Чак Паланик «Невидимки»

Чак Паланик. Как же много всего можно найти в его творчестве. Пожалуй, только при чтении его произведений я смог испытать и удовольствие, и отвращение одновременно. Тексты его самобытны. Их тяжело повторить. Темы щепетильны. Каждый его роман хочется одновременно и обсудить со всеми, и не говорить никому о его прочтении.

Роман «Невидимки» на поверхности рассказывает историю Шеннон Макфарленд. Она бывшая топ-модель, которая из-за выстрела из винтовки лишилась нижней части лица и способности разговаривать. Что-бы с кем-то пообщаться ей приходится писать на бумаге. С потерей лица она потеряла работу, квартиру и жениха. Её история так же осложняется и её взаимоотношением с родителями, а также потерей брата.

«Я без челюсти, мое горло заканчивается некой дыркой. Из нее торчит язык.»

Не всё так просто в романе. Подача сюжета может как понравиться, так и оттолкнуть от его прочтения. Повествование то и дело, что скачет из одного времени в другое, и поначалу сложно всё разобрать до конца. Особенно разобраться в героях, ведь автор сделал из этого целую интригу, которую сложно понять до самого конца романа. И даже по прочтению всего есть над чем подумать и даже поспорить.

Когда уже писал отзыв узнал, что это первый роман Чака, написанный ещё до «Бойцовского клуба». И это чувствуется. Данный роман очень перекликается с «БК». Но если этот именно о внутренней драме человека, о его монстрах, то «БК» уже более угодный для художественного произведения. Более понятный для простого читателя. Прочитав «Невидимок» без подготовки и не смотря на «БК» вы попросту можете не понять книгу до конца. Поэтому и рекомендация будет от меня следующей. Читать только тем, кто уже знаком с творчеством автора и в первую очередь, конечно же, романом «Бойцовский клуб».

Начать надо с того, что название романа не просто «Невидимки», а «Невидимые монстры» (ну или твари, это уж кому как больше нравится). И если слово «невидимки» ассоциируется у меня с сюжетом «Странных шагов» Честертона — люди, которых окружающие (под)сознательно не замечают, то герои романа Паланика скорее сами не хотят быть на виду, ну и да — психически (и не только) нездоровые люди — нечисть в понимании среднего человека. :)

Бывшая топ-модель с изуродованным лицом, дама-трансвестит и полицейский-бисексуал колесят по дорогам Америки, они мошенничают, воруют и при любом удобном (и не очень) случае закидываются наркотой. Повествование хаотическое — действие скачет во времени, так, что непонятно, где тут прошлое, а где настоящее и будущее. Постепенно мы лучше узнаём рассказчицу — бывшую модель Шеннон, узнаём о её семействе, о её бойфренде, о причинах, которые сначала привели её на подиум, а сейчас заставляют жить как перекати-поле.

Автор смакует психические травмы и пороки своих героев, заставляет их постоянно глушить себя наркотическими препаратами (я так понимаю, что он сам большой любитель расширителей сознания) и совершать массу асоциальных поступков — явно ставится цель эпатировать читателя. Роман был написан до «Бойцовского клуба» и отвергнут издателем, со слов Паланика, как слишком возмутительный, фактически же, наверняка его просто сочли коммерчески непроходным. После прихода к автору известности книгу всё же опубликовали и народ стал её покупать, жаждя второго «Бойцовского клуба», но таковых (меня к примеру) ждало разочарование. :)

Эпатаж ради эпатажа, герои, не вызывающие никаких эмоций кроме брезгливости, типа сатира на американское общество, которая также не находит никакого отклика в душе — это мои ощущения от прочтения книги. Возможно у меня был неправильный перевод, может этот роман в принципе надо читать в первоисточнике, ну или его не поймёшь, предварительно не закинувшись — не знаю. Не моё.

