FantLab ru

Чайна Мьевиль «Посольский город»

Рейтинг
Средняя оценка:
7.73
Голосов:
442
Моя оценка:
-

подробнее

Посольский город

Embassytown

Роман, год

Жанрово-тематический классификатор:
Аннотация:

В далеком будущем человечество колонизировало далекую планету Ариэку, на которой обитают загадочные ариэкей, разумные существа, на уникальном языке которых способны говорить лишь несколько “измененных” людей-послов. Колонистка Эвис Бреннер Чхо вернулась в Посольский город (Embassytown) после нескольких лет полетов в космосе. Она не говорит на языке ариэкей, но сама по себе является его частью, живой фигурой речи. Когда из-за политических интриг на Ариэку прибывает новый посол, хрупкое равновесие между людьми и туземцами нарушается. Близится катастрофа, и Эвис не может решить, кому остаться верной: мужу, которого больше не любит, системе, которой уже не доверяет, или месту в языке, на котором не говорит, но который говорит посредством нее.

© Перевод аннотации angels_chinese

Входит в:


Награды и премии:


лауреат
Лучшие книги года по версии SF сайта / SF Site's Best Read of the Year, 2011 // НФ/фэнтези книги - Выбор Редакторов. 1-е место

лауреат
Неффи / Neffy Awards, 2011 // Автор НФ

лауреат
Локус / Locus Award, 2012 // Роман НФ

лауреат
Премия Игнотуса / Premio Ignotus, 2014 // Зарубежный роман (Великобритания)

лауреат
Премия SFinks / Nagroda SFinks, 2014 // Зарубежный роман года

Номинации на премии:


номинант
Лучшие книги года по версии SF сайта / SF Site's Best Read of the Year, 2011 // НФ/фэнтези книги - Выбор Читателей. 2-е место

номинант
Гудридс / The Goodreads Choice Awards, 2011 // Научная фантастика (1 424 голоса)

номинант
Премия Британской Ассоциации Научной Фантастики / British Science Fiction Association Award, 2012 // Роман

номинант
Небьюла / Nebula Award, 2011 // Роман

номинант
Хьюго / Hugo Award, 2012 // Роман

номинант
Премия Артура Ч. Кларка / Arthur C. Clarke Award, 2012 // Роман

номинант
Мемориальная премия Джона Кэмпбелла / John W. Campbell Memorial Award, 2012 // Лучший НФ-роман. 3-е место

номинант
Китчис / The Kitschies, 2011 // Красное щупальце (роман)

номинант
Премия Академии НФ, фэнтези и хоррора / Cena Akademie Science Fiction, Fantasy a Hororu, 2012 // Научная фантастика (Великобритания)

номинант
Книга года по версии Фантлаба / FantLab's book of the year award, 2013 // Лучший роман / авторский сборник зарубежного автора

номинант
Премия Сэйун / 星雲賞 / Seiunshō, 第45回 (2014) // Переводной роман

номинант
Премия SFinks / Nagroda SFinks, 2014 // Книга года. 8-е место

номинант
Большая премия Воображения / Grand Prix de l`Imaginaire, 2016 // Роман, переведённый на французский / Roman étranger (Великобритания)

номинант
Европейская премия «Утопиалии» / Европейская премия «Страна Луары» / Prix Utopiales européen / Prix Européen Utopiales des Pays de la Loire, 2016 // Лучший роман (Великобритания)

Похожие произведения:

 

 


Посольский город
2013 г.
Посольский город
2017 г.

Периодика:

«Мир фантастики» №11, ноябрь
2013 г.

Издания на иностранных языках:

Embassytown
2011 г.
(английский)
Embassytown
2011 г.
(английский)
Embassytown
2012 г.
(английский)
Embassytown
2012 г.
(английский)
Ambasadoria
2013 г.
(польский)




 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  27  ]  +

Ссылка на сообщение , 15 мая 2014 г.

Если бы Чайна Мьевиль родился в другом мире и под другими звездами, прошел бы вступительные испытания и поступил в институт Специальных Технологий г. Торпы, то произвел бы, несомненно, фурор. Союзы, частицы, падежи — все это нужно и важно для универсального языка, но есть специализации не то чтобы редкие — немыслимые. Условно-повелительное наклонение как раз из таких. И все-таки находятся те, кто говорит невозможному: «Будь». И смотрят на созданное ими, и видят, что это хорошо.

Мьевиль и сам из области очевидного-невероятного. В его имени слышится голос Востока, от фамилии веет старой Европой. Зарабатывая на жизнь небылицами, он активно воздействует на реальность — как политик и публицист левого крыла. Его книги терзают читателя парадоксальными идеями и замысловатым стилем, но продаются от этого только лучше. У него татуировка на правом бицепсе (череп с щупальцами — тоже своеобразный манифест), полдюжины сережек в левом ухе, внешность благородного бандита и репутация самого сексуального литератора Великобритании. Жанровых премий ему навручали на небольшой стеллаж, но фантастическое гетто возлагает на него особые надежды — устами Урсулы Ле Гуин: «Когда он получит Букера, вся эта дурацкая иерархия рухнет, и литературе от этого станет только лучше». Что ж, для того и существуют революционеры — те, кто мыслит в условно-повелительном наклонении, транслируя свою волю в ноосферу.

«Посольский город» не подводит итогов и не притворяется «книгой всего» — это лишь очередная вклейка в пухлом альбоме тем и образов, интересных автору. С другой стороны, Мьевиль впервые обращается к чистой научной фантастике — на радость читателей и критиков, отчаявшихся классифицировать его прозу. Магический реализм, городское фэнтези, new weird, стимпанк — юркий Чайна уклонялся от ярлычков, как Нео в «Матрице» от пуль, но вот наконец остепенился и как будто притих (разумеется, следующий роман, «Рельсоморе», вернул все на круги своя). Выбор встает разве что между твердой и мягкой НФ и во многом зависит от познаний выбирающего. Очевидно, впрочем, что «Посольский город» — это книга о языке и его связи с мышлением.

