--- Павел Корнев

Дивизионный комиссар - зарисовка

Города как живые существа. Зарождаются, развиваются, зачастую - умирают. Но всегда - изменяются. Крайне немного тех, кто подобно нетленным мощам святых на веки замирает в одном состоянии. Да и можно ли счесть их после этого живыми?

Как бы то ни было, город Осень был живым. Запертый в своих границах Вечностью, он развивался, изменялся и тянулся ввысь, без неуместных колебаний пожирая самое себя. Старые районы застраивались небоскрёбами из стекла и бетона, и лишь немногие островки стабильности успешно сопротивлялись нашествию новых времён.

Одним из таких мест была примыкавшая к городскому парку Десятка. Обычный район - не жутковатая Плешь с бандитскими трущобами, не фешенебельный Старый Берег с роскошными особняками богатеев. Просто теснящиеся друг к другу на узеньких улочках трёхэтажные дома; просто люди, которых устраивает сложившееся положение вещей.

Люди, не терпящие суеты и отступления от привычного уклада жизни.

Люди традиций.

Гангстеры.

Доброжелательные улыбки и волчьи ухватки; пошитые на заказ костюмы и револьверы в наплечных кобурах; наплевательское отношение к закону и порядок на улицах днём и ночью.

Но как говорится, в семье не без урода...

Бар "Фонарь" ничем примечательным не отличался. Длинная стойка и столики, отполированные локтями завсегдатаев, вечный полумрак, дорогая выпивка и не особо приветливый персонал. И заправлявший там Эрик Рой был этим полностью удовлетворён; заведение было, что называется, - "для своих", а самое интересное происходило в задней комнате, где устраивались подпольные карточные игры.

Казалось бы - зачем? Не проще ли пойти в казино?

Проще - да, но не всем. У кого-то были проблемы с комиссией по азартным играм или полицией, кто-то опасался попасться на глаза вездесущим репортёрам, а кто-то просто не выносил толп заполонявших игорные заведения бездельников.

Эрик Рой всегда заранее знал о полицейских облавах, а пронюхавших о заведении газетчиков вышибалы не подпускали к бару на пушечный выстрел.

И разумеется - никакого столпотворения.

Особенно без четверти полдень. По утрам Эрик устраивал игры для своих хороших знакомых из разряда тех, кто мог позволить себе перекинуться картишками в самый разгар рабочего дня. Нет, не для бандитов. Представители преступного сообщества подобно своим коллегам в других городах предпочитали вести ночной образ жизни. А по утрам в "Фонарь" заходили игроки совсем другого полёта.

В это утро компанию Эрику составили Натан Корд, Пётр Крамер и Поль Лиман, из тех Лиманов, при встрече с которыми благоразумные люди переходят на другую сторону улицы. А самые предусмотрительные и вовсе избегали ходить по улицам, на которых имелась вероятность наткнуться представителей этого почтенного семейства.

Впрочем, Поль мало походил на своих неуравновешенных родственников. Подчёркнуто невозмутимый в чёрном костюме и сорочке с высоким стоячим воротником он скорее напоминал пастора или гробовщика, хотя, разумеется, не являлся ни тем, ни другим, а напротив зачастую обеспечивал их работой. Поль не был обычным убийцей, он просто решал чужие проблемы.

Работа эта требовала недюжинной выдержки, но некоторых смерть делает куда более сдержанными, нежели они являлись при жизни. А Поль Лиман совершенно точно уже какое-то время был не совсем живым.

Его партнеров по игре это нисколько не волновало. Они собрались сюда играть в карты, а не обсуждать чужие недостатки.

Натан Корда так и вовсе не имел обыкновения тратить время на подобные пустяки. Когда управляешь частным банком, очень быстро учишься отделять то, что имеет значение, от всякой ерунды.

Выглядел этот сухопарый мужчина средних лет так, будто собирался прямо сейчас выставлять свою кандидатуру на выборах мэра. Идеальная причёска, маникюр, сорочка с вышитыми инициалами, заколка на шёлковом галстуке с крупным брильянтом, под стать ей запонки, трость с массивным серебряным набалдашником, отставленная к стене.

Внешность Натана Корды категорически не сочеталась с обшарпанной обстановкой задней комнаты заурядного кабака, но здесь привыкли ко всякому.

