FantLab ru

Виктор Астафьев «Прокляты и убиты»

Рейтинг
Средняя оценка:
8.54
Голосов:
145
Моя оценка:
-

подробнее

Прокляты и убиты

Роман-эпопея, год

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 26
Аннотация:

Роман-эпопея «Прокляты и убиты» охватывает два эпизода из Великой отечественной войны: подготовка новобранцев недалеко от Бердска и переправу через Днепр и бой за удержание плацдарма.

Содержание цикла:

8.63 (125)
-
3 отз.
8.78 (113)
-
3 отз.
8.50 (24)
-
1 отз.

Обозначения:   циклы   романы   повести   графические произведения   рассказы и пр.


Номинации на премии:


номинант
Русский Букер, 1993 // Русский Букер

Похожие произведения:

 

 


Собрание сочинений в 15 томах. Том десятый
1997 г.
Избранное
1999 г.
Прокляты и убиты
2002 г.
Прокляты и убиты
2003 г.
Прокляты и убиты
2005 г.
Прокляты и убиты
2006 г.
Прокляты и убиты
2007 г.
Прокляты и убиты
2009 г.
Прокляты и убиты
2009 г.
Прокляты и убиты
2010 г.
Прокляты и убиты
2011 г.
Прокляты и убиты
2015 г.
Прокляты и убиты
2015 г.

Аудиокниги:

Плацдарм
1995 г.
Прокляты и убиты. Стихи о войне
2008 г.





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  41  ]  +

Ссылка на сообщение , 15 июня 2012 г.

Очень все хорошо было, пока о войне писал Илья Эренбург, разные там Катаевы и Казакевичи, военные корреспонденты на что-то робко намекали. Маршалы и генералы сочиняли мемуары с помощью сонма референтов. И все там у них было в русле «отдельные сложности» и «некоторые ошибки». Разговоры про очернение и глумление начались тогда, когда о войне начали писать правду сперва лейтенанты, а затем и рядовые фронтовики. Сразу все переменилось. Тут уже не Сталин трубку курит, маршалы стрелки на картах рисуют, политрук Клочков на подвиг вдохновляет цитатами из «Правды», пока на экране смешные немцы скачут...

Тут уже пошли штрафные роты и заградотряды, повальные болезни и окопные вши, Тоцкие лагеря и Синявинские высоты, забытые плацдармы и скрежет зубовный пошли. Вот и простой военный связист Астафьев написал, что было у нашего солдата два врага: сытый, лоснящийся немец на том берегу и родное «мудрое» руководство. И кажется порой, что немец был как-то проще и понятнее...

Мой дед умер, когда было мне три года. Его рассказов о войне я не слышал лично, но слышали другие родственники. О всем том, что показано в книге Астафьева, он рассказывал в кругу семьи задолго до ее написания. Ему можно сказать еще и повезло: угодил на относительно спокойный Карельский фронт. Если верить некоторым популярным книжкам, финны там активных действий не предпринимали. Однако же солдаты наши голодали и холодали, напрочь завшивели. Но наибольшее впечатление на деда ( ему было 20 лет, родом из деревни на Новгородчине, сын участника Первой мировой) произвело поведение начальства. Один командир приказывал одно, другой — нечто противоположное, а главное то, что большая часть этих приказов была гибельной. Деду повезло: подружился с каким-то пожилым солдатом, тот его учил как правильно окапываться, как обращаться с оружием, а ведь иначе погиб бы. Командиры и сами не знали толком, как воевать надо...

Дед был из семьи верующих. Когда шли в атаку на этих самых неактивных финнов, никто не кричал «За Сталина». Кто-то просто орал, кто-то матерился, а дед мой громко, во весь голос читал «Отче наш». Над ним посмеивались, но после первого налета авиации на позиции их части насмешники стали просить и их научить молитве. Именно, что « не бывает атеистов в окопах под огнем...» Дважды дед был контужен, но считал это фактом обыденным.

Потом деду повезло второй раз. Его отправили в учебку. До войны он вместе с его отцом постоянно ходил на охоту, был неплохим лыжником. Вот и попал затем после учебки в какую-то часть, где их стали готовить к операциям за линией фронта. Когда этих будущих лыжников-диверсантов обучали спускаться с крутых склонов, дед вызвался показать, как это правильно делается. Под снегом оказался камень...

Этот камень в 1943 году едва не сделал моего деда инвалидом ( поврежден позвоночник), заставил около года проваляться в госпиталях. В этих госпиталях он снова чуть не умер от голода, началась жуткая цинга. Спас врач-старичок. Сказал: «Тебе надо жить» и велел сестрам давать деду капустный сок. В одном из госпиталей дед узнал, что тот камень позволил ему остаться в живых. Узнал от привезенного в госпиталь умирать майора, который командовал теми лыжниками. Майор рассказал, что какие-то штабные стратеги отправили эту часть за линию фронта совершать подвиги, ничего толком не продумав. Вот финны их всех и перерезали. Один этот майор добрался до своих, но раны его доконали...

Зимой 1945 года деда отправили на долечивание в родные края. Спустя определенный срок явился он на медицинское освидетельствование и не мог понять. Почему это вдруг все бегают как ошалелые и что-то орут? Оказалось, это была ПОБЕДА...

Всю жизнь, до самой смерти дед верил, что не товарищ Сталин и не мудрые маршалы позволили ему остаться в живых и дожить до этого дня. Ему помогли дожить добрые люди, которых послал ему Господь. Вопреки начальству, вопреки голоду и вшам, вопреки дурацким приказам, вопреки тыловым крысам, воровавшим еду у раненых. Вопреки тому, что воевал он якобы там, где ничего не происходило, а флегматичные финны посиживали себе в окопах...

А вот многие его односельчане, многие из тех, с кем он делил последний кусок хлеб на фронте, были посланы в самое пекло последнего в их жизни боя. Были ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ на войне. А затем были ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ забвением, запретом говорить и писать правду...

Вот если бы мой дед и Астафьев встретились бы, они нашли бы о чем поговорить. Им повезло выжить и рассказать правду. Дед с его тремя классами образования рассказал ее своим родным и близким, а они рассказали мне. Виктор Астафьев рассказал ее всем, кто был готов услышать и осознать. А уж если кто не услышал, то вины его в том нет...

Извините, если отзыв мой покажется сбивчивым. Волновался неимоверно. Вдруг еще кто подумает, что мой дед-фронтовик гнался за модой «обливать грязью все советское»... Кстати, фильмы о войне он не смотрел. Начинал вспоминать погибших друзей, ему становилось плохо с сердцем...

Оценка: 10
–  [  24  ]  +

Ссылка на сообщение , 28 ноября 2017 г.

«Клевета — не критика, а грязь из лужи — не краски из палитры художника!» (М.Шолохов).

Предупреждение: отзыв резко негативный. Так что если вы — любитель скандальных разоблачений святынь и фекальной эстетики (а «Прокляты и убиты» на 99% образованы этими двумя составляющими), то мой отзыв вам лучше не читать — скорее всего он вызовет у вас неприятные ощущения.

Вас предупредили.

Для начала оговорюсь, что сам знаю армейский быт не понаслышке — отучился год в инженерном училище на казарменном положении. 24 часа в сутки в части, увольнение — в лучшем случае раз в месяц, наряды, караулы, занятия в лагерях и весь букет армейского быта мною изучен весьма подробно. Плюс ко всему этому мы еще и учились, а от успеваемости напрямую зависело распределение существенных благ — в первую очередь увольнений. Это на случай если кто спросит «а ты сам-то что об этом знаешь?». Знаю, не переживайте.

Итак, Астафьев живописует нам учебно-тренировочный лагерь, где призванные на войну солдаты проходят первичную подготовку. Сразу признаю, что зима 42 года, который, по мнению многих историков был даже страшнее, чем 41, наверное был и самым тяжелым временем для солдат. Но, уж простите, я совершенно не верю то скотство, которое описывает автор.

Как я уже писал, я сам пожил в армейском лагере, причем как раз в холодное время года. Да, это было очень неприятно — холод, неудобная одежда, невкусная, хоть и вполне достаточная для поддержания сил, еда. Особенно плохо сразу после подъема — под одеялом хоть какое-то тепло, а вас гонят по форме номер 4 на морозец. Еще толком не проснулись, а уже куда-то бежать. Я мог бы долго перечислять прелести армейского быта, но лучше сразу соглашусь, что он действительно приводит к тому, что люди грубеют, а иногда и опускаются. Но чтобы, простите, ссать в собственной палатке, где ты спишь? Не верю. Жрать гнилую капусту? Это какой-то бред. Больше того, такое не могло прийти в голову даже самому распоследнему опущену в роте. Напротив, по моему опыту, правила личной гигиены как раз усваивали даже те, кто до армии зубы не каждый день чистил. Потому что чистота, тот ее печальным максимум, который возможен в казарме, — это жизнь. Даже те, немногие, кто под давлением суровых будней терял самоуважение (были у нас и такие) не додумались бы до подобного. Так что не верю, это просто чушь собачья.

Но Астафьев, немало не смущаясь, половину романа описывает нам всевозможные виды утраты человеческого достоинства, каких не то что в армии, в тюрьме не найдешь. Куда ни глянь, в «Проклятых и убитых» увидите в лучшем случае сортир, в худшем — кучу дерьма.

Кстати, о последнем. Астафьев отличается какой-то маниакальной тягой к фекальной тематике. Соответствующие сравнения и выражения встречаются едва ли не на каждой странице. Такое ощущение, что вся жизнь лагеря крутится вокруг двух физиологических процессов — еды и дефекации, а больше там ничего не существует вообще.

Любопытно — про недостаток сна, который, по моему опыту, волнует солдат гораздо больше чем еда, Астафьев пишет мало и скучно. Ну еще бы, спать хочется — эка невидаль. Тут вам не «шок-контент», читателя не зацепишь.

Незадолго до «Проклятых и убитых» я читал Вересаева — «На японской войне». И вот там неприглядная картина солдатского быта нарисована куда убедительнее. Почему-то Вересаев сумел донести до читателя свои мысли без постоянного употребления слов «говно», «жопа» и «срать». А вот Астафьев не может. Он с каким-то удовольствием копрофила обмазывает свой роман той самой субстанцией. Такое ощущение, что пишет не ветеран войны, а подросток, радостно ржущий от того, что он теперь взрослый и ему можно ругаться.

Но посмотрим теперь на персонажей. Пехотная рота, если кто не знает, это примерно 100 человек. В учебных ротах обычно людей больше — до 200. В таком коллективе, что вполне естественно, всегда выделяется несколько группок — сильные духом и телом, которые относительно легко переносят лишения и обычно быстро занимают должности сержантов, опущены — их противоположность, хитрованы, которые благодаря врожденной пройдошистости ловко срезают углы, уголовники — выходцы из криминальных или, что чаще, околокриминальных кругов. Но все они вместе — это процентов 10 от личного состава. Кто остальные? Просто обычные парни, которые хотть и не рвутся в герои, но исправно тянут свою лямку, стараются не надорваться сами, но и не подвести товарищей, слушаются командиров и составляют тот самый костяк армии, на котором она, собственно, и держится. Еще раз повторяю — таких девять из десяти. Но читая «Прокляты и убиты» вы их не увидите. Астафьеву про них не интересно. Ему интересно про опущенов и про пройдох. Причем в основном про последних — видно сам автор был из их числа. В пользу этой версии говорит еще и явно глубокое знание соответствующих схем и уловок. То есть роман еще и не про людей, а про всякую гнусь. Еще раз, для тех, кто полыхает праведным гневом — в центре повествования учебная рота бойцов, т.е. 100-200 человек, а «в кадре» нам регулярно показывают в лучшем случае дюжину.

