Эльфы на танках

Шимун Врочек

— Тьен а-Беанелль, — сказал Дмитр, не открывая глаз. В левом виске билась жилка. — Танцующий в лучах солнца. Красиво, а? Одуванчик по-нашему. Вторая бронетанковая… там у них каждый батальон — по цветку называется…

— Эльфы?

— А кто еще? Пиши, Петро. Танковый батальон проследовал в направлении… сейчас, сейчас… поднимусь повыше… в направлении Оресбурга… записал?

— Ага.

— Не ага, а «так точно». Что написал?

— Посадили вторую грядку настурций, урожай повезем тете Оле. Целую, Фима.

— Молодец.

…Выйдя из транса, а точнее, вывалившись из него как мешок с овсом, Дмитр заставил себя открыть глаза. Мир вокруг качался. Сбросив с себя надоедливые руки (держи его! ну что ж ты! покалечится еще! держи!), сделал шаг, другой. Белый снег, черные проталины, темно-зеленые, почти черные ели… И бледно-голубое, совсем уже весеннее небо. Дмитр понял, что лежит. Над ним склонились двое. Потом подняли… Потом понесли…

Проснулся Дмитр уже после полудня. Под слегка ноющей головой — вещмешок. Рядом над костром — котелок с варевом, откуда шибает сытный мясной дух.

— Наконец-то, — сказал женский голос. — Очухался…

Получасом позже Дмитр сидел у костра и хлебал из котелка горячее варево. Сканья, снайперша отряда, чистила арбалет. Девушка в мешковатом маскхалате грязно-белого цвета, пепельноволосая, с четкими чертами лица. На вид ей можно было дать лет двадцать. Это если не заглядывать в глаза…

Петро спал, повернувшись спиной к огню.

Из леса показался Ласло, махнул рукой. Дмитр нахмурился. Дохлебал в ожидании новостей остатки бульона, выпрямился. Ну?

— Меня Сулим прислал, — начал Ласло обстоятельно. И вдруг не выдержал, перешел на щенячий восторженный тон: — Мы нашли!

— Сколько? — Дмитр отставил котелок. — Кто такие? Не из Лилий?

— Не-а! Бог миловал. Один эльф. Один одинешенек!

— Вкусная рыба, — сказала Сканья с нежностью. Облизнулась. Если бы эльф увидел девушку в этот момент — он побежал бы. И бежал бы, не оглядываясь, долго-долго… Вряд ли она знает, насколько кровожадно выглядит.

— Командир, можно я? — лицо Сканьи стало просто страшным. — Я его, гада…

— Отставить, — сказал Дмитр. — Сканья, Петро, при лагере… Это приказ, Сканья! Ласло, веди. Пойдем глянем на вашего эльфа…

Эльф был один. Совершенно. Посреди леса. В полной форме темно-синего, с фиолетовым отливом, цвета. Что автоматически зачисляло эльфа в покойники…

— Киль, — сказал Дмитр, не веря своим глазам. Оторвался от бинокля, посмотрел на Ласло, потом на Сулима. — Не может быть.

— А я что говорил? — откликнулся Ласло. Он прижал арбалет к плечу, приник к окуляру снайперского прицела. — Магической защиты — одна целая, три десятых.

— Он что, от комаров заклятье наколдовал?

— А бог его знает, — Ласло пожал плечами. — Может, он того… заблудился. А комары кусают. И наплевать им, что сейчас весна, а не лето.

— Больше никого? — Дмитр все еще не верил. — Вдруг это засада? На приманку нас взять хотят или еще как… Сулим?

— Нету никаво, — штатный разведчик группы всегда разговаривал, словно с кашей во рту. Но уж разведчик был отменный. Да и боец, каких поискать. Угрюмый и молчаливый, с виду медлительный, в бою Сулим действовал невероятно быстро и точно.

— Тогда что он здесь делает? — Дмитр снова взял бинокль. Эльф, светловолосый, с точеными чертами лица, казалось, никуда не торопился. Просто сидел на пеньке и наслаждался природой. — Как бы выяснить?

— Килей в плен не брать, — сказал Ласло.

— Знаю.

На восьмой год войны у воюющих сторон появился целый кодекс, помимо официальных Устава у людей и Чести у эльфов. Эльфы назвали это Сиет-Энне — Внутренняя Честь. Одно из правил касалось вопроса, кого стоит брать в плен. Бойцов элитной Киен а-Летианнес — Цветущей Сливы — не стоило. Ни при каких обстоятельствах…

— Точно киль.

— Это офицер! — сказал Ласло, чуть не подпрыгивая от возбуждения. — Причем штабной, зуб даю. У него плющик по рукаву… синенький такой. Я его сниму, командир, а?

