(События, о которых, пойдет речь, происходят в конце комикса — но я считаю нужным сказать об этой сюжетной линии несколько слов в начале, т.к. она очень важна)

Живёт на перекрестке времен и галактик одинокий, грустный дух (тот самый King), в котором сплелись воедино миллионы жизней, воплощающий в себе всё человечество (если угодно — тот самый «идеальный человек», которого изображали в своих работах Леонардо да Винчи и прочие титаны Возрождения). Он, конечно, устал от такого чрезмерно долгого существования... но, когда дошло до дела и ему предлагают умереть — не идет на сделку, и даже наоборот: предлагает своему будущему убийце слиться с ним воедино. Раствориться, т.ск., в вечности. Но... не на того напал. Герои Муркока (во всяком случае — позднего Муркока), как известно, стоят на позиции «Пусть мой мир будет серый, безынтересный и прозаичный — лишь бы только мой!» А вечность и глупую высокую духовность — ко всем чертям.

Сам образ такой «соборной мировой души» ничего не напоминает вам? Ну да, конечно, это — «Сага о Вечном Воителе» наизнанку. Так же точно томились все традиционно-фэнтезюшные герои ММ — Корум, Дейкер, Элрик... а в итоге все-таки выбрали растворение в блаженной «нирване» вечного города Танелорна, и превращение в полу-живые «статуи» геройского пантеона. И в этом они, вроде бы, были правы (согласно морали тех, предыдущих книг). А здесь что? Вот то-то и оно: то же самое, только на 180 градусов. Что было для тех героев благородным самоотречением — для новых смерти подобно. В прямом смысле.

(Не могу сказать, что я разделяю эту идею на все 100%, но это, в конце концов, право Муркока — писать о том, что ему самому нужно и интересно).

Вы будете смеяться, но факт остается фактом: Майкл написал постмодернистский (а то и вовсе — сюрный!) римейк... «Тараканища» Чуковского. Поясняю для не читавших, в чем суть. Существует вселенная (она называется «Второй Эфир»), в которой живет некое существо по имени the Original Insect (Изначальное насекомое), которое стремится всю Мультивселенную пожрать (а дальше, видимо, оно и само «сколлапсируется», когда не останется уже ничего). Против этого существа борются так называемые «инженеры Хаоса»: воздействуют на чудовище бешеной психоэнергетикой рок-н-ролла (обратите внимание: Хаос в данном случае выступает как творческое начало, защищающее жизнь, а не разрушающее. Что ж, так и есть — жизнь сама по себе штука вельми хаотичная).

В ту же вселенную приходят с Земли четыре «странника во времени и пространстве»: Джек, Колинда, Сэм и Роза. У каждого из них — свое странствие, свой, т. ск., «квест»; блуждая по «дорогам из лунных лучей», они наперехлест влюбляются друг в друга, борются с кровными врагами вроде зловещего Поля Минкта, и др. — при этом все их поступки (как и усилия «и нженеров Хаоса») как-то воздействуют на природу самой вселенной, изменяя ее (к лучшему или нет — неизвестно). Всё это вместе носит название «ZeitJuego» (Игра времени), и в чем смысл игры — наверняка сказать трудно; но многие не в меру азартные личности ловятся на этот «крючок», жертвуя своими ценностями (и даже собой), лишь бы не проиграть очередной матч.