В жанровой табели о рангах лингвистическая фантастика всегда стояла высоко, но сколько-нибудь отчетливых традиций в ней так и не наметилось: не существует «Лингвоманта» или «Глоссодюны», от которых протянулись бы через десятилетия ниточки к новейшим шедеврам и провалам. «Языки Пао» Джека Вэнса, «Вавилон-17» Сэмюела Дилэни, «Внедрение» Йена Уотсона, «История твоей жизни» Теда Чана — прекрасные, звонкие голоса, которые так и не сплавились в единый стройный хор. Их роднит скорее не преемственность, а общая теоретическая база, в первую очередь гипотеза Сепира — Уорфа: структура языка либо определяет мировосприятие, либо, самое меньшее, серьезно влияет на него. Для научных фантастов эта идея оказалась королевским подарком: из тех, кто всерьез разрабатывал тему контактов с чуждыми расами, обойти ее пожелали (сумели?) немногие. Там, где сталкиваются языки, неизбежны и конфликты мышления. И Чайна Мьевиль, у которого конфликт в крови, разыгрывает свой вариант этой старой драмы.

Роман переносит нас в далекое будущее, на одинокую планету на самом фронтире освоенной вселенной. Послоград, единственный город на Ариеке, слывет глухой провинцией и нечасто контактирует с метрополией, но своей захолустной жизнью вполне доволен.

Человеческое поселение, защищенное воздушным куполом, расположено посреди более внушительного города аборигенов-ариекаев и мирно сосуществует с ним. Цивилизация Хозяев, как их принято тут называть, держится на беспримерно развитых биотехнологиях — здесь плодится и размножается все, от люстр и оружия до фабрик и домов. Но истинная их уникальность заключена в Языке — неотделимом от мыслительных процессов, предельно конкретном, исключающем абстракции, ложь и, конечно же, все прочие языки. Речь Хозяев состоит из параллельных потоков, производимых двумя ртами. Их слова не обозначают — называют, и за каждым должен стоять живой разум, иначе произнесенное воспринимается как бессмысленный шум. Иногда этот шум исходит от двуногих объектов, совершающих разнообразные действия, но ведь и камень порой издает звуки.

Вот почему контактировать с ариекаями способны лишь специально подготовленные пары клонов с максимально синхронизированными сознаниями — те, кого и называют послами, элита и опора Послограда. В менее просвещенном обществе их держали бы за жрецов. Для уникальной проблемы найдено уникальное решение; заштатной колонии есть чем гордиться.

В городе живет Ависа Беннер Чо (в оригинале инициалы складываются в многозначительное ABC) — женщина, которая бороздила когда-то внешнее подпространство, но вернулась на родину, уступив желаниям мужа-лингвиста. Давным-давно Хозяева назначили ее живым сравнением — и теперь она известна как «девочка, которой сделали больно в темноте и которая съела то, что ей дали», часть Языка. Что это означает для нее? Каково это — стать сравнением? Ответов нет и быть не может, но настанут времена, когда искать их придется — когда метрополия пришлет на Ариеку собственного посла, слепленного из двух совершенно непохожих людей, когда Хозяева услышат его первые слова и все изменится навсегда.

Так разгорается конфликт, в котором никто не виноват и который устранить немыслимо. В спорах с биологией обычно побеждает биология. Чей-то тонкий расчет по случайности выливается в жестокий просчет, и жизнь превращается в ад для обеих общин. Мостики понимания между людьми и ариекаями рушатся один за другим.

И тогда автор вторгается на территорию невозможного. Болезнь, которой вчера не существовало, не вылечить вчерашними лекарствами. Если Магомет не идет к горе, то бедняжке пора отращивать ноги.

У Мьевиля с его социально-политическим мышлением персонажи всегда уступали идеям. В «Посольском городе» это особенно заметно. Несмотря на волевой характер и насыщенную любовную жизнь (сообразно вольным нравам своего времени), Ависе по большей части отводится роль наблюдателя и хроникера — то есть окошка, через которое читатель смотрит на происходящее. Ближе к финалу ее личностные качества окончательно теряют значение, героиня растворяется в тексте и становится катализатором развязки.

На деле функция главного героя достается всему социуму, сложившемуся в Послограде. И вот его-то портрет написан во всех деталях. Каждый персонаж, каждый поступок и мысль — штрих к общему полотну. Ни одно действующее лицо не существует само по себе, его смысл проявляется только в отношениях. На лингвистическом арго такое называется синтагматикой.

Как и все классические герои, этот проходит путь от благоденствия к отчаянию, от него к надежде, погружается в отчаяние еще глубже — и восстает из бездны израненным, но помудревшим. По пути Мьевиль отдает должное мотивам и темам, с которыми уже работал: чуждые друг другу культуры, существующие бок о бок («Город и город»), ожидание апокалипсиса и попытки его предотвратить («Кракен»), распределение власти в обществе, борьба с системой и ее последствия («Железный совет»). Получат свои пятнадцать минут и любимые автором подпольщики — на этот раз их усилия приведут к более предсказуемым результатам, чем мы привыкли. Не обошлось без фирменных неологизмов, разгадывать их — отдельное удовольствие, хотя в русском переводе выжили немногие. Начало романа нашпиговано ими до такой степени, что нетерпеливая часть аудитории отсеется сама собой.

И такая политика уместна, ведь стержень сюжета образован приключениями языка, который пытается выйти за собственные пределы — и выходит. Как и в прочих своих книгах, автор не склонен к милосердию: у любых перемен есть цена, а выживание не выиграешь в лотерее. Ставки придется сделать, по какую бы сторону баррикад тебя ни забросило. Порой и самих баррикад не различить, пока не вглядишься как следует. А «ложь во спасение» становится не просто красивой фразой.

Условно-повелительного наклонения не существует, но Чайну Мьевиля с его ресурсами фантазии такие мелочи не останавливают. Как и всякого, кто встретился с невозможным «если бы», но готов сказать ему: «Будь. Так надо».

Оценка: 8
–  [  20  ]  +

Ссылка на сообщение , 25 июля 2012 г.

«В Советской России язык говорит на тебе.»

Чайна Мьевиль, устав от жанра фэнтези, выдал первую в своей карьере книгу в жанре твёрдой научной фантастики. Более того – дальней космической фантастики. Но он не был бы самим собой, если бы написал типовой труд о покорителях дальнего космоса, гипердрайвах, чёрных дырах и кротовых норах. «Посольский город» – книга очень камерная, локальная, и почти всё её действие, как и следует из названия, происходит в эпонимическом городе, на дальнем фронтире известного космоса.

