Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «vvladimirsky» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

"Арзамас", "Бастиан букс", "Бумкнига", "Вавилонская рыбка", "Вирус "Reamde", "Выбор оружия", "Год литературы", "Горький", "Гроза" в зените, "Книжный клуб фантастика", "Люблю на Вы", "Наброски к портретам", "Небо должно быть нашим!", "Нептунова арфа", "Новый мир", "По ту сторону рифта", "Последнее слово техники", "Сказки лебяжьей канавки", 10 книг, 12 мифов о советской фантастике, 13, 20 книг о фантастике, 2017, 2018, 2019, 2020, 2312, 85 лет, Ancillary Sword, Ann Leckie, Art, Artbook, Assassins Creed VI, Ava Expo, Ben Counter, Black Science, Black science, Byzantium Endures, Chris Wraight, Chronicles Of Erekose, Colonel Pyat, Dan Abnett, Darker, Daryl Gregory, Dead Space, Descender, Eisenhorn, Ex Libris НГ, FANтастика, Firestar Universe, Forgotten Realms, Games Workshop, Gav Thorpe, Homeland, Horus Heresy, Hyperfiction, Imperial Radch, In The Lions Mouth, Indestructible Hulk, Jeff Lemire, Mark Of Calth, Mark Waid, Marvel Comics, Michael Flynn, Michael Moorcock, Olivier Ledroit, Pandemonium, Pariah, RIP, Rara Avis, Rick Remender, Rise of Tomb Raider, Robert Salvatore, S.N.U.F.F., Scars, Shadow King, Syndicate, The Sandman, The World Engine, Time of Legends, Total War, Warhammer, Warhammer 40K, Warhammer FB, Warhammer40K, Wika, comics, ffan.ru, wasabitv.ru, «Аэрофобия», «Все, «Вьюрки», «Живые и взрослые», «Квинт Лициний», «Луч», «Оковы разума», «Оператор», «Параллельщики», «Стеклобой», «Четверо», «Чиста английское убийство», «Я, АРХЭ, Автобиография, Автопортрет с устрицей в кармане, Автостопом по галактике, Автохтоны, Агент ЩИТА, Адам Робертс, Алан Кубатиев, Алан Мур, Аластер Рейнольдс, Александр Бачило, Александр Гузман, Александр Етоев, Александр Золотько, Александр Кривцов, Александр Кузнецов, Александр Матюхин, Александр Павлов, Александр Пелевин, Александр Прокопович, Александр Хохлов, Александра Давыдова, Александрийская библиотека, Алексей Жарков, Алексей Иванов, Алексей Караваев, Алексей Олейников, Алексей Шведов, Алхимистика Кости Жихарева, Алькор Паблишерс, Америka, Америkа, Америkа (Reload game), Америkа (reload game), Америка (reload game), Ангел Экстерминатус, Андрей Балабуха, Андрей Валентинов, Андрей Василевский, Андрей Ермолаев, Андрей Лазарчук, Андрей Лях, Андрей Степанов, Андрей Хуснутдинов, Андрей Щербак-Жуков, Анизотропное шоссе, Анна Гурова, Анна Каренина-2, Анрей Василевский, Антивирус, Антипутеводитель по современной литературе, Антологии, Антон Мухин, Антон Первушин, Антон Фарб, Антония Байетт, Апраксин переулок 11, Аркадий Шушпанов, Аркадия, Артбук, Артём Киселик, Артём Рондарев, Ася Михеева, Бегущая по волнам, Белаш, Беляевская премия, Беляевские чтения, Бен Канутер, Бертельсманн Меди Москау, Бес названия, Бетагемот, Библиотека комиксов, Блэйлок, Богатыри Невы, Борис Е.Штерн, Бразилья, Братская ГЭС…», Брюс Стерлинг, Будущего нет, Булычев, Быков, Бытие наше дырчатое, Бэтмен, В Пасти Льва, В ночном саду, В ожидании Красной Армии, В режиме бога, Валерий Иванченко, Валерий Шлыков, Валерия Пустовая, Василий Владимирский, Василий ВладимирскийАЕлена Клеще, Василий ВладимирскийЕлена Клещенко, Василий Мидянин, Василий Щепетнёв, Ведьмак, Вера Огнева, Вернор Виндж, Вертячки, Весь этот джакч, Вечный Воитель, Византия сражается, Вика, Виктор Глебов, Виктор Пелевин, Виртуальный свет, Владимир Аренев, Владимир Березин, Владимир Борисов, Владимир Данихнов, Владимир Ларионов, Владимир Покровский, Владимир Пузий, Владислав Толстов, Вляпалась!, Водоворот, Водяной нож, Ворон белый, Ворчание из могилы, Все вечеринки завтрашнего дня, Вселенная ступени бесконечности, Всплеск в тишине, Встреча с писателем, Высотка, Вьюрки, Вячеслав Рыбаков, Галина Юзефович, Гарри Гаррисон, Гаррисон! Гаррисон!, Геймбук, Геннадий Прашкевич, Генри Лайон Олди, Гиллиан Флинн, Глориана, Глубина в небе, Говорящий от Имени Мертвых, Гомункул, Гонконг: город, Город Лестниц, Города монет и пряностей, Граф Ноль, Графический роман, Грег Иган, Грэм Джойс, Грэм Макнилл, Гэв Торп, ДК Крупской, ДК им. Крупской, ДК имени