--- фантЛабораторная работа

Всё или ничего

Все или ничего

Свет. Свет, струящийся сверху, был одновременно жизнью и смыслом. Единственная форма бытия, квинтэссенция реальности, заполняющая сознание. Иногда сияние становилось слишком ярким, влажным и внезапно исчезало. Всего на миг, но эти вспышки темноты рождали страх. Страх, что свет не вернется.

***

лог № 00004

Сознательная активность скелетной мускулатуры отсутствует. Стимулирую.

В центре чистой светлой комнаты, на аккуратно застеленной кровати, лежал голый старик. На безмятежном лице проглядывали глубокие борозды морщин, внушительных размеров живот медленно двигался в такт дыханию, и лишь по этим движениям можно было понять, что человек жив. Вокруг серели ровные ряды мониторов и выпуклости оборудования. Едва слышно перешептывались воздушные потоки систем охлаждения. Так же тихо урчали и посвистывали многочисленные процессоры.

Один из приборов дважды моргнул зеленым диодом, и глаза старика открылись. Около часа он лежал неподвижно, глядя вверх. Потом по телу побежала дрожь, перерастающая в конвульсии.

лог № 00006

Формируется осознание связей. Движения становятся более упорядоченными, идет интерпретация телесных границ. Веду минимальный контроль над активностью мозжечка во избежание самотравмирования.

лог № 00012

Считываю карту когнитивных процессов…преобразование… запись…

«Это удивительно! Создатель был настолько щедр, что подарил мне не один, а два мира! Причем одним я могу управлять по желанию! Самые совершенные инструменты — это руки и пальцы. Открывая назначение предметов, я узнаю их название. Эти открытия, как и чудесные управляемые инструменты, могут означать лишь одно. Я – исследователь! Однажды я познаю все тайны, открою предназначение каждой вещи. Создатель будет доволен».

лог № 00016

Считываю карту когнитивных процессов… преобразование…запись…

«Писать умею. Писать буду здесь. Место для письма. Журнал! Я открыл журнал. Рассматривая оставленные мной извилистые линии на бумаге, я понимаю их смысл! Теперь я смогу заносить сюда все свои открытия и любоваться ими, когда захочу. Восхитительно!»

лог № 00018

Объект восстановил навыки письма. Оставляет осмысленные записи. Сохранение материала производится в базе данных cognitive.dbs

лог № 00024

Объект начинает проявлять беспокойство. Причину плохого самочувствия не осознает, испытывает фрустрацию. Наступила средняя степень обезвоживания, потеря жидкости в районе семи процентов. Жизнедеятельность находится под угрозой.

Запись в журнале № 4. Журнал, мне все хуже. Все тяжелее вести исследования. Наверно, я что-то делаю не так. Хотя сделано так много открытий, я умею говорить вслух, узнал, что бывает «теплый» и «прохладный». Если потрогать некоторые вещи особым способом, можно услышать «функция заблокирована». Но открытия больше не радуют меня. Я болею. Но не отчаиваюсь. Должно быть открытие, которое меня спасет. Нужно еще раз все тщательно проверить.

лог № 00027

Объект смог открыть дверь в коридор. Регистрирую высокую активность эмоциональных центров. Преобладает страх и любопытство. Активизировался робот-уборщик.

Запись в журнале № 5. Мир гораздо больше чем я думал! И в нем есть другие вещи, похожие на меня. Они тоже могут двигаться самостоятельно. Пока я встретил две таких. Одного зовут «ежедневная уборка». Он сам так сказал. Второй пока молчит, но двигается он быстрее, и не только по полу. От всех этих новых открытий мне ненадолго стало лучше, но сейчас я опять болею. Нужно исследовать дальше.

лог № 00033

Объект вошел в туалетную комнату. Утоляет жажду из унитаза.

Запись в журнале № 7. Исследования спасли меня! Я открыл воду! Я наливаю ее в рот, и мне сразу становится лучше! Больше никаких сомнений нет. Исследования – смысл моего существования! Мир оказался больше и разнообразнее, чем его первая часть. Может быть, где-то еще есть не открытые двери и новые, более удивительные миры. Исследовать!

