"Сто двадцать лет назад в результате необычайного происшествия, природу которого нам так и не удалось достоверно установить, один человек, француз, упал в наше государство с неба — прямо из облаков...".

Роман был издан под псевдонимом Уильям Кобб и являлся очередным заходом в приключенческую фантастику (с научными элементами!), а учитывая общую эрудицию и накопленный автором экспириенс, вряд ли оная попытка явилась для него мероприятием чересчур трудоемким... Главный герой, парижанин, заинтересовавшись отцовской коллекцией книг о путешествиях, отправляется в Китай и, будучи в эпицентре боксерского восстания весной 1900-го года, попадает, что называется, "как кур во щи". Спасаясь из горящего дома в деревеньке Дун Хоу, рассказчик стремительно уносит ноги прочь, оценивая свои шансы спастись как один из тысячи. "Я почти бежал, стремясь вырваться из объятий вертикальных стен, внушавших страх, и вспоминал "Колодец и маятник" Эдгара По — мне казалось, они вот-вот подойдут ближе и раздавят меня...". Наконец, сквозь расщелину в скале, беглец находит путь в некий затерянный мир...

Автор называет доктора в халате и остроконечной шляпе персонажем из Мольера- хотя, если смотреть на картинку и вспомнить будущее, он скорее кажется похожим на резко помолодевшего волшебника Гэндальфа из книги Толкиена... А каков способ перемещения жителей "Восточного Парижа": они приручают кондоров, забрасывая им на спины веревки, удерживающие корзины — таким макаром по два человека на птице спокойно летать могут. И да, о новом "Париже". Все эти люди — потомки французских подданных, изгнанных из страны после отмены Нантского эдикта 1685-го года Людовиком XIV. Они долго скитаются по свету и уходят в пустыню Гоби. Лидером новой группы в те времена становится примкнувший к ним изобретатель Дени Папен (кстати, сохранившиеся информационные сводки, действительно, не указывают точных мест захоронения и даты кончины этого талантливого ученого...). В конечном итоге все они находят приют на Востоке, в замкнутом пространстве — своеобразной смирительной рубашке из скал, навсегда отделенные от остальной человеческой расы...

Что же получается — главный герой Париж покидает, и в "Париж" (aka "Мистервиль") он же и возвращается, где незамедлительно подвергается обструкции со стороны властей (как лицо, пришедшее извне, и потенциально несущее вред городу) с назначением казни путем разрушительного воздействия на мозг высоких частот; и спасается благодаря лишь исключительно вовремя подоспевшему "революционному" восстанию. В чем же заключается идея месье Лермэна? А в том, что в Мистервиле жизнь будто бы замирает навсегда — жители навечно остаются в том времени, откуда прибыли их предки, т.е. образуется этакий слепок Франции конца XVII века, с устоявшимися традициями и собственным Лувром, которым они очень гордятся. /Видимо, что-то в этой идее автору импонировало/... Развития у них, правда, нет никакого, но есть определенные изобретения (подчас сомнительного свойства, будто пришедшие из "лженаук"...). Зато интересен приборчик — "гематометр", снимающий диаграмму пульса у новобрачных: при больших отклонениях — если их наложить друг на друга (более 5 мм) брак не может быть одобрен местным "загсом"...

Вообщем, концентрат всего сразу — политики, географии, науки с некоторым углублением в теории химических элементов и звуковых колебаний. Но стиль отнюдь не "палповый", а более качественный, скорее копирующий манеру древних и обстоятельных (даже по отношению к Лермэну) авторов -наподобие Свифта или Вольтера. А приключенческой основой являлись, по-видимому, легенды о мертвых подземных городах в пустыне Гоби. Единственное, что порой непонятно — это степень серьезности, с которой Лермина относился к подобным сочинениям собственного производства...

И глядя на старомодную концовку (почему, кстати, возник вдруг московский Белый город -что ж так автора разнесло?...) прямо хочется вставить строчки из давней замечательной песни:

"В жизни всякое водится, вкусы часто расходятся.

Вас приветствую песней я — ваш Иосиф Кобзон."

.... брр... ваш Вилли Кобб.

Итого: строго и только для любителей богато иллюстрированных архаичных фантастических приключений. Но ведь и в них есть часть правдивой истории...