Пётр Крамер выглядел полной противоположностью банкира. Его можно было бы принять за уличного головореза, если бы не глаза - тусклые, спокойные, но вместе с тем, пронзающие собеседника насквозь. Больше ничего необычного во внешности Петра не наблюдалось: кряжистый, с налитым кровью лицом, покрасневшими глазами, сбитыми костяшками немаленьких кулаков и неровно обстриженными ногтями. Одежда так же подкачала: дешёвый костюм, купленный в магазине готового платья, давно следовало сдать в чистку и погладить, поля сдвинутой на затылок фетровой шляпы обтрепались, а каблуки туфель были заметно стоптаны.

За глаза Крамера называли Мигренью и Могилой, и никто уже не помнил, почему к нему привязались эти прозвища. Не то, что бы причин называть так Петра не было вовсе, скорее уж подобных причины имелось слишком много.

Самым заурядным в этой компании, как ни удивительно, являлся хозяин заведения. Эрик Рой был сильно располневшим мужчиной, давно разменявшим пятый десяток. И хоть в помещении вовсе не было жарко, а снятый пиджак давно уже висел на спинке стула, он то и дело носовым платком вытирал с лица пот.

Вытирал пот, поправлял сильно врезавшиеся в рыхлые плечи подтяжки, постоянно прикасался к лежавшим перед ним картам и... выигрывал. Стопка денег перед ним лежала наиболее солидная.

- Повышаю, - объявил Эрик и кинул в банк пару полтинников.

- Пас, - буркнул Пётр Крамер и машинально передвинул незажженную сигару с одного уголка рта в другой.

- Смотри, могу занять ещё пару сотен, - хохотнул Рой, пребывавший в превосходном расположении духа.

- Поддержу, - глянув на свои карты, решился Натан Корда, а вот Поль Лиман оказался не столь оптимистичен.

- Пас, - сбросил он свои карты на стол и вытащил серебряный портсигар, но вместо сигарет в нём оказались леденцы. - Кто-нибудь будет?

- У тебя на визитных карточках до сих пор значится "Мизантроп"? - с подозрением глянул на угощение банкир.

- Именно, - кивнул в ответ Поль.

- Тогда воздержусь, - сухо произнёс Натан.

- А я возьму, - улыбнулся Пётр Крамер. - Оранж, пожалуйста. Жёлтенькую с цианидом.

- Пётр, ты б определился, какую тебе: оранж, жёлтую или с цианидом.

- Ну ты же меня понял, - ухмыльнулся Крамер и отправил в рот приглянувшийся леденец.

- Господа! - с недовольным видом постучал картами по столу хозяин заведения. - Не отвлекаемся!

- Вскрываемся? - предложил Натан.

- Давай, - решил Эрик, и тут из бара донёсся звук битого стекла. - Вот криворукие! - выругался хозяин заведения и повернулся к неуверенно-заглянувшему в комнату официанту: - Чего там у вас?!

Странно-скособоченный официант облизнул губы, молча подался в сторону и сразу стала понятна причина его непонятного поведения. Очень сложно стоять ровно, когда какой-то коротышка вцепился тебе в волосы и приставил к виску дуло револьвера.

- Замерли все! Замерли, суки! - заорал ворвавшийся в дверь налётчик, и на игроков тёмными провалами стволов уставился штуцер калибра 3/4.

Он посторонился, освобождая проход, и в комнату прошёл третий парень с замотанным платком лицом.

- Не дёргайтесь! = рявкнул он, переводя револьвер с одного игрока на другого. - Руки на стол! Руки, чтобы я видел!

Все немедленно выполнили распоряжение, и скособоченный официант пробормотал:

- Мистер Рой, я им говорил...

- Заткнись! - немедленно дёрнул его за волосы коротышка. - Заткни пасть, урод, пока я тебе мозги не вышиб!

- Вы понимаете, кого грабите? - поморщился Эрик Рой. - Вы понимаете, что с вами за это сделают?

- Рот закрой! - прикрикнул на него налётчик с револьвером и принялся сгребать со стола деньги в заранее приготовленную матерчатую сумку. - Закрой рот, или клянусь, я тебя грохну!

- Ещё не поздно остановиться, - и не подумал выполнить распоряжение владелец заведения.

Парень резко обернулся и приложил его трёхдюймовым стволом револьвера по голове. Металл рассёк кожу, брызнула кровь, и Пётр Крамер брезгливо поморщился:

- Вовсе не обязательно было это делать...

