Ложная слепота

Вынос мозга. На орбиту. В хорошем смысле этого слова

В 1987 году на совещании совета писателей-фантастов и приключенцев Ю.Медедев предложил писателям четвертой волны сочинить что-нибудь о загадке планеты Плутон, а не писать едкие социальные повести и памфлеты. Вот собственно, этим анекдотом и ограничивается тема девятой планеты в советской фантастике.

Мы же посмотрим книжку Питера Уоттса «Ложная слепота» (2006).

В 2082 году вокруг Земли прорисовались зонды инопланетян. 65 тысяч зондов сразу. Но тут же вспыхнули и исчезли. В облако Оорта, что далеко за орбитой Плутона, летит корабль. (Собственно, тема Плутона в книге этим и ограничивается — канадцам тоже не интересно писать про Плутон). Экипаж — сборная солянка: филолог из четырех расщепленных сознаний, чтоб ылучше дешифровкой заниматься, профессиональный воин с прорвой роботов, биолог, у которого вся лаборатория пристроена как протез к телу, с прямой и обратной связью, человек с синтетическим мозгом — наблюдатель от спонсоров. И сверху — реконструированный генетиками вымерший разумный примат, превосходящий современного человека по всем статьям. Он командир, он капитан корабля. На пути к трансплутоновым артефактам ничего не происходит потому что полумёртвый экипаж в анабиозе; читавшие «Я, Хобо» С.Жарковского и «Летящие сквозь ночь» Дж.Мартина будут удивлены совпадениями. Впрочем, идентичные начальные условия приводят к одинаковым результатам, об этом биологи давно сказали.

Встреча с кораблём инопланетян, но не совсем встреча и не совсем корабль. Переговоры по рации с инопланетчиками, оказавшиеся совсем не переговорами. Проникновение на чужой корабль, первый физический контакт. И всё опять же — совсем не так, как в традиции. Кажется, что Питер Уоттс вывернул наизнанку все привычные схемы первого контакта — ан нет, он просто с нуля строит Контакт, опираясь на современное представление о разуме и сознании, об антропологии и культуре и о милитарных играх.

Случаи, с которыми сталкиваются космонавты в книге Уоттса, настолько сложные, что уже недоступны пониманию человеческим разумом, сформированному в условиях саванны.

Вопросы, вопросы кругом одни вопросы: бобровая плотина и плотина в Голландии служат одной цели, кто определяет тут границы разума, чем социальные насекомые отличаются от горожан, которые выступают как «временно неразумные существа».

Для лучшего понимания «Ложной слепоты» настоятельно рекомендую прочитать книжку Оливера Сакса «Человек, который принял свою жену за шляпу». Это одна из немногих, выходивших на русском языке популяризированных работ по психиатрии, на которую ссылается автор в Приложении.

Уоттс в книге четко показал границу познания, предсказал хронологический срок достижения оного предела, в очередной раз озвучил формулу вирт.существования взамен реал.жизни, указал на мозговых подселенцев, решающих задачи и проблемы лучше, чем сознательное существо. Четко отделил «разум» от «сознания». Вот в этом одна из (обидных для человека)  проблем, поднимаемых в книге: почему разум без сознания работает лучше?

Сам роман Blindsight оставил только самое наилучшее впечатление. Питер Уоттс смог создать захватывающую историю контакта с чуждой нам цивилизацией, именно «другой» цивилизацией, которую нашем разумом не понять. Причём это сделано на очень высоком уровне, видно, что автор продумывал идею романа и наш мир будущего до малейших мелочей. Оговорюсь сразу, что желательно читать эту книгу в оригинале, потому что во многих местах текст приближен к техническому тексту, для меня это было прям изюминкой, я старался читать техническую часть в оригинале. Питер Уотсс виртуозно оперирует терминами и понятиями из разных областей науки, в том числе в области связи и информатики, что для мне было особенно интересно.

Нам предложена история будущего Земли, тесно переплетающаяся с нашей действительностью. Человечество движется в тупик, оно не способно выйти за пределы своей Солнечной системы, но вот появляется нечто, что пришло Извне, и мы должны встретить этот вызов человечеству. Тема контакта в фантастике избита изрядно, но по-моему, так это ещё не происходило, как это показано в Ложной слепоте.

Само название романа «Blindsight», не переводимый термин на русский язык. Термин означает способность отвечать на визуальные стимулы, не имея никакого сознательного визуального опыта; это может произойти после некоторых форм повреждения головного мозга. По этому перевод «Ложная слепота» оказывается вполне удачным и очень интересно двояко раскрывается в тексте романа.

Начало книги конечно тяжеловатое для неподготовленного читателя, сложно переваривать технические термины (дальше об этом будет подробней), но когда вникаешь, что же происходит, то уже не можешь остановиться и ничто не может тебе помешать получать удовольствие от задумки автора. А она оказалась непростой и многослойной, каждый герой романа таит в себе потрясающие загадки, а их взаимодействия порождают новые идеи в современной научной фантастике. Чтобы раскрыть всё, что заложил автор, надо прочитать роман вдумчиво наверное не один раз и желательно в оригинале.

Теперь я бы хотел остановиться на нашем русском издании. Оно ужасно на мой взгляд. Во-первых: мне может быть попался плохой экземпляр, но качество печати отвратительное, иногда не читаются целые слова и приходится всматриваться, это очень неудобно и от этого становится обидно. Да и бумага очень низкого качества. Второе и главное: переводчик книг Даниэль Смушкович очень изрядно напортачил, передать главную идею и стилистику автора он смог, но вот в техническом плане он оказался профаном, и изрядно может подпортить удовольствие от чтения своим неправильным переводом многих технических терминов и их описаний по тексту. Если вам это интересно, то читайте дальше что скрыто. Если не хотите портить себе впечатление от книги, то на этом советую остановиться в прочтении моего отзыва.

Начнем с того, что сам оригинал Уоттса изобилует множеством технически терминов и его читать и так сложно. Многие сложные определения встречаются в тексте без какого-либо объяснения, читатель должен быть «в теме» чтобы все понимать. Но вот Смушкович не смог справиться со многими трудностями, он оказался не «в теме».

Для подтверждения своих слов приведу несколько примеров:

1)

	Спойлер (раскрытие сюжета). Выделите мышью для просмотра.
	Слово «skimmer» часто встречается по тексту, например «At least three skimmers would be passing within a hundred kilometers on their next orbits». Вообще по тексту это беспилотные устройства сбора информации (разведчики). Конечно, у слова «skimmer» дословный перевод — шумовка (Шумовка — широко распространённая кухонная принадлежность. Является дырявой, большой, плоской ложкой. В основном используется для съемки пены, для выемки из котла мяса и рыбы, а также в других целях.), и почему-то переводчик Смушкович не задумываясь использует «шумовка» в тексте, вместо ещё одного значения этого слова «сборщик информации», или просто скиммер или вариант «судно, развивающее большую скорость», это всё взято из словаря. Я бы сам перевел просто «скиммер», мне понятно его значение, ну или «сборщик информации», «разведчик» или ещё как-нибудь, но никак не шумовка. Прочитайте, как это глупо звучит. Вот оригинал: «Szpindel twitched. «So what is it? Our skimmer factory?»» А вот перевод Смушковича: «- Так что это такое? Наша фабрика шумовок?» Вообще-то по тексту идёт речь о фабрике производства боевых роботов. Отсюда видно, что переводчик даже не пытался вникнуть в смысл слова. А слово упоминается очень много раз в течение всего романа. Первое упоминание этого слова по тексту вот в таком предложении: «Как-то ночью — в том смысле, в каком на борту была ночь — я вышел к наблюдательному блистеру на слабый вой терзаемой электроники. Оказалось, Шпиндель наблюдает за шумовками». Заметьте, что слово «blister» переводчик переводит как «блистер», а не прямой перевод — волдырь или водяной пузырь. А вот skimmer переводит шумовкой . Зачем двойные стандарты? Тем более, что это слово  skimmer уже не раз встречалось в фантастике и переводилось просто как скиммер, например Симмонс «Песни Гипериона», по тексту не раз встречается слово скиммер, правда там оно употребляется в качестве небольшого летательного судна.

