# Секретарь его светлости

Ольга Романовская

Отказавшись выйти замуж за выбранного отцом жениха, Ноэми Вард в одночасье превратилась в девицу без фамилии и положения. Волей судеб она оказывается в замке герцога де Вена, где ей предлагают сомнительную работу для особы женского пола. Но, может, стоит согласиться? Становиться чьей-либо содержанкой Ноэми не желает, а герцог предлагает хорошую плату. Еще бы он не посматривал на нее с вожделением, а в коридорах замка не плелись интриги государственного масштаба…

## Пролог

Когда леди Ноэми Вард переступила порог отцовского кабинета, мысли ее пребывали далеко от дома. Она надеялась на положительный ответ на посланное зимой письмо. Недаром Ноэми столько лет готовилась, прочитала множество книг, а все вокруг твердили: такую умную леди не могут не взять.

Преисполненная надежд, девушка вошла и сделала книксен, приветствуя отца. Не удержавшись, Ноэми бросила на себя взгляд в зеркало, которым дед пользовался для вызова духов – безуспешного, а отец не стал выбрасывать. Хороша! Волосы цвета горького кофе, глаза как дымчатые кварцы, губы словно заря, фарфоровая кожа. Иногда Ноэми называли Розой Вардов – девушка уродилась красивой. Злые языки шептались: высосала все силы из матери, стала причиной болезней, терзавших женщину. Так или иначе, но из двух дочерей только Ноэми пошла в Вардов, славившихся породой.

Лорд Сулин Вард стоял у окна, спиной к двери, заложив руки за спину. Заслышав шаги, он кивнул.

– Садись!

Тон отца не удивил, вряд ли какой-то родитель обрадуется, если дочь вздумает учиться. И где – в Торнской академии! Женская доля – семья.

Подобрав юбки, Ноэми устроилась в кресле и пробежала глазами по бумагам на столе. Она надеялась увидеть заветный конверт с черной печатью. Увы, только обычная корреспонденция.

– У меня для тебя важная новость.

Лорд Сулин обернулся и смерил дочь тяжелым взглядом из-под кустистых бровей. Ноэми стойко выдержала испытание. Она готовилась к противостоянию.

– Слушаю, милорд, – девушка чуть склонила голову.

Лорд Сулин пожевал губы и извлек из стола свернутый трубочкой пергамент.

– Что это? – удивленно спросила Ноэми.

Не похоже на письмо из академии.

– Брачный контракт. – Лорд положил свиток на стол перед опешившей дочерью. – Подпиши. Чистая формальность.

– Вы выдаете меня замуж? – не веря собственным ушам, переспросила Ноэми.

Действительно, контракт. Имена вписаны, подписи стоят, не хватает только согласия невесты.

– Я не стану.

Ноэми решительно отодвинула пергамент и встала.

– Подпишешь, – в голосе лорда Сулина звучала тихая угроза.

– Нет! – сверкнула глазами девушка. – Я совершеннолетняя, вы не имеете права.

– Я решил и довольно.

– Ну, и кто он? – Ноэми презрительно покосилась на бумагу на столе.

– Из хорошей и, главное, богатой семьи.

Лорд немного успокоился. Похоже, дочь не станет капризничать. Хорошо! Брак необходим роду Вардов, чтобы вернуть утерянные позиции. Ноэми, увы, главное сокровище дома, отпускать ее неведомо куда лорд Сулин не собирался.

– Могу я поговорить с женихом?

– Нет, – отрезал отец. – Я одобрил и довольно.

– По-вашему, я должна выйти за неведомо зверушку? Никогда! – громко и отчетливо произнесла Ноэми и зацокала каблуками к двери.

– Подписывай! – взревел рассвирепевший лорд Вард. – Глупая девчонка, еще благодарить станешь!

– Ни-ког-да! – развернувшись, чуть наклонившись вперед и взявшись за подол юбки, словно для реверанса, упрямо повторила Ноэми и хлопнула дверью прежде, чем отец успел остановить ее.

Девушка летела по коридору, сметая все на своем пути. Из глаз лились злые слезы.

Как отец мог продать ее, как мог подумать, будто она согласится выйти за мешок с деньгами и титулами? Даже взглянуть не позволил. Может, жених и вовсе старик. Иначе почему отец противился встрече?

– Ноэми Вард! – разлетелся по дому рык лорда Сулина. – Немедленно вернись, а то лишу наследства!

Девушка остановилась, но головы не повернула, только слезы утерла.

– Запереть ее! – послышался приказ отца.

Запереть? Ноэми едва не задохнулась от возмущения. Да он действительно задумал продать ее!

– А как же моя подпись? – напомнила она, соизволив, наконец, обернуться, чтобы встретиться взглядом с пылавшим гневом отцом.

Они стояли напротив друг друга, в противоположных частях коридора. Оба не желали уступать.

– Формальность, – фыркнул лорд Сулин. – Распишешься после свадьбы. Помолвка завтра, готовься.

Хозяин дома удалился в кабинет, сердясь на непутевую дочь. Отчего упрямица родилась старшей, почему Вседержители не сделали наследницей тихую Бьянку или, что лучше, не послали ему сыновей? Тогда бы не пришлось уламывать своевольную девицу, возомнившую, будто она может изменить женскую долю.

## Глава 1

Ноэми зябко куталась в видавший виды плащ. Нет, она не замерзла, просто очень хотелось есть. Запахи таверны манили, но девушка знала, у нее не хватит денег даже на стакан воды. Отец выгнал без единого медяка, выставил, как собачонку. Была дочь и нет. Ноэми не жалела. Лучше одной на дороге, чем замужем за графом.

Девушка с кривой улыбкой вспоминала разразившийся во время обручения скандал, когда Ноэми во всеуслышание заявила: она потеряла девственность. Правда, уже через пять минут девушка пожалела о выдумке. Озверевший лорд Сулин дал звонкую пощечину, затем и вовсе толкнул на пол. Падая, Ноэми задела вазу с цветами, и вода испортила прическу.

– Что ты сказала, дрянь?! – Отец рванул дочь за рукав белого платья. – Опозорила род Вардов, сучка!

Легкая ткань затрещала, часть помолвочного наряда Ноэми осталась в руках лорда Сулина.

Мать отвернулась, пряча слезы.

Жених, знатный, но далеко не юный, брезгливо кривился. При первой же возможности он откланялся. За виновником торжества потянулись гости. Они шептались и косо посматривали на лорда Сулина.

Ноэми полагала, кошмар закончился, но он только начался. Лорд Сулин наносил удар за ударом. Белое платье с голубым лифом и цветами по подолу превратилось в лохмотья, на теле расцвели синяки.

Ноэми не плакала. Она понимала, отца не разжалобить. Стиснув зубы, девушка уворачивалась от ударов, а потом исхитрилась вскочить на ноги.

– Ты мне больше не дочь! – понеслось вслед. – Проклинаю, лишаю имени и наследства!

И вот теперь Ноэми стояла перед дверью трактира захудалого провинциального городка. От запаха жареной курицы текли слюнки. Вот бы кто разжалобился и покормил! Сама Ноэми просить не собиралась, от древнего заработка тоже отказалась, хотя в одном местечке предлагали. Ничего, она найдет работу, умные образованные девушки везде нужны.

Ноэми усмехнулась. Наверняка сестрица постаралась выжить из дома. Бьянка спала и видела, как стать наследницей. Всегда мила, послушна, покорна – идеальная дочь. Только Ноэми знала, все шаги сестры просчитаны, а душа чернее ночи. Но отца не интересовало нутро, ему важнее оболочка, поэтому он любил Бьянку, а Ноэми… Для лорда Сулина старшей дочери отныне не существовало.

Девушка вспомнила, что часто заставала сестру у дверей отцовского кабинета. Кто знает, не наушничала ли она? Бьянка всегда выступала на стороне отца в семейных спорах, стремилась услужить и с тоской повторяла: «Ах, почему я не родилась первой?»

Всплыло в памяти лицо сестры в вечер обручения. Она довольно улыбалась, когда жених откланялся.

Ноэми застонала. Ну конечно, Бьянка! Отлучение – слишком суровая мера, ее редко применяли. В тот вечер отец кричал, будто Ноэми переспала со всей дворней. Тогда она списала слова на гнев, но теперь задумалась. Откуда лорд Сулин взял, будто Ноэми «забыла честь в штанах старшего конюха»? Почему не соседа – девушка не сказала с кем и когда. Значит, кто-то оболгал.

На душе стало горько. Предательство разъедает душу солью.

Никто ее не ждет. Ни матери, которая слова поперек мужу не молвит, ни сестры, ни отца.

Девушка хлюпнула носом и толкнула дверь трактира. Если где и можно узнать нечто стоящее, так здесь. Сплетни – лучший источник сведений.

Внутри оказалось накурено и очень шумно. С непривычки Ноэми чуть не оглохла. Закашлявшись, она обвела взглядом посетителей, выискивая представителей второго сословия. Выбор пал на представительного мужчину у стойки, обсуждавшего что-то с хозяином. Ноэми направилась прямиком к нему, хотела заговорить, но вместо этого жадно уставилась на местный выпуск королевской газеты. Он лежал на стойке, раскрытый на последней странице, где печатались объявления. Внимание Ноэми привлекло одно из них: «Требуются девушки приятной наружности с хорошими манерами, в возрасте до двадцати лет для работы в замке. По всем вопросам обращаться к управляющему его светлости герцога Дамиана де Вена по средам и четвергам». Сегодня как раз среда.

– Простите, – обратилась Ноэми к владельцу трактира, – не подскажете, как добраться до замка де Венов?

– Вверх по дороге, увидишь, – отмахнулся хозяин и вернулся к прерванному разговору.

Прежде девушка возмутилась бы неучтивости, но теперь она больше не леди Вард, а безвестная бродяжка. Не стоит ждать уважения и книксенов.

Ноэми с тоской проводила взглядом служанку с подносом. Желудок заурчал, напоминая о естественных потребностях, но еда стоила денег, пришлось уйти.

Девушка надеялась получить место в замке, и уже вечером погреться у очага и вдоволь наесться. Указания, данные хозяином трактира, были расплывчатыми, но Ноэми таки выбралась на нужную дорогу и зашагала вверх по холму. Чтобы легче идти, считала, воображая себя солдатом. Ать-два. Левой-правой.

Вскоре показался замок, походивший на многобашенный город. Его возвели в живописном месте в излучине реки. Замок окружали плодовые сады. Сколько же яблок и вишен здесь собирали! А еще виноград – насколько хватало глаз, простирались виноградники. Они покрывали склоны холмов и заняли большую часть долины. Ноэми залюбовалась, остановилась на обочине и по привычке высчитывала бутылки вина и сидра, которые получились бы из богатого урожая.

Свист бича заставил обернуться. По дороге катила телега, груженная бочками. Поскрипывали колеса, насвистывал народную песенку возница.

Ноэми попросила подвести ее и вскоре подпрыгивала на ухабах вместе с бочками. Ноги гудели: девушка не привыкла к длительным пешим прогулкам, натерла мозоли.

– Вы из замка? – Ноэми попыталась завести разговор с мужчиной, которого мысленно причислила к низшей челяди.

Возница не ответил. Неразговорчивый попался.

Ноэми предприняла вторую попытку:

– Не знаете, кого в замке в услужение ищут? Слышала, управляющий объявление дал.

– Много кого ищут, – буркнул мужчина и больше не проронил ни слова.

Пришлось любоваться природой.

Замок оказался старым. Ноэми поняла это по потемневшим стенам: известняк чернеет со временем. Сразу бросались в глаза подновления и недавние постройки – они сияли бледно-золотистым цветом.

У ворот пришлось слезть. Телега покатила дальше, Ноэми же предстояло объясняться со стражей.

Девушку выставили из дома в праздничном платье. Лорд Сулин, конечно, постарался, оторвал рукав и попортил подол, но ткань богатая, шитье тоже, даже простолюдины поймут. Странствуя по дорогам, Ноэми старалась не снимать плаща, прятала кольца с сережками, пришло время их показать.

Придав лицу надменное выражение, девушка смело направилась к стражникам и потребовала отвести к управляющему.

– По какому делу? – хмуро осведомился солдат, на всякий случай выставив вперед алебарду.

Вместо ответа Ноэми развязала тесемки плаща и потянула за шнурок. Из выреза платья показались нанизанные на суровую нитку кольцо и серьги.

– Как видите, я дама, – с легким нетерпением в голосе заметила девушка. – Полагаю, этого достаточно. Мои дела вас не касаются.

Стражник переглянулся с товарищем и решил-таки пропустить незнакомку.

Ноэми прежде не доводилось бывать в замках, и она смотрела во все глаза. Город, настоящий город! Дома и домики, мощные стены, садик за каменной оградкой. Голубятня и башня без окон – очевидно, тюрьма. Зелено – Ноэми не ожидала обнаружить в замке столько деревьев.

Окна оказались не узкими бойницами, а высокими, с частым переплетом и даже витражами. Один такой искрился в отдалении. Судя по всему, в том крыле находилась библиотека: на витраже изобразили книги.

– Что-то потеряли?

Девушка вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял мужчина в зеленой куртке. Судя по прищуренному взгляду и руке, лежащей на эфесе короткого меча, он не доверял девушке. Принял за шпионку? Возможно – поведение Ноэми подозрительно.

– Да, управляющего. Проводите к нему?

Мужчина задумался, смерил Ноэми оценивающим взглядом и кивнул.

– Следуйте за мной.

Он быстро зашагал к калитке в стене, за которой начиналась мощеная битым кирпичом дорожка. Она вилась сбоку от розария и вела к отдельно стоящему домику.

– Ждите здесь, – велел мужчина и скрылся за дверью.

Стоять пришлось недолго, через пару минут провожатый вернулся и разрешил войти.

– Из прихожей налево.

И ушел, предоставив девушку своей судьбе.

Ноэми нервничала. Мельком глянула в зеркало в дубовой оправе – не красавица! Раз так, придется брать умом. Оставалось надеяться, он у нее есть.

Налево, значит.

Девушка толкнула дверь и очутилась в проходной комнате с двумя дверьми. Одна заперта, вторая приоткрыта. Ноэми постучала по притолоке и услышала раздраженное: «Минутку!» из-за запертой двери. Выждав положенный срок, девушка вошла и очутилась в заваленном бумагами и коробками кабинете. В дальнем углу, погрязнув в гроссбухе, за столом восседал управляющий. Он оказался плешивым и невероятно худым, как жердь.

– Что надобно? – невежливо осведомился хозяин кабинета.

– Надобно вам, – поправила Ноэми и без предложения села на стул поверх подшивки старых газет. – Вы же давали объявление о найме девушек.

Управляющий нахмурился и осмотрел посетительницу из-под очков в роговой оправе. Потом снял их и проделал то же самое, подслеповато щурясь.

– Хотите в горничные? – в голосе сквозило удивление.

Ноэми промолчала. На лице промелькнула досада. Могла бы сама догадаться! Кого еще могут набирать через газету? С другой стороны, отказываться не стоит. Такая работа лучше, чем никакой. Но, с третьей, Ноэми леди, пусть и бывшая, не пристало ей ползать с тряпкой.

– И что вы умеете, милочка? – иронично поинтересовался управляющий, не сомневаясь, такая родилась криворукой.

Ноэми тоже не верила, что подойдет, однако не подавала виду.

Управляющий захлопнул гроссбух и встал. Ноэми не пошевелилась. Она восседала на газетах, как королева, и смотрела на собеседника с легким высокомерием.

– Что я умею? – задумчиво повторила девушка, потянула за шнурок с драгоценностями и перешла на навсейский – язык соседнего королевства, Веоса: – Полагаю, вещи расскажут больше слов.

Лиргия не поддерживала связей с соседями, более того, находилось с ними в состоянии необъявленной войны. Навсеи – веоская элита – недолюбливали лиргийцев за «грязь крови», то есть браки магов с девушками без дара. В результате целые семьи, те же Варды, лишались способностей. Лиргийцы, в свою очередь, упрекали соседей в излишней жестокости и непомерных амбициях. Ни для кого не секрет, Веос давно посматривал на Лиргию и, может, попытался бы завоевать ее, если б не война в Мире воды.

Ноэми сама не знала, зачем в свое время выучила язык соседей. С другой стороны, сейчас он помог, произвел впечатление на управляющего, считавшего гостью оборванкой. Он впервые обратил внимание на ладони девушки: ухоженные, мягкие, с остатками былого маникюра. Такой простолюдинкам не по карману.

– Ваше имя! – Управляющий не спрашивал, а требовал.

Ноэми горько рассмеялась.

– У меня больше нет имени. Прошлое выгравировано на кольце.

Управляющий глянул через лупу на внутреннюю сторону украшения и рассыпался в извинениях. Он не предполагал, что к нему пожаловала леди.

– Я не сержусь, – мягко улыбнулась Ноэми. – В новых обстоятельствах…

– Помню, до нас дошли слухи, – оборвал управляющий и крикнул, чтобы принесли чаю. – Страшная история! – посочувствовал он. – Вы могли бы пожаловаться королю.

– Толку-то? – пожала плечами девушка.

Если отец что-то решил, ничего не изменить. Да и не вернется она в родительский дом, никогда не забудется тот вечер.

– Значит, вам нужна работа… – Управляющий хлопотал вокруг Ноэми, из чего она сделала вывод, сам он из низов, раз печется о безродной ныне девице. – Полагаю, найдется. Его светлость как раз распорядился найти подходящую девушку: мещанку или худородную дворянку, свободную от обязательств, но умную и хорошо воспитанную. Подробностей, увы, не знаю, но, полагаю, вам понравится.

Ноэми подумала, что сейчас ей подойдет любой вариант.

– И кто же требуется его светлости, хоть в это вас посвятили?

Управляющий энергично закивал.

– Секретарь для него и его сына, маркиза де Вена, лорда Банши. Нужны две девушки.

– Хорошо, я бы попробовала, – согласилась Ноэми.

Она не предполагала, что судьба окажется столь щедра. Секретарь – должность почетная, такое место непросто получить.

Постучавшись, вошла служанка с подносом. Неведомым образом она отыскала свободное место на столе, расставила посуду и удалилась. Из коридора донеслось хихиканье. Ноэми надеялась, причина смеха не ее внешний вид.

– В таком случае нужно переодеться, госпожа, – обращение резануло. Ноэми привыкла к «миледи». – В таком отрепье, – управляющий указал на платье, – к его светлости нельзя.

– Но где мне найти другую одежду? – в отчаянье спросила Ноэми и на правах единственной дамы разлила чай.

– Продайте сережки, – и глазом не моргнул управляющий.

Он не собирался заниматься благотворительностью. Если перед ним действительно бывшая леди Вард, работа ей подойдет. Управляющий намерено умолчал об одной детали, но справедливо полагал, уж она-то препятствием не станет. Наоборот, все знакомо.

Ноэми закусила губу, задумавшись.

Желудок вновь заурчал, предвкушая чай – хоть какую-то еду. Девушка покраснела и бросила быстрый взгляд на управляющего: не услышал ли? Если и так, притворился глухим.

Девушка жалела, что к чаю не подали булочек или бисквитов. Герцог не потерпит особу с урчащим животом. Значит, нужно выпить больше чаю: жидкость на время заменит еду.

Управляющий незаметно изучал гостью. Красивая. Пухлые карминовые губы манили к поцелуям, испачканное платье тесно облегало фигуру. Управляющий попытался представить, какова девушка без одежды. Перед мысленным взором возникли соблазнительные округлости, которые столь приятно трогать и пользовать в свое удовольствие. В итоге пришлось глотнуть чаю: слишком реалистичной вышла картинка. Девушка, несомненно, прекрасна, но не достанется мещанину, такая создана для аристократов. Ручки нежные, как атлас, не для его грубых пальцев.

Ноэми перехватила помутневший взгляд управляющего и забеспокоилась. Мельком оглядела лиф платья и поспешила прикрыть декольте плащом.

– Вы проводите меня к его светлости?

Лучше скорее уйти. Пусть Ноэми близко не знакома с мужчинами, но знала, что означал такой взгляд. Не один человек смотрел на нее с вожделением, а потом предлагал прогуляться до постоялого двора, а то и до сарая. Пока Вседержители миловали, Ноэми удавалось сбежать.

Очнувшись от наваждения, управляющий кивнул. Ему стало стыдно за собственные мысли. Пусть перед ним бывшая дворянка, она все равно не девка.

Ноэми вздохнула с облегчением, когда они вышли на улицу и зашагали к господскому дому – хитросплетению флигелей, башен и корпусов разной величины. Новые пристройки светлели на фоне темно-серой сердцевины.

Вход сделали на втором этаже. К крыльцу вела массивная каменная лестница с перилами, надежными, как Вседержители. Этажи в замке высокие, придется подняться не меньше, чем на пятнадцать ступенек.

У лестницы дежурил солдат. Усевшись на бочку, он закусывал бутербродом с рыбой. Завидев управляющего, служивый подобрался, спрятал еду за пазуху и поспешно вернулся на свой пост.

За дверью в полтора человеческих роста оказался не менее впечатляющий холл. Казалось, крикнешь, и звук затеряется в пространстве, не достигнув потолка. Холл освещали узкие витражные стрельчатые окна. Они делали лицо Ноэми красным, а платье – голубым. Управляющего и вовсе окрасили в зеленый цвет. На стенах висели портреты в полный рост – дамы и кавалеры, все из рода де Вен. Кое-кого Ноэми знала: представители герцогского рода всегда занимали высокие посты. С его светлостью девушка не встречалась, хотя изредка выезжала в свет. Но кто Варды, а кто де Вены? Между ними пропасть, хотя оба рода принадлежали к первому сословию.

Слуга забрал у Ноэми плащ. Глянул на потрепанный наряд, но не сказал ни слова – слишком хорошо вышколен.

– Его светлость?.. – обратился к слуге управляющий.

Он избегал смотреть на Ноэми, ощущая неловкость за недавние непристойные желания. Несомненно, девушка все поняла. Как дурно!

– Изволят работать в кабинете.

Ноэми поправила прическу перед зеркалом и оборвала нитки, чтобы придать одежде пристойный вид. Увы, не помогло. Встречают по одежке, герцог может сразу выставить за дверь.

– Могу я хотя бы умыться с дороги?

Не откажут же ей в тазике воды и куске душистого мыла!