Арикеи – инопланетяне, каждая особь которых говорит двумя ртами одновременно, а их язык допускает озвучивание только тех явлений, которые говорящий наблюдал лично. Поэтому Арикеи физически неспособны лгать. Поэтому Арикеи неспособны понимать людей, произносящих одним ртом абстракции и ложь. Поэтому культура Арикеев оказывается совершенно беззащитной при контакте с иной цивилизацией.

Язык – привилегия и дар, поскольку владеть им способны только специально выращенные пары людей-телепатов, связанные крепче сиамских близнецов. Язык – оружие (и не только для носителей). Язык – наркотик (и не только для тех, кто его слышит). А если нужны аналогии, ранее не существовавшие в Языке, то их можно построить с помощью живых людей – которые затем навек станут его частью. А если терпеть зависимость от наркотика нет больше сил, всегда можно лишить себя слуха.

Так Язык ассимилирует тебя. Или убивает. Или сначала ассимилирует, а убивает потом.

«Посольский город» – фантастика лингвистическая. Возможно, один из самых редких и сложных для написания жанров научной фантастики. И Мьевиль, как истинный мастер слова и Языка, не уронил планку, поднятую Вэнсом и Дилени полвека назад. Но и от читателей требует многого – если вы интуитивно не понимаете разницы между аналогией и метафорой, между тропом и кеннингом, между семиотикой и семантикой, лучше не браться за эту книгу.

И да – как многие уже написали, через первую треть книги нужно буквально заставлять себя прорываться. Чайна Мьевиль тоже говорит особым языком – в данном случае, языком М. Джона Харрисона – и к этому нужно привыкнуть. Не ждите лёгких весёлых небылиц.

Язык этого не допустит.

Оценка: 8
–  [  19  ]  +

Ссылка на сообщение , 18 июня 2012 г.

Книжки в субжанре лингвистической фантастики — большая редкость. Но не стоит огорчаться этому. Чтобы работать с теориями знаковых систем, не говоря про гармоничную интеграцию их в сюжет, требуется немалый уровень интеллекта на входе, который, однако, гарантирует отсутствие мусора на выходе.

Хомский, Борхес и Кэрролл были бы довольны лондонским постмарксистом. Если мнение двух последних выяснить затруднительно, то на Хомского я тут возлагаю определенные надежды. В конце концов, если «Анафем» рецензировали в Nature, то почему бы легендарному анархисту от лингвистики не обронить словечко насчет «Посольского города»?

Ариекийский язык, на котором говорят двумя ртами одновременно, предельно перформативен и не допускает лжи. В самом деле, представьте себе, что дверные замки стали подобны криптографическим системам открытого ключа... примерно так же чувствуют себя Хозяева в обществе людей, способных лгать и мыслить абстракциями. Человеческие лингвисты и переводчики в мире Ариеки генетически изменены так, чтобы естественная эмпатия, внимание к нюансам чужого поведения и мышления, обострилась до степени, позволяющей говорить с Хозяевами в их манере.

Каждый такой лингвист — уже не просто переводчик и языковед, но Посланник. Двуединая личность, пара клонов фактически с общим сознанием, восполняющим физиологическое отсутствие второго рта. Их имена тоже конструируются так, чтобы подчеркнуть это единство.

А если в Языке нет слов для определенной фигуры речи?

Не беда. Ее всегда можно сконструировать.

Что при этом станет с исходным лингвистическим субстратом, никого не интересует.

Оценка: 10
–  [  15  ]  +

Ссылка на сообщение , 5 ноября 2017 г.

Эта книга — удивительная. Она требуется умного, терпеливого читателя с хорошим запасом воображения — хотя бы для того, чтобы отдаленно правильно внешне представить себе ариека, не говоря уж о влиянии их Языка на их же мозг.

Но те, кто преодолеет вступительную часть (больше описательного плана), а она занимает добрую треть текста, откроется внушительный мир, исполненный новизны не только сюжета, а еще и выводов по окончанию чтения.

Язык, как мерило правды, язык — наркотик, язык как мера платежа.

Язык, настолько требующий истинности, что сравнениями могут служить только действительно существующие объекты и субъекты.

Язык — начало и конец Посольского города.

11 из 10

и да, я прикупила себе экземпляр

Оценка: 10
–  [  14  ]  +

Ссылка на сообщение , 3 декабря 2013 г.

«Признаю своё поражение. Я пыталась придать этим событиям некую структуру. Я просто не знаю, как это произошло. Может, причина в том, что я была недостаточно внимательна, или в том, что это случилось на самом деле, но почему-то мой рассказ не хочет становиться таким, каким я хочу его написать». (стр.174)

Хорошая мьевильская самоцитата: её можно применить и к самому себе постфактум чтения, и к созданному автором миру. К себе — потому что, вынужден признать, за долгое время это первая книга, с которой не удалось справиться. Категорически не хотела идти. Первая треть раскачивала лодку очередного мьевильского мира, и если ко второй трети книги лодка вроде бы раскачалась, и даже пошли кое-какие волны, то чуть позже стали очевидны отсутствие движения и тот факт, что водоём, в котором находится лодка — не река, а озеро: плыть толком некуда.

Вдвойне это печально потому, что «Посольский город» подана как лингвистическая/филологическая фантастика (большая редкость) с достаточно, в общем-то, любопытной идеей: люди, становящиеся в другой культуре аспектом чужого языка. Человек-прилагательное, человек-сравнение, человек-предлог. Если отбросить аллюзии и образность, Послоград мне представляется своего рода мировой Культурой, ужатой до одного города, в котором те или иные писатели могли бы являться выражателями взглядов целых пластов населения, те или иные люди — обозначателями качеств, векторов и смыслов, кто-то помельче — одни, но веским словом. «Послы», состоящие из близнецовых разумов, которые в разговоре с Хозяевами одним словом обязательно должны передавать одновременно и суть события, и его эмоциональный окрас — чем не фигура «писателя» или представителя своего языка, если говорить о некотором профессиональном долженствовании?

