Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «VitP» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 [11] 12  13

Статья написана 7 ноября 2011 г. 16:33

15 ноября в помещении Новосибирской писательской организации состоится вечер, посвящённый 100-летию со дня рождения Михаила Петровича Михеева. Начало (ориентировочно) в 17.00. Уточнить информацию можно после 10 ноября по телефону в Новосибирске 227-09-68 у Шалина Анатолия Борисовича. Приглашаются все любители творчества Михаила Петровича и хорошей фантастики.


Статья написана 2 ноября 2011 г. 18:21
Размещена также в рубрике «Как издавали фантастику»

2. «Помочь можно живым». Вообще-то, поначалу мы планировали все наши сборники называть «Румбы фантастики», присваивая каждому порядковый номер. Но оказалось, что в таком случае издание переходит в категорию «альманах», а для этого нужны очередные разрешающие бумаги… В общем, на эту вполне разумную идею мы плюнули. Тем более, что и с изданием дело опять застопорилось. Причём, основательно. Всё замыкалось на издательстве, вернее, на его отсутствии. «Новосибирское книжное» от нас шарахалось, как чёрт от ладана, и мы с Ярушкиным рванули в местное отделение издательства «Наука». Там к фантастике относились достаточно благосклонно, в газете «Наука в Сибири», как я уже упоминал, регулярно выходила фантастическая страничка, да и начальство было наслышано о наших первых шагах и относилось к ним весьма лояльно. В общем, взяли мы с Сашей подмышку подборку рукописей и поехали в Академгородок. Добирались почему-то через Шлюзы (кто в Новосибирске бывал, затейливость выбранного маршрута поймёт), потом долго шли пешком, строя по дороге грандиозные планы. Приняли нас и вправду приветливо, сборник взяли «на рассмотрение», пообещали быстренько ответить… Не обманули — ответ и вправду пришёл быстро, но… Совсем не тот, на который мы рассчитывали. У издательства «Наука», мол, свои цели и задачи, фантастика к ним напрямую не относится, а посему… В общем, вежливое «бла-бла-бла», я подобные отписки к тому времени и сам нашустрился писать, не напрягая мозговые извилины.

Ситуация складывалась идиотская. Первые «Румбы» реально маячат на горизонте, рукописи есть, какой-никакой опыт мы уже поднакопили, деньги тоже вот-вот появятся, а сделать ничего не можем. Госкомиздат СССР, правда, замышлял создать издательство нового типа, и помощь нам работавший там Леонид Васильевич Ханбеков твёрдо пообещал, но ведь это когда ещё будет…

Головы мы ломали крепко и вместе, и по отдельности, но так ничего и не могли придумать. И вот как-то поздней ночью (для раздумий, не спать — полезно) меня осенило: а почему бы не обратиться в «Молодую гвардию»? Посоветовался с Ярушкиным, прикинули и так, и сяк… Вроде бы, надежда есть: именно «МГ» проводила семинар в Новосибирске, книги по его итогам в план включены, да и отношения с руководством издательства у нас сложились неплохие — в советах, во всяком случае, не отказывают и поддержку, если могут, оказывают…

