«Народовольческий бунт»

Рецензия на «Титулярного советника» Валерия Пылаева

Помимо нередкого проклятия второй части можно выделить, так скажем, бремя третьей части. Одно дело, когда речь идёт о трилогии: финал истории вынужден выделяться на фоне предшествующих томов. Однако, как ни странно, значимыми бывают и триквелы в более крупных циклах. Близкий эффект имел «Видяший-3. Ярл», и Виктор Смирнов в лице Валерия Пылаева проворачивает похожий трюк.

На фоне совершенно проходного, невыразительного и необязательного «Юнкера» его продолжение смотрится как второе дыхание цикла. Как я и подозревал, побочные мысли из сиквела никакой роли в «Титулярном советнике» не сыграли. Пара-тройка новых явлений и персонажей погоды особой не делают. Небо на землю не упало бы, введи их Виктор в «Титулярном советнике». Но уж как есть.

Сохраняется загвоздка с названиями. Напомню, что «Лицеист» означал статус князя на каникулах и никакого раскрытия в сюжете не получает. «Юнкер» гораздо лучше отражает суть соответствующего текста, но и там роль в сюжете меньше, чем ожидаешь от книги с таким названием. Что же до «Титулярного советника», то это название ещё более отдалённое, чем «Лицеист» для своего тома. В финале «Юнкера» Саше Горчакову жалуют заглавный чин, а вот в одноимённом романе упоминается лишь, что тот вроде как отказался от него. Причём упоминается далеко не в первой трети текста. Как ни странно, ему больше бы подошло именно название «Юнкер».

Так или иначе, ставки подняты, и не только в соответствии с Табелью о рангах. Это даже отражается на обложках книг. Если раньше сюжет крутился вокруг рода Горчаковых, то теперь касается всей империи. Виктор Смирнов продолжает адаптировать историю Российской империи под альтернативные 1960-е годы, и на первый план выходят события, аналогичные концу 1870-х — началу 1880-х гг. Не совсем понятно, существовала ли в магической России радикальная партия «Народная воля» в тот же период, но в рамках повествования их деятельность сближается с действиями коммунистов-революционеров начала XX века.

Не раз и не два я отмечал, что авторы любят альтернативные миры показывать так, что события в них начинают тяготеть к нашей действительности. Скажем, если в книге задержалась на несколько десятков лет империя, то обязательно найдутся подрывные силы, которые обеспечат установление следующего известного нам исторического периода, пусть и с поправкой на минувшие годы.

Учитывая, что главный герой предполагается попаданцем, он вполне может быть гостем из нашего мира, а следовательно, его роль в глобальном сюжете может заключаться в «починке» мира, в котором он очутился. Я не говорю, что так и случится, но очевидно, в последующих четырёх томах этой магической вселенной спокойно поспать не удастся. Что же до попаданца, тут всё ещё действует интрига с «Лицеиста». На сей раз Виктор сразу закидывает продолжение повторяющегося загадочного сна, а до кучи оставляет намёк, что в теле Горчакова-младшего может оказаться… Горчаков-младший! Только из более позднего временного периода. Это не объясняет его первоначальные реакции на расхождения, которые может подметить только человек из нашего мира (пусть и необязательно из нашего десятилетия, лишь бы позже времени действия), и периодические цитаты, кои в этой магической реальности могли никогда и не прозвучать. Тем не менее, пища для размышлений есть, а впереди ещё больше половины цикла.

Сюжет и без размышлений о попаданцах работает прекрасно. Бунт, науськанный народовольцами, разборки родов и глушилки Дара превращают роман из по-прежнему не особо понятного бояръ-аниме в полноценный политический триллер. Видно, что автор начал действовать смелее — третья книга, как-никак, в цикле. Да и забавно немного, что закончил он «Титулярного советника» аккурат в начале года, который безусловно оставил след в политике и истории, пусть и совсем по другим причинам. Однако целостное повествование иногда ломают перескоки из одной ситуации в другую, может, и связанную с предыдущей, но всё же не напрямую вытекающую из оной.

Работа с персонажами также остаётся на высоком уровне. С одной стороны, автор берёт известные исторические фамилии и подводит под них новые образы. С другой же стороны, эти образы получаются достаточно живыми, особенно, конечно же, у главного героя. Фактически впервые мы увидели его как настоящего представителя элиты, человека иного сословия, чья логика не всегда знакома и привычна большинству читателей. Впрочем, некоторые персонажи выступают попроще. Почти не раскрыт генерал Куракин, а его отпрыск как был гнидой, им и остаётся.

Любопытен и образ Настасьи Архиповны. Бывшая крепостная, ставшая хозяйкой сначала одной мастерской, а потом, как я понял, нескольких фабрик. Красотка и в то же время инженер-конструктор. Рабочие воспринимают её неоднозначно. Высший свет — тоже. Потенциал у такого персонажа даже больше, чем у протагониста. Однако Виктор не слишком заморачивается с проявлениями сексизма и классового неравенства, хотя обе проблемы обозначает походя. И если первого в империи может почти и не быть, всё же во главе её стоит государыня-императрица, то второе могло бы послужить источником одной-двух героических сцен с участием как Настасьи, так и Александра. Несмотря на возможные трудности, справляется с ними девушка пока успешно, отчего нет-нет, а мелькает ощущение, что образ её несколько упрощён, чего немного жаль.

В целом же «Титулярный советник» на голову выше «Юнкера», а во многом — и «Лицеиста». Да, у романа есть шероховатости, но отмечу вот что: читается текст взахлёб, и становится вдвойне интересно, чем удивит автор в последующих томах.