В конце книги есть некоторые выводы, достаточно напичканные аллюзиями, «городов теперь два — один для зависимых, другой для всех остальных, — и они вежливо взаимодействуют. У абсурдов куда больше общего с новослышащими, чем с оратеями. Слух тут ни при чём — абсурды и новые одинаково мыслят». «Людям — переносчикам инфекции — вход в их город будет закрыт навсегда: город, в котором теперь говорят иначе, тоже будет табу. В будущем послами между городом и их поселениями станут не люди, а новые ариекаи». Здесь можно найти достаточно поводов для дискуссий, если проецировать на нашу реальность. Абсурды. Новослышащие с тачпадами, спокойно переводящими смыслы с одного языка на другой. Оратеи, отстаивающие чистоту старого языка. Новые ариекаи — сложносоставные формы эмпатически-смысловых существ, с других точек зрения трактующие аспекты окружающей культуры.

Мысль затейливая, мысль интересная, творческий вызов — достойный. Только вот то ли у Мьевиля действительно не получилось задумку обыграть, то ли это просто мозг рядового читателя не смог уловить структуру построения текста; результат уже известен. Поговорить после чтения, в общем-то, есть о чём — но это старые песни да на новый лад, всё то, о чём филологи и вообще люди, видящие изменяющийся мир в фокусе «что же останется после нас» и так говорят, в заслугу книге это никак приписать не получится; сюжетное, композиционное, драматическое в книге выглядят бледновато. Хотя как знать — возможно, многие новые ариекае руссияе и найдут в «Посольском городе» что-то своё, и вообще найдут. Достаточно своеобразная фантастика всё-таки получилась.

Оценка: 5
–  [  13  ]  +

Ссылка на сообщение , 19 ноября 2013 г.

Городок, колония пришельцев, б.ч. землян, на достижимой лишь через самый опасный иммер планете. Жил себе, поживал в кислородном оазисе, торгуя тем, что слали туда по кишкам трубопроводов двуротые многокрылые аборигены — быть услышанными ими из всего обитаемого космоса могут только здешние, т.н. «дипломаты». Когда же их монополии пришел конец, они синхронно изумились, одновременно оскорбились, однако от двуединого голоса ЭзКела рухнуло не только самомнение КелВина и АрнОльда. Произошло невероятное, дезориентирующее, разоблачающее, смертоносное... Зло? Да нет. Автор не тот.

При сравнении с эксплуатировавшими «грехопадение» до Мьевиля «Птицей малой» Рассел и «Сестрой Земли» П.Андерсона видно: Мьевилю подобные схемы, библейские иллюстрации и патерналистские метафоры, как Послограду шлюз. Рухнувшее на головы людей, ариекаев, роботов, домов и всех прочих — похоже на «Слияние» Макоули, но «Посольский город» чист от бросающего тень на свободу воли предопределения. Выстроившие биомашиную цивилизацию негуманоиды не невинны. И не наивны. Те из разумных, кто не сломался, смог найти в себе волю к жизни, встречают происходящее с самоотверженной решимостью и напряженнейшей работой ума. Вопреки обстоятельствам — и вместе.

Негатив к талантам, желающим возглавить, повернуть все по своему разумению и себе на славу, характерен для автора «Железного совета» и «Шрама». Из прочей специфики — крах порядка и его возрождение из социального хаоса, нанесение увечий в целях выше хулиганских... скептицизм к первооткрывателям и харизме... военные действия как явление природы, как кадры ТВ... и половинчатость в финале: опять ни одна проблема не ликвидирована окончательно, снова все решения частные.

Хороши мелочи, показывающие глубину проработки и незашоренность мышления: «простые» автономы, полностью современная колониальная политика Бремена, уши страдающего ломкой протеза, смысл маяков, сидерические календари, испуганные электростанции.

Полиграфия достойная, перевод бездефектный (почти. «Тюрингские программы», видимо, тьюринговские?), но какой-то безликий, как дворовый гомон через стеклопакет. Скажи кто: «Это Миллер, Виндж, Робинсон, Уильямс, Брин», возражений не возникнет. Из прочих недостатков — мир взывающей к Иисусу Фаротектону флокирующей иммерлетчицы начинающим может оказаться тяжеловат, из-за обилия неразжеванных маркеров и терминов.

Возможны недоразумения: здесь есть Язык (с большой буквы), но «Посольский город» не лингвистическая фантастика. Затронутое имеет отдаленное отношение к типовым для этой редкой разновидности НФ «Языкам Пао» Д.Вэнса и «Лингстеру» Ш. Финч: особенности коммуникации Хозяев и землян больше философского, почти мистического характера. Кому не так, пусть сопоставит зунов-речников ничуть не филологических «Творцов заклинаний» Пратчетта с фестивалем лжи Мьевиля, а преподавание Ависы с аналогичными сценами Пулмана и Ле Гуин. Или вспомнит, как Свифт для примера дурацкой идеи выдумал разговор вещами, от которого лежащая в основе Языка предметность «камня, который разбили, а потом склеили» недалеко ушла.

В целом, обращение творца фэнтезийных городов и морей к космосу и экзотичным планетам состоялось. Рекомендую, как произведение про Контакт через много лет после Контакта и как вполне солидную научную фантастику. Твердые 4/5.

Оценка: нет
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение , 8 октября 2016 г.

Планета Ариэку, о которой пойдет речь, место незаслуженно забытое и не менее незаслуженно непонятое. Конечно, можно сказать, что и запоминать и понимать было нечего, поскольку это та самая далекая провинция, где, кажется, засыпает само пространство-время. О таких, в мягкой интерпретации, обычно говорят «дыра». Есть и более грубое, но достаточно емкое и лаконичное наименование, но вы его и сами знаете, так что не буду его произносить вслух, хотя оно и вобрало в себя все возможные описания подобных мест.

Между тем, позволю себе еще раз заметить: сама планета и все происходящее на ней было незаслуженно забыто и не понято. То ли вечная людская лень заставила жителей замереть в безвременных безопасности и покое, то ли именно в этом месте иссякло наше обезьянье любопытство, закончился завод пружинки, которая толкает нас вперед, то ли просто наступили другие времена, вялые и равнодушные к тайнам, но получилось так, что Послогород стал вовсе не тем, чем должен был бы стать форпост человечества на краю неизвестности.