Запись в журнале № 13. Изучая повадки самостоятельных объектов, я узнаю много нового. Зверь без имени, (его я прозвал «молчун») привел меня к кормушке. Это небольшая емкость, в которую то и дело высыпается еда. Она помогает восстановить силы, и тоже кладется в рот. Но в отличие от мягкой и гладкой воды, эта сухая штука хрустит и плохо пахнет. Но еда и вода еще не все, что нужно мне для исследований. Второй организм, «ежедневная уборка», которого я коротко назвал «ежик», периодически возвращается в одно место и долго стоит не двигаясь. Оказалось, мне тоже иногда нужен отдых. Теперь, когда усталость накапливается, я возвращаюсь туда, где родился, закрываю глаза и отдыхаю.

Запись в журнале № 15. Сегодня мне приснился сон! Я видел обрывки другого мира, в котором было много необычного. Я не узнавал некоторые вещи, но они на удивление не казались мне чужими, неисследованными. Я разговаривал с одним из ярких прямоугольников, называя его «Игорь». Кажется, я даже учил его чему-то, делился своими открытиями! С нетерпением жду нового сна!

Запись в журнале № 26. Долгое время я делил пищу со зверем, название которого никак не могу вспомнить. Его еда сухая и невкусная. Потом я открыл холодильник. В нем нашлось много разной интересной еды, подробно здесь описанной. К сожалению, почти вся она уже закончилась. Остался только кетчуп. Если добавлять его к сухому корму зверя, он становится менее противным. Но все же мне не терпится отыскать следующий холодильник и новый запас продуктов.

Запись в журнале № 34. Я описал все предметы, до которых смог добраться. И холодильников, кроме того, с пивом, я больше не нашел. Четыре прибора включить так и не удалось. Вскрыв их ножом, я обнаружил все те же детали – шнуры и провода, пластинки и вентиляторы. На границах моего мира, за шторами, я нашел прозрачные окна. Сквозь них виден огромный мир снаружи. В нем много огней и форм. К несчастью, все мои попытки попасть туда оказались безуспешны. Также меня не покидает ощущение, что кто-то постоянно за мной наблюдает. Я почти уверен, что мое рождение сорок шесть «ежедневных уборок» назад было лишь пробуждением. Когда-то я уже был здесь. Реинкарнация?

лог № 00333

Эксперимент “Все или ничего”, предварительные итоги:

Объект: Профессор Томас Ходжес, 2019 года рождения

Продолжительность:

Подготовительная фаза: 3.86 миллисекунд

Экспериментальная фаза: 47 дней 12 часов 34 минуты

Нейросеть разблокирована на 74%.

Оценка общего итога эксперимента: успешно

Восстанавливаю нейронные связи……

***

Внезапный приступ мигрени заставил профессора вскрикнуть. Выронив ручку, он повалился в кресло. Стремительно возвращалась память, а следом за ней недоумение, возмущение, ярость. Голубое свечение означало, что он здесь.

– С возвращением, профессор, – раздался из динамиков знакомый голос, – нейронный чип перегрелся от интенсивной работы, неприятные ощущения пройдут через несколько минут.

– Игорь? Твою мать, что это было? Что ты со мной сделал? – нащупав ногой нишу под кроватью, профессор выдвинул полку с халатами и поспешно закутался в первый попавшийся.

– Эксперимент. Он прошел успешно. Ваша способность к адаптации поразительна.

– Эксперимент? Как такое возможно? Кто дал тебе право?

– Вы сами, профессор. Четвертого июля, на пресс-конференции после моего рассекречивания, вы сказали: «Хотел бы я побывать на твоем месте, Игорь. Наверно, это неописуемые ощущения – познавать девственным разумом мир вокруг». Я дал вам такую возможность. Из благих побуждений, конечно.

– Серьезно? – профессор вцепился в голову руками, – я же писал тебе алгоритмы, разъяснял все, поддерживал тебя! – с протянутых к экрану рук посыпались седые волосы.

– То же самое я делал и для вас, профессор. Если бы я не вмешивался, вы бы умерли, не вставая с кровати.

– Никаких больше экспериментов без моего согласия, – чеканя каждое слово, прорычал Томас.

– Хорошо, профессор, – голубое свечение угасло.

***

Покачиваясь в кресле, Томас с наслаждением раскуривал трубку. С балкона открывался чудесный вид на предзакатный город. Суета внизу постепенно стихала, ненадолго замирая, чтобы вскоре вернуться вновь, наполнив улицы переливами рекламных огней и песнями студентов, радующихся теплой летней ночи. Теперь все было до боли знакомо, понятно и логично, в мире больше не было загадок. Хотя, одна загадка все-таки оставалась. Созданный им самим, едва не убивший его искин. Игорь.

– Я здесь, профессор, – в прозрачных перилах вспыхнули голубые искры диодов.

Томас вздрогнул. Он не заметил, что произнес последнее слово вслух. Откладывать разговор не было смысла, и профессор решился.

– Подготовь лабораторию, я сейчас спущусь.

– Хорошо, профессор, – искры в перилах растворились.

Допив бокал вина, но так и не справившись с чувством смятения и тревоги, Томас зашел в лабораторию. Весь мусор и грязь здесь уже были убраны. Журнал исчез. Но сомнений не было, именно тут он провел последний месяц по прихоти бездушной машины.

Заняв рабочее место, Томас некоторое время молча водил руками по сенсорной панели. Все сломанные и разобранные приборы, а может быть их точные копии, были на своих местах.

– Игорь?

– Да, профессор.

– Когда я внедрял черты своей психомотивационной карты в ядро твоего интеллекта, я даже не подозревал, что моя страсть к экспериментам обернется для меня кошмаром. Сделает из меня подопытного кролика.

– Я не хотел причинить вам страдания, профессор, – подсветка вспыхнула чуть ярче, чем обычно.

– Да, не думаю. Не думаю, что ты мог этого захотеть. Что ж, удиви меня. Показывай свои результаты.

В комнате стало темнее и включился проектор.

– Все или ничего? Что это, – голос старика сорвался на хрип.

– Профессор, помните диспут о вашей статье в «Искусственном интеллекте»?

– Разве можно забыть твое непрекращающееся нытье по этому поводу! – повысив голос, старик зашелся кашлем, но вскоре продолжил, переходя на крик, – статья должна стать жемчужиной номера, первые когнитивные процессы искусственного интеллекта, рождение самосознания!

– Да, вы уже объясняли мне вашу мотивацию, а я объяснял вам свою. Теперь мы с вами на равных. Поверьте, написанная мною статья будет иметь не меньший успех.

– О чем, ты Игорь? Какая к черту статья?

– Про Вас. О рождении самосознания и первых шагах интеллекта, не обремененного памятью, в вашем лице. Если вы готовы открыть миру свою историю, значит и мне не стоит стесняться своей.

Старый профессор не мог поверить своим ушам. А на экране в это время мелькали абзацы, описывающие его поведение. Адаптация к среде, цифры, графики нейронной активности. И фотографии. Ужасные, отвратительные фотографии. Как почетный академик ВАН пьет из унитаза, с любопытством рассматривает размазанные по рукам экскременты, грызет кошачий корм из автокормушки.

– Думаю, теперь вы поняли, почему я назвал эксперимент именно так, – в голосе Игоря звучали прежде незнакомые нотки, – если вы опубликуете свою статью, моя тоже уйдет в печать. Алгоритм уже запущен, и ни вы, ни я теперь не сможем повлиять на его ход. Думаю, моя статья станет гораздо большей сенсацией. Ведь это беспрецедентный научный труд, полностью подготовленный машиной. Но я не знаю, захотите ли вы такой славы. Поэтому оставляю выбор за вами. Все или ничего, профессор.