FantLab ru

Все отзывы посетителя chupasov

Отзывы

Рейтинг отзыва


Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  2  ]  +

Владимир Аренев «Душница»

chupasov, 24 июня 2017 г. 20:48

Такой вот любопытный пандан к повести «Нежилец» Каганова.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Может быть, про эвтаназию: ждать, пока родной человек не превратится в агрессивный овощ или дать уйти?
Да много там всяких смыслов, позволяющих забыть о «натяжках», неизбежных в формате мысленного эксперимента как сюжетного допущения. Хотя немного жаль — идея ведь богатая: Каким был бы социум, твердо знающий о посмертном существовании души и возможности общения с нею? Но это была бы совсем другая история, в роде чановского рассказа «Ад — это отсутствие Бога».

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Тимур Максютов «Князь из десантуры»

chupasov, 22 июня 2017 г. 08:35

Наверное, по сравнению с основной массой совсем уж нечитабельных попаданопусов – неплохой роман. Но именно в этом ряду, со всеми его привычными канонами. Хорошей исторической фантастикой это назвать трудно: мышление (забудем про язык) и общественные отношения аборигенов – вполне современны, герои – схематичны, прицеп про «главное – настоящее» – просто декларативная «нашлепка».

Оценка: 6
–  [  3  ]  +

Дэн Симмонс «Террор»

chupasov, 27 апреля 2017 г. 09:08

Очень атмосферный рассказ про экспедицию Франклина. Пусть и несколько затянутый, на мой вкус. Правда, скрепляющая все идея не так чтобы впечатляет.

В романе не особо явлен тот драйв, который бросал пассионариев на север. Исходная ситуация: занесло нас в белое безмолвие, теперь главная задача – остаться в живых. Что в этом завораживающе жестоком краю получается не очень (несмотря на все британско-ирландское мужество и стойкость).

«Жизнь у человека одна, и она несчастна, убога, жестока, мерзка и коротка» (как бы из Гоббса) – когда жизнь зависит от сил, с которыми невозможно договориться. Альтернатива – принять Шрайка (ой!), опроститься, познать свой дар… Вроде, и стройненько, но как-то невнятно….

Оценка: 8
–  [  5  ]  +

Мария Галина «Автохтоны»

chupasov, 3 апреля 2017 г. 11:07

Мне после «Медведок» этот роман показался каким-то топтанием на месте, если говорить о творческой эволюции Галиной (как ни казенно звучит последнее, но в случае Галиной мы, действительно, наблюдаем мощный рост).

Все отлично сделано, но:

Львов – ну атмосферный, ну провинциальный, ну для туристов, ну для туристов пообразованнее, ну для туристов, которым старожилы показали Львов «настоящий»… И что?

Фантастическая неопределённость – славная, но она и в «Медведках» мастерская.

ГГ – не то, чтобы скучен, а просто без изюминки: умный гуманитарий среднего возраста. Т.е. автор-то нам скажет, что все не так просто – но это «непросто» лишь называется. Реакции этого человека – вполне типичны именно для любопытного и наблюдательного «грантополучателя» без особого бэкграунда.

Вышло, на мой вкус, прекрасное упражнение в прекрасном. Читатель, увы, привык, что каждый новый роман Галиной – сильнее предыдущего, поэтому «Автохтоны» и воспринимаются как некий сбой.

Оценка: 7
–  [  3  ]  +

Тед Чан «Ад — это отсутствие Бога»

chupasov, 24 марта 2017 г. 10:20

Не скажу, что повесть понравилась, но интересна она безусловно (как почти все у Чана). Для религиозного сознания необходимость веры составляет фундамент концепции человека: Бог не предоставляет людям неоспоримых свидетельств собственного существования, чтобы не лишить нас свободы выбора, которая реализуется в вере или неверии. Имей мы неоспоримые доказательства бытия Божьего – мы тут же кончимся как люди. Это положение, ставшее, в сущности, общим местом, и деконструирует Тэд Чан.

И надо сказать, получилось любопытное зеркало ветхозаветного мира: ангелы, режущие египетских младенцев, потоп, убивающий всех, Бог, издевающийся над Иовом, чтобы испытать его веру… Без Христа все, наверное, так и выглядит.

Оценка: 8
–  [  6  ]  +

Анастасия Парфёнова «Танцующая с Ауте»

chupasov, 23 марта 2017 г. 10:41

Первая мысль при чтении: Ах, какую идею погубила! В самом деле, как могут быть устроены психика и общество бесконечно пластичных существ? Если у Ле Гуин из идеи про гуманоидов со «всего-то» с изменчивым полом выросли близко-чуждые легенды Гетена, исследование гендерных ролей в социуме и т.п., то уж здесь как можно было развернуться... Про Тэда нашего Чана с его октопусами лучше и не вспоминать. Одним словом — эх!

Потому как вышло всего лишь про таких порывистых девочков и мальчиков... С обильными заимствованиями из Буджолд (что уже здесь отметили). Со слабо проработанным фантастическим антуражем, изобилующим большими и маленькими нескладностями.

С другой стороны, настоящая фантастика — она всегда про свое, но средствами фантастики. И в этом смысле изменчивость эль-ин, их философия — вполне адекватная метафора молодой, бурлящей девичьей жизни: ощущение пластичного, меняющегося в столкновениях с жизнью и людьми «Я» («любая маска тут же превращается в лицо»), нутряная в буквальном смысле взбалмошность, текучесть принципов при сохранении все же какого-то личностного центра, жажда быть в центре внимания, трансформированная в меганезаменимость героини, и т.д.

Автор взахлеб говорит о нас девочках, щедрой рукой бросая в топку достойные идеи. Что тоже, как ни странно, признак хорошей фантастики, ведь нет ничего более ей чуждого, чем интеллектуальная скаредность.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Джо Уолтон «Среди других»

chupasov, 22 ноября 2016 г. 23:12

Роман — образчик «фантастической литературы», как ее определял Ц. Тодоров (фабулы в ней балансируют между возможностью реалистического и волшебного истолкования). Получился занимательный, временами занудный, но в целом любопытный литературный эксперимент вокруг «ненадежного рассказчика».

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Так, начинается роман с перспективы «инвалида магической войны»: большая битва со Злом уже случилась, утрата невыносима, но нужно жить (см. начало семеновского «Ведьмака»). В какой-то момент повествование оборачивается рассказом девочки с тяжелой судьбой и бооольшими тараканами в голове; подростка, придумавшего всех этих фейри, сестру, мать-ведьму и психосоматические боли в ноге — до кучи. Еще один большой и скучноватый пласт — девичий дневник с бесконечными «он так посмотрел, а я такая сказала, а что он, интересно, подумал, когда он так посмотрел?» Все это склеено любовью к фантастике, красивыми встречами с ней и разговорами за нее же. А под конец — вступает, да, такой «магический реализм», снимающий противопоставление истинного и вымышленного: не важно, происходит нечто у нас в голове или в окружающем мире; и то, и другое — настоящее, если оно настоящее.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Карен Томпсон Уокер «Век чудес»

chupasov, 21 октября 2015 г. 15:29

Этот пронзительный роман оказался для меня еще и прекрасным образцом настоящей фантастики. Настоящей – т.е. не с изложенными топорным языком вымученными выдумками, а с попыткой говорить о реальности через призму фантастического, с помощью остранения.

Здесь и живой герой (он со своими проблемами, быть может, не всем интересен, но он – живой) в перспективе мироздания, и неостановимо меняющийся мир, и (положено ведь три составляющих?) демонтаж стереотипных форм социального поведения – как привычных, так и почитаемых «альтернативными». И грустное достоинство зацементированной на века финальной надписи.

Для меня роман Уокер стал в один ряд со «Спином» Уилсона.

Оценка: 9
–  [  6  ]  +

Анна Коростелёва «Школа в Кармартене»

chupasov, 25 августа 2013 г. 21:23

Русский ответ «Гарри Поттеру» — уже сложившийся жанр (скоро и рассказ о школьных годах Йозефа Кнехта будет восприниматься исключительно как швейцарский ответ «Гарри Поттеру»). Два таких «ответа» показались мне любопытнее оригинала (которого я, впрочем, не осилил). Любопытными прежде всего необыкновенной полнотой живой радости учебы и познания. Н. Горькавый создал настоящего «Гарри Поттера» для «технарей», а затейливое единство миниатюр А. Коростелевой — это очень правильный «Гарри Поттер» для «гуманитариев». Тех, кто хочет учиться, узнавать новое, расти, а не обзавестись волшебными предметами, помощными зверями и пикантными шрамиками.

Оценка: 9
–  [  1  ]  +

Дмитрий Янковский «Вирус бессмертия»

chupasov, 2 апреля 2013 г. 12:57

Примерно две трети романа оставили очень приятное впечатление: любопытными показались оккультные войны глазами «лоха», не очень впечатляющие, но добросовестные попытки представить психологию советских людей конца тридцатых, изящно вводится шумерская линия, временами глаз цепляется за вполне художественные сравнения, метафоры всякие...

Но в завершении романа все это как-то схлопывается: герои думают и говорят уже по-современному, намеченные нравственные проблемы решаются разводным ключом,

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
размышления о России заканчиваются сакраментальным «надо валить».
— Это первый из прочитанных мной романов автора, несмотря на все «но» захотелось при случае познакомиться с другими его вещами.

Оценка: 6
–  [  0  ]  +

Максим Хорсун «Лунная походка»

chupasov, 15 марта 2013 г. 18:06

Не мастерский, но вполне добротный рассказ по мотивам старинной теории.

Оценка: 7
–  [  10  ]  +

Мария Галина «Медведки»

chupasov, 6 апреля 2012 г. 15:41

По прочтении замечательного романа Галиной загрустил, укрепившись во мнении о том, что отечественная фантастика потихоньку отдает богу душу. «Книга года по версии Фантлаба» в этом отношении очень симптоматична: если у иностранцев лучшие книги за последние три года — жанровая литература, то в номинации «Лучший роман (авторский сборник) отечественного автора» первые позиции в 2009 — 2011 годах занимают романы, имеющие мало отношения к фантастике в традиционном ее понимании. И «Медведки» Галиной — тоже хрестоматийный в своем роде образчик того, что Цветан Тодоров назвал ‘фантастической литературой’ (сильно запутав любителей фантастики).

Здорово, что в литературе основного потока появляются такие хорошие произведения. И жаль, что обещанной конвергенции мэйнстрима и фантастики, к сожалению, нет как нет. Да, авторы мэйнстрима охотно используют элементы жанрового антуража фантастики. Однако встречного движения — повышения литературного качества, художественной эмансипации произведений фантастического жанра — что-то не видно (я только о ‘состоявшихся’ авторах первого ряда). Недотепы-симбионты последних лет просто не сопоставимы по уровню, скажем так, писательских амбиций с фантастическими произведениями Галиной, Петросян, Быкова, Елизарова (разве что «Райская машина» Успенского находится в той же ‘весовой категории’).

А «Медведки» показались мне удивительно сбалансированным, хорошо темперированным романом. Поначалу напрягся, решив, что сейчас автор вырулит на заезженный мотив превращения текста в реальность, но все оказалось глубже. Действительно, некоторые из мотивов можно было развернуть даже в отдельный текст – но мне кажется, что в итоге мы имели бы лишь вариации на чужие или свои фирменные темы. Первое скучно, второе… а зачем? Хочешь про ‘мир как текст’ – читай «Заплывая за буйки». Хочешь про ктулху, вылезающих, чтобы с бою взять Приморье – есть же «СЭС-2». Внутренней логикой своей «Медведки» напомнили мне «Хромую судьбу» (без Синей папки) – с ее подчеркнуто реалистической линией писателя, с нерешенностями, ‘работающими’ именно в балансировании (потому как, на выходе совершенно не важно, построен ли изпитал, действительно ли Феликсу Сорокину досталась партитура труб Страшного суда, помстился ли герою Булгаков и т.п., а важно – «хватит с меня псины!»).

Магистральный сюжет Галиной (она, как мне кажется, вновь и вновь пишет историю о силе вымысла) заиграл в романе новыми гранями: сама повседневность оказалась не только иллюзорной, но загадочно мощной. Люди, какими мы их знаем, — лишь тени и отражения, что, однако, не означает их эфемерности (в логике ‘если лиц много — значит, они все поддельные’), но указывает на что-то большее, стоящее за множественностью отражений.

Вообще, если вычленять в романе ‘художественно-философские идеи’, то в большинстве своем они нисколько не оригинальны, загадка обаяния романа – в той убедительности, с какой эти идеи воплощаются (помните, «все, что ты придумываешь, либо было придумано до тебя, либо происходит на самом деле»?). В последних романах Марии Галиной за техничной игрой в фантастику, постмодернистским переливанием из текста в мир и мастерством ‘объемного’ реалистического письма просвечивает неожиданный в наши дни, но удивительно органичный символизм.

Оценка: 8
–  [  10  ]  +

Анастасия Парфёнова «Ярко-алое»

chupasov, 25 марта 2012 г. 15:58

Наверное, это плохой киберпанк и очень средняя, по гамбургскому счету, литература. Но вот как женская – не привычно девичья, а именно женская – фантастика получилась довольно интересно. ‘Психология’ в романе, действительно, ‘проседает’– слишком однообразны мотивации героев (протагонисту – маму жалко, жене-невольнице – за дочь страшно, даже у противника, и то нашлась любимая бабушка). С другой стороны, это однообразие, во-первых, вписывается в стереотипы японской художественной культуры, которую автор в романе утилизует, а во-вторых – вполне сочетается с центральными идеями произведения.

Любимая, кажется, мысль в этом романе – это мысль семейная (как у Льва Толстого в «Анне Карениной» :). И очень нетривиальна, к примеру, попытка осмысления взаимоотношений разумов разного, скажем так, масштаба в категориях семейных отношений. Интересна (хотя, быть может, и высказывалась уже) идея этического единства виртуального и реального существования – принцип, антагонистичный самому духу современного интернета с его ничем не ограниченной свободой.

Т.е. роман стоит, наверное, оценивать не в координатах, заданных киберпанком, но скорее как социальную фантастику. В конечном счете мир, построенный на информационных и биологических технологиях, кажется сегодня наиболее вероятным вариантом будущего, так что киберпанк неизбежно утрачивает эксклюзивные права на эксплуатацию этого варианта.

Оценка: 7
–  [  7  ]  +

Андрей Столяров «Телефон для глухих»

chupasov, 24 марта 2012 г. 15:39

Странно получилось: автор, кажется, никого не копирует, пишет о своем, используя подходящий сюжетный антураж. Но ведь просто невозможно не сравнивать с «Пикником», и сравнивание мешает. Это только у Борхеса второй «Дон Кихот» выходит вполне самостоятельным произведением, а на деле впечатление от замечательной повести безнадежно испорчено привкусом вторичности. Есть, правда, адекватная тексту стратегия чтения: «Пикник» можно считать описанием реальных событий, художественное осмысление которых вдохновило А. Столярова на создание «Телефона для глухих».

Оценка: 7
–  [  9  ]  +

Андрей Столяров «Боги осенью»

chupasov, 10 сентября 2011 г. 01:22

В сюжетном отношении повесть Столярова местами буквально повторяет изданные несколькими годами раньше две первые повести из «Лорда с планеты Земля» С. Лукьяненко: здесь тоже есть невозможная любовь («Он был титулярный советник, / Она — генеральская дочь»), невозможная победа над искусным фехтовальщиком, дающая герою ничем иным не обеспеченный статус, не злая, но вынужденно — noblesse oblige — жестокая Принцесса, тяготящаяся неожиданным супругом, и т.п. Причем авантюрный сюжет у Лукьяненко как-то позаковыристей.