Одним из игроков (и персонажей комикса) выступает сам его автор (вернее, авторы — если не все четыре, то как минимум двое из них). Образность этой части графического романа (как и сама рисовка) — очень насыщенная, переполненная всяческими труднопредставимыми сущностями и понятиями (я уже говорил про мозаику? Так вот, это — «мозаика внутри мозаики»: кто такая Роза, например? Роковая красавица, мечта мужчин — или всего-то навсего ожившее растение, Бог знает почему обретшее способность ходить и говорить? Что у нее в жилах, зеленый сок или красная кровь? Нет ответа). Муркок играет в странные псевдо-лингвистические игры («piel of silver, coeur de gold» — это на каком языке?), приплетает еще и марокканские легенды, и псевдо-научную фантастику в духе «палпа» 50-х (кто такие Машины Нью-Орлеана? Просто ли роботы — или некие мистические сущности, «дети Святого Грааля", только вид роботов имеющие?) Одним словом — совершенно безумная фантазия, которую невозможно (да и не нужно) понимать как следует. Просто наслаждайтесь лихими ее поворотами, не задаваясь вопросом: «А что это было-то, а?»

Во второй части комикса сюжет значительно проще. Альтернативная история про мир, в котором Гитлер так и не стал главой Рейха (но сам Рейх существует и поныне); в этом мире живет сыщик Сеттон Бегг, которому поручили расследовать дело об убийстве племянницы (и, по совместительству, любовницы) Адольфа. Попутно он борется со своим кузеном (мрачноватым, но абсолютно не страшным суперзлодеем), и наставляет «верного Ватсона» (доктор Таффи Синклер), как должен работать настоящий детектив. Большую роль в этой истории играет судьба выдуманного немецкого городка Миренбурга — эдакий «оазис покоя» в довольно жестоком мире, переживший все — и расцвет нацизма, и крах коммунизма, и прочие пертурбации. Чем-то он дорог Муркоку; и хорошо бы понять, чем...

Вообще, ММ неоднократно обращался к теме нацизма (что и неудивительно — он ведь родился во время войны), но в этом конкретно комиксе, мне кажется, он ничего нового в нее не привнес. Тот же «Дракон в мече» или «Лондон, любовь моя» гораздо больше раскрывают его отношение к фашистам, а здесь... здесь он просто играет с полюбившимся ему антуражем, не очень-то вкладывая душу. Но это, опять-таки, его право.

В финале этой части романа, кстати, читателя ожидает любопытный «твист» — за душой у главных героев окажется много странных тайн, an' not all the things are what they seem...

Перед нами — некий средневековый воин, англосакс по имени герцог Элрик Садрикссон (неизвестно, является ли он еще одним воплощением того самого Элрика — известного героя фэнтезийной саги Муркока). Он странствует по британской земле, совершает подвиги, и у него тоже есть некий квест (та самая борьба со Среброкожим Королем, которую я упомянул в начале. Возможно, она будет стоить герцогу Элрику жизни... а возможно, и нет).

Приключения на море; корсары; львы-оборотни; опасное путешествие в Палестину — всё, что полагается в истории из рыцарских времен, здесь присутствует. Попутно автор, как это у него обычно принято, радует нас отсылками к классике — торговец Исаак из Йорка и его дочь Ревекка, помогающие Садрикссону, вам никого не напоминают? А если так поднапрячь память? Да, да... Были у одного классика исторической прозы 19 века такие же точно персонажи... даже и зовут их так же.

Под самый конец истории нам подкидывают загадку: оказывается, у Элрика была сестра (о которой раньше совсем не упоминалось), а может быть, и не сестра, но жена... а может быть, и не жена даже. (Помните, у Желязны: «была когда-то Сэму то ли женой, то ли матерью, сестрой или дочерью, а может — всеми ими сразу»? Так вот: в муркоковской версии будет еще круче). Зачем нам все это рассказывается, какую роль должно сыграть в дальнейших (возможно) продолжениях комикса — думайте сами, решайте сами. Маэстро верен себе — он и не на такие парадоксальные кунштюки, вообще, способен.

от странных существ, желающих навести свой собственный, строгий и суровый порядок (ближайшая аналогия — Аудиторы у Пратчетта). Двоих из этих негодяев мы уже знаем: это татуированный фрик Поль Минкт и то самое Изначальное насекомое... Но были и другие. Впрочем, о них — отдельно, и не в этот раз.

восстановилось,