2)

	Спойлер (раскрытие сюжета). Выделите мышью для просмотра.
	Уоттс пишет: «My arrays are back online in seconds, diagnostics green within and without.» А вот перевод «В следующую секунду антенные решетки снова в рабочем режиме, прозвон дает зеленый свет». Откуда переводчик берет этот «прозвон» я не знаю. Слову «diagnostic» имеет множество значений, но по моему очевидно как его проще всего перевести. Можно конечно перевести и «прозвон», но не в данной ситуации. Вообще термин «прозвон» характерен для проводной связи и для электриков. Прозвонить провод, то есть проверить, что сигнал проходит от одного конца к другому -- это и есть прозвон. У Уоттца же речь идёт о радиосигнале в космосе, соответственно это очень глупо применять такой термин, я это не голословно говорю это моя специальность -- радиотехника. Здесь видно, что переводчик иногда пытается выпендриваться, переводя не дословно, а с неким смыслом, но вот очень часто он это делает не к месту. Я понимаю, что для большинства это не заметно да и наверное не важно, но мне это очень часто резало по глазам.

3)

	Спойлер (раскрытие сюжета). Выделите мышью для просмотра.
	Ещё пример: «Patternmatching receptors, Mexican-hat arrays, reward/irrelevance filters». В этом предложении почему-то появляется какое-то «лапласиан гауссиана» и причём следует левая сноска объясняющая не правильно термин. Что такое это «лапласиан гауссиана», я понять не смог. На русский можно перевести «массивы Мексиканская шляпа». Вообще Мексиканская шляпа, это название одной из простейших вейвлет-функций, это функция Хаара 1-го порядка. Автор похоже хотел сказать о фильтрах с характеристикой в форме Мексиканской шляпы, но это только мое предположение. А переводчик видимо хотел заикнуться о распределении Лапласа и Гауссовском распределении, но я не согласен, они ни к месту. Зачем переводчик выбирает такой вариант? Дальше в этом же предложении «reward/irrelevance filters» — «полосовые фильтры сигнал/шум». Нет таких фильтров, отношение сигнал шум так и звучит на английском Signal-to-Noise Ratio (SNR). Вообще не применимо составлять фразу из «полосовой фильтр» и «сигнал/шум», это разные вещи, отношение сигнал/шум никакого отношения к фильтрам не имеет, это показатель приемника, показывающий отношение мощности полезного сигнала к спектральной плотности помех. Конечно с помощью полосовых фильтров с хорошей амплитудно-частотной характеристикой можно добиться высокого SNR (в полосе не пропускания, в самое полосе частот фильтр пропускает как полезный сигнал, так и шум и помехи) , но нельзя называть фильтры сигнал/шум.

4)

	Спойлер (раскрытие сюжета). Выделите мышью для просмотра.
	С этой же страницы предложение: «The wavelengths of three radar sources can be calibrated to interfere at some predetermined point of convergence—and those tripartite echoes, hologramatically remixed, will increase resolution by a factor of twenty-seven.» Перевод Смушковича: «Длинны волн трех импульсных генераторов можно подогнать так, чтобы те интерферировали в точке схождения — и голографический ремикс трехголосого эха увеличит разрешение в двадцать семь раз». Как бы для понимания в словосочетании «of three radar sources» ключевым является  radar, я думаю оно понятно всем. Почему переводчик выбрал «трех импульсных генераторов»? Я бы перевел проще, вот так «Длинны волн трех радаров можно подстроить так, чтобы те интерферировали в заданной точке схождения и голографическое смешение (слияние) тройного эха увеличит разрешение в двадцать семь раз.» А вообще, это предложение я бы литературно перевел, а не дословно вот так: «Длинны волн трех радаров можно подстроить так, чтобы те сходились в одной точке на объекте и голографическая проекция трех отраженных лучей увеличит разрешение в 27 раз.» Так хоть становится понятно, о чём суть предложения, я пока не прочитал оригинал, так и не понял, что Смушкович хотел донести до читателей в этом предложении.

Могу подытожить, что перевод местами оказался аляповым, переходя от дословного перевода к сочинительству, которое показывает профанство переводчика по этим вопросам. Но как я упоминал выше, это может испортить удовольствие от чтения только тем, кто понимает всех тонкостей, которые описывает Уоттс, для остальных же, что оригинал Уоттса, что перевранный перевод Смушковича, будут одинаково трудно воспринимаемы, когда в предложении больше половины незнакомых слов Эти места можно проскакивать сильно не задумываясь, чтобы их понять, надо смотреть оригинал Уоттса.

Сам же роман, если не считать перевода, является событием 2009 года для России. Книга лучшее, что я читал за этот год, на чем я и заканчиваю

Представь себе, что ты человек.

Ну же, дай простор фантазии.

Загляни в хранилище бесполезной информации, что заменяет тебе память. Кликни по кнопке «Поиск».

Вот оно.

Червь без права на свободу воли — по завету древних иудеев.

Двуногое без крыльев — по Платону.

Мозг на ножках, не нуждающийся в костылях морали — по версии маньяков-просветителей.

Набор функций, еще не подвластных машинам — по Питеру Уоттсу.

Три тысячелетия «без» и «не». Каникулы в бездне.

Представь, что после трудов полуденных ты готовился почить в хрустальном гробу, разменять надоевшую праздность на блистательную вечность в виртуале. Матрице не понадобилось тебя порабощать — ты сам подставил ей затылок. Ты старательно смыл макияж условностей, на которых твои предки зачем-то строили жизнь — научился скреплять супружеские узы гормональным клеем, принимал материнский инстинкт в таблетках, потным ласкам и неловким телодвижениям предпочитал высокотехнологичный онанизм. Проехавшись на волне прогресса, ты с гиканьем рухнул в искусственный рай, идентичный натуральному. Буэнос ночес, сингулярность.

Ты стоял уже одной ногой в желанной могиле, когда тебя сфотографировали из космоса. 65536 огоньков, равномерно раскиданных по меридианам и параллелям, запечатлели твою наготу во всей убогости — и рассыпались в пыль, перед гибелью переслав негативы куда-то в запредельные выси. Квантовые компьютеры и тоскливое чувство страха подсказали тебе, что явление папарацци — всегда к беде.

