«О варварский народ, пустой, кичливый,

Высокомерный, ветреный, болтливый,

Лишь на словах ты проявляешь прыть,

Но завершаешь только храпом пьяным

Свое единоборство со стаканом,

А Марсом хочешь между тем прослыть!» (с)

Очень обидное для поляков стихотворение французского поэта, который был в свите Генриха III, когда тот аж девять месяцев подвязался в роли короля Речи Посполитой. Польша в стихотворении предстаёт краем нищих и спесивых дегенератов, которые не способны ни к чему, кроме пьянства. Остаётся непонятным, почему Генрих вообще покинул милую Францию, где последний бедняк благороднее местного воеводы, и полез на престол такой ничтожной страны.

Французы приехали, нагадили, уехали, а потом ещё и облили дерьмом страну и людей, которые были готовы признать их власть над собою. Удивительно что поляки до сих пор более-менее тепло вспоминают этот, довольно позорный и нелепый, эпизод своей истории.

Лично мне, представителю народа, к которому поляки относятся не иначе как недочеловекам, было очень смешно читать это стихотворение. Четыреста пятьдесят лет прошли как один день и до сих пор «настоящие» европейцы относятся к полякам как к людям второго сорта. А поляки до сих пор предпочитают этого не замечать.

А вот этот фрагмент оказался пророческим:

«Будь ваши земли лучше, плодородней,

Будь ваши реки глубже, судоходней,

Будь больше городов внутри страны,

Будь рудников, вина, товаров больше,

Чем есть сейчас у вашей жалкой Польши, –

Вы были бы давно покорены!» (с)

Не только лишь все могут смотреть в завтрашний день, зато Филлип Депорт умудрился заглянуть на двести лет вперёд. Блестяще, просто блестяще.

Итог: самое смешное, что поляки после Генриха III пуще прежнего полюбили французов. Вместе с Наполеоном они с известным результатом ходили на Москву. Вместе с Эдуардом Деладье собирались бить Третий Рейх. Результат этих намерений тоже хорошо известен. И в XXI веке Варшава продолжает ластиться к Парижу (результат этих попыток немного предсказуем). И всю дорогу французы относятся к полякам ничуть не лучше, чем Филлип Депорт в XVI веке. Невероятной силы упорный в своём заблуждении народ.

P.S. Весьма показательно, что единственное известное Фантлабу русское издание стихотворения пришлось на 1938 год. По-хорошему, его можно было бы издать и сегодня, благо политическая ситуация позволяет, а разных поэтических антологий выходит более чем достаточно.