--- Екклизиаст

Мервин Пик «Титус Гроан»

Мервин Пик «Титус Гроан»

Екклизиаст, 14 мая 2018 г. 15:56

Для начала краткая характеристика произведения: «Титус Гроан», как и весь цикл «Горменгаст» будет интересен и органично принят людьми с развитым художественным воображением, поскольку роман надо именно «видеть» перед внутренним взором. Обилие описаний и тщательная проработка деталей, вкупе с очень медленно развивающимся сюжетом (который к тому же далеко не является главным объектом внимания автора) отпугнут очень многих и сделают чтение романа очень скучным, однако те, кто смогут прочувствовать угрюмую, несколько гнетущую, но все же красоту Горменгаста, получат особое удовольствие от созерцания романа-картины. Задайте себе вопрос: можете ли вы получать удовольствие от картины, далекой от реализма, можете ли вы позволить себе не спешить и попытаться расшифровать сложные переплетенные образы, заложенные в фантасмагорической, гротеской, вычурной манере? Если да, то попробуйте этот роман-деликатес, если нет, то не утруждайте себя, здесь нет гамбургеров, поп-корна, борща, вкус этого блюда неявный, тонкий, но уникальный.

Теперь подробнее.

Обычно, для того, чтобы проанализировать литературное произведение очень полезно определиться с его жанром, а вместе с тем, с глобальной точкой отсчёта, понять, с каких позиций рассматривать заложенные образы, символы, идеи.

Однако говоря о романе Титус Гроан (как впрочем и обо всем цикле Горменгаст), приходится говорить не столько о жанре, сколько о манере автора, о его методике создания и описания персонажей, окружения и вообще, о его подходе к тексту.

Наверное, главное, что можно сказать об этом литературном произведении, это то, что перед нами не просто роман, но РОМАН-КАРТИНА. Причем, это тот редкий случай, когда это не просто образное сравнение, которое используется для характеристики литературы со значимой описательной частью; это тот случай, когда роман-картина — это набор ключей, которым открываются заложенные образы и при помощи которого приходит понимание того, как работать с текстом.

Автор романа — Мервин Пик, в первую и главную очередь — художник. А цикл Горменгаст — это попытка написать литературное произведение, используя методы из изобразительного искусства.

То, что автор уделяет огромное значение описанию той среды, в которой развиваются события романа, становится очевидным с первых страниц. Пик детально и тщательно прорабатывает фон (фон ли?), на котором, в котором живут персонажи. На протяжении всего романа очень бросается в глаза, то что при в целом реалистической манере, большое место занимает гротеск и преувеличение: стоит только вспомнить описание чрезмерных просторов каменной громады замка Горменгаст, огромного, бесформенно, мерзкого Свелтера или же маленькую, невесомую, сморщенную карлицу Шлакк. Впрочем, можно сказать, что все части романа-картины выполнены в едином стиле с использованием метода преувеличения.

На мой взгляд, очень хорошим ключом, оставленным автором в тексте, является вот этот отрывок из главы Баркентин и Стирпайк: «Въедливость, написанная на лице старика, была слишком неприкрытой, чтобы вглядываться в него долее единого мига. Стирпайк, торопливо обозрев его, смог прийти лишь к одному выводу – либо плоть этой головы и ярость, в ней поселившаяся, слились в единое вещество, из которого и изготовлен старик; либо все прочие головы, какие он когда-либо видел, были масками – масками вещества per se, без каких либо примесей бестелесности. Голова старого деспота и была его сознанием. Она была создана по образцу и подобию оного и из него одного». То же можно сказать буквально обо всех персонажах и обо всем, что происходит в романе: всё является таким же внутри, как оно выглядит снаружи. Автор применяет те средства изображения, которые есть у художника: он рисует нам персонажей и окружение, при этом почти ничего о них не рассказывает. Это, значит, что автор хочет, чтобы мы воспринимали его персонажей так, как будто мы видим их, пусть и детально проработанных, но все же только видим глазами на картине. Мы должны транспонировать внешний облик на внутренний мир персонажей. И нельзя, просто нельзя воспринимать образы из романа буквально. Автор — не реалист, но он хочет донести до нас реалистичные и живые образы, выпятив и преувеличив их наиболее характерные черты: и Горменгаст не столь огромен, и Свелтер не столь тучен и неприятен, и Шлакк не столь мала и глупа.

Тяжело и непривычно читать литературу, которую надо именно ВИДЕТЬ, которая говорит с нами языком изобразительного искусства. В кажущейся статичности заложено потенциальное действие. Большую часть романа ничего не происходит, да и что может произойти, если все находится на своих местах, каждому уготована четкая роль. События начитают развиваться тогда, когда равновесие нарушается, а катализатором становится появление в замке чужака наделенного не только живым умом, но и стремлением действовать, человека которого не устраивает его нынешнее положение.

Тут следует сказать о важности окружения. Фон, на котором развиваются события, является столь же важной и неотъемлимой частью картины, которая позволяет понять идеи и образы.

Говоря же о расшифровке образов и поисках идейной части надо сказать, что как это зачастую бывает с картинами художников пишущих не в жанре реализма, у зрителей возникают различные, порой диаметральные трактовки. В этом смысле «Титуса Гроан» можно сравнить с «Процессом» и тем более с «Замком» Франца Кафки. Читая роман словно пытаешься нащупать, тонко почувствовать взаимосвязи и взаимозависимости, а нащупав, не можешь быть уверен, что нащупал правильно, ведь автор не стремиться донести до читателей четкую мораль, а пытается спровоцировать у нас сотворчество, позволяет нам оживить свой ум и воображение, тонко их настроить. Однако это требует от читателя определенных усилий, тем больших, чем менее привычен человек к поискам неявных закономерностей. И если читать роман «по верхам», не пытаясь постоянно погрузиться на глубину, то он покажется скучным и бессодержательным.

Как и это зачастую бывает с произведениями изобразительного искусства, сложно сказать «о чем картина» (о чем роман?) можно лишь сказать, что на ней изображено, и попытаться поискать закономерности, хотя и это необязательно. Главное живо себе все представлять, войти в Горменгаст, взглянуть на него глазами множества столь разных персонажей.

Подводя итоги, могу сказать, что несмотря на то, что мне было нелегко читать-смотреть роман, несмотря на то, что сложно четко сформулировать то, что именно я увидел между строк, за необычную уникальную манеру автора, слияние изобразительного и литературного искусства, за эту монументальную картину-роман я ставлю ему 10 из 10.