И вот ты в спешке снарядил корабль, под завязку набил его умной техникой и запулил за орбиту Юпитера, где ожидал найти заказчика фотосессии. Ты даже умудрился не промахнуться. Пятно Роршаха размером с город повернулось к тебе фасадом, и контакт состоялся. По крайней мере, так тебе показалось…

Ах да. На борту земной посудинки были люди. Что делать — от иных привычек тяжело избавиться, даже если они не в ладах со здравым смыслом. Поддавшись минутной сентиментальности, ты разбавил машинный интеллект человеческими, слишком человеческими эмоциями, амбициями и психозами. Но следует отдать тебе должное — ты сделал все возможное, чтобы успех миссии не слишком пострадал из-за причуд живой плоти. Солдату ты дал синтетические мускулы, из биолога сделал живую лабораторию, лингвиста расщепил на четыре отдельных личности, чтобы диалог с пришельцами не превратился в перепалку. Сам себе волшебник Изумрудного города, ты даже воскресил своего эволюционного врага — собрал из набора заблудившихся генов упыря и назначил его капитаном. Ты слишком хорошо себя знаешь, чтобы полагаться на мужество и выдержку. Когда дело доходит до исполнения приказов, ужас всегда предпочтительнее.

И вот теперь ты смотришь на то, чего не можешь понять. До боли в хрусталике фокусируешь взгляд, но какой от этого прок, если изъян лежит в самом восприятии? Раз за разом проникая внутрь исполинского электромагнитного бублика, у которого подозрительно много общего с полузабытыми сказками о Боге, ты постепенно съеживаешься в собственных глазах, из свадебного генерала на технологическом балу превращаешься в дрожащую амебу. Ты снова — мясо, снова глядишь из пещеры на пугающий танец теней. Как двуногому без крыльев договориться с многоногими без мозга — фантомами, кишащими на чужом борту?

Не спеши закрывать глаза — взгляни на пятого члена экипажа. В нем блеск и нищета твоей цивилизации отразились, как лицо Нарцисса в воде. Он — синтет, бесполезный наблюдатель. Его дело — выжимать информацию из каждого клочка пространства, даже из движения твоих век. Его зовут Сири Китон, но имя для него — точно такой же конструкт, как и все остальное в его логичном мире. Представь Шерлока Холмса, у которого вместе с половинкой мозга вырезали способность к сочувствию, возведи его в куб, отшлифуй остатки человеческого, оставив только глупость — и портрет готов. Бесстрастный автомат, строящий отношения с жизнью и людьми по четким алгоритмам. Тошнота, от которой бежал Сартр, для него — норма. Пока другие цепляются за пережитки прошлого — сигареты, власть, юмор, чувство вины, — он медленно ползет по паутине настоящего, подводя теорию под каждый свой шаг.

Но смерть и боль индивидуальны, в них нет закономерностей. И чем туже стягивается вокруг Сири их кольцо, чем неотвратимей нависает в иллюминаторе зловещая громада «Роршаха», неприветливого гнезда пришельцев, тем больше в нем от маленького мальчика, мозги которого спустили когда-то в унитаз. Вот только вселенная не знает искупления, человек. Трепет твоей души не выразить в ее категориях. Ты с твоим драгоценным самокопанием — уродец, опечатка в книге эволюции.

Страшно? Прости, но научная фантастика — не школа оптимизма. Скорее, концентрат из сотен тысяч не озвученных еще выпусков новостей, спрессованных в одну убойную таблетку. Красная или синяя? «Ложная слепота» или фальшивый «Аватар»? Решать тебе. Уоттс не предложит тебе бегства от реальности: его видения писаны молниями на газовых полотнах, но под злобной маской будущего проглядывает знакомый оскал настоящего. В пятне Роршаха ты узнаешь собственную размытую личину.

Ты уже — Сири, разве ты не понял? «Победителей быть не может. Есть только те, кто еще не проиграл».

…Но я вижу, ты утомился.

Хорошо.

Представь напоследок, что ты читаешь настоящую научную фантастику.

Если в твоих руках книжка Питера Уоттса, долго терзать воображение не придется.

Очень неоднозначное впечатление осталось у меня от этого романа. Давно произведение не давало мне столь много пищи для ума, оставив при этом сердце настолько равнодушным.

Но обо всем по порядку. Сперва несколько слов о сюжете. В конце двадцать первого века на Земле происходит странное событие. В земной атмосфере одновременно вспыхивают десятки тысяч «светлячков», которые фотографируют земную поверхность. На окраинах Солнечной системы обнаружена комета, которая оказывается искусственным космическим телом. Для установления контакта с инопланетянами и выяснения их намерений в облако Оорта направлены десятки беспилотных кораблей, а также последнее достижение земного разума — корабль «Тезей» с весьма необычным экипажем на борту. Среди членов экипажа лингвист, в теле которого объединены четыре личности, биолог-киборг, женщина-майор с весьма специфическими представлениями о дисциплине и социопат с половиной мозга. Командует ими вампир с нечеловеческой логикой. После длительных поисков «Тезею» удается найти коричневый карлик, полузвезду-полупланету, возле которого строится гигантский объект непонятного назначения, именующий себя «Роршах». Попытки экипажа «Тезея» установить контакт с «Роршахом», понять его назначение и выяснить уровень представляемой им угрозы проходят в условиях интенсивных магнитных полей, высочайшей радиации и повышенной силы тяжести. Выясняется, что экипаж «Тезея» сам становится объектом изучения «Роршаха». Взаимодействие с «Роршахом» вскрывает всю подноготную членов экипажа, ставит их на грань жизни и смерти и заставляет задуматься о смысле собственного существования и о правильности пути развития человечества.

Что и говорить, масштабный замысел. А вот с его выполнением у автора, на мой взгляд, получилось далеко не все.

Первое, что бросается в глаза в этом романе: глубокие познания автора в различных науках — от биологии и психологии до астрономии и космонавтики. Автор в огромных количествах рассыпает по своему произведению научные термины, что, на первый взгляд, придает ему глубину и правдоподобность, но, при этом сильно усложняет процесс восприятия текста. Несмотря на то, что я считаю себя довольно подготовленным читателем, продираться сквозь дебри подробностей было непросто, а отдельные моменты я, видимо, до конца так и не понял. Порой создается впечатление, что Уоттс намеренно перегружает читателя терминологией, чтобы под ее избытком скрыть слабые стороны своего повествования. А они, безусловно есть. Как, например, может существовать общество, в котором стремительный научный и технический рост сочетается с массовым бегством граждан в виртуальную реальность? Как уживаются между собой люди с различными генетическими, психологическими отклонениями, хирургическими и химическими модификациями? Кому и зачем понадобилось воскрешать вампиров? Каким идиотом надо быть, чтобы отправить на самое важное задание в истории человечества настолько психологически несовместимый друг с другом экипаж? (удивительно, как они не попытались поубивать друг друга  в первую же неделю полета). А, например, эпизоды с гибелью Челси от нового вируса или эпизоды с родителями Сири, которые должны были выжать слезу из читателя и заставить его расчувствоваться, лично у меня не вызвали ни малейшего доверия. В результате, несмотря на все технические и научные подробности, текст не производит впечатления достоверного. С таким же успехом автор мог бы отправить в космос эльфа-мага, гнома-вояку, человека-шпиона и все того же вампира.

