Любимая поэзия

Здесь обсуждают тему «Любимая поэзия» Подсказка book'ашки

Вы здесь: Форумы fantlab.ru > Форум «Другая литература» > Тема «Любимая поэзия» поиск в теме

Любимая поэзия

Страницы:  1  2  3  4  5 ... 188 189 190 [191] 192 193 194  написать сообщение
 автор  сообщение


гранд-мастер

Ссылка на сообщение 5 мая 2007 г. 22:10  
Продолжаем одну из самых популярных тем здесь (старая тема).

сообщение модератора

Внимание! Все стихотворения на политическую тематику (независимо от направленности) будут удаляться. За политикой — в ОИ
–––
И когда Александр увидел обширность своих владений, он заплакал, ибо не осталось земель, которые можно покорять..


гранд-мастер

Ссылка на сообщение 23 апреля 20:27  
цитировать   |    [  ] 
[Сообщение изъято модератором]


магистр

Ссылка на сообщение 24 апреля 00:16  
цитировать   |    [  ] 
Не играл я ребенком с детьми,
Детство длилось, как после — тюрьма...
Но я знал, что игра — чепуха,
Надо возраста ждать и ума!

...Подрастая, я был убежден,
Что вся правда откроется мне —
Я прославлюсь годам к тридцати
И, наверно, умру на Луне!

— Как я многого ждал! А теперь
Я не знаю, зачем я живу,
И чего я хочу от зверей,
Населяющих злую Москву!

...Женщин быстро коверкает жизнь.
В тридцать лет уже нет красоты...
А мужья их терзают и бьют
И, напившись, орут, как коты.

А еще — они верят в прогресс,
В справедливый общественный строй;
Несогласных сажают в тюрьму,
Да и сами кончают тюрьмой.

...Очень жаль, но не дело мое
Истреблять этих мелких людей.
Лучше я совращу на их казнь
Их же собственных глупых детей!

Эти мальчики могут понять,
Что любить или верить — смешно,
Что тираны — отец их и мать,
И убить их пора бы давно!

Эти мальчики кончат петлей,
А меня не осудит никто, —
И стихи эти будут читать
Сумасшедшие лет через сто!

Александр Есенин-Вольпин
–––
Каждый день в своей точёной ванне умирает раненый Марат.
С каждым днём верней и постоянней Жанны Д Арк поднятый к небу взгляд.


магистр

Ссылка на сообщение 24 апреля 00:18  
цитировать   |    [  ] 
Господь сбирает дань с своих садов.
У нас весна, чуть роза зацветает,
На небе осень рано наступает —
Полны корзины огненных плодов.
И ангелы покинули свой рай,
Чтоб жать, сбирать и числить урожай.
О, только бы ко мне не подошли!
В душе бесплодной не созрели
Дары ему — и даже иммортели
Бессмертные лежат в пыли.
Не возрастет колосьев золотых
В земле, дождем не орошенной,
И, прячась от него, смотрю смущенно,
Как он сбирает дань с садов своих.

Аделаида Герцык
–––
Каждый день в своей точёной ванне умирает раненый Марат.
С каждым днём верней и постоянней Жанны Д Арк поднятый к небу взгляд.


философ

Ссылка на сообщение 24 апреля 04:01  
цитировать   |    [  ] 
[Сообщение изъято модератором]


философ

Ссылка на сообщение 24 апреля 07:28  
цитировать   |    [  ] 
[Сообщение изъято модератором]
–––
Самый честный человек в издательском мире, а остальное вы и так знаете.


миротворец

Ссылка на сообщение 24 апреля 12:50  

сообщение модератора

значит, так. Я предлагаю создать тему "Обсуждение любимой поэзии" и все вот эти размышления о Цветаевой продолжить там (ну, или в теме Цветаевой). А здесь размещать любимые стихи
–––
Кто не верил в дурные пророчества, в снег не лег ни на миг отдохнуть, тем наградою за одиночество должен встретиться кто-нибудь


миротворец

Ссылка на сообщение 24 апреля 12:53  
цитировать   |    [  ] 
Марина Цветаева

Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверзтую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.

Застынет все, что пело и боролось,
Сияло и рвалось.
И зелень глаз моих, и нежный голос,
И золото волос.

И будет жизнь с ее насущным хлебом,
С забывчивостью дня.
И будет все — как будто бы под небом
И не было меня!

Изменчивой, как дети, в каждой мине,
И так недолго злой,
Любившей час, когда дрова в камине
Становятся золой.

Виолончель, и кавалькады в чаще,
И колокол в селе...
- Меня, такой живой и настоящей
На ласковой земле!

К вам всем — что мне, ни в чем не знавшей меры,
Чужие и свои?!-
Я обращаюсь с требованьем веры
И с просьбой о любви.

И день и ночь, и письменно и устно:
За правду да и нет,
За то, что мне так часто — слишком грустно
И только двадцать лет,

За то, что мне прямая неизбежность -
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность
И слишком гордый вид,

За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру...
- Послушайте!- Еще меня любите
За то, что я умру.
–––
Кто не верил в дурные пророчества, в снег не лег ни на миг отдохнуть, тем наградою за одиночество должен встретиться кто-нибудь


философ

Ссылка на сообщение 24 апреля 15:41  
цитировать   |    [  ] 
Александр Полежаев

Песнь погибающего пловца

I

Вот мрачится
Свод лазурный!
Вот крутится
Вихорь бурный!
Ветр свистит,
Гром гремит,
Море стонет —
Путь далёк…
Тонет, тонет
Мой челнок!

II

Всё чернее
Свод надзвездный,
Все страшнее
Воют бездны.
Глубь без дна —
Смерть верна!
Как заклятый
Враг грозит,
Вот девятый
Вал бежит!…

III

Горе, горе!
Он настигнет:
В шумном море
Чёлн погибнет!
Гроб готов…
Треск громов
Над пучиной
Ярых вод —
Вздох пустынный
Разнесёт!

IV

Дар заветный
Провиденья,
Гость приветный
Наслажденья —
Жизнь иль миг!
Не привык
Утешаться
Я тобой, —
И расстаться
Мне с мечтой!

V

Сокровенный
Сын природы,
Неизменный
Друг свободы, —
С юных лет
В море бед
Я направил
Быстрый бег
И оставил
Мирный брег!

VI

На равнинах
Вод зеркальных,
На пучинах
Погребальных
Я скользил;
Я шутил
Грозной влагой —
Смертный вал
Я отвагой
Побеждал!

VII

Как минутный
Прах в эфире,
Бесприютный
Странник в мире,
Одинок,
Как челнок,
Уз любови
Я не знал,
Жаждой крови
Не сгорал!

VIII

Парус белый
Перелётный,
Якорь смелый,
Беззаботный,
Тусклый луч
Из-за туч,
Проблеск дали
В тьме ночей —
Заменяли
Мне друзей!

IX

Что ж мне в жизни
Безызвестной?
Что в отчизне
Повсеместной?
Чем страшна
Мне волна?
Пусть настигнет
С вечной мглой,
И погибнет
Труп живой!…

X

Всё чернее
Свод надзвездный;
Все страшнее
Воют бездны;
Ветр свистит,
Гром гремит,
Море стонет —
Путь далёк…
Тонет, тонет
Мой челнок!


философ

Ссылка на сообщение 24 апреля 17:37  
цитировать   |    [  ] 
К.Герра
Проснулся утром я, с восходом солнца, рано, —
Заря по небесам стелилась полосой…
И, голову подняв усталую с дивана,
Я голос услыхал, сказавший надо мною:
— Очнись, в покое жизнь свою не совершай,
Недолог день, когда и вечного покоя,
Законы жизни здесь ничем не перестроя,
Бежать ты, Нирузам, захочешь! Эй, вставай,
Сну смерти долгим сном, теперь не подражай!.
И встал я. С той поры часы у сна умерил,
Я понял, что нам жить дано лишь краткий миг;
И только с этих пор, как голосу поверил,
Я в смысл житейского всей мыслию проник.
Но ныне вновь зову к себе тот голос бывший,
Мне убедительно и мудро говоривший,
Чтоб вновь сошел ко мне; кричу ему: — «Влетай,
От жизни глупости и подлости спасай
Иль отнятый тобой сон мирный возвращай!..
–––
Самый честный человек в издательском мире, а остальное вы и так знаете.


магистр

Ссылка на сообщение 26 апреля 10:58  
цитировать   |    [  ] 
Роберт Саути. Поход на Москву

1
Император Нап собрался в поход,
Барабан гремит, труба зовет.
Под лазурью небес зелена трава.
Морблё! Парблё! Коман са-ва!
Вперед! Нас ждет Москва!
2
Несметное войско — солдат не счесть!
Приятной прогулки к далекой Москве!
Дюжина маршалов во главе,
Герцогов ровно двадцать шесть
И короли — один или два.
Рысью вперед! Зелена трава.
Морблё! Парблё! Коман са-ва!
Нас ждет не дождется Москва!
3
Здесь и Жюно, и маршал Даву.
Вперед на Москву!
Тут же Домбровский, и с ним Понятовский,
И маршал Ней, что всех сильней.
Генерал Рапп тоже не слаб,
А главное — сам великий Нап.
Птички поют, зелена трава,
Морблё, парблё, коман са-ва!
Рысью вперед! Ать-два!
Кружится от радости голова,
И манит к себе Москва.
4
Император Нап такой молодец!
Мистер Роско напутан вконец.
Джон Буль, — говорит, — он тебя покорит,
На колени пади, преклони главу,
Мошной потряси, замиренья проси,
Ведь он идет на Москву!
С ним поляки воспрянут, дрожать перестанут,
Поколотит он русских, проглотит прусских. —
Солнышко светит, пышна трава.
Морблё, парблё, коман са-ва!
Узнает Напа Москва!
5
И Генри Брум, сей глубокий ум,
Сказал, как узнал про поход на Москву:
С Россией покончено, господа!
Конечно, и Лондон ждет беда —
Ведь Нап заявится и сюда,
Но это лишь с одной стороны,
А с другой стороны, мы понять должны:
То, что русским плохо, — не повод для вздоха,
Пусть каждый рассудит — что будет, то будет,
И всё это к лучшему по существу. —
И мистер Джефри, исполненный сил,
Это мнение полностью разделил.
А голосом Джефри вещает сам рок:
Ведь он издает «Эдинбургский пророк».
Этот журнальчик в синей обложке
Не обойдешь на кривой дорожке —
Он знает грядущее, ведает сроки,
Этот журнал — Закон и Пророки.
Морблё, парблё, коман са-ва!
Весомы его слова.
6
Войска идут, их русские ждут,
Они не могут парле-франсе,
Но драться отлично умеют все.
Но уж Нап коль взялся, вперед прорвался.
Над зеленой травой небес синева,
Морблё, парблё, коман са-ва!
Взята французом Москва!
7
Но Нап не успел оценить подарка,
Стало в Москве ему слишком жарко,
После стольких стараний такой удар:
Пылает московский пожар!
Небо синеет, растет трава,
Морблё, парблё, коман са-ва!
Покинута Напом Москва!
8
Войско в обратный путь пустилось,
Тут на него беда и свалилась:
Ермолов, Тормасов и Балашов,
И много других с окончаньем на «ов»,
Милорадович и Юзефович,
Да заодно уж и Кристафович,
И много других с окончаньем на «ович»,
Голицын, Дедюрин, Селянин, Репнин,
И много других с окончаньем на «ин»,
А также Загряжский, Закревский, Запольский,
И Захаржевский, и Казачковский,
Волконский, Всеволожский и Красовский,
И куча других на «ский» и на «овский».
Много было тут русских фамилий,
Очень Напу они досадили:
Дохтуров полечил его,
Потом Горчаков огорчил его,
И Давыдов слегка подавил его,
А Дурново обдурил его,
А Збиевский сбил с ног его,
А Игнатьев погнал его,
А Кологривов в гриву его,
А Колюбакин в баки его,
А Рылеев в рыло его,
А Скалой по скуле его,
А Ушаков по ушам его.
А последним шел седой адмирал,
Страшней человека никто не видал,
А уж имя его — читатель, прости —
Мне не написать и не произнести.
И обступили бедного Напа,
И протянули грубые лапы,
Да как погнали его по росе.
Вот такое вышло парле-франсе.
В глазах зелено, на губах синева,
Морблё, парблё, коман са-ва!
Такое вышло парле-ву.
Попомнят французы Москву!
9
Тут, словно мало прочих невзгод,
Русской зимы наступает черед.
Нет у трескучих морозов почтения
К сану и славе военного гения,
Что блестящих побед одержал столь много,
Веруя в счастье свое, а не в Бога,
А ныне живой ушел едва.
Над белым снегом небес синева.
Морблё, парблё, коман са-ва!
Далеко осталась Москва.
10
Что же он сделал, великий Нап,
Когда в русских снегах ослаб и озяб?
Он решил, что дрожать и мерзнуть ему,
Как простому солдату, совсем ни к чему,
Подвергая риску в неравном бою
Драгоценную шкуру свою.
Пусть другие рискуют своей головой,
Пусть гибнут они, был бы я живой!
И, бросив армию средь невзгод,
Поскакал во всю прыть вперед.
Морблё, парблё и парле ву!
Кончен поход на Москву.
11
Да, в Москве он согрелся, пожар кляня,
А потом ему холодно было.
Но есть пламя жарче земного огня,
Холодней России — могила.
Коль правду нам Папа Римский твердит,
Есть место, где огнь негасимый горит.
Морблё, парблё, коман са-ва!
Коли правда душа по смерти жива,
Он к хозяину своему попадет,
А хозяин его прямо в печь метнет,
А из той печи, кричи не кричи,
Вот беда, не сбежать никуда.
Из Чистилища Нап, уж поверьте вы,
Не сбежит, как сбежал из Москвы.

перевод Александры Петровой.
–––
Каждый день в своей точёной ванне умирает раненый Марат.
С каждым днём верней и постоянней Жанны Д Арк поднятый к небу взгляд.


гранд-мастер

Ссылка на сообщение 27 апреля 11:13  
цитировать   |    [  ] 
В городе, имя чье даже не вспомнится,
В час, когда солнцем все окна распахнуты,
В парке, цветущем сиренью и свежестью,
Двое устроили партию в шахматы.
Старец, похожий насквозь на волшебника,
Белобородый, седой и пронзительный,
Должен был первым начать эту партию,
Но, улыбнувшись, шепнул снисходительно:
- В этот раз первой пусть двинется черная.
Ты ведь так любишь играть не по правилам.
Я уступаю!
Противник прищурился:
- Дань уважения бывшему ангелу?
«Ангел», мужчина, красивый до вымысла,
Острый, холодный и полный величия,
Глянув на доску, внезапно оскалился:
- Что ж... Если так, то начну с Безразличия.

* * * *

Черная пешка сама передвинулась,
Точно невидимой лентой ведомая.
И на шоссе, в километре от города
Вдруг оказалась собака бездомная.
Скрипнули шины, и выбор водителя
Стал таковым: либо зверя бродячего,
Либо машину, совсем еще новую,
Только с салона, с печатью «оплачено».
Выбор был сделан. Машины по-прежнему
Мчались вперед, на подбор близорукие.
А на обочине зверь окровавленный
Тихо скулил, свою лапу баюкая.

* * * *

Старец молчал, сохраняя спокойствие,
Но и вокруг всё притихло задумчиво.
Пение птиц испарилось над городом,
Листья застыли в гнетущем беззвучии.
«Ангел» с насмешкой следил за противником:
- Знаешь, мне даже не нужно подначивать...
Ты ведь их слышишь до боли отчетливо.
Вот, например: «ну, она же бродячая!»
Или вот это: «возиться нет времени!»
«Я тут причем? А потом мне оплачивать?»
«Жалко обивку, пусть кто-нибудь следующий!»
«День у собачки не слишком удачливый...»
Знаешь, отец, эти мысли правдивее,
Нежели в храме, пропитанном ладаном.
Люди во всем обвиняют Лукавого,
А на шоссе где искать виноватого?

* * * *

Белая пешка по-прежнему медлила,
Точно считала секунды молчания.
Старец вздохнул и с улыбкой усталою
Тихо ответил: Мой ход – сострадание!
А на шоссе, в километре от города,
Старенький Опель свернул на обочину,
И паренек, испещренный веснушками,
В страхе подумал: «Влетит же от отчима!
Вместо того, чтобы ехать по вызову,
Я тут с собакой нашел приключения.
Вот же бедняга!»
- Дотерпишь до клиники?
Там подлатают. Дождись уж лечения.

* * * *

Старец с улыбкой смотрел на противника,
Теплой, как солнце, и все еще любящей:
- Сын мой, пока на земле есть сочувствие,
Ты так и будешь проигрывать в будущем.
«Ангел» в ответ прикурил и, нахмурившись,
Вдруг произнес с нескрываемой горечью:
- Знаешь, твой ход все длиннее по времени,
Мне же не нужно с утра и до полночи.
Люди лишь в церкви до неба невинные,
Светлость их мыслей? Там даже не поровну.
Старец кивнул:
- Только люди меняются!
- Верно, отец. Но не в лучшую сторону.

(c) Deacon
–––
... я буду хранить
свою нежность любовь и надежду в заветной шкатулке которую с неба у бога возьму напрокат. Сергей Носов


гранд-мастер

Ссылка на сообщение 27 апреля 11:14  
цитировать   |    [  ] 
В мире, где черный бывает цветным, трудно остаться здравым.
Новое правило – взяться за нож: слушаешь, точишь, веришь.
Каждый в момент обзавелся врагом, чтоб заколоть в канаве.
Бог, если нынче таков человек, можно я буду зверем?

В мире, где пули дороже чем жизнь, трудно стереть все пятна.
Хочется в сторону, мол, я не с ним, сам себе волхв и знахарь.
Бог, если ты все же есть наверху, просьба – верни обратно
Время, где спрос на хороших людей выше, чем спрос на сахар.

(c) Deacon
–––
... я буду хранить
свою нежность любовь и надежду в заветной шкатулке которую с неба у бога возьму напрокат. Сергей Носов


магистр

Ссылка на сообщение 28 апреля 14:26  
цитировать   |    [  ] 
Чудовищно плохой перевод "Богов азбучных истин" Киплинга. Привожу как курьёз.

Редьярд Киплинг. Боги азбучных истин

Дорогой реинкарнации я двигался вслед векам.
Боги Большого Рынка! Я поклонялся вам.
Подглядывая сквозь пальцы, я видел вас снизу вверх...
Но Боги Азбучных Истин — Да! — Они пережили всех.

Мы жили тогда на деревьях. Они обучали нас
Воде и Огню. И тогда это было в первый раз.
Но им не хватало Драйва! А нас этот драйв томил.
И мы ушли, а они остались там — обучать горилл.

Мы двигались вслед за Духом — они не меняли мест.
Но мы их снова встречали всюду куда нас привел Прогресс.
Они не летали на облаке — как Боги Большого Рынка -
Зато они точно знали — Да! — что погубило Римлян.

В надежде, что все устроится, они отошли в тень
И продолжали учить что Ночь — Ночь и что День — День
Что лошади не летают как птицы по небесам.
Но мы пошли за Богами Рынка — они обещали нам.

В Кембрии Боги Рынка нам обещали мир,
Если мы разооружимся — разооружились мы.
И нас безоружных продали в горькое рабство — О!
И Боги Азбучных Истин сказали "Мирись со знакомым злом"

У первого женского торса нам обещали жизнь
Полную — нужно просто с соседской женой дружить.
Но женщины перестали совсем на мужчин смотреть.
И Боги Азбучных Истин Сказали — "За Прелюбодеянье — смерть"

Всеобщее изобилие обещано нам с утра.
Надо только ограбить Павла, чтоб накормить Петра.
Теперь у нас куча денег, ничего на них не купить.
И Боги Азбучных Истин сказали — "Не работающим — не жить"

И Боги Рынка отстали. Волшебники их ушли.
И даже самые глупые стали учиться и прочли,
Что Разум — всему основа, что мудрость всегда при нас.
Это Боги Истины снова разуму учат нас.

Все меняется. Однако генерал всегда в строю.
Возвращается собака на блевотину свою.
У свиньи высокородной шире лужа, крепче вонь.
Тычет дурень обожженным пальцем радостно в Огонь.

Но когда закроем старый и откроем новый век,
Чтоб забитый и усталый распрямился человек,
Тиражировать уставы заводи, Емеля, печь!
И Боги Азбучных Истин Старых вернутся громить и жечь.

ориентировочно — Яков Фельдман. Возможно, что он только цитирует чужую работу.
Вообще последний раз я так смеялся над переводами Попова из Лавкрафта. "Тиражировать уставы заводи, Емеля, печь"!
–––
Каждый день в своей точёной ванне умирает раненый Марат.
С каждым днём верней и постоянней Жанны Д Арк поднятый к небу взгляд.


магистр

Ссылка на сообщение 28 апреля 14:27  
цитировать   |    [  ] 
Для сравнения — классический перевод супругов Грингольц.

Проходя сквозь века и страны в обличье всех рас земных,
Я сжился с Богами Торжищ и чтил по-своему их.
Я видел их Мощь и их Немощь, я дань им платил сполна.
Но Боги Азбучных Истин — вот Боги на все времена!

Еще на деревьях отчих от Них усвоил народ:
Вода — непременно мочит, Огонь — непременно жжет.
Но нашли мы подход бескрылым: где Дух, Идеал, Порыв?
И оставили их Гориллам, на Стезю Прогресса вступив.

С Ветром Времени мы летели. Они не спешили ничуть.
Не мчались, как Боги Торжищ, куда бы ни стало дуть.
Но Слово к нам нисходило, чуть только мы воспарим,
И племя ждала могила, и рушился гордый Рим.

Они были глухи к Надеждам, которыми жив Человек:
Молочные реки — где ж там! Нет и Медом текущих рек!
И ложь, что Мечты — это Крылья, и ложь, что Хотеть значит Мочь,
А Боги Торжищ твердили, что все так и есть, точь-в-точь.

Когда затевался Кембрий, возвестили нам Вечный мир:
Бросайте наземь оружье, сзывайте чужих на пир!
И продали нас, безоружных, в рабство, врагу под ярем,
А Боги Азбучных Истин сказали: «Верь, да не всем!»

Под клики «Равенство дамам!» жизнь в цвету нам сулил Девон,
И ближних мы возлюбили, но пуще всего — их жен.
И мужи о чести забыли, и жены детей не ждут,
А Боги Азбучных Истин сказали: «Гибель за блуд!»

Ну а в смутное время Карбона обещали нам горы добра:
Нищий Павел, соединяйся и раздень богатея Петра!
Деньжищ у каждого — прорва, а товара нету нигде.
И Боги Азбучных Истин сказали: «Твой Хлеб — в Труде!»

И тут Боги Торжищ качнулись, льстивый хор их жрецов притих,
Даже нищие духом очнулись и дошло наконец до них:
Не все, что Блестит, то Золото, Дважды два — не три и не пять,
И Боги Азбучных Истин вернулись учить нас опять.

Так было, так есть и так будет, пока Человек не исчез.
Всего четыре Закона принес нам с собой Прогресс:
Пес придет на свою Блевотину, Свинья свою Лужу найдет,
И Дурак, набив себе шишку, снова об пол Лоб расшибет,

А когда, довершая дело, Новый мир пожалует к нам,
Чтоб воздать нам по нуждам нашим, никому не воздав по грехам,-
Как Воде суждено мочить нас, как Огню положено жечь,
Боги Азбучных Истин нагрянут, подъявши меч!
–––
Каждый день в своей точёной ванне умирает раненый Марат.
С каждым днём верней и постоянней Жанны Д Арк поднятый к небу взгляд.


философ

Ссылка на сообщение 28 апреля 15:51  
цитировать   |    [  ] 
Александр Полежаев

Табак

Курись, табак мой! вылетай
Из трубки, дым приятный,
И облаками расстилай
Свой запах ароматный.
Не столько персу мил кальян
Или шербет душистый,
Сколь мил душе моей туман
Твой легкий и волнистый!
<Тиран лишил меня всего —
И чести и свободы,
Но всё курю, назло его,
Табак, как в прежни годы;>
Курю и мыслю: как горит
Табак мой в трубке жаркой,
Так и меня испепелит
Рок пагубный и жалкой!
Курись же, вейся, вылетай,
Дым сладостный, приятной,
И, если можно, исчезай
И жизнь с ним невозвратно!

1829


философ

Ссылка на сообщение 29 апреля 04:22  
цитировать   |    [  ] 
Вяземский

В сияньи радуга взошла,
Ея цветные пояса
Вонзились в голубое море
И огибают небеса.

Двух бесконечностей краса -
С пучиной моря неба высь
Телеграфическою лентой
В прозрачном воздухе сплелись.

И что за весть несет она?
Каким таинственным ключом
Раскрыть смысл радужной депеши,
Облитой солнечным лучом?

Известно, бойкий астроном,
И небограф, и звездослов,
Ее, как дважды два четыре,
Вам сразу объяснить готов.

Но я не верую ему,
Но астроном мне не указ,
Ученье тьма, а свет в поверьях.
И мне верней сердечный глас.

Есть тайна в знаменьи небес,
И верю, радуга — завет,
Сестре — земле родного неба
Благовестительный привет.

1867


магистр

Ссылка на сообщение 29 апреля 10:26  
цитировать   |    [  ] 
Евгений Баратынский

Слыхал я, добрые друзья,
Что наши прадеды в печали
Бывало беса призывали:
Им подражаю в этом я.
Но не пугайтесь: подружился
Я не с проклятым сатаной,
Кому душою поклонился
За деньги старый Громобой;
Узнайте: ласковый бесёнок
Меня младенцем навещал
И колыбель мою качал
Под шопот лёгких побасёнок.
С тех пор я вышел из пелёнок,
Между мужами возмужал,
Но для него ещё ребёнок.
Случится ль горе иль беда,
Иль безотчётно иногда
Сгрустнётся мне в моей конурке, —
Махну рукой: по старине
На сером волке, сивке-бурке
Он мигом явится ко мне.
Больному духу здравьем свистнет,
Бобами думу разведёт,
Живой водой веселье вспрыснет,
А горе мёртвою зальёт.
Когда, в задумчивом совете
С самим собой, из-за угла
Гляжу на свет, и видя в свете
Свободу глупости и зла,
Добра и разума прижимку,
Насильем сверженный закон,
Я слабым сердцем возмущён;
Проворно шапку-невидимку
На шар земной набросит он;
Или, в мгновение зеницы,
Чудесный коврик-самолёт
Он подо мною развернёт
И коврик тот в сады жар-птицы,
В чертоги дивной царь-девицы
Меня по воздуху несёт.
Прощай, владенье грустной были,
Меня смущавшее досель:
Я от твоей бездушной пыли
Уже за тридевять земель.

1828 г.


магистр

Ссылка на сообщение 30 апреля 16:03  
цитировать   |    [  ] 
Николай Клюев. Клеветникам искусства

Я гневаюсь на вас и горестно браню,
Что десять лет певучему коню,
Узда алмазная, из золота копыта,
Попона же созвучьями расшита,
Вы не дали и пригоршни овса
И не пускали в луг, где пьяная роса
Свежила б лебедю надломленные крылья!
Ни волчья пасть, ни дыба, ни копылья
Не знали пытки вероломней, –
Пегасу русскому в каменоломне
Нетопыри вплетались в гриву
И пили кровь, как суховеи ниву,
Чтоб не цвела она золототканно
Утехой брачною республике желанной!
Чтобы гумно, где Пушкин и Кольцов
С Есениным в венке из васильков,
Бодягой поросло, унылым плауном,
В разлуке с песногривым скакуном,
И с молотьбой стиха свежее борозды
И непомернее смарагдовой звезды,
Что смотрит в озеро, как чаша, колдовское,
Рождая струнный плеск и вещих сказок рои!

Но у ретивого копыта
Недаром золотом облиты,
Он выпил сон каменоломный
И ржет на Каме, под Коломной
И на балтийских берегах!..
Овсянки, явственны ль в стихах
Вам соловьиные раскаты,
И пал ли Клюев бородатый,
Как дуб, перунами сраженный,
С дуплом, где Сирин огневейный
Клад стережет – бериллы, яхонт?..
И от тверских дубленых пахот,
С антютиком лесным под мышкой,
Клычков размыкал ли излишки
Своих стихов – еловых почек,
И выплакал ли зори-очи
До мертвых костяных прорех
На грай вороний – черный смех?!
Ахматова – жасминный куст,
Обожженный асфальтом серым,
Тропу утратила ль к пещерам,
Где Данте шел и воздух густ,
И нимфа лен прядет хрустальный?
Средь русских женщин Анной дальней
Она как облако сквозит
Вечерней проседью ракит!
Полыни сноп, степное юдо,
Полуказак, полукентавр,
В чьей песне бранный гром литавр,
Багдадский шелк и перлы грудой,
Васильев – омуль с Иртыша.
Он выбрал щуку и ерша
Себе в друзья, – на песню право,
Чтоб цвесть в поэзии купавой, –
Не с вами правнук Ермака!
На стук степного батожка,
На ржанье сосунка-кентавра
Я осетром разинул жабры,
Чтоб гость в моей подводной келье
Испил раскольничьего зелья,
В легенде став единорогом,
И по родным полынным логам
Жил гривы заревом, отгулами копыт!
Так нагадал осетр, и вспенил перлы кит!

Я гневаюсь на вас, гнусавые вороны,
Что ни свирель ручья, ни сосен перезвоны,
Ни молодость в кудрях, как речка в купыре,
Вас не баюкают в багряном октябре,
Когда кленовый лист лохмотьями огня
Летит с лесистых скал, кимвалами звеня,
И ветер-конь в дождливом чепраке
Взлетает на утес, вздыбиться налегке,
Под молнии зурну копытом выбить пламя
И вновь низринуться, чтобы клектать с орлами
Иль ржать над пропастью потоком пенногривым.
Я отвращаюсь вас, что вы не так красивы!
Что знамя гордое, где плещется заря,
От Песен застите крылом нетопыря,
Крапивой полуслов, бурьяном междометий,
Не чуя пиршества столетий,
Как бороды моей певучую грозу, –
Базальтовый обвал – художника слезу,
О лилии с полей Иерихона!..
Я содрогаюсь вас, убогие вороны,
Что серы вы, в стихе не лирохвосты,
Бумажные размножили погосты
И вывели ежей, улиток, саранчу!..
За будни львом на вас рычу
И за мои нежданные седины
Отмщаю тягой лебединой!
Всё на восток, в шафран и медь,
В кораллы розы нумидийской,
Чтоб под ракитою российской
Коринфской арфой отзвенеть
И от Печенеги до Бийска
Завьюжить песенную цветь,
Где конь пасется диковинный,
Питаясь ягодой наливной,
Травой-улыбой, приворотом,
Что по фантазии болотам
И на сердечном глыбком дне
Звенят, как пчелы по весне!
Меж трав волшебных Анатолий, –
Мой песноглаз, судьба-цветок,
Ему ковер индийских строк,
Рязанский лыковый уток,
С арабским бисером – до боли!
Чу! Ржет неистовый скакун
Прибоем слав о гребни дюн
Победно-трубных, как органы,
Где юность празднуют титаны!

1932
–––
Каждый день в своей точёной ванне умирает раненый Марат.
С каждым днём верней и постоянней Жанны Д Арк поднятый к небу взгляд.


философ

Ссылка на сообщение 30 апреля 16:31  
цитировать   |    [  ] 

цитата Грешник

Я гневаюсь на вас, гнусавые вороны,
Что ни свирель ручья, ни сосен перезвоны,
Ни молодость в кудрях, как речка в купыре,
Вас не баюкают в багряном октябре,
Когда кленовый лист лохмотьями огня
Летит с лесистых скал, кимвалами звеня,


Неплохая статья Морева об этом стихотворении:

https://m.colta.ru/articles/literature/27...


философ

Ссылка на сообщение 30 апреля 21:39  
цитировать   |    [  ] 
А.Калле
Триста дней
Не спускаю с моря глаз,
Гляжу на волны до рассвета...
Мне нет другого дела,
Ищу я парус белый
Моей пропавшей каравеллы...
Я превращусь
Здесь на пристани
В лёд и сталь...
И долгих триста дней
Гляжу все пристальней,
Пристальней, пристальней
Вдаль...

Мне открыл тайну старый капитан,
Что у меня есть каравелла...
Кренясь под ветром круто,
Мелькнёт в седое утро
И проглядеть её не трудно...
У тебя, так же, как и у меня,
Есть каравелла всех надежд...
Дни пробегут, как тени,
Поверив сонной лени,
Не потеряй её явленья...
Не потеряй, не потеряй...
Не потеряй, не потеряй....
–––
Самый честный человек в издательском мире, а остальное вы и так знаете.
Страницы:  1  2  3  4  5 ... 188 189 190 [191] 192 193 194

Вы здесь: Форумы fantlab.ru > Форум «Другая литература» > Тема «Любимая поэзия»

 
  Новое сообщение по теме «Любимая поэзия»
Инструменты   
Сообщение:
 

Внимание! Чтобы общаться на форуме, Вам нужно пройти авторизацию:

   Авторизация

логин:
пароль:
регистрация | забыли пароль?



⇑ Наверх