Управляющий опешил от необычной просьбы, вытаращился, как рыба. Потом активно закивал и позвал горничную. Та явилась буквально через минуту с фальшивым приветливым выражением на лице, словно носила маску. Присела, приветствуя управляющего, и, не выказав удивления, выполнила указания, даже зашила платье.

К герцогу Ноэми поднималась в полном одиночестве. Ей дали указания, как найти кабинет, что сказать, и только. Ноги дрожали, ладони предательски вспотели, но Ноэми привыкла контролировать эмоции. Одна из обязанностей леди – умение держаться в любой ситуации. Даже плакать в обществе нужно красиво.

Парадная лестница казалась бесконечной. Пальцы Ноэми скользили по ореховым перилам, ноги утопали в ковровой дорожке. Будто во дворце! Навстречу попались щебечущие горничные со щетками. Обе при виде Ноэми опасливо замолкли, сделали книксен и поспешили испариться. Видимо, испугались наказания: слугам полагалось пользоваться черной лестницей.

Но вот, наконец, нужный этаж.

Ноэми глубоко вздохнула и свернула в коридор. Преодолев волнение, она нацепила на лицо улыбку и постучалась в дверь кабинета.

– Кто там? – недовольно отозвался герцог. – Я занят!

Однако девушка рискнула. Она не желала уходить, не попытав счастья, другого шанса не представится. Ноэми приоткрыла дверь и заглянула в кабинет. Взгляд уперся в камин с малахитовыми вставками. Девушка оценила расписной экран – она сама мечтала о таком, но не позволяли средства.

– Добрый день, ваша светлость. – Ноэми сделала шаг и присела в реверансе, неглубоком, призванным подчеркнуть принадлежность к одному сословию. – Простите, что отрываю от дел, но управляющий сказал, вы уделите мне минутку.

Герцог де Вен устроился за столом в кресле с львиными лапами под собственным поясным портретом и просматривал бумаги. Художник изобразил Дамиана де Вена на фоне обширных владений. Он царственным жестом указывал на собственный замок на горизонте. Чуть в стороне от счетов, придавленные пресс-папье, лежали письма. Золоченый письменный прибор сразу давал понять, что имеешь дело с представителем высшей аристократии.

Де Вен-старший оказался жгучим голубоглазым брюнетом. Волосы гладко зачесаны за уши и пострижены «лесенкой». Рубашка с накрахмаленным кружевным воротником поражала белизной, контрастируя с оливковым отливом кожи. Жилет украшала серебряная вышивка. На пальцах – массивные перстни, каждый стоил целое состояние.

Несмотря на возраст, герцог оставался представительным мужчиной. Сразу видно, в нем жила сила, а женщины до сих пор оборачивались вслед. Такого легко представить на коне впереди армии или с магическим жезлом в руках. Ноэми отчего-то казалось, герцог – волшебник. Вряд ли представители столь славного и уважаемого рода обычные люди. Варды воюют мечами – для де Венов только магия.

Герцог скривил губы в снисходительной усмешке, перехватив изучающий взгляд Ноэми. Та мигом смутилась и заинтересовалась портретом за спиной владельца замка.

– Итак, юная леди, чем обязан?

Он назвал ее «леди» только из вежливости, Ноэми чувствовала по мимике и взгляду. Замарашка, бродяжка – вот кто для него гостья, однако всопитание де Вена-старшего мешало сказать подобное сразу. Через пару минут – другое дело, но пока ей давали шанс.

– Вы ищете секретаря, – Ноэми вновь смотрела ему в глаза – смело, прямо, как и положено дворянке. – Я полностью соответствую требованиям.

– Надо же! – поднял брови де Вен.

Он встал и вплотную подошел к Ноэми. Пальцы хотели коснуться подбородка, но девушка отвела их. Глаза Ноэми сверкнули.

– Я леди, милорд, – напомнила она.

– Вот как? – усомнился герцог. – Занятно! И как зовут юную леди, столь дерзко ворвавшуюся в мой кабинет.

– Ноэми Вард, – девушка вновь присела в реверансе.

– Вы, наверное, хотели сказать: леди Ноэми Вард, – поправил де Вен.

Раздражение на его лице сменилось заинтересованностью.

– Увы, милорд, – вздохнула Ноэми, – я сказала то, что сказала. Отец лишил меня титула и фамилии, но, – плечи ее распрямились, – от этого я не перестала быть леди.

– И что же вы совершили, раз заслужили столь жестокое наказание?

Чем дальше герцог беседовал с девушкой, тем больше очаровывался. Гордость и мягкость, красота и ум – пожалуй, она бы подошла. Осталась сущая безделица – контракт и проверка.

История Ноэми Вард прошла мимо герцога. В то время он отбыл по делам в столицу, а, вернувшись, пропустил сплетни мимо ушей. Варды – слишком мелкие пташки.

Ноэми молчала, покусывая губы. Сказать – опозориться, не сказать – ложь все равно всплывет.

– Полагаю, случившееся не имеет отношения к делу, – в итоге Ноэми решила промолчать. – Я получила достойное воспитание и хорошее образование, можете проверить. И не совершала никаких преступлений.

– Однако вас лишили фамилии, – напомнил герцог. – Сами понимаете, я не могу нанести урон репутации.

– Понимаю, – кивнула девушка и, преодолев стеснение, призналась: – Отец счел меня порченой невестой.

Ноэми ожидала чего угодно, только не довольной улыбки де Вена. Он подошел к двери и запер ее одним касанием. Затем вернулся к девушке и попросил выйти на середину комнаты.

– У меня есть определенные требования к секретарю. Если вы им соответствуете, поступите под мое начало. Или вас интересовала кандидатура маркиза?

– Меня интересует место, ваша светлость, я уживусь с любым работодателем.

Ноэми никогда не видела маркиза Йонаса де Вена, лорда Банши, и не желала рисковать. Герцог показался серьезным человеком, сын же мог оказаться ветреным повесой.

– Прекрасно! – хлопнул в ладоши де Вен и вернулся к девушке. – Тогда проверим ваши способности. На столе бумаги. Даю пять минут, чтобы определить, какие из них важные, а какие второстепенные, и сделать краткий доклад.

Ноэми кивнула и, обойдя герцога, подошла к столу. Сесть на место хозяина не решилась и под пристальным взглядом де Вена склонилась над кипой бумаг. Перво-наперво Ноэми отложила в сторону личную корреспонденцию, запомнив имена отправителей. Сделать это оказалось несложно: друзья и родственники не обращались к герцогу по титулу. Затем девушка отыскала хозяйственные бумаги и, не вникая, пробежала глазами. Выплаты и доходы посчитала достойными внимания в первую очередь.

– Время! – хлопнул в ладоши де Вен.

Пока Ноэми стояла, склонившись над столом, герцог внимательно изучал ее. Не действия – фигуру. Особенно де Вена волновали изгибы бедер и заключенные между ними округлости.

Ноэми сбивчиво – сказывалось волнение – поведала результаты и заслужила похвалу герцога.

– Вижу, вы смышлены, – довольно улыбнулся он. – Теперь проверим, умны ли. Решите арифметическую задачку.

Ноэми улыбнулась. Учителя вдоволь помучили ее яблоками, посчитать их в уме не составило труда, как и распределить вырученные за урожай деньги.

– Не солгали! – похоже, ученость девушки удивила герцога. – Если вы столь же начитаны и способны поддержать светскую беседу, место ваше. Представьте, что я королева, и попытайтесь развлечь.

Ноэми задумалась, чуть поморщив носик. Что же могла любить ее величество? В голову пришел последний модный роман, и девушка заговорила о нем.

Герцог кивнул, оборвав рассказ, и вынул из стола прошитые листы бумаги, скрепленные печатью де Венов.

– Отлично, Ноэми, вы обладаете всеми необходимыми качествами. Полагаю, последним тоже. Насколько я вижу, природа не обделила вас, покажитесь.

– Что?! – от возмущения девушка на миг потеряла дар речи.

– Вы должны раздеться, – терпеливо повторил де Вен. – Я должен убедиться, что совместные ночи доставят удовольствие. Сначала посмотрю сам, потом вас проверит врач. Хотя в вашем случае я предпочел бы сразу попробовать. Не переживайте, – заметив ее испуг, успокоил герцог, – я уважаю право женщины на наслаждение.

Ноэми стояла ни жива, ни мертва. Она не ослышалась, он действительно собрался ее изнасиловать? Герцог де Вен!

– Милорд, я не шлюха!

Ноэми хотела гордо удалиться, но, вспомнила о двери.

– Выпустите, ваша светлость! – потребовала она.

Де Вен вздохнул, подошел и поцеловал дрожащую от возмущения девичью руку.

– Я озвучил условие контракта. Почитайте, – герцог протянул едва сдерживавшей гнев Ноэми бумаги. – Восьмой пункт. Вы обязаны заботиться о здоровье моей плоти, то есть в любое время дня и ночи делать все для моего удовольствия. Только моего, – строго подчеркнул де Вен. – Близость с любым другим мужчиной строго запрещена. Однако вряд ли этот пункт причинит вам неудобства, – улыбнулся потенциальный работодатель. – Я хороший любовник. Единственное, что вам грозит, – новый опыт, но вы быстро привыкнете. Я достойно плачу, гораздо больше, чем обычному секретарю.

Ноэми жадно пробежала глазами строки. Пальцы смяли листы, лицо пылало от возмущения. Де Вен не лгал, ей действительно предстояло исполнять его желания, но вместе с тем служить именно секретарем, а не любовницей, то есть содержать в порядке корреспонденцию, составлять распорядок дня и прочее.

Контракт заключался сроком на один год с дальнейшим продлением по соглашению сторон. Место для подписей, печать – все на месте. И жалование такое, что отец бы позавидовал.

Герцог вновь скользнул алчущим взглядом по фигурке Ноэми и задернул тяжелые портьеры. Ему не терпелось начать. Девушка порядочная, не заразит дурной болезнью, зато тело точно ответит на вопрос, сработаются ли они.

– Раздевайтесь же! – поторопил де Вен. – Вам нечего стесняться, тело, несомненно, прекрасно. Я погляжу, и мы подпишем бумаги. Сами понимаете, при той близости, которую предполагает контракт, женщина должна мне нравиться.

Рука Ноэми робко потянулась к пуговицам платья, а потом решительно вернулась на место.

– Хорошо, – вздохнул герцог, – я сам раздену.

Он сделал шаг к ней, Ноэми от него. Сердце девушки билось часто-часто, взгляд метался в поисках спасения.

– Я закричу! – предупредила Ноэми, когда де Вен, ловко обхватив за талию, быстро прошелся пальцами по пуговицам.

Платье соскользнуло, обнажив несвежую нижнюю рубашку. Де Вен разглядел очертания упругой груди, соблазнительно вздымавшую ткань, и ощутил прилив желания. Можно бы и закончить проверку, но герцог решил воспользоваться положением.

Пожалуй, он возьмет ее в кресле, закинет ноги себе на плечи и осторожно войдет. Поза удобная, подарит усладу телу и взгляду. Если во время близости ничего не случится, подпишут контракт, и герцог поручит нового секретаря заботам экономки.

Ноэми дрожала. Что она может против сильного мужчины?

– Пожалуйста, ваша светлость! – взмолилась девушка, прикрывая грудь.

– Я только посмотрю, миледи, – солгал де Вен.

– Я отказываюсь, ваша светлость, мне не нужна должность!

Герцог шумно выпустил воздух через ноздри и пару раз глубоко вздохнул. Девушка порядочная – еще один плюс. Пожалуй, она права, не стоит заваливать ее, как телушку.

Однако какое сильное желание пробудила Ноэми Вард! Герцог не подпустит к ней сына, во всяком случае, пока сам не удовлетворится.

– Леди Вард, – де Вен нарочито назвал ее прошлым титулом, – вам некуда идти. Вы лишились жениха из-за потери невинности…

– Я девственница! – покраснев, как рак, выпалила Ноэми и, не выдержав унижения, разрыдалась.

Герцог замер каменным истуканом. Затем помрачнел и убрал контракт в стол.

– В таком случае, не смею задерживать. Девственницы нам не нужны, – де Вен злился на девушку за сокрытие столь важного факта. – Всего хорошего!

Ноэми перестала рыдать. Она не верила своим ушам. Де Вен назвал недостатком главное девичье достоинство! Герцога не интересовали ни ум, ни сообразительность, ни начитанность, только тело. Из-за того, что оно не способно доставлять удовольствие, де Вен вышвырнул Ноэми вон.

– Ваша светлость… – дрожащими руками девушка боролась с пуговицами.

– Вон! – повысил голос герцог. – Эта работа не для девственницы. Либо извольте лишиться невинности до вечера.

Ноэми до крови закусила губу.

Какое унижение, какой стыд!

Нет, она не уйдет из замка без работы! За воротами только бродяжничество и бордель, лучше содержанкой к герцогу. Но неужели ему важна только возня в спальне?

– Ваша светлость, – как была, полуобнаженная, заставив де Вена вновь дышать чаще, Ноэми шагнула к столу, – неужели у вас не найдется другой работы? Хотите, найду вам девушку для совместных ночей?

До чего же настырна!

Герцог потянулся к колокольчику для вызова слуг, но в последний момент передумал.

– Ступайте в библиотеку, – не глядя на просительницу, велел де Вен. – Найдите архивариуса, скажите, я прислал помощницу. Жалование смешное, но за обман и этого довольно.

Обман?

Глаза Ноэми сверкнули.

– Вы отвратительны в своей похоти, ваша светлость! Ни одна приличная девушка не согласится стать шлюхой, пусть даже за большие деньги.

– С глаз моих! – не выдержав, рявкнул де Вен.

Дверь распахнулась, и Ноэми буквально выдуло вон.

## Глава 2

Ноэми чихнула и с тревогой покосилась на стеллажи. Если архивариус услышит, опять сделает выговор. На редкость мерзкий старикашка, для него книги важнее людей.

Работать приходилось в перчатках и в косынке, чтобы, упаси Вседержители, не причинить вреда фолиантам. Трудиться с утра до ночи, пока не разболится голова от чтения и пыли, или не онемеют пальцы от бесконечных каталогов.

Неблагодарно дело помощника архивариуса! Платят мало, не уважают и шпыняют все, кому не лень. Даже прачки, и те не стесняются стирать нижнее белье при Ноэми.

Есть приходилось за одним столом со слугами. Из деревянных тарелок, оловянными ложками и вилками, под смешки лакеев и шепоток горничных.

Порой, когда день выдавался особенно трудным, Ноэми жалела о принятом в кабинете герцога решении. В те горькие минуты, уткнувшись в жесткую подушку в комнатушке, куда с трудом влезали кровать и сундук, девушка согласилась бы отдаться де Вену. Вдруг все произошло бы без боли, раз герцог обещал действовать осторожно, тогда Ноэми сидела бы за столом с господами, имела собственных слуг, а не дышала пылью в самых дальних уголках библиотеки. Однако минуты отчаянья проходили, девушка вспоминала о гордости и не думала о де Вене. Тот тоже, казалось, забыл о ней. Пару раз заходил в библиотеку, требовал книгу и уходил. Приносила искомое не Ноэми, а архивариус, девушка только искала.

Ноэми чихнула снова и с тоской покосилась на партию пожелтевших листов, которые предстояло описать и подшить. Спину ломило от долго сидения в одном положении, и девушка решила немного размяться. Архивариус, судя по всему, уже ушел, он редко засиживался затемно, и Ноэми с чистой совестью прогулялась до окна. Облокотившись о широкий подоконник, девушка полюбовалась бликами света в витражах и немного поиграла в простенькую игру: вынимала книги, на которые падали солнечные лучи. Других развлечений у помощника архивариуса нет. Родилась бы Ноэми юношей, пила бы на кухне эль, а так приходилось вести затворнический образ жизни. Оставаться вечерами наедине со слугами девушка боялась, хватало пары щипков в коридоре и недвусмысленных предложений погулять вечерком. Зато одевали и кормили за счет герцога.

Родные о Ноэми не вспоминали, будто она умерла. Их черствость тоже причиняла страдания. Пусть девушка смирилась с потерей семьи, тоска по ней никуда не делась. Ноэми знала, мать любит ее, но боится мужа. Девушка не винила ее. Леди Вард слаба здоровьем, не стоит подтачивать его еще больше, заставив вступить в схватку с лордом Сулином.

Отразившись от красной полосы витражного книжного корешка, луч упал на один из простенков. Ноэми, позабыв об усталости, вприпрыжку побежала туда, стремясь успеть до того, как солнце переместится на другую книгу. Несмотря на желание казаться взрослой, девушка во многом оставалась ребенком. Немудрено в ее-то восемнадцать лет!

Чтобы добраться до алой точки, пришлось принести стремянку.

– Ах ты, проказник! – Ноэми шутливо погрозила лучу кулачком.

Потянувшись к «солнечному зайчику», девушка нечаянно задела одну из книг. Она с грохотом упала. Ноэми хотела поднять, но взгляд выцепил в открывшемся пустом пространстве тетрадку в матерчатом переплете. Девушка вытащила ее и сдула пыль. Тетрадка оказалась старой: бумага успела истончиться. На первой странице значились инициалы «Ж. В.» Заинтересовавшись, Ноэми пролистнула тетрадь, но ничего не поняла. Вроде есть буквы, а, вроде, и нет. Разгадку тайны подсказало солнце. Оно скользнуло по странице, и слова полыхнули, резанув глаза.

– Да это чьи-то записки! – ахнула Ноэми и, быстро спустившись, метнулась к витражам.

Там светлее, девушка сможет дольше наслаждаться чтением.

Пристроившись на подоконнике, Ноэми подставила тетрадь солнечным лучам и углубилась в подробности чужой жизни.

Записи начинались не сначала, часть листов оказалась вырвана. Первым предложением значилось: «…брат никогда не узнает».

– Нашла его?

Ноэми вздрогнула и выронила тетрадь. Огляделась, ища того, кто застукал ее, отлынивающую от работы, но никого не увидела.

– Справа, – подсказал голос и попросил: – Только не пугайся.

Ох, напрасно! Последняя фраза заставила сердце Ноэми забиться сильнее.

Медленно, очень медленно девушка обернулась в указанном направлении, ожидая увидеть маркиза де Вена – фигуру загадочную, до сих пор не попадавшую в поле ее зрения. Кому еще мог принадлежать незнакомый властный голос? Слуги так не говорят. Маркиза не оказалось, глаза различили лишь легкое уплотнение воздуха. Ноэми заморгала, и из ниоткуда начали проступать очертания мужской фигуры: сначала ноги, туловище, руки и, наконец, голова. Полупрозрачный незнакомец провел пальцами по волосам, и рука прошла через голову. Ноэми испуганно пискнула и заметалась по библиотеке в поисках укрытия.

Призрак! Он заберет ее душу, утащит в Сумеречный мир!

– Не бойся, я не причиню тебе вреда.

С горьким смешком призрак добавил:

– Увы, отныне я даже помочь не могу.

Ноэми осторожно выглянула из-за стойки с картой королевства. Дух парил неподалеку и пристально изучал ее. Он выглядел смирным, и Ноэми решилась выйти.

Призрак разительно походил на герцога де Вена, только моложе. Кто же он? Вряд ли обычное привидение.

Губы призрака тронула улыбка.

– Я тебя не знаю. Юное незнакомое личико. Ты жена Йонаса?

– Кого? – недоуменно переспросила Ноэми.

– Моего племянника, – терпеливо пояснил дух.

Улыбка погасла. Призрак прислушался и беспокойно огляделся по сторонам.

– Убери блокнот и никому не показывай! – Он ткнул в тетрадь в руках девушки. – А лучше перепрячь, иначе можешь погибнуть. Но если решишься прочитать, расшифруешь подсказки, найдешь мой дневник. За него могут убить полкоролевства.

Не прощаясь, дух исчез вместе с закатными лучами, переместившимися в другую часть библиотеки. Только легкая дымка напоминала, это не галлюцинация.

Ноэми постояла немного и вернулась к окну. Несмотря на предупреждение, она собиралась отыскать дневник. Хоть какое-то развлечение! Дрожащими руками девушка переворчивала страницу за страницей, старалась запомнить столбики чисел, вспыхивавших на бумаге вместе с солнечными лучами. Для верности она записала их на обрывке бумаги. В конце, на самой последней странице, значилось: «Там, где в моей обители встречают рассвет, увидишь себя и разгадаешь загадку».

Ноэми озабоченно потерла переносицу.

Шифровка.

Ну да, на месте брата герцога, а он именно брат, раз Йонас де Вен для него племянник, девушка тоже не стала бы прятать секреты на видном месте. Но она найдет – скелеты в шкафу иногда нужно проветривать.

Позабыв об усталости, Ноэми быстро доделала работу. Тетрадь прихватила с собой и спрятала в самом надежном месте – у сердца.

«Там, где в моей обители…»

Комната? Возможно. Это самое простое решение, покойный мог говорить совсем о другом: любимой беседке, пещере или и вовсе пивоварне, где любил проводить время, но проверить нужно все.

Ноэми знала, где покои хозяев: в восточном крыле, на пролет ниже. Девушка бывала там однажды, когда нанималась к де Вену, после ее туда не приглашали.

Пробираясь в восточное крыло, страшась наткнуться на герцога, Ноэми не переставала думать о шифровке, но только больше запуталась. Обителью мог легко оказаться и весь замок, любимым солнцем местом – господский этаж, только что означает «увидеть себя»? Ноэми решила, поймет, если встретит.

Девушка торопливо спустилась на один пролет и замерла, прислушиваясь. Никого. Значит, можно оглядеться и попытаться «увидеть себя».

Зеркало!

Нужно выяснить, где любил проводить время покойный, и осмотреть комнату. Отыскать зеркало и понять, зачем цифры. Ноэми полагала, это шифр. Значит, в комнате сейф или тайник.

Сложная задача! Не простукивать же все стены в замке! Не лучше ли осторожно расспросить слуг и сузить круг поисков?

Ноэми припомнила, где кабинет герцога, и направилась в противоположную сторону. Меньше всего на свете она хотела повстречать де Вена. Девушка скользила пальцами по стене, дергала за дверные ручки. Одна из них поддалась, и Ноэми с трепетом переступила порог комнаты. От сердца отлегло: не спальня, гостиная. На столе – початая бутылка. Плохо – владелец скоро вернется допить свое красное.