«Будущее превращалось из надежды в угрозу . Когда это произошло ?» История рассказывается от первого лица молодой девушки Шеннон , история полное олицетворение хаоса . Трое , скажем так людей путешествует по Канаде и США . Они выдают себя за богачей , и под их личиной рассматривают супер элитную недвижимость с целью её покупки . На самом деле он обворовывают эти дома — воруют они различные таблетки и лекарства . Этот сумасшедший трип , сплошное хищение наркотических средств , их продажа , покупка дорогой одежды , катание на роскошных автомобилях взятых на прокат , заказ коктейлей , разговоры , мысли , тайные желания и таблетки , таблетки, таблетки . Полное безумие. Классные вставки от автора , в стиле фотограф и модель : Покажи мне любовь . Вспышка . Покажи мне ужас. Вспышка . Они отлично передавали эмоции главной героини в данный момент . Очень понравились резкие переходы от события к событию , «перенесёмся» — и мы за обедом с родителями , «перенесёмся» и мы поджигаем дом . Странно , но это не чуть не раздражало , а наоборот давала книге общую картину и динамику . Сама история конечно полный фарс , но рассказана она так , что бросая книгу через какое то непродолжительное время снова к ней тянешься , что бы узнать — да что вообще тут происходит .

Чушь для любителей извращений. Не нужно это читать, особенно неокрепшим подростковым мозгам.

Трио (моральных) уродов — Шеннон, девка с отстреленной челюстью; Шейн (ну или Бренди Александр), её брат-трансвестит и Манус, глубоко, хе-хе, профессионально деформированный, хе-хе-хе, бывший коп — путешествуют по америкашке, но не так, как делали это некие Дж. Керуак и его банда: убегают от собственного тёмного прошлого в ещё более тёмное будущее и, по большому счёту, даже не подозревают, кем являются их друзья. Три тонны наркотических рефлексий, скандалов, интриг, расследований и саморазрушения ради него самого. А что поделать-то?

Читать или нет подобную г р я з ь — дело сугубо ваше... Но если у вас, образно выражаясь, отсутствует половина лица, то очень рекомендую, образно выражаясь, примерить на себя образ Шеннон и обмотать этой книгой его оставшуюся часть. Именно в таком порядке идут главы. Прочитал одну из них — обмотал «лицо». Другая глава — другой моток...

«Выглядите так, как будто храните кучу секретов.»

Возможно, в какой-то момент вам захочется убить Чака, этого сукиного сына. Что же, это нормально. Возможно, после прочтения вы почувствуете нежность и облегчение. Это тоже нормально.

Возможно, я притягиваю найденные «параллели» между (собственной) реальностью и книгой за уши. Но таково одно из проявлений действительно хорошей литературы, какой бы «грязной» она ни была. И чем меньше элементарных вещей ты выучишь, прожив жизнь, тем лучше это поймёшь.

Читать эту книгу всё равно, что собирать пазл на 1000 деталек. Китайского производства. Когда не знаешь точно ли все детальки сойдутся, достаточно ли их вообще в коробке или там наоборот — есть лишние. Но всё равно интересно.

Без спойлеров сложно рассказывать о плюсах и минусах книги. Но я постараюсь.

Из плюсов: большое количество неожиданных поворотов сюжета. Все основные персонажи книги не те, кем кажутся. Про каждого мы узнаем много такого, чего никак не ожидаешь. Захватывающее действие, для которого выбранный Палаником подход с постоянным перескакиванием во времени действия идеально подошёл.

Из минусов: классическая для Чака «чернуха ради чернухи». Да, некоторые жёские и/или отвратные подробности нужны, чтобы лучше раскрыть трагедию или характер героини (или других персонажей). Но некоторые написаны только для того, чтобы шокировать читателя. И тогда или не несут в себе никакой информации для развития сюжета или раскрытия героев или же выглядят вообще не правдоподобно.

В целом же — очень «паланиковская» книга — герои-маргиналы, со своими страданиями, причудами, вывихами. Всё это приправлено различными чернушными подробностями.