Как-то не сложилось, может время свершений ушло, и вот перед нами вовсе не передовой отряд тех, кто двигает вперед цивилизацию и мечтает раздвинуть в очередной раз границы Ойкумены, а сонное царство, застывшее в равнодушии к тем чудесам, которые накатывают волнами из окружающего мира. Медленный танец из повторяющихся фигур под повторяющуюся бесконечно музыку неизменности.

В этом танце — два партнера. Застывшие в развитии общества — людей и чужих, внешне разных, но скованных одной цепью из консерватизма и боязни перемен. Так сказать, разговор на два голоса, когда малейшее изменение приводит к непониманию, трагедиям и катастрофам.

В этом плане абсолютно точно передана атмосфера сладкого застоя и ощущение надвигающейся катастрофы. Застывший город, где ничего важного, в сущности, не происходит, где традиции давно заменили и закон, и здравый смысл. Медленное течение времени, густая и вязкая атмосфера неизменности, убивающая инициативу и здравомыслие. И его жители — пассивные созерцатели, медленно и плавно плывущие от рождения к смерти, не слишком привязываясь и любя, не слишком страдая или горюя. Отдающий гнильцой декаданс, предвещающий неизменный крах. Глубокая осень, когда еще вроде бы все идет, как обычно, но увядание чувствуется в каждой детали.

Ну, конечно, социальные законы не отменить — конец наступает: ужас, разруха, бессмысленные жертвы, руины, пепел и все остальные прелести любой революции. Как обычно — до основания, а затем... И тут все вполне достоверно: сначала отрицание, потом действия без обдумывания, отчаяние, опять упорное отрицание очевидного, и горькое похмелье. Все это с всплесками жестокости, показного драматизма и театральности.

Но мне хотелось высказаться не об этой, вполне удачной в своем описании судьбы застывших в неизменности обществ или отдельных личностей при встрече с новым, части книги. А о том фантастическом предположении, которое стало основой для всего сюжета. Речь, конечно, о двойном языке, который описывает только существующее, и любое событие, чтобы стать частью языка должно сначала произойти. И вот тут самое интересное, с моей точки зрения, в романе: как вообще могло зародиться такое общество? Каким образом возникли все те биотехнологические чудеса, которыми так успешно снабжали коренные жители планеты поселенцев? Как вообще возникали и реализовывались новые идеи в подобном обществе, где только на создание сравнения, метафоры, отвлеченного понятия, абстракции — всего того, что необходимо для простого описания задачи — требуются гигантские усилия? Как вообще при таком мышлении — не признающем фантазии, отвлеченности и предположений, застывшем в неизменности и ограниченности — возможно возникновение цивилизации, культуры, социальных структур?

К сожалению, ни на один из этих поистине захватывающих вопросов в романе нет ни то что ответов, нет даже намеков на них. В этом двойном танце, где партнерами стали абстрактность и реальность, нет таких четких фигур, как в более простом и ясном танце двух социумов. А ведь именно эта часть должна задавать не просто ритм, а придать смысл, эмоции и трагизм — все то, что превращает обычное движение под музыку в высокое искусство танца.

Оценка: 7
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение , 23 июля 2017 г.

Мистер Чайна Мьевиль знатный неформал. С внешностью все понятно, лысой башкой, татуировками и пирсингом сейчас мало кого удивишь, даже будучи писателем. А вот писать на темы о которых обычно не пишут, или писать вещи, которые до тебя писали единицы или не писали вообще, это надо постараться. Да еще при этом обладать талантом.

Мьевиль, хоть и написал не очень много книг, уже заставил читателя считать себя выдумщиком, чьи идеи могут прийти в голову мало кому. Бог с ними с идеями, многие люди могут сыпать оригинальными идеями, но преподнести их в виде романа так, чтобы о них был интересно читать, форменное искусство.

Самое интересное, несмотря на почти десяток книг высокой степени оригинальности, Мьевиль ни разу не писал твердой научной фантастики. Казалось бы, это именно тот жанр который буквально создан для таких писателей, как Мьевиль. Но только в 2011 году, спустя 13 лет после своего дебюта, Чайна пишет «Посольский город», который спокойно можно отнести к жанру твердой НФ и поджанру, страшно подумать, лингвистической фантастики.

Даже попытка объяснить или описать сюжет «Посольского города» вкратце, может привести к остановке работы мозга. Но мы все же попытаемся. События книги разворачиваются на планете Ариеке, на которой мирно сожительствуют люди и некоторые инопланетяне (экзоты по мьевельски) с местными аборигенами Ариекаеми, но местные называют их Хозявами.

Вроде все пока просто. Но как только мы начнем описывать Ариекаев уже появятся большие проблемы. Сам автор внешне их описывает, как смесь кораллов, лошадей, рыб и насекомых. Несмотря на кажущуюся абсурдность этого образа, благодаря стилю Мьевиля его легко представить. В любом случае, это не особо важно.

Выше уже было написано, что «Посольский город» редкий представитель лингвистической фантастики. Все в романе крутится вокруг Языка Ариекаев. Дело в том, что они говорят сразу, скажем так, двумя языками и могут понимать только такую речь, за которой чувствуют разум. Почему-то люди способны понимать Ариекаев, и даже говорить на их языке, но Ариекаи не могут понимать людей. В итоге выяснилось, что эти Хозяева могут понимать только двойников, идентичных близнецов, которые должны говорить на повороте и подрезе (так люди называют двойной язык Ареикаев) чередуя друг друга. В итоге в городе Посолграде, единственном городе на планете, выращивают искусственных Послов, двойников, которые могут общаться с Ариекаеми. Так и живут.

Если у вас еще не лопнули мозги, то дальше больше. Ариекаи воспринимают язык никак мы с вами, как набор символов, что-то значащих, а как явление. То есть чтобы что-то сказать Ариекаем надо сначала это увидеть. Поэтому они иногда выбирают землян (терран), для того чтобы внести в свой язык что-то новое. То есть человек что-то делает, например плавает, и теперь в языке Ариекаев появляется сравнение с плавающем человеком. Так они обогащают свой язык.

Но проблема совсем в другом. Такой язык неспособен ко лжи. До прилета людей Ариекаи не знали что такое ложь. И когда выращенные Послы начали говорить ложь, то Ариекаи впали в экстаз, для них это что-то вроде слабого наркотика. Но события книги найдут для Ариекаев наркотик и посильнее.

Такой вот получается симбиоз людей и Ариекаев. Терране дают Ариекаем Ложь и людей для создания сравнений в Языке, а Ариекаи дают им взамен биотехнологии. В Посолграде почти все живое. Дома, канализация, кондиционеры, оружие, протезы.

А где, собственно сюжет, спросите вы? Да он тут довольно слаб для фантастики, но зато не отвлекает читателя от попытки понять идеи Мьевиля. По сути, автор нам рассказывает локальную историю, в которой главная героиня является наблюдателем. Историю об обществе Ариекаев, об его падении и попытках его восстановить. Больше похоже на увлекательный учебник по истории, чем на художественное произведение. Если продраться через много толком ненужной информации о жизни главной героини в начале книги и погрузиться в мир Ариекаев, то можно получить от прочтения «Посольского города» много удовольствия, но для этого надо себя заставлять читать. Если вы не хотите напрягаться, а просто почитать увлекательную книжку, но хорошую и оригинальную, то лучше взять что-то другое. Роман Мьевиля близок к научному труду. Интересному, но все же научному.

Уже какую книгу не покидает ощущения схожести стиля Мьевиля с Желязны. Абсолютно непонятное начало, которое только после прочтения определенного количества страниц произведения становится понятным. Только у Желязны переход от слов «что это было» до «офигеть, как круто», занимает страниц 20, а у Мьевиля, в случае с «Посольским городом» всю книгу. Каждую главу сумасшедший британец подбрасывает нам новую информацию, которая накладывается на предыдущую и на выходе получается уже что-то третье. Как говорится, Мьевиль занимается сексом с вашим мозгом, но вот только он делает это не нежно, приятно и чувственно, как многие любят, а просто жестко вас имеет в него. То есть такой секс на любителя, как и такой стиль Чайны.

Помимо невообразимого сеттинга и расы Ариекаев мозги нам пудрят и Послы, которых обычно называют в единственном числе. Допустим посла зовут КелВин. Так к нему и обращается, хотя одного человека зовут Кел, а другого Вин, они просто были выращены одинаковыми и по специальном методикам начали думать одинаково, от того и говорят постоянно заканчивая друг за друга фразы. Поэтому диалоги выглядят довольно интересно, пусть и иногда запутанно.

Портит все долгое вступление, которое рассказывает о жизни главной героини Ависы. Конечно, без некоторых эпизодов ее жизни многое было бы не понятно, но можно было преподнести их по-другому. Возможно, Мьевиль это сделал для того, чтобы увеличить объем книги, потому что «Посольский город» произведение не то, чтобы большое. И это его, к удивлению, минус. Столько оригинальной информации на таком маленьком количестве текста сильно напрягают. Для кого-то это может и плюс, конечно, но все-таки не зря оригинальная «Дюна» содержит в себе три книги.

На персонажей в «Посольском городе» места просто не хватило. Действующих лиц много, но все они выстреливает эпизодически, что с точки зрения такого небольшого и оригинального текста это правильный авторский ход. Наблюдает за развитием драмы на Ариекае Ависа Беннер Чо, уроженка Посолграда, иммерлетчица (поверьте, проще про иммер и иммерлетчиков прочитать в книге самим, чем сейчас вам это объяснять, считайте пока что это обычные пилоты звездолетов ). Ее образ как-то не западает в душу и она не чувствуется живым персонажем, как, впрочем, и все остальные. Возможно, это связанно с совсем уж инопланетным содержанием книги. Опять же, для кого-то это плюс, что Мьевиль создал настолько чужих для нас людей будущего, это чуть ли не реалистично, а для кого-то это покажется просто бездушным описанием героев. Последнее, скорей, и верно. Описание Языка и Ариекаев с их культурой настолько захватывает, что не обращаешь внимание на все остальное.

В принципе, ничего другого про героев сказать нельзя. Образы не запоминаются и не чувствуются. Из-за этого страдает драма, которую нагнетает Мьевиль всю книгу. Гибнущее поселение не вызывает никаких чувств, а мозг дальше просит от книги еще больше пищи для размышлений, что книга ему и предлагает. Но создай автор действительно живых персонажей, то чуждость и непонятность этого далекого мира уже таковыми бы не были, поэтому персонажи это оправданная жертва.

Мьевиль создал что-то сильное и оригинальное, причем настолько, что это сложно отнести к художественной литературе. Это ближе к какому-то научному трактату или инопланетной летописи. Но если вы все же разглядите в творении Мьевиля книгу, то поймете, что «Посольский город» не о людях, он о Языке.

Оценка: 7
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение , 19 июня 2018 г.

Мощная и хорошая фантастика, примерно такой она и должна быть. Очень часто писатели в свои книги пихают бластеры, космические корабли, ксеносов, которые ничем не отличаются от людей, кроме цвета кожи, и считают, что этого достаточно для причисления их творений к фантастическому жанру. Тогда как «Посольский город» пытается показать действительно нечто необычное и странное — народ с принципиально другим восприятием реальности и отношений в обществе, человеческий социум, который за неизвестные тысячи лет эволюции хоть и изменился, но сохранил свою суть. Для меня это в книге было самым интересным.

Но, рассказывая про далёкое будущее, Мьевиль охотно ссылается на реальную историю. Тут во всей красе представлена колонизационная политика сильных держав, которые если и не держат всех за шкирку, то только потому, что дотянуться не могут. Интриги местного Нью-Кробюзона, который точь в точь такой же жадный, империалистический хищник, тоже могут увлечь не на шутку. Кульминация книги —

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
это явная аллюзия на осаду посольского квартала в Китае в 1900-ом. Кровь, опасность посреди буйной толпы чужаков, которые закономерно хотят уничтожить «гостей» — жутко, но увлекательно.