- Заткнись! - тут же направил на него штуцер налётчик, отошедший в дальний угол. - Сиди и не дёргайся!

- Не дёргайся, да! - подтвердил парень с револьвером, который уже полностью очистил стол, и заявил: - Выворачивайте карманы!

- Вам обломилось больше пяти штук, - спокойно произнёс Поль Лиман, - не пора остановиться?

- Пять штук? - присвистнул налётчик, вооруженный штуцером. - Козырно!

- Молчи? - резко оглянулся на напарника парень у стола и приказал: - Карманы! Выворачивайте ваши грёбаные карманы!

- Пора сматываться! - забеспокоился контролировавший бар коротышка, но подельники пропустили его слова мимо ушей.

- Выкладывайте всё на стол! - продолжил настаивать на своём парень с сумкой. - И Господом-Богом клянусь, утаите что-нибудь, прямо здесь грохну!

- Ты совершаешь большую ошибку, - предупредил Эрик Рой.

- Молчать! Бумажники, быстро!

Поль Лиман пожал плечами и кинул на стол потёртое портмоне; револьвер уставился в лицо хозяина заведения, и тот мигом полез во внутренний карман висевшего на спинке стула пиджака. Достал оттуда бумажник и кинул в сумку. Пётр Крамер усмехнулся, пошарил по карманам и выудил оттуда пару мятых десяток и полпригоршни мелочи.

- Устроит?

- Заткнись, урод! - взвизгнул налётчик и перевёл револьвер на Корду. - Ты, быстрее!

Натан с сожалением кинул на стол кошелёк змеиной кожи c золотым тиснением, но его неприятности на этом не закончились.

- Часы! И заколку! - потребовал парень. - Шевелись!

- Эрик, я думал у тебя тут приличное заведение, - вздохнул банкир, выполняя распоряжение. Рой лишь скрипнул зубами.

Налётчик смахнул в сумку золотые часы и кошелёк Натана и попятился на выход.

- Только дёрнитесь! Только попробуйте! - не опуская оружия, предупредил он. - Пристрелю!

Не спуская глаз с игроков, бандиты вышли в бар, а потом коротышку толкнул в спину официанта, захлопнул дверь и сразу раздался быстрый топот бросившихся наутёк людей.

- Господин Рой? - вопросительно уставился на хозяина официант.

- Оставь! - махнул рукой Эрик, вытирая окровавленной лицо носовым платком. - Принеси лёд и сифон содовой. И никому ни слова.

- Когда я расскажу, в чьей компании меня ограбили, полицейские со смеху помрут, - заявил вдруг Натан Корда.

- Никакой полиции! - уставился на него владелец бара. - Иначе ты сам помрёшь, и не могу сказать, что от смеха!

- Очень страшно, - ухмыльнулся банкир.

- Не знаю, как для тебя, а для меня это вопрос жизни и смерти! - Рой забрал у официанта мешок со льдом и приложил его к рассечённому лбу. - Приберись там! - А когда тот ушёл, Эрик болезненно поморщился и пояснил: - Если станет известно, что можно вот так запросто обнести моё заведение, это будет конец!

- Я могу замолвить за тебя словечко пред кузеном, - предложил Поль Лиман, казалось нисколько не взволнованный произошедшим.

- Лечь под Лиманов? - фыркнул Эрик. - А может, сразу одеть платье, накраситься и на панель?

- Ну и фантазии у тебя!

- Это была метафора! - Рой достал из кармана пиджака мятую пачку сигарет, но

Поль его немедленно остановил:

- Будь добр не дымить, - попросил он. - Для нас это небезвредно, знаешь ли.

- Чёрт с тобой! - буркнул Эрик, отложил пачку и сходил за бутылкой.

Налил себе и Натану. Поль и Пётр только переглянулись.

- Вот так для вас безвредно? - ехидно поинтересовался хозяин заведения, в пару глдотков выхлебал полстакана неразбавленного виски и шумно выдохнул. Потом зло уставился на Крамера:

- А ты чего сидел? А? Это не твоя работа, разве?

- Во-первых, выстрел из штуцера уложит даже меня. - Пётр осмотрел кончик изжёванной сигары, которую так и не закурил, и швырнул её в мусорное ведро. - Во-вторых, я не на службе. А в-третьих... - он проникновенно посмотрел в глаза толстяка, - моих денег на столе не было. А мои долги со мной и остались, не так ли?