В целом — неплохо.

Как бы внимательно вы ни читали эту книгу, вас ни на мгновение не покинет ощущение того, что вы что-то пропустили.

Чего меня только дернуло вновь обратить свой взор на творчество Паланика? Давно же решила, что стиль и тема явно на для меня, но все равно решила взять «Невидимки»...

Шаннон Макфарленд — бывшая топ-модель, карьера которой была вмиг перечеркнута выстрелом из пистолета, изуродовавшим ей пол-лица. Теперь она невидимка — человек, скрывающий свое лицо за вуалью. История, которая разорвана на лоскуты, приправлена наркоманией и скрывающая философский подтекст.

Мне не то чтобы не понравилось, а, как бы не банально звучало, скучно. Паланик пишет экспрессивно, дерзко, рушит все грани. Словно вызов бунтующего подростка. Я смотрю на это все и понимаю, — да, в этом что-то есть, но — тебе оно надо?

Не мое. Знаю, что многие любят и восхищаются творчеством автора, но, для меня, экстравагантно)

Почему решил прочитать: постепенное ознакомление с библиографией автора.

В итоге: это первый по времени написания, но второй по времени публикации роман Чака. Долго его не мог никуда пристроить и только после успеха«Бойцовского клуба» роман напечатали.

Редкий случай — дебютный роман со всеми его достоинствами, но без недостатков, свойственных романам начинающих писателей.

Видно, что Паланику было что сказать. Не знаю, вышел ли он к тому моменту из шкафа, но страницы книги просто переполнены трансами и геями, описаниями и упоминаниями экстремальных видов секса. Поднимаются проблемы детей и родителей, вопросы пола.

Как вся литература Стивена Кинга выросла из его детских кошмаров, так и весь Паланик вырос из своей работы в хосписе и группах поддержки. Да, здесь вскользь, но таки упоминаются группы поддержки. На этот раз для трансов.

Уже в этом романа заметны фирменные приёмчики Паланика — повторение некоторых фраз на протяжении всего романа, пристрастие к фармакологии, ипохондрическое знание современной медицины, бунт против всепроникающего гламура и потребительства, маргиналы в главных ролях.

Главное в романе — не «шок-контент», которым автор, кстати, не злоупотребляет, а невероятно закрученный сюжет. Детектив без детектива, где нет ни одной лишней детали. Уверен, роман достоин экранизации в виде мини-сериала в духе «Маленькая большая ложь». Получится великолепно, особенно для тех, кто не знаком с книгой и финальными твистами романа.

9(ОТЛИЧНО)

Сначала некоторую оторопь вызывает форма повествования — рваная, бессистемная, малопонятная, мозаичная. А затем спазмы начинают происходить уже от содержимого романа.

Постоянные недоговорённости, полунамёки, скользкость поднимаемых вопросов, тем и событий — но чаще всего это нюансы половой ориентации, проблемы перемены пола. Возникает предположение о бунтарском характере творчества этого автора, которое (предположение, а не творчество) медленно кочует между «горячо-холодно» (чтобы было понятно — ни книг Поланика, ни его биографии я не читал, и потому всё воспринималось как есть, без субдубляжа), потому что чем ещё может быть вызвано такое, по сути патологическое, содержание романа, и такая аформатная структура повествования.

Конечно же, основным и самым главным содержанием романа является Патология. И я даже при этом не имею ввиду сексуальную ориентацию его персонажей и всё с этим связанное. Потому что тут речь идёт о патологии чувств, отношений, самооценок, патологии поиска себе места в мире, патологии психики, в конце-концов.

Однако всё оказалось проще, а бунтарство в итоге свелось к сексуальной ориентации самого автора...

Между тем книга читалась легко и не без интереса, а некоторые интригующие повороты сюжета заставили внутренне поаплодировать Паланику. Что ж, посмотрим, что там у него дальше припасено...

