Очерк – это всё-таки не совсем художественная литература, поэтому не совсем справедливо мерить его художественнолитературными мерками. Да, чуточку пафосно, да, сюжетно путано, да, во имя усиления эмоционального эффекта пришлось поиграть с реальными датами… Историческая достоверность во всём, кроме краеугольных фактов, условна, поскольку автор не была знакома со своей героиней. И героиня вышла условной, больше похожей на образцово-показательную советскую икону, чем на живого человека.

Словом, по критериям харАктерной художественной литератур этот очерк, мягко говоря, не образец высокого искусства.

Его ценность в другом. В самом историческом факте: в Советском Союзе женщины воевали на танках. Не массово, но и далеко не единично. Две из них даже стали Героями Советского Союза. Одна – посмертно, другая выжила. И та, которая выжила, годы спустя написала очерк о той, которая погибла. Очерк об одной женщине танкисте Герое Советского Союза написала другая женщина танкист Герой Советского Союза. Разве можно ординарными мерками мерить это неординарный факт?