— Синенький? — Дмитр задумался. Он неплохо разбирался в эльфийских званиях и родах войск, но это было что-то новое. Может, снабженец? Или заместитель Второго-из-Ста? Ага, щас. Размечтался. Скорее старший помощник младшего дворника… Вот бы выяснить, но…

— Командир?

— Отставить стрельбу, — сказал Дмитр наконец. — Будем брать языка.

Ласло сперва не понял.

— Командир, ты чего? Киля?!

— Выполнять. Сулим…

Разведчик кивнул. Возмущенный Ласло, получив кулаком под ребра, сразу замолк и проникся. Тоже кивнул. Дмитр оглядел бойцов, остался доволен. Хорошие ребята.

— Стрелометы оставить. И чтоб ни звука у меня… Действуйте.

— Не в первый раз, командир, — сказал Ласло.

* * *

Эльф смотрел без всякого страха. Руки ему развязали, усадили на землю около костра. Лицо чистое и красивое, легкий синяк на лбу его совсем не портил.

— Ваше имя, звание, часть? — начал допрос Дмитр. Вряд ли эльф заговорит, но кто знает? Впрочем, даже если будет молчать… Всегда есть средство.

— Tie a-bienne quenae? — поинтересовался эльф, растирая затекшие кисти. «А кто спрашивает?» Голос у него оказался высокий и чистый, очень приятный.

— Это неважно, — сказал Дмитр. — Отвечайте на вопрос.

— Не имею желания, — эльф говорил почти без акцента.

Петро, как самому здоровому, было приказано удерживать Сканью подальше. Как средство устрашения, Сканья не знала себе равных, но — всему свое время. Зря эльф улыбается. Самое интересное: лицо с виду каменное, но ведь видно — улыбается. Порода, воспитание. Уметь надо… Молодец, что сказать.

Только Сканья и не таких обламывала.

— Повторяю вопрос. Ваше имя? Звание? Часть? — произнес Дмитр раздельно. Эльф молчал. Сейчас, решил Дмитр. Кашлянул, подавая Петро сигнал. Петро, поскользнувшись, упал на колено. Сканья рванулась в очередной раз, и — вдруг оказалась на свободе. Постояла секунду, еще не веря…

— Я тоже повторяю вопрос, — сказал эльф. — А кто спра…

Какая-то сила швырнула его на землю, ударила, сжала коленями. Сканья оказалась верхом на эльфе, вцепившись ему в ворот формы. Затрещала ткань.

— Люди, ублюдок! — Сканья выкрикнула это эльфу в лицо. Он мотнул головой в шоке, попытался встать… Нашел глазами Сканью… И очень быстро пришел в себя. Невероятное самообладание. Вот это зверюга! — Дмитр против воли восхитился.

— Люди? — эльф просмаковал это слово, словно глоток редкого вина. Посмотрел снизу вверх прямо в искаженное лицо девушки. — Люди — это хорошо. Я скажу. Меня зовут Энедо Риннувиэль, звание Детаэн-Занаи-Сэтимаэс, часть Киен а-Летианнес, подразделение Сотмар э-Бреанель.

— Как? — такого подразделения Дмитр не знал.

— У людей ближайшим аналогом является политическая разведка, — пояснил Энедо. — Эльфийское понятие несколько шире, но — смысл тот же. Я один из высших офицеров в разведслужбе вашего врага. Это понятно? И я требую встречи с командованием.

— Чьим? — спросил Дмитр тупо.

— С вашим, конечно.

Вот это номер! — подумал Дмитр. — Вот. Это. Номер.

— Вы должны рассказать все, что знаете, — сказал Дмитр. — Иначе Сканья сделает с вами такое…

— Эта милая девушка? — эльф, кажется, наслаждался эффектом. Улыбнулся. Сканья тут же ударила его головой об землю. — А, dieulle! За что?

— Эта милая девушка, чтобы вы знали, вынесла такое, что вам и не снилось. Когда-то эльфская карательная бригада прошла через родной городок Сканьи… Знаете, как он назывался, Энедо? Я вам скажу. Гедесбург.

Эльф замер. Потом вдруг сделал такое… Он поднял правую руку и провел девушке по щеке. «Самоубийца!»

— Прости, маленькая, — сказал эльф искренне.

… — Вы — идиот, — сказал Дмитр жестко. Эльф сидел перед ним, потирая шею. На коже — синие следы пальцев. Энедо повезло. Сканья могла и зубами. — Зачем было провоцировать девчонку? Мало над ней поиздевались?

— Я хотел попросить прощения.