Еще одна проблема — автор попытался впихнуть в свой роман невпихуемое и оно туда, как и ожидалось, не влезло. Очень уж много технических, психологических, социальных вопросов и проблем он попытался раскрыть и осветить в одном тексте, слишком много зайцев постарался поймать. С одной стороны, в этом изобилии каждый читатель может попробовать найти то, что его наиболее зацепит, что запомнится сильнее всего, что не оставит равнодушным. С другой стороны, внимание читателя рассеивается, и на большинство вопросов у автора так и не находится четких ответов.

Наверное, ключевая идея романа — взаимодействие человеческого мозга и сознания, проблема адекватности нашего восприятия окружающей действительности. Но и здесь автор ставит много вопросов, на которые так и не дает однозначных ответов. Ну а главная проблема романа, на мой взгляд, заключается в том, что дает право человеку считаться человеком: внешний облик, мораль, стереотипы поведения, способность мышления или что-то еще?

Как попытки контакта, при всем многоумии членов экипажа «Тезея», заканчиваются сокрушительным крахом, так и попытки автора объять необъятное, приводят к такому же результату.

На что похож этот роман? На «Солярис», который пытались писать в соавторстве Дяченко и Головачев. От Лема  взята главная идея, от Дяченко — психологические изыски, от Головачева — технические подробности.

Стоит ли это читать? Если вы готовы продираться через сложный и неоднозначный текст — стоит. Лично я почерпнул из романа немало интересной научной информации, познакомился с весьма необычной историей контакта, задумался над возможными проблемами развития человеческой цивилизации.

В чем, на мой взгляд, главный недостаток романа? Слишком уж далеки от меня, да и вообще от обычного человека, персонажи романа. Несмотря на все старания автора, я так и не смог отождествить себя с ними, сопереживать им в полной мере. Есть определенная ирония в том, что роман получился именно таким, как и его главный герой — наполненным различной информацией, но достаточно поверхностным, умным, но эмоционально черствым.

И все же большой потенциал автора очевиден, а его текст — масштабен и весьма нетривиален.

«Я мыслю — значит, я существую» (Декарт)

«Я лишь думаю, что я существую, но это ложь» (Неизвестный автор)

Путешествовать в Космос можно, и писателями-фантастами придумано множество разных способов исполнения этой мечты человечества, один из которых — бестелесный, нон-физический, осуществимый лишь как полёт разума, перемещение сознания на многие парсеки далеко во Вселенную. Я абсолютно точно знаю это, ведь я мыслями всю прошедшую неделю был в космосе: за пределами Солнечной системы, где-то близ коричневого карлика под названием Большой Бен, на борту «Тезея» и в лабиринтах «Роршаха». Сейчас я возвращаюсь на «Харибде», вместе с Сири Китоном, историю которого так талантливо и ярко рассказал мне Питер Уоттс, окрестив её «Ложная слепота». Я узнал её, и теперь как упырь, как вампир Юкка Сарасти, которому это подвластно, не просто вспоминаю эту историю, но снова переживаю её, пусть даже это другая реальность…

* * *

/…почувствуй себя Сири Китоном…/

Сири Китон, я обращаюсь к тебе. Ты летишь сейчас в этой капсуле, в челноке «Харибда» к нам, на Землю. Домой. Я не знаю, свидимся ли мы ещё когда-нибудь, — навряд ли, — но я хочу сказать, что несмотря ни на что, ты победил и ты возвращаешься. И ты жив, пока ещё жив. Тебе было трудно, ты был всего лишь наблюдателем (всего лишь? Нет, Сири, ты был более, чем просто невзрачным соглядатаем. Ты был главным героем, саvsv важным связующим звеном в цепи), проводником Контакта, оценщиком, а тебя обманули, кинули в самую гущу событий, в самое месиво конфликта, бойни. Не объяснив, не высказав даже намёков. Окунули в грязь, унизили, почти растоптали. Зачем? Я, честно говоря, этого до конца не понял, но, поди ж ты пойми мысли этого вампира и деяния Капитана. Возможно для того, чтобы ты всё понял. Ты понял.

И вот ты летишь домой — летишь человеком, без своих инструментов, без механических и псионных прибамбасов. А твои — коллеги? собратья по несчастью? соратники? враги? — остались там, у Большого Бена, растерзанные, раскромсанные «Тезеем» и «Роршахом» на молекулы, ошмётками своими напоминая космосу о самом странном Контакте двух цивилизаций. Таких разных, что компромисс был не возможен, был отрицаем задолго да контакта. Вы, команда «Тезея», попытались сделать это, но сделали это грубо, топорно, угрожающе жестко, кроваво. Ответная реакция в данном случае была вполне логична; или это ваше вероломство было ответно? Не важно…

Жаль, что так вышло. Жаль тебя, и жаль Аманду Бейтс, и немного Исаака Шпинделя. Мэнди была сильной, она была хорошим бойцом, хорошим солдатом; она сначала выполняла приказы, и лишь потом обсуждала их — про себя, внутри, в своём сознании. Она наверняка хотела вернуться, как и все вы, но знала, что не вернётся; она прикрывала тебя, когда ты улетал. Как прикрывал тебя потом враждебный Большой Бен, когда она уже была бессильна помочь тебе. Её чувство долга было сильнее науки и желания выжить. Исаак не любил тебя, может быть, даже ненавидел и ты должен был это знать. Но он хотя бы не обманывал тебя. Или просто не успел?

Абсолютно не интересно, не эмпатично, что в итоге вышло со Сьюзен Джеймс и её Бандой — инфантильность Мишель и грубая напористость Саши (кто же четвёртый в банде??) не влекли, не симпатировали. Раздражали. Каннингем — пешка с сигаретой в зубах — также не оказался мне близким товарищем. А Сарасти… Он был сильнее всех вас вместе взятых, но слабее каждого в отдельности, потому что его глушили неприязнь и ненависть к вам. Но его образ, каким мне его нарисовали, оказался слишком туманным и недосказанным, что в данном случае не равно «загадочный и интригующий», а всего вернее — отталкивающим. Дело даже не в том, что он упырь, вампир, а в том, что он играл не по правилам. И что так поступил с тобой, Сири. Но игра была слишком крупной, и ставки слишком велики, чтобы этому хищнику думать ещё и о благополучии добычи.

Тебя, Сири, водили за нос, тебе резали ладони, тебе не давали истинного знания, всего знания, он ты всё равно понял. Пришлось понять. Постиг разницу между умом и разумом; врубился в разность сознания, самосознания и подсознания; познал слепоту и ложь, и ложную слепоту, и правду и прозрение. Или снова моё и твоё видение внешнего слепо и ложно? Правдиво ли то, что я вижу, и то, что я вижу — правда ли? Но я лишь несовершенный и слепой человек, дано ли мне найти ответы на эти вопросы?

Ищи ответы, Сири Китон, ищи, у тебя есть на это время, много времени.