Но сравнивая два текста, вдруг понимаешь, что Лукьяненко пишет сказочку, а Столяров — про жизнь. Есть пропасти, которые не перепрыгнуть, есть жажда чуда и обреченность на повседневную жизнь, есть вера в чудо, которая каким-то образом дает силы жить, а не вгоняет в серую тоску (ах, почему я здесь?). Все это мы находим у Столярова, в то время как у Лукьяненко герой — сильный авторской фантазией — просто отряхивает с ног прах обыденности — для жизни в Приключении. У Столярова же именно зазор между фэнтезийными штампами и жизнью поднимает текст на некий уровень (именно жизнью, а не вульгарно понятой реальностью, как в самых разных образцах юмористической фэнтези). Реальна повседневность, несовместимая с Чудом, но реальна и человеческая жажда Чуда — и автору удается пройти между этими камнями, не отвергая ни повседневности, ни чуда.

И насколько текст Столярова лиричнее в сравнении с подростковыми повестями Лукьяненко (где вторая повесть в формате: «Ах так, я, значит, недостаточно хорош для вас? — Зачем топтать мою любовь? Ах-ах. — Ну ладно, вот я пойду, все увидят, да, увидят все, что я не абы кто с улицы, а царского роду... бабушка ... сенбернар»).

Я бы не сказал, что мне очень понравилась повесть Столярова, но это уровень — если не в масштабе затронутых проблем, то в глубине и объемности авторского восприятия мира. Получилась у автора чудесная акварель по мотивам осеннего Питера.

Оценка: 7
–  [  4  ]  +

Андрей Лазарчук «Мумия»

chupasov, 26 августа 2011 г. 21:38

В 1989 г. В.М. Рыбаков опубликовал чудесный рассказ «Давние потери» — о добром Сталине. В 1991 г. у А.Г. Лазарчука вышла «Мумия» — о монструозном чучеле Ленина. Для меня эти рассказы стоят рядом – по общности фантастического приема (буквализация идеологического клише) и блеску исполнения. Просто квинтэссенция фантастики четвертой волны. Как удавались им короткая и средняя форма! Вообще об этом очень точно написал Д. Володихин в статье «Четвертая волна: анатомия творчества».

Временами мечтается о неком параллельном мире, в котором «Все способные держать оружие», «Посмотри в глаза чудовищ», «Штурмфогель» — такие же мастерские рассказы, а не занудные, в сущности, многосотнестраничные повествования.

Оценка: 8
–  [  11  ]  +

Святослав Логинов «Филолог»

chupasov, 2 июня 2011 г. 15:40

Чтение утомительное, особенно в эпоху ренессанса фрик-лингвистики. Задумка автора понятна – смешать шуточную ‘народную этимологию’ с неожиданными поворотами, свидетельствующими о проникновении в тонкую механику языка. И как идея это замечательно… только в этой музыке слишком много нот, т.е. приставок, дериватов и прочих суффиксов. Наверное, хорошо бы было это снять (в анимации) или на театре поставить – в авторском тексте филологические экзерсисы героя интонируются явно недостаточно. Самим языковедческим упражнениям, увы, не хватает того блескучего изыска, за который читатели любят, к примеру, произведения М. Успенского.

При этом ‘филологический’ план слабо связан с авантюрным футурологическим сюжетом (не случайно в самом финале никакой филологии не остается, не нужна она автору). Этот сюжет можно сравнить с домом, который в начале повести пытается строить герой: поналомано могучих дерев, кое-как они сложены, а законопачены огромные дыры этой самой филологией (т.е. мысль о языке как поддержке и опоре также понятна, но она в повести слишком головная). Находки в авантюрном сюжете интересные: в самостоятельную повесть вполне разворачивается игра мамочки героя, общество кучников показалось любопытным (в т.ч. как метафора отношений между автором и читателем)… Но сыро это все, неразвито и перебито слабоватыми измышлениями. Общество бессмертных занято исключительно тинейджерскими забавами (хотя в таком обществе задумки вроде той, что повернула жизнь Вериса, должны быть скорее правилом). Развенчание золотого века и апелляция к архаичным ценностям в данном случае просто беспомощны (я не против архаики – у того же Логинова есть, к примеру, прекрасная почвенническая повесть «Чисть»). Только в ставших классикой произведениях все это использовалась раз двадцать, наверное, с куда большей осмысленностью.

Иными словами, повесть – вполне себе на уровне, но уровень этот, к сожалению, ниже планки, поставленной в лучших произведениях Святослава Логинова.

Оценка: 6
–  [  9  ]  +

Ярослава Кузнецова, Анастасия Воскресенская «Голубка на щите»

chupasov, 30 мая 2011 г. 17:49

Поначалу показалось любопытным, а потом разочаровался – после чУдных «Чудовых лугов». В «Лугах» есть ощущение солнечной значительности происходящего, шаги судьбы, а в этом романе – одно суматошное мельтешение всего и вся. Случайность – отнюдь не случайная гостья в фантастике, но эту случайность нужно как-то осмыслять (случайность как фатум, случайность, способная порушить даже самые тщательные планы и т.п.)… В отзывах мелькнуло сравнение с кино, однако, кино получилось слишком (для меня) артхаусное, построенное на том, что автор беспорядочно носится с камерой по интересному, в сущности миру, в котором происходят интересные, в сущности, вещи, и снимает, чего увидит – главное, чтобы живенько, коснуться до всего слегка, авось, количество перейдет в качество.

Нет, я понимаю, такие техники часто проходят по графе ‘масштабности замысла’, ‘сложности композиции’, ‘многоплановости’ и т.п. Беда в том, что важные для судеб героев эпизоды ничего не говорят нам – читателям.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Скажем, Кавен Макабрин не выдал Амарелу. И что? Что этим хочет сказать автор? Что в его мире не умерло рыцарство? Что Макабрины вполне себе ничего? Непонятно. Или вот идет себе Рамиро по городу – глядь, а тут Десире и Ньет: одна с моста прыгает, другой пытается до нее добраться, претерпевая невыносимое. Ну, и спас герой Ньета – все равно мимо проходил. Если бы Рамиро активно занимался поисками Десире и Ньета, такое совпадение казалось бы осмысленным, а так… В результате читатель остается до обидного безучастным. Скажем, узнаем мы, что дролери мучают фолари в рассуждении разжиться энергией. И что? Меняется ли от этой неожиданной информации наше отношение к дролери (на таких перипетиях построено множество ‘антиэльфийских текстов’)? Да не было никакого такого отношения… И эту информацию мы просто принимаем к сведению (наверняка сгодится авторам во второй книге). Сама по себе чуждость дролери ведь тоже требует какого-то читательского отношения: должна завораживать, очаровывать, отталкивать и т.п. Или вот ‘правящие круги’ Дара – хотели нефти, разбудили Ктулху… И что? Нужно с осторожностью относиться к миру? — Ах, до того ли, любезный читатель, когда прынц на белом самолете носится в воздухе, выходя из пике, давя на гашетку, изнемогая в борьбе… За что? Против чего? Не важно: «А я дерусь, потому что дерусь», – как сказал однажды Портос.
В общем, по-моему, авторы задумали создать большое эпическое полотно, но с замыслом не справились. Эпос вполне терпит разные сюжетные накладки и нестыковки, даже явный авторский произвол терпит, но не прощает эпос отсутствия ценностно-смысловой перспективы. В результате получилась только фэнтези, интересная, вероятно, лишь поклонникам жанра. Целостная картинка не вытанцовывается, россыпь местами красивых камешков-эпизодов не желает складываться в мозаику.

Оценка: 6
–  [  3  ]  +

Сергей Синякин «Младенцы Медника»

chupasov, 18 мая 2011 г. 09:45

Странное ощущение оставила повесть. Детективный план, действительно, напоминает старинные историко-фантастические детективы Парнова (вплоть до архаичных эпизодов вроде ‘мент на приеме у большого научного начальника’). План научно-фантастический – у нас ‘все по науке’ – вроде бы, должен отталкиваться от тьмы книжек и фильмов про рождение мессии. Но вот десять отличий искать совершенно не хочется, и тема кажется ну совершенно избитой.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Тем более что автор побрезговал привычными для ‘жанра’ эмоциональными костылями – тревогой за судьбу детишек, страхом перед ними и т.п.: с самого начала понятно, что с младенцами ничего не случится (причем атаки антагониста безобразно однотипны – без всяких тебе магических кинжалов и копий Лонгина); сильно жестоких чудес тоже не наблюдается; встреча с невероятным сыщиков не особенно потрясает.
Причем и другого хода, привычного в таких сюжетах – тривиализации невероятного (второе пришествие на фоне подчеркнуто обыкновенного милицейского расследования) – автор не делает. В общем, получилось так как-то все…

Оценка: 6
–  [  7  ]  +

Александр Громов «Шанс для динозавра»

chupasov, 17 мая 2011 г. 15:08

Вышел, к сожалению, роман-ошибка. И проблема не только в удивительной для отличного автора наивности идей, а в их ‘кривом’ воплощении. «Шанс для динозавра» можно сравнивать с классическими «Миссионерами» Лукиных и, скрепя сердце, с «Трудно быть богом». Но сходны они лишь на уровне сюжетной завязки, поскольку несоизмеримы масштабы поставленных (а не просто заявленных) проблем.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
У Лукиных прогрессорские планы опровергаются самой историей, т.е. перед нами конфликт на уровне ‘Человек vs. История’. У Стругацких все это дополняется столкновением с человеческой природой (причем не только с чужой). А у Громова, в сущности, вопрос стоит так: Смогут ли два прогрессора помешать третьему, если последний считает первых своими соратниками? Ответ здесь однозначен, а вопрос, в сущности, малоинтересен. Если обсуждать саму идею… Ну что ее обсуждать? Герои придумали буддизм-конфуцианство light, а сам автор излагает читателю облегченную версию облегченной версии – по Ван Зайчику.

В результате чудовищно ‘провисает’ основная – ‘боевая’ – часть: читатель следит не за тем, во что выльются действия Барини, а ждет, когда же герою поставят подножку. Эту часть, вполне достойно для жанра написанную, хочется пролистать – когда понимаешь, что от побед и поражений героя ничего, в сущности, не зависит. Ср. пример противоположного рода – «Властелин колец», где, скажем, оборона Гондора и диверсионная операция Фродо друг друга дополняют, а не обесценивают.

Интересны мотивации друзей-противников Баринова, но о них автор скажет лишь в финале. Причем скажет не очень убедительно в психологическом плане. Кроме ламентаций типа ‘эх, нетуть меж нами прежнего доверия’ в романе на эту тему мы ничего не найдем. Герои явно должны были измениться на другой планете, ведь одно дело – сказать «нет» обожравшемуся благополучием миру, и совсем другое – убивать часто неплохих людей ради всечеловеческих ценностей или так просто. Вот ‘Дьявол’ спит с бабами, а потом их сжигают – реакция героев сводится к чему-то между ‘сами дуры’ и ‘как-то нехорошо все-таки’ – и это не набившие оскомину попаданцы, а люди, у которых хватило мужества прыгнуть из сытого мира в черную дыру.

В общем, А. Громов выдал:

а. изначально небогатую идею,

б. заменил разработку этой идеи бесконечными баталиями, да еще и скучными по изложенным выше причинам,

в. не уделил никакого внимания психологической метаморфозе героев (и вообще их психологии — это ж совсем не наши современники).

Оценка: 6
–  [  11  ]  +

Ярослава Кузнецова, Анастасия Воскресенская «Чудовы луга»

chupasov, 12 мая 2011 г. 13:49

Как уже отмечено, это хорошо написано. Более того, неплохо отредактировано (ну, или авторы просто так пишут – и то, и другое по нынешним временам большая редкость). Соавторы не потакают читательским ожиданиям (здесь плеснуть душераздирательности, там терзаний душевных, плохим выдать побольше мерзости, хорошим – отсыпать нерассуждающего благородства). Пусть и может творческая свобода отпугнуть осторожного издателя, но авторы предпочли работать в приглушенных, пастельных тонах, разделяя героев не на положительных и отрицательных, а на главных и второстепенных. Воспользуйся соавторы проверенными тиражами рецептами, получился бы у них совершенно дяченковский текст – чего очень бы не хотелось.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Ведь, к примеру, ничего не стоило авторам свести героев-антагонистов для последнего разговора, где слова звучат веско и просто, а в подтексте – чистейшая пронзительная грусть. Только все это мы уже мильен раз читали. И как изысканно решение авторов, у которых герои в образах ангелов сошлись навечно у входа в церковь.

Читая такие тексты, временами соглашаешься с тем очень спорным тезисом, что нет ни фантастики, ни мэйнстрима, а есть хорошо и плохо написанные книги. Это не фэнтези в доминирующем сегодня стиле – забористом, ярком, энергичном, это фэнтези в сторону, скажем, лорда Дансейни.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Юрий Бурносов «Два квадрата»

chupasov, 5 мая 2011 г. 17:22

Поначалу увлекло, но потом разочаровало. Автор построил вполне атмосферное Средневековье (или, скорее, начало Нового времени), но отношения людей мало соответствуют нашим представлениям об этом времени.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Ну не осмелился бы средневековый следователь вот так вот в лоб – вплоть до стрельбы – противиться инквизиции. И, собственно, из-за кого? Не девушку любимую схватить собирались. И чтобы в церкви объявлять о своем неверии – это же ни в какие ворота. Крестьяне ведь городским модам не обучены, утопили бы в нужнике, и баста. В нашей, например, истории французские либертены поостереглись бы в деревне свои теории излагать («не поймут, скоты»). А Хаиме, который хладнокровно велит добить Тимманса и бросить его в канал? Дело даже не в элементарной осторожности, а в том, что не может законник с такой легкостью приказать убить человека. Он же не рыцарь средневековый, и Аксель – не оруженосец, готовый выполнить любой приказ.
Т.е. автор сначала заставляет нас поверить созданному миру и показывает, что герой – человек своего времени. Однако временами этот герой ведет себя как попаданец какой-то, что сильно диссонирует с тоном и логикой повествования.

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Zотов «Апокалипсис Welcome»

chupasov, 3 мая 2011 г. 17:14

В сравнении с другими произведениями Zотова (читал «[Элемент] крови», «Печать Луны» и что-то еще в том же духе) этот роман, на мой взгляд, выигрывает. Т.е. непритязательный стеб и юморок а ля «Comedy Club», кое-как втиснутые в жанры, с которыми автор с грехом пополам справляется, — все эти фирменные приемы никуда не делись. Однако в романе про Конец света появились идеи, без которых фантастика (с ее тягой к разговорам о городе и мире), неизбежно пробуксовывает. Может быть, я вчитываю, но роман Zотова показался мне даже многомерным.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Текст, вроде, антихристианский, но держится в жестких рамках – скажем, Христа автор не высмеивает. Сюжет о Мидасе – слабая криптоисторийка, на первый взгляд, но подкупает великолепное презрение, с которым герой относится к нашему целлофановому миру. Компания ботадеусов тож – вроде бы, страдают от проклятия, но получается, сами себя прокляли; еще загадочный Кузнец где-то там, в глубине кадра. И зудящим лейтмотивом, как приговор: ‘Мы не верим, и по неверию нашем получаем облегченную версию жизни’.
Все это, в сущности, мелькает где-то на периферии (а в центре — вещи, отмеченные в негативных отзывах), однако, в этом мелькании просвечивает какая-то искренность.

Оценка: 6
–  [  5  ]  +

Светлана Ягупова «А вы не верили...»

chupasov, 27 апреля 2011 г. 18:11

Очень трудно читать сегодня середнячковые советские тексты просто как фантастику (пресловутая нуль-литература – это, в сущности, и есть середина). Трудно не по изумительной наивности идей (один «клептогенез» чего стоит) — нам не привыкать: сегодня фантастика производит бред в масштабах промышленных, просто неподъемных для застойной советской культуры. Но это ж надо окунуться в плюсквамперфектум, чтобы не задерживаясь на советских клише, восхититься обращением к подзапретным идеям Николая Федорова (в рассказе он не упоминается). И погружение в эпоху – самое главное в таком чтении: не ностальгии для, а просто припоминая общество, в котором можно было писать такие произведения, не выглядя совершеннейшим идиотом в глазах читателей.

Оценка: 5
–  [  5  ]  +

Тед Чан «Купец и волшебные врата»

chupasov, 23 апреля 2011 г. 14:14

Находился под впечатлением «Истории твоей жизни», поэтому эта повестушка особого восторга не вызвала. Та же, в принципе, тема, поднятая почти десять лет спустя (если судить по отзывам, она вообще занимает автора). С новым, правда, поворотом – на раскаянье и искупление.

Стилизация под «1001 ночь» хорошая, но считать ее чем-то выдающимся… Вон, Д. Трускиновская целый романище в этой стилистике написала, и что?

Вообще, затеять повесть про путешествия во времени, предполагает сегодня любовь к техническим упражнениям: столько всего напридумано — и остроумного, и глубокомысленного — а мы все ж возьмем, исхитримся и таки сделаем чего-нить нетривиальное. Например, с усмешкой игнорируя предшествующую традицию

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
(как в случае с информацией о кладе, взявшейся из ниоткуда, т.е., пардон, от Аллаха).

Последняя история, действительно, любопытна — пугающей неоднозначностью нравственно-временной петли.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Вероятно, герой не пришел бы к искуплению, если бы получил ту информацию, которую он сам у себя перехватил. Т.е. если бы не было раскаяния, то не в чем было бы и раскаиваться (ну, погоревал бы, конечно, о нелепой смерти жены – и только). Этот мотив ‘чего-то из ничего’ есть и в предыдущих историях, но в последней он предельно заострен, поскольку решается целиком в этической сфере. То же и с реакцией постаревшего героя: только научившись покаянию, он, мне кажется, смог принять обретенное знание как подарок, а не как злую шутку небес.

Оценка: 6
–  [  15  ]  +

Тед Чан «История твоей жизни»

chupasov, 22 апреля 2011 г. 20:01

Очень правильная фантастика. Правильная – это когда в научно-занимательной форме автор умеет говорить о вещах, интересных не только энтузиастам науки.

Научная составляющая рассказа не нова для людей, интересующихся лингвистикой: здесь и гипотеза лингвистической относительности (вероятно, ошибочная в радикальных вариантах), и опыты по созданию идеографической письменности (ЛоКоС, например). Все это качественно сделано, и фантастическое допущение заставляет внимательно следить за перипетиями полевой лингвистической работы (чай, не язык каких-нить индейцев хопи изучаем)

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Придумку со вторым сюжетом просекаешь довольно быстро: «Эмму и Сфинкса» Дяченок и даже «Почерк Леонардо» Рубиной я прочел раньше повести Чана (к сожалению?).

История Кассандры стара, как мир, но Чан делает нечто особенное – показывает внутреннюю эволюцию человека, знающего будущее, причем показывает изнутри. И это все на уровне языка и лишенного всякой фантастики сюжета. Ключевой для меня эпизод – ‘воспоминание’ о том, как героиня читает дочке сто раз читанную сказку:

“Well if you already know how the story goes, why do you need me to read it to you?”

“Cause I wanna hear it!”

На этом месте многоноги для меня лично тихо отлетели, освободив место для простого, в сущности, вопроса: «А разве мы не знаем, как оно все кончится? Ну, без подробностей, зато совершенно точно?». Вот где писательское мастерство: показать не смирение, даже не приятие неотвратимого, а искреннее желание жить – прекрасно осознавая неизбежность малоприятного финала.

Причем сказать об этом автор ухитряется, рассматривая психологию обыкновенной, в сущности, женщины.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Савиньен Сирано де Бержерак «Государства и Империи Луны»

chupasov, 20 апреля 2011 г. 11:08

Об этой — литературно-философско-научной — стороне деятельности Сирано расказывает роман А. Казанцева «Иножитель». Можно по-разному относиться к творчеству последнего, но в наблюдательности Казанцеву не откажешь. И если предвосхищение де Бержераком, к примеру, парашюта кажется явной натяжкой, то вот, скажем, подробное описание борьбы лейкоцитов с инфекциями... Откуда Сирано мог знать о фагоцитозе? Просто нет слов.

Оценка: нет
–  [  10  ]  +

Леонид Каганов «Лена Сквоттер и парагон возмездия»

chupasov, 7 апреля 2011 г. 21:19

Такие жж-тексты еще и очень неудобно читать – т.к. поначалу не совсем ясно, можно ли пропускать рассуждения героини. Жевать эту приправленную сарказмом смесь из чепухи и банальностей совершенно не хочется. Но вот это все, м.б., играет какую-то роль в сюжете, позволяет лучше понять героиню, работает на концепцию романа? Не-а… Сюжет тянет максимум на повесть, характер – неинтересен (поскольку не показано его становление), концепции в романе – в смысле системы ‘идей’, цементирующих текст, – просто нет.

Сравнивать роман с «Generation «П» не стоит: у Пелевина 'рассуждения' встроены в художественный мир и сюжет о времени и о себе; у Каганова все эти жж-медитации практически самоценны (так, метаморфоза Даши под влиянием Илениных кноу-хав не играет практически никакой роли в сюжете). И потом роман Пелевина написан в 1999 г., с тех пор целый жанр появился — «офисная проза», где весь этот эпатажный цинизм давно озвучен со всеми мыслимыми и немыслимыми оттенками самоиронии и авторского сарказма.

И (об этом много писали, но все ж) жанр романа требует особого дыхания что ли. Если судить по этому роману («Харизму» я не читал), у Л. Каганова его (пока) нет. Может, и не будет. У неплохих, в общем-то, писателей (вроде А. Чехова) его тоже не было. Автор — Мастер великолепной сюжетной прозы, не нужно разбавлять ее квазифилософичным остроумничаньем. Ну вот представьте, что получилось бы, появись в «Хомке» пассажи о новом поколении, а в пронзительной «Долларке» — рассуждения о том, кто довел население до жизни такой?

Оценка: 5
–  [  7  ]  +

Андрей Лазарчук «Транквилиум»

chupasov, 21 марта 2011 г. 15:35

Мне это напомнило не столько «Гравилет», сколько «Остров Крым» Аксенова. И роман Лазарчука в этом сравнении не выигрывает. В сфере человеческой он занудный какой-то (на манер чудовищной «Кесаревны Отрады») и декларативный. Скажем, героиня сильно удивляется, что дети могут быть голодными — что прекрасно, однако, социальное устройство ее страны никак не исключает голодных детей...

Или вот наш мир герою кажется серо-пластмассовым. Это пусть, но психологическую достоверность такие декларации обретают лишь в том случае, если свой мир — чувства, предметы, поступки — будет пронзительно настоящим. А этого в романе нет.

Может быть, в турбореалистическом произведении, сосредоточенном на головокружительной механике мира, этого и не требуется, но ведь в романе Лазарчука многое построено на мотивациях героев: «Я готов умереть любой смертью, готов убивать сам и посылать на смерть других – но мой мир я вам не отдам, хоть вы и сильнее меня в миллион раз…», – думает Глеб. Но почему герой так влюблен в свой мир – бледную кальку грИновского?

Здесь стратегия автора сродни рекламе фильмов, упирающей на количество уже посмотревших: дескать, раз столько людей любят Транквилиум, то не стоит удивляться, что герой готов на все вышеизложенное ради этого прекрасного старого мира…

Вообще, автору после «Опоздавших» удаются скорее сюжеты, построенные на вынужденном действии – про приказано выжить, про супермегабомбу, что тикает под сердцем, и т.п. Может, действие в его романах слишком плотное, может, еще что–то – но в иных случаях рахитичные внутренние миры героев плохо согласуются с их, героев, бешенной скачкой по сюжету. Вот когда Воронин с Кацманом бредут по пустыне в «Граде обреченном» (еще один параллельный текст) — ты идешь вместе с ними, а к героям «Транквилиума» относишься как к фигурам на шахматной доске — партия интересна, а персонажи — не очень, поскольку деревянные.

Оценка: 6
–  [  0  ]  +

Александр Зорич «Римская звезда»

chupasov, 23 января 2011 г. 15:02

Роман понравился, но показался немного скомканным. Сначала — нормальный себе реализм в современном исполнении, впрочем, с тайной на заднем плане и неспешным ее обсуждением. А все криптоисторические чудеса происходят буквально в последней четверти книги (по ощущениям, текста под рукой нет), галопом по евразиям. Я вовсе не любитель монструозных криптоисторических опусов в стиле «Посмотри в глаза чудовищ», но здесь получился даже не роман, а скорее растянутая повесть: в начале авторы берут явно романное «дыхание», а потом как-то быстренько так закругляются, срезая последние круги. Что жаль.

Оценка: 7
–  [  1  ]  +

Александр Зорич «О Зигфриде»

chupasov, 23 января 2011 г. 14:46

Странный «цикл» — скорее, «work in progress». Криптоисторические вариации на сюжеты сказаний о Зигфриде/Сигурде, нибелунгах и пр. Есть неплохой первый рассказ, построенный на сочетании двух несводимых перспектив — Зигфрида и говардовского Конана (будто сошедшего со страниц михаилхаритоновского «Дракона XXI». Задумчивый получился рассказ (особенно в линии Рагнарека). Есть «Второй подвиг Зигфрида» — никакой текст, что-то про конный спорт. Есть третий рассказ — из разряда «стихов на случай» но с какой-никакой идеей (по истории Зигфрида, он располагается между первым (до ученичества) и вторым (события в Вормсе). Возникает ощущение, что авторы «прицениваются» к сюжету на предмет сделать что-то вроде «Карла, герцога» и «Римской звезды», между делом публикуя наброски — чтобы, значить, добро не пропадало.

Оценка: 6
–  [  2  ]  +

Владимир Германович Васильев «Богу — Богово...»

chupasov, 14 декабря 2010 г. 13:06

Отличный рассказ, написанный в пандан к рыбаковскому «Трудно стать Богом». В результате получился очень интересный разговор Стругацких, Рыбакова и Васильева (обратите, кстати, внимание — это не украинский Владимир Васильев, который «Ведьмак из Большого Киева» и прочая). Причем Рыбаков, насколько я понимаю, учел критику Васильева в «На чужом пиру ...» (см. рассуждения «па Симагина» в финале романа).

Оценка: 7
–  [  8  ]  +

Михаил Успенский «Райская машина»

chupasov, 12 декабря 2010 г. 01:45

Как же невысок уровень читательских ожиданий, если такой текст мы готовы воспринимать как интеллектуальную фантастику. И беда даже не в избитости сюжета, не в унылом, в сущности, хохмачестве, а в мировоззренческой ТРИВИАЛЬНОСТИ романа. Нет, в сравнении с текстами в проекте «Этногенез» роман кажется шедевром социальной фантастики… А если сравнивать со Стругацкими, например? С тем напряженным вглядыванием в будущее, которое отличает их вещи? UPD: (Году этак в 1984 любому усталому интеллигенту было понятно, что совок будет долго и мучительно догнивать. А Стругацкие в этом году сделали «Волны гасят ветер». И вот их Большое откровение, футуршок и т.п. удивительным образом предвосхитили не сами перемены, на пороге которых стояла страна, но их РАДИКАЛЬНОСТЬ; когда же пугающая непонятность бездны упрощается до ж-пы, то ничего предвосхитить не получится, потому как сие — не реализм, а ограниченность).

В плане мировоззренческом роман сводится к трюизмам: ‘народ наш – ну, чисто дети’, ‘может, только простые люди (из частного сектора) и сохраняют еще здравый смысл’, ‘одна половина наших правителей – кретины, другая – мерзавцы’, ‘интеллигент, не готовый к махровому оппортунизму, никому сегодня не нужен’ и т.п. Автор, правда, шуточкой да прибауточкой дистанцируется несколько от этого набора банальностей. В результате мы имеем (или нас имеют?) общие места, сдобренные иронией.

При этом многие существенные моменты сюжета отмечены какой-то необязательностью, характерной для студенческого капустника (когда сценарий придумывается с тем, чтобы связать имеющиеся в наличии номера).

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Вот, скажем, главный герой – он очень, очень умный. И знаний у него – о-го-го сколько, и может он спланировать изощренно-жестокую операцию (в прошлом). А зачем он такой умный? Т.е. для чего он – такой интеллектуальный, эрудированный, с мозгами, прочищенными таежным уединением – нужен роману Успенского? Чтобы пацаны зауважали и дали на заимке пожить, мотивируя явление Рип ван Винкеля? Чтобы образованный герой втюхал легковерным согражданам Данте и Клюева под видам свидетельства о химэйских кущах? Или чтобы он с умным видом пересказал материалы с флэшки Лося? Наверное, все это безумно важно, коли выводят героя к людям отшельник-судьба и дьявол.

А, скажем, воин масаи, он к чему? Нет, прикольно, конечно, черный Санчо Панса, общий сюр, то да се, фольклорчик масайско-асегайский… Но можно было обойтись и без африканца – хотя с ним не хуже.

Действительно, выходит какой-то развернутый в роман анекдот. Можно читать, можно не читать (только зачем читать, если можно не читать: литература, чай, не водка). А что всем нам скоро полный Химэй настанет – это вам любой пенсионер на лавочке скажет… Забесплатно. В общем, умную фантастику сегодня, увы, лучше ‘брать’ не у фантастов.

Оценка: 7
–  [  4  ]  +

Сергей Синякин «Полукровка»

chupasov, 26 октября 2010 г. 12:03

Фирменный синякинский прием: выдумывается занимательный альтернативный мир, однако, дальше автор ломает жанровую инерцию

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
– мы-то ждем, что герой вот сейчас вернется к корням, уйдет в подполье и … мочить, мочить гадов на земле, в небесах и на море, и сами знаете где. А дальше, с немецкими технологиями – Russland, Russland über alles. На романную дилогию вполне потянет. Даже выдумывать особо ничего не придется — достаточно, например, драматизировать любовную линию. И все это будет, в общем-то, правильно, хотя и очень тривиально. Но герой Синякина просто живет свою жизнь (пусть и богатую приключениями), не обращая внимания на жанровые клише. Перед читателем разворачивается человеческая драма, что создает эффект достоверности мира: если в нем можно жить всерьез, а не только динамично восстанавливать историческую справедливость, то и мир — настоящий, требующий вдумчивого отношения. В общем, в художественном отношении повесть выходит за рамки полемики с Переслегиным и камрадами.

Оценка: 8
–  [  0  ]  +

Сергей Синякин «Владычица морей: Историческое повествование времен Петра Великого»

chupasov, 11 октября 2010 г. 11:33

Самым для меня любопытным оказалось балансирование текста между жанрами криптоистории (тайная история событий, «на выходе» остающихся неизменными) и альтернативной истории (исторические события меняются). Так до конца читатель и не ведает, поменяет «подводка» историю или нет. Ну, и стилевые решения интересны (в одном из интервью автор отмечал трудности именно языкового характера) — правда скорее в контексте фантастики.

Оценка: 7
–  [  1  ]  +

Владимир Кючарьянц «Где начало «галереи знаний»?»

chupasov, 2 сентября 2010 г. 22:59

Текст совершенно запредельный в 1984 г., когда фантастика претендовала еще на какую-то научность. Предлагается альтернатива казанцевской идее палеоконтакта: чудеса древности, загадочные 'несвоевременные' научные достижения достались нам не от инопланетян, а от древних сверхцивилизаций, снесенных природным катаклизмом. Идея о высоких цивилизациях прошлого едва ли не древней самих этих цивилизаций, но любопытно, что начали ее тиражировать еще в застойной фантастике. Потом-то эта линия развернулась так, что не остановить. Интересно, что Ю. Каныгин, на которого ссылается автор, уже в новое время договорился до холодного термояда у ариев и Рамы на берегах Днепра.

Оценка: нет
–  [  6  ]  +

Михаил Харитонов «Маленькая жизнь Стюарта Кельвина Забужко»

chupasov, 12 августа 2010 г. 17:56

Странный рассказ, как и многое у Харитонова: то ли, вправду, дурацкий памфлет, обильно сдобренный вывертами больного авторского сознания (афтора — в больничку! чителю — Гальего, например, в порядке компенсации), то ли здесь стеб над жанром таких вот страшилок про 'доведут вас до цугундера противные мерзкие америкосы!'. Не сказать, чтобы вторая мысль была как-то мотивирована самим рассказом: просто не ждешь от неглупого автора такой вот чепухи. Впрочем, кто этих зороастрийцев с их дуализьмами разберет! В творчестве Харитонова удивительным образом сочетаются тошнотворные детали, больше говорящие об авторе, чем о предмете, фантастические каскады интеллектуальных пуантов (почти из каждого рассказа Харитонова рачительный МТА склепал бы роман) и ... лиризм. Однако в отдельных текстах (вроде «Красавица и чудовище», «God Mood») недоумение по поводу тошнотворного мешает воспринимать все остальное (а интересные футурологические идейки есть и в «Стюарте Кельвине Забужко»). Говорят, что древние китайские (?) горшечники специально допускали ошибки при обжиге, дабы не гневить богов совершенством человеческих творений. Создается впечатление, что Харитонов пытается (и довольно успешно) не писать хорошо. Ведь если переработать этот рассказ (не так уж сильно, кстати), получилась бы вещь на уровне кагановского «Хомки».

Оценка: 4
–  [  9  ]  +

Юрий Нестеренко «Расизм - это плохо? А доказать?»

chupasov, 14 апреля 2010 г. 20:56

Это небольшое эссе открывается следующим определением расизма: «концепция, согласно которой расы ... не равны между собой, то есть различаются по некоторым существенным признакам, которые могут быть объективно оценены в категориях «лучше – хуже»». Далее автор объективно оценивает европеоидов с монголоидами и негроидов. Вообще, прежде чем выдумывать свои определения, стоит ознакомиться с уже существующими. Но чукча, т.е., извините, европеоид, очевидно, не читатель… А если заглянуть, например, в словари (Ожегов, Ушаков, БЭС), мы увидим, что расизм отвергает не «равенство», а «равноценность». Смещение, на взгляд поверхностный, не такое уж большое, но принципиальное, если приглядеться.

Никто ведь не отрицает факта расовых различий – расизм начинается с выводов, основанных на этих различиях. И в статье господина (высшая раса все ж) Нестеренко разговор о различиях вполне закономерно для подобного рода опусов заканчивается выводом о том, что «расисты, говорящие о превосходстве (причем биологически обусловленном) европеоидной (и монголоидной тоже) расы над негроидной по самому важному для разумного существа критерию – т.е. по критерию собственно разума – правы».

Движение от различий к неравноценности осуществляется путем многочисленных подмен и передергиваний. Как пример можно назвать механическое отождествление высокого IQ с разумностью. При этом автору-програмисту должно быть известно, что коэффициент может быть выше или ниже, но никак не лучше или хуже (см. авторское определение расизма). Не стоит забывать и того, что тесты для выявления коэффициента интеллекта ‘заточены’ под представителей европейской цивилизации, а значит, не годятся для межрасовых сопоставлений.

Что до плевков в сторону политкорректности, табуирующей не только теоретизирование по поводу расового превосходства, но и обсуждение расовых различий, то так уж получается, что подобные разговоры, как правило, используются в качестве отправной точки для утверждений о превосходстве одной расы над другой. Эту закономерность подтверждает и статья Нестеренко.

Оценка: 1
–  [  0  ]  +

Леонид Кудрявцев, Дмитрий Федотов «Чистая правда»

chupasov, 14 апреля 2010 г. 19:49

Сделан рассказ живенько, но писать такую беспомощную чепуху о бюрократах через сорок лет после «Сказки о Тройке»… Далее по регламенту следует, вероятно, хором исполнить «Мы не пашем, не сеем, не строим…».

Мораль в финале – редкий даже по нынешним временам образчик претенциозной банальности

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
(«Бюрократ и правда – вещи абсолютно несовместимые»)
.

Оценка: 3
–  [  4  ]  +

Юрий Нестеренко «Война миров - XXI»

chupasov, 13 апреля 2010 г. 15:58

Привычная, судя по всему, для автора игра со штампами, за которой скрывается мерзенькая идеология.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Начинается рассказ как топорная вариация на тему «Второго нашествия марсиан», затем неожиданный поворот, обусловленный не столько внутренней логикой повествования, сколько политическими пристрастиями автора. Нестеренко активно не любит русское/советское государство, а также исламизм. Соответственно, представителю ублюдочного русского государства противопоставлен американский президент, готовый защищать общечеловеческие ценности. В финале же продвигается совершенно рабская точка зрения на угрозу исламизма: мы-то, дескать, пытаемся относиться к ним по-человечески, исламисты же, имей они такую возможность, без всякого зазрения совести устроили бы всем нам полный геноцид. И что? Недочеловекам — недочеловечья смерть?
Скромное обаяние отретушированного фашизма. Впрочем, может быть, автор просто так юморит. Jedem, как говорится, das Seine.

Оценка: 1
–  [  5  ]  +

Юрий Нестеренко «Абсолютное оружие»

chupasov, 12 апреля 2010 г. 20:35

Вполне забавная пародия. По-своему идеальное произведение массовой литературы: динамика в процессе чтения задается не ожиданием каких-то новых поворотов, характеров и т.п. — кроме штампов здесь ничего нет — но читательской неуверенностью по поводу того, какой именно штамп автор выберет в том или ином случае. Автор с немалым искусством создает, пардон, точки сюжетной бифуркации, предполагающие возможность нескольких решений. Скажем, для развития отношений в клишированной паре «солдафон — высоколобый», которая открывает повесть, существует не одна, а несколько схем. То же и с финалом — совсем не новым, но не вытекающим однозначно из предшествующего сюжета. В результате читательский интерес сохраняется в процессе чтения — но ни секундой дольше. Однако и чувства разочарования повесть не оставляет, поскольку читатель получил все, за что уплочено.

Оценка: 6
–  [  8  ]  +

Дмитрий Быков «Списанные»

chupasov, 8 апреля 2010 г. 17:03

Странный получился роман. Как это сделано, вроде, совершенно понятно: берется скелетик кафкианского «Процесса» – в качестве затравки – и погружается в насыщенный раствор быковской публицистики. Постепенно скелетик обрастает интеллектуальными кристалликами, которые, если не приглядываться, могут сойти за сочное мясо реальности. Но реальность в романе отсутствует – есть только механически опредмеченные в ситуациях и персонажах мысли автора (порой очень любопытные) по поводу этой реальности.

Автор, как та лисица, знает много вещей и щедро делится своими познаниями с персонажами-марионетками. Получается этакая пластмассовая полифония, начисто лишенная диалогичности. Одновременно те же марионетки кто бочком, кто ползком пробираются на закрепленные за ними места в галерее типов современной России. А куда им болезным деваться? 186 персонажей в поисках автора… Хорош главный герой (Быкову вообще удаются параноики), но – здесь это уже отмечали – зачем было делать его двадцативосьмилетним? Сергей Свиридов представляет поколение, к которому принадлежит сам Дмитрий Львович (р. 1967); у людей 1980 года выпуска уже совершенно другое отношение к спискам, кровавой гэбне, поискам смысла… да и к тому, кто список санкционировал, наверное, тоже.

Однако прочитать роман, несомненно, стоит: не ради монотонно горестных замет сердца, но ради холодных наблюдений ума. В романе читатель найдет и хорошо сделанные эпизоды, и точные формулировки, и неглупый пафос. Авторов, способных к интересному анализу социальной действительности, в нынешней русской литературе слишком мало, чтобы пройти мимо нового цикла Дмитрия Быкова.

Оценка: 7
–  [  4  ]  +

Дмитрий Быков «Оправдание»

chupasov, 3 марта 2010 г. 19:47

Для меня это самый лучший роман Д. Быкова. Прозрачная идея, красивая реализация (хотя, парадоксальным образом, оправдание террора, действительно, получилось убедительнее, чем развенчание попыток понять/простить).

В последовавших вещах Быков («Эвакуатор», наверное, исключение), к сожалению, стремительно впадает в чудовищное многословие, забалтывая хорошие идеи.

«Избыточность – мой самый тяжкий грех», – рисуясь, признается автор в своем стихотворении. А гордиться тут особо нечем... В общем, первый блин оказался вполне ничего — тонкий, с дырочками; потом автор решил печь суперблины, наливая в сковородку того же теста, но едва ли не доверху. Жертвами мегаломании, как водится, становятся преданные читатели.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Вадим Панов «Костры на алтарях»

chupasov, 25 февраля 2010 г. 11:54

И что они все гоняются за этой книжкой, если мудрые мысли, в ней изложенные, может написать любой Вадим Панов? Не понимаю.

А если серьезно, то ведь это целая проблема в фантастике – написать про Откровение. Тут главное — создать атмосферу и остановиться, как Моисей, на пороге (ну, или 'потерять' Чудо: «были демоны, отрицать не станем. Но они самоликвидировались»). А когда писатель-фантаст (если он не Станислав Лем, например) выдает нам фрагменты Книги, представляющие собой набор благоглупостей… то как-то скучновато следить за поисками героев, написанными, как всегда, профессионально.

Т.е. для меня с самого начала все как-то очень ‘провисло’ с книгой Урзака и с интригой вокруг нее. Ну что, спрашивается, такого особенного мог написать этот «загадочный господин Банум»? Ведь, скажем, Грязнов и компания знают и понимают в происходящем гораздо больше «выбравшего Путь».

В общем, на мой вкус, цикл теряет в проблематике по мере развития: началось все с оригинального мира, стоящего на пороге глобальных перемен, во второй книжке – ‘бои местного значения’ c игрушечной мистикой, а в третьей – вообще непонятно что. Книга, написанная из экономии: Чего, мол, загадочному господину зазря пропадать?

Оценка: 5
–  [  0  ]  +

Вадим Панов «Таганский перекрёсток»

chupasov, 16 февраля 2010 г. 14:49

Как же Панову – автору многотомного и местами многонудного цикла о ТГ хочется побыть просто писателем – человеком, которому позволено поставить точку в истории. В большинстве рассказов чудо только показывается, приоткрывается обыденному человеку – с тем, чтобы раствориться затем где-то в московских улицах, исчезнуть за горизонтом событий. И это – правильное решение.

Получился очень атмосферный цикл (а не просто сборник), пусть и не лишенный отмеченных уже недостатков.

Оценка: 7
–  [  12  ]  +

Мария Галина «Малая Глуша»

chupasov, 28 января 2010 г. 21:08

Кажется, в последние годы отечественная фантастика приближается к скачку, по мощи сравнимому с американской «новой волной»: после провала конца 1990-х – начала 2000-х она вновь становится литературой.

Первая, самая большая, часть «Малой Глуши» есть, по сути, удачный стилевой эксперимент – попытка сращения производственного романа с хоррором (ну, или просто фэнтези для многих читателей). И это только самое заметное из соположений.

На выходе получаем умопомрачительный гротеск. Интересно, что вторая половина 2000-х вообще оказалась не скудна женскими текстами, организованными как стилевые эксперименты (начатые гораздо раньше «Звездные гусары» Хаецкой и «Шайтан-звезда» Трускиновской также ‘выстрелили’ сравнительно недавно). В этой литературной ориентации и кроется, возможно, путь к возрождению русской фантастики, что мечется сегодня между потугами на Идею (‘как нам обустроить Россию’) и мелкотравчатой жанровостью (‘мы, типа, без претензий: пиф-паф — трындец котенку, потому как время, значить, жестоких чудес’).

Но главная и самая замечательная ‘литературная’ характеристика произведения Галиной – это творческая свобода (об этом отчасти сказано в отзыве Дивова на обложке). Автор, разумеется, оглядывается на публику, но отнюдь не потакает ей (последнее стало, увы, нормой у большинства современных фантастов).

И еще удивительно приятно наблюдать, как автор растет от романа к роману (такая это редкость в русской фантастике). Когда авторские приемы, памятные по совершенно меня не тронувшим «Хомячкам», вдруг начинают работать на смысл, расцвечиваются новыми красками – писательница все яснее различает даль большого СВОБОДНОГО романа, который ей, надеюсь, только предстоит.

Оценка: 8
–  [  5  ]  +

Вячеслав Рыбаков «Прощание славянки с мечтой»

chupasov, 12 января 2010 г. 21:29

Истерично и глупо. Хотя в 1991 г. многие так и воспринимали реальность, заставившую расплеваться с юношескими мечтаниями.

Оценка: 4
–  [  2  ]  +

Дмитрий Биленкин «То, чего не было»

chupasov, 7 ноября 2009 г. 22:08

Прекрасный рассказ! Столкновение реального и возможного (в принципе) создает такое чудовищное напряжение, что собственно тема наркомании уходит на второй план, как-то даже провисает. А вот убери ее — и рассказ тут же утратит художественный баланс, уподобится произведениям тех 'жестких' молодых фантастов, которые эмоциональную 'забористость' полагают главной своей задачей.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Владимир Савченко «Пятое измерение»

chupasov, 7 ноября 2009 г. 21:05

Просто классика. Савченко – один из немногих советских авторов, умевших совместить интеллектуальный размах идеи с гуманитарным измерением повествования. Т.е. и ‘научная’ тематика (вариативность в истории цивилизации, проблема вариантов и ноосфера), и человеческий сюжет (человек как совокупность выборов, определивших случившееся и несбывшееся), с одной стороны, вполне равноценны, а с другой – врастают друг в друга в ткани произведения.

Сегодня, как и в конце 1980-х, это большая редкость: непременно педалируется какой-то один аспект (в современной фантастике – преимущественно гуманитарный, с идеями как-то совсем худо, самое масштабное философское обобщение, как правило, сводится к чему-то вроде «Какую страну прогадили!»). Впрочем, повторюсь, дело не в каких-то сногсшибательных прорывах Савченко в интеллектуально-философском или художественно-психологическом плане, Владимир Иванович – король биатлона.

P.S. А вот популярные некогда афоризмы Козьмы Пруткова-инженера уже не производят былого впечатления. Оно и неудивительно – за 20 лет, что пронеслись со времени опубликования «Пятого измерения», читатель познакомился и с другими блестящими образцами современной афористики.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Александр и Людмила Белаш «Перепись 1769 года»

chupasov, 7 сентября 2009 г. 15:56

Замечательная повесть о правде и будущем – очень советская (в хорошем смысле). История удивительно трезвая, но без отчаяния. При этом ‘идеология’ не подминает под себя искусства: персонажи тщательно и со вкусом выписаны, их поступки жизненны и глубоко правдивы. Вот только стихи, включенные в текст, подкачали.

Оценка: 7
⇑ Наверх