Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «Beksultan» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы:  1 [2] 3  4  5  6  7  8  9 ... 59  60  61

Статья написана 21 июля 08:57

Как же я люблю, когда за случайной и, казалось бы, незначительной деталью вдруг обнаруживаются целые залежи интересного.

В этой заметке — Красивой метафоры микропост, я писал о том, как читая киргизские сказки, наткнулся на выражение о черном изюме, который было видно через горло красавицы. В указателе Березкина нашелся целый раздел, посвященный таким метафорам — http://ruthenia.ru/folklore/berezkin/198-...

Такие дела.


Статья написана 14 июля 05:52

Моя активность в авторской колонке в последнее время свелась к публикации переводов тюркских сказок — киргизских, иногда казахских, каракалпакских и проч. Насколько я могу судить — число читающих ее сократилось. Вообще, меня самого сильно смущает, что АК в текущем ее виде не совсем соответствует характеру Лаборатории Фантастики, и я, возможно, сильно злоупотребляю любезностью ее основателя и владельца. Может стоит это все прекратить?


Тэги: рабочее
Статья написана 12 июля 12:11
Перевел киргизскую сказку на мотив K56c (по классификатору Березкина), он же ATU 729 (по классификатору Аарне-Томпсона-Утера) — "Золотой топор". Сказка взята из сборника киргизских сказок на киргизском языке "Жомокчулар жана жомоктор", собранных Буудайбеком Сабыр уулу.
Рассказчик — Бакаш Алтыбай уулу (Бакаш, сын Алтыбая), село Жайылма, Аксуйский район, Иссыккульская область.
Данные о книге:
Жомокчулар жана жомоктор / Түз. Б. Сабыр уулу. – Б.: Турар, 2008. – 604 б.
ISBN 978-9967-421-50-9
Сказочники и сказки / Сост. Буудайбек Сабыр уулу. — Бишкек: "Турар", 2008. — 604 с.
ISBN 978-9967-421-50-9

Счастье бедняка


Один бедняк жил тем, что каждый день собирал дрова, продавал их на базаре, потом на вырученные деньги покупал для своих детей кое-какую еду. В один день присмотрел он высохшие деревья на берегу большой реки.
Положил он пилу на землю, стал рубить топором одно дерево с толстым стволом. Когда добрался он до середины ствола, клин, которым топор крепился на топорище, вылетел, топор слетел с топорища и упал в реку на глубоком ее месте. Как говорится, глаза бы мои беды не видели, присел бедняк, обхватив голову руками, сильно закручинился: "Как же теперь прокормлю я детей?". Стал он себя спрашивать, как так вышло, заплакал. Сильно он пожалел, что недостаточно крепко забил клин.
Вдруг перед ним появился старик с широкой белой бородой.
— Ой, отчего ты так опечалился? — спросил он у бедняка.