Крупской, Далия Трускиновская, Дарья Бобылёва, Девочка и мертвецы, Денис Добрышев, День Космонавтики, Десять искушений, Джеймс Баллард, Джеймс Блэйлок, Джефф Лемир, Джо Аберкромби, Джонатан Кэрролл, Джордж Мартин, Дискуссия о критике, Дмитрий Бавильский, Дмитрий Вересов, Дмитрий Громов, Дмитрий Захаров, Дмитрий Казаков, Дмитрий Колодан, Дмитрий Комм, Дмитрий Малков, Дмитрий Тихонов, Драйвер Заката, Драйвер заката, Дракула, Дуглас Адамс, Душница, Дым отечества, Дэвид Кроненберг, Дэн Абнетт, Дэн Симмонс, Дэрила Грегори, Дяченко, Евгений Лукин, Евгений Прошкин, Еврокон, Егор Михайлов, Елена Кисленкова, Елена Клещенко, Елена Первушина, Елена Петрова, Елена Сехина, Елена Хаецкая, Если, Ефремов, Жанна Пояркова, Железный Совет, Железный пар, Жестяная собака майора Хоппа, Жук, Журнал "Если", Журнал "Октябрь", Журнал "Полдень", ЗК-5, Забвения, Забытые Королевства, Залинткон, Замужем за облаком, Зеркальные очки, Зиланткон, Зимняя дорога, Золотой ключ, Золотые времена, Игорь Викентьев, Игорь Минаков, Идору, Илья Боровиков, Илья Сергеев, Империя Радч, Ина Голдин, Инквизитор Эйзенхорн, Интервью, Интерпресскон, Иные пространства, Ирина Богатырева, Иэн Бэнкс, Йен Макдональд, К.А.Терина, Кадын, Как издавали фантастику в СССР, Как подружиться с демонами, Калейдоскоп, Карта времени, Карта неба, Келли Линк, Ким Ньюман, Ким Стенли Робинсон, Кир Булычев, Кирилл Еськов, Кирилл Кобрин, Кластер, Книга года, Книжная лавка писателей, Книжная ярмарка, Книжная ярмарка ДК Крупской, Книжная ярмарка ДК имени Крупской, Книжное обозрение, Книжный Клуб Фантастика, Колокол, Колыбельная, Комиксы, Конкурс, Константин Жевнов, Константин Мильчин, Константин Образцов, Константин Фрумкин, Координаты фантастики, Корабль уродов, Король Теней, Красные цепи, Кризис на Ариадне-5, Крик родившихся завтра, Крис Райт, Кристофер Прист, Круглый стол, Крупа, Ксения Букша, Куда скачет петушиная лошадь, Куриный бог, Кусчуй Непома, Кэтрин Валенте, Лариса Бортникова, Левая рука Бога, Левая рука бога, Лезвие бритвы, Лексикон, Леонид Каганов, Леонид Юзефович, Лимитированные издания, Лин Лобарев, Лин Лобарёв, Линор Горалик, ЛитЭрра, Лора Белоиван, Лотерея, Любовь к трём цукербринам, Людмила и Александр Белаш, МТА, Мабуль, Магазин "Раскольников", Магазин "РаскольниковЪ", Майк Гелприн, Майкл Муркок, Майкл Суэнвик, Майкл Флинн, Макс Барри, Максим Борисов, Марина Дробкова, Марина и Сергей Дяченко, Мариша Пессл, Мария Акимова, Мария Галина, Мария Гинзбург, Мария Лебедева, Марк Уэйд, Марсианка Ло-Лита, Маршруты современной литературы: варианты навигации, Мастер дороги, Мастерская Олди, Машина различий, Машины и механизмы, Международный книжный салон, Меня зовут I-45, Механизм будущего, Минаков, Мир фантастики, Мир-Механизм, Миротворец 45-го калибра, Михаил Королюк, Михаил Назаренко, Михаил Перловский, Михаил Савеличев, Михаил Успенский, Михаил Харитонов, Михаил Шавшин, Много званых, Мона Лиза овердрайв, Морские звезды, Московские каникулы, Музей Анны Ахматовой, Н.Иванов, На мохнатой спине, Наука и жизнь, Научная фантастика, Национальный бестселлер, Не паникуй!, Независимая газета, Нейромант, Несокрушимый Халк, Несущественная деталь, Николай Горнов, Николай Караев, Николай Кудрявцев, Николай Романецкий, Нил Гейман, Нил Стивенсон, Новинки издательств, Новые Горизонты, Новые горизонты, Новый мир, Ночное кино, Нью-Кробюзон, Обладать, Однажды на краю времени, Оксана Романова, Октябрь, Олди, Олег Ладыженский, Оливье Ледруа, Ольга Жакова, Ольга Никифорова, Ольга Онойко, Ольга Паволга, Ольга Фикс, Орсон Скотт Кард, Острые предметы, Откровения молодого романиста, Открытая критика, Открытое интервью, Отметка Калта, Отступник, Отчаяние, Павел Амнуэль, Павел Дмитриев, Павел Крусанов, Павлов, Пандемоний, Паоло Бачигалупи, Пария, Патруль Времени, Певчие ада, Песочный Человек, Петербургская книжная ярмарка, Петербургская фантастическая ассамблея, Петербургский книжный салон, Питер Уоттс, Питерbook, Пламя над бездной, Планы издательств, Повелители Новостей, Подарочные издания, Пол Андерсон, Полет феникса, Полковник Пьят, Полтора кролика, Помощь автору, Порох непромокаемый, Посланник, Последний Кольценосец, Последний порог, Пост-релиз, Похищение чародея, Премии, Примеры страниц, ПринТерра Дизайн, Прочтение, Пятое сердце, Рамка, Расколотый мир, РаскольниковЪ, Расскажите вашим детям, Расходные материалы, Регистрация, Рей Брэдбери, Репродуктор, Ретроспектива будущего, Рецензии, Рецензия, Рик Ремендер, Роберт Джексон Беннет, Роберт Джексон Беннетт, Роберт Ибатуллин, Роберт Сальваторе, Роберт Сильверберг, Роберт Хайнлайн, Роза и Червь, Роза и червь, Роман Арбитман, Роман Давыдов, Роман Шмараков, СРО, Санкт-Петербург, Санкт-Петербургские Ведомости, Сапковский, Светлана Лаврова, Свое время, Святослав Логинов, Семинар, Сергей Корнеев, Сергей Кузнецов, Сергей Носов, Сергей Оробий, Сергей Соболев, Сергей Удалин, Сергей Шикарев, Силецкий Александр, Сказки сироты, Скирюк, Слуги Меча, Слуги правосудия, Соль Саракша, Сопряженные миры, Сотвори себе врага, Спиральный Рукав, Станислав Лем, Стеклянный Джек, Сто одиннадцать опытов о культовом кинематографе, Стругацкие, Сфера-17, ТРИЗ, Танцы с медведями, Татьяна Буглак, Теги: Петербургская фантастическая ассамблея, Текстура Club, Территория книгоедства, Тим Скоренко, Тобол, Толстой, Трансгалактический экспресс "Новая надежда", Треугольник случайных неизбежностей, Трилистники, Тэги: Книжная ярмарка ДК имени Крупской, Тэги: Лезвие бритвы, Убийственная шутка, Удивительные приключения рыбы-лоцмана, Уильям Гибсон, Умберто Эко, Употреблено, Фазы гравитации, Фантассамблея, Фантассамблея 2017, Фантассамблея 2018, Фантассамблея-2017, Фантастика Книжный Клуб, Фантастиковедение, Фанткритик, Фаталист, Феликс Гилман, Феликс Пальма, Феликс Х. Пальма, Фигурные скобки, Философствующая фантастика, Фонтанный дом, Формулы страха, Фотина Морозова, Франческо Версо, Фредерик Пол, Футурология, Хармонт: наши дни, Ходячие мертвецы, Хроники железных драконов, Царь головы, Цветущая сложность, ЧЯП, Чайна Мьевиль, Челтенхэм, Черная Наука, Черное знамя, Черное и белое, Четыре истории, Чудеса жизни, Чёрная земля, Чёртова дочка, Шамиль Идиатуллин, Шекспирименты, Шерлок Холмс, Шерлок Холмс и рождение современности, Шико, Шико-Севастополь, Шрамы, Эверест, Эдуард Веркин, Эльдар Сафин, Энн Леки, Южнорусское Овчарово, Юлия Андреева, Юлия Зонис, Юрий Некрасов, Яна Дубинянская, Ярослав Баричко, альманах "Полдень", анонс, анонсы, артбук, библиография, библиотека Герцена, биографический очерк, букинистика, в продаже, в типографии, вампиры, видео, видеозапись, викторианство, вручение, все по 10, встреча с автором, где живет кино, геймбук, даты, день рождения, жизнь замечательных людей, журнал, журнал "Если", журнал "Полдень", игшль, из типографии, издано, или Похождения Буратины, иностранные гости, интервью, интерпресскон, итоги, киберпанк, книга, книги, книгоиздание, книжная серия, книжная ярмарка, книжное обозрение, колонка, комикс, комиксы, конвент, конкурс, конкурсы, концерт, критика, круглый стол, лауреат, лекция, лето 2015, литературная премия, литературный семинар, литературоведческие исследования, литмастерство, лонг-лист, лохотрон, лучшие книги 2014, магазин "Гиперион", магазин "РаскольниковЪ", малотиражная литература, мастер-класс, материалы, материалы к курсу, научная конференция, научная фантастика, новинки, обзор, обзоры, общие вопросы, организационное, отзыв, отзывы жюри, открытие сезона, перевод, переводчики, писатели, планы, планы издательств, победитель, подведение итогов, подростковая фантастика, польская фантастика, помадки, почасовая программа, почетные гости, почетный гость, представления номинаторов, презентация, премии, премия, программа, пятый сезон, распродажа, рассказы, регистрация, редактирование, рецензии, рецензия, розница, романный семинар, сбор средств, сборник, секционная структура, семинар, спецпремия оргкомитета, способные дышать дыхание», сроки, статьи, стимпанк, структура, сувенирные кружки, супергерои, сценарии, таблица, творческие, телесериалы, тентакли, тираж, толкиенистика, трилогия Моста, фантастика, фантастиковедение, фестиваль, финал, фото, футурология, хоррор, цифры, чушики, энциклопедия, юбилеи, юбилей, юмористика
либо поиск по названию статьи или автору: 


Статья написана 12 июня 2016 г. 09:18

На картинке — известная таблица: чем отличается полноценная рецензия от отзыва. По мнению российского педагогического сообщества, такую рецензию способен написать любой школяр 10-11 класса. Между тем, материалов, соответствующих всем критериям сразу, я давно не встречал не только в ежедневной и еженедельной прессе, но и в "толстяках" — разве что в каком-нибудь специализированном издании, вроде "Воплей" или "НЛО". Повод задуматься, да...


Статья написана 18 декабря 2015 г. 12:25

Странная история с этой рецензией/статьей. Почти детективная. В принципе она должна была выйти в газете "Книжное обозрение" в начале 2015 года. Возможно даже вышла. Не исключено, что я получил за нее гонорар. Но поскольку "КО" ведет полуподпольное существование, экземпляра я так и не увидел, а какую сумму составляет гонорар мой редактор не знает -- так что определить, что я получаю из газеты, а что приходит из других источников не представляется возможным в принципе. Такие дела, как говорил покойный Килгор Траут. Интриги, загадки, расследования! :-)))

Природа движется толчками


Зеркальные очки: Рассказы. / Составитель Брюс Стерлинг. Mirrorshades, 1986. Ed. by Bruce Sterling. Пер. с англ. — СПб.: Фантастика Книжный Клуб, 2014. — 384 с. — (SF). Тир. 1200. — ISBN 978-5-91878-028-2.

Уильям Гибсон, Брюс Стерлинг. Машина различий: Роман. / William Gibson, Bruce Sterling. The Difference Engine, 1990. Пер. с англ. Михаила Пчелинцева, Александра Гузмана. — М.: Иностранка, Азбука-Аттикус, 2014. — 448 с. — (Современная классика). Тир. 3000. — ISBN 978-5-389-08318-9.


Судьба поэта, воспевающего революцию, как правило печальна. Лучшее, что с ним может случиться — героическая гибель на баррикадах. Но если революция победила и он уцелел — дело швах, пиши пропало. Тот, кто призывал к борьбе с Системой, становится частью Системы, контркультура превращается в густопсовый мэйнстрим, а вчерашний апологет бунта органично вливается в литературный (а то и политический) истеблишмент. Именно такая эволюция произошла с представителями Движения киберпанков, душой и голосом IT-революции 1980-х. Меньше чем за десять лет киберпанк из маргинального течения с ядерным потенциалом превратился в раскрученный брэнд, торговую марку, модный тренд — и начисто утратил нонконформистский, протестный заряд.

Однако в 1986 году, когда в свет вышла главная антология киберпанка «Зеркальные очки», до финишной ленточки было еще далеко. Движение только-только взяло очередную планку, романы Брюса Стерлинга и Уильяма Гибсона получили наконец заслуженное признание, киберпанк уверенно оседлал волну перемен. Было бы глупо этим не воспользоваться. Плоды революции никогда не оправдывают ожидания идеалистов — это правило не знает исключений. Но пока мир не застыл и не закоснел, пока горят папортниковые леса, дымятся метеоритные кратеры, а лава льется через край, можно нарисовать контуры будущего, которое захватит умы целых поколений. «Техническая революция изменяет привычную структуру общества: от иерархии — к децентрализации, от жесткого контроля — к гибкому управлению», — пишет в предисловии к этому сборнику его составитель, главный идеолог киберпанка Брюс Стерлинг, ссылаясь на Элвина Тоффлера. Ну да, расскажите Дональду Туску, Артуру Левинсону или лучше сразу Джулиану Ассанжу. Но звучит чертовски соблазнительно, правда?

Конечно, представление киберпанков о будущем далеко от наивно-утопического. Более того, далеко не все рассказы из этой антологии напрямую относятся к science fiction. Киберпанки с их тягой к синтезу и постмодернистскому смешению легко пересекают жанровые границы, не чураются абсурдистской прозы, сюрреализма, даже фэнтези. Однако при всем разнообразии подходов и методов есть тема, которая связывает всех этих писателей. Начиная с «Континуума Гернсбека» Уильяма Гибсона, рассказа, который открывает книгу и во многом задает тон сборнику, один общий мотив звучит практически во всех рассказах, собранных под этой обложкой. Символ веры, кредо киберпанков — расширение коридора возможностей. Можно подавить видения, всплывающие из коллективного бессознательного Америки 1930-х, как герой Гибсона — или дать им волю. Можно разбазарить талант и сторчаться в хлам («Рокенроллим» Пэт Кэдиган) или достичь долгожданного катарсиса при помощи новейших синтетических наркотиков («Солнцестояние» Джеймса Патрика Келли). Основать новую религию, в буквальном смысле меняющую мир («Камень» Грега Бира) или задать трепку богам («400 поганцев» Марка Лейдлоу). Поднять бунт на борту дряхлой космической станции («Красная звезда, зимняя орбита» Гибсона и Стерлинга) или поглумиться над условностями «галантной эпохи» и штампами литературы о путешествиях во времени («Моцарт в зеркальных очках» Стерлинга и Льюиса Шайнера). Прямолинейнее всех эту идею выразил, пожалуй, Пол Ди Филиппо в рассказе «Кремень жив», где неграмотный парнишка из гетто становится властелином высокотехнологичного мира будущего. Но это уж как повезет: все дороги открыты, горизонт событий вывернут на изнанку, выбирай на свой страх и риск... Но помни: «проблемы индейцев шерифа не волнуют».

Внезапно раскрывшийся веер возможностей часто ведет к катастрофе и почти всегда — к тяжелому кризису. Один из таких кризисов переживает стимпанковская Великобритания середины XIX века на страницах этапного романа Брюса Стерлинга и Уильяма Гибсона «Машина различий». В начале позапрошлого столетия к власти в Англии пришла партия радикальных технократов под руководством лорда Байрона и за несколько десятилетий совершила то, на что в реальной истории ушло почти два столетия. Научно-техническая революция сорвалась в галоп, как круто пришпоренная лошадь. Дифференциальные исчислители, аналоговые компьютеры, придуманные Чарльзом Бэббиджем, резво щелкают шестеренками в каждом правительственном учреждении; заводы и фабрики производят миллионы тонн синтетических материалов (попутно отравляя воздух и воду); паровые экипажи носятся с неслыханной скоростью тридцать миль в час... Сословные привилегии отменены, старая аристократия переживает моральное банкротство, зато перед инженерами и изобретателями, учеными и промышленниками открываются самые блестящие перспективы. Темп жизни ускорился, социальные лифты с трудом справляются с нагрузкой, потенциальный выигрыш стремительно вырос — но многократно возросли и риски. Того и гляди, рванет — да так, что мало не покажется!..

«Машина различий», вышедшая в 1990 году, книга куда более зрелая и взвешенная, чем «Зеркальные очки» — даром что классика дурашливого стимпанка. К этому моменту Брюс Стерлинг с Уильямом Гибсоном уже успели во всеуслышание объявить о закрытии проекта «киберпанк», розовый туман рассеялся, и пейзаж после битвы обнажился во всей своей неприглядности. Соавторы, мне кажется, неспроста тасуют страницы учебника истории как карточную колоду. Кем станет Кольридж — великим поэтом или модным кинотропистом, экспертом по «движущимся картинкам»? Займется ли Энгельс развитием теории классовой борьбы или останется успешным фабрикантом? Будет ли Британия девятнадцатого века именоваться «викторианской Англией»? Какая из великих исторических персон сойдет со сцены, а кто из чудаков-визионеров, напротив, выступит на первый план? Слишком многое зависит от случайности, флюктуации, резкого пика на графике, отражающем социальную динамику. Как утверждает один из центральных героев книги, палеонтолог-катастрофист Эдвард Мэллори, «природа движется толчками». И при каждом глубинном сдвиге кто-то возносится в высшие сферы, а кто-то впадает в ничтожество — но с этим ничего не поделаешь как с активностью магмы в земном ядре.

Остается добавить немногое. Роман «Машина различий» («The Difference Engine»), ставший на западе визитной карточкой стимпанка, печатался в России трижды — последний раз 11 лет назад. Для нового издания перевод Михаила Пчелинцева заново отредактирован Александром Гузманом, что, безусловно, пошло книге на пользу. А вот «Зеркальные очки» («Mirrorshades»), несмотря на их культовый статус, издаются у нас впервые. Похоже, осторожным скептикам в России доверяют куда больше, чем романтикам-революционерам, пусть даже подвизавшимся в экзотической сфере IT. Что совсем не удивительно — учитывая уникальный исторической опыт нашей страны.


Предыдущие рецензии в колонке:

- на книги Сергея Носова: «Полтора кролика» и «Фигурные скобки»

- на книгу Кима Стенли Робинсона «2312»

- на книги Питера Уоттса «Морские звезды», «Водоворот», «Бетагемот» (трилогия «Рифтеры»)

- на книгу Нила Стивенсона «Вирус "Reamde"»

- на сборник статей и рецензий Сергея Шикарева «13»

- на книги Вернора Винджа «Пламя над бездной» и «Глубина в небе»

- на книгу Александра Золотько «Анна Каренина-2»

- на книгу Дэна Симмонса «Фазы гравитации»

- на книги Майкла Суэнвика «Хроники железных драконов», «Однажды на краю времени» и «Танцы с медведями»

- на книгу Нила Геймана «The Sandman. Песочный Человек. Книга 4. Пора туманов»

- на книгу Романа Арбитмана «Антипутеводитель по современной литературе: 99 книг, которые не надо читать»


Статья написана 18 апреля 2014 г. 17:54

Эта статья писалась в 2002 году, как послесловие к переизданию «Неукротимой планеты» в издательстве «Центрполиграф». То есть в те благословенные времена, когда фантастикой в ЦП рулил тезка Василий Мельник. Так уж сложилось, что в итоге роман вышел с другим послесловием, а статья пролежала «в столе» десять с лишним лет, после чего появилась на страницах моего сборника «Драконы и звездолеты», малодоступного для широкой публики. Выражаю благодарность издательству «Азбука», выпустившему очередное издание «Мира Смерти» за то, что дало формальный повод поделиться этим текстом с лаборантами.


«Неукротимая планета»: война без особых причин

Не борись с собой — все равно проиграешь.

Станислав Ежи Лец

Любителей фантастики со стажем связывают с этим романом прежде всего ностальгические чувства. Первое книжное издание «Неукротимой планеты» появилось в Советском Союзе в 1972 году, в двадцать четвертом томе молодогвардейской «Библиотеки современной фантастики», подготовленной легендарной редакцией Сергея Жемайтиса. «Мы в 1963-1965 году выпускали собрание сочинений Александра Беляева, — вспоминает в одном из интервью Белла Григорьевна Клюева. — Подписка шла хорошо, и мы придумали способ, как нам не потерять подписчиков — выпускать БСФ!.. Поначалу-то мы собирались выпустить пятнадцать томов, так и объявили в анонсе... Но оказалось — мало! Директором издательства тогда был Мелентьев, при нем был самый лучший период в жизни издательства. Встречи с читателями устраивали, с учеными. Мы пошли к нему, предложили издать БСФ, он ответил: «Учтите: пышек не будет, будут одни шашки. Но я вам поперек не стою. Хотите — издавайтесь.»

Со стороны редакции Жемайтиса затеять выпуск БСФ было шагом смелым, отчасти даже рискованным. «Библиотека современной фантастики» ввела отечественного читателя в мир совершенно новых понятий и символов, до той поры не свойственных парадигме советской фантастики. Роман-катастрофа Джона Уиндема «День триффидов», хроноопера Айзека Азимова «Конец Вечности», «фантастический реализм» «Утопии 14» Курта Воннегута... Наконец — залихватская «звездная опера» Гарри Гаррисона «Неукротимая планета». Мир, такой предсказуемый и понятный, оказался разомкнут в неопределенность. Вместо стройного плана (понятие, во многом структурировавшее сознание советского человека) — вероятность, большая или меньшая, вместо четко выстроенной, последовательной смены исторических вех — широчайший спектр возможностей и целый веер вариантов Будущего. Ни в одном из которых, прошу заметить, не было места коммунизму в привычном представлении. Авантюризм, неоднократно осужденный советскими фантастами, в этом мире стал единственным достойным способом существования, ставка на удачу — самым коротким путем к процветанию. Плоская картинка обрела объем, но в новом, третьем измерении водились тигры и драконы.

«Неукротимую планету» можно назвать первым экологическим триллером, изданным в СССР. Легкий авантюрно-приключенческий сюжет сочетался с совершенно серьезной проблематикой: вечным противостоянием цивилизации и природы. Планета Пирр, флора и фауна которой наделена экстрасенсорной сверхчувствительностью, органически не приемлет человека с его тесными городами, чадящими заводами и сверхглубокими скважинами. Не принимает в первую очередь потому, что люди сами боятся и ненавидят этот мир, приписывая природе не свойственную ей чисто человеческую злонамеренность. Пирр становится зеркалом, о поверхность которого на протяжении многих поколений бьются переселенцы, так и не сумевшие стать в этом мире своими. В начале семидесятых, когда мало кто из отечественных писателей ставил под сомнение тезис «природа не храм, а мастерская», такой конфликт, ведущий к войне на полное уничтожение, еще не казался «общим местом», набившим оскомину трюизмом. До расцвета жанра, который ироничные критики окрестили «экологической истерикой», оставалось два десятилетия. Предстояло отгреметь Чернобылю, вознестись грандиозной Ленинградской дамбе, прежде чем первый роман из трилогии о Язоне динАльте начали оценивать с этой точки зрения.

Экологическая катастрофа у Гаррисона мало похожа на то, к чему в годы перестройки приучили нас отечественные фантасты. Технически происходящее на планете Пирр напоминает эволюцию в классическом понимании, разогнанную до скорости курьерского поезда, форсированную борьбу за существование, естественный отбор, взвинченный на много порядков. Тот, кто не способен стремительно трансформироваться, всякий раз подстраиваясь под требования изменившийся среды, рано или поздно проиграет гонку. Есть, правда, и концептуальные отличия: эволюция хаотична и безадресна, все соревнуются со всеми, благодаря чему и поддерживается динамическая целостность системы. На Пирре, по сути, борьба идет между двумя видами — Homo Sapiens и гигантским симбиотическим организмом, в который объединены самые разношерстные представители флоры и фауны, от бактерий до подвижных растений, участвующих в прорыве городского периметра. Язону динАльту понадобилось всего несколько дней, чтобы понять: у горожан нет никаких шансов на победу в этом противостоянии. Между тем, автор «Неукротимой планеты» лишь поставил с ног на голову ситуацию, реально сложившуюся на Земле. Человеческой цивилизации хватило нескольких тысячелетий, чтобы пройти путь, на который нашим предшественникам требовались миллионы лет, и стать господствующим видом на планете — со всеми вытекающими...

Человек — самое изобретательное животное в мире. Дайте ему информацию и время, и он отыщет выход практически из любой ситуации. Но, оказавшись перед зеркалом, герои Гаррисона сами уверенно загоняют себя в ловушку. Отрекаясь от полифоничности прошлого, сводя все многообразие знаний о нем к чисто техническому аспекту, человек лишает опоры Настоящее. Отказываясь от художественной литературы, отвергая академическую науку, жители Пирра теряют возможность к экстраполяции. Их не интересует ни будущее, ни прошлое: существует только Здесь и Сейчас, точка. Они добровольно зачехлили главное оружие Человека — умение оценивать дальние последствия своих действий. Только непредвиденное обстоятельство — появление Язона динАльта, пришельца, чужака, усвоившего иную систему ценностей и способного непредвзято оценить положение, — сулит спасение. Иначе цивилизацию Пирра — по крайней мере, городскую ее составляющую — ждала бы незавидная судьба...

Из того же материала, что и «Неукротимая планета», Гаррисон мог с успехом слепить вполне пристойную антиутопию. То, что он неплохо разбирается в этом жанре, автор доказал позже, в романе «Подвиньтесь! Подвиньтесь!». И все же писатель сделал иной выбор. Патетика и драматизм, почти неизбежные в антиутопии, не устраивали молодого автора, садящегося за первый роман. «Я написал «Мир смерти» еще и потому, что считал тогдашнюю фантастику слишком напыщенной и абсолютно лишенной динамики и развлекательности. Читательская реакция на этот роман, кажется, подтвердила мою правоту. Он неоднократно переиздавался и был переведен на семь языков», — с заслуженной гордостью замечает Гаррисон в одном из интервью. «Однако, — добавляет он, — спустя годы мои ощущения изменились, и теперь я вовсе не считаю, что действие и яркие краски — это все, что надо.» Писатель преследовал простую цель: создать произведение легкое, не перегруженное формулами, не зовущее на баррикады и не бичующее язвы общества, но при этом увлекательное и полное действия. И, надо признать, это ему удалось. Как бы мы ни относились к литературным достоинствам прозы Гаррисона, результат говорит сам за себя: сегодня он один из самых известных и популярных авторов авантюрно-приключенческой фантастики в мире.

Не последняя из слагаемых успеха Гаррисона — незамысловатый юмор его персонажей. Начав карьеру в НФ как автор комиксов, эту сторону профессии Гарри освоил досконально. Иногда, правда, ему случалось перегибать палку: известно, например, что Роберт Хайнлайн, чей «Звездный десант» едко обыгран в романе «Билл, герой галактики», одно время не подавал Гаррисону руки. Самоирония автора «Неукротимой планеты» покорила отечественных читателей шестидесятых-семидесятых, которым была еще памятна несгибаемая риторика фантастики «ближнего прицела». Умение отпустить шутку и своевременно разрядить атмосферу ценилось в эти годы на вес золота: недаром кумирами интеллигенции 60-х стали Роберт Шекли, Генри Каттнер, Клиффорд Саймак. Со временем это прочно вошло и в отечественную НФ-традицию: «Тут же у них произошел чисто технический разговор, разбавленный юмором для большего интереса, разговор, который обязаны произносить многострадальные герои фантастического жанра в порядке информации читателей: о заселении других планет, о разведке в космосе, о трудностях своей работы.» (С) Борис Штерн. Тексты западных писателей-фантастов краеугольным камнем легли в фундамент новой российской фантастики: взрывной юмор «Неукротимой планеты» и «Фантастической саги», «Особого старательского» и «Механического эго» невольно противостоял сосредоточенно-мрачному официозу газетных передовиц и отчетов с пленумов...

Однако сам Гаррисон никогда не был революционером и нонконформистом. Даже самые острые его романы написаны вполне традиционно. Что не мешало писателю поддерживать теплые отношения с такими отчаянными экспериментаторами, гуру «Новой волны», как Филип Дик и Брайан Олдисс. Вместе с последним он даже редактировал в середине семидесятых журнал «НФ Горизонты» («SF Horizons») и принимал участие в составлении нескольких антологий. (К сожалению, эта сторона творчества Гаррисона у нас почти не известна, хотя отечественному читателю доступны практически все его романы, включая самые свежие.) Может быть, именно благодаря толерантности, открытости для диалога, фантастика XX века и ассоциируется у многих наших читателей с книгами Гаррисона, а не его коллег-бунтарей?..

В заключение — фраза из интервью, которое писатель дал в 1998 году на «Интерпрессконе» под Санкт-Петербургом, где побывал в качестве почетного гостя: «...Нельзя познать будущее, не познав своего настоящего. А поскольку настоящих много — ибо каждая современная культура представляет из себя какое-то другое настоящее, — то и никакого убедительного будущего не выдумаешь, не познав всех разных настоящих. Всех не всех, но стремиться к этому надо».

Вот и стремимся по мере сил.


© Василий Владимирский, 07.05.2002





  Подписка

Количество подписчиков: 301

⇑ Наверх