Лети, Сири Китон, лети. Ты долетишь, обязательно долетишь, и ты поймёшь, что всё не напрасно. Наверное, не напрасно…

* * *

«Ложная слепота, или Истинное наслаждение»

Питер Уоттс, спасибо тебе за «Слепоту». Ты написал отличную книгу: мощную, стройную, интересную, умную. Ты шокировал меня, ты насмехался, ты издевался надо мной, чёрт возьми!- пусть, — но ты насладил меня нектаром живительной интеллектуальной фантастики (фантастики ли?). Ты ухмылялся и хохотал надо мной, но я терпел. И ждал, и учился, и познавал, и думал. А ты всё издевался, боже, как ты издевался! И тебе было всё равно.

Ты обрушил на меня лавину трудного, несваримого, тяжеловесного начала книги и в первую сотню страниц я был погребён под научными терминами, идеями, мыслями, гипотезами, знаниями и суждениями. Ошеломлённый, раздавленный, расплющенный я начал потихоньку выгребать, и когда мне уже начинало казаться, что просвет близок, ты сгонял новую лавину, ведь тебе было плевать, выберусь ли я.

Абсолютно плевать на то, понял ли я хоть толику того, что ты вывалил на меня. Видит бог, я искренне старался понять и разобраться, но ты, ухмыльнувшись — я видел это! — цедил сквозь зубы: «Неужели врубился? Ха, а ну-ка, попробуй этот орешек. Как он тебе, твёрдый? Ничего, грызи, грызи, у меня их ещё много…». И я грыз твои гипотезы, теории и максимы. Что-то не получалось, откладывал на потом, в желании всё равно когда-нибудь постичь суть по максимуму. Но справедливости ради надо сказать, что твои опыты надо мной практически закончились после первой трети книги (или это я адаптировался к ним?) и ты больше уделил динамике и психологизму повествования, что я и ценю как раз. Получилось оценить.

Чёрт подери, каких только областей человеческих знаний ты не коснулся: психология с бо-о-ольшим уклоном в сторону психиатрии, генная инженерия, лингвистика, биология, ксенология, и, конечно, астрофизика и химия органики. Возможно, твой подход к систематике представленных идей и опыта несколько поверхностный, но, по крайней мере, он даёт большой стимул желать познания всего этого «очевидного-невероятного».

«Ложная слепота» Питера Уоттса — вещь потрясающая, шикарная, мощнецкая. Противоречивая и неоднозначная, да. Она сильная в своей целостности и слабая частями. Она беспросветная и обнадеживающая одновременно. Она правдива и лжива, вероятна и спорна, глубока и поверхностна, многогранна и однобока в одно и то же мгновение. История самая фантастическая из возможных и самая возможная из фантастических. Но всё это несочетаемое, казалось бы, но фантастически искусно собранное воедино, дало на выходе книгу, которая оказалась мне сильно по душе. Напор мысли, смелость идей, абсолютное отсутствие шаблонности и штамповок подарили мне неделю истинного наслаждения!

«Ложная слепота» — одна из вершин научной фантастики последних лет. Роман Питера Уоттса обладает всеми характеристиками, обязательными для канона научно-фантастических произведений: звездолетами, инопланетянами, первым Контактом, а также и необязательными — в виде 40 страниц научных  комментариев к тексту и списка использованной литературы на более чем сотню названий. Приятная дотошность, к тому  же текст -  вопреки очевидным опасениям — не похож на сухой академический трактат и в дополнение к идейной составляющей обладает очевидными литературными достоинствами.  

Все начинается на Земле.

2082-й год. «Матрица Икара» обеспечивает Землю солнечной энергией. Падение рождаемости сократило численность населения до семи миллиардов человек. Значительная их часть лишилась возможности и необходимости работать: материальные проблемы решают фабы (фабрикаторы материи), а многие профессии просто утратили свою актуальность. Невиртуальный секс ушел в прошлое, захватив с собой семейные отношения как экономический и социальный институт. Террористические группы реалистов атакуют хранилища тел людей, которые решили жить на Небесах, в виртуальных мирах — выбор, становящийся все более и более популярным. Оставшиеся стали свидетелями появления «светлячков».

Огнепад произошел 13 февраля в 10 часов 35 минут по Гринвичу.    

Над планетой появились 65536 неопознанных объектов, запечатлевшие каждый квадратный метр поверхности и сгоревшие после отправки информационных пакетов неизвестному адресату.  

Космический корабль «Тезей» отправляется по следу.

В состав экипажа включены специалисты для установления контакта. Лингвист Сьюзен Джеймс, также известная как Банда Четырех, объединяющая в одном теле несколько независимых личностей. Исаак Шпиндель — ксенолог, усовершенствовавший свое тело и распространившийся своим интерфейсом по медицинской лаборатории, сделав приборы продолжением своего тела (такова цена профессиональной востребованности). Бравый майор Аманда (не называйте ее Мэнди) Бейтс, и начальник их — вампир  Юкка Сарасти, а также идеальный наблюдатель — синтет.

Сири Китон, лишившийся еще в детстве половины головного мозга в результате хирургической операции, стал профессиональным «преобразователем информационных графов», способным упростить и объяснить любые концепции и понятия, пропуская этап понимания за ненадобностью. Теперь он становится безучастным свидетелем попыток Контакта. До тех пор, пока происходящие события не принимают оборот, выводящий Китона на первый план и, главное, делающий участником этих-самых событий.

Писатель описывает контакт с внеземной формой жизни. Однако использует это столкновение в первую очередь для того, что рассказать о человеке и человечестве. Ведь Контакт — прежде всего возможность увидеть свое отражение.

Уоттс проводит деконструкцию человека, последовательно подменяя несколько важных и полезных иллюзий некоторым количеством важных и опасных вопросов.  

О невозможности объективного восприятия окружающего мира из-за обмана даже не чувств, а сознания, искажающего когнитивные процессы — собственно понятие «ложной слепоты» заключается в фиксации предмета органами зрения при одновременном игнорировании сознанием. О существовании свободы воли — эксперименты показали, что двигательные импульсы возникают прежде осознанной мысли о движении, а за контроль над поведением человека сознание соревнуется с лимбической и гормональной системами, а также программами поведения, выработанными в ходе становления Homo Sapience. И, наконец, собственно о природе сознания и его эволюционном значении.

Вольно или невольно, сюжетные коллизии вызывают в памяти «Кукловодов» Роберта Хайнлайна, точнее с одну из максим гранд-мастера, который заявил в финале «Кукловодов», что в случае столкновения с враждебным разумом проигравшей стороной окажется «все так называемое человечество».

Интеллект опасен, соглашается Уоттс, и добавляет, что интеллект, не отягощенный разумом, может быть еще опаснее. Биологические компьютеры, интеллектуальные автоматы оказываются эффективнее разума, обладающего самосознанием.

Взгляды Уоттса далеки от возвышенно-гуманистических представлений о Человеке и человечестве, однако подтверждаются научными исследованиями

Писатель и сам не чужд науки, он — профессиональный морской биолог. Родной стихии были посвящены и первые его научно-фантастические произведения.

Уоттс стоит в одном ряду с такими именами как Грег Иган и Тед Чан (и если рецензенту будут простительны нескромные сравнения — Станислав Лем). Эти авторы используют фантастику прежде всего как инструмент познания. Инструмент, позволяющий моделировать те или иные ситуации для проверки гипотез и предположений.