А вот конкретные отдельные персонажи такого восторга у меня не вызвали. То ли мне было не слишком приятно читать про их сексуальные девиации, которые есть норма в их обществе, то ли они действительно слишком скучны, но гораздо более захватывают взаимоотношение социумов и народов, чем конкретных людей. Да, очень уж мне понравились манипуляции с языком местных ксеносов и изящное разрешение большого конфликта,

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
предотвращение гибели колониального общества.

Пожалуй, всё же именно этой книгой Мьевиль закрепил, по-моему мнению, за собой звание одного из лучших фантастов современности. Может, не самого популярного, но зато самого «настоящего».

Оценка: 9
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение , 5 апреля 2017 г.

Язык, на котором мы говорим, определяется нашим мышлением, тем, как устроена работа нашего мозга. Но, может быть, и наоборот — во многом наше мышление зависит от того языка, на котором мы говорим и на котором думаем. В романе «Посольский город» инопланетяне ариекаи обладают необычным, сильно отличным от человеческого, языком. Он характеризуется некоторыми ограничениями, которые и делают его уникальным, но которые, возможно, и ограничивают самих ариекаев, не дают им полноценно воспринять окружающий мир.

Не стану упоминать подробности, чтобы не разрушать впечатления тех, кто ещё будет читать этот роман. Скажу только, что автору удалось изобразить необычный мир с особой атмосферой, инопланетян с необычной логикой, необычное общество на планете Ариеке (со свободными нравами, коллективным воспитанием детей и т.д.), необычной концепцией того, что обычно в фантастике называется гиперпространством (а в романе это называется иммер), и много чего ещё необычного.

Это первое произведение Чайны Мьевиля, которое я прочитал, и нет никаких причин не поставить ему высокую оценку.

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение , 11 июля 2014 г.

Простой по языку — для Мьевиля — роман с несколько смятой концовкой. Очень крутая концепция языка, которые ариекаи произносят двумя ртами, и поэтому переводчики-люди должны работать парами, одновременно и одинаково мыслящими. Вообще, хорошо видно, как Мьевиль придумал этот сюжет. Сперва он задумал язык, а затем вокруг этого артефакта-языка навинтил планету, посольский город и так далее; помимо языка ариекаев, остальные элементы романа достаточно стандартны и не раз встречались в других НФ-романах.

Оценка: 6
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение , 29 декабря 2017 г.

Сразу в лоб хочу сказать, кому эта книга не подходит: тем, кто любит, когда всё расставлено по полочкам, тщательно разжевано, информация об объекте представлена целым текстом сразу, а не рассыпана крупицами по всему произведению. Для прочтения книги надо напрягать свою воображалку, иначе есть риск разозлиться из-за непонимания, например, что такое «иммер» (кстати, immer по-немецки — всегда, постоянно), как выглядят Хозяева и т.д.

Про иммер. То, что происходит в нашей вселенной — переменная. Она внутренняя, постоянно меняющаяся, в ней что-то происходит, угасает и появляется. А иммер постоянен. Нечто вроде виртуальной реальности в параллельной вселенной, но при этом связанной с нашей, потому что у него есть точки входа и выхода в нашей вселенной, которые стали использоваться для быстрых перемещений. Да, осмыслить трудно, но автор постоянно заставляет мыслить за рамками концепта нашего привычного мира. Это ведь точно так же, как попытаться вообразить нашим разумом вневременных существ, которые нередко попадаются в фэнтези. Как можно существовать не в линейном времени? Нам не представить, но они обычно не вызывают смущения у читателей, а принимаются как данность. А тут вот весь мир надо принять как самую разноликую данность.

Также автор заставляет подумать о том, что язык — это не только наша привычная модель «символ — значение». Это нечто большее. Язык — оружие, язык — валюта, язык — инструмент. Язык может быть самым разным: язык тела, язык запахов и такой вот двухголосый язык ариеков. Система двуязычия Хозяев уникальна и очень интересна. Раса, разум которой не позволяет говорить о том, что не происходило в действительности, т.о. в Языке исключена ложь (Хозяева балдеют от театральных постановок, устроенных человеческими послами, где запросто могут назвать дерево куском сыра, для них это тоже самое, что для нас фантастический фильм посмотреть :)). У Хозяев два рта, поэтому они могут воспринимать только синергическую речь двух голосов одновременно. Для этого генетически были созданы послы-клоны. У них должно быть что-то вроде разума на двоих, они должны мыслить одинаково, быть частями одного целого. Самое забавное, что тех, кто не говорит на Языке ариеки не воспринимают за разумных существ. Для них человек с одним ртом и голосом по разумности равен чихуа-хуа.

Конечно, может, мне всё это интересно только потому, что я по образованию лингвист, но для расширения кругозора и попытки помыслить за рамками обыденного книга будет полезна любому желающему окунуться в странный, немного сюрреалистический мир с его не менее странными обитателями и законами жизни :)

Сначала книгу читать сложновато, читать надо вдумчиво, приходится напрягаться и даже перечитывать некоторые моменты, но когда частички информации начинают приобретать хоть какие-то осмысленные очертания, становится легче. А всё самое интересное начинается с того, что Хозяевам порвали шаблон :D ЛОЖЬ ворвалась в их стабильный язык очевидной истины...

Однако, пересказывать сюжет или раскрывать своими словами мир тоже не имеет особого смысла. Лучше почитать и создать свою собственную картину в голове :)

Оценка: 9
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение , 28 декабря 2013 г.

Зачастую Мьевиля обвиняют в затянутости, избыточности описаний и, как следствие, в избыточном же объёме страниц. Справедливо ли? Ну, возможно.

«Посольский город» не поражает отчаянным количеством страниц. А то, что произведение — первый опыт автора на поле НФ, внушало не столько опасения, сколько нетерпеливое ожидание.

Сразу скажу — разочарован. Нет, не так. Я в полном раздрае.

Не подумайте, что всё настолько плохо. Всё как раз великолепно, но... в первой половине книги. Ровно в первой её половине.

Карты на стол Мьевиль выкладывает в самый разгар игры. Нет больше тайн, загадок, странностей Языка и его носителей. Интереса к Языку нет. Интриги нет. Ничего нет.

