Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «georgkorg» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

Азбука, Айра Левин, Альфред Хичкок, Анна Рэдклифф, Анри де Графиньи, Античность, Ари Астер, Аристофан, Барбара Хэмбли, Библиотека всемирной литературы, Больше чем книга, Борис Гребенщиков, Брайан Олдисс, Буддизм, Вальтер Скотт, Вестерн, Вячеслав Курицын, Гавриил Хрущов-Сокольников, Герман Мелвилл, Глен Кук, Годзилла, Гомер, Гораций Уолпол, Готический роман, Гофман, Григорий Козинцев, Гюстав Флобер, Даки, Даниэль Дефо, Детектив, Джим Джармуш, Джозеф Шеридан Ле Фаню, Джон Форд, Джордж Мартин, Джордж Ромеро, Дин Кунц, Доктор Сон, Дэвид Кроненберг, Дэвид Уорк Гриффит, Еврипид, Жан Кокто, Жизнь замечательных людей, Жорж Ле-Фор, Жюль Верн, Зигмунд Фрейд, Зомби, Индуизм, Испания, Карен Ли Стрит, Квентин Тарантино, Кино, Кладбище домашних животных, Клеопатра, Книжные полки, Кристиан-Хайнрих Шпис, Литературные памятники, Лоренс Стерн, Луис Бунюэль, Майн Рид, Мартин Скорсезе, Махабхарата, Мацист, Мик Гэррис, Мирча Дрэган, Михаил Булгаков, Мольер, Мэри Шелли, Немое кино, Новая Волна, Нуар, Одиссея, Оно, Пеплум, Питер Брук, Питер Хэйнинг, Рамка, Ребенок Розмари, Роберт Блох, Роберт Джордан, Роберт Чарльз Метьюрин, Роберт Эггерс, Робин Гуд, Робинзонада, Роджер Желязны, Романтизм, Рэймонд Чандлер, Сергей Курехин, Сергей Соболев, Серджиу Николаеску, Сияние, Софокл, Статья, Стивен Кинг, Стэнли Кубрик, Уилки Коллинз, Уильям Шекспир, Фенимор Купер, Ховард Хоукс, Христианство, Хэмфри Богарт, Чарльз Лэм, Шекспир, Эдвард Бульвер-Литтон, Эдгар Аллан По, Эразм Маевский, Эсхил, Ян Шванкмайер, Ярхо
либо поиск по названию статьи или автору: 


Статья написана 2 декабря 2019 г. 19:59

Роджер Желязны. Князь Света

М.: Эксмо, 2018 г., 416

Серия: Мастера Фантастики. Роджер Желязны

+

Роджер Зилазни. Князь Света

СПб.: Северо-Запад, 1992 г., 416 страниц

Серия: Fantasy (номерная), том 6


1960е годы ознаменовались глобальными изменениями в культуре, сознании и, разумеется, искусстве. Появились и во всю стали распространять свои идеи битники, а за ними и хиппи. Назревали и вот-вот готовы были взрорваться сразу две революции: психоделическая и сексуальная. К тому же западное мировоззрение во всю стало обогащаться богатейшим наследием восточной мудрости...

Всё это не могло не коснуться и литературы. В том числе и фантастической. Еще в самом начале 60х годов оформился термин "новая волна", которым называли молодых авторов и их произведения, которые несли новые идеи, новую стилистику и новую философию.

И если классическая фантастическая литература была сосредоточена в первую очередь на научной идее и подкреплялась приключениями, причём наука использовалась при этом в основном точная и техническая, в крайнем случае это могла быть социология... То в "новой волне" на первое место вышли гуманитарные науки, искусство, собственно литература, психология, психоделика и даже мифология и религия.

Собственно, мифология и религия стали основными темами молодого и талантливого автора польско-ирландского происхождения Роджера Желязны. Он дебютировал в самом начале 60х, так что стал практически ровесником "новой волны". И, хотя, некоторые литературные критики оспаривают принадлежность Желязны к этому направлению, идейная новизна его произведений говорит в её пользу. Вообще представители "новой волны" были настолько разными, что их, порой, можно было определить лишь по признаку существенного отличия от существовавшей тогда классической фантастики.

Основными программными задачами "новой волны" было освежить начинавшую стагнировать классическую фантастику и поднять её до уровня литературного мейнтрима; размыть внутрижанровые рамки между враждующими лагерями научной фантастики и фэнтези; снять табу с определённых запретных тем — в первую очередь отношения полов и религиозных верований; и, наконец, обратить внимание с внешнего космоса на космос внутренний.

Творчество Роджера Желязны отвечает всем этим критериям. Уже в раннем творчестве малой формы он с одной стороны зачастую обращается к мифологии и религии, а также философии, их сопровождающей. С другой — делает большой акцент на искусстве и поэзии, создавая свои тексты буквально как стихотворения в прозе. Прекрасный тому пример — повесть "Роза для Екклезиаста".

И написав ряд сногсшибательных рассказов и повестей, Желязны обратился к крупной форме, в которой еще больше развернулся его талант, невероятная эрудиция и вместе с тем чувство материала и глубина его подачи.

Уже первый его роман "Этот бессмертный" исследовал и по своему трактовал античную мифологию.

В своём третьем романе "Бог Света" Желязны обращается к индуизму и буддизму.

В одном из своих интервью Желязны признался, что для него всегда было важно размыть существующие жанровые рамки и создать нечто такое, что принадлежало бы и к жанру научной фантастики, и к жанру фэнтези, но при этом по сути не являлось бы ни тем ни другим в чистом виде. Собственно, этим он и занимался в романе "Бог Света". Разумеется, это не было единственной задачей написания этого произведения, но вполне понятной авторской позиции в его отношении к жанровой принадлежности.

Книга написана как многоуровневая поэма, немного стилизованная под эпическое сказание, практически житие святого, и описывает несколько эпизодов его жизни, причём расположенных в не совсем правильном хронологическом порядке. И использует при этом как базу индуизм и буддизм, а также христианство, но в значительно меньшей степени.

В отдалённом будущем на одной из планет поселенцы воссоздают иерархию индуистских богов и основывают на этом устои нового общества. Существует небольшое количество так называемых Первых — людей, еще помнящих переселение, а сейчас превратившихся в богов, чьи имена, образы и функции в той или иной мере соответствуют ведическому канону. И также — всё остальное население, находящееся в подчинении у Первых. При этом сходство Первых с богами индуистского пантеона скорее носит чисто внешний характер, и автор мастерски играет на этом несоответсвии внешнего и внутреннего.

А там где достаточно долго существует угнетение, рано или поздно возникает и противодействие, а возможно даже и революция. И такой силой как раз является главный герой романа, примеряющий на себя роль Будды или же носителя идей буддизма.

Желязны мастерски обыгрывает многие вехи истории буддизма и факты из жизнеописания Будды, но вместе с тем идёт намного дальше, с каждой главой усложняя задачу как для себя как автора, так и для читателя.

Многослойность текста такова, что книгу можно воспринимать на совершенно разных уровнях.

Любители фантастики найдут здесь элементы утопии и антиутопии, а также идеи прогрессорства и противостояния ему.

Любители философии и истории религий найдут здесь противопоставление различных учений и обыгрывание многих исторических и мифологических фактов и домыслов.

В конце концов, просто любители приключений найдут здесь острый сюжет и обилие батальных сцен.

Сама же книга при этом останется практически вещью в себе, чрезвычайно герметичной и поэтичной, практически поэмой в прозе. И рассчитанной на вдумчивого читателя, готового к вторичному прочтению. Где каждое слово находится на своём месте. Нет ни одного лишнего слова, многое приходися выискивать самому. Полной удивительных метафор и подводных смыслов и смысловых ловушек.

Так, фантастика в 60х годах стала настоящей литературой, которой не нужны больше никакие скидки и оговорки на жанр.

А сама "новая волна" уже в 70х годах сошла на убыль, практически растворившись в фантастистическом мейнстриме. Но её задача была выполнена.


PS: Выражаю благодарность Тимофею Корякину за поддержку и помощь.


Статья написана 18 ноября 2019 г. 20:48

Молчание. 2016. Мексика, Тайвань, Великобритания, США, Япония, Италия

Режиссёр: Мартин Скорсезе


В 1988 году Мартин Скорсезе снял один из самых скандально известных фильмов, затрагивающих тему Христа. Спустя почти десятилетие на экраны вышел его же "Кундун", повествующий уже о буддизме.

Так что "Молчание" 2016 года — своего рода завершение трилогии, где христианство и буддизм встречаются в одном фильме. Причём встречаются не как друзья, а как соперники, вынужденные враждовать.

"Молчание" — чрезвычайно неоднозначный фильм на не менее неоднозначную тему. Это уже вторая экранизация одноимённой книги Сюсаку Эндо, повествующая о двух европейских миссионерах в Японии. Эта книгу уже экранизировалась в 1971 году японским режиссёром Масахиро Синода. И сам Скорсезе уже неоднократно предпринимал попытки снять свой фильм по ней, но получилось у него это отнюдь не с первого раза — в первую очередь потому что студии не особенно были заинтересованы давать деньги на очередной спорный проект...

В XVII веке, два священника, получив известие, что их духовный наставник, падре Феррейра, после некоторого времени жизни в Японии отрёкся от христианства и живёт как японец, решают отправиться на его поиски. Поначалу им не дают одобрения, но молодость решительна и упорна, и герои всё же пускаются в это опасное путешествие.

На тот момент христианство лишь недавно обосновалось в Японии, но достаточно быстро собрало весьма обширную паству, в особенности в среде бедных крестьян. Вскоре же власти пришли к выводу, что новая вера может быть опасна, и решили пресечь её на корню — новообращённых христиан и их пастырей заставляли отречься от своей веры, а в случае отказа — пытали и умерщвляли.

Именно в такую Японию и едут два молодых священника: отец Родригес в исполнении Эндрю Гарфилда и отец Гарупе в исполнении Адама Драйвера.

Такова как сюжетная завязка, так и суть всей проблематики фильма и книги. Скорсезе, хотя сам и является католиком, и даже в юности собирался стать священником, сохраняет нейтральную позицию и не даёт однозначных оценок происходящему. Он лишь показывает события и переживания героев. А вопросы встают сами собой...

Имеют ли право представители одной веры пропагандировать, а в некоторых случаях и навязывать свою веру представителям другой веры?

Может ли обычный человек принять такие же муки, как принял Иисус Христос? И нужно ли их ему принимать?

Что важнее — принять муки и смерть за веру и расстаться с жизнью? Или сохранить жизнь и жить дальше в вере и раскаянии?

Возможно ли вообще донести до представителей другой культуры свою веру без искажений?

Существует ли какая-то одна истинная вера? Или в каждой культуре она своя?

Как было сказано выше, однозначных ответов на все эти вопросы режиссёр не даёт. Он скорее поднимает эти вопросы и рассматривает их с разных сторон. И приводит несколько метафор, которые, словно притчи дают гораздо более широкое и глубокое понимание.

А герои фильма задаются вопросом, почему же Господь хранит молчание, в то время как Его последователи страдают...





  Подписка

Количество подписчиков: 57

⇑ Наверх