Странно написан рассказ. Начинается как обычная история "из жизни трудного подростка" (рокера, вероятно, или еще какого блэк-металлиста — иначе откуда у него такие упорные мысли о сведении счетов с жизнью?) Попутно выясняется, что, при всей "чернушной" натуре Даньки и тяге к Sovietско-доморощенному хоррору типа "глотания рыболовных крючков", живется-то ему совсем неплохо: папа — "богатый бизнесмен", денег на любую прихоть хватает (т.е., тут сразу два штампа в рассказе: история от лица традиционного подзаборного сявки (панка, неформала) — и в то же время "как бы" и от лица нового русского. Автор намекает, что хорошо быть крутым королем тусовок — но крутым брателлой еще лучше... "ах, кабы можно было сочетать..."

А дальше вдруг почему-то выясняется, что не такой уж он "переклиненный" на чернухе и вскрытии вен — всего-то навсего

И уже до конца рассказа — идет вот эта вторая линия: о пробуждении своего истинного "я", стремлении реализовать себя (почему-то — за пределами нашего мира). Родной мир Ветров — мы мало что о нем знаем, но что описано — то с бесконечными красивостями и оучень "р-романтично".

В итоге герою удается передать своему земному отцу веру в "лучший мир", который "где-то есть". Отец идет по улице и пытается, как говорил Блок, стереть случайные черты, под покровом грубой прозы разглядеть ТОТ мир, "истинно реальный", на коий намекал Данька.

А теперь скажите мне, пожалуйста: как подобная концовка сочетается с первой половиной рассказа ("панковской"?) Правильно, никак. Даже противоречит ей. Там герой хотел уйти из жизни потому, что "жЫзнь жЫстока", "не надо смотреть сквозь розовые очки" и пр. А в конце получается — ровным счетом наоборот: не жЫстока, а прекрасна.

Т.е., идея не выдержана. Сперва была одна — потом вдруг пошло совсем "не в ту степь".

зы Кстати, все это как раз убеждает: любой подростковый бунт против окружающей реальности ("резать вены", "жизнь — это вам не мед") в итоге нет-нет да и окажется банальной ПОЗОЙ. За которой стоит желание "сладких сказочек" и ничем неприкрытое бегство от действительности. Маскируемое под тот поиск идеала, что был у Толкина. Но ведь Толкин стремился этот идеал в жизнь принести, реализовать... даже когда говорил о "бегстве". А тут, кроме желания убежать, просто ничего и нет.

Начала бы автор историю вот с этого второго "я" героя и его пробуждения, оставив всю панковщину не оч. видным фоном — рассказ можно было бы еще понять. А так... Рыхловато. Но потенциал (как всегда) имеется, только нераскрытый; поэтому — 7 баллов. В моей личной шкале это соответствует оценке "нормально". Средне, но читается приятно; и кое-какая претензия на умные мысли — есть.