Разве может сравниться «как это у них получилось технически» и «как нам это использовать» с «что, чёрт возьми, вообще происходит?».

А не происходит практически ничего, несмотря на наличие некоего подобия экшена, от вялотекущего, до активного, но вообще в книге подобного плана не нужного, имхо.

Неужели такова и была цель автора: довести повествование до логического и наивного донельзя... того, что получилось?

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Нечеловеческая, непонятная раса Арикеев (сколько им? сотни лет? тысячи? больше?) не просто учит новый язык, как например человек учит языки. Она учится по-другому МЫСЛИТЬ.

Причем особо продвинутые делают это за пару дней.

Глухонемые договариваются с новомыслящими. С разбегу, во время военных действий. Едва ли не моментально.

Речь (в смысле — с трибуны) новомыслящего ломает привычный образ мышления слушающих чуть не в процессе самой речи.

Это перебор, извините.

Странный отзыв получился. На эмоциях. Не смог обойтись без спойлера, хотя содержания книги напрямую вообще не хотел касаться.

Первая половина книги — твёрдая 10. Вторая — между 4 и 5.

Оценка: 7
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение , 2 декабря 2013 г.

Первая встреча и знакомство с Мьевилем, в общем-то, закончились для меня неудачей. По моим впечатлениям, тогда я прочел длинную и довольно нудную книжку. Она не была совсем уж безнадежной, но безнадежно затянутой она определенно была.

Про «Посольский город» этого сказать уже нельзя. Это хороший пример книги, где взятая идея толково разрабатывается в рамках адекватного по объему текста. Однако нельзя также сказать, что «Посольский город» мне понравился. Это, безусловно, небанальная, неглупая и не каждодневно выходящая фантастика, но для себя я охарактеризовал бы ее так: концептуально интересный неинтересный роман.

Почему я вообще взялся за «Посольский город»? Во-первых, я давно решил, что попробую прочитать у Мьевиля что-нибудь еще. Все-таки шанс, что какой-то роман в тебя не попадет, есть всегда, применительно вообще к любой книге. Во-вторых, это сай-фай с инопланетянами, а я люблю сай-фай с инопланетянами. В-третьих, это жанрово отличная от «Вокзала» вещь, что подняло ее в списке кандидатов выше, в частности, остальных частей нью-кробюзонского цикла. Нормально обосновал, нет?

Дальше пойдет вкусовщинка про то, что роман, несмотря на тематическую и идейную привлекательность, не дотянул до категории «понравился». Мне показалось, что композиционно и сюжетно книга сделана скучно. Какое-то время я даже опасался, что сейчас опять кто-нибудь куда-нибудь потащит кабель. Конечно, это не приключенческая, а, скорее, лингво-этическая фантастика, и никто не обязан там лихачить на сюжетных виражах. И концепция, которую придумал Мьевиль, хорошо и логично раскрыта. Но, как бы сказать, это все понимаешь умом, а вот сердцем как-то не очень. Рассказ о довольно драматичным вещах, на мой вкус, вышел суховатым, что ли. Может, это результат повествования от первого лица, может, сознательный прием, может, проблема перевода. Может быть, это просто во мне еще жив вирус античайнизма.

But, несмотря на занудный ворчеж, я считаю, что эта книга, конечно же, стоит внимания отечественных любителей фантастики. В том числе потому, что вас-то, в отличие от меня, Мьевиль-рассказчик вполне может разжечь.

Оценка: 5
–  [  6  ]  +

Ссылка на сообщение , 12 января 2016 г.

Казалось бы, что может быть сложного в языке? Не том, который во рту, а на котором общаются. Достаточно выучить грамматику и запомнить слова, и вот вы уже можете понимать носителя другого языка, а он, вроде вас. Но что если носитель языка — это гуманоид с далекой планеты и у него совсем другое понимание речи и ее понимания?

Мьевиль в «Посольском городе» переносит нас на далекую планету, находящуюся на задворках галактики, в которой небольшой участок земли был колонизирован людьми для поддержания отношений с жителями планеты, так как от них есть огромная польза в виде полезных технологий. Это и клочок земли и есть Посольский город.

При налаживании контакта с ариекаями, населяющими планету Ариеку, возникла проблема — люди быстро научились понимать язык планеты, но говорить на нем они научились не сразу. Во-первых, ариекайцы говорят одновременно двумя ртами и мыслят сравнениями. Если просто говорить слова, не вкладывая в них смысл, то они не могут понять сказанного. Таким образом, Мьевиль выносит осмысление языка на совсем другой уровень. Более того, слово «язык» в книге пишется с большой буквы, так как он является главной темой книги. Как научится понимать Язык и как на нем разговаривать правильно? Что такое Язык и можно ли поменять мышление гуманоидов на более привычное нам?

Описание ведется от имени женщины, которая родилась на этой планете, но сумела покинуть родной город, да и саму Ариеку, став пилотом-путешественником по межгалактическим просторам. Вернувшись в родные пенаты на время отпуска, она столкнулась с проблемой, которая перевернула вверх дном дружеские отношения города с ариекайцами.

Книгу можно разделить на 3 части — до возникновения проблемы (читается со скрипом, так как нас знакомят с причудами Языка и планеты в целом) — проблема (я сразу понял, в чем причина, как только новый посол ввел в ступор ариекайцев своей речью, поэтому интрига не удалась) — решение проблемы (основная часть книги).

Как таковой экшен практически отсутствует. т.к. книга является гуманитарной по сути. Поэтому интересно будет читать в первую очередь тем, кто интересуется языками и ему интересно поразмыслить над тем, что такое язык и как наш язык может отличаться от инопланетного. Оказывается, недостаточно просто найти подход к пониманию. Чем страннее Язык, тем сложнее неожиданно возникшие проблемы. А уж как решить проблему, которая может повлечь за собой уничтожение Посольского города, займется главная героиня.

Книга достаточно неторопливая, много рассуждений, иногда решения оказываются на поверхности, а приходят к ним спустя 100-200 страниц. В итоге у Мьевиля получилась занятная гуманитарная НФ. Если бы еще персонажи были более живыми и было меньше декаданса («Мы все умрем, нас никто не спасет»), то оценка могла быть на балл выше.

Оценка: 7


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх