Тириона. Я дорого дала бы, чтобы репортером был Петир Бейлиш, но увы, его тоже очень мало. Зато изрядно о героях, которых судьба неожиданно забросила черт-те куда, и пока не совсем ясно, как они оттуда вернутья домой и вернуться ли. Еще есть Дорн, но без Оберина он мало интересен, и пока не совсем ясно, какую роль он сыграет. Откровенно говоря, большинство сюжетных линий интересно только потому, что, как всегда, отлично написано, но для развития самого сюжета не дает ничего. Река повествования растекается на кучу мелких мутноватых ручьев, и не совсем понятно, как соберется обратно.

Самая интересная и событийная линия — pov Серсеи, которая по-прежнему пытается усидеть на троне, держась за него руками, ногами и зубами. Рыба гниет с головы, а королевство, натурально, — с Королевской Гавани. Читать про Серсею даже забавно, пожалуй, ни в одной другой линии так сильно не видно авторского отношения. Даже из описания того, как королева принимает ванну, читатель понимает, что героиня — тупая шлюха :-D С одной стороны, это достоинство Мартина в принципе — так сказать, речевые характеристики героев; в каждом отрывке очень сильно виден взгляд на мир, ум и характер конкретного персонажа. Но Серсея у меня в 4 томе как-то расходится с мнением, которое сложилось о ней раньше... Как бы там ни было, пока все остальные пытаются немного исправить и сгладить то, что они и другие наворотили в предыдущих томах, Серсея отчаянно дергается, пытаясь загрести как можно больше власти. И, по закону жанра, поскольку ей больше всех надо, ей больше всех и достается, бедняжке. Что ж, кого бог решает наказать, того лишает разума, а по линии Серсеи в этой книге очень заметна ее непроходимая тупость)) Я лично надеюсь, что у Маргери ума побольше; она могла бы оказаться отличной темной лошадкой, которая выиграет в итоге этот забег, удивив всех.


Тэги: мартин
Статья написана 13 февраля 2010 г. 19:59

Книжка густо-зеленого цвета. Проще говоря, ну очень травяная)) Причем трава эта растет не просто так, а в два слоя.

Первый — это собственно "декорации" сюжета, прорисовка самого мира, в котором происходит действие. Постапокалипсис, но не то чтобы прямо "все плохо", времени уже вроде прошло достаточно, люди продолжают жить, как жили. То есть не так же, конечно, а значительно хуже, но продолжают. В этом недо-мире (большая и лучшая часть населения которого уже сбежала от невнятной, но опасной пыли на другие планеты) есть даже своя культура в виде ТВ-шоу, и есть даже своя религия в виде Мерсера.

Притом совершенно удивительное дело: мир ну очень нелогичный, и по мере чтения мозг постоянно вопиет о том, что это безумие какое-то, и так не просто не бывает, не должно быть. Да, даже делая все скидки на то, что это фантастика. Бывает фантастика, в которой все фантастические допущения легко принимаешь как данность, включаешь в картину мира и спокойно существуешь с ней дальше. Но с Диком такое не выходит; временами вообще складывается впечатление, что он тонко издевается над читателем, создавая все более безумные декорации. Причем, казалось бы, каждый странный момент в книге вполне объясняется, и овца объясняется, и Мерсер, и тд. — но все равно эти объяснения как-то очень сильно не устраивают

А может, издевается Дик даже не над читателем, а над камрадами-фантастами, над Азимовым немного, например. Взять какой-то классический прием типа противостояния "люди-андроиды" и довести до абсурда, слегка за ту грань, где просто фантастика переходит в откровенные глюки. И получаем основу для сюжета этого романа :-) Вот здесь прорастает второй уровень травы. Герой охотится за беглыми андроидами, они — немного охотятся на него, а помимо этого, у героя есть жена и электроовца. Внешне еще сойдет за сюжет "приличного" фантастического романа, но стоит копнуть глубже — ууу :-))) В определенный момент, где-то посередине романа, создается впечатление, что ситуация внезапно переворачивается с ног на голову, то есть охотник становится жертвой. Причем происходит это так неожиданно, что мозг читателя резко клинит в районе левого полушария и больше уже не отпускает. Тем более, что Дик тоже наращивает обороты, и временами я опасливо возвращалась на полстраницы выше — а ну как что-то пропустила. Впрочем, оказывалось, что это не так важно, потому что подготовиться к тому, что будет на полстраницы ниже, все равно невозможно)

Причем — как ни странно — трава, она там совсем не смешная. Забавная местами, но в целом — не смешная, и оставляет какое-то странное впечатление по итогам, заставляет нервничать или создает предчувствие. Знаете, бывают такие нестрашные кошмары, то есть когда ты понимаешь, что сон с именно таким сюжетом мог бы быть и кошмарным, но тебе почему-то не страшно, хоть он и беспокоит, и надолго остается в памяти именно за счет своего безумия. Вот так пишет Дик, и я мало удивлюсь, если на самом деле ему все это просто приснилось как-то, а потом он взял и записал, не редактируя))


Тэги: дик
Статья написана 10 февраля 2010 г. 10:16

Перуц писал в начале прошлого века, когда жанр сюрреализма еще только зарождался. Во всяком случае, с моей современной точки зрения это едва-едва, и то с очень большой натяжкой, тянет на сюр. Потому что не всякий болезненный или предсмертный бред есть сюр, и варианты "Картер проснулся в своей комнате весь в поту" — если честно, довольно слабый обоснуй :)

