После интервью с Николя Ломбарди и с Питером Бибергэлом это кажется бледнее. Во-первых, участники беседы не настолько глубоко уходят в темы, и, соответственно, получается более лаконично. Во-вторых, набор тем и предметов, что возникают в ходе интервью, будто бы повторяются – Шопенгауэр, гностицизм, киноужасы, эвтаназия, вечная боль и депрессия, Лавкрафт, сны, и так далее. Из этого интервью можно понять только новое – кем в разное время работал Лиготти; да более подробно он останавливается на педагогической функции «Заговора против человеческой расы», но я его не читал, и мне это оценить трудно.