Если вы откроете того же Вересаева, а из писателей Великой Отечественной — Симонова, Твардовского, Друнину или Шолохова , вы тоже найдете много спорного с идеологической точки зрения. Шолохов в своей гениальной «Судьбе человека» вообще сделал главного героя «хиви». И ничего, это только придало ему глубины и сложности. А коротенький стих Твардовского «На той войне незнаменитой» содержит антивоенный посыл в разы сильнее, чем все фекальные упражнения Астафьева.

Но в их произведениях четко и ясно слышна боль. Боль за ошибки, за оборвавшиеся жизни, за неумолимость смерти. И, кстати, кровавый режим почему-то вместо того, чтобы сгноить авторов в ГУЛагах, выдавал им премии и включал их произведения в школьную программу.

У Астафьева ничего такого нет. У него — лишь злобная усмешка над тем как скоты валяются в грязи, обжуливают и топят друг друга только для того, чтобы через минуту самим быть облапошенными и утопленным.

Кто-то может называть это «окопной правдой». Но это не окопная правда — это просто навозная куча, которую Астафьев трудолюбиво натаскал на память о войне.

Но почему все так, спросите вы, зачем тогда Астафьев писал все это? Да все просто. Если бы Астафьев начал писать после развала Союза, его еще кое-как можно было бы причислить к идейным борцунам, которые, правда, побаивались тявкать на советскую власть, пока она была в силе, но радостно повылазили из всех щелей, когда она рухнула. Но вот только Астафьев был вполне себе успешным писателем всю дорогу в Союзе. Имел три государственные премии и Героя Соцтруда (!).

Просто-напросто наш обличитель вовремя сориентировался в изменчивом море и понял, что теперь премии и медали будут давать вот за такое. Что ж, он не ошибся, и две новые премии не заставили себя ждать.

В общем, те, кто тут пишет про «правду» не более чем купились на... дерьмо. Им, как я уже писал, роман обмазан густо, ровно и на совесть. Тогда, в начале 90-х это было в новинку. Но уберите из романа все ругательства, весь воровской жаргон и пошлые хохмочки, как от него ничего не останется. Вы получите только довольно унылый текст про кучку ворья, причем даже лишенный своеобразного (хоть и мерзкого) юмора который скрасил, скажем, «Чонкина».

Товарищи, если автор пишет про говно, это не значит, что он пишет ПравдуЪ. Иногда, уж простите, говно это просто говно.

Оценка: 1
–  [  18  ]  +

Ссылка на сообщение , 18 декабря 2010 г.

добрый день.

мой дед служил в том же «училище», что и астафьев. но на год позже- в 1943.

он мне немного рассказывал про то что такое голод. про своих друзей. но только прочитав книгу я понял, что он хотел сказать.

(дед умер в 1993, на то время я не смог бы все верно понять, воспитанный в ссср).

все что написано про чертову яму в книге — действительно правда.

уважаемый AVA, поговори с ветеранами и почитай что-нибудь ещё. фильм есть — «веселый солдат».

книга не для того чтобы очернить или приукрасить кого-либо. в 90-ые появилась — до этого нельзя было. но у астафьева все книги об этом «говорят» и более старые в том числе.

немцы действительно грамотные и оснащенные были. может случалось и жалели наших.

а вот как у нас в стране к своим относились и относятся — в книге точно написано.

власть нашу хамскую презираю.

читайте разные книги, находите свои.

Оценка: нет
–  [  13  ]  +

Ссылка на сообщение , 30 декабря 2010 г.

Я конечно не был на войне и не знаю подробностей, но написано настолько реалистично и как мне кажется исходя из реалий тех лет очень правдиво. Романы Астафьева сильно отличаются от того, чем кормили и кормят до сих пор официальные историки, которые прежде всего прославляли выдающихся военоначальников и изредка солдат, погибших героической смертью. О том, как жилось тогда простым солдатам и младшим офицерам, историки умалчивают.

Помню, как в школе прочитал отрывки из дневника блокадной девочки из Ленинграда, меня настолько поразили эти страницы, такая отстраненная безнадежность была в тех строках, как страшно было девочке, когда вокруг столько голодных смертей, а ведь кто-то в те времена в Ленинграде не голодал, а жировал во всю, отбирал карточки, воровал, убивал, спекулировал, вот именно таких людей я больше всего ненавижу. Впечатление от романов Астафьева у меня именно такое же, как когда-то впечатление от нескольких страниц из дневника блокадной девочки. Это как эффект от разорвавшейся рядом бомбы, горячее сердце не верит, что такое могло быть, что так доводили людей, и из молодых здоровых солдат превращали доходяг, а затем посылали как скот на убой, зато холодный мозг соглашается с написанным и говорит, да так действительно было.

Можно еще долго рассуждать о прочитанном, но в этом случае имхо это совершенно не нужно, а нужно просто взять и прочитать эти романы, если еще не читали. Да это будет совсем не легкое чтение, но это нужно, чтобы понять историю, то, как жили тогда люди, с чем им пришлось столкнуться на войне, где не только фашисты были врагами, прочитать комментарии, письма участников войны, почтить память погибших и не допустить повторения тех ужасных событий.

Оценка: 9
–  [  13  ]  +

Ссылка на сообщение , 25 ноября 2008 г.

Сильнейшее впечатление. Самое близкое сравнение – «Террор» Симмонса. Но когда прочитаете этот роман, вам станет понятно, что «Террор» – совсем не страшная книга. Ту книгу писал сытый, довольный жизнью американец для таких же сытых американцев. Здесь же описана война глазами простого солдата с передовой, без всякого патриотизма и без геройства. Мрак и ужас. Причем самые страшные картины – это не война, а учебка, Бердский запасной полк под Новосибирском.

Действительно, новаторское произведение – так о войне не писал еще никто.

Оценка: 10
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение , 6 ноября 2011 г.

Никогда ничего подобного не читал. Да... показал Виктор Петрович, как надо писать о всём том ужасе, имя которому — Война! Грязь, кровь, безысходность — не скрыто ни-че-го.

Первую часть — «Яму», читал лет 12 — 13 назад (ещё в затрёпанной, замусоленной «Роман-Газете»). Книга просто поразила, ошеломила, оглушила. Казалось бы: нет, не может быть, не было всего этого... А ведь было. Точно. Было.

И вот теперь перечитав «Яму» и «Плацдарм» испытал все эти чувства вновь. Всё так-же рвёт душу и эпизод со «Снигирями» (зачем? за что? пустили в расход двух братьев, которые, по наивности своей, крестьянской, и вины-то за собой так и не почувствовали), и описание переправы (когда Шестаков бил и отталкивал своих тонувших солдат от лодчёнки с рацией, что бы те её не утопили), и похренизм (что бы не сказать круче) любой нашей власти над нижестоящими людьми.

Тронула тема баяна на сельхоззаготовках: вот где сила и широта живого русского языка (впрочем Астафьев — есть Астафьев: никак по другому и быть не могло).

Хочется низко поклониться автору за это его Произведение.

Браво, МАСТЕР :appl: !!!

Оценка: 10
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение , 14 февраля 2010 г.

Читал эту книгу совсем не давно. И в отличии от всех перечисленных отзывов, мне эта книга не понравилась. Как я понял написана эта книга в 90-х годах, когда было очень модно обливать грязью все советское! Сразу скажу, я не коммунист и не преклоняюсь перед СССР (мне 33 года). Но как-то обидно становится, когда читаешь в книге, что на этой войне почти все советские офицеры (особенно партийные, на это особенно делается упор в книге) жестокие и тупоголовые, а немецкие сердобольные и грамотные. В книге есть такой момент когда сердобольные немцы раздали кучу медикаментов для раненых русских солдат. Какие, оказывается хорошие были фашисты! Я лично в это слабо верю!

Оценка: нет
–  [  11  ]  +

Ссылка на сообщение , 11 марта 2009 г.

