Старые и малая

"Мне было пятнадцать и мне понравилась идея быть профессионально сочувствующим человеком."

Если вы прочли "Человека у руля" и предвкушаете новую встречу с феерической, искрометной, парадоксальной и смешной прозой Нины Стиббе, у меня две новости: хорошая и не очень. В книге вас ждет встреча с уже знакомыми героями и это будет так же блестяще и парадоксально, но совсем не будет смешно. Ну. наверно потому, что одинокая старость, дома престарелых и неизбежная смерть — в числе вещей, скорее печальных.

И в достаточной степени табуированных. То есть, с одной стороны, все знают, чем неизбежно заканчивается жизнь. С вариациями: в идеальном случае встретить свой закат в уюте собственного дома, патри- матриархом в деятельных заботах, окруженным друзьями, нежностью родных и почтением учеников. О другой крайности говорить не хочу, слишком она страшна Так вот, с одной стороны все знают, с другой — когда дело касается старости, одиночества, болезней и смерти все мы отчасти дети, верящие. что если зажмуриться, то пугающая перспектива исчезнет.

Об уровне нежелательности этой темы к обсуждению косвенно можно судить по ее представленности в литературе и кино. Сотни тысяч книг о детстве, пубертате, юности зрелости, о любви и работе, о социальных проблемах и семейных отношениях. И практически ничего о старости. "Похороны большой мамы" и "Осень патриарха" у Маркеса, то и другое скорее иносказательное о диктатуре, злобные старики, больше функции и символы отжившего мира у Фолкнера. Из тех, кто говорит о достойной старости только и вспоминается, что Брэдбери в "Вине из одуванчиков" и несколько вещей Кинга: "Бессонница", немного в "Зеленой миле", "Шоушенке", "Темной башне".

И за то, что Нина Стиббе поднимает тему, делая это в таком легком комедийном и одновременно ласково-уважительном ключе, стоит поблагодарить ее. Хотя веселиться от души, как делали это над саморазрушительными эскападами мамы героини в первой книге, наверно не получится. По крайней мере, у меня не вышло. Итак, после того, как мама разорила своими вывертами семью и поставила на будущем детей жирный крест, денег в семье не стало, даром, что отчим оказался человеком надежным и положительным, у него всего лишь прачечная, а тут еще мама взяла и забеременела в очередной раз, вопреки уговору не заводить больше детей.

И Лиз, которая в прежние тучные времена не могла похвастаться титулом мисс Популярность, теперь, вынужденная помогать с малышом, пропуская занятия в школе, еще и съехала в учебе. А поскольку денег в семье катастрофически мало, вынуждена искать подработку, которая очень скоро превратилась в полноценную работу помощницей медсестры в доме престарелых по соседству. "Райский уголок" — это название заведения, которое было каким угодно уголком, только не райским, но для Лиззи оказалось лучшим местом из всех, в каких ей довелось бывать прежде.

Отчасти потому что здесь она впервые ощутила себя необходимой и незаменимой, но главным образом потому что есть люди. которым старость внушает уважение и почтение, и героиня среди этих редких людей. Ей действительно нравится заботиться о пациентах Райского уголка, разговаривать с ними и слушать их рассказы, ей не внушают отвращения гигиенические процедуры и физиология. Она тут на своем месте. Девочке пятнадцать, напомню, не самое характерное для ее сверстниц, правда?

Прозв Стиббе во-многом автобиографична, в ее жизни все это было и она из немногих, кто сумел занять достойное положение и снискать славу не благодаря, а вопреки. "Райский уголок" скорее не забавная, а печальная история взросления, первой любви без взаимности, первых смертей, которых в жизни девочки-подростка обычно не бывает. Грустная отличная книга.