- Чтоб тебя разорвало! Эгоист несчастный! - выругался Эрик. - Этих беспредельщиков надо найти! Поль, возьмешься? Это ведь и твоей репутации касается...

- Я найду их, - кивнул Лиман. - Но если я начну суетиться, люди могут подумать, что это меня задело. А это не так. Всему своё время. Хотя если ты удвоишь сумму...

- Нет! - отрезал Рой и вопросительно глянул на банкира. - Натан?

- Часы мне дороги, но не настолько, - отказался Корда.

- А ты, что скажешь, Пётр? - уточнил Эрик. - Не хочешь выполнить свой служебный долг и арестовать опасных преступников.

- У меня сегодня выходной, - отказался Крамер.

- Списываю долг и пять сотен сверху, - предложил владелец бара.

- Идёт, - согласился Пётр.

- Серьёзно? - удивился Лиман.

- Не думаю, что будет так уж сложно отыскать этих дилетантов, - пожал плечами Крамер.

- Дилетантов?

Пётр указал на топорщившийся под левой подмышкой пиджак и усмехнулся:

- Они не заметили мой револьвер и оставили Натану его запонки, которые стоят никак не меньше трёх штук за пару. К тому же они вломились сюда днём, а не вечером, когда можно в лёгкую сорвать тысяч тридцать. Дилетанты.

- Так отыщи их, инспектор! - потребовал Эрик. - Отыщи, прежде чем они растреплют всему городу о том, что здесь произошло!

- Не учи меня ловить преступников, - усмехнулся Крамер и встал из-за стола. - Господа! - Он приподнял свою шляпу, на миг открыв проплешина пулевого отверстия на затылке, и отправился на выход. - Ещё увидимся.

- Пётр! - окликнул его Рой. - Если выродка, который приложил меня по голове, застрелят при задержании, получишь в два раза больше.

- Ты меня с кем-то перепутал, - отказался инспектор. - Я не нарушаю законов.

Он достал новую сигару, надкусил её и, привычно зажав меж зубов, покинул комнату. В баре сделал один телефонный звонок и вышел на улицу.

Там с затянутого серыми облаками неба сыпался мелкий противный дождик, но для города, навсегда застрявшего в осени, в этом не было ровным счётом ничего необычного. Просто ещё один дождливый день и только.

Заметив катившее по дороге такси, Крамер шагнул с тротуара на проезжую часть прямо под колёса автомобиля и тот резко затормозил, ещё прежде чем водитель успел одёрнуть заточённую в двигатель сущность. Фары вмиг потускнели, а сверкающая решётка радиатора перестала казаться оскаленной акульей пастью.

Инспектор уверено обошёл автомобиль, распахнул дверцу и забрался на заднее сиденье.

- Поехали, - скомандовал он не успевшему придти в себя таксисту.

- Что за фокусы?.. - начал было возмущаться тот, но оба прозвища Петра были вполне заслужены, и водителю хватило одного взгляда на странного пассажира, чтобы проглотить уже готовые сорваться с языка ругательства. - Куда ехать? - вместо этого уточнил он, нервно стискивая вспотевшими ладонями баранку.

- Бар "Пять рюмок".

- В салоне не курят, - всё же нашёл в себе смелость заявить таксист, отъезжая от тротуара.

Кармер вытащил изо рта незажженную сигарету, внимательно осмотрел её и спросил:

- А кто курит?

Водитель кивнул и за всё время поездки не произнёс больше ни слова.

Забегаловка "Пять рюмок" располагалась в непосредственной близости от вокзала, но, несмотря на шаговую доступность и невысокие цены, и железнодорожные чиновники, и куда менее разборчивые грузчики были там гостями нечастыми. И всему виной - репутация заведения; репутация заведения да собиравшиеся там карточные шулера, мошенники всех мастей и прочее жульё. Именно поэтому в забегаловке можно было не только пропустить пару рюмок дешёвого пойла, но и узнать последние слухи, и даже столковаться о совместной работе с подельниками.

Свой человек был способен разузнать в подобном месте много всего интересного, и хоть инспектор полиции в эту категории, разумеется, не попадал, его это нисколько не смущало.

Спустившись по крутой лесенке в полуподвальное помещение, он толкнул массивную дверь и прошёл внутрь. Выразительно глянул на протиравшего пивные кружки бармена и тот кивнул вглубь зала.