— Удачный момент вы, однако, выбрали. Вашу мать, разведчик! Тоже мне…

— Я знаю. Но для нее лучше мгновенная вспышка, чем медленное горение, — эльф посмотрел Дмитру прямо в глаза. — А вам, командир, не стыдно? Я враг, это понятно. Но вы? Это же ваш человек. Девушка сгорает изнутри. У нее в глазах — багровые угли. А ее еще можно спасти…

— Ваша эльфийская поэтичность может отправляться к черту.

— А скоро будет — серый пепел. И тогда все.

— Да пошел ты!

Небольшой отряд второй день полз по лесам. Эльф не мог идти быстро, а за Сканьей нужен был глаза да глаз. Отношение к эльфу в отряде становилось все хуже. Киль в плену? Дмитр начал опасаться, что доводы Сиет-Энне, Внутренней Чести, окажутся сильнее доводов разума. Да, высокий чин эльфийской разведки. Да, награды и звания в будущем. Да, добыча велика, но — то, что проклятый эльф оказался в форме Цветущей Сливы… Идиот, не мог одеться на лесную прогулку попроще? Ласло, Петро, даже Сулим, не говоря уж о Сканье, смотрели на эльфа волками.

На вечернем привале Дмитр опять сидел рядом с эльфом. Как-то само собой получилось. Плохое предзнаменование.

— Вы не хотите еще раз задать свой вопрос, командир? — спросил вдруг эльф тихо. Казалось, лицо его обмякло, стало вдруг не таким точеным, не таким совершенным. Более… более человеческим.

— Какой?

— Про имя, звание и так далее.

— Зачем? — удивился Дмитр. — Вы же ответили? Или… нет? Вы солгали, Энедо?

«Он — писарь из какого-нибудь захолустного гарнизона. Тогда его убьют прямо здесь. И я не успею вмешаться. А захочу ли?»

— Вы солгали, Энедо?

Глаза, понял Дмитр. Меня тревожат его глаза… Словно у него тоже — багровые угли…

— Не совсем. Я сказал правду… только не всю, — эльф колебался. — Вы можете повторить вопрос?

— Хорошо. Ваше имя, звание, часть?

С минуту Энедо молчал. Лицо его… никогда не видел таких интересных лиц, думал Дмитр. Оно словно на глазах меняет возраст. То двадцать-двадцать пять, а то и все семьдесят. Это если мерить человеческими годами… А если эльфийскими…

Додумать Дмитр не успел. Энедо заговорил.

— Меня зовут… мое имя… — эльф сглотнул. — Нед Коллинз из Танесберга.

— Что?!

— Звание: капитан… Часть… Второе Разведывательное Управление его… его Величества короля Георга. Третий отдел: внешняя разведка. Группа внедрения.

— Ты работал на наших? Ты? Эльф?

— Человек, — слово далось Энедо с трудом. — Я — человек. Среди людей.

— Не может быть!

— Я так хочу домой, — Риннувиэль наклонился вперед. Отсветы от костра сделали его лицо лицом старика, а виски седыми. — Я так давно не был дома… Люди людей не бросают, правда?

Партизаны молчали.

— Я ему не верю, — сказала Сканья тихо. Потом вдруг закричала: — Я не верю! Не верю! НЕ ВЕРЮ!!

— Так давно… — повторил Энедо.

Третий день. Весна вступала в свои права, но в лесу снег тает очень поздно. Эльф (человек, мысленно поправился Дмитр, Нед) провалился по пояс в вязкую белую кашу. Вытаскивать эльфа пришлось Дмитру. То, что пленник — человек под маской эльфа, почти ничего не изменило. А как проверить? Доставить пленника в штаб. А когда собственный отряд не очень-то хочет в этом помогать? Что делать командиру?

Дмитр шел замыкающим. Вдруг командир заметил, что Ласло как бы случайно отстал. Сейчас начнется, подумал Дмитр.

— Ты веришь эльфу, командир? — Ласло, как всегда, сразу взял быка за рога.

— А ты?

— Он же киль. Он, гад, умный. Кили знают, что мы их в плен не берем. Что это наша… как ее, Сьет-Энне.

— Внутренняя Честь.

— Во-во, командир. Он знает, мы знаем… Вот он и выкручивается, как может. Человек, а выдает себя за эльфа… Тьфу! Да какой он человек? Такого эльфа еще поискать. Нутром чую, он нам еще подлянку подкинет!

— Знаешь, Ласло. Я вот думал, а что значит: внутренняя честь.

— Ээ… — Ласло моргнул. — Ну, обычная честь, только… ээ… для своих.

— Для своих? — Дмитр невесело усмехнулся. Слова Энедо не выходили из головы. Проклятый эльф. Как все было просто и ясно… — А к чужим можно и бесчестно? Так, что ли?