Примечательно, что при этом в центре внимания названных писателей находится не только вопросы космологии, бран, квантовой физики и суперструн, но и природа человека. За последние несколько десятилетий психология (в том числе — эволюционная и социальная) значительно продвинулась вперед, наряду с антропологией, генетикой, нейробиологией и другими науками о человеке. Это позволило сделать человека не только центром психологических построений (как для авторов «новой волны», например), но объектом «жесткой научной фантастики», традиционно работающей в строгих рамках научной картины мира.

В этом смысле Уоттс, Иган и другие авторы являются подлинными «инженерами душ человеческих»

Особенно отрадно, что в книге интеллектуальная составляющая не перехлестывает художественную. Действие держит в напряжение и развивается с ускорением; персонажи нарисованы объемно и живо, и не только запоминаются, но и вызывают сопереживание. А история Сири, рассказанная Уоттсом, в той же мере иллюстрирует идеи автора, в которой последние объясняют поступки и поведение его героя.

«Ложная слепота» показывает, что подлинную суть фантастики составляет не количество или качество фантастических допущений, а интеллектуальная дерзость — как в построении новых картин и моделей мира, так и в развенчании старых.

Мнения читателей разделились. Кому-то книга нравится сильно, кому-то также сильно не нравится. Основная претензия к книге — сложность текста и обилие научных/наукообразных терминов и идей.

На мой взгляд обвинения книги в избыточной (но не излишней!) сложности и в обилии идей в противовес сюжету абсолютно справедливы. Но только это не минус, а плюс книги!

В последнее время я много размышляю (если, конечно, это имеет для кого-то значение) о будущем нашей планеты и цивилизации. И тут — БАЦ! — Ложная слепота!

Снова и снова возвращаясь к «Ложной слепоте» хочется не столько рассматривать литературные достоинства книги, которых не очень много, особенно, в предложенном переводе, сколько обсудить предложенные идеи. Очень похоже на то, что это и было целью автора — беллетрезированное изложение вопросов, которые волнуют его как человека и ученого. В этом свете нельзя не согласиться с одним из авторов комментария, который утверждает, что Ложная слепота — 400 страниц, потраченные на изложение одной идеи. С этим автором не соглашусь только в том, что во-первых, идей явно больше, чем одна; и, во-вторых, знакомство с этими идеями в подаче автора явно занимательнее, чем жевание сюжетов об очередных бравых космических спасателей вселенной. Но это — дело вкуса. Кому-то важны идеи, кому-то понятные сюжеты.

Книга, на мой взгляд, тяжела не столько своей научностью, сколько своим абсолютным пессимизмом. Автор не дает человечеству даже ста лет, считая от сегодняшних дней. И самое главное — его аргументация может не нравиться, но с ней трудно спорить.

В связи с вышеизложенным, хотел бы поделиться с коллегами по чтению несколькими замечаниями по поводу мира, изображенного Уоттсом. Мне кажется, он относится к авторам, чьи предсказаниямогут сбыться.

Например, когда я впервые в 1980 году прочитал роман «Гибель 31-го отдела», мне казалось, что это не фантастика, а пародия на здравый смысл. Но прошло совсем немного лет и основная идея стала правдой жизни. Особенно наглядно это видно, когда подходишь к газетному киоску.

Однако же, к роману «Ложная слепота».

Автор четко определяет: наш разум — паразит для интеллекта и организма в целом, наличие у нас разума нас губит.

И скажите, разве это не так?! Взять те же наркотики. Питер Уоттс рисует мир близкого будущего (это уже время жизни наших внуков!), где наркотики так же обычны как и алкоголь сегодня. Думаю, он прав — дело к тому и идет. Человек разумный не только разработал наркотики, он продает их ради своего личного блага, ради (в основном) чувственных удовольствий, он, несмотря на то, что заранее знает последствия, потребляет наркотики!!! Любой вид животных, даже обладающий высоким интеллектом, после вымирания определенного количества особей давно бы уже избегал этой заразы. Но не таков носитель разума — человек. Можете представить вычислительную машину или какого-то другого носителя интеллекта (но не разума!), который бы, имея статистику летальности наркоманов, верил, что так-то оно так, но именно его пронесет?! «Авось не я!» — к сожалению, только самоосознающие личности способны на такую мысль.

Дальше — хуже. Автор предсказывает побег большой части человечества из реальности в Матрицу. По Уоттсу как только люди научились оцифровывать сознание, человеческую личность, разум нашел применение этой технологии: все на небеса. А ведь очень похоже, что технически это осуществимо очень скоро. У каждого небеса свои, но виртуальность одна на всех. Уоттс довольно бегло напрямую говорит о теории сингулярности (не в физическом смысле — Большой взрыв — , а в гуманитарном — сжатие человечества, его разучма в цифровую точку виртуальности), тем не менее — это одна из основных идей романа. Это один из главных рисков сегодняшнего человечества. Нас с вами.

Понаблюдайте сегодняшнюю молодежь в возрасте 12-19 лет, как они общаются. Основное содержание общения — перекачиват друг у дружки файлики, смайлики, приколы.... Или режутся (пусть даже совместно) в игрушки. Все меньше ходят в гости друг к другу, но охотно переписываются через сеть. У Уоттса много об этом — главный герой никак не может понять зачем ему реальный секс с потом, запахами, физическими усилиями?!

И в правду, зачем напрягаться? Живи в позитиве! В виртуальности я могу быть кем угодно — царем, ученым, проституткой, богом. Ни усилий, ни санкций, ни потомства.

В романе описывается погибающее человечество, и самое печальное, что это — всего лишь продолжение того, что мы видим уже сегодня.

В романе еще много всего, что может нравиться или не нравиться, и многое, что заставляет задуматься.

И по прочтении книги я задаю себе вопрос — так есть у нас шанс или нет? Наш разум нас спасет или погубит? Автор утверждает на оба вопроса негативно. Вот за это ему и спасибо. Пусть хотябы те, кто способен об этом задуматься, спасутся. Боюсь, немного таких будет.

Автору — браво! Оценка — 10 (дал бы выше).

Итак, очередной удар супертвёрдой научной фантастики из-за океана. Удар внушительный и тяжёлый. Увесистый такой ударчик.

Тут надо сказать, что мне ну очень симпатичны современные тенденции в англоязычной НФ. Те тренды, что берут начало, пожалуй, со Стерлинга и Винджа, ну а сейчас успешно развиваются писателями, вроде Стросса или того же Уоттса. «Ложная слепота» идеально укладывается в эту линию развития: умная, начинённая глубокой научно-философской проблематикой, футурологическая. С впечатляющим грузом научной терминологии. И при этом ничуть не менее художественная, чем требуется от серьёзной литературы. Ну, разве что чуток.

Конкретно для «Ложной слепоты» можно провести и ещё одну параллель в фантастической литературе. Не знаю, насколько это сопоставление будет носить генеалогический характер (то есть насколько это повлияло на Уоттса или вдохновило его), но роман получился очень «лемовским». Наиболее близким произведением Лема является, пожалуй, «Фиаско». Общая тут не только проблематика Контакта, но и главное сечение этой проблемы (поиск критериев разумности, различия в мышлении братьев по разуму и т.п.), да и общая глубина анализа.

