Я не большой поклонник военной прозы, однако читать книги А. Суконкина сразу после их выхода стало для меня уже определённой традицией. И поскольку новый роман я "проглотил" за пару вечеров спешу оставить рецензию.

Итак, это четвёртое произведение автора о недописанной до конца истории СВО. Напомню кратко о содержании первых трёх.

«Полковник никто» – ретроспективный взгляд на деградацию вооруженных сил в эпоху первоначального накопления капитала, раскрывающий нам нелицеприятную, обжигающую и отрезвляющую правду о причинах и следствиях прихода барыг к военному управлению. Предпосылки и начало СВО.

«Зайти и выйти» – о реалиях первого периода военной кампании. Отрезвлении военных младшего и среднего офицерского состава. Приход на войну добровольцев и мобилизованных. Переход к новым формам и методам ведения боя.

«Плеяда» – об ужасе тупика затянувшейся кампании. Пропасти во взглядах «расходников» и «операторов». Условный 2024 год задолго до "духа Анкориджа".

1. Операция "Прыжок тигра" — изящная находка автора. И вот почему. Творящаяся на глазах кампания так и не смогла сделать ощутимый рывок вперёд относительно "Плеяды" (по состоянию на конец лета 2026 года), забуксовав вокруг условной "Малой Токмачки". Когда я писал про жутковатую атмосферу "Плеяды", то не предполагал, что это только начало, переплюнувшее печально известную Верденскую "мясорубку".

Автор же, наследующий традициям "инженеров человеческих душ", не мог не искать "луч света в тёмном царстве", чтобы хоть как-то ободрить своих читателей (уверен, для многих из них надежда просто жизненно необходима). И он нашёл его в чучхе.

2. Не стоит улыбаться на этом месте, достаточно просто прочесть (будучи востоковедом-любителем, интересующимся именно корееведением, я, как представляется, прекрасно его понял). Среднестатистический русскоязычный читатель представляет КНДР как набор мемов в духе "кузькина мать" и слёзы восторга трудящихся, увидевших Высшего Руководителя товарища Ким Чен Ына. Вместе с тем это уникальный по своей прочности режим, который смог пережить впечатляющие экономические катаклизмы.

3. Перейду от затянувшегося вступления к сути. Сама по себе ситуация, когда руководство было вынуждено призвать союзника для освобождения коренной российской территории от "разрозненных банд", оккупировавших её на почти 9 месяцев, "лучом света" не является, это очевидно. Тогда в чём же дело? Дело в антитезе, то есть противопоставлении. Снова не понятно?

4. Да, антитеза, как представляется, главная стилистическая фигура романа. Буквально с первых страниц.

Кого же сравнивают, Россию и КНДР? Нет.

Условных якутов и условных корейцев? Снова нет.

Способы ведения боя и применяющуюся военную тактику? Опять нет.

Задумавшись, я бы сказал, что сравнивают продукты двух цивилизаций в моменте времени.

Вот была канувшая в Лету советская цивилизация, глобальный эксперимент, "старший брат", а затем на некоторое время и идейный оппонент Северной Кореи. Современная Россия политически считает себя наследницей февральского переворота 1917 года — "временного правительства". КНДР — тоже страна-эксперимент, переживший тяжёлые времена и породивший разные поколения.

Своими советскими "корнями" она восходит к условному "хомо советикус" первого поколения, к которым смело можно отнести и "Солнце нации" товарища Ким Ир Сена. И в этом социально-психологическом смысле современные россияне и современные северные корейцы являются в некотором роде дальними "родственниками".

5. Блестящая находка автора, как по мне, — это встреча столь непохожих правнуков "хомо советикус". Эдакое "Мы из будущего" ровно наоборот. Атомизированные и поменявшие первородство на чечевичную похлёбку сограждане ("за деньги да") встречаются в конце 2024 — начале 2025 года ан масс со своими "прадедами". Пусть они и говорят на другом языке и относятся к другой расе.

С момента этой встречи и до самого конца произведения мы будем вместе с автором невольно их сравнивать. И сравнение это, увы, не будет для нас радостным... Достаточно вспомнить очень реалистичных персонажей вроде Павленского.

6. Немного про чучхе, которое условно можно перевести как "самость". Вначале обилие партийцев и партийной же работы в рядах Чосон Инмингун вызывает некоторое недоумение, но очень скоро всё встаёт на свои места. Мы видим общество, которое в целом про "быть коммунистами, а не казаться". Даже заставшим поздний СССР читателям уже трудно это понять, а наши деды, уверен, поняли бы их очень хорошо. Они ведь многие тоже вставали в строй по велению сердец, а не за деньги или по мобилизации.

И вот тут у возрастного читателя могут начаться "фантомные боли" по утраченной "нормальности". Нормально быть гражданином и гордиться своей страной, нормально её защищать, нормально знать, что в случае гибели о твоей семье позаботятся не только на словах, нормально быть единомышленниками с начальством. Увы, в условиях прогрессивного Лаоса многое вызывает иронию или изумление...

7. Итак, "лучом света" (или глотком свежего воздуха, если угодно) выступает ощущение нравственной чистоты и "нормальности" пришедших нам на помощь союзников. И мы местами любуемся этими простоватыми и мужественными парнями, верящими своей Родине. А ещё любуемся и гордимся лучшими сынами своего Отечества, также старательно выведенными автором на страницах романа: особистом Крыгиным, дроноводом "Нордом", волонтёром Романовым, легендарным "Кубинцем" (пусть земля ему будет пухом), медсестрой Ольгой и некоторыми другими писанными с реальных людей персонажами.

Да, "правнуки" советского проекта очень разные, но ведь есть между ними и что-то общее. Мне показался символичным диалог корейского офицера-коммуниста (ТКП) и русского волонтёра из "Партии здравого смысла" (не ищите в списке реальных организаций, это ирония) про партийный контроль.

8. Пару слов о Крыгине. Впервые у автора одним из главных персонажей выступает офицер военной контрразведки. Вижу в этом некое восстановление справедливости, так как раньше чекисты появлялись лишь в эпизодических ролях. В отличие от них персонаж удался. В "Тридесятом царстве" ещё живы вопреки обстоятельствам наследники Абакумова, Горгонова, Утехина, Тимофеева и многих других достойных офицеров с закрытыми биографиями. Ну а горькую иронию последних страниц романа точно поймут не только лишь все.

9. Резюмируя, в сгустившихся тучах августа 2026 года нужно самостоятельно находить для себя смыслы и делать что должно. Спасибо автору за реалистичный роман, который позволил на некоторое время выдохнуть, несмотря на обстановку. Мансе!