Хоть бы в комнате не оказалось зеркала, тогда бы девушка быстро ушла. Увы, оно обнаружилось над камином, пришлось проверить. Тонкие пальцы пробежались по раме и осторожно отодвинули ее. Как всякая аристократка, Ноэми знала, тайники прятали именно за зеркалами и картинами. Хозяева замка не отошли от традиций: одна из панелей неплотно прилегала к стене.

Цепенея от ужаса, представляя, что сотворит с ней герцог, если застанет за недостойным занятием, Ноэми надавила на дерево. Панель отошла, открыв взору металлическую пластину. По ней гуляли легкие магические разряды. Непонятно, где писать цифры. Трогать нельзя: в лучшем случае вскрикнешь от боли, в худшем – о попытке взлома узнает весь замок.

Но в тетради даны четкие указания, и Ноэми рискнула. Она слышала о подобном, но никогда не видела сейфа со столь дорогим и редким замком. Девушка проговорила вслух цифры. Ничего. Затем сложила их, довела до двухзначного числа – с тем же эффектом. До одной цифры – ничего. Отчаявшись, Ноэми с мольбой бормотала: «Ну откройся же! Четыре!»

Механизм щелкнул, магическая защита потухла, и сейф открылся. Редкая удача – найти искомое в первой же комнате! Не иначе, за плечом Ноэми стояла Великая Мать.

Девушка с опаской заглянула внутрь и, зажмурившись, пошарила в тайнике рукой. Вопреки ожиданиям, не сработал защитный механизм или ловушка. Похоже, сейфе пуст, ничего, кроме пыли. А еще… Пальцы, определенно, что-то нащупали. Книгу? Ноэми вытащила выцветший пыльный прямоугольник, оказавшийся дневником. Алый кожаный переплет, синий корешок, ляссе. Девушка прижала находку к груди. Нужно спешить! Ноэми сунула дневник под фартук, который носила поверх платья, и захлопнула тайник. Едва она успела поправить зеркало, раздались шаги. Девушке ничего не оставалось, как юркнуть за диван.

В гостиную вошел герцог де Вен и развалился в кресле. Рука потянулась к бокалу.

Ноэми досадливо кусала губы. При всем желании она не могла выбраться из гостиной, не попавшись герцогу на глаза, только сидеть до утра тоже не выход. Хотя бы потому, что Ноэми хотелось поужинать. Оставалось надеяться, герцог скоро уйдет, но удача отвернулась от Ноэми, де Вен засел в гостиной надолго.

Смеркалось. Из окна в комнату просачивались лиловые тени.

Герцог хлопком в ладоши зажег свет, заставил встрепенуться пламя в камине. Оно не дарило тепло, просто радовало взгляд.

У Ноэми затекло все тело и свербело в носу. Только чихнуть не хватало!

Внезапно герцог замер и, резко обернувшись, глянул туда, где притаилась девушка. Неужели почувствовал?

Капелька пота стекла с виска. Девушка задержала дыхание и принялась истово молиться Великой Матери. Та, определенно, не жаловала Ноэми, раз герцог встал. Понимая, разоблачение неминуемо, девушка затолкала дневник под диван.

– Что за мышиная возня?

Над Ноэми навис раздраженный герцог. Зрелище, представшее его взору, оказалось пикантным: стоящая на четвереньках девушка с приподнятым задом. Будто соблазняет поиграть в рабыню и господина.

– Вылезайте, я вас вижу.

Де Вен постучал перстнем по деревянному каркасу дивана.

Смущенная, покрывшаяся пятнами Ноэми кое-как встала на ноги, пригладив волосы.

– Простите, ваша светлость, не хотелось попадаться вам на глаза, – пролепетала она.

– Но все равно попались. – Усмешка тронула губы де Вена. – Я уже успел забыть, что оставил вас в замке.

Цепкий взгляд пробежался по фигуре.

Неужели герцог до сих пор не завел секретаря? Странно, нашлось бы немало желающих продать честь на таких условиях.

– Пожалуй, я склонен передумать, – де Вен налил бокал вина и протянул Ноэми.

Девушка брезгливо поморщилась. Неужели он думает, будто она станет пить из чужого фужера? Она отвела рукой бокал и, сделав реверанс, собралась удалиться, однако герцог остановил, велел сесть на диван. Ноэми подчинилась. Хочет она или нет, де Вен – ее работодатель, только от него зависит, останется ли у нее кусок хлеба и крыша над головой.

– Не люблю девственниц: одна морока! – пожаловался герцог и пригубил отвергнутый Ноэми бокал.

Девушка вспыхнула и не стала молчать:

– Ваша светлость, ваши слова…

– Дослушайте сначала! – оборвал ее де Вен.

Зажав ножку бокала между пальцами, он сверлил Ноэми взглядом.

– Вот за это и не люблю – за истеричность, порывистость и вспыльчивость. Глядя на вас, не скажешь, будто получили достойное воспитание. Между тем, вы разительно отличались от других… – герцог замялся, подбирая слово, – претенденток. Вы действительно искали место секретаря, по наивности не понимая, что вам действительно предлагают. Именно поэтому я готов дать второй шанс. Должность вакантна.

– Неужели остальные девушки отказались? Ваша светлость, сумма велика, а я не первая красавица королевства.

Чем больше Ноэми говорила, тем больше запутывалась. В итоге и вовсе решила замолчать, уставившись на сложенные на коленях пальцы.

Герцог позвонил в колокольчик, велел принести второй бокал и фруктов. Теперь Ноэми держали за даму, а не за обслугу. Действительно, де Вен сам взял с подноса фужер, наполнил рубиновым вином и с легким поклоном предложил девушке.

– Фрукты тоже для вас, я такое не ем, – улыбнулся герцог.

– Предпочитаете мясные закуски?

Ноэми из вежливости пригубила напиток. Он оказался густым и отдавал травами. Девушка сама не заметила, как сделала второй глоток.

Бокал уютно устроился между ладоней, напряжение минувшего дня пригвоздило к дивану.

– Предпочитаю не портить вкус напитка, – едва заметно улыбнулся герцог. – Вину пять лет. В моей коллекции есть и более ценные экземпляры.

– Вы большой ценитель вина, ваша светлость. Оно воистину великолепно.

Де Вен кивнул, принимая комплимент. Взгляд на мгновение остановился на лице Ноэми, а потом переместился на магический огонь в камине.

– Вас останавливает девичья стеснительность? – Разговор вернулся к прежней теме. – Признаться, меня она раздражает, но, так и быть, я готов проявить терпение. Ни одна из девиц не справилась с сортировкой корреспонденции.

– И на таком основании?.. – Щеки Ноэми зарделись румянцем.

– Я хотел бы подписать контракт именно с вами.

– Я не стану спать с вами, ваша светлость, – решительно заявила девушка и, поднявшись, поставила полупустой бокал на стол. – Это противно чести.

Де Вен фыркнул. Никогда прежде ему не приходилось слышать столь смехотворное объяснение. Многие дамы света продали бы душу демону, чтобы оказаться в постели герцога, и без сомнений согласились бы стать одержимыми ради одного единственного бастарда. А тут лишенная фамилии леди, чей род, де Вен узнавал, балансировал на грани разорения, гордо отказывалась от повторного предложения. Хотя бы ради морального удовлетворения нужно овладеть строптивицей.

– Приятно слышать, что у вас есть честь, госпожа… Кстати, как мне вас называть? – Герцог почесал подбородок. – По рождению вы леди, дочь лорда Сулина Варда. И можете вернуть фамилию, если пожелаете. Достаточно прошения королю и публичного освидетельствования.

– Нет, лучше с вами! – покраснев еще больше, не думая, выпалила Ноэми.

От мысли об унизительной процедуре за ширмой в присутствии десятка свидетелей бросило в жар. Незнакомый мужчина цинично раздвинет ноги, взглянет и буднично сменит перчатки. Подобное хуже изнасилования!

Де Вен цокнул языком. Он отказывался понимать Ноэми. Предпочесть любовника медицинскому осмотру! Но дело герцога дать совет, а Ноэми – принять его или отвергнуть.

– То есть вы согласны?

– Исключительно секретарем, ваша светлость. – Девушка потянулась к бокалу, чтобы унять бушевавший внутри жар. – Обещаю хранить ваши тайны, как свои.

Герцог задумался, поставил фужер туда, где некогда стоял бокал Ноэми, и взял девушку за руку. Она попыталась вырваться, но де Вен укоризненно покачал головой. Его пальцы переплелись с пальцами Ноэми, ласково поглаживая.

– Вы леди по духу, госпожа Ноэми. Пожалуй, стану называть вас именно так, – улыбнулся он и поцеловал руку онемевшей девушки.

Сердце подпрыгнуло и замерло в горле.

Де Вен, воспользовавшись замешательством Ноэми, притянул ее к себе. От герцога пахло дорогим парфюмом и не менее дорогой тканью, девушка ощущала мышцы, бугрившиеся под рубашкой. Первое впечатление верно, де Вен действительно силен.

Герцог с удовольствием крал тепло девичьей кожи, наслаждался чистым, незамутненным запахом. Пальцы осторожно, чтобы не напугать, скользнули вниз и, едва касаясь, погладили. Ноэми дернулась, и де Вен убрал руку, чтобы захватить в плен пальчики.

– Какая же вы невинная! – выдохнул он ей в лицо. – Знаете, я счел девственность недостатком, но сейчас, наоборот, запишу в достоинства. Леди – леди во всем. Одно маленькое «да», и вы станете тем, кем положено.

Ноэми дрожала. Близость мужчины странно действовала на нее. Она никогда еще не оказывалась ни в чьих объятиях, не ощущала терпкого, дразнившего нос запаха, который парализовал волю.

– Сами подумайте, – герцог одной рукой перебирал пальчики, другой поглаживал, стремясь вновь овладеть мягкими полукружиями, – достойно ли вас нынешнее существование? Никто и ничто, тень архивариуса. А тут высший свет, мои тайны, деньги, большие деньги.

Губы де Вена на мгновение коснулись ее щеки. Словно молния ударила! Девушка часто, шумно задышала. Мурашки пробежали по спине.

– Я… я не могу без брака, ваша светлость! – в отчаянье пробормотала Ноэми.

Она понимала, согласие – единственный шанс выбраться со дна. Герцог не станет предлагать снова, он овладеет здесь и сейчас, как потом жить, опозоренной?

– Придется, – мягко возразил де Вен. Жениться он не собирался. – Сразу в постель не надо, когда решитесь. Пожалуйста, разденьтесь. Простите, но я должен взглянуть. Обещаю, – большой палец коснулся нижней губы и чуть надавил, – ни один мужчина больше не увидит вас обнаженной. Я отвернусь, вы разоблачитесь, и все, завтра жду к девяти в кабинете, начну вводить в дела.

– То есть вы действительно?..

Ноэми колебалась.

Постыдно, гадко, но де Вен – герцог, основная работа почетна, а девушка теперь безродная сирота. Может, Ноэми сумеет убедить работодателя ограничиться деловыми отношениями? Она станет усердно трудиться, зарекомендует себя отличным секретарем. Зачем такую в любовницы?

– Все, как в контракте, – заверил герцог, вскипая от нерешительности Ноэми.

Мало ему мороки в постели, так еще страхи, сомнения. Оставалось надеяться, тело Ноэми искупит неудобства дефлорации и ее полное невежество в постели.

И простыни придется спрятать. Увы, древний обычай предписывал брать в жены обесчещенную девицу, и пусть разница в положении не обязывала герцога подчиняться пережитку прошлого, люди все равно бы судачили, искали девственницу из спальни де Вена.

Девушку спасло появление кареглазого брюнета со смятым конвертом в руках. Краешек его губ чуть подергивался от плохо скрываемого волнения.

Герцог нахмурился и прошипел:

– Мог бы постучаться, Йонас! Сколько раз я просил не отрывать от вечернего отдыха по пустякам!

Значит, мужчина – Йонас де Вен, сын хозяина дома. Действительно, они похожи, только у маркиза небольшая бородка и черты чуть грубее.

– Прости, не знал, что ты с девушкой, – похабно улыбнулся де Вен-младший.

Воспользовавшись моментом, Ноэми юркнула за диван, вспомнив про дневник, и, не прощаясь, бегством покинула гостиную. Спину прожигал взгляд Йонаса. Маркиз не сомневался, они с герцогом – любовники.

Взяв ужин в коморку, девушка устроилась на узкой кровати с тетрадью и дневником. Она с трепетом развернула фартук и благоговейно погладила обложку. Пальцы ощутили тиснение, невидимое взгляду: знакомые буквы «Ж.В». Теперь Ноэми знала, «В» – это «де Вен». Первая буква монограммы – наверняка заглавная буква имени. Узнать какого именно, несложно: в библиотеке есть генеалогическое древо.

Вдоволь налюбовавшись обложкой, пусть потершейся, но до сих пор внушавшей почтение к бывшему владельцу дневника: не всякому доступна кожа такой выделки, Ноэми открыла первую страницу. Ту, которую заложили вшивной атласной лентой, оставила на десерт.

«Я, Жан де Вен, первый граф Норрен, лорд Банши и придворный маг Е.к.в. Стоурена Седьмого, начал сие первого марта тысяча восьмого года по летоисчислению наиви», – гласила первая запись.

Тысяча восьмой год. Сейчас минул тысяча двадцать седьмой. Значит, дневнику девятнадцать лет.

Занятно, Жан де Вен называл себя лордом Банши, хотя сейчас титул принадлежал маркизу де Вену. Видимо, Йонасу на момент записи еще не минуло восемнадцать, или маркиз унаследовал его после смерти дяди.

Задавшись целью узнать, когда умер Жан де Вен, Ноэми отыскала последнюю запись – восьмое июня тысяча десятого. Владелец вел дневник чуть больше двух лет.

Запись короткая, всего в три строчки, зато каких! «Догадываюсь, меня не оставят в живых. Все равно еду, хотя сомневаюсь, что вернусь. Дневник прячу. Увы, тайник ненадежен, но времени нет, лучше так, чем предать короля».

У Ноэми засосало под ложечкой.

Жана убили? Но кто? Заговорщики? Кто еще мог желать зла королю? Стоурен Седьмой скончался четыре года назад, сейчас правил его сын – Виллем Первый. Зато теперь понятно, чего надлежит опасаться.

Похолодевшими ладонями Ноэми потянула за ляссе. Зашелестели страницы, до сих пор белые, гладкие, открылись на нужном месте. Ноэми разочарованно нахмурилась. Стихотворение! Неужели хозяин помимо секретов записывал в книжицу произведения любимых поэтов? Однако, приглядевшись, Ноэми поняла: восьмистишье собственного сочинения, нескладное, корявое.

В приюте мертвых льется свет —
дороже кошки зверя нет.
Мехами услаждая взор,
красавица блюдет позор.

И звездам вечный ведет счет
застывший в камне звездочет.
Кто соберет, откроет дверь,
и выйдет на свободу зверь.

Девушка несколько раз перечитала стихотворение, все больше убеждаясь: с ним что-то не так. Вряд ли покойный счел главной ценностью плод ночных бдений. Раз так, это и есть та самая смертельная загадка, которую, вопреки всему, Ноэми попробует разгадать. Или хотя бы сберечь от чужих глаз.

## Глава 3

Утро началось со странного молчания. Ноэми привыкла к шепоткам, попыткам вскользь, чтобы не поймали, задеть ее – сегодня ничего. Смотреть смотрели, но не более. Странно. К концу завтрака слуги, правда, разговорились. Не о Ноэми – о господах. Беседа вышла занятной, и девушка навострила уши, несмотря на давно выпитый желудевый кофе – страшную гадость, но иного не полагалось, – не спешила уходить.

Отец и сын собирались в столицу. Вот бы и Ноэми туда! Да денег мало, только-только на проезд хватит, а господа вряд ли возьмут с собой. Значит, впереди унылое существование в четырех стенах в компании архивариуса и управляющего.

Печальные мысли прервало появление камердинера герцога, который важно объявил:

– Его светлость звали девицу Ноэми.

Сердце подпрыгнуло к горлу, так там и осталось.

Девушка промокнула рот салфеткой – она мастерила их из ненужных черновиков, – и встала. Она запомнила презрение, с которым камердинер произнес ее имя. Подобного обращения Ноэми стерпеть не могла и громко, чтобы слышали все, заявила:

– Я направляюсь к себе. Когда вспомнишь, с кем разговариваешь, можешь позвать снова.

У слуг вытянулись лица. Не ожидавший такого поворота событий камердинер опешил. Ноэми прошла мимо него с гордо поднятой головой. Хватит, надоело! Пусть отец и лишил фамилии, она дворянка. Девушка неровня тем мужчинам и женщинам, пусть научатся ее уважать.

Каблуки отбивали дробь по коридору. Ноэми шла, будто королева. Чуть трепетали ноздри от сдерживаемого гнева, губы сжались в тонкую ниточку.

– Госпожа! – раздалось позади нее.

О, быстро учатся! Пусть не камердинер, служанка, но уже хорошо. Только Ноэми не остановилась и впервые свернула не к лестнице для слуг, а направилась прямиком в холл.

Сегодня же девушка составит письмо к королю. Виллем справедлив и вернет ей дворянское звание. Какая же она дура, следовало написать с самого начала! Герцог ведь говорил, а голос разума спал, задушенный страхом и растерянностью.

Ноэми Вард вновь почувствовала себя прежней – не забитой скиталицей, а леди, знающей себе цену. И в столицу она попадет, и поступит в столь желанную академию.

С небес на землю вернул недовольный оклик:

– Не люблю, когда меня заставляют ждать.

Ноэми подняла голову и увидела герцога. Он стоял на площадке между первым и вторым этажом и буравил девушку тяжелым взглядом. За спиной господина мялся камердинер, судя по всему получивший изрядную взбучку. Что ж, Ноэми только порадовалась. Дурные манеры слуг не делают чести хозяевам.

– Ваша светлость?

Преисполненная королевского достоинства Ноэми присела в легком реверансе.

– Разве вам не передали приглашение? – Герцог спустился на ступеньку ниже.

Голубые глаза искрились не хуже сапфиров, солнечный свет преломлялся в них тысячью граней.

– Передали, ваша светлость, но я сочла, что оно предназначалось не мне, – выдержав пристальный взгляд, ответила Ноэми.

– Вот как? – Брови де Вена взлетели вверх. – Кому же?

– Некой служанке.

– Занятно! – Под кожей герцога проступили желваки, Ноэми испугалась, что переборщила. – Разве он, – де Вен покосился на позеленевшего камердинера, – выразился двусмысленно?

– Он не проявил должного почтения. Понимаю, вы можете выгнать меня, ваша светлость, но…

– Хватит! – раздраженно оборвал герцог и взмахнул рукой.

Камердинер мгновенно испарился, тайком промокнув пот со лба. Господин редко гневался так сильно, пусть достанется дерзкой девчонке, а не ему.

Ноэми тоже понимала: герцог взбешен. И без того яркие глаза, потемнели, став двойниками сапфиров высшей пробы. Шейные мышцы напряглись, руки сжались в кулаки. Выставит, как есть, выставит!

– Значит, леди, – глухо, обращаясь к самому себе, пробормотал де Вен. – Отлично!

Ноэми ожидала новой вспышки гнева, но ее не последовало. Наоборот, герцог успокоился и учтиво предложил девушке выпить с ним и сыном кофе.

– Я приглашал позавтракать, но вы опоздали. Впрочем, – с непонятной полуулыбкой добавил он, – прибор стоит, можете воспользоваться.

Чего Ноэми точно не ожидала, так того, что герцог спустится и подаст ей руку. Только вот подол платья не позволял эффектным движением перекинуть его через запястье.

– Что же мне делать с вами, госпожа Ноэми? – задумчиво протянул де Вен. Его пальцы обжигали – то ли девушка успела замерзнуть, то ли просто переволновалась. – Леди не место под началом старика-архивариуса. Однако принять мое предложение вы не намерены.

Герцог медленно поднимался вверх по лестнице, девушка рядом с ним.

– Оно оскорбительно.

– Я вам столь противен?

Де Вен остановился посредине пролета и несильно сжал ладонь девушки. Позади – ступени и перила, впереди – жаждущий ответа герцог.

– Разве это столь важно? – юлила Ноэми, просчитывая возможные варианты. – Предложение непристойно, и хватит.

– Но должность может оказаться крайне приятной.

Владелец замка шагнул ближе. Девушка заволновалась. Она ощущала запах парфюма де Вена, края его одежды касались груди. Еще немного, и губы герцога коснутся губ Ноэми, может, даже поцелуют. Впервые в жизни.

Вот де Вен наклонился…

Ноэми дернулась, и губы мазнули по коже, оставив незримый след, как от ожога.

Руки взметнулись сами. Одна уперлась в грудь герцога, другая поднялась для пощечины, одновременно заслоняя лицо.

– Ваша светлость!

Как жалко прозвучали слова! Разве лепет остановит герцога?

Де Вен в предвкушении улыбнулся и перехватил оба запястья, легко, как и полагалось магу. Птичка попалась, но ей понравится клетка. Возмущение, пылавшее на красивом личике, лишь усиливало сладость победы.

Конечно, леди, не куртизанка, герцог лично попросит короля вернуть Ноэми имя, как только сорвет сочный плод. Из карминового ротика вырвутся судорожные вздохи, и она покорится господину, признает хозяином.

Ни одна женщина не занимала мыслей де Вена, как Ноэми Вард. Она не походила ни на покойную супругу, которую не волновало ничего, кроме долга перед семьей, ни на одну из многочисленных любовниц, заботившихся лишь о драгоценностях и тряпках. Герцог затеял историю с секретарем, чтобы встряхнуться, разнообразить досуг, и вот судьба столкнула его с Ноэми.

– Ну же, это совсем не больно! – с придыханием уговаривал герцог.

Совсем несмышленыш! Не только девственница, но и нецелованная. Хлопот с такой не оберешься, пока приручишь, пока справишься со стеснительностью и научишь чему-то в постели.

Подбородок Ноэми дрогнул, и она честно предупредила:

– Я могу поступить не как леди.

– То есть? – изогнул бровь герцог.

– У девушек есть колени, ваша светлость, – намекнула Ноэми.

Бить мужчину в пах неприлично, говорить о нем – тоже.

– Давайте обойдемся без насилия. Я поцелую в щечку, всего один раз, госпожа.

Ноэми задумалась и кивнула. Герцог довольно улыбнулся и, отпустив ее запястья, легко коснулся пахнущей мылом кожи. На миг показалось, будто он целует покойную жену во время свадебного обряда: она так же задержала дыхание. Деревенские вели себя иначе, радовались вниманию де Вена, только он быстро пресытился. Попортил парочку и зарекся связываться с целомудренными барышнями.

Герцог отступил, а Ноэми все так же недвижно стояла у перил. Наконец, отмерев, осторожно коснулась пальцами места поцелуя, словно ожидала нащупать ранку. Де Вен еле сдерживал смех: настолько потешным казалось поведение девушки.

– А ведь мне действительно нужен секретарь, госпожа. Мой не справляется. Только работа тяжелая, неженская.

– Я справлюсь! – горячечно заверила Ноэми, уцепившись за подарок судьбы.

Поцелуй казался небольшой платой за возможность получить столь почетную должность.

– Тогда составим новый контракт. Возьму на испытательный срок помощником господина Юхана Тарьи – так зовут моего секретаря. Если справитесь, господин Тарьи перейдет на службу к Йонасу, о чем неоднократно просил. У него семья, недавно родился ребенок, тяжело мотаться по стране. Я много езжу, вам придется сопровождать меня.

– Я согласна! – не раздумывая, ответила Ноэми, мысленно рисуя завидное будущее.

Секретарь герцога де Вена лучше, чем академия. Столько можно узнать, столько повидать, да еще за деньги.

В столовую Ноэми вошла с опаской. Вдруг все – розыгрыш, герцог решил выставить на посмешище? Но за столом действительно стоял лишний прибор, а лакей без лишних слов отодвинул девушке стул.

Ноэми сидела по левую руку от герцога напротив Йонаса. Он посматривал на нее с нескрываемым интересом, вгоняя в краску. Маркиз оделся крайне небрежно, не удосужившись застегнуть половину пуговиц рубашки, и девушка видела волоски на его груди и цепочку то ли с амулетом, то ли с медальоном. Вопиющее попрание всех норм, но Йонаса, казалось, подобное не волновало.

Зато герцог хоть сейчас мог принять короля, не хватало только сюртука и шейного платка. Жилет сегодня иной, простой, однотонный, синий, но идеально облегает фигуру.

Принесли кофе, и Ноэми поняла, как же соскучилась по нему, даже слюнки потекли.

– Если чего-то хотите, не стесняйтесь. – Герцог пододвинул к девушке вазочку с вареньем. – Сомневаюсь, будто там, – он скосил глаза на пол, намекая на кухню, – вы хорошо питались. Да, сын, – спохватился де Вен, – забыл представить моего нового секретаря, госпожу Ноэми, урожденную леди Вард.

По губам Йонаса скользнула понимающая улыбка, но, к счастью, он ничего не сказал, ограничившись формальным:

– Очень рад, леди.

Ноэми гадала, хорошо это или плохо. Не нравилось ей поведение герцога, поцелуй и внезапное назначение на столь ответственную должность. Она решила пресекать все попытки де Вена переместить их отношения в постель и постараться стать для него незаменимым помощником. Секретарская наука сложная, но она освоит.

Еда со стола герцога после скудных трапез на кухне казалась божественной, Ноэми не помнила, когда в последний раз так ела. Хотелось всего и побольше, но, как воспитанная леди, девушка не выказывала интереса к пище, ела медленно, степенно. Сидела, нарочито неторопливо намазывала на тост варенье и рассматривала столовую.

Нос щекотал запах кофе. Рядом молочник. В нем не молоко – сливки.

Ноэми ощущала взгляды обоих де Венов и, желая разрядить обстановку, завела светскую беседу, заодно выяснит насчет нового назначения. С него и начала.

– Ваша светлость, – Ноэми учтиво склонила голову, выражая почтение к собеседнику, – когда мне надлежит приступить к выполнению обязанностей?

Герцог задумался. На лбу, у самого основания носа, залегла поперечная морщинка. Она встревожила девушку. Неужели не секретарь, а любовница? Так или иначе, о заданном вопросе де Вен прежде не задумывался.

– Полагаю, сначала вам нужно сменить гардероб, – резонно заметил Йонас. – Ваше платье никуда не годится.

– А что с ним?

Да, бедно, но сидит хорошо, девушка сама перешивала. Строго, серо и безлико – все как положено тени.

– Видите ли, – герцог тщательно подбирал слова, стараясь не обидеть Ноэми, – это платье служанки, а по секретарю судят о господине.

Девушка кивнула. Могла бы догадаться! Однако в связи со сменой гардероба вставал щекотливый вопрос: где взять денег на обновки? Жалования помощника архивариуса не хватит даже на пару приличных туфель.

Словно прочитав мысли, де Вен решил деликатную проблему:

– Попрошу управляющего выдать вам аванс. Съездите в город, закажите обновки. И про парадный наряд не забудьте, закажите, оплатите позже. Что еще? – Он задумался. – Перья, бумаги и прочее. Поговорите с Тарьи, он подскажет.

Ноэми кивнула и отправила в рот кусочек тоста.

– Госпожа Ноэми, – подал голос Йонас, – вы умеете ездить верхом?

Девушку насторожила его улыбка, но тем не менее она ответила:

– Конечно, милорд.

– Не составите ли компанию? Я бы показал вам окрестности.

Ноэми покосилась на герцога. Судя по выражению лица, он тоже уловил истинный смысл просьбы. Любоваться Ноэми предстояло небом, расставаясь с девичьей честью. В ее планы последнее не входило, и девушка вежливо отказалась под благовидным предлогом:

– Боюсь, у меня много дел, милорд. Во-первых, нужно передать бумаги архивариусу. Во-вторых, переговорить с господином Тарьи. В-третьих…

– В-третьих, я сам все покажу госпоже, – герцог выразительно глянул на Йонаса.

Маркиз заметно погрустнел, не допил кофе и, извинившись, быстро покинул столовую.

Ноэми задумалась, изображая, будто поглощена сливовым вареньем. На нее объявили охоту. Оба де Вена жаждали обладать одной и той же добычей.

Слуга подлил Ноэми кофе. Она растерянно поблагодарила кивком и потянулась к обсыпанным пудрой булочкам, но раздумала. Неудобно перед герцогом. Он уже позавтракал, промокнул губы салфеткой.

– Ешьте, госпожа, еще напекут.

Герцог щелкнул пальцами, и проворный слуга положил на тарелку злополучную булочку.

– Право слово, я не голодна, ваша светлость… – засмущалась девушка.

– Ешьте, – мягко приказал де Вен. – Должность секретаря отнимает много сил. Или боитесь за фигуру? Легкая полнота не испортит вашей красоты, наоборот, поможет распуститься, как бутону.

Ох, не понравилась Ноэми последняя фраза! Работодатель не делает комплиментов работнику, герцог же сыпал ими, словно на светском рауте.

– Вам надлежит переменить спальню, – де Вен вновь заговорил деловым тоном. – Устроитесь ближе ко мне.

– Зачем? – насторожилась девушка.

Герцог едва заметно усмехнулся. Конечно, он уловил ее страх и понял его причины.

– Секретарь может понадобиться в любую минуту дня и ночи. Комнату выберете сами из свободных спален второго этажа. Потом скажете, какую.

Придется заказать новый замок и запирать дверь.

– Договор, ваша светлость, – мягко напомнила Ноэми, уйдя от щекотливой темы. – Я так и не видела контракта.

– Допивайте кофе и пройдемте в кабинет. После осмотрим мои владения. Вам часто придется бывать в разных местах, нужно знать, что где. И, ответьте честно, госпожа, вы хорошо ездите верхом? Поездка утомительна, можно приказать заложить экипаж.

Ноэми задумалась. С одной стороны, карета опасна: создает излишнюю близость с де Веном. С другой, трястись столько часов в седле… С третьей, лошадь маневреннее.

– Решайте сами, ваша светлость, – девушка нашла компромиссное решение. – Вы лучше знакомы с местностью, знаете, как ее лучше осматривать.

Герцог согласился и встал.

– Жду в кабинете через полчаса.

Ноэми кивнула, порадовавшись, что ей, как женщине, можно не подниматься со стула. Она переела и вряд ли смогла проделать это грациозно.

Де Вен ушел, Ноэми тоже вскоре удалилась к себе. Герцог намекнул на несоответствие ее наряда высоким требованиям секретаря, а пожелания работодателя нужно учитывать.

Девушка волновалась. Она немного опоздала и переживала, не уволят ли ее. Безусловно, секретаря красит точность, но самодельный бант никак не желал прикалываться. Глупое оправдание, чисто женское.

Ноэми постучала и с облегчением услышала спокойное:

– Войдите!

Значит, не сердится.

Герцог стоял у окна, обернувшись, махнул на кресло, и вернулся к созерцанию нечто важного. Девушку тоже подмывало взглянуть, но воспитание не позволяло. Наконец, де Вен, извинившись, занял место за столом. Он переоделся и щеголял охотничьим костюмом, который подчеркивал крепость и статность фигуры. Несмотря на возраст, герцог был полон сил, не обрюзг от питья и еды. Де Вен достал из-под пресс-папье бумагу, бегло просмотрел и протянул Ноэми.

– Вот основные положения контракта. Если что-то непонятно, составим дополнительное соглашение.

– Он не в пример меньше прежнего, – заметила девушка, оценив объем документа.

– Так и обязанностей, разных тонкостей тоже меньше, – улыбнулся владелец кабинета. – Ничего щепетильного, никаких ограничений. Надеюсь, вы понимаете, что обязаны свято хранить мои тайны, в том числе, тайну переписки. Я не стал это оговаривать, рассчитываю на вашу благоразумность.

– Безусловно, – кивнула девушка. – Можете на меня положиться. Наверное, нужно дать клятву?

Она вопросительно глянула на герцога, он кивнул.

– Можете принести и вассальную, чтобы получить мою полную защиту. Раз уж отец отказался от вас…

– Я верну фамилию, – твердо заявила Ноэми. – Пусть не сейчас, но верну.

Легкая тень пробежала по лицу де Вена, но он умел держать себя в руках и похвалил девушку за мудрое решение. В конце концов, сложности делают плод слаще.

Герцог полагал, Ноэми сразу подпишет контракт, но она начала задавать вопросы. В частности, почему четко не прописаны обязанности, ничего не сказано о выходных. Пришлось забыть о грезах и заняться обсуждением насущных вопросов. В итоге контракт пополнился двумя новыми страницами.

Ноэми с облегчением не нашла в тексте намека на близкие отношения. Девушка специально перечитала бумаги трижды перед тем, как поставить подпись. Герцог скрепил документ личной печатью и подписал сам.

– Ваше первое задание – прошейте и снимите копию для себя. Сделаете вечером, сейчас некогда, экипаж заложили.

К удивлению девушки, в холле ей подали перчатки и накидку. Герцог заверил, он ничего специально не покупал, нашлось в замковых закромах.

– Леди не престало появляться на людях с непокрытой головой и голыми руками, даже если эта леди пока без фамилии.

Ноэми согласилась и примерила вещи с чужого плеча. Интересно, кто раньше натягивал эти перчатки? Удивительно, но они пришлись впору. Девушка не стала спрашивать о прежней владелице, справедливо полагая, де Вен не ответит.

Экипаж оказался со складывающимся верхом и гербами на дверцах кареты. Погода стояла прекрасная, герцог распорядился не поднимать крыши.

Ноэми с интересом рассматривала карету. Кажется, она называлась ландо. Девушка только видела подобные: финансовое положение семьи не позволяло обзавести модной вещью. И лорд Вард, и его дети сызмальства ездили верхом, а для слабой здоровьем матери держали обшарпанную, жутко скрипящую коляску.

– Прошу вас!

Кучер соскочил с козел и распахнул дверцу.

Де Вен подал Ноэми руку. Девушка с опаской: не задумал ли чего, глянула на него и забралась в экипаж. Ноэми устроилась лицом к движению, де Вен занял место напротив и приказал править к винодельням. Затянутые в печатки руки лениво сжимали хлыст. Ноэми поинтересовалась, зачем он ему.

– Обратно мы вернемся верхом. Пожалеем себя и лошадей.

Значит, предстояло путешествие по сильно пересеченной местности.

Проплыла над головой арка ворот, исчезли крыши служб, остались позади стены замка. Ландо катило по пыльной проселочной дороге. Ноэми почти не ощущала тряски. Значит, экипаж герцога рессорный, а не на ремнях.

– Мы направляемся к виноградникам, – де Вен случайно или намеренно коснулся кончика туфельки спутницы. Она тут же убрала ногу. – Поглядите, как делают вино, благо время подходящее: начало сбора урожая.

Ноэми залилась краской по шею, ощутив поглаживание голени. Герцог посмел забраться ногой под юбки и, будто этого мало, якобы поправляя запутавшийся подол, коснулся пальцами щиколотки. Возмущенная девушка развернулась и молчаливо влепила де Вену пощечину. На лице герцога расплылось алое пятно. Удар вышел сильным и болезненным. Потирая скулу, де Вен с уважением смотрел на Ноэми. Она не кричала, не читала морали, а восседала напротив, словно оскорбленная королева.

Герцог склонил голову и с мнимым раскаяньем произнес:

– Мне очень жаль, госпожа.

Если бы Ноэми знала, о чем думал «раскаявшийся грешник», то спрыгнула бы на ходу, но она понятия не имела. Де Вен же мысленно предавался с девушкой любви во всех мыслимых и немыслимых позах в покачивающемся экипаже. Обязательно с опущенной крышей, чтобы солнце ласкало разгоряченное юное тело и добавляло остроты ощущениям.

Герцог с трудом отогнал эротические видения. Он распалился до того, что брюки вздыбились. Пришлось срочно накрыть ладонью и силой убеждения успокоить тело. Небывалое дело, ни одна женщина так его не заводила.

– Ваше поведение недопустимо, милорд.

– Все так печально, госпожа? – вздохнул де Вен.

Он старательно сдерживался, хотя все внутри кипело от ярости. Какая-то дворянка, от которой отрекся отец, смеет его отчитывать!

– Вы трогали мои ноги, – напомнила Ноэми.

– Ненамеренно, – держался избранной линии герцог. – Юбки зацепились за сапог, я всего лишь поправил.

– И лодыжку вы тоже не гладили?! – позабыв о присутствии кучера, вспылила девушка. – Это домогательства, ваша светлость!

– Ноэми, – устав играть, серьезным тоном произнес де Вен, откинувшись на спинку сиденья, – рано или поздно вам понадобится покровитель. Место секретаря дает деньги, крышу, но не защитит от общества. Положение женщины изначально зыбко, она, давайте говорить откровенно, – товар на брачном рынке. Судьба женщины без фамилии и вовсе горька. В лучшем случае на нее станут презрительно коситься, в худшем… Не все порядочны, найдутся те, кто воспользуются ситуацией.

Девушка поняла, на что намекал герцог. Ничего, кроме принципов, не мешало мужчинам поступать с ней как угодно дурно. Теперь она в полной мере поняла, насколько беззащитна.

– Я могу обратиться за защитой к вам как к работодателю, – уцепилась за соломинку Ноэми.

Герцог пожал плечами.

– Можете. И я постараюсь помочь, только смогу далеко не все.

– Ваша светлость, – девушка чувствовала, куда он клонит, – давайте не будем! Мы только что пришли к взаимопониманию, а вы снова ставите меня на место шлюхи. Если секретарь вам не нужен…

– Нужен, – оборвал ее де Вен. – Но знайте, одно ваше слово… Вы во всех отношениях останетесь довольны. Временно закроем тему, лучше запоминайте дорогу. Вам частенько придется ездить на винодельню.

Холмы казались одинаковыми, деревья тоже, но должны же найтись ориентиры? Ага, замок слева, поваленное дерево чуть наискось справа. Вон там деревня, тут развилка, а дальше виноградники. Разбивая поля на ровные квадраты, они сеткой тянулись до горизонта.

Герцог искоса наблюдал за Ноэми и мысленно кивал. Теперь, когда желание улеглось, он видел в ней не только женщину, но и человека, неглупого, стремящегося освоить новое дело. Ноэми не просто смотрела, она считала квадраты зеленых лоз.

– После дам необходимые документы: сколько акров земли, как используются.

Ноэми кивнула и вновь погрузилась в созерцание. Она прикидывала, какой доход приносят виноградники, какие подати герцог платит в казну. Выходило только примерно: девушка не знала всех тонкостей законодательства.

– Как вам, госпожа? – с гордостью поинтересовался герцог.

Пусть восхищается и видит, как он богат. Может, тогда поймет, что стать любовницей подобного человека не зазорно.

– Впечатляет! – коротко ответила Ноэми и, нахмурив носик, деловито спросила: – А вы вино продаете? Какой сорт винограда?

– Из вас выйдет отличный секретарь! – рассмеялся герцог. – Да, продаю. У меня лучшее розовое в Лиргии. Красное тоже свое, но ставку делаю именно на розовое. Попробуете и убедитесь, такого вина нет даже в Веосе!

Ноэми цокнула языком, выражая сомнения в правдивости хвастливых слов де Вена. Лучшее розовое! Так говорит любой владелец виноградников.

– Что я должна делать с ним?

– Следить, чтобы партии разливались и отправлялись в срок. То есть каждый месяц наведывайтесь на винодельню и сверяйте бумаги с бочками. Меня волнует единственный сорт, тот, который мы поставляем к столу его величества. Остальным заведует управляющий.

На первый взгляд ничего сложного, но время покажет.

Экипаж, между тем, свернул на дорогу между квадратами виноградников и сбавил ход. Перед глазами Ноэми плыли ровные ряды лоз. Между ними мелькали соломенные шляпы рабочих. При виде герцога крестьяне выпрямлялись и кланялись. Наконец показалась винодельня – огромная усадьба с рядами каменных хранилищ для бочек. Всюду кипела жизнь. К примеру, во дворе грузили подводы. Их отправляли в ближайший город, где порталом переправляли в нужное место.

За штакетником изучали опытные образцы – попытки вывести новый сорт или усовершенствовать старый. Чуть поодаль сушили бочки. Ноэми никогда еще не видела таких. В них можно засунуть десяток человек!

– Вы человек хозяйственный, ваша светлость, – похвалила Ноэми.

– Свои владения нужно любить, госпожа Вард.

Де Вен ступил на землю первым и подал руку Ноэми. Их уже поджидал местный управляющий, который без лишних слов поспешил показать «юной леди», как все тут устроено.

После винодельни отправились смотреть мельницы и сельскохозяйственные угодья. Герцог не вдавался в подробности, только махал рукой направо и налево, прекрасно понимая, столько сведений сразу не запомнишь. Он и сам знал далеко не все, хотя тщательно следил за жизнью своих владений.

Пообедали в деревне.

К удивлению Ноэми, герцог остановил выбор на обычной харчевне и не побрезговал простой едой, хотя ел с истинно аристократическим достоинством. Герцог не забывал о спутнице, с готовностью отрезал ей кусочки курицы и подливал местного напитка из ягод, который Ноэми предпочла алкоголю.

Пока они ели, экипаж укатил, его сменила пара гнедых лошадей. Де Вен галантно помог даме сесть в седло, вопреки опасениям, не воспользовавшись ситуацией. Девушка поблагодарила его улыбкой.

– По возвращению вам важное поручение, – герцог легко вскочил в седло, отказавшись от помощи кучера, подобрал поводья и поставил жеребца бок о бок с кобылкой Ноэми. – Посоветуетесь с Тарьи, он поможет.

– Где можно его найти, ваша светлость? – смутилась девушка.

Она понимала, компетентный секретарь подобных вопросов не задает, но Ноэми ни разу не встречала Юхана Тарьи, даже не знала, как тот выглядит.

– Я пришлю, – махнул рукой герцог и ободрил: – Не беспокойтесь, первое время закрою глаза на мелке промахи. Принимать дела, не имея опыта, непросто, но я в вас верю, не подведите.

– Постараюсь, ваша светлость, – бодро отозвалась Ноэми, хотя внутри изнывала от беспокойства.

Секретарь де Вена – не слишком ли тяжела ноша?

## Глава 4

Ноэми в растерянности смотрела на комнату.

В воздухе витали перья. Немногочисленные вещи раскиданы, все перевернуто вверх дном. Не пощадили даже кровать, а девушке так хотелось прилечь после утомительной поездки! Ноэми никогда бы не призналась герцогу, но седло отбило те места, названия которых леди не употребляют в обществе. Спину ломило, только вот придется разгребать жуткие завалы.

Сначала Ноэми решила, это месть. Тех же слуг или, кому известны думы Вседержителей, господина Тарьи. Де Вен заверял, переход на новую должность во благо секретарю, но правду знал только сам Юхан. Может, он вовсе не желал расставаться с хлебным местом и теперь запугивал Ноэми. Подумав, девушка отвергла последнее предположение: слишком по-женски. Не опустится секретарь до погрома чужой комнаты, скорее сделает так, чтобы девушку выгнали, либо сама ушла. Впору бы подумать о любовнице герцога, но зачем тогда вспарывать перину?

Дневник!

Ноэми метнулась к тайнику, надеясь найти заветную книжицу в целости и сохранности. Нащупав мягкую кожу, едва не разрыдалась и, словно ребенка, прижала к груди.

Дневник необходимо перепрятать, но куда? Чудо, что воры не добрались, словно призрак глаза отвел.

– Спугнул, – подтвердил покойный маг, выйдя из толщи стены.

От неожиданности Ноэми ойкнула и плюхнулась на пятую точку, больно ударившись о пол.

Призрак проплыл мимо и устроился в уголке, так, чтобы его не заметили из окна или с порога.

– Значит, вы видели, кто влез в мою комнату? – ухватилась за неосторожные слова Ноэми.

Она пришла в себя и перебралась на разворочанную постель.

Призрак степенно кивнул, но имен не назвал, вместо этого посоветовал:

– Отдай кому-нибудь дневник, девочка, иначе умрешь. Только не брату: Дамиан может употребить знания во вред.

Дух поджал губы и печально глянул сквозь Ноэми. Ей стало не по себе. И в то же время не хотелось, чтобы хозяин дневника уходил. Ноэми нужно о многом его расспросить. Нет, не о тайне, хотя мысль казалась чрезвычайно соблазнительной, – о самом покойном придворном маге, де Венах, столице. Зная волков в овечьих шкурах, проще прижиться в суровом высшем обществе.

– Почему вы не доверяете брату, милорд? – Ноэми начала с работодателя.

Какие секреты у Дамиана де Вена, какие скелеты притаились в шкафу?

Призрак вздохнул.

– Живое – живым, мертвое – мертвым. Прощай, я больше не потревожу.

– Стойте! – Девушка отчаянно замахала руками, когда дух попытался ретироваться через ближайшую стену. – Мне не с кем поговорить, вам тоже. Обещаю, ни слова о дневнике!

– Тише! – зашипел призрак. – Если дорожишь жизнью, молчи! Обыск – лишь начало. Только заикнись о дневнике, окажешься в пыточных застенках.

Девушка сглотнула. По спине стекла липкая струйка пота. Во что же она ввязалась, Какова же цена разгадки старых записей?

– Но они и так знают, – Ноэми обвела рукой комнату.

– Нет, – Жан де Вен тряхнул несуществующей шевелюрой. – Они торкаются, как слепые котята, в тщетной надеже заполучить то, из-за чего меня убили. Придворные маги иногда слишком честны и несговорчивы. Увы, взяток я не брал, в кости не играл, к девицам страсти не питал – значит, обрек себя на смерть. От дневника избавьтесь, – посоветовал он и, задумавшись, предложил: – Отдайте Лукашу, раз уж едете в столицу.

Ноэми открыла рот от удивления. Откуда он знает? Потом вспомнила: для духов не существует преград, Жан де Вен, несомненно, в курсе предстоящей поездки брата. О ней в замке не шептался только ленивый!

Кто такой Лукаш, Ноэми спросить не успела: дух исчез, не попрощавшись. Почему, она поняла, услышав голоса, и едва успела спрятать дневник в декольте, как вошла экономка в сопровождении рыжего бледного человека. Казалось, его кожи никогда не касалось солнце. Увидев устроенный ворами погром, оба замерли, а потом дружно, не сговариваясь, уставились на Ноэми. Можно подумать, она разворотила собственную спальню!

– Я бывший секретарь герцога де Вена, – первым оправился рыжий и нервным движением стряхнул несуществующую пылинку с сюртука. Тот сидел идеально, подчеркивая высокую, но коренастую фигуру. Пусть мужчина бледен, но отнюдь не слаб. – Юхан Тарьи к вашим услугам. Вас представили как госпожу Ноэми Вард, однако, полагаю, тут ошибка.

– Какая же? – заинтересовалась Ноэми.

– Вы леди Вард. Варды принадлежат к первому сословию.

Девушка помрачнела. Тарьи, несомненно, хорошо знал свое дело, но то ли случайно, то ли намерено бил по больному месту.

– Я именно госпожа Вард. Чем могу?..

– Мне приказано помочь вам обжиться в должности, а госпоже Отон, – секретарь махнул на экономку, – обустроить вас в новой комнате. Вижу, эта не в лучшем состоянии, полагаю, можно прямо сейчас перенести вещи.

Ноэми кивнула. Вовремя, не придется наводить порядок.

Странно, конечно, воры отчего-то искали дневник именно в комнате Ноэми. И слишком рискованно действовали, не таились. Девушка заподозрила Юхана Тарьи. Уж не он ли побывал в ее комнате? Вряд ли секретарю понравилось решение герцога взять соплюшку на его место. О дневнике он, разумеется, не догадывался, просто немного испортил жизнь. Или преступник – архивариус? Он мог следить за Ноэми. А то и сам герцог, недаром Жан ему не доверял и намекал на корыстный интерес. Нужно скорее найти некого Лукаша. Жаль, покойник не удосужился назвать фамилию, оставалось уповать на счастливый случай.

Ноэми бочком протиснулась мимо госпожи Отон, подозрительно посматривавшей на девушку. Она наверняка подозревала ее в устройстве беспорядка. Ноэми не собиралась разубеждать. Отныне девушка – секретарь герцога, а не помощница архивариуса.

Тарьи шел впереди, не переставая говорить. Он рассказывал о будущей работе, описывал привычки герцога, давал советы. Ноэми слушала и пыталась запомнить.

Итак, Дамиан де Вен встает в половину восьмого. Завтрак в восемь. Сидеть предстоит за одним столом с герцогом и его сыном. Отчего Ноэми не видела Тарьи сегодня? Он ездил в город с важным поручением, недавно вернулся. Придется ли Ноэми тоже возить письма? Иногда. Для обычной корреспонденции есть курьер, смышленый паренек.

По выходным герцог встает на час позже. Завтрак в девять, опаздывать нельзя.

– Вам надлежит подниматься раньше его светлости, – наставлял Тарьи. – Возможно, ему что-то понадобится.

– А дни отдыха?

Пока не очень сложно: и дома, и в замке Ноэми вставала рано.

– Оговорены в контракте, но вы можете попросить, его светлость обычно не отказывает.

За разговорами дошли до этажа с личными покоями. Отныне Ноэми предстояло жить здесь. Сердце забилось чаще. Все ближе гостиная, в которой Ноэми пряталась за диваном. Неужели девушке предстояло жить рядом с де Веном?

Подтверждая худшие опасения, Тарьи махнул рукой направо:

– Спальня его светлости. Кабинет мы уже прошли, но вы его знаете.

Ноэми кивнула и с тревогой проводила взглядом дубовую дверь.

– Вас поселили ближе ко второй, служебной лестнице, через площадку, – продолжал говорить Тарьи. – Герцог выделил целых две комнаты. Обычно секретарю полагается только одна.

Девушка поджала губы. Она догадывалась о причине подобной щедрости.

Так близко от герцога! Всего одна лестничная площадка.

– А покои маркиза?

Нужно знать, где притаился второй враг. Ноэми, пусть и сохранила невинность, понимала, что таилось за взглядами Йонаса.

– Маркиз живет в другом крыле, по правую сторону парадной лестницы.

– Значит, это половина герцога?

– Именно. Его светлости и ее светлости, если она снова появится.

Значит, часть комнат пустует. Тоже плохо. С другой стороны, двое холостых мужчин под боком – еще хуже.

Покои Ноэми оказались больше прежнего пристанища и, несомненно, уютнее. Чего стоил камин и кровать, покрытая пушистым белым покрывалом! Ноэми живо представила, как развалится на ней с книгой в руках.

Окна выходили не во двор – в сад. Песчаные дорожки, лабиринт кустарника, геометрический орнамент клумб. Только одна проблема – окна герцога смотрели туда же, отсюда их прекрасно видно. Значит, и Ноэми тоже, если его светлости вздумается за ней следить. Нужно не забывать накидывать шаль или пеньюар, подходя к окну.

– Вас устраивает? – напомнил о своем присутствии Тарьи.

– Да, спасибо, – обернувшись, улыбнулась девушка. – Некогда тут жили вы? Простите, я не хотела причинять неудобств.

– Что вы! – рассмеялся секретарь. – Я живу в башне, чтобы не мешать его светлости. У меня семья, ребенок, сами понимаете, много шума.

Ноэми кивнула. Теперь-то она точно все поняла и горела праведным негодованием.

Обманщик, сластолюбец, подлец! Так-то секретарь живет рядом со спальней хозяина!

Однако Ноэми сохранила внешнее спокойствие и начала обустраиваться на новом месте. В помощь ей отрядили одну из горничных. Смышленая, но неболтливая, она понравилась Ноэми.

Ужинать тоже предстояло в компании работодателя и его сына. Кроме Ноэми их общество скрашивали Тарьи с супругой – блондинкой крайне болезненного вида. Она молчала и боялась поднять глаза от тарелки, пока супруг активно обсуждал с герцогом налоговую политику нынешнего короля.

Ноэми тоже предпочитала хранить молчание, слушала, наматывала на ус. Старалась заметить любые мелочи, которые могли пригодиться в работе или рассказать что-то о герцоге, его домочадцах, друзьях и недругах.

– Госпожа Вард, – девушка вздрогнула, – подготовьте, пожалуйста, письмо столичному управляющему. Сообщите, мы прибудем пятнадцатого числа. И сами поторопитесь, купите необходимое.

– Конечно, ваша светлость, – с замиранием сердца кивнула Ноэми.

То самое важное поручение!

Девушка энергично принялась за дело, завалила герцога вопросами. Де Вен отвечал, улыбаясь краешками губ. Чужой энтузиазм, особенно энтузиазм неофита забавен, надолго ли его хватит?

Тарьи тоже с любопытством посматривал на Ноэми. Он догадывался, по какой причине ее нанял герцог, и гадал, скоро ли девушка все осознает. Бедняжка искренне верила, будто станет секретарем.

Мужчина не сомневался, письмо предстоит писать ему, вариант Ноэми отправится в мусорное ведро. Он не видел в девушке конкурентку, а работа на двух хозяев – благо ввиду увеличения семейства, можно и посидеть ночами.

Супруга Тарьи с разрешения герцога удалилась первой, сославшись на семейные дела.

Принесли лафит. Ноэми, как единственной даме, предложили чаю.

Мужчины перешли из столовой в гостиную. Завязался разговор о политике.

Ноэми в нерешительности замерла на пороге с чашкой в руках. С одной стороны, как секретарь, она должна быть в курсе событий, с другой, как женщине, ей не полагалось нарушать мужское уединение. Конец сомнениям положил герцог. Он заметил мявшуюся в дверях Ноэми и жестом предложил войти. Девушка устроилась в уголке, возле консольного столика. Она неловко поставила чашку на газету и, смиренно сложив руки на коленях, приготовилась слушать.

Герцог с усмешкой косился на нового секретаря. Ноэми сейчас казалась совсем юной девочкой, впервые оказавшейся во взрослой компании. Для полноты образа не хватало только голубых бантиков и платья с пышной юбкой. Де Вен задумался. Пожалуй, Ноэми пошли бы локоны: темные волосы особенно эффектны, когда лежат волнами. И кружево панталончиков, торчащее из-под юбок, столь пикантно!

С неохотой вынырнув из эротических грез, герцог сосредоточился на беседе. Говорили о партиях при дворе и угрозах Веоса. Меньше всего мужчины ожидали, что Ноэми откроет рот и задаст вопрос:

– Сколько у нас магов, милорды?

Видя, что ее не понимают, девушка уточнила:

– Сколько магов в королевстве, какой они силы? Я бы провела перепись чародеев и поставила их на государственный учет.

В звенящей тишине Ноэми отпила из чашки и с легким звоном поставила ее обратно на столик.

Герцог нахмурился. Постукивая пальцами по ножке бокала, он пристально смотрел в глаза Ноэми. Она выдержала испытание.

По мнению девушки, Лиргия обладала достаточными людскими ресурсами для противодействия соседям. Если королевство не сдалось до сих пор, продержится и дальше. Навсеи не так уж страшны, если на то пошло, у лиргийцев с веосцами общие корни.

– То есть, если я вас правильно понял, – де Вен всем корпусом повернулся к Ноэми, – обычная перепись решит все проблемы?

Йонас откровенно потешался, посмеиваясь в бородку. Чего еще ожидать от женщины? Только дурацких предложений.

– Разумеется, нет. – Ноэми гадала, почему мужчины до сих пор не уловили логики. – Так мы узнаем, какими магами обладаем, насколько они сильны, каких много, а каких мало, то есть повысим эффективность обучения.

Герцог хмыкнул, позвонил в колокольчик и велел принести даме лафита. В глазах мелькнуло уважение. Идея не лишена смысла. Увы, магов действительно готовили бессистемно, не устраивая специального набора по нужным здесь и сейчас направлениям.

– Ваша светлость.

Перед де Веном возник слуга с подносом.

Герцог взял письмо, глянул на имя отправителя и нахмурился.

– Госпожа Вард, – нарушая этикет, выдав волнение, де Вен прищелкнул пальцами, – взгляните.

Тарьи поджал губы. Он сомневался, будто неопытной девице можно доверять подобные вопросы, но герцогу виднее. В голове секретаря впервые промелькнула мысль: вдруг Ноэми взяли не как постельную игрушку? Тогда он, Юхан Тарьи, лишится двойного заработка. Внутри засвербело беспокойство. Секретарь пригляделся к девушке. Она, хмуря лоб, специальным ножом вскрывала толстый конверт. По виду – обычная любовница. Юна, смазлива, без роду, без племени. Однако пару минут назад она блеснула умом. Девица, несомненно, образована лучше большинства дам высшего света. В животе Тарьи сплелся клубок глухого недовольства. Ему урезали жалование, сделали секретарем маркиза, а вертихвостка медленно, но верно становится правой рукой герцога. Пусть не надеется на помощь, в жизни каждый сам за себя.

Ноэми прочитала имя на конверте: граф Лукаш де Сард. Уж не тот ли Лукаш, которому просили отдать дневник? Знакомое имя… Ноэми должна вспомнить, обязана. И она вспомнила: так звали первого министра Виллема, знаменитого Сумеречного графа. Судя по реакции де Вена, они не дружат. В голове всплыли подслушанные беседы. Ну да, они по разные стороны: один стремится удержать высочайший пост, другой – его получить.

Девушка осторожно взломала печать и извлекла из конверта идеально белую, чуть похрустывающую бумагу. Без гербовых знаков – значит, письмо неофициальное. Повертев письмо в руках, Ноэми развернула его и пробежала глазами по строчкам. От герцога требовали отчета по делу, связанному с поставками алмазов.

Ноэми нахмурилась. Как можно что-то понять, если ничего не знаешь? С теми же алмазами. Зачем они? Вряд ли для нужд ювелиров. Тогда для магии. Изготовление амулетов? Составная часть алхимических смесей? Нужно покопаться, почитать.

– Ваша светлость, – Ноэми решилась задать опасный вопрос, – вы владеете алмазными рудниками?

Де Вен стал темнее тучи и забарабанил пальцами по столу. Сначала хотел промолчать, но передумал.

Понятно, что понадобилось де Сарду! Пронюхал о маленькой афере и хочет убрать конкурента.

– Я посредник, – туманно ответил герцог. – Закупаю для государственных нужд. Эшеры – народ скрытный, тяжело идут на контакт, зато у них самые чистые алмазы.

– Понятно, – Ноэми нахмурилась.

Работодатель вел нечистую игру, лучше разобраться в алмазах и методах их использования, чтобы не попасть в неприятную ситуацию. На Тарьи надеяться не стоит: одного брошенного вскользь взгляда хватило, чтобы понять, отныне секретарь соперник.

– Так о чем письмо?

Вопреки ожиданиям, де Вен спокойно выслушал чужие требования.

– Замечательно, мы как раз собирались в столицу. Готовьтесь, госпожа Вард, и не забудьте о письме управляющему.

Но мимика таки предала герцога: у него дернулся уголок глаза.

* * *

– Сюда! Поторапливайтесь! – Ноэми руководила слугами, стоя на верхней ступеньке парадного крыльца.

Многочисленные тюки, сундуки и коробки множились на запятках и крыше кареты. Помимо нее в столицу брали еще один возок, целиком заваленный вещами.

Девушка нервничала. Вдруг что-то пойдет не так? Переезд – серьезное задание, но с предыдущими поручениями она справилась, осилит и это.

Тарьи оставался в замке. Ноэми втайне порадовалась – за короткий срок секретарь маркиза доказал свою крысиную сущность. Вот и теперь он исподтишка наблюдал за ней. Стоял рядом с управляющим, якобы обсуждал распоряжения на время отъезда, а сам коршуном следил за Ноэми. Она нарочито его не замечала. Не дождется, она не запнется!

Мужской мир суров, но, когда нет выбора, приходится в нем выживать. Теперь Ноэми знала, в каких тепличных условиях, несмотря на крутой нрав отца, жила дома. Там все решал лорд Сулин, тут самой просчитывать каждый шаг и отвечать за его последствия.

– Как, справляетесь?

На плечо легла рука герцога. От него пахло смесью парфюма, кожи перчаток и аромата тела. Дыхание разгоняло мурашки по телу, хотя де Вен не прижимался, держал положенное, хоть и небольшое расстояние.

– Надеюсь, ваша светлость, – на мгновение задумавшись, кивнула девушка. Руку сбрасывать не стала, даже плечиком не повела. Если не выказывать смущения, быстрее отстанет. – Какие-то пожелания?

– Да, – кивнул герцог и убрал пальцы. – Книги, бумаги. Нужно упаковать и перенести.

– Разве в Ушге нет библиотеки? – удивилась Ноэми.

Ладно, бумаги, но книги! У уважающего себя аристократа в каждом доме солидное собрание фолиантов на любой вкус.

– Это не те книги, особые, – таинственно обронил де Вен.

Ноэми занервничала и с трудом поборола желание проверить на месте ли дневник Жана де Вена. К счастью, она совладала с собой и ровным голосом поинтересовалась, о каких именно книгах и бумагах идет речь.

– Скажу, – герцог махнул рукой на двери.

– А как же?.. – Взгляд Ноэми метнулся к карете.

– Без вас управятся. Вы на редкость хозяйственны, госпожа Вард. – Девушка не знала, лжет он или действительно хвалит. – С вами мои дела перестали напоминать воплощение хаоса.

– Благодарю, ваша светлость. Вы покажете книги сейчас? – Ноэми направила беседу в деловое русло.

– Возьмете архив за три месяца и текущую переписку. Не забудьте бумаги эшеров, – судя по тени, набежавшей на лицо де Вена, он предпочел бы и дальше говорить о прекрасной Ноэми Вард. – Книги… – Герцог ненадолго задумался. – Часть по магии, часть – мои любимые романы. Я консервативен, люблю определенные издания. Причуда, знаете ли.

Ноэми кивнула. На первый взгляд все не так страшно.

В библиотеке – девушка решила начать с книг – обнаружился Йонас. Он старательно, будто ученик ради хорошей отметки, перевязывал бичевой пергаментный сверток. Оставалось только дивиться расточительности де Венов, тративших столь ценный материал на упаковку. Не иначе герцог обедал алмазами, раз вместо холста использует кожу тончайшей выделки.

– Милорд.

Ноэми сделала книксен и направилась к полкам. Герцог снабдил подробным списком, а библиотеку девушка знала, как свои пять пальцев.

– Давайте я помогу.

Маркиз тут же оказался рядом, довольный, как мартовский кот.

– Благодарю, тут невысоко…

Ноэми осеклась, сообразив, что лестницей при Йонасе лучше не пользоваться. Ушлые юнцы устраивали подобные развлечения: просили сестру или кузину достать что-то с верхней полки и брали деньги с приятелей за любование девичьими панталонами.

– Пожалуй, я бы не отказалась от помощи, – резко передумала девушка и мысленно похвалила себя: маркиз досадливо нахмурился. Значит, действительно планировал узнать цвет подвязок. – Мне понадобятся вон те два крайних тома на третьей полке, – она указала нужные. – И еще один на четвертой, в красном сафьяновом переплете.

– Волшебством увлекаетесь? Мне казалось, вы амагичны, госпожа Вард.

– Амагична, – развела руками Ноэми, умолчав, что никогда не страдала подобным заболеванием, просто родилась без дара. – Зато ваш отец – прекрасный маг. Он просил захватить книги в поездку.

Маркиз засопел и пододвинул лестницу к полке. Что именно так его разозлило? Видимо, упоминание отца. Уж не ревность ли обуревала наследника де Вена? Два хищника – перебор для маленькой мышки.

– Вот.

В руки опустился первый тяжелый том. Да, такой можно только на тележке перевозить! Зато упаковывать легко: фолиант в футляре, не растреплется.

– Благодарю. – Во всякой ситуации оставайся вежливой с аристократами, если только они не посягают на твою честь. – Я вернусь буквально через минуту, ваше сиятельство, и помогу вам. Вы тоже пакуете книги?

Маркиз промолчал и отвернулся. Странно.

Ноэми запаслась почтовой бумагой и вернулась в библиотеку. Там быстро и ловко – сказывались навыки упаковки подарков – разделалась с заданием и позвонила в колокольчик. Явившийся на зов слуга со всеми возможными мерами предосторожности по очереди отнес книги в карету. Их в сундуки не клали, берегли, как детей.

– Нравится ему прислуживать?

Ноэми вздрогнула: Йонас пошел дальше отца и обнял.

– Не понимаю, о чем вы, милорд.

Девушка языком тела показала, ей неприятна подобная близость, однако маркиз проигнорировал очевидное. Одна рука осталась на талии, другая поползла к груди.

– Ни сережек, ни бальных платьев, ни ласки – одна работа!

Нахал добрался до желаемого, но получил решительный отпор. Девушка больно ударила по руке, пытавшейся пощупать грудь. И если бы только – Ноэми опасалась, Йонас отыщет дневник. Маркиз шумно выпустил воздух сквозь зубы, но руки не отнял. Он тесно прижался к Ноэми и практически касался губами ее уха. Краснея, девушка ощутила бугорок на брюках. Так вот оно какое! Совсем не похоже на описания в романах.

– Мне нравятся непокорные! – мурлыкнул Йонас и обжег поцелуем нежную кожу за ухом. – Я умею быть нежным и благодарным. Вы не пожалеете, Ноэми.

Голос маркиза стал хриплым, дыхание участилось. Он с силой прижал девушку за бедра. Ноэми порадовалась, что ниже ростом, иначе бы бугорок на брюках маркиза уперся в нужное место.

– Станьте моей любовницей! – в перерывах между поцелуями предложил Йонас.

Девушка испугалась. Они в библиотеке одни, маркиз сильнее и напролом идет к цели. Паника накатила удушливой волной, но Ноэми всеми силами старалась сохранить контроль над разумом.

– Я предпочту работу унижению, милорд, – дерзко ответила девушки и лягнула маркиза.

От неожиданности он выпустил жертву, чем та не преминула воспользоваться. Ноэми со всех ног кинулась к дверям. Как назло, ручка не желала поддаваться, заклинила.

Хмурый маркиз надвигался на девушку грозовой тучей. Нога все еще болела, и Йонас решил, Ноэми за все ответит. Дерзкая девчонка, как она посмела? Безродная тварь, у которой даже сословия нет! Отец пригрел из милости, пора бы понять.

Йонас рассчитывал на постельное развлечение, а не на секретаря. Девчонка ему нравилась. Воображение живо рисовало, что и как он с ней проделает. Йонас не жадный, поделится с отцом. Маркиз видел, как герцог смотрел на темную бестию. Ничего, они с отцом еще посоревнуются, кто быстрее доведет девочку до вершины, но первым станет Йонас. Здесь и сейчас. Герцог свой шанс упустил.

– Куда собралась?

Маркиз за руку дернул Ноэми к себе. Запястье девушки откликнулось болью. Показалось, будто Йонас его вывихнул.

– Вы омерзительны, милорд!

Раскрасневшаяся Ноэми попыталась влепить мучителю пощечину, но он перехватил ее руку и завел за голову. Вскоре к ней присоединилась вторая. Теперь перед Йонасом открылась свобода действий. Он вжал девушку в стену, зафиксировал запястья жертвы одной рукой и торопливо задрал юбки. Ноэми в ужасе смотрела в его потемневшие, почти черные глаза. Пальцы маркиза, шарившие под одеждой, вызывали брезгливость. Все, что она могла, – плотно сжать бедра, Йонас лишил возможности пошевелиться. От него пахло дорогим парфюмом и жасминовым мылом. Отныне Ноэми будет тошнить от цветочного аромата.

– Ну же, не упорствуй! – Губы впились жестким, болезненным поцелуем. – Если не станешь сопротивляться, тебе понравится. После я щедро заплачу.

Ноэми сплюнула и нервно облизала губу. И сглотнула, ощутив, поглаживание ТАМ.

– Какая же ты сладкая! – мурлыкнул маркиз, освобождив жертву от нижнего белья. – Давай, раздвигай ножки. Я хороший любовник и хороший защитник.

– Вы насильник, милорд!

Йонас усмехнулся и раздвинул коленом стиснутые бедра. Рука потянулась к поясу брюк. Ноэми круглыми от ужаса глазами наблюдала за тем, как маркиз нарочито медленно развязывает шнурок, и зажмурилась, не желая видеть позора.

Подхватив под мягкое место, маркиз закинул ноги девушки себе на талию, но сделать ничего не успел.

Ноэми ничего не понимала. Руки Йонаса, его горячее частое дыхание внезапно исчезли, библиотеку заполнил рокочущий голос герцога. Он ругал сына в таких выражениях, что в любой другой ситуации девушка бы покраснела, но теперь ее волновали только сползшие на пол панталоны. Ноэми постаралась быстро и незаметно поднять их и водворить на место.

– Остаешься здесь! – раскрасневшийся де Вен сжимал кулаки. – Не хватало, чтобы ты всех столичных девиц попортил! В тюрьму захотел?!

– Но она… – пытался оправдываться озадаченный гневом отца Йонас.

Он не успел одеться и придерживал брюки на причинном месте.

– Госпожа Вард – мой секретарь, а не шлюха из борделя! – рявкнул де Вен. – Проси извинения и молись всем двенадцати Вседержителям, чтобы она не подала в суд.

– Безродная? – Йонас рассмеялся. – Лучше признайся, что сам хочешь.

Послышался звук удара и глухое проклятие.

Подняв глаза, Ноэми увидела лежавшего на полу Йонаса. Он сплевывал сгусток крови. Бешеный взгляд остановился на девушке, и она поняла, что нажила нового врага. Йонас де Вен не простит двойного позора. Во-первых, он не смог ей овладеть. Во-вторых, из-за нее отец чуть не выбил ему зубы.

– Проспись! – зло прошипел де Вен. – Повторяю, ты наказан и остаешься здесь.

– Не имеешь права! – Йонас встал и вытер кровь с разбитой губы. Руки сжались в кулаки. – Я совершеннолетний и представлен ко двору.

– Вот и живи на свои доходы в своем доме, сам расплачивайся по карточным долгам. Не желаешь, – герцог выдержал эффектную паузу, – следуй моим правилам. А теперь вон!

Одарив Ноэми еще одним злобным взглядом, Йонас подтянул исподнее и гордо хлопнул дверью.

Девушка съежилась у стены. Она понятия не имела, что сейчас сделает де Вен. Он в свою очередь молчал и пристально смотрел из-под насупленных бровей. Чем Ноэми перед ним-то провинилась?

– Вы делали ему авансы, госпожа Вард? – Голос звучал глухо, надтреснуто.

Ноэми покачала головой. Наоборот, она всячески оберегала свою честь.

Девушка лгать не умела, де Вен это чувствовал. Не кокетничала, не заигрывала – значит, Йонас сам. Давно пора с ним серьезно поговорить. Герцог тоже любил женщин, но всегда думал о последствиях. Нельзя запятнать род де Венов, а тут изнасиловать секретаря!

– Вы в порядке? – запоздало поинтересовался герцог и шагнул к Ноэми.

Она испуганно дернулась, ища укрытия.

– Не бойтесь, – де Вен улыбнулся и снял перчатку.

Пальцы бережно, невесомо коснулись щеки, погладили. Слишком интимно. Ноэми задержала дыхание, напряглась струной, ожидая продолжения. Нужно расслабиться и не мешать. Не думать, не думать, не думать! Однако герцог ничего не сделал. Девушка выдохнула с облегчением. Значит, в отношении де Вена не нужно опасаться насилия.

– Вы упаковали книги? – герцог сменил тему.

Ноэми кивнула. Слуги унесли все в карету.

– Прекрасно! С бумагами разберусь сам. Идите, выпейте чего-нибудь. Жду через полчаса внизу, в холле.

Де Вен развернулся, но, замешкавшись у двери, вновь обернулся к девушке. Алые пятна на щеках, остатки ужаса в глазах, частое дыхание. Она сильно напугана. Немудрено! Разве так укладывают девушку в постель? Тут нужно действовать осторожно, главное, преодолеть страх первого раза, и Ноэми сама робко раздвинет колени.

– Вам нужна защита? Я могу дать кое-что, пригодится.

Дело не только в Йонасе – в столице у де Вена много недоброжелателей. Не сумеют добраться до него, займутся секретарем. Ноэми, вопреки мнению Йонаса, не подстилка, даже сделав любовницей, герцог намеревался оставить ее при должности. Можно не волноваться, секреты не уплывут ни из спальни, ни из кабинета. Герцог признал, прежде он ошибался насчет слабого пола. Некоторые дамы способны успешно справляться с мужской работой.

Де Вен еще раз окинул взором Ноэми и залюбовался. Писаная красавица! Он узнал, за кого ее собирались выдать замуж – графу бы другую невесту! Герцог найдет девушке хорошего жениха, не старика, не урода и не скрягу. Ноэми должна остаться при дворе и получить титул. Разумеется, после того, как де Вен приучит карминовые губки. Похоже, Ноэми Вард стала его персональным наваждением.

– Что за защита, ваша светлость? – недоуменно наморщила носик Ноэми.

– Амулет. Я ведь маг, госпожа Вард.

Напряжение начало отпускать. Атмосфера в библиотеке разрядилась, улетучился запах липкого страха.

– Я подумаю, – кивнула Ноэми. – Не сейчас, чуть позже. А теперь простите, ваша светлость…

– Да, конечно.

Герцог посторонился, пропуская девушку. Вслушиваясь в отдаляющийся перестук каблучков – значит, бежала, – он задумался, как решать проблему Йонаса. Выход напрашивался один: женить сына. Решено: поездка ко двору закончится помолвкой.

## Глава 5

Ноэми сжимала ручку саквояжа, скрывая волнение. Герцог, напротив, хранил ледяное спокойствие. Ну да, он привык к порталам, а для девушки все в диковинку. За восемнадцать лет она практически никуда не выезжала, только к соседям или в ближайший город, да еще на редкие балы к королевскому наместнику, поэтому каждый звук, каждый запах становился открытием.

Прильнув к окну, Ноэми жадно впитывала воздух Ушга. Примет ли ее столица, ответит ли взаимностью?

Первое знакомство началось с перемещения в пространстве. Оно оказалось столь стремительно и пугающе, что Ноэми едва сохранила лицо. От постыдного поступка: закрыть лицо руками, удержало присутствие де Вена.

Вой ветра, алая вспышка, десятки молний, пронзивших экипаж, минутное состояние невесомости, безвременья, и они уже в окрестностях Ушга.

Щелкает бич, и карета катит по идеально ровной, выложенной битым кирпичом дороге.

А вот и знаменитый полог, защищающий город. Он чуть искрится на солнце и напоминает прибежище грозного небесного огня.

– Не бойтесь, полог не активирован, – заметив волнение спутницы, успокоил де Вен.

– Я не боюсь, ваша светлость. – Ноэми повернулась лицом к герцогу: невежливо разговаривать спиной. – Просто у нас совсем нет магии и…

– Нет магии? – насмешливо поднял брови де Вен. – Даже бытовой?

Девушка покраснела. Да, они бедны и не могут позволить такую роскошь. Хорошо герцогу, он может сорить деньгами, а лорд Сулин собственную дочь продал, чтобы выплатить долги. Только вот Ноэми расстроила свадьбу, спасать семью придется Бьянке.

Снисходительная усмешка скользнула по губам герцога. Ну да, чего еще ожидать от Вардов! Зато образование дочери дали хорошее.

– Госпожа Вард, – Ноэми вздрогнула, – вы не ответите на один бестактный вопрос?

Девушка задумалась и кивнула. Даже интересно стало, что привлекло внимание герцога. Кажется, он успел спросить обо всем неприличном.

– Вас готовили в невесты?

– Что, простите? – не поняла Ноэми.

Де Вен замялся, подбирая слова, и снял перчатку. На ладони затрепетал огонек. Ноэми восхищенно ахнула и, позабыв о манерах, уставилась на лепесток пламени.

– Элементарная магия, – пояснил герцог и сделал провокационное предложение: – Можете задуть. Обычно так разжигают камин, но я стабилизировал заклинание, сделав огонь безопасным.

– То есть он не обжигает? – догадалась Ноэми.

Девушка колебалась. С одной стороны, хотелось наклониться, с другой, не переходит ли она грань? Де Вен однозначно дал понять, кем хочет ее видеть, не примет ли любопытство за попытку сближения? В итоге пытливый ум перевесил, и девушка дунула на ладонь. Огонь погас.

Герцог улыбнулся и не стал надевать перчатку. Рука легла на колено, играя перстнями.

– Так как, госпожа Вард? – вернулся де Вен к прерванному разговору. – Признаться, – посетовал он, раздраженно хлопнув себя по бедру, – столь длинное обращение несколько утомляет. Пока крикнешь, уже надобность отпадет.

– Можете называть меня по имени, ваша светлость, – пошла на беспрецедентный шаг Ноэми. – Полагаю, – уже не столь уверенно продолжила она, – это возможно.

– Формально – да, – кивнул де Вен, улыбнувшись маленькой победе, – но несколько фамильярно. Хотя мне подходит. Решено, в приватной обстановке и в кругу семьи стану называть вас по имени, на людях – по полной фамилии. Если угодно, – он остановил взгляд на ее лице, ожидая реакции, – можете обойтись без «светлостей». «Милорд» – вполне достойное обращение.

– Как угодно, милорд де Вен, – склонила голову Ноэми. Вопреки ожиданиям, она не смутилась. – Касательно вашего вопроса: я готовилась поступать в академию и серьезно занималась самообразованием.

– Похвально!

Герцог досадливо вспомнил Йонаса. Де Вен заставлял сына учиться из-под палки, а какая-то провинциальная леди сама, преодолевая препятствия, грызла гранит знаний. Достойно уважения, без всякого сарказма.

Ноэми смутилась. Ничего особенного, обычная тяга к знаниям. Послушать герцога, она подвиг совершила!

– Значит, вы собирались в академию. Кем планировали стать?

Девушка пожала плечами.

– Ученым. Я люблю науку, – по секрету призналась она.

Брови герцога поползли вверх. А он ее в куртизанки! Но ведь на «синий чулок» не похожа, красивая, с пухлыми губками.

– Есть более подходящие занятия для благородной девицы, – назидательно заметил де Вен.

– Брак? – сверкнула глазами Ноэми.

Если бы не титул работодателя, она бы высказалась насчет мужчин, видящих в женщинах дурочек, годных только для рождения детей. Отец тоже так считал, не уважал жену и тем более дочерей. Женская порода убыточна, если не приносит барышей в виде зятя и наследников, дырявого носка не стоит.

От герцога не укрылась ее вспышка гнева. Заинтересовавшись, он подался вперед, а потом и вовсе пересел к Ноэми. Она отодвинулась, забилась в самый угол кареты.

Скорей бы уже приехали!

Ушг померк, потерял всю привлекательность. Виной всему герцог и его желание оказаться рядом.

– Кто внушил вам отвращение к браку? – Де Вену нравилось смущение спутницы. – Бывший жених, отец?

Ноэми предпочла промолчать. Сцепив руки на коленях, она старательно разглядывала пейзаж за окном.

– Я не хочу говорить об этом, милорд, простите, – наконец выдавила из себя девушка.

Внутри клокотало недовольство.

Как он не понимает, подобные вопросы неуместны! Или не уважает, поэтому и спрашивает. Ну да, Ноэми изначально предстояло удовлетворять альковные потребности герцога, какое тут уважение!

– Вам придется выйти замуж, – мягко напомнил прописную истину де Вен. – Я найду хорошую партию.

Рука – та, которая без перчатки, – накрыла ее ладонь. Ноэми напряглась гитарной струной. Большой палец герцога прошелся по шелку перчатки и замер на пальцах.

– Ладно, Ноэми, расскажите, чем намерены заниматься? Наверняка должность при мне – лишь ступенька для достижения большой цели, – усмехнулся де Вен и отпустил.

Девушка с облегчением выдохнула. Он смущал ее, заставлял нервничать. От прикосновений мурашки разбегались по телу. Умом Ноэми понимала, к чему все идет, но не могла сопротивляться. Ну не ощущала она угрозы, не боялась герцога так, как Йонаса.

Ноэми закусила губу, задумалась.

– Я хочу вернуть фамилию и получить во владение немного земли. Дальше посмотрим.

– Так мало? – удивился герцог и презрительно фыркнул. – Землю я могу подарить за хорошую службу. Ее у меня много, не обеднею.

– Благодарю, ваша светлость, но мне нужна моя земля.

Де Вен все понял и насупился. Формально девушка его не оскорбила, на деле же… Неприятно. Интересно, если он сейчас привлечет ее к себе, станет ли Ноэми сопротивляться? Припухшие губы не навредят образу секретаря, а поездка завершится приятным аккордом. Но герцог не стал целовать, пересел обратно и натянул перчатку.

Хорошее настроение испарилось. Де Вен хмурился. На языке вертелся вопрос, однако герцог его не озвучил. Так низко он не опустится.

Внезапно карета дернулась. Воздух будто растянули, а затем сжали до предела.

– На пол! – крикнул герцог и столкнул с сиденья оторопевшую Ноэми, накрыв собой.

Де Вен оказался тяжелым, но девушка не жаловалась, тихо лежала, испуганно вслушиваясь в странный свист. Герцог ругался и, кажется, колдовал – руки не касались Ноэми.

– Сейчас! – пробормотал он и рывком встал на колени, давая спутнице возможность вдохнуть.

Ноэми окружал радужный пузырь, но девушку заинтересовал вовсе не он, а дыра в стенке экипажа. Нечто прошило его насквозь там, где пару минут назад сидела Ноэми. Если бы не герцог, от нее бы ничего не осталось.

Де Вен пристально изучал обугленные края. Пальцы светились, над ладонью плавал голубой шар. Магия!

Возле экипажа собралась толпа зевак. Всем хотелось взглянуть на искореженную герцогскую карету, чтобы посудачить потом на кухне.

Разгоняя толпу, к месту происшествия спешила стража.

Ноэми села и робко коснулась стенки пузыря. Она оказалась эластичной, но крепкой.

– Что это? – нахмурившись, девушка указала на дыру.

Воздух вновь стал прежним, не сдавливал кости.

Герцог недоуменно глянул на нее. Испугана, но сосредоточена. Ни слез, ни дрожащих губ. Видимо, лорд Сулин воспитывал как мальчишку в духе «не смей плакать!» Хорошо, поможет в разбирательствах.

– Покушение, Ноэми, – спокойно ответил де Вен и нетерпеливо махнул стражникам.

– Покушение? – недоверчиво уточнила девушка и прижалась к стенке пузыря, надежно защищавшего от внешних угроз.

– Для вас в новинку, что люди иногда убивают друг друга? – рассмеялся герцог и встал рядом, положив руку на радужную поверхность собственного детища. – Мой брат тоже погиб не своей смертью.

Жан! Дневник!

Уфф, вроде, на месте, не выпал, в потайном кармане. Проверить нельзя, придется положиться на ощущения.

И все же, зачем на жизнь герцога покушались?

– Алмазы? – предположила Ноэми.

Лицо герцога вмиг стало жестким. Он развеял чары и грубо ухватил девушку за руку. Показалось – ударит, но нет, минута ярости прошла, и де Вен отступил. Привычная маска скрыла эмоции, а Ноэми убедилась, с алмазами нечисто, первый министр не зря жаждал разговора. Может, именно он заказал разрывной шар? Подумать только, Ноэми могла погибнуть!

– Неважно! – Губы герцога тронула фальшивая улыбка. Глаза остались холодными. – Главное, вы не пострадали. Остальным займется стража. И, – де Вен выразительно глянул на Ноэми, – вам таки нужен защитный артефакт. Как показал этот случай, мое общество бывает опасным.

Де Вен помог девушке выбраться из искореженной кареты и посторонился, намекая, общаться с офицером стражи предстоит секретарю. Ноэми поправила волосы, пару раз глубоко вздохнула и шагнула навстречу мужчине в форме. Подумала и протянула руку – если она секретарь, надлежит обменяться рукопожатиями. Офицер опешил и перевел взгляд на герцога. Он и бровью не повел.

– Здравствуйте! Я госпожа Ноэми Вард, секретарь герцога Дамиана де Вена, – представилась девушка и сразу перешла к делу.

Ноэми спиной чувствовала: де Вен наблюдает, оценивает, значит, ошибиться нельзя. Только как можно что-то объяснить, когда ничего не знаешь? Пришлось изворачиваться.

– До встречи в особняке.

Герцог не стал дожидаться, чем закончится беседа, и велел кучеру распрягать. Ехать в экипаже невозможно, а ходить пешком де Вен не привык.

Девушка растерянно смотрела на работодателя. Она в первый раз в столице, ничего не знает, неужели он бросит? Видимо, да. Новое испытание, и Ноэми предстоит его пройти, чтобы вновь доказать, девушка по праву занимает должность секретаря.

Слуга выпряг лошадей и подвел одну из них к Ноэми.

– Кучер проводит, сами до дома не доберетесь, – добавил герцог и сел на косившую глазом кобылку.

Кажется, то же предстояло Ноэми, но нельзя ездить без седла! Ноэми мерещилось, будто де Вен издевается над ней, собирался унизить. Она покосилась на кучера, затем на лошадь и тяжело вздохнула. Наверняка Тарьи занимался тем же. Секретари на то и существуют, чтобы решать проблемы господ.

– Ваша светлость! – Девушка таки окликнула де Вена.

Пока он не уехал, нужно получить четкие указания.

Она ощущала скепсис во взгляде офицера, слышала смешки зевак и догадывалась, каждая ее ошибка навредит герцогу, а этого допустить нельзя. Секретарь – лицо господина.

Де Вен изумленно заломил бровь, потом и вовсе соскочил с лошади. Проделал это столь грациозно, словно встал со стула.

– Внимательно слушаю, – герцог слегка склонил голову набок.

– Можно переговорить с вами, ваша светлость.

– Милорд, – поправил герцог, напоминая об уговоре. – Я в вашем полном распоряжении.

Де Вен махнул рукой в сторону искореженного экипажа, и девушка покорно последовала туда.

Толпа между тем росла, только кольцо солдат сдерживало любопытных.

Герцог поправил перчатки и чуть приподнял подбородок, показывая, что готов слушать. Только Ноэми не знала, как объяснить, чтобы не показаться глупой. Пусть поездку она организовала без нареканий, но тогда речь шла о физическом удобстве, тут на кону репутация. Может, покушение попадет в печатные листки – в Ушге работала типография, которая уже полгода выпускала королевскую газету. Ноэми впервые увидела ее в публичной библиотеке, а потом не раз клала на стол герцогу. Ох, страшно представить, что де Вен сотворит с секретарем, если заметка ему не понравится!

Когда молчание неприлично затянулось, девушка смущенно призналась:

– Я не знаю, что говорить, милорд. Вернее, я хотела бы понять, как именно нужно обставить происшествие. Наверняка существуют подробности…

Она не договорила и покраснела.

Уволит, как пить дать, уволит!

Герцог покровительственно улыбнулся и незаметно коснулся пальцами запястья девушки.

– Госпожа Вард, вам нечего стыдиться. Я все ждал, когда вы спросите об указаниях. Я не собирался оставлять вас на растерзание черни. Кучер будет следовать по пятам и отгонять сброд. Вы поедете в участок и подробно опишете происшествие. Ничего не скрывайте, но и лишнего не болтайте.

Ноэми понимающе кивнула – врать, изворачиваться и отбиваться от попыток узнать хоть что-нибудь о герцоге.

– Справитесь?

Девушка ответила утвердительно. Будто у нее есть выбор! Не желаешь оказаться среди девиц, толпящихся на улице, крутись. Ноэми слышала от няньки, в крупных городах охотились за одинокими девушками, похищали и продавали в бордели.

Де Вен вздохнул. По глазам видно: растеряна, только ни за что не признается. Придется спасать храбрую бедняжку.

– Вы без седла ездить умеете? – герцог начал с малого.

– Да, – соврала девушка.

– Нет, – озвучил истину де Вен и посоветовал: – Иногда лучше сказать правду. Итак, не умеете. Кучер одолжит попону. Из участка поедем, как должно.

– Поедем, ваша светлость? – не веря, переспросила девушка.

Неужели он не бросит, проводит? Ушам не верилось!

– Госпожа Вард, поручение трудное, нужно показать, как общаться с чиновниками и представителями власти. Говорить будете вы, я поправлю, если ошибетесь. И простите великодушно, забыл сообщить столичный адрес: привык к Тарьи.

Ноэми покраснела. Похоже, ее не воспринимают всерьез, только как красивую куклу. Вот и сейчас, зачем герцог стоит так близко, временами касается руки, чтобы все решили, будто они любовники. Девушка знала, де Вен хотел бы, только вот она не собиралась прыгать в герцогскую постель.

– Благодарю, ваша светлость, – девушка поклонилась, как кланяются мужчины. – Однако я не хочу отнимать ваше время, достаточно указаний.

Герцог нахмурился.

– Никогда не кланяйтесь! Пусть я и ваш работодатель, пусть между нами… словом, мы не ровня, вы женщина, – вполголоса наставлял он, – достаточно книксена или легкого кивка.

Кучер накинул попону на лошадь и подвел к господину. Ноэми нахмурилась: ехать предстояло на коне герцога. Возражать не стала: в конце концов, ему виднее, слухи невыгодны не только девушке.

Герцог оседлал лошадь и, обхватив за талию, усадил Ноэми впереди себя. Она скрыла волнение за привычной «ширмой» – заботой об одежде. Разумеется, юбки, это так важно. Де Вен подобрал поводья и развернул лошадь мордой к покореженному экипажу, застопорившему движение. Герцога подобные мелочи не волновали.

– Итак, госпожа Вард, протокол. Ничего сложного: вам задают вопросы, вы отвечаете. Затем внимательно читаете, указываете на нестыковки и подписываете. Я также хотел поручить вам ремонт экипажа, но теперь, право, не знаю.

– Я справлюсь, – заверила Ноэми.

После недавних событий ей необходимо вернуть доверие работодателя.

Герцог чуть теснее, нежели следовало, прижал девушку к себе, наслаждаясь незамутненным запахом юности. Так хотелось прижаться губами к шее, проложить дорожку поцелуев от алеющего ушка до ключицы, но он не мог и довольствовался мечтами.

Близость девичьего тела на пару минут заставила забыть о неведомом убийце. Кто заказал смерть де Вена? Герцог сомневался, будто недруг проделал все собственными руками. Нет, для этого всегда кого-то нанимают, а после кидают на корм рыбам.

Мысли неизменно возвращались к Лукашу де Сарду. Пожалуй, первый министр Лиргии дорого бы дал, чтобы де Вен ушел с его пути. Сумеречный граф знал, герцог сам с большим удовольствием постоял бы у его могилы.

Участок располагался в неприметном сером здании, издали напоминавшем склад. Над входом реял флаг Лиргии.

Де Вен оказался известной личностью, во всяком случае, не каждому помогают спешиться.

– Ваша светлость!

На их пути возник неприметный приземистый человек. Де Вен скривился, будто проглотил пригоршню лимонов, но уже через мгновение сиял лживой придворной улыбкой. Между мужчинами завязался разговор, один из тех, в которых много слов, но мало смысла. Дождавшись ухода незнакомца, Ноэми осторожно попыталась выяснить его имя.

– Королевский алхимик, – герцог оказался немногословен.

Де Вен нетерпеливо махнул рукой, и девушка, как лакей, поспешила открыть дверь. Увы, секретарь – тот же слуга, отныне Ноэми для герцога не женщина.

В нос ударил спертый воздух и запах перегара, смешанного с потом. Такой ядреный, что у девушки защипало глаза.

– Жди здесь! – услышала она короткий приказ.

Сначала подумала, герцог обращается к ней, потом догадалась – к кучеру.

«А как же экипаж? – запоздало подумалось Ноэми. – Если бросить без пригляда, растащат».

– Прямо и направо, пожалуйста, – подсказал сопровождавший их солдат.

Ноэми утерла глаза и, постоянно натыкаясь на тюки, лавируя среди десятка разношерстных людей, поспешила вслед за герцогом в отдельную комнатушку в дальнем конце участка. Теперь де Вен шел первым. Странное дело, но и дверь придержал. Ноэми мысленно подивилась, но спрашивать ничего не стала.

Комната принадлежала старшему офицеру и полнилась различными стеллажами. Они ломись от бумаг; пожелтевшие кипы валялись на столе, стульях – повсюду.

– Присаживайтесь!

Офицер поспешно сгреб листы с места для посетителя и, поколебавшись, предложил Ноэми занять табурет в углу. Девушка перенесла его к столу и демонстративно села рядом с герцогом.

– Вам нужно заказать мужской костюм для верховой езды, – тихо, чтобы слышала только Ноэми, посоветовал де Вен.

– Зачем? – удивилась девушка и бегло осмотрела наряд: вроде, в порядке.

– Удобнее работать, – герцог выразительно глянул на юбку, краешек которой угодил-таки под табурет. – В следующий раз, – он наклонился ближе и перешел на доверительный шепот, – просите дать стул. Вы мой секретарь, смело пользуйтесь моим именем. Теперь, – де Вен выпрямился, – проверим, сумеете ли вы построить господ из городской стражи.

Офицер скривился. Только унижений от молоденькой финтифлюшки ему не хватало! Однако вслух возражений не высказал, наоборот, вежливо осведомился, не нужно ли вызвать капитана.

– Нужно, – кивнула девушка и покосилась на герцога: верно ли?

Он изображал глухого. Хорошо, раз так, она сама будет принимать решения. Дежурный офицер – слишком мелко для герцога де Вена, вот капитан в самый раз.

Служивый, проклиная высшую аристократию, поспешил на поиски командира.

Ноэми потерла виски и обвела глазами комнату.

– Что-то ищете? – заинтересовался де Вен.

– Да, разные штучки, с помощью которых можно подслушивать. Я видела такие в лавке – кругляшки, которые крепятся на мебель и стены, – закусив губу, ответила девушка и, спохватившись, добавила: – Милорд.

Герцог уважительно закивал. Юная девица, а мыслила здраво. Прослушка в участке действительно имелась. Интересно, сумеет ли Ноэми ответить на все вопросы капитана?


Начальник городской стражи не любил, когда его отрывали от важных дел, например, мирного обеда в кругу прекрасных девиц, – надо же чем-то себя занять, пока супруга навещает матушку? – и не обрадовался, когда получил записку от дежурного офицера. Однако Дамиан де Вен требовал особого внимания, хочешь, не хочешь, вприпрыжку побежишь. Вот и капитан с тоской обвел взглядом стол, ломившийся от яств и женских прелестей, и ушел, велев записать развлечения на свой счет.

Участок вызвал брезгливую гримасу. Капитан получил должность по знакомству, а не выслужился с низов, поэтому не привык к обыденной жизни подчиненных. Грязь, вонь и крикливые голоса торговок вызывали мигрень, от пьяниц и вовсе тошнило, но порог комнаты олицетворение закона Ушга переступило с подобострастной улыбкой и тут же рассыпалось в комплиментах де Вену и его прелестной спутнице. Герцог ответил поджатыми губами, Ноэми – кивком головы. Она не предполагала, что все окажется так легко, достаточно думать, будто перед тобой дворецкий.

– Что случилось, ваша светлость? Надеюсь, вы не пострадали? – засуетился капитан и злобно зыркнул на дежурного офицера: – Почему чаю не предложил, идиот?!

Несчастный покраснел и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки: внезапно стало душно. Судя по выражению лица начальника, тот в лучшем случае разжалует до рядового. Делать нечего, пришлось бежать в ближайший трактир за чаем.

– Ничего страшного, милейший, меня всего лишь пытались убить.

Де Вен снял перчатку, сверкнул перстнем-печаткой.

Капитан судорожно сглотнул. Если захочет, герцог прямо сейчас лишит выстраданной должности. И что тогда, чем карточные долги и женщин оплачивать?

– Мой секретарь, госпожа Ноэми Вард, все расскажет, – герцог махнул в сторону девушки и больше не проронил ни слова.

Ноэми глубоко вздохнула. Спокойно, она справится. Собралась с мыслями и начала говорить: ровно, отчаянно пытаясь скрыть волнение, но оно сквозило во всем: от зажатой, закрытой позы, до запинок в речи.

Де Вен слушал и кивал. Пока все верно, пусть и похоже на лепет. Ничего, если хочет работать, пусть старается. Сама выбрала, не захотела легкой дороги.

Мысли сами собой вернулись к графу де Сарду. Рот герцога искривила усмешка. Ничто не вечно под луной!

Ноэми ничего не видела. Она сосредоточилась на беседе, постепенно обретая уверенность. Присутствие герцога перестало смущать, наоборот, стало поддержкой.

– Так вы говорите, удар пришелся бы в вас, не успей его светлость? – Начальник городской стражи хрустнул пальцами и раздраженно глянул на собеседницу.

Какой дух надоумил де Вена взять девчонку на работу? Если б не она, капитан отлично бы проводил время.

– Именно, – кивнула девушка.

– А не нажили ли вы врагов, госпожа?

Ноэми нахмурилась и рассеянно почесала переносицу. В таком ключе она ситуацию не рассматривала. Тарьи? Глупо. Не стал бы бывший секретарь герцога тратиться на магию, на убийцу тоже. Проще дискредитировать девушку, благо даже стараться не надо: неопытный работник всегда ошибается.

Кто еще? Йонас? Этот мог. Ноэми помнила угрозы и полный ненависти взгляд маркиза. Отец отчитал его, лишил долгожданной поездки в столицу, собирался ограничить свободу – и все из-за девчонки.

Рассказывать о происшествии в библиотеке Ноэми не собиралась. Ее задача – оберегать честь де Венов, а не пускать по ветру. Однако отныне надлежит стать осторожнее.

Дневник! Как же она о нем забыла? Помнится, комнату Ноэми перевернули вверх дном, стоило девушке отыскать тайник, но опять, как и с Тарьи, слишком сложно. Убить, чтобы похитить вещь, все равно, что поджечь дом, чтобы снять картину со стены.

От капитана не укрылась задумчивость собеседницы. Она озадачила. Начальник стражи предвидел жалобы на завистниц, но, судя по затянувшейся паузе, там другое, серьезное. Недаром девушка хмурилась и качала головой. Оставалось терпеливо ждать, пока она заговорит, и надеяться, обвинения не повлекут неприятностей. Вот чем плохи аристократы – их интриги всегда сплющивают на наковальне сторонних наблюдателей.

– Нет, господин, – спустя целую вечность ответила Ноэми.

Капитан удивленно поднял брови. Вместо подозреваемых – упрямо сжатые губы. Даже де Вен заинтересовался.

– Никакого заявления? – уточнил начальник городской стражи.

Девушка кивнула и поинтересовалась, где надлежит расписаться, и какие меры предпримут по поимке преступника.

Допрос затянулся на три часа, по истечении которых Ноэми казалось, у нее взорвется голова. Воздуха не хватало, от проникавшего сквозь щель между дверью и порогом запаха курева подташнивало, виски ломило от напряжения. Герцог помог всего однажды, когда девушка запуталась в описании магического удара, остальное пришлось рассказывать и записывать – требовалось заполнить кучу бумаг – самой. Ноэми с облегчением выдохнула, когда поставила последнюю точку.


Особняк герцога де Вена находился в фешенебельном районе Ушга, по соседству с точно такими же маленькими дворцами. Сложной конфигурации, с колонами, поддерживающими козырек двухстороннего подъезда. Большие высокие окна, частично витражные, лепнина – де Вены привыкли жить на широкую ногу.

Ноэми незаметно стреляла глазами по сторонам. Их дом совсем не походил на жилище де Венов: обычная провинциальная усадьба, которая много раз перестраивалась.

Стоило де Вену остановиться у подъезда, к лошадям подбежали слуги. Один помог спуститься господину, другой – девушке.

– Добро пожаловать, ваша светлость!

Перед герцогом возник важного вида мужчина, которого де Вен представил как столичного управляющего. Значит, именно ему писала Ноэми. Девушка воспрянула духом и бросилась в омут с головой, попытавшись завязать разговор: «Здравствуйте, я секретарь герцога де Вена. Все ли подготовлено?» Ноэми старалась казаться важным секретарем, и герцог не сдержал искренней улыбки. Он и забыл, когда в последний раз так улыбался.

– Пожалуйста, Стивенс, устройте госпожу Ноэми Вард с максимальным комфортом и выполняйте все ее указания.

– Будет исполнено, ваша светлость, – склонил голову Стивенс и покосился на Ноэми: оценивал. – Что-то еще?

– Витус Хойл уже прибыл? – Речь шла о маге де Венов.

– Да, ваша светлость.

– Попросите его зайти ко мне через полчаса.

Управляющий посторонился, пропуская вперед господина и секретаря.

Внутри особняк оказался не менее величественным, чем снаружи. Хозяева не скупились и облицевали холл дымчатым мрамором с белыми прожилками. На витых цепях покачивались светильники. Ноэми никак не могла понять, какую функцию они выполняют: декоративную или утилитарную – в богатых домах широко использовалась бытовая магия.

Из холла с рядом диванчиков для посетителей вдоль стен вышли в вестибюль с парадной лестницей. Его венчал скульптурный герб де Венов. Ноэми с любопытством рассматривала щитодержателей, читала девиз и не заметила, как отстала от герцога. Тот же, казалось, утратив всякий интерес к спутнице, взбежал по лестнице, велел подать крепкого кофе и последний выпуск печатного вестника.

Девушка осталась в вестибюле одна, но не стушевалась. Ноэми переходила от одного высокого витражного окна к другому, стараясь понять, персонажей каких книг изобразил художник. Она узнала пятерых, двое остались загадкой.

– Ваш саквояж, госпожа.

Ноэми вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла женщина с лошадиным лицом и жидкими волосами непонятного цвета, зачесанными под накрахмаленную косынку. Служанка.

– Благодарю. Отнесите в мою комнату.

– Хорошо, госпожа. Остальные вещи уже доставили. Мне разложить их?

– Да, пожалуй, – после короткого молчания согласилась девушка.

Значит, экипаж уже оттащили с площади. Быстро!

А эта женщина – ее горничная. Неприятная особа, но прислугу всегда можно сменить. Если ты секретарь герцога де Вена, возможностей больше, нежели у помощника архивариуса.

– Подать закуски, госпожа?

Служанка опустила руку с саквояжем и замерла с бесстрастным выражением лица. «Словно рыба», – подумалось Ноэми.

Девушка вновь ответила согласием и попросила проводить ее в комнату.

Герцог расщедрился, отвел Ноэми покои в старой части особняка, где все дышало историей. Пусть мебель местами обшарпанная, зато какая! Девушка с трепетом провела рукой по гобеленовой обивке стула и с восторгом покосилась на огромную кровать с полупрозрачным пологом. На такой бы спать принцессе!

– Вас все устраивает? – Служанка терпеливо ждала у двери.

Ноэми кивнула и указала на скромные пожитки:

– Я прогуляюсь, а вы разберите. Где столовая?

– Я провожу, госпожа, – заученно ответила женщина и отворила дверь. – Скажите, чем желаете перекусить, передам повару.

Вот даже как! В замке с Ноэми не обращались как с особой королевских кровей.

По дороге в столовую девушка успела наметить пару интересных мест для вечерних прогулок. В частности, картинную галерею. Де Вены, похоже, любили искусство и собрали неплохую коллекцию.

Столовая оказалась огромной. Девушка неловко опустилась на отодвинутый стул и положила салфетку на колени. Тут же подали чай и кофе на выбор, свежий сок, выпечку, мясную нарезку, хлеб для сэндвичей. Ноэми с удовольствием намазала ломтик ореховой пастой и отправила в рот. Вкусно! Определенно, новая жизнь начинала ей нравиться.

После перекуса Ноэми приняла ванну и переоделась. Подумав, решила не собирать волосы в строгую прическу и отправилась в картинную галерею.

Девушка рассматривала натюрморт с дичью, когда из приоткрытого окна донеслись голоса. Любопытство заставило пойти и, притаившись за гардиной, осторожно глянуть вниз.

Картинная галерея с восточной стороны опоясывала внутренний садик, накрытый сдвигающимся куполом, чтобы непогода не мешала прогулкам. Жужжали пчелы, опыляя тяжелые головки цветов, благоухали яркие бутоны. Зеленели идеально постриженные кусты. Ноэми невольно залюбовалась и не сразу разглядела беседовавших мужчин. Одного она узнала: герцог, второй пока оставался загадкой. Судя по тону разговора, не слуга, а равный, друг.

– Да, пора что-то делать. – Плотный мужчина в серебристом жилете и серой рубашке постукивал пальцами по бедру. Лица Ноэми не видела: де Вен и его собеседник стояли к ней спиной. И к лучшему: не заметят. – Сумеречный граф становится опасен.

– Полагаю, покушение – его рук дело. Понял, что иначе не свалит.

– Теряет доверие короля? – Герцог задумчиво почесал подбородок.

– Или сам боится не проснуться. Не стоило Лукашу лезть в алмазные рудники.

– Он вообще любит совать нос не в свое дело, – усмехнулся любитель серебристо-серой гаммы. Тон девушке не понравился, по телу пробежали мурашки. – Пора бы его укоротить. Вы куда лучше смотрелись бы в кресле первого министра. А я – вашей правой рукой.

– Кто знает, кто знает! – по-кошачьи мурлыкнул де Вен и погладил перстни. – На все воля его величества.

– Но его величеству можно помочь, – коварно намекнул собеседник.

Ноэми нахмурилась. Показалось, или намечался заговор против Лукаша де Сарда? Тогда нужно скорее отойти от окна. Вряд ли герцогу и его собеседнику понравятся ненужные свидетели. Девушка попятилась. Сердце прыгало в груди, Ноэми задыхалась. Вот он, высший свет с его интригами! Не перемелет ли он ее?

Дневник покойного Жана де Вена жег грудь. Ведь неслучайно он попал Ноэми в руки? Значит, нужно не только сохранить чужую тайну, но и подобрать к ней ключ. Решено, сегодня же девушка откроет дневник и попытается понять иносказание.

## Глава 6

Ноэми в который раз вчитывалась в скупые строки. Свеча тускло мерцала на столе, отбрасывая длинные тени, особняк давно погрузился в сон, но девушка не сдавалась. Ей было, чем похвастаться: пара загадок прояснилась. Например, «в приюте мертвых льется свет» – кладбище или склеп.

Другая строка рождала десятки ассоциаций: от дворянских гербов до подарков. Уж точно речь не о домашнем зверьке! Учитывая упоминание о кладбище, возможно, зашифровано имя любимой женщины. Узнать бы, кому симпатизировал Жан де Вен!

Далее вновь озарение. Позор можно блюсти только в увеселительном заведении или будучи чьей-то содержанкой. Скорее второе: проституткам меха не дарят. Но какой зверь, какая дверь?

Ноэми засиделась с дневником почти до утра. Уже зевая и плохо соображая, Ноэми спрятала драгоценную находку под подушку и погрузилась в сон.


– Вы плохо выглядите и опоздали. – Герцог излучал холод. Он расхаживал по кабинету, будто зверь по клетке. – Я прождал целых полчаса.

Ноэми подслеповато щурилась со сна. Ужасно хотелось зевнуть, грубо поправ этикет. Одеваться пришлось в спешке, завтракать тоже, давясь булочками с кофе. Служанка разбудила Ноэми посреди красочного сна, испуганно сообщив: «Его светлость гневаются». Девушка не сразу поняла, что происходит, а когда сообразила, мысленно попрощалась с местом.

– Чем занимались ночью? – От герцога не укрылся помятый вид Ноэми. – Рановато для кавалеров, значит, чтение. Так вот, госпожа Вард, сегодняшний инцидент не должен повториться. Ясно?

– Да, ваша светлость, – кивнула девушка, гадая, кто успел разозлить де Вена. Вряд ли причина в проспавшем секретаре.

– Разберите письма и составьте график встреч. – Герцог сел и махнул рукой на серебряный поднос с корреспонденцией. – Поторопитесь, через час мы едем во дворец. Оденьтесь соответствующее и вылечите зевоту.

Ноэми вжала голову в плечи. В голове крутилось: «Видел ли он меня?» Наверное, нет. Герцог стоял боком к окну, его собеседник спиной, оба увлеченно обсуждали Сумеречного графа – первого министра короля Виллема. Нет, тут другое. Не пришло ли очередное неприятное письмо? И верно, среди бумаг Ноэми обнаружила повестку в суд.

– Я хочу женить Йонаса, составьте список подходящих кандидатур. Вдов тоже включайте. Возраст – до тридцати пяти лет, состояние, титул, связи соответствуют роду де Вен. Сроку – две недели. И займитесь, наконец, письмами! – рыкнул герцог.

Определенно, он в бешенстве.

Ноэми засуетилась и за пару минут покончила с заданием. Повестку положила отдельно, долго не решалась сказать, но потом спросила, что с ней делать.

– Пойти туда, разумеется! – фыркнул де Вен. – Речь о покушении. Всеми полномочиями наделю. Теперь график встреч и переодевайтесь, госпожа Вард!

Ноэми судорожно закивала и торопливо, едва не выдрав лист, открыла блокнот. Вздохнула, успокаиваясь, припомнила корреспонденцию за два дня, вспомнила об обязательных визитах и набросала приблизительный график.

– Вот, – она подала блокнот герцогу, – взгляните, ваша светлость.

Де Вен внес коррективы и вернул их Ноэми.

Да, невесела секретарская жизнь! Или, не отвергни девушка ухаживания работодателя, судьба повернулась бы другим боком?

Герцог что-то яростно писал. Еще привлекательный мужчина, в молодости, наверное, светский лев. Глаза соперничают по чистоте с топазами. Гладко выбрит, пострижен по последней моде: и не длинно, и не коротко. Такого бы на страницы романа! Только вот Ноэми не желала становиться его героиней, хотя Дамиан де Вен ей чуточку нравился. Интересно, сколько ему лет? Йонас чуть старше Ноэми, значит, герцог ровесник ее отца. Но как же они не похожи: Моложавый, нестареющий маг и стремительно дряхлеющий мужчина.

– О чем задумались, госпожа Вард? – ворвался в мысли голос их виновника. – Вы так пристально меня рассматриваете.

– Пытаюсь вспомнить, не забыла ли что-нибудь, ваша светлость, – соврала Ноэми.

На щеках расцвели яркие пятна.

Де Вен улыбнулся, как сытый хищник, и поднялся. Пальцы коснулись руки – вроде случайно, на самом деле намеренно.

– Я знаю, где ваша спальня, – герцог произнес фразу тихо, так, что Ноэми даже показалось: ослышалась. И уже громче добавил: – Как, вспомнили?

Девушка покачала головой, осмысливая слова де Вена. Ей надлежало ждать визита и впервые познать мужчину? Вот так, единоличным решением.

Дрожь пробежала по телу. Пальцы герцога разогнали ее. Ноэми неожиданно оказалась в его объятиях, прижатая мягким местом к столу. Язык де Вена прошелся по нежной девичьей коже, вызвав спазм дыхания.

– Прямо сейчас? – изогнул бровь герцог и осторожно расстегнул верхнюю пуговку на строгой блузке. – Нужно привести нервы в порядок перед королевским выходом.

– Не надо! – хрипло взмолилась Ноэми, торопясь вернуть одежде прежний вид.

Разум утонул в море паники, внизу живота сплелись два клубка: один горячий, другой холодней зимней стужи.

– Ты хочешь. – Ладони накрыли грудь и чуть надавили. – Ну же, не бойся!

– Я не!..

Ноэми издала странный звук, нечто среднее между всхрапом и всхлипом, когда ладони герцога пробрались под блузку. Нестерпимо горячие, они массировали кожу, постепенно спускаясь ниже, к корсету. Это оказалось так волнительно, девушка не подозревала, что способна испытывать столь острые ощущения. Каждое касание – как кубик льда на горячечном лбу. Когда герцог на мгновение скользнул под корсет, у Ноэми и вовсе перехватило дыхание. Она оцепенела; грудь высоко вздымалась навстречу ласкам.

– Все хорошо, – мурлыкнул де Вен, избавив секретаря от блузки. – Одежду нужно снять.

Ткань заструилась по телу, обнажив нижнюю рубашку. Опомнившись, девушка ударила герцога по рукам, но тут же затихла, стоило тому пройтись поцелуями по шее.

Что с ней такое, отчего она не сопротивляется?

– Теперь приспустим рубашку и освободим грудь от корсета, – продолжал комментировать каждое действие де Вен. От дурного настроения не осталось и следа. Глаза герцога помутнели, в голосе появилась хрипотца. – Ей тяжело в оковах.

– Ваша светлость, я не хочу в содержанки!

Ноэми предприняла отчаянную попытку вырваться, но в итоге оказалась лежащей на столе.

Ловкие пальцы дернули за ленты, распустили шнуровку. Грудь, больше не сдерживаемая путами, выскользнула из корсета. Де Вен застонал и приник к ней губами. Собственное тело звенело от переполнявшего его вожделения и уговаривало не тратить времени зря, но герцог не слушал голоса плоти. Не так быстро!

Былая злость улеглась. Де Вен жил предвкушением удовольствия и неспешно ласкал жертву. Вот она, покорная, в его руках! Грудь роскошная, и он первый, кто целует нежные холмики.

– Король, ваша светлость! – попыталась воззвать к чувству долга Ноэми.

Голова кружилась, губы герцога разгоняли расплавленный металл по крови. Страх никуда не делся, но тело с нетерпением ждало очередного прикосновения шаловливого языка.

– Да будь он проклят! – прорычал де Вен и, задыхаясь, выпрямился. – Ты девственница, я не смогу быстро.

Сообразив, о чем он, Ноэми перевела взгляд с лица работодателя на его пах и убедилась, желание герцога рвалось наружу. Наваждение схлынуло, напомнив, чем могли закончиться ласки.

– Сегодня ночью, – пообещал де Вен и пригладил волосы.

– Нет. – Девушка села, прикрыв грудь руками. – Только на брачном ложе.

Герцог посерел лицом и прежним ледяным тоном отчеканил:

– Через четверть часа в вестибюле, госпожа Вард. Ночью не ждите.

«Хвала Вседержителям!» – мысленно поблагодарила небеса девушка и торопливо привела себя в порядок.


Ноэми едва сдерживала волнение. Она боялась смотреть на герцога. Подумать только, едва не случилось непоправимое! Отныне де Вен считает ее доступной. Одна из добродетелей девушки – скромность, а тут все прелести наружу!

Экипаж остановился, и мысли о недостойном поведении сменило волнение иного рода. Нервы скрутили желудок узлом. Утренний выход короля! Подумать только, через пару минут она увидит его величество!

Герцог пребывал в состоянии глубокой задумчивости и не замечал стеснения спутницы. Тем лучше, Ноэми не смогла бы отвечать на его вопросы.

Недавно перестроенный королевский дворец больше не напоминал замок. Этажи вознеслись к небесам, взметнулись крылья флигелей, затрепетали на ветру флаги на декоративных башенках.

Герцог с Ноэми шли по длинному пандусу вдоль застекленной галереи. После заката гигантские окна отворялись, и придворные высыпали наружу, чтобы насладиться фейерверком или послушать музыку – в парке частенько устраивали вокальные и музыкальные вечера.

Впереди маячили двери – три пары широких створок. В которые из них? Гадать пришлось недолго: ливрейные лакеи с поклоном отворили центральные. Ноэми оказалась в полутемном вестибюле и сразу с головой окунулась в дворцовую суету. Сколько людей! Все толпятся, разговаривают, спорят. Мимо снуют слуги и посыльные. Замерла на часах стража – два удалых молодца ростом под потолок.

Появление де Вена не осталось незамеченным. Взгляды дружно обратились к нему, пара человек поспешило засвидетельствовать свое почтение. Судя по выражению лица герцога, они птицы невысокого полета, искатели чужих милостей.

На Ноэми тоже смотрели, гадали, кто она. Для поездки во дворец девушка выбрала максимально строгий, приближенный к мужскому наряд, чтобы подчеркнуть: она служащая, а не спутница. Ноэми стойко не замечала интереса к своей особе и сосредоточилась на интерьере. Много мрамора, позолоченная бронза. В отделке преобладали светлые тона, больше всего серого.

– Идемте! Это не картинная галерея, госпожа Вард.

Пристыженная девушка покорно поплелась за герцогом, протискиваясь мимо разношерстной публики.

– Тут нечего делать, если только случайно не поймаете кого-то из высшего общества. Одна беднота.

Ноэми кивнула, запоминая.

Вестибюль вывел в украшенный колоннами холл. По периметру стояли уютные диваны. Ни один не пустовал. Статуи, кадки с вечнозелеными растениями – как волшебно! А еще плафон на потолке. Девушка бы целую вечность могла рассматривать роспись, но время поджимало.

В холле к герцогу подошел человек, которого Ноэми видела в саду. Девушка навострила уши, но он завел обычный светский разговор. Де Вен вскользь представил его как маркиза де Пера. Втроем: мужчины впереди, девушка чуть позади, – поднялись по лестнице и остановились перед зеркальными дверьми в приемный зал.

– Дыханье безвременья! – внезапно помрачнев, выругался герцог. – Я забыл подарок в экипаже! Госпожа Вард, принесите. Маленькая синяя коробочка.

Ноэми кивнула и опрометью понеслась прочь, лавируя между поднимавшимися дамами и кавалерами. До выхода короля остались считанные минуты, нужно успеть. Вдруг двери закроют, а ее не пустят? Или подарок и вовсе предназначался его величеству?

Наверное, помешала ваза с цветами. Сбегая с одного марша на другой, девушка не заметила поднимавшегося с краю человека, и сбила его. Бумаги незнакомца разлетелись по ступеням. Ноэми чудом удержалась на ногах, но больно ушиблась.

– Осторожнее, леди! – ледяным голосом отчитал мужчина и опустился на корточки, чтобы собрать бумаги.

Ноэми, извиняясь, поспешила помочь. Взгляд упал на папку в руках незнакомца – красная кожа, золотое тиснение. Секретарь какого-то вельможи? Версия рассыпалась в прах при виде перстней на холеной руке. Их оказалось не меньше, чем у герцога, но внимание Ноэми привлек один – печатка с гербом Лиргии. Девушка сглотнула вязкую слюну. Неужели король? Великая Мать, она сбила с ног монарха! Ноэми не решалась рассмотреть мужчину, боялась встретиться с его гневным взглядом.

Незнакомец убрал бумаги в папку и протянул девушке руку. Она не сразу поняла зачем, потом сообразила: помочь подняться.

– Благодарю… милорд, сир, ваше величество, – запинаясь, пробормотала Ноэми, густо покраснев. – Я не хотела, честное слово!

Мужчина рассмеялся – вопреки опасениям, добродушно, беззлобно.

– Вы действительно приняли меня за короля? Из какой вы провинции, миледи? – сейчас, когда ушли кристаллы льда, голос превратился в ласкающий слух баритон.

Незнакомец легко, одной рукой, поднял Ноэми и поинтересовался, не ушиблась ли она. Девушка ответила отрицательно и осмелилась поднять глаза на спасителя. Им оказался сероглазый шатен. Тонкие черты лица, высокий лоб, рот сложен в едва заметную улыбку, на которую так и тянуло ответить. Чувственные губы манили. Ноэми понимала, невежливо на них пялиться, но они заворожили. Одет неброско, но богато: ткань высшего сорта, цветовая гамма благородных серо-голубых оттенков.

– Лукаш де Сард к вашим услугам.

Мужчина поклонился, и на Ноэми пахнуло парфюмом, таким же благородным, как его хозяин.

– Первый министр? – позабыв об этикете, выпалила девушка и, спохватившись, присела в реверансе. – Ноэми Вард, ваше сиятельство, секретарь герцога де Вена.

Губы Лукаша сложились в саркастическую усмешку.

– Давно ли герцог нанимает женщин?

Ноэми густо покраснела, уловив в словах неприличный контекст, однако ничего не сказала. Разумеется, все воспринимают ее как любовницу де Вена. Сам герцог тоже, похоже, больше интересовался девичьим прелестями. Немало времени пройдет, пока Ноэми начнут воспринимать как человека.

– Рад знакомству, милая барышня, но мне пора. – Де Сард снова стал серьезным. – Впредь ходите осторожнее.

Девушка кивнула и посторонилась, пропуская первого министра. Он, едва не срываясь на бег, взлетел по ступеням: опаздывал. Ноэми тоже, но теперь, наверное, не стоит спешить. Какая разница, задержится на пять минут или десять, все равно отругают.

Коробочку девушка нашла, но пришлось потрудиться, выяснить, куда отогнали экипаж. Вопреки опасениям стражники беспрепятственно пропустили обратно, стоило назвать имя и должность. Значит, Ноэми внесли в дворцовые списки. Девушка в полном одиночестве – только солдат замер на карауле – поднималась по лестнице, любуясь живописью и скульптурами. В зал идти не хотелось: там ждал разгневанный де Вен.

Когда Ноэми мышкой проскользнула в зеркальные двери, король успел прогуляться по толпе, почтить рукопожатием или поцелуем руки высшую аристократию и занял место на троне. Девушка привстала на цыпочки, силясь углядеть де Вена. Он стоял в первых рядах, у самого трона. Проклятие! Незамеченной не подберешься. Эх, узнать бы, нужна коробочка с подарком прямо сейчас или обождет до окончания церемонии.

Де Вен повернул голову, заметил секретаря и знаком велел подойти. Ноэми сделала шаг, когда услышала голос Лукаша. Он излагал королю идею по оптимизации расходов. Так вот что было в папке!

Взгляд серых глаз остановился на Ноэми. Она вспыхнула и спряталась за чужими спинами. Двойной стыд обжигал щеки: не справилась с заданием и причинила неудобства Сумеречному графу. Вдруг он злопамятный? Вряд ли первый день во дворце мог начаться хуже.

В голове крутился разговор в саду и слова призрака о некоем Лукаше. Уж и не графа ли имел в виду покойный, и стоит ли предупредить первого министра о грозившей опасности? Опять-таки алмазная афера – слишком сложные игры для юной особы.

Герцог недовольно постукивал по бедру перчатками. Красноречивый жест, говорящий: Ноэми Вард, вам следовало поторопиться.

Девушка сделала глубокий вдох и нырнула в толпу. Извиняясь, протискивалась к первому ряду, а в ушах стоял баритон первого министра. Интересно, почему его прозвали Сумеречным графом? У Ноэми родились ассоциации с Чувствующими, Слышащими и Видящими, населявшими соседний Веос. Они приоткрывали завесу над секретами бытия. Кто-то улавливал эмоции других существ, кто-то владел тайнами тонких материй, кто-то и вовсе превзошел умения некромантов в общении с духами и Сумеречным миром. Может, Лукаш тоже Слышащий или Видящий? Девушка никак не могла вспомнить, кто из них ближе к зыбкому краю безвременья.

Ноэми бросила еще один взгляд на мужчину, продолжавшего четко, спокойно излагать мысли его величеству. Теперь она видела профиль, привлекательный, надо признать. Нос с легкой горбинкой, те самые будоражащие кровь губы, тяжелый подбородок, волосы, щекочущие уши. Они и не длинны, и не коротки, перехвачены простым черным шнурком. Получился пикантный хвостик.

Граф обернулся, и их глаза на считанные мгновенья встретились. Ноэми поспешила отвести взгляд, убеждая себя, Лукаш ее не заметил. На него столько людей смотрят!

Ноэми коснулась груди, будто поправляя одежду. Пальцы нащупали уголок дневника.

Эх, Жан де Вен, подскажите, какого Лукаша вы имели в виду? Лишь бы министра! Тогда девушка избавится от опасной находки и сможет спать спокойно. Чужие тайны – чужие проблемы.

Наконец, Ноэми оказалась возле герцога и смущенно протянула коробочку. Де Вен взял, не глядя, и так же, не оборачиваясь, прошипел:

– Ну, и где вы пропадали?

– Обстоятельства непреодолимой силы, – нашлась девушка.

Она не позволит отчитывать себя, как девчонку!

– Какие же? – Голос де Вена сочился ядом.

– Этикет, – чуть больше, чем дозволялось, повысила голос Ноэми.

Герцог обернулся. Губы сложились в высокомерную усмешку, однако де Вен ничего не сказал, только указал, где встать.

Может, наказать девчонку? В конце концов, фамилии Ноэми лишили, а утро доказало, сопротивление будет недолгим. Взять крепость однажды и после входить без боя. Голодный паек не для Дамиана де Вена.

Де Сард между тем закончил говорить и ожидал реакции короля.

Теперь, когда волнение улеглось, Ноэми решилась рассмотреть монарха. Его величество Виллем Первый пошел в мать – полную, луноликую. Король страдал любовью к чревоугодию и обзавелся вторым подбородком. Если Стоурен Седьмой обожал охоту и физические упражнения, его сын предпочитал танцы и фавориток. Ни одна, впрочем, у сиятельного тела не задержалась. Однако надо отдать должное, Виллем излучал обаяние, которое привлекало женщин. Шатен с отливающими медью волосами и ясными голубыми глазами, он не стеснялся в связях. Поговаривали, именно с легкой руки его величества во дворце появились альковные ниши, где кавалеры могли бы удовлетворить нехитрые потребности, приспустив штаны.

Королева смотрела на шалости двора сквозь пальцы. Думы ее величества сосредоточились на детях. Она отчаянно пыталась произвести на свет наследника, но пока рождались только девочки. Сейчас королева готовилась пополнить детскую пятым ребенком. Виллем шутил, что с удовольствием залезет на жену и в шестой раз, лишь бы вышел толк. Но фрейлины знали, королеве скучать не приходилось. Беременность не испортила цвета лица, и супруг часто навещал ее спальню.

Ноэми, разумеется, этого не знала, она видела лишь мужчину средних лет с золотой цепью на груди – олицетворение верховной власти в Лиргии.

Виллем одобрил предложение первого министра. Девушка запуталась в пустословии, уловила лишь общий смысл. Лукаш сдержанно поблагодарил за доверие и обещал оправдать ожидания.

Серые глаза скользнули по толпе.

Ноэми замерла. Кровь прилила к щекам – отчего-то казалось, он смотрел на нее. Бред, конечно, не запомнил граф толкнувшей его девицы, а если и запомнил, не станет искать. Ноэми – серая мышка на фоне других дам.

Лукаш действительно смотрел не на нее, а на некого седовласого господина. Радоваться бы, а Ноэми взгрустнулось.

Красивый, такой молодой, всего лет на десять старше Йонаса, а уже первый министр! Надо рассказать ему о покушении, только как проделать все втайне от герцога?

Задумавшись, девушка едва не пропустила свой выход. Де Вен скупо представил ее и велел подать злосчастную коробочку. У девушки едва не подкосились ноги. А если бы она ее потеряла, не успела вовремя? Теперь понятно, отчего герцог так бушевал.

Ноэми старалась не замечать обращенных на нее взглядов, чтобы не споткнуться, считала.

Все ближе и ближе к королю. Как часто бьется сердце!

– Ваше величество?

Ноэми преклонила колени перед Виллемом Первым и подала подарок.

Зубы вонзились в нижнюю губу.

Только не дрожать, только не дрожать!

Она намерено приветствовала короля как мужчина, то есть не присела в низком реверансе. Во-первых, сейчас Ноэми – секретарь герцога де Вена. Во-вторых, у нее нет фамилии. Пусть де Вен называл ее Ноэми Вард, отец отрекся от дочери, значит, она стала просто Ноэми. Безродной девице положено стоять на коленях.

– Встаньте, дитя мое. – Король с интересом оглядел девушку и нашел ее прелестной. Этакая куколка, которой так пойдут парча и шелк. Не взять ли фрейлиной к супруге, а потом проверить, мягка ли кожа на ощупь. – Вы не должны стоять, как крестьянка.

– Увы, я больше не леди, ваше величество. – Ноэми грациозно поднялась. – Его светлость забыл упомянуть сей прискорбный факт.

– Недоразумение легко исправить, – улыбнулся Виллем. – Кто ваш отец, красавица?

Девушка заволновалась, краем глаза уловив, как герцог напрягся. Значит, не показалось, король намекал на особую благодарность. Ну нет, Ноэми не собиралась ложиться в монаршую постель. Де Вен хотя бы вдов… и намного симпатичнее.

– Благодарю, ваше величество, – девушка присела в легком реверансе, – но я не желаю причинять вреда отцу.

Герцог довольно растянул краешки губ. Достойный ответ! Может, из девочки выйдет толк.

Король нахмурился. Ноэми разгадала его хитрость!

– И все же кто он? – настаивал он. – Заверяю, почтенному лорду ничего не грозит, он наказал себя сам, когда отрекся от дочери.

– Лорд Сулин Вард, ваше величество.

Имя решительно ничего не говорило Виллему, и он отпустил Ноэми. Волей случая, отступая, она оказалась неподалеку от Лукаша. Понимая, другого шанса не представится, девушка вырвала лист из походного блокнота, который, как секретарь, всегда носила с собой, и набросала карандашом короткую записку: «Мне нужно вас видеть. Наедине. Срочно и важно». Сумеречный граф стоял чуть впереди, левее, и Ноэми осторожно, не хуже карманника, засунула бумажку ему в карман. Оставалось надеяться, Лукаш прочтет и не выбросит.

Ноэми надеялось, окружающие приняли записку за любовную игру. Подумаешь, приезжая девчонка пленилась аристократом и назначила свидание. Девушка видела, как понимающе улыбнулась одна из дам. Несомненно, она заметила. Чтобы подержать легенду, Ноэми смущенно потупилась и отвернулась. Все вышло естественно: близость Лукаша приводила в смятение. «Только бы не влюбиться, только бы не влюбиться!» – повторяла себе Ноэми. Не для того девушка попала в столицу, чтобы стать содержанкой.

Герцог склонился перед его величеством, давая понять, что занимает особое положение при дворе. Король кивнул, и герцог отступил, встал перед лицом монарха, как и полагалось. Виллем собирался отпустить его, когда Лукаш шагнул вперед и ледяным голосом напомнил:

– Алмазы, ваше величество.

Герцог уничижительно посмотрел на первого министра, де Сард ответил тем же. Взгляды скрестились, словно мечи, никто не желал отступать.

– Ваша светлость, – Лукаш перешел в наступление, – мы желаем знать, как обстоят дела с алмазами для обеспечения магов. Поговаривают, они ненадлежащего качества, однако продаются казне по цене бриллиантов. Не соблаговолите ли объяснить сей факт или дать адрес вашего поставщика. Я желал бы лично осмотреть прииски.

«О да, – подумал де Вен, скрипнув зубами, – я бы с удовольствием тебя там закопал!» Ни один мускул не дрогнул, на губах застыла холодная придворная улыбка, которая, как известно, скрывает дурные помыслы.

– Боюсь, ваше сиятельство, это невозможно. – Вежливостью де Вена можно было отхлестать по щекам. – Дорога слишком утомительна.

– Существуют порталы, ваша светлость, – не сдавался Сумеречный граф.

Ноэми, да что там, весь зал, с интересом наблюдали за поединком. Король не вмешивался. История собственной семьи иллюстрировала, как кончают те, кто ввязываются в войну кланов. Пусть уничтожают друг друга, одна выгода: меньше заговоров. Даже если герцог виновен, пусть приговор зачитает другой. Де Вены опасны, пусть первый министр подставится под удар.

Алмазы занимали ум Виллема. Он недавно инспектировал магические академии, и преподаватели не раз жаловались на качество камней. То мутные, то грани не те. Лукаш и вовсе затеял целое расследование, которое вылилось в закрытое разбирательство. Ради него Дамиана де Вена вызвали в столицу. Правда, хитрый лис только что нашептал про родственников Сумеречного графа, желавших заработать на своем товаре. Посмотрим, истина всегда всплывает, как говорили предки.

– И вы найдете мага, который согласился бы их открыть? – парировал удар герцог.

– Не беспокойтесь, ваша светлость, мне подвластны любые пути, – де Сард позволил недвусмысленный намек.

Де Вен понял: Лукаш вцепился мертвой хваткой, но не по зубам выбрал добычу, ох, не по зубам! Многие не любили Лукаша де Сарда, никто не удивится, если он пару раз наткнется на кинжал в ночной тиши или сломает шею на охоте.

– Господа, – подал голос Виллем, решив положить конец перепалке, – поговорим после. Милорд де Вен, ждем вас в три пополудни.

Помрачневший герцог кивнул. Граф победоносно улыбнулся, давая понять: так случится с каждым. Он, Лукаш де Сард, не потерпит соперников в любом деле.

Внимание Ноэми привлек человек за спинкой трона. Ему передавали записки через пажей, а он решал, вручить их королю или вложить в коричневую кожаную папку. Высокий, с пронзительными голубыми глазами, он надменно поглядывал на собравшихся. На шее висел ключ, за ухо воткнут карандаш. Король иногда обращался к брюнету, и он записывал его слова в толстый блокнот. Девушка решила, перед ней королевский секретарь, и не ошиблась. Мэй де Асан занимал этот пост еще при покойном Стоурене Седьмом. Казалось, время не властно над секретарем, разменявшим шестой десяток, он казался ровесником Лукаша.