Картина будущего у Уоттса очень современная, в полном соответствии с актуальными футурологическими концепциями. Человеческая цивилизация, продвинутая в плане NBIC-технологий (сакраментальное нано-био-инфо-когно), тончайшие генно-инженерные вмешательства в промышленных масштабах, искусственный интеллект, массовое бегство населения в виртуальную реальность в восторженном ожидании скорой «загрузки» — окончательного переселения бессмертной сущности в компьютер. На носу технологическая сингулярность, которую, впрочем, так долго ждали, что та, возможно, уже наступила (очень интересная мысль, кстати). Ах да, и, конечно, здесь есть ещё вампиры(!).

И вот это нестабильное, полное внутренних противоречий, переходное по сути общество сталкивается с нежданным сюрпризом — визитом иной космической цивилизации. Попыткам понять нежданно объявившийся чуждый разум и посвящена основная часть произведения.

Свою часть проблемы Контакта Уоттс обрисовывает вполне чётко: он исследует более частный вопрос о соотношении сознания и разумности. Что, если наши новые межпланетные знакомцы будут чертовски умны, интеллектуальны — но при этом лишены сознания? Того, что позволяет нам ощущать собственную разумность, ощущать себя разумным существом — человеком? Здесь Уоттс смело вторгается в область психологии и нейрологии, и приходит к выводу, что подсознательная часть разума вполне может оказаться более эволюционно успешной, если её отторгнуть от тормозящего балласта сознательного «Я».

Излагать в подробностях перипетии сюжета не имеет особого смысла. Во-первых, дело это непростое и почти обречённое на провал. Хотя бы потому, что рискуешь утонуть в наукообразных пояснениях, как это едва не случилось с самим Уоттсом. Во-вторых, гораздо большее удовольствие читатель получит от прочтения самой книжки (а читать однозначно стоит).

Здесь же выскажу несколько критических замечаний.

Во-первых, увы, бросается в глаза непроработанность основной проблемы романа. Конечно, вопрос сложный, Уоттс большой молодец, что вообще её поставил, но... Явно и внятно сформулировать её он так и не сумел! До самой концовки остаётся только гадать, что конкретно он понимает под «сознанием», как отличает его от «не-сознания». Всё интуитивно, полунамёками. Ссылки же на литературу столь разнородны и противоречивы, что затруднительно понять, какой точки зрения придерживается автор. Тут вам и Метцингер, и Пенроуз, и Блейксли, — сам чёрт ногу сломит. А ведь это, вообще-то, важно для полученного решения проблемы. Да, цельного представления о природе сознания современная наука не имеет, и все рассуждения на эту тему по определению спекулятивны... Но некоторая определённость не помешала бы.

Из обмолвок можно вывести авторскую ассоциацию сознания с рекурсией, «мышлением о самом себе», наличием в мышлении существа модели самого себя. При этом автор предполагает, что лишённое подобных «проблем» мышление было бы куда более быстрым и эффективным. Но эта гипотеза натыкается на трудности. Если действия существа производятся по неким мыслительным алгоритмам, то лучшее приспособление к среде требует улучшения этих алгоритмов, их динамического изменения — иными словами, обучения. А для этого алгоритмы должны модифицировать сами себя, нужны некие метаалгоритмы операций с алгоритмами. Существо должно «мыслить самого себя», то есть как раз включать модель самого себя. А это и будет сознанием по Уоттсу. Уоттсовские же инопланетяне — болтуны — вполне обучаемы.

Во-вторых, Уоттс всё-таки перебарщивает с наукообразностью. Иные специальные термины вполне реально заменить «объяснением на пальцах» — текст от них ничего не потеряет, но выиграет читатель. В «Слепоте» же «научности» так много, что автор порой сам тонет в этих массивах. К примеру, в одном из эпизодов персонажи разговаривают на некой смеси полудесятка естественных земных языков. Довольно забавная деталька, особенно при мотивировке, приводимой Уоттсом: ему как-то попалась статья по философской проблеме универсального языка науки, и вот невозможность такого языка Уоттса и вдохновила. Довольно наивно думать, что речь в философских диспутах шла об обычных разговорных языках, которые действительно трудновато использовать для формализации научного знания.))

Высказываются также претензии к недостаточно чёткой прорисовке социальной жизни предсингулярной Земли. Тамошние тенденции развития, социальные конфликты и пр. действительно показаны парой мазков и неполно. Но да это всё-таки не основная проблематика романа, и Уоттс однозначно вправе ограничиться минимально детализированным шаблоном трансгуманистическо-сингулярного грядущего.

Можно покритиковать автора за особо экстравагантные допущения, вроде тех же вампиров, но тут следует отметить и определённый шарм, который они придают вещи. В конце концов, порой они просто забавны.)

Лично мне не по душе пришёлся несколько разговорный стиль повествования. По мысли автора, он, видимо, разбавляет массу научной терминологии, а научный жаргон должен в нём сплестись с жаргоном бытовым. На деле смотрится лихо, но уж больно аляповато. Такие вещи не всегда сочетаются.

Суммируя, перед нами замечательное произведение на стыке классической НФ, киберпанка и singularity fiction. Мрачное, сложное, захватывающее. Поднимает ряд интересных проблем общефилософского значения, обладает неплохим художественным уровнем. Тем не менее, без заметных проколов тут не обошлось.

Уоттс в очередной раз ставит под вопрос образ человека как Царя Природы и Вершины Эволюции. Делает он это неподражаемо, вот только многие ответы, которые он даёт, продуманы всё-таки недостаточно. Хотя некоторые безответные вопросы и неверные гипотезы ценны сами по себе.

Хорошая книга.

Но на любителя.

У «Ложной слепоты» есть одно несомненное, всесокрушающее и очаровывающее достоинство: это — научно-фантастический роман в самом, что ни на есть классическом понимании смысла этого сочетания. Автор честно попытался понять, представить, осознать — что мы получим через n-лет в плане всего (и социум, и технологии), и у него получилось весьма и весьма убедительно. И в тоже время — немного архаично, потому что все уже привыкли, что искусственная гравитация есть даже в челноках, перелетающих от одного космического дрендоута к другому

Однако в главном достоинстве «Ложной слепоты» прячется и главный ее недостаток — обилие терминов и детализация научных подробностей не делает книгу легкой для чтения, и это несмотря на то, что собственно история проста и линейна. К тому же рассказана от первого лица, что мне не нравится — теряются все герои, кроме единственного и главного. К тому же действия чужих вызывают некоторое недоумение несмотря на то, что они чужие до последнего электрона К тому же трагический финал предсказывается практически с первой страницы, а потому совершенно не цепляет. К тому же...

А впрочем...

У «Ложной слепоты» есть одно несомненное, всесокрушающее и очаровывающее достоинство: это — научно-фантастический роман в самом, что ни на есть классическом понимании смысла этого сочетания. И это обстоятельство не способно изменить ни одно «к тому же»

Ну вот и я прочитал эту книгу. Книга, которая вызвала много споров, восторгов и неприятия.

Первое. При прочтении мне стало жалко рафинированных гуманитариев, взявшихся за нее. Роман переполнен технической терминологией. Мне,  привычному к технической литературе, это было почти нормально, и в общем то даже интересно. Но я реально не представляю, как пробирался через это все человек, далекий от техники.