Могу сказать одно: читайте, чтобы составить свое мнение. Всё там становится понятно, только доберитесь до конца. Захватывающий сюжет, нестандартные персонажи со своим личным необъятным головняком, психоделика, наркота, уродство мира «красавчиков», невыносимая легкость современного бытия, сводящая с ума, непрозрачные сюжетные линии, гомики и фетиши — все в духе автора. Я от книги в восторге, перечитываю даже бывает. Кто любит Паланика, тому однозначно зайдет.

Еще одна книга-головоломка, ошеломительный калейдоскоп, сработанный Чаком из случайных замечаний приятелей, подслушанных среди коллег идей, собранных окольными путями небанальных историй, потаенных страхов, мыслей и надежд.

Безумная нарезка из кадров, значений и смыслов, которые читателю предстоит сделать цельной картинкой. Причем при всякой попытке всмотреться пристальней она будет меняться, дробиться, рассыпаться на части, снова складываться, переворачивая повествование с ног на голову и добавляя неожиданные детальки в пазл твоего мироздания.

Имя Паланика было на слуху после выхода “Fight Club” . Понятен восторг Брэда Питта по поводу «самой охренительной роли во всей его гребаной карьере», как изящно выразился он при встрече с автором. Отдельного респекта заслуживают сценаристы, слившие из исходной версии немало «воды» безо всякого ущерба для идеи. Конечно, после шедеврального фильма Финчера роман показался мне похуже.

Если бы не прочитанная до “FC” «Колыбельная», признанная годной, хотя и какой-то незавершенной, тем ноябрьским вечером тонкая книжица с кричащей об «альтернативности» обложкой могла бы остаться на полке. Но воображаемый фотограф заходился в крике: «Покажи мне апатию, детка! Покажи равнодушие, которое ты испытываешь ко всей этой мышиной возне. Покажи, что тебе наплевать». Мои глаза встретились с глазами в осколках зеркала – и покупка состоялась. Кто же мог знать, что я держу в руках, возможно, лучшее из написанного Чаком?

Открывшееся мне действо поражало ненатуральной, целлулоидной показушностью. Невеста на ступеньках шикарного дома, вместо кипельно-белых кружев облаченная в золу и обручи от кринолина, со спаленными вчистую волосами, размазанной по физиономии косметикой и здоровенной винтовкой в трясущихся от ярости руках? Ну допустим.

Распростертое на полу, предположительно женское, тело в костюмчике «от Боба Маки», щедро политом кровью? Ну ок, видали мы сцены и похлеще.

Настойчивый вопрос “Do you love me?”, адресованный склонившейся над телом особе, обернутой вуалями, как жена арабского шейха, и больше напоминающей манекен из витрины, чем реального человека. Она медлит. Вопрос повторяется – просительным, почти умоляющим тоном. Почему она не отвечает? Не хочет… не может?

Так. А это уже интересно.

Страницы полетели с бешеной скоростью, воруя время и сон. Такой Паланик был мне в новинку.

Сейчас уже заметны некоторые черты, роднящие «Невидимок» с романом Петросян: резкие, внезапные переносы в прошлое, смена имен в пути (в отличие от Мариам, Чак милостиво дозволяет вконец офигевшему читателю узнать, как все-таки звали участников драмы), кое-как спрятанные от мира телесные и душевные изъяны, «колесно»-спиртовой допинг, нарастающая с каждым шагом шизофреничность происходящего на фоне дикого страха перед будущим. Сестры с детства приучаются ненавидеть братьев. Несчастный случай навсегда вырывает тебя из нормальной жизни – ты даже не пытаешься приспособиться к новому существованию, уходя в свой собственный выморочный мир. Родители под разными предлогами отрекаются от тебя, не оставляя ни шанса сбежать от монстра, притаившегося внутри каждого из нас и терпеливо ждущего встречи.

Но у Паланика определенно не могли получиться чудаковатые, довольно безобидные сектанты, художники-мизантропы, боящиеся, но втайне мечтающие соприкоснуться с Настоящим, и альтруисты, во что бы то ни стало желающие исправить чужие ошибки.

В его больной фантазии «на выходе» оказались самовлюбленные фрики, категорически не приемлющие одиночества. С легкостью переступив черту, отделяющую от «нормальности», они прошли «точку невозврата» в своем стремлении представлять собой хоть что-то. Стали слишком свободными, доведя до абсурда естественную для человеческой личности потребность в самореализации. Избыток свободы – настоящий кошмар для отщепенцев «общества потребления», воспитанных на почитании его сомнительных ценностей. И потому они ищут – тех, к кому можно прибиться. Немногих, способных понять их – со всеми вывертами психики-соматики, тотальным дизордером в пространстве, недоумением в перманентно затуманенном и бездумном взгляде почти-что-кукольных глаз. Тех, кто способен терпеть их рядом с собой, заполняя сосущую пустоту бытия.

Смешная, невыразимо вульгарная деваха, безропотно сносящая капризы, всегда неуклюжая в сравнении с твоими близкими к идеалу параметрами; компашка трансвеститов, одержимых мечтой о «живой Катти Кэти»; двое некогда похожих друг на друга людей, выуживающих тебя из багажника где-то на задворках реальности... Какая, к черту, разница, кто и с какой целью использует тебя – и кого используешь ты? Самое главное – в том, что ты больше не один в большом и пугающем мире, где подобным тебе просто нет места. В нем семья стоит меньше пузырька с вероналом, у тебя нет причин верить окружающим, все не то, каким кажется с виду, и миру наплевать, насколько глубоко ты увяз в муках самоопределения. В нем напрасны попытки бежать от себя, прикрываясь чужим лицом: как бы глобально ты ни менялся внешне, внутренние проблемы по-прежнему при тебе, сковывая и разъедая душу недосказанностью. Бесцельно раскатывая по стране, чтобы просто не сдохнуть со скуки, присваивая наркоту, наводя гламур и медленно травя кого-то своими «колесами», трудновато достичь просветления.

Дорожная разметка давно стала привычным элементом пейзажа. Тебе до трясучки обрыдли и путь твой, и спутники. Ты продолжаешь цепляться за блядскую жизнь лишь потому, что, кажется, впервые кому-то действительно нужен. Пусть ненадолго, пусть ценой любви-ненависти – лишь бы не холодной безучастности, годы назад отраженной в оконном стекле.

Неважно, что это в любом случае закончится плохо. Неважно, что ваше общее моральное уродство растет с каждым проведенным вместе днем, и его все труднее скрывать. Главное – что в тебе пока жив (хоть и пребывает в стабильном коматозе) человек, некогда бывший тобой, не до конца побежденный твоим персональным чудовищем. Терпи незнакомые рожи вокруг ради проблесков настоящего чувства в лице тех, кого с таким трудом обрел заново. Вставай под перекрестье прицела ради возможности полного, безговорочного раскрытия. Любовь, в каком бы виде она ни пришла, – единственное, что еще имеет значение в изломанном, спятившем мире (и это я не про инцест, если что).

Для меня книга закончилась катарсисом. Освобождением от всего, что горкой ненужного хлама скопилось в душе, мешая жить и воспринимать мир вокруг – адекватным себе. Временами покидать привычную «зону комфорта» – осознанная необходимость. Мне хотелось спасти Бренди Александр от любящих и любимых рук, но это было невозможно. Что ж, пусть так.

P.S. Как и многие другие, я храню привет с планеты принцессы – старую открытку из Спейс Нидл, заверенную отпечатком графитовых губ. В дни, когда мир давит на плечи больше обычного, я достаю ее из тайника грез и перечитываю строки, небрежно нацарапанные карандашом для глаз баклажанного цвета:

«Во мне нет ничего первоначального. Я – совместное усилие всех тех, кого я когда-то знал».

