# Терри Гудкайнд «Первое правило волшебника»

--- ---

---

Ну, вот наконец-то я добрался до знаменитой эпопеи. Надо сказать, что с первых страниц книга мне понравилась. Понравился легкий авторский стиль, динамичное действие и недюжинное воображение. В самом деле, не многие авторы фэнтези могут похвастаться оригинальным бестиарием да еще вкупе с оригинальной мифологией. Гудкайнд может, молодец. И хотя сюжетная схема романа довольно банальна, мир в который она вписана, совершенно нетипичен. Постепенно, однако, первоначальный интерес подугас. Автор всё же переборщил с объемами текста. И хотя герои, вроде бы, постоянно в движении, возникает ощущение, что их действия описываются немножко слишком подробно. Хотя, конечно, всё познается в сравнении. До Ника нашего Перумова, способного одну схватку на мечах расписать на пятнадцати страницах, Терри Гудкайнду весьма далеко. Так что, это, в сущности, еще не недостаток. Самые слабые места в книге — это герои и пафос. Центральный персонаж весь такой сладенький мальчик, такой я-всегда-поступаю-правильно, столь часто такие разные личности и по столь разным поводам восхищаются его исключительностью, что... нет, это не раздражает. Это просто напрочь убивает интерес, сочувствие и способность видеть в нем живого человека, а не только порождение авторских фантазий. Главная героиня тоже неправдоподобна. Почему женщина, обладающая большой силой, большой властью, значительным и весьма специфическим опытом, пережившая много трагического, ведет себя как едва достигшая половой зрелости пигалица, впервые ощутившая влечение к мальчику? Можно, конечно, влюбиться и страдать, но истерить и самоубиваться по любому поводу? Остальные герои большей частью схематичны, проходят перед тобой, как тени на стене, не оставляя никакого следа в душе. Единственная, кто вызывает симпатию, интерес и сочувствие — Рэчел. Тут, понятное дело, автор грубо эксплуатировал присущую всякому нормальному человеку сентиментальность, и всё же, эта героиня получилась самой настоящей из всех. Только в финальных сценах с ее участием автор смазывает, скатываясь в схематизм и неправдоподобие. Теперь о пафосе. Герои много и преувеличено страдают — с заламыванием рук, воздеванием очей горе и потоками слез, много и эмоционально рассуждают о готовности жертвовать собой и не только собой, а в перерывах между всеми этими интереснейшими делами лезут на ближайший броневик (фигурально выражаясь) и читают друг другу лекции о том, что такое хорошо и что такое плохо. Я не против того, чтобы автор устами героев высказывал собственные взгляды на жизнь, но способ подачи должен все ж быть не настолько топорным. И да — авторская фантазия, которую я уже успел похвалить. Она яркая и интересная, но какая-то уж больно... нежизненная, что ли, как ни странно применять подобный термин к фэнтези. Взять хоть шкатулки Одена, являющиеся основным движителем сюжета, — всё хорошо, но кому вообще пришло бы в голову создавать подобный варварский артефакт? Пользы ж от него никакой, кроме вреда, и пытаться воспользоваться им может прийти в голову только полному психопату (что, собственно, сам автор и подтверждает, изобразив главного негодяя конченным безумцем). Или вот Исповедницы — и необычно придумано, и увлекательно, но не стал бы подобный институт работать так, как автор это описывает. Даже в волшебном мире.

Вообще, политические концепты автора у меня, как ни странно, раздражения не вызвали. Ну, то есть, я очень сильно подозреваю, что мистер Гудкайнд «целил в коммунизм» всеми этими своими Народными дворцами и Народными армиями, но уж так по-детски нелепо и нелогично это всё выглядит, что вызывает максимум удивленный изгиб брови. Автор, несмотря на свою непоколебимую уверенность в обратном, крайне плохо понимает социум и социальные взаимодействия. Вот из того, что мы узнаем о Д'Харе в самом конце романа, становится понятно, что это государство является абсолютной монархией с наследственной передачей власти. Но самодержавие тяготеет к сословным обществам, а не к эгалитаристским, откуда и зачем там Народный дворец? Я понимаю, что Гудкайнду, в общем-то всё равно, он ничтоже сумняшеся валит в одну кучу всё, что субъективно считает плохим, но выглядит это очень глупо. Он не задумывается, что попытки имущественного выравнивания с трудом сочетаются с королями и придворными. Он не знает, что «взять всё и поделить», это таки не коммунизм. Его критика эгалитаристких концепций, сводящаяся к тому, что жадные лодыри поотнимают последнее у бедных трудолюбцев, обрекая тех на голодную смерть (и сами, видимо, вымрут уже в следующем сезоне, ведь кормить же их станет некому) годится только для детского сада и представителей исключительной нации. Он расписывает интриги магистра Рала, которые вызывают недоумение. Рал разоряет преданные ему города и убивает собственных солдат, якобы создавая тем самым для подданных образ внешнего врага, но зачем ему вообще это понадобилось, учитывая, что он готовится совершенно без всех этих усилий стать властелином вселенной всего через несколько недель? Если же вспомнить, что правительство тех, из кого он образ врага создает, и без того у него в руках, то эти убийства нелепы вдвойне. Можно, конечно, всё списать на психопатичность и маниакальность главного злодея, но это тоже довольно дешевый прием. К тому же, все эти потуги на политическую подкладку выглядят чем-то инородным. Они никак не обусловлены сюжетом, никак не связаны с собственно событиями романа, и если их просто выкинуть, то ничего, в сущности, и не изменится.

А вот что меня действительно огорчило, так это садомазохизм. Конечно, такого рода фантазии не самое страшное, что можно встретить в фэнтези. Но автор не стал себе ни в чем отказывать и расплескался, кажется, аж на десятую часть всего текста. А может, и поболее того. К тому же, после этих эпизодов и линия Исповедниц, и любовная линия романа стали выглядеть совершенно иначе. К финалу от всех этих слез, соплей и госпожей уже воротило, и вечер автор мне таки испортил. Не оттого, что я был шокирован или моя нравственность была оскорблена — просто неинтересно и вызывает легкую брезгливость. Да и вообще, для русского менталитета, с его вечным «я умру, но и ты, гад, погибнешь» идея о том, что иногда не грех и много поунижаться выглядит как-то невместно.

В целом, книга даже заставляет кое над чем задуматься, но происходит это я бы сказал, не благодаря, а вопреки авторским усилиям.