Ласло растерялся.

— Командир… ты чего?

— Ничего. Капрал Ковачек, встать в строй.

— Есть.

На вечернем привале Энедо с легким стоном опустился на землю. Вымотался. Горожанин, что с него возьмешь…

— Что эльф, устал? — Сканья смотрела с вызовом. — То ли еще будет.

— Я человек.

— Неправда! Я тебе не верю!

— А это уже неважно, — сказал эльф спокойно. — Важно, чтобы я сам в это верил.

Сканья замолчала и отвернулась. Энедо усмехнулся и повернулся к Дмитру.

— Я смотрю на вас, командир, и — завидую. Как вам все-таки легко.

— Легко?

— Не понимаете? Вы — люди среди людей. Вам не нужно сомневаться. Для вас нет вопроса: кто я? эльф, человек, полуэльф, получеловек. На той стороне то же самое. Эльфы среди эльфов. Это так легко, так просто. Я бы назвал это расовой определенностью. У меня все по-другому. Я родился человеком, а с двенадцати лет воспитывался как эльф. И не только воспитывался. Это военная тайна, конечно, — Энедо невесело усмехнулся, — но эльфы отличаются не только воспитанием. Физиология. Ее ведь тоже пришлось подгонять.

— И скоро вам исполнится четыреста лет?

— Нет, конечно, — Энедо улыбнулся. — Лет семьдесят буду выглядеть молодо, а потом сгорю за месяц-полтора. Оправданный риск.

— Я вам не завидую.

— Зато я завидую вам… Знаете что, командир, — Энедо на секунду задумался, взял шинель, собираясь завернуться в нее и заснуть. — Пожелайте мне легкой жизни, пожалуйста…

* * *

Из-за деревьев возник Сулим, подбежал к командиру.

— Дмитр, ты… я… короче, чешут за нами.

— Уверен?

— Да.

Почему-то угрюмому и косноязычному Сулиму верилось сразу. С полуслова.

— Кто?

— Страх-команда. Больше некому.

Позади чертыхнулась Сканья.

— Страх-команда? — негромко переспросил эльф. Лицо его выражало вежливое непонимание. В самом деле? — подумал Дмитр. — Или понимает, но не подает вида? Хотя что он может знать про страх-команду? Штабной. Городские почему-то думают, что в лесу легко спрятаться. Ничего подобного… Лилии партизанскую группу в два счета найдут, если уж на след напали.

— Егеря из Лиловых Лилий, — пояснил Дмитр. — Все поголовно охотники, следопыты, ну и так далее… Отборные ребята. В лесу они лучшие.

— После вас?

— Если бы это был наш лес, — вздохнул Петро. — Проклятье!

— Спокойно, — сказал Дмитр. — Они тоже здесь чужие. Это уравнивает шансы. Если это обычная страх-команда, там человек десять, не больше. А у них тяжелый стреломет. Мы сумеем оторваться. Они не выдержат темпа.

— Эльф не умеет ходить по лесу, — сказала Сканья. Это звучало как приговор. — Придется его оставить.

Дмитр посмотрел на своих людей. Ласло отвел взгляд. Сулим: «Как скажешь, командир.» Петро молчал. Сканья высказалась. Остается Энедо… Нед. «И я сам.» — подумал Дмитр.

— Вы командир, вам решать. Я подчинюсь вашему решению.

…Я так хочу домой.

Дмитр вздохнул.

— Хорошо. Эне… Нед идет с нами. Мы сумеем оторваться.

…Все казалось сном. И даже когда Сулим огромными прыжками помчался к ним, на бегу перезаряжая стреломет и крича:

— Ельвы! Язви их в корень! Ельвы!!

Энедо Риннувиэль не сразу понял, что «ельвы» это искаженное «эльфы» — а, значит, Лиловые Лилии все-таки их догнали. И будет бой…

А он всего в двух шагах от дома.

…Дмитр посмотрел на Энедо снизу вверх. Красивый, черт возьми… и настолько эльф! Даже страшно.

— Уходи, идиот! Ты почти дома, ты понимаешь?!

— Я — человек, — сказал Риннувиэль. — Люди людей не бросают.

— Еще как бросают! — закричал Дмитр. От потери крови голова стала легкой-легкой. — Еще как бросают! Ты идиот, Энедо! Ты придумал себе людей! Мы не такие, понимаешь?! Мы — не такие.

— Я такой, — спокойно сказал Энедо. Поднял стреломет Дмитра, улыбнулся. — До встречи на том свете, командир… Да, хотел спросить. Я же человек, правда?

Дмитр посмотрел ему в глаза:

— Правда.

Table of Contents