- Только не здесь... - прозвучало уже в спину направившегося в тёмный угол инспектора.

В столь раннее время посетителей в забегаловке не было, но нужного человека с кем-то другим Пётр не перепутал бы в любом случае.

Генри Путля вообще было сложно с кем-либо перепутать. Разве что с нарядившимся в засаленный клетчатый костюм с протёртыми локтями поросёнком. Тщедушное сложение, остренькая физиономия, маленькие глазки и торчащие в разные сторону уши - большущие, розовые с многочисленными алыми ниточками кровеносных сосудов - всё это не позволяло относиться к этому человечку серьёзно. А если ко всему прочему добавить трусоватый характер, то неудивительно, что никто из жуликов не горел желание брать Генри на дело.

А вот купить выпивку неудачнику да похвастаться своими успехами - почему бы и нет? Генри ведь не враг себе, Генри трепаться не станет. Он ведь трус, каких не видывали. Только вот были люди, которых он боялся куда больше случайных собутыльников и шапочных знакомых. И одним из таких людей был Пётр Крамер.

При появлении инспектора Генри Путель немедленно закрылся газетой, больше от безнадёжности, чем всерьёз рассчитывая, что его не заметят. А когда полицейский всё же уселся напротив, с обречённым вздохом откинулся на спинку стула и забарабанил по кружке с выдохшимся пивом. Генри не был большим любителем алкоголя, но время от времени был вынужден покупать выпивку, дабы не вылететь за дверь.

- Чем обязан, господин Могила? - в приступе панической храбрости ухмыльнулся он инспектору. - Ищете зажигалку?

- Нет. - Кремер вытащил сигару, осмотрел её и вновь зажал в уголке рта. - Тебя искал.

- С чего бы это?

- Возможно, ты слышал кое о чём...

- Ну-ну? - с неприкрытым интересом подался вперёд Генри. Сотрудничать с легавыми он не собирался, но информация есть информация, кто бы её ни принёс. - Не держите в себе, излагайте.

- Утром на Десятке ограбили заведение, которое разумным людям грабить не с руки, - как ни в чём не бывало заявил Пётр. - Трое молодых парней, два револьвера и штуцер. Лица закрыли платками. Двое нормальных, третий коротышка, вроде тебя...

- Но-но! - поморщился Путель.

- Или даже ниже, - смерил его взглядом Крамер. - У одного были рабочие ботинки. И говорил он как-то странно. Будто с акцентом. И ещё он сказал: "козырно". Сам посуди, ну кто в наше время говорит: "козырно"?

- Много взяли? - уточнил Герни.

- Достаточно, чтобы я ими занялся.

- Ничего об этом не слышал.

- Уверен?

- Абсолютно.

- Так какого черта ты тратил моё время? - прорычал инспектор.

- Но я не... - пролепетал Путель и взвизгнул, когда ему на пиджак и колени хлынуло пиво из опрокинутой полицейским кружки. - Ай!

Он выскочил из-за стола и бросился в туалетную комнату. Крамер с усмешкой посмотрел ему в след, выждал пару минут, а потом отправился следом.

- Чего ещё? - встрепенулся приводивший в порядок одежду Генри. - Мало вам?!

Пётр молча ухватил его воротник сорочки, перекрутил его, притянул к себе и поднявшийся на цыпочки коротышка захрипел:

- Пустите! - вцепился он обеими руками в мощное запястье полицейского.

- Слушай меня! - встряхнул Пётр Крамер бедолагу. - Сейчас я засуну тебя головой в унитаз и буду держать там столько, сколько понадобится, чтобы прочистить тебе память. Ты всё понял?

- Я ничего не знаю! - заголосил Генри.

Инспектор молча распахнул дверцу туалетной кабинки и втолкнул туда Путля. Тот врезался в стену и, не удержавшись, уселся на унитаз.

- Ну? - хрустнул костяшками пальцев Крамер. - Что скажешь?

Генри оправил ворот сорочки, с ненавистью глянул на полицейского и как-то вдруг весь обмяк.

- Знаешь Марка Берга? К нему из какой-то дыры приехал двоюродный племянник. Возможно, его рук дело.

- Марк не такой дурак, - покачал Пётр головой.

- Он мог и не знать, - шмыгнул носом Путель. - Этот парнишка тёрся тут, интересовался, как бы срубить денег по-быстрому. Его не знают, никто не захотел с ним работать. А младший сын Марка, если не в курсе, не отличается высоким ростом.