Роман начинается с какой-то совершенно дурацкой истории о герое, укравшем книгу и пойманном полицией in flagranti. Пытаясь убежать, он поднимается на верхний этаж дома и прыгает в окно. И вот тут, собственно, начинается само действие, сам сюр. Потому что появившийся на сцене герой ведет себя как-то очень странно и бестолково, без видимой причины — и так две трети романа. Сссорится со всеми, с кем только можно, совершает страшно глупые и импульсивные поступки. Причем по обращению к нему других людей видно, что еще вчера и вообще в прошлом герой, видимо, был вполне адекватен, так что сегодняшние слабости и глупости ему в основном даже склонны прощать.

Весь роман — это события одного дня. Хотя "события" — сильно сказано, точнее, череда дурацких случайностей и происшествий, какая-то идиотская фантасмагория. По ходу действия все сильнее поражаешься тому, как остальные люди вообще могут выносить общество главного героя, этого придурка и неудачника с болезненно раздутым самомнением. Он как-то очень бестолково тратит этот день, мечась по городу, портя отношения со всеми и пытаясь избавиться от своей проблемы.

Финал (последние полторы страницы) в некоторой степени объясняет причины столь странного его поведения, хотя в моих глазах отвратительного героя нисколько не оправдываетт. Собственно, только за счет этих полутора страниц книга и может именоваться сюром. Что, впрочем, не делает ее ни умной, ни увлекательной. Исполнение в жанре "анекдота" как его понимали в 19 веке — "дурацкая история ни о чем". Не рекомендую категорически.


Тэги: перуц
Статья написана 9 февраля 2010 г. 17:01

Знаете, в Ботичелли есть какое-то совершенно неодолимое очарование — как очаровывает все красивое, что бы там ни было внутри. В общем, я не могла не купить книжку с фрагментом "Весны" на обложке, даже заранее вполне представляя, какой она окажется.

"Лаура и ее оригинал" Владимира Набокова — это, строго говоря, не "фрагменты романа" (как оно называется официально. "фрагменты романа" — так в школьных хрестоматиях пишут про отдельные главы вполне законченных произведенний), а скорее "наброски начала романа". В начале есть наброски линии некой Лауры-Флауры, молодой девицы странного происхождения и неопределенных занятий, вышедшей замуж на пожилого известного, но, увы, слишком старогот и толстого невролога. Отрывки чуть дальше посвящены ее мужу, имя немедленно запамятовала, но даже на полноценные фрагменты они не тянут. Так — внутренние зарисовки, которые автор делает для самого себя скорее. Как к большой картине создается серия из тысячи карандашных набросков. Если считать оконченную "Лауру" Набокова "Весной" Ботичелли, то текст, который мы видим, в первой части представляет собой карандашный набросок одной из фигур, а вторая половина состоит из набросок купидончика, рукоятки меча стоящего слева мальчика и цветов под ногами. Да, у Ботичелли красив и каждый цветок тоже, как и у Набокова — каждая фраза, удачный термин, игра слов, аллитерация и тд. Но один цветочек Ботичелли — еще не картина, и наброски Набокова в изданном варианте — еще не роман и даже не около этого.

Можно судить, например, по Кафке. Вот "Замок" — это действительно неоконченный роман, который имеет смысл читать, из которого можно понять сюжет, проникнуться атмосферой и тд. А "Лаура" — она повисает в воздухе, она вся насквозь карандашная, причем большую часть листа занимают еще белые пятна. Более, как в эмской депеше, не имею ничего сообщить вам по поводу самого текста.

"Лаура" и ее перевод" Геннадия Барабтарло впечатлил еще меньше. Во-1, переводчик "с высоты своей высокой культурности и рафинированной интеллигентности" пишет в переводе "разсвет", "безпутная жена" и "разстройство желудка", объясняя это своей ненавистью к советской языковой реформе и желанию вернуться к старой орфографии. По мне — либо уж возвращаться так возвращаться (а знаний-то хватит?), либо не выпендриваться и писать по нормам, потому что это исключительно выпендреж и более ничего, а впечатление портит сильно. Во-2, там есть некоторые довольно ценные пояснения насчет структуры романа, расстановки карточек и тд, параллели отдельных мест с другими произведениями Набокова и тд. Но в целом на сколь-нибудь приличный лит.анализ это все равно не тянет, про Набокова можно написать гораздо глубже и интереснее, если уж задаться такой целью.

"Предисловие" Дмитрия Набокова дает очень четкий ответ на вопрос о причинах классической пролетарской ненавистью к интеллигенции :-))) Проще говоря, оно жутко бесячее. Мало того, что сыночек паразитирует на своем отце, нарушает его последнюю волю, чтобы срубить бабла. Так он это еще и делает это с таким выражением лица, что тошно становится. Не берусь ткнуть пальцем, но какое-то жуткое впечатление фальши, наигранности и высокомерия от этакого великовозрастного мажора — очень неприятно, короче говоря.


Тэги: набоков

Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9 ... 122  123  124  125 [126] 127  128




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку

Количество подписчиков: 143

⇑ Наверх