— Как же мне не печалиться, лишился я своего каждодневного хлеба. Уронил я топор в реку. Если войду в воду, то не выберусь. Что же мне теперь делать? — стал жаловаться старику бедняк.
— Ты не горюй, не падай духом. Я войду в реку, вытащу топор. — сказал старик.
Бедняк, и веря, и не веря, с тоской уставился на старика, не отводя глаз. Вошел старик в воду, только звук "чулп" послышался, и вытащил красивый, сверкающий так, что глазам больно, серебряный топор.
— Этот твой? — спросил он, посмотрев на бедняка.
— Нет, мой был железный, этот пусть вам самим сгодится.
Еще раз погрузился старик в реку, не появлялся какое-то время. Потом вышел из воды с золотым топором. Показал его бедняку и спросил:
— Твой топор?
— Нет, мой топор был железный. — ответил бедняк.
Отплыл старик чуть ниже по течению, погрузился в самом глубоком месте реки. Потом вытащил топор и вручил бедняку в руки.
— Да падут все ваши беды на мою голову, вот он, мой топор! — несказанно обрадовался бедняк.
Забил бедняк клин, закрепил топор на топорище, поблагодарил старика и стал прощаться.
— Ты бедняк, приучен, оказывается, довольствоваться тем, что пошлет тебе Бог, — сказал старик, отдал бедняку оба топора, и серебряный, и золотой, и скрылся с глаз. Задумался бедняк, зажмурил от неожиданности глаза.
Пришел бедняк домой счастливый, лицо так и сияет. Рассказал он своим родным и соседям о том, с какой добычей он сегодня вернулся. Многие поразились, рассматривая серебряный и золотой топоры. Жил в этом селе один богач-пройдоха, дошли и до него вести о случившемся. Подробно расспросил этот бай бедняка обо всем, что с ним случилось. Ну а бедняк продал золотой топор, обновил все свое хозяйство, накупил одежды, продовольствия, зажил припеваючи.
Потерял богач покой и сон, пришел на берег той большой реки. Расшатал он нарочно клин в своем топоре, стал, сопя и пыхтя, рубить дерево. Через некоторое время отлетел его топор с топорища на глубокое место реки. Стал бай горевать, обхватив голову руками. Вдруг появился старик, с носом как торба, с бородой по пояс.
— Что случилось? — спросил он бая.
Рассказал бай, что уронил топор в реку.
— Ты не печалься зря, сейчас спущусь я в реку, вытащу твой топор, — утешил бая старик.
Засуетился бай, не может места себе найти. Вытащил старик сначала серебряный топор, а потом золотой, закричал жадный бай, что оба топора — его!
Понял старик, что бай жаден, сильно разозлился, тут же, с двумя топорами в руках, погрузился в реку и больше не появлялся.
Ну а бай долго ждал его на берегу, все глаза проглядел, изнемог от ожидания. А, оказывается, так он опротивел волшебному старику, что исчез тот, не выходя из реки.

Статья написана 11 июля 13:18
Перевел киргизскую сказку на мотив K151 (по классификатору Березкина), он же ATU 555 (по классификатору Аарне-Томпсона-Утера) — "Золотая рыбка". Сказка взята из сборника киргизских сказок на киргизском языке "Жомокчулар жана жомоктор", собранных Буудайбеком Сабыр уулу.
Рассказчик — Бакаш Алтыбай уулу (Бакаш, сын Алтыбая), село Жайылма, Аксуйский район, Иссыккульская область.
Данные о книге:
Жомокчулар жана жомоктор / Түз. Б. Сабыр уулу. – Б.: Турар, 2008. – 604 б.
ISBN 978-9967-421-50-9
Сказочники и сказки / Сост. Буудайбек Сабыр уулу. — Бишкек: "Турар", 2008. — 604 с.
ISBN 978-9967-421-50-9

Золотая птица и жадный старик


В старое время жили старик со старухой. Еле-еле влачили они свои дни, ни живы, ни мертвы, огонь их не гас и не разгорался. Старик каждый день ходил за дровами, заготовленные дрова приносил домой. Старуха его хлопотала по хозяйству, готовила еду, кипятила чай. Жили они очень дружно.
Вот старик, как у него обычно было заведено, в один день пошел за дровами.
Зашел старик в дремучий лес. Выбрал он одно большое дерево, решил его свалить, взял свой топор в руки. Вылетела тут из дерева золотая птица, заговорила человеческим голосом.
— Не руби дерево, человек, миленький!..
Удивился старик, чуть не упал навзничь. Птица же:
— Человек, не бойся меня, исполню я все, что ты пожелаешь.
— Доставь ко мне домой столько дров, чтобы можно было топить вволю. Без дров тяжело нам добывать пропитание, — сказал старик.
— Хорошо, будет исполнено, не печалься об этом, возвращайся домой, — ответила птица.
Вернулся в этот раз старик домой без дров, с пустыми руками, выслушал от своей старухи немало попреков. Рассказал старик от начала до конца всё — что не позволила золотая птица срубить дерево на дрова. А старуха давай ругать его:
— Чтобы ты сдох! Вот же отъявленный обманщик!
Утром встали, смотрят, а у порога полно дров.
Старик, прежде выслушавший изрядно упреков, стал похваляться перед старухой... Вот прошел один день, подпоясался старик веревкой, взял в руки топор и отправился к большому дереву, чтобы срубить его. Опять появилась золотая птица и говорит:
— Что тебе надо, старик?
— Нужна мне белая юрта.
— Хорошо, старик. Будет исполнено, отправляйся домой, да расскажи о случившемся старухе, — сказала золотая птица и исчезла.
Вернулся старик домой из леса. На другой день, встали они со старухой рано утром, вышли наружу. Смотрят — стоит белоснежная юрта о шести полотнищах. Не поверили они сначала своим глазам, поразились. Зашли они в юрту, обрадовались несказанно, лица у них так и сияют, счастье в груди не помещается.
На другой день опять пошел старик в лес, к хорошо знакомому дереву. Взял топор, замахнулся, как будто срубить хочет. И в этот раз высунула из сердцевины дерева голову золотая птица, обратилась к старику:
— Что еще тебе нужно?
— Хочу я стать баем (богачом), хочу чтобы в загонах у меня были неисчислимые стада скота, и чтобы все они были белой масти, — попросил старик.
— Хорошо, человек, исполнится твое желание. Будут у тебя овцы, такие же белые, как твоя юрта. Будет их столько, что не сможешь сосчитать. — пообещала золотая птица и исчезла.
Вернулся старик домой, всю ночь они со старухой с нетерпением ждали рассвета. Как рассвело, посмотрели они окрест. А все вокруг заполнено бесчисленными овцами и коровами. Не смогли они их даже сосчитать.
Прошло с того дня много месяцев. Насытился старик, настроение у него прекрасное, захотел он стать ханом. Заткнул он топор за пояс, пришел к знакомой чинаре (чинара — платан). Начал он рубить чинару. Все ждет, когда же появится золотая птица, а ее все нет. Срубил он чинару, заглянул в дупло, нет там золотой птицы.
Вернулся он домой, а весь скот исчез. И белой юрты тоже нет. Сидит одна только старуха, плачет, да приговаривает:
— Не доведет человека до добра жадность.

Статья написана 10 июля 18:03
Перевод второй из двух найденных киргизских сказок на мотив K92A "Дом создает женщина". Сказка содержит некоторые интересные практики, в частности способ как добиться встречи с Кыдыром (Хидром). Сказка взята из того же издания, из которого была первая "Ханская дочь":
Кыргыз эл жомоктору./ Түз. Б. Кебекова, А. Токомбаева. 3-бас. — Б.:Бийиктик, 2007. — 368 б. — ISBN 978-9967-13-226-9
Киргизские народные сказки./ Составили Батма Кебекова, Анар Токомбаева. 3-издание. — Бишкек: «Бийиктик», 2007 — 368 с. — ISBN 978-9967-13-226-9
В примечаниях сообщается: Записано в 1959 году в колхозе Чаек Джумгальского района от Байтёлё Сартаева. В фондах Института киргизского языка и литературы хранится под инвентарным номером 4013. Некоторые пропущенные эпизоды, фразы и слова восстановлены вновь по стенограмме.

Ханская дочь


Прежде как-то один хан со своим визирем отправились на охоту. Вдруг непонятно откуда налетел пронизывающий холодный ветер, стало очень холодно. Замерзли их лошади, сами они тоже продрогли, тут визирь предложил: «Таксыр (господин), давайте съездим ко мне домой, пообедаем». Хан согласился — «Пожалуй, если дом твой близко, давай съездим». Жена визиря оказалась и красивая, и к себе располагающая, встретила их разными вкусными кушаньями, чрезвычайно утешив хана. Сам же хан,  глядя на женщину, задумал недоброе, подумал про себя, не показывая виду — «Оказывается, есть у него жена, подходящая хану, поэтому, видно, он не показывал ее мне, надо мне любым путем заполучить ее».
На другой день хан и визирь снова вдвоем поехали охотиться, травили дичь собаками, спускали ловчих птиц, развлеклись и потешились. Между тем с криками «карк-курк» пролетели над ними семь гусей. Хан и говорит визирю: «О чем кричат эти летящие гуси? Растолкуй, если не сумеешь — отрублю тебе голову».
Попросил визирь время до завтрашнего дня, чтобы подумать, вернулся домой и слег в большой печали, не притрагиваясь к еде. Младшая дочь визиря сказала матери — «Пришел отец сильно опечаленный, узнай в чем дело». Пошла к визирю его жена, передала ему слова дочери, рассказал визирь жене все, что случилось. Услышала отцовские слова дочка визиря, нет ей еще и пяти лет, еще волосы у нее не отросли, чтобы можно было заплести их в косички, попросила она одного мальчика верхом на лошади усадить ее впереди в седло и отвезти к ханской дочери, прославившейся своей мудростью. Удивилась ханская дочь — «И-и, милая, что ты тут делаешь ночью, что за дело у тебя?» — стала она расспрашивать маленькую девочку. Говорит ей дочь визиря: «Эже (почтительное обращение к старшей, букв. старшая сестра), есть у меня дело, пришла я к вам спросить о нем, если поможете мне, скажу вам, если не поможете — не буду утруждаться, поверну обратно». Ханская дочь три раза повторила «Помогу», тогда только дочь визиря сказала ей: «Ваш отец обидел моего отца. Если он до завтра не объяснит, что значат крики «карк-курк» пролетавших семи гусей, то отрубят ему голову, поэтому он слег в большой печали. Можете сказать, что это значит?».
Ханская дочь сказала — «Не знаю я, что это значит». Но маленькая девочка настаивала: «Ваши собственные зубы свидетели тому, как вы троекратно обещали помочь мне». Задумалась ханская дочь, пораскинула умом, неудобно ей отказывать после данного обещания, решила она, что некуда ей деваться, придется помочь, сказала она девочке, что визирь спасется, если скажет, что пролетавшие гуси сказали — «Если визирь хороший — хан будет хорошим, если жена хорошая — муж тоже будет хорошим». Обрадованная дочь визиря вернулась домой и передала своему отцу то, что сказала дочь хана. На другой день визирь сказал эти слова хану и избежал казни.  
Вот как-то опять хан взял визиря с собой на охоту на водоплавающих птиц. Вдруг налетел порыв ветра, пролетело мимо них перекати-поле. Спрашивает хан визиря: «Что сказало перекати-поле?». Визирь удивился: «Таксыр (господин) мой хан, что может сказать неодушевленная вещь?». Хан: «Нет, пролетело оно со словами «дын-дын», узнай до завтра, что это значит, если не узнаешь — отрублю тебе голову». Совсем отчаялся визирь — «В прошлый раз тех гусей хоть слышно было, как же в этот раз что-то узнаешь, видно настал мой последний час» — попрощался он с жизнью, остался дома в большой печали. Опять младшая дочь визиря отправилась к ханской дочери: «Эжеке (еще более почтительная форма обращения «эже»), случилось несчастье, опять ваш отец обидел моего отца, велел узнать до завтрашнего дня, что сказало пролетающее перекати-поле, иначе грозится отрубить голову, отец мой лежит дома в тяжком горе.
Ханская дочь пометалась туда-сюда, наконец не в силах отказать маленькой девочке сказала: «Пусть отец твой передаст, что перекати-поле сказало — «Где я ночую, горная ложбина не знает, где я летаю, ветер не ведает, и хан твой, что велел спросить это — дурак, и ты сам, что это спрашиваешь — тоже дурак». Сообщил эти слова визирь хану на другой день и избежал казни. Хан же понял, что научила визиря этому его собственная дочь, воскликнул — «Вот досада!» — прикусив от огорчения большой палец руки.
На другой день хан созвал всех своих тысяцких и повелел: "Моя дочь будет выбирать мужа, соберите народ". Люди собрались, прошли вереницей мимо ханской дочери в одну сторону, затем в другую, но никто не пришелся по душе девушке. Начал было народ роптать — "Видно собрал нас хан, чтобы поиздеваться" — тут хан спросил — "Кто не пришел?". Ответил ему один старец: "На двух островах посреди воды есть один, то ли человек, то ли безумец. Голова у него покрыта паршой, ест он траву, вот его только здесь не достает". Отправил хан своих джигитов за живущим на острове, а когда его доставили, обвенчал его со своей дочерью. Дал он им пищи и отвез в глухие горы, сказав: "Посмотрим как теперь ты скажешь "Если жена хорошая, то и муж будет хорошим". Запретил хан людям ездить в эти горы, только раз в неделю по его приказу один глухонемой старик отвозил туда еду. В один из дней мать девушки, не выдержав разлуки с дочерью, вымолила у хана разрешение съездить, чтобы повидаться с дочерью. Приехала мать к дочери, спросила: "Где твой муж?". "Вот он" — сказала дочь и показала ей убогого паршивого, покрытого гноем, который спал под досками, скорчившись на голой земле, как животное. Увидела ханша лежащего под досками зятя, чуть не сгорела от стыда, залилась слезами: "Лучше бы ты сбежала или удавилась, чем брать такого в мужья. Или убей его, не позорься перед людьми". Разозлилась девушка, сказала: "И сама не умру, и его не убью. Это несчастный, кто возьмет на себя грех? Буду я за ним ухаживать, как смогу, сделаю из него человека. По правде говоря, это не я опозорилась, а мой отец. Если так хочет он меня опозорить, пусть отвезет нас на распутье девяти дорог, будут там видеть нас мимоезжие путники, разнесут они весть о нас всем людям".  
Мать пересказала хану сказанное девушкой, сделал хан так, как сказала девушка, доставил ее с паршивым мужем к распутью девяти дорог. Девушка, как и раньше, уложила паршивого под доски, накрыла покрывалом, которым обычно накрывают джюк (здесь. джюк — одеяла и матрацы, сложенные стопкой) и стала до отвала кормить его кобыльим казы (казы — конский брюшной и реберный жир, а также колбаса, изготовленная с его применением). Наконец зажили у него язвы на голове, осталась только плешь. Сказала ему девушка: "Выкопай большую яму". После того, как выкопал он яму, уложила она его в яму руками вниз и засыпала землей. Затем она взяла челюсть молодого ягненка, ею чисто выскоблила и вымыла ему голову. Через некоторое время смотрит, выросли у паршивого на голове светлые, чахлые волоски. Еще раз закопала девушка мужа в землю, потом выщипала ему по одному все плохие волоски щипчиками. Прошло еще время и вот уже выросли на голове у парня густые и черные, как мех выдры, волосы. Тогда девушка покрыла красивой вышивкой топу (топу — шапка без полей на манер ермолки), вручила мужу и сказала: "Отнеси на базар и продай, вместо денег возьми у покупателя столько соли, сколько поместится в само топу. На обратном пути разбросай эту соль — это все твои беды и несчастья (у слова "шор" два значения: 1. что-то соленое; 2. беды, напасти, несчастья)".
Сделал паршивый так, как велела девушка, обменял вышитое топу на соль и вернулся домой, рассыпав эту соль по дороге.
На другой день девушка отвела мужа на базар, купила серого иноходца для него, приодела его с головы до ног и сказала следующее:
"Вот уже семь лет, как я с тобой, теперь ты стал настоящим мужчиной, садись на коня, возьми камчу в руку и поезжай впереди". Как приехали они домой, девушка отправила джигита к своему отцу: "Садись на коня, скачи к моему отцу. Как окажешься перед ханскими дверями, скажешь, что у тебя есть дело к хану. Потом молчи, не пророни ни слова. Откроют двери и скажут "Пожалуйста, входите". Поздоровайся и войди в дом, будут там люди сидеть очень тесно, и ты садись как можно ближе к хану, прямо на полу его халата. Тогда спросит хан: "Сынок, по какому делу ты явился?". Отвечай: "Я — сын одного хана, вот уже семь лет торгую здесь. Решил я вернуться на родину, хотел получить от вас благословение. Спросит хан: "От меня какая тебе помощь требуется?". Скажи: "Не надо никакой помощи, приезжайте ко мне в гости с сорока джигитами, дом наш единственный на распутье девяти дорог. Много времени это не займет, просто заглянете в гости, войдете и выйдете. У меня есть только одна просьба — пусть в вашем городе семь дней никто не будет разводить огонь и готовить на нем пищу. На восьмой день вы с сорока джигитами выезжайте верхом ко мне в гости". Сделай так, заручись ханским словом и возвращайся".
Джигит взял с хана обещание, что он обязательно приедет и уехал. Хан велел своим подданным: "Пусть в моем ханстве семь дней не разводят огонь и не готовят на нем пищу". Так и получилось, что в ханском поселении семь дней не разжигали огонь, не готовили пищу, все сидели в темноте.
Ну а джигит целыми днями по поручению жены собирал дрова, а вечером жег их. Так прошло пять дней, а на шестой день вошел к ним в дом некий аксакал со словами: "Что вы за люди, не исполняющие ханское повеление? Жители города семь дней не смеют развести огонь и готовить на нем пищу. Ну а вы, находитесь на ханской земле, а не исполняете его указ. Вот уже пятую ночь обхожу я всех, и только в вашем доме увидел огонь, кто вы такие?"
Вскочила молодуха с места, склонилась в низком поклоне и почтительно обратилась к вошедшему незнакомцу:
"Дядюшка, это мы попросили хана, чтобы его народ не разводил огня и не готовил на нем еду. После семи дней, на восьмой день хан со своими джигитами приедет к нам в гости. Сегодня уже шестой день, а у нас нет запасов, чтобы их угостить, боимся мы, что они отрубят нам головы и сожгут нашу убогую лачугу. Весь день мы собираем дрова, а вечером сжигаем их".
Поднял тогда вошедший человек голову и спросил: "Так чего же вы хотите?". Отвечает женщина: "Хотим мы всего лишь, чтобы пищи нашей хватило на всех, а мы сохранили свое доброе имя". Сказал ей незнакомец: "Пусть еда ваша будет в достатке, а имя ваше добрым". Сложил он ладони в жесте благословения и вышел из дома. Как только аксакал ушел, жена сказала мужу: "Заглянула к нам в дом удача, осенил наш дом Кыдыр. Заглянул в наш дом сам Кыдыр (Кыдыр — так киргизы называют Хидра, весьма почитаемого святого, по преданию он может появиться в любом обличье). Теперь можешь запасать дрова, Бог даст нам все".
Погасили они огонь и легли спать. В день приезда хана женщина развела огонь, подвесила над очагом один казан с мясом, испекла один казан хлеба (в Средней Азии хлеб в виде лепешек часто пекли прямо в казане) и вскипятила один самовар чая. Перед полуднем приехали и спешились хан с сорока джигитами, визирями, баями и беками, хватило угощения на всех, даже остался излишек. Тогда признал хан свою дочь, узнал, что статный и красивый джигит и есть тот самый паршивый, за которого он выдал свою дочь. Повинился хан, признал свою вину, попросил прощения. Увез он к себе дочь и зятя, отдал свое ханство бывшему паршивому.
С тех пор и ходит среди народа пословица — "Если визирь хороший, и хан будет хорошим, если жена хорошая — муж тоже будет хорошим".

Страницы:  1 [2] 3  4  5  6  7  8  9 ... 59  60  61




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку

Количество подписчиков: 99

⇑ Наверх