Роман, который может совершенно не понравиться, и от которого легко прийти в восторг.

Чем будут очевидно недовольны фанаты серии? Тем, что Шарко задвинут на задний план. И задний настолько, что ему, дай Бог, уделяется пятая часть книги, а, возможно, и меньше. Все его переживания по поводу старения и семьи миллион раз уже пережеваны и не прибавляют ничего нового к его персоне. Сцена с тем, как он снова попадает в смертельную беду/ловушку с невероятным случайным спасением, уже кажется самоплагиатом: она в разных вариациях была в нескольких произведениях. На первую роль выдвигается даже не член команды, а совершенно новый персонаж, женщина-психиатр, которая еще и берет на себя роль расследователя, заменяя своими похождениями труды полиции чуть ли не на половину. Ее нагловатый характер и нежеление делиться сведениями по делу с Шарко и его людьми тоже не могут не раздражать, ибо мы прекрасно понимаем, куда в триллере на девяносто девять процентов заведут такие действия героя.

Чем же может подкупить "Замедленного..." и даже стоит говорить, что это не просто обыкновенный детектив с нестандартными поворотами сюжета, а во многом интереснейший разговор с читателем об одном из аспектов человеческой природы? Речь пойдет о свободе воли... с биологической точки зрения. Мы знаем, что людинчик — это симбиоз, организм, состоящий из множества других живых организмов, иногда живущих не одной дружной семьей, а иногда и желающих убить своего основного носителя. А что если наша воля к принятию самых важных решений зависит не от характера, не от денег, не от влияния других человеков, а от.. случайно попадающих в нас паразитов? Что если они не просто наносят физический вред, а способны управлять вами, как марионетками? И это не научная фантастика в духе Last of Us, а совершенно реальные факты, которые Тилье раскладывает по полочкам и показывает один из варинатов развития подобных событий. Что если нами можно манипулировать опосредованно, просто зная особенности наших организмов, и не просто уничтожать нас самыми простыми безобидными вирусами, которые смертельны только для отдельных конкретных людей, но и заставлять убивать, насиловать, расчленять, будучи уверенными, что это только наши самостоятельные решения.

Именно эта линия, возложенная в романе на клинику для умалишенных и демонстрирующая жалкую человеческую роль в безумии творящихся в нас процессов, — самая интересная и максимально хорошо рассказанная и тезисно донесенная до читательского ума. Причем на совершенно серьезных щах, без малейших заигрываний в сторону фантастики или мистики.

А если все же взять в рассчет еще и максимально нетривиального убийцу и его фактически гениальные манипуляции больного ума, способные заворожить и удивить даже закоренелых любителей детектива, — читать "Замедленного действия" одно удовольствие. Надо лишь принять решение автора отойти от персоны Шарко в сторону еще более серьезного и даже страшного разговора о беспомощности человечества перед сотнями невидимых микромиров, бушующих вокруг нас.

P.S.: Сцена, где злодей раздает на рождественской ёлке детям зараженные кофеты (бОльшего говорить не будем), — одна из самых жутких за весь цикл о сыщике в своей простоте и совершенной некровавости.