Книга потрясла и ошеломила, видимо не только меня. Ясно представляю, как «патриоты» в папахах и при лампасах о которых автор пишет в эпилоге, раздувают щёки и брызжут слюной. Когда В.П. умер, я зашёл к человеку, которого очень уважал, он намного старше меня, около 70. Хотел помянуть В.П. добрым словом и поговорить с Заслуженным строителем по душам. А он мне: «А-а! Это тот Астафьев! Очернитель!» Я ему: «Николай Александрович, а Вы читали что-нибудь из написанного В.П?» -«Не читал, но знаю!»

Вам это ничего не напоминает?

Светлая память, Виктору Петровичу!

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение , 14 мая 2012 г.

Книга, которую невозможно миновать, если ты хочешь хоть что-то понять о войне — насколько может понять об аде человек, никогда там не бывавший. Если ты хочешь знать правду о ТОЙ войне и о том, КАК НА САМОМ ДЕЛЕ она искалечила, выбила, выкосила, перекорежила наш народ, ЧЕМ был этот страшнейший и важнейший кусок истории нашей страны — а значит, часть истории каждого из нас. Эта книга нужна, чтобы четко понимать природу любой бессовестной и бесчестной власти и ее реальное отношение к обычному человеку, чья жизнь, судьба, мечты, переживания, боль, горе не значат для этой власти ничего. Я прочла эту книгу за один день в каком-то внутреннем оцепенении, будучи не в состоянии оторваться от этого ужаса.

И еще я думала — какую парализующую боль должен был пережить Виктор Астафьев на этой войне, чтобы он смог выговориться до конца 50 (!!!) лет спустя.

Из всей книги меня больше всего поразила песня:

Мой товарищ, в смертельной агонии

Не зови понапрасну друзей.

Дай-ка лучше согрею ладони я

Над дымящейся кровью твоей.

Ты не плач, не стони, ты не маленький,

Ты не ранен, ты просто убит.

Дай на память сниму с тебя валенки,

Нам еще наступать предстоит...

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение , 30 января 2009 г.

Через почти 50 лет после войны Астафьев написал такую книгу, что прочитав ее, становится ясно, что все описанное продолжало жить в его памяти. Все слишком обыденно и страшно, чтобы быть просто придуманным. Война — плохое и даже неестественное занятие для обычного человека. И здесь им движет не ура-патриотизм, а нечто другое, вьевшееся в кровь.

Для меня данная книга встала в ряду таких же вещей В.Быкова, К.Воробьева, В.Некрасова...

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение , 14 января 2009 г.

Много книг написано о войне. Война вообще самая благодатная почва для литературы. Но таких романов в литературе — очень не много, романов написаных простым солдатом о солдатах, о их тяготах и жизни. Если «чертова яма» сражает наповал и прочитав ее кажется что теряешь связь с реалностью, то «Плацдарм» просто растаптывает, растаптывает правдивостью и безисходностью. И самое главное что с этим не поспоришь это лишь суровая правда той войны о которой лучше не вспоминать, тактично обойдя ее. Низкий поклон автору за эту книгу.:pray:

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение , 9 ноября 2009 г.

Виктор Петрович Астафьев талантливый русский писатель! Несколько лет назад прочитал его книгу «Прокляты и убиты». Хорошая книга, талантливая, как и всё творчество Астафьева. Яркие образы, живой русский язык, берущий за душу сюжет. Сейчас появилось желание перечитать, освежить впечатления. Прочитал, вдумался. Если всё это правда, всё соответсвует действительноти, то возникает вопрос. А вот некто Адольф Гитлер что-то молол о низшей расе, получается он был прав? Война конечо не курорт, и дерьма и свинства хватает. Но не все же скоты! Там воевали наши деды (и мои тоже). Неверю что все подряд были такими как описаны в книге.

Оценка: нет
–  [  3  ]  +

Ссылка на сообщение , 21 августа 2015 г.

Считаю, что в это время, когда модно быть «патриотом» РОссии люди обязательно должны прочитать эту трилогию. Просто чтобы понимать, что такое любовь к Родине. Чтобы подобные твари, как Мусенок не могли засрать мозги.

Оценка: 10


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх