Вторая повесть сборника -- "История рояля" уже совсем другая. И по персонажам -- речь в ней не об эмигрантах, а о живших в Грузии XX века женщинах. И стилистически -- повесть интонационно близка к классическому латиноамериканскому магическому реализму.

Вообще описание жизни чужой нации, если оно сосредоточено не на элите, а на простых жителях очень часто наполнено какими-то мифологическими мотивами и уже только за этот счет приобретает черты чего-то нереального. И здесь этот эффект магии создается как раз такими мотивами. Как будто слушаешь пересказ обыденных для современного человека событий из уст ребенка из далекого прошлого, видящего во всем проделки скрытого народца.

Конфликт строится на противопоставлении традиций и изменяющегося мира. Главная героиня никак не может выйти замуж. Происходит сватовство -- собирается застолье, готовят ритуального поросенка (о том в каком виде этого поросенка подавать, чтобы выглядеть достойно -- отдельная песнь), произносятся тосты, а эффекта нет. А жизнь тем временем проходит стороной, так и не познаная. Тут впору задуматься о том, что замужество -- это ложная цель для самореализации в современном обществе. Тем более перед глазами яркие примеры двух старших поколений. Но тут вступает в свои права другая традиция -- играть роль счастливой жены или несчастной вдовы, но ни в коем случае не показывать свои истинные чувства. И откуда тогда девушке узнать, что ее ждет, если никто не хочет ей рассказать даже о том, что происходит между свадьбой и первым утром в совместной постели?

Елена очень удачно сопоставляет в тексте последствия правления Брежнева для страны со следованием традиционным устоям грузинской девушкой в то же время. Видно, что сочинение таких вот сложных сопоставлений ей очень хорошо дается. И даже жаль, что повесть заканчивается вместе с правлением Брежнева. Как сказал недавно один журналист: "У нас все сказки заканчиваются тем, что герои женятся, а ведь свадьба -- это не конец, а начало". Очень хочется посмотреть, что с героиней (ну и со следованием традициям) станет в веке XXI. И это (желание узнать, что было дальше) главный признак того, что повесть автору удалась.