- Возможно, - кивнул Крамер. - Приятного дня.

Он захлопнул туалетную кабинку и отправился на выход.

Марк Берг начинал обычным уличным головорезом в банде Адама Марона, но пять лет отсидки в "Сен-Кейве" наставили его на путь истинный. Пусть истинный включал в себя рэкет, скупку краденого и ростовщичество, но ни в чём более серьёзном Марк последние тридцать лет участия не принимал. Никаких убийств, никаких ограблений, ничего такого, от чего его не смог бы отмазать хороший адвокат. Возвращаться на каторгу Марку по понятным причинам не хотелось.

Когда инспектор поднялся из подвала, на улице уже маячила долговязая фигура сержанта Фольге. Высоченный, в сером дождевике и надвинутой на глаза шляпе он походил на сбежавшее с огорода чучело, вот только опасаться его стоило вовсе не воронам.

Обычно при одном лишь взгляде на сержанта люди ловили себя на мысли "с этим парнем что-то не так", и только потом обращали внимание не безжизненно-серый оттенок кожи и неестественную для живого человека неподвижность.

Впрочем, Фольг не был в полном понимании этого слова неживым, он был "тронутым". Угодившая в сержанта в давней перестрелке сущность не убила его, а изменила. Вероятность такого - один шанс на тысячу, но Фольг оказался счастливчиком. Вот только его везение заключалось не в том, что он не умер, а в том, что удалось сохранить работу. И вот уже за это благодарить ему следовало не слепую усмешку судьбы, а инспектора Крамера.

- Отвратная погода, - глянув в небо, заявил Пётр.

Сержант кивнул.

- Надо заглянуть в одно место тут неподалёку. Не против?

Фольг пожал плечами и зашагал вслед за инспектором.

Идти и в самом деле оказалось недалеко, но дождик моросил, не переставая, и, пройдя в весело зазвеневшую колокольчиком дверь ломбарда, Пётр Крамер первым делом снял шляпу и стряхнул с неё воду.

- Эй! - тотчас выскочил из-за стойки мускулистый парень. - Куда прёте?! На вывеске же ясно написано: "Только для живых!"...

Сержант Фольг производил впечатление человека медлительного и неторопливого, но при необходимости двигаться он мог чрезвычайно быстро. Инспектор Крамер даже глазом моргнуть не успел, а его подчинённый уже выступил вперёд, распахнул дождевик и ткнул наглеца прикладом выдернутого из-под одежды штуцера.

Удар в челюсть сшиб парня с ног, и он во весь свой рост растянулся на полу. Попытался подняться, выплюнул выбитый зуб и обессилено повалился обратно. Когда Фольг хотел он бывал не только быстр, но и чертовски убедителен.

Инспектор внимательно оглядел массивные ботинки вырубленного парня, усмехнулся и попросил подчиненного:

- Присмотри за ним.

Сержант кивнул, повесил на стеклянную дверь табличку "Закрыто" и, устроив гранённые стволы штуцера на сгибе левой руки, замер у стены.

Пётр Крамер тем временем отправился во внутренние помещения, и при появлении постороннего сидевший за конторским столом Марк Берг выругался:

- Что за чёрт? - Но он тут же узнал полицейского и моментально скис: - Чем обязан, инспектор?

- А сам как думаешь? - навис Крамер над столом.

- Кого-то ограбили или убили?

- Марк, ты же знаешь - я не занимаюсь ограблениями, - покачал головой инспектор. - И нет, никого пока ещё не убили. И чтобы так оставалось и в дальнейшем, я к тебе и пришёл...

- Не понимаю...

- Утром ограбили заведение Эрика Роя, что тебе об этом известно?

- Мне?! - возмутился Марк. - Первый раз слышу!

- Да ну? - Инспектор вдруг подался вперёд и прижал левую ладонь Берга к столешнице. После задрал рукав его пиджака и усмехнулся: - А часы Натана Корды совершенно случайно у тебя оказались?

- Их сдали в ломбард! Я не знал, что они ворованные! - возразил Марк, расстёгивая браслет. - Мне ворованного не надо! Ворованные - забирайте!

- Ты вообще много чего не знал, - усмехнулся Пётр Крамер и уселся напротив хозяина ломбарда. - Думаю, ты не знал, что задумали твои парни, а потом уже было поздно.

- Инспектор...

- Ты, может, и хотел вернуть награбленное, но не представлял как. Ведь если люди подумают, что ты обносишь на Десятке игорные заведения, ничем хорошим это не кончится.

- Инспектор! - хлопнул по столу Марк Берг. - Это всё бездоказательные обвинения!

- Твои парни всё правильно подумали, - не обратил Крамер никакого внимания на этот возглас, - Рой не заявит в полицию, а поскольку никому не платит за крышу, то будет вынужден молчать. Репутация в его бизнесе - это всё. Но вот какая незадача, ограбленным игрокам молчать надобности нет.

- Кто-то написал заявление? - не поверил Берг.

- Я не занимаюсь ограблениями, - улыбнулся инспектор. - Я просто пытаюсь предотвратить убийство четырёх человек. Меньше всего пред выборами мне нужны висяки.

- Не понимаю...

- Да-да! Я уже понял, что ты ничего не знаешь и не понимаешь, - жёстко заявил Пётр Кремер. - Так вот, среди игроков был Поль Лиман, и когда его двоюродный брат узнает о произошедшем, то предложит Эрику свою защиту. И Эрик уже не сможет ему отказать. Но самое малое, что он попросит взамен - это ваши головы.

- Я тут ни при чём!

- Мне понадобилось полчаса, чтобы на вас выйти. Громилы Лиманов умом не блещут, но к вечеру они заглянут к тебе в гости. Как тебе такой расклад?

- Чёрт! - обречённо выдохнул Марк, откидываясь на спинку стула. Он зажал лицо в ладонях, потом взъерошил волосы и покачал головой. - Я и в самом деле не знал...

- Нисколько не сомневаюсь.

- Дела в последнее время идут не очень, они хотели сделать сюрприз. Если бы посоветовались, я бы сразу выбил из них всю дурь...

- Это уже неважно, - заявил инспектор и повертел в руках золотые часы банкира. - Я вижу два варианта: ты прямо сейчас покупаешь билет на поезд или возвращаешь награбленное, и мне придётся убеждать Эрика, что всему виной простое недоразумение.

- Он согласится замять дело?

- Ему придётся.

Берг выдвинул верхний ящик и выложил на стол толстую пачку банкнот, перетянутую аптечной резинкой.

- Здесь всё. Почти шесть тысяч.

- Бриллиантовый зажим для галстука? - пересчитывая купюры, напомнил Крамер.

- Вот.

- Бумажники?

- Выкинули.

- Ты знаешь, сколько стоит хороший бумажник из крокодиловой кожи? - оторвал взгляд от денег инспектор.

- Чёрт! - обречённо выдохнул Берг, достал собственный кошелёк и отсчитал пять двадцаток. - Достаточно?

- Вполне. - Пётр Крамер убрал банкноты в карман пиджака и поднялся из-за стола. - Но знаешь, Марк, на самом деле твои неприятности только начинаются. Не все люди такие как ты, некоторые просто не умеют вовремя останавливаться и не учатся на собственных ошибках.

- О чём ты?

- Ты прекрасно знаешь, кто именно подбил твоих парней на это дело. И если ты от него не избавишься, он снова тебя подставит. И второй раз тебе так уже не повезёт.

- Он мой племянник...

- Двоюродный, - уточнил инспектор, довольный тем, что его догадка угодила точно в цель.

- И что с того?

- Сам думай. Сегодня ты был очень близок к тому, чтобы встретиться со своим сыном в морге. В следующий раз с номерками на ногах окажетесь вы оба. И это если кто-нибудь вроде громил Лиманов не удосужится залить вас бетоном. Или ты предпочтёшь провести остаток жизни в "Сен-Кейве"?

Марка откровенно передёрнуло.

- Сделай это, - заявил Пётр Крамер и отправился на выход.

Парень в рабочих ботинках лежал, уткнувшись лицом в пол с руками на затылке; сержант Фольг стоял у двери.

- Идём, - позвал его инспектор и вышел на улицу.

Там он остановился под навесом, достал деньги, отсчитал пять сотен, и тут из ломбарда донёсся приглушённый выстрел. В ответ на вопросительный взгляд сержанта, Крамер лишь пожал плечами и отложил во внутренний карман пиджака тысячу.

Под словом "избавься" он подразумевал "отправь домой", но если Марк почитал нужным решить свою проблему столь кардинально - Бог ему судья.

От некоторых людей и в самом деле одни неприятности.