Автор не ушел от своего стиля. Произведение затягивает паутиной фантазий Чака, который смешал мужчину с женщиной, брата с сестрой, любовь с ненавистью, ревность женскую и сестринскую... Порой, я уже не знала, кто есть кто и кому я сочувствую, а кому — отнюдь. Результат после прочтения у меня одинаков — нужно прочесть кого-нибудь иного, а потом вновь вернуться к Паланику.

И несколько цитат:

Независимо от того, насколько сильной кажется тебе твоя любовь к человеку, когда лужа крови, струящейся из его раны, растекается по полу настолько, что едва не касается тебя, ты невольно отстраняешься.

Красота — сила, равно как деньги, равно как оружие.

Любая умная женщина знает, что красивый мужчина — лучший модный аксессуар.

Когда на тебя смотрит толпа зрителей, эмоции накалены до предела. Все заканчивается приступом смеха или слезами, чего то среднего не бывает. Бедные тигры в зоопарке! На них постоянно глазеют. Вся их жизнь — большая опера!

Будущее превратилось из надежды в угрозу. Когда это произошло?.... Только тогда, когда мы сожрем эту планету, Бог подарит нам другую. Мы запомнимся потомкам не тем, что создали, а тем, что разрушили.

Особенно любознательны мужчины. Им непременно нужно побывать на каждой горе, везде оставить свой след. Свою отметину. Пописать на каждое дерево. А потом забыть о нем.

— Родители — они как Бог. Тебе важно знать, что мать и отец всегда с тобой, что одобряют твои действия и поступки. Тем не менее ты звонишь им, только когда попадаешь в беду или в чем то нуждаешься.

Прочитав 2/3 книги, признаюсь, мало что было понятно. Все эти презервативы на бананах, кусочки хлеба в плавках... Хотелось закрыть книгу, поставить ей жирную «двойку» и забыть. Но оригинальная манера повествования, своеобразное склеивание кусочков информационной мозаики из разных временных отрезков жизни, настолько сохраняет интригу, что буквально до последней страницы вся книга кажется фабрикой абсурда. Но в конце всё встаёт на свои места.

Книга, не смотря на свою кажущуюся омерзительность и жестокость, очень сентементальна. Два героя. Оба от безцельности и одиночества пытаются спастись саморазрушемием. Но Бренда сохраняет способность к любви и дружбе, Шенонн же мечтает лишь об убийстве. Убийстве даже тех, кто привязан к ней. И именно любовь Бренды в конце помогает Шенонн исцелиться. Самоотверженность сильнее саморазрушемия. Потому что это единственный путь для исцеления.

М-даааааа.. Спустя год после прочтения «Бойцовского клуба», более возмутительного по мнению автора, чем «Незримые твари», я понял, что первый роман — это первый роман, который вышел отличным у Паланика. Понравился больше «Бойцовского клуба».

Здесь Чак показывает нам, что такое красота. Люди, потерявшие красоту, но обретшие невидимый облик, становятся опасными. Их деяния невидимы — тем и коварны. Красивые получают любовь, и выживают.

Вся книга — противопоставление красоты и уродства, с помощью двух персонажей: Бренди (Шейна) и Шаннон. В итоге красота побеждает — Бренди остается жива.

Помимо основной темы в романе затрагиваются очень многие второстепенные, но не менее важные темы: модельный бизнес, отношения детей и родителей, гомосексуализм, и прочее. Это делает книгу не менее увлекательной, заставляет осмыслять многое в процессе чтения.

Книга стоящая. Рекомендую к прочтению прежде всего любителям контркультурной прозы. Актуально, правдиво и со вкусом.

После прочтения книги осталось неприятное ощущение неправильности.

Когда зашла на сайт и просмотрела эту страницу — все встало на свои места. Перевод имеет значение. Эта история не о «Невидимках», она о «Незримых тварях», только так.