А тут и шанс появился: то самое совещание об уровне «молодогвардейской» фантастики (я туда всё равно должен был ехать, как один из рецензентов). Оказавшись в Белокаменной, мчимся к Раисе Васильевне Чекрыжовой — она тогда работала заместителем главного редактора «Молодой гвардии» и курировала, в частности, выпуск фантастики. Вспоминать о ней без тепла невозможно! Человек редкостной энергии, обладала Раиса Васильевна прекрасным литературным вкусом, и позицию свою отстаивала твёрдо, на любом уровне. Но наша идея её поначалу озадачила. Помню это хорошо, потому что первая реакция Раисы Васильевны показалась мне неожиданно… прохладной, что ли. Пообещала достаточно неопределённо: «Нужно подумать…» — потом все же пояснила: «Честно говоря, не знаю, как воспримет это руководство, и как его убедить, тоже пока не знаю…» В общем, на совещание пошли мы не в самом радужном состоянии духа. Но шанс выпал именно там! Вообще-то это событие (совещание по фантастике «МГ») заслуживает отдельного рассказа, но нужных документом под рукой сейчас нет, искать их неохота, да и цель этого «мемуара» несколько иная. Дело в том, что практически все выступавшие на совещании говорили о необходимости поисков новых форм работы — время было такое: кто-то «перестраивался» на деле, кто-то — на словах, но говорить об этом считалось одним из правил хорошего тона. Естественно, что в фантастике и её издании тоже было, что улучшать и совершенствовать. Уловив общее единение по данному вопросу, я безжалостно выдрал листок из какой-то книги, которую бережно лелеял на коленях Ярушкин (кощунство, но что поделаешь?) и отправил Раисе Васильевне записку, в коей поинтересовался, не стоит ли огласить нашу затею публично? Записку эту я по сей день бережно храню в своём архиве. Пониже моих каракулей рукой Чекрыжовой чётко выведено: «Думаю, можно!». Дабы не растекаться мысию по древу, отмечу, что выступление моё понравилось представителям ЦК ВЛКСМ, Госкомиздат СССР идею нашу решительно поддержал, а руководство «МГ» не усмотрело оснований отклонять инициативу пишущей молодёжи. Наверное, не всё было просто, но Раиса Васильевна никогда мне об этом не рассказывала. Просто сообщила через месяц с небольшим, что решение принято, и ВТО МПФ создаётся… А значит, мы могли полностью отдаться тому, к чему так долго стремились, — книгоизданию!

Первой книгой, которую мы планировали отправить в «производственный процесс» под флагами «Молодой гвардии», был сборник «Помочь можно живым», значившийся в нашей бухгалтерии как «Румбы фантастики»-2 (именно его мы с Сашей некогда безрезультатно носили в издательство «Наука»). Но, похоже, над книгой этой висел какой-то злой рок. После редактуры-корректуры, в конце 1988 года она отбыла в Омскую областную типографию, быстренько была набрана и неожиданно намертво застряла. Чуть не через полтора года нам удалось выцарапать-таки набор и перевезти его с берегов Иртыша на брега Волги — в Казань, а сигнальный экземпляр увидел свет и вовсе 1 августа 1990 года… Таким образом, 2-я составленная нами книга, обратилась в 39-ю, став за это время настоящей «притчей во языцех»… Правда, подсластить пилюлю истомившимся авторам, я немного сумел — «Помочь можно живым» была выпущена тиражом в четверть миллиона экземпляров. Три массовых тиража, а значит, гонорар за авторский лист составлял 2400 ещё полноценных советский рублей…

Каких-либо проблем при составлении этого сборника не упоминаю. Лёня Шувалов, я и Ярушкин поспорили немного и быстренько пришли к «консенсусу» (ещё одно модное тогда словечко).

Открывает книгу статья Геннадия Прашкевича «Конец пятидесятых: письма И.А. Ефремова». Публиковалась она неоднократно, на мой взгляд, представляет немалый интерес и сегодня.

А раздел «Семинар» сформирован, в основном, по итогам всё той же новосибирской встречи молодых (тогда ещё) писателей, проведённой в 1987-м году.

Заглавная повесть «Помочь можно живым» — лучшее из того, что я читал у Александра Бачило. Напряжённый и логичный сюжет, образы героев жёстко прописаны. Есть что-то в стилистике от братьев Стругацких, но ни о каком подражании, по-моему, речи идти не может. Связана с этой публикацией повести одна достаточно забавная история. Дело в том, что Полифем (человек, переживший ядерную катастрофу, один из её виновников) по замыслу автора в конце произведения должен был погибнуть (сердчишко не выдерживало у бедолаги). Нам его смерть показалась искусственной и ненужно-мелодраматической. Посему, сломив сопротивление Бачило, Полифема мы оставили жить… «Помочь можно живым» переиздавалась в книгах ВТО МПФ ещё трижды, и Саша упорно пытался отправить этого героя на тот свет, однако, на том или ином этапе подготовки рукописи эти попытки обнаруживались, решительно пресекались, и Полифем, в полном соответствии с названием повести оставался живым. Кажется, только в книге, вышедшей в «Библиотеке советской фантастики», автору удалось-таки его ухайдакать…

Повесть Александра Бушкова «Дети тумана» в середине 80-х уже публиковалась в каком-то журнале. Нам она понравилась. Не самое лучшее, на мой взгляд, из написанного молодым Бушковым, но сделано всё очень добротно: сюжет держит внимание, мир прописан достаточно рельефно, замысел автора чётко выражен, но и для читателя оставлена возможность сделать свой выбор.

Два сказа, представленных в книге, и сегодня читаются с интересом. Они достаточно разные: «Золотые листья» Владимира Галкина написаны в бажовской традиции, а «Онегина звезда» Таисии Пьянковой ближе к НФ. Думаю, любой любитель хорошей литературы отметит и необычный, сочный язык, которым написаны эти сказы. Правда, мне кажется, что в «Золотых листьях» сюжет развивается слишком уж неторопливо (возникает у меня ощущение затянутости), а в «Онегиной звезде» несколько торопливо выписана концовка. Но это всего лишь моя точка зрения, помню, к примеру, что Медведев и Грушко ценили «Онегину звезду» очень высоко.

Рассказ Елены Грушко «Рыбка» оставлял у меня (и оставляет) чувство неудовлетворённости. Удачные пейзажные зарисовки, чётко намеченные характеры персонажей и… Не совсем внятная концовка — такое ощущение, что автор почему-то заторопился поставить точку.

Зато рассказ «Пришедший снять заклятие» Андрею Дмитруку удался. Андрей вообще работал в те годы очень профессионально (что он пишет сейчас, к сожалению, не знаю). Вот и на сей раз автору удалось прописать мир, создать внутреннее напряжение текста. Несколько смазывает, пожалуй, впечатление определённая декларативность и поспешность в концовке.

«Остановку в пути» Леонида Кудрявцева ценил и ценю высоко. Никому так не удавалось описать вроде бы сюрреалистические, нелепые миры, в то же время подчиняющиеся своей логике, своим законам — своим и в тоже время понятным читателю. И языковые находки автора откровенно меня радуют.

Рассказы Татьяны Мейко «Ты веришь в легенды о людях?», Ольги Новикевич «Директор зоопарка» и повесть Евгения Носова «Землёй рождённые» близки по замыслу. «Что делает человека человеком?» Пожалуй, это главный вопрос, на который ищут ответ авторы. При этом каждый — по-своему. Нотка антиутопии у Мейко, элементы сатиры у Новикевич, НФ-традиции у Носова. По-моему, вполне добротные произведения (правда, на многое и не претендующие). Стоит, пожалуй, напомнить, что для Мейко и Новикевич эти рассказы были одними из первых, «пробой пера», как любят выражаться некоторые критики.

Цикл «Сейвер» Игоря Пидоренко, по-моему, очень хорош. Идея оригинальна, с языком у автора никогда проблем не было. Жаль только, что Игорь так и не использовал заложенный в «Сейвере» потенциал полностью, ограничившись несколькими рассказами (в сборнике «Помочь можно живым» опубликованы «Настоящее дело» и «Побег вдвоём»).

И «Трудный случай в практике» Бориса Руденко времени не подчинился — по-прежнему читается с интересом. Причины, на мой взгляд, две: выпукло описанный мир планеты горгон и положение, в котором оказались герои — неожиданное, но, увы, вполне жизненное. Как поступить в подобной ситуации? Сразу и не ответишь…

«Ель» Гавриила Угарова — стандартный НФ рассказ, спасает его национальный колорит да точно рассчитанная толика лиризма.

«Молибденовые дети» Виктора Хатунцева привлекли тогда наше внимание тем, что это была одна из первых в те годы антиутопий и неожиданно поданным изменением образа героини, понявшей, что разум — это далеко не всё, что нужно человеку для счастья. Ну а недостатки повести лежат на поверхности. Дело в том, что её автор — журналист (тогда он работал в газете «Правда»). Отсюда и недостаточная психологическая прописанность образов и ненужная, порой, скороговорка. Тем не менее, думаю, что интерес «Молибденовые дети» представляли и представляют.

Относительно повести в рассказах Олега Чарушникова «На “Олимпе” всё спокойно» определённые разногласия у нас были. Точнее — споры. Нет, написан текст добротно, и в памяти держится долго. Но я не был уверен (да и сейчас сомневаюсь), проходит ли он по ведомству «фантастики». Участвуют в повести герои Древнегреческих мифов — и всё. Юмор — да. Элементы сатиры — да. Но фантастика? И у Медведева (ответственный редактор сборника) были такие же сомнения. Но нас — двое (да и не было у нас явного отторжения текста), а за публикацию стояли трое: Шувалов, Ярушкин и Прашкевич (редактор книги). Поскольку рецензенты заняли благожелательный нейтралитет, большинство победило.

Ну и раздел «Юность жанра». Появлялся он в сборниках ВТО МПФ нечасто, был предназначен для публикации намертво забытых произведений. В сборник «Помочь можно живым» включена повесть Порфирия Инфантьева «На другой планете». Её достоинства и недостатки достаточно точно определены в предисловии Юрия Медведева. Сейчас на «Фантлабе» идёт спор на тему «Нужно ли читать старую фантастику?» Мы для себя ответ на этот вопрос нашли давно. Должно! Конечно, если ты действительно хочешь разбираться в фантастике, знать её историю и в конечном итоге, более обоснованно оценивать написанное сегодня. Кстати, вклад Юрия Михайловича в дело возвращения читателю накрепко (и часто — незаслуженно) забытых произведений переоценить трудно.

Ну и общее впечатления от сборника, перечитанного 22 года спустя. По-моему, эта книга удалась нам лучше, чем первые «Румбы фантастики».


Статья написана 27 октября 2011 г. 21:50

Совсем недавно в Новосибирске отмечалось 100-летие со дня рождения Михаила Петровича Михеева. Очень рад, что мне удалось переиздать практически всё, написанное им (совсем недавно в издательстве "Вече" вышел роман "Запах "Шипра") да и почтовый конверт аккурат к юбилею подоспел. Ну и несколько воспоминаний о новосибирском КЛФ "Амальтея", которым долгие годы руководил Михаил Петрович...

Я в «Амальтею» пришёл в конце восьмидесятого. Вычитал в «Молодости Сибири» о том, где и когда собирается клуб, и явился. Атмосфера там была самая дружеская, да и комсомол к тому времени уже научил меня быстренько вливаться в любой коллектив. Удивило, что среди завсегдатаев было много пишущих. Самым знаменитым из них был Толик Шалин, успевший опубликовать к тому времени свои рассказы в сборнике «Дебют». Там же отметился и Олег Костман, которого я знал по редакции городской «Вечерки», где самым активным образом подрабатывал в период обучения в аспирантуре. Олег уже написал хорошую повесть «Ошибка дона Кристобаля» о Колумбе, было у него ещё несколько рассказов — тоже достаточно профессиональных, вот только работал он настолько медленно, что мы диву давались. Интересно стартовал и Саша Шведов, потом, к сожалению, от фантастики отошедший. Приносил в клуб свои первые опусы Женька Носов, работавший на заводе, выпускавшем популярные тогда катушечные магнитофоны «Комета» (кстати, именно там я увидел первый отечественный видеомагнитофон — здоровенный шкаф с малюсеньким экраном). Приходили в «Амальтею» неразлучные и совсем молодые Бачило-Ткаченко, по окончании полевого сезона появился геолог Василий Карпов, Володя Титов из Барнаула, обучавшийся в то время в партшколе, веселил нас своим «Робинзоном». Всю нелёгкую ношу организатора тащил на плечах Жора Кузнецов — истинный фанат фантастики, ходячий справочник, энтузиаст-библиограф. Все свободное время он проводил в библиотеках, отыскивая в запылённых кипах газет публикации, о которых и сами-то авторы позабыли, выбирался даже в Москву, в «Ленинку» постоянно пополняя свой уникальный справочник «Фантасты Сибири». Немало было в «Амальтее» и просто любителей фантастической литературы. Ну а душой всей этой разношёрстной компании, её центром, учителем, наставником, старшим другом был, конечно же, Михаил Петрович Михеев.

Невысокий, сухонький, он обычно молчал, давая нам нашуметься вволю, выплеснуть эмоции. Михеев никогда не вещал, никому не навязывал своей точки зрения. Но на всю жизнь я запомнил его совет: «Виталий, внимательно выслушай то, что тебе говорят. Потом проанализируй, обдумай. А потом — сделай всё по-своему, так, как считаешь нужным. Иначе в литературе нельзя».

Именно Михаил Петрович сподвигнул меня на первые негазетные опыты. Началось всё с очерков. Зимой 81-го года я побывал в турпоездке в Индии и Шри-Ланке и по возвращении рассказал о своих впечатлениях в «Амальтее». Как положено рассказал — используя слайды, фотографии, сувениры и прочие причиндалы. Ребят, естественно, больше всего заинтересовала встреча с Артуром Кларком, а Михаил Петрович, выслушав мой «доклад», предложил:

— Ты бы мог написать об этом. Для «Сибогней».

Такая перспектива не могла не вдохновить, и я засел за очерк, прекрасно сознавая при этом, что ничего толкового написать не смогу — ни Индией, ни Цейлоном всерьёз я никогда не интересовался, посему мои познания об этих странах не слишком отличались от нулевых. Но может быть правы те, кто утверждает, что первый взгляд самый яркий и верный? К моему удивлению, текст, получившийся для первого опыта довольно живым, Михаил Петрович одобрил и повел меня в «Сибирские огни». В приёмной главного редактора А.В. Никулькова я и маялся, невольно прислушиваясь к разговору, доносившуюся через неплотно прикрытую дверь:

— Толя, мальчик написал неплохую вещь. Нужно публиковать.

— Где? Ты же знаешь, Миша, что у нас все распланировано чуть не на год вперед.

— Передвинь мою повесть, я и подождать могу…

Думаю, что комментарии излишни.

Ещё через несколько минут я оказался в кабинете Абрама Китайника, руководившего в ту пору в «Огнях» отделом очерка.

Опус мой, правда, тогда напечатан не был. Оказывается, в отделе уже лежал материал на ту же тему, написанный Анатолием Черноусовым — автором прекрасной повести «Экипажи готовить надо», из которой наши кинематографисты умудрились сотворить весьма посредственный мюзикл. Анатолий Трофимович, в отличие от меня, к делу подошел серьёзно, обработал массу материала и… начисто засушил текст. Ситуация возникла пикантная: один очерк скучнее, но написан маститым писателем, другой — читается интереснее, но его автор, что называется, мальчик с улицы. В итоге редакция мудро решила зарубить оба материала, как несоответствующие общей тематике журнала.

Если я и расстраивался (честно говоря, не помню), то недолго. Абрам Ушерович предложил мне написать очерк на чисто сибирскую тематику, а воспоминания о стройотрядах были в моей памяти ещё слишком свежи. «Студенческий хлеб» писался на одном дыхании и вышел в «Сибирских огнях» без какой бы то ни было задержки. Да и индийские материалы в итоге не пропали. Через сколько-то лет, уже при Горбачёве, был объявлен «Год Индии в СССР», тема стала чрезвычайно актуальной, после чего подчищенный и подправленный «За тремя морями» нашёл свое место на страницах журнала.

Но мне-то хотелось писать фантастику! И я начал это делать. Первый свой рассказ — «Взятка», в котором бессовестно эксплуатировались приемы О. Генри, я написал в электричке Москва — Звенигород и вечером того же дня прочёл его в номере Дома отдыха ЦК ВЛКСМ «Ёлочка» своей подруге. Та хмыкнула и деликатно перевела разговор на другую тему. Решив, что женщины в фантастике ничего не петрят (у нас в «Амальтее» их не было вовсе), я спрятал рукопись в чемодан, а, вернувшись в Новосибирск, принес её на клуб. «Взятку» читал вслух перед всей честной компанией Лёша Вишневский — президент «Амальтеи». Делал он это так вдумчиво и увлечённо, что у меня по спине пробегали мурашки. Целыми стадами. Однако при тут же последовавшем обсуждении оказалось, что я неплохо усвоил уроки классика американской литературы и рассказ может быть рекомендован для публикации в клубном рукописном журнале. Лучшего для дебюта и ожидать было трудно — редколлегия «Амальтеи» славилась въедливостью и придирчивостью. Официально же «Взятку» не печатали лет восемь — с точки зрения разнообразных издателей, заокеанская тематика им не подходила.

Лиха беда начало! Темы первых рассказиков приходили ко мне в самые неожиданные моменты. «Изобретателя» я придумал, безнадежно поджидая на остановке куда-то запропастившийся троллейбус, «Равные возможности» написал на практических занятиях с заочниками (в ту пору я преподавал в институте, причем занятие сие осточертело мне до изжоги, посему я и загрузил будущих специалистов сельского хозяйства работой с методичками, а сам занялся делом, весьма далёким от преподавания).

Этот-то рассказ и стал моей первой фантастической публикацией. Раз пять бегал я к почтовому ящику — «Молодёжку» всегда приносили по утрам, но в этот день почтальон почему-то задерживался. Наконец он доставил «Молодость Сибири», и я с понятным волнением развернул газету. Всё в порядке: «Виталий Пищенко “Равные возможности”». Уф-ф!

А еще через несколько часов я встречал в аэропорту Толмачёво ту самую подругу, которая небрежно проигнорировала мой первый фантастико-литературный опыт. Стоит ли говорить, что чувствовал я себя при этом вполне отомщённым?

… По сути, почти все писатели «четвёртого поколения» начинали в КЛФ. Там мы читали старые и новые фантастические произведения, обсуждали их, спорили, пытались писать сами. А клубы поддерживали нас, заинтересованно и ревниво оценивали первые шажки своих питомцев, обменивались впечатлениями о них. Но время шло, и постепенно именно творческая составляющая выходила для нас на первый план, а создание ВТО МПФ позволило плотно общаться не только с земляками, но и с коллегами, проживающими во всех уголках «великой и необъятной». Разница, в каком городе жили Козинец, Булыга, Дымов, Ленский, Пидоренко или Кудрявцев исчезла. Возможность выбора «с кем общаться» небывало расширилась, нас закружила шебутная круговерть семинаров и командировок. И тогда, почти одновременно, многие пишущие ушли из фэндома, резко снизив тем самым его уровень. Согласитесь, что клубы без писателей — это не то. Не знаю, может быть, со стороны наш поступок выглядел чёрной неблагодарностью, но… Мы уже выросли из штанишек КЛФ, рамки только любительского общения становились для нас тесными.

Похоже, именно этого не поняли некоторые тогдашние «активисты фэндома». Более того — не приняли. Ну как же! Ещё вчера они сурово оценивали чужие литературные опыты, свысока рассуждали о том, кому и как нужно писать фантастику, а писатели (пусть начинающие, но писатели!) внимательно выслушивали их, и вдруг… Нет, конечно, не то чтобы «ваше место в буфэте», но что-то очень на это похожее. А ведь так приятно было ощущать, что «пути развития любимого жанра» определяют именно фэны (не все, конечно — кому нужны читатели из какого-нибудь Мухосранска! — нет, только некоторые — самые-самые крутые). И вот вместо почитания, заслуженного многолетним топтанием возле литературы, — «лопай, что дают». Обидно, понимаешь, как говаривал небезызвестный товарищ Саахов.


Статья написана 23 сентября 2011 г. 22:41

30 сентября в Калининграде пройдёт конференция, посвящённая научной фантастике и творчеству Сергея Александровича Снегова. Рекомендую всем желающим поучаствовать — должно быть интересно.


Статья написана 4 сентября 2011 г. 00:34

На следующей неделе собираюсь посетить Приморье. Плановый маршрут: Владивосток — Спасск — Арсеньев — Кавалерово — Чугуевка.  Любителей фантастики, желающих встретиться, прошу не стесняться.


Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 [11] 12  13




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку


Количество подписчиков: 79

⇑ Наверх