Второе. Роман какой то рваный. Такое впечатление, что писались главы в разное время, в различном настроении, а то и разными людьми. А потом их вдруг взяли и склеили...

Третье. Герои. Герои, мягко говоря, не особо удались... Ну не вижу я живых людей — только персонажей. И несмотря на попытки как то их оживить, рассказывая о их «старой» докосмической жизни — достоверности это не добавляет

Ну, а теперь о приятном.

Давно, очень давно, мне не попадалось книги, имеющей столько прав называться именно Научной фантастикой. И «Ложная слепота» называется так по праву. Здесь нет тупого мочилова. Здесь нет каких то звездный битв с применением железных болванок, как у некоторых «популярных писателей». Здесь есть битва разумов, интеллектов, характеров. Битва с самим собой в том числе.

Несмотря на рваное, перегруженное терминологией повествование, книгу хочется читать. Хочется обязательно узнать чем все закончится. Хотя повторю — при этом, не получается сопереживать героям. За ними наблюдаешь пусть с интересом, но все же отстраненно, как за героями какого то мультика — отлично понимая, что это не более, чем нарисованные персонажи

Итог. Несмотря на огромное, как по мне, количество недостатков — книга достойна прочтения.И пожалуй, должна быть прочитана, потому как если это не эталон настоящей научной фантастики, то очень к нему близко.

Удивлен, конечно, что этот роман стал Книгой года. При всем хорошем — не тянет, на мой взгляд, это несомненно незаурядное произведение на это звание. Тянет его к низу груз недостатков.

Но повторюсь. Читать этот роман нужно обязательно....

Вот в который раз убеждаюсь — послушай рекламу и сделай наоборот. Как нету у нас повальной перхоти, кариеса и критических дней, как далеко не всем нравятся кубики Maggi, так и Ложная слепота — не я вляется НФ-романом и уж тем более открытием, прорывом в жанре. Не соответствует она и всем хвалебным откликам от вполне уважаемых людей. Возможно на руку псевдо — роману Уоттса(обьем в 400 с небольшим страниц) сыграло то, что в жанре НФ сейчас явный застой и поклонники посчитали, что на безрыбье и рак рыба, может поразил их автор текстом, перегруженным научными и околонаучными терминами. Не знаю..

Книга сырая настолько, что корявости и ляпы из нее текут ручьем, ни один факт истории существования современного человечества толком не раскрыт, ни один феномен не обьяснен и потому ты копаешься в куче вроде бы нового, но абсолютно ненужного барахла, вытащить из которго нужную вещь — просто невозможно.

Совершенно непонятен мне остался один из заглавных фактов «Ложной слепоты» — наличие в современном мире клонированных вампиров, которые к тому же еще и боятся острых углов, от которых впадают в эпилептический припадок. Но при этом ну совершенно не хотят крови.

Также неясным остается — кто такие светлячки, откуда вообще взялись ползуны, чего добиваются, и вообще — кому и зачем все это надо.

В общем создается впечатление, что ты включил фильм с середины и не успел досмотреть его до конца. Цельной картины автору создать не удалось. Прибавьте сюда корявый текст, невразумительные диалоги, перенасыщенность якобы-наукой и получите неудобоваримый рататуй под названием «Ложная слепота».

PS:активным поклонникам Уоттса хочется напомнить, что автор отзыва имеет право на свое мнение. Так что минусовать за то, что данный шедевр мне, в отличие от вас, не понравился — нечестно.

Вот начала писать отзыв и думаю, на чем сделать акцент — «хорошо, но не в моем вкусе» или «не в моем вкусе, но хорошо». То, что в твердой НФ составляет главную изюминку (красота решения разных научных проблем типа сохранения тела при долгих космических перелетах или реконструкции вампира по сохранившемуся генному материалу), мне оценить трудно в силу пробелов в образовании... Вообще в процессе чтения подумалось, что твердая НФ в какой-то момент неуловимо смыкается с фэнтези: сказать, что «Тезей» синтезирует нужное оборудование из космической (или какой там?) материи, или сказать, что нужное оборудование появляется на борту с помощью волшебного заклинания, — для меня, в сущности, совершенно равнозначно. =)) Ну и со сверхспособностями героев то же самое. Никакие экскурсы в историю психиатрии налета волшебства с лингвистических талантов Банды для меня так и не сняли. Впрочем, надо отдать роману должное, свою эрудицию в области психологии я-таки немножко подтянула — про «китайскую комнату» было интересно и наглядно.

Очень порадовали (после «Аватара») пришельцы — показать их чуждость и нечеловечность Уоттсу удалось, на мой взгляд, на пять с плюсом. Собственно, сцена, где один из подопытных пришельцев не опознает себя среди знакомых изображений, для меня ключевая. Человека отличает от всех прочих живых существ наличие самосознания, рефлексии, но самосознание с биологической точки зрения избыточно — пришельцы прекрасно обходятся, согласно построениям Уоттса, без него, будучи при этом гораздо «продвинутее» человека. Отсюда — согласна с Egorro — один шаг до признания бытия души (или духа — смотря что понимать под терминами) и два шага — до необходимости бытия Бога.  

Позабавили литературные игры автора с «Роршахом» и социопатией. Впечатлили картины глубокого космоса и интерьер космического корабля — эффект присутствия был довольно сильным. Рассуждения про вопиющее несовершенство человеческого восприятия в какой-то момент чуть меня не напугали — я прям реально почувствовала себя слепой. :))

Сухой остаток: не могу сказать, что я в бешеном восторге от романа, но почитать стоило, и время на чтение потерянным не считаю. :)

Черт меня дернул взять эту книжку почитать на отдыхе! Это не настоящая НФ — не верьте. Это философская притча о разуме, самосознании и эпилептических вампирах. Автор ковыряет мозг читателя на протяжении всего романа и делает это совсем без всякой аккуратности и отвлекающих маневров. Удовольствия не получил никакого от таких измываний.

Что же самое интересное — книга мне в общем то понравилась — она оригинальна, она напоминает фильм «Бегущий по лезвию» своими жуткими сценами и общей концепцией, и что особенно важно — она запоминается!

Можно смело сказать, что мое знакомство с НФ началось только с романа «Ложная слепота». Этот роман далеко не прост в восприятии, но усилия на его прочтение воздались сторицей. Я понимаю почему это произведение не хотели печатать, ведь немногие люди не поленятся одновременно и читать, и искать значение незнакомых терминов, коими роман изобилует, дабы вникнуть в суть происходящего.

Первый Контакт... казалось бы избитая тема, но тут это только фон... катализатор для осознания слепоты человечества, ложной слепоты. Я никогда для себя не разделял сознание и интеллект, а автор доносит до нас идею, что наше сознание — паразит, искажает когнитивные процессы и тормозит развитие человека.

Что предсказывает автор человечеству в 2082 году? Агонию человечества, которое умирает от паразитирования сознания. Еще когда главный герой покидал Землю, целое его поколение бросало реальный мир ради самодельного посмертия на Небесах при помощи оцифровки сознания. Что он увидит при возвращении? — автор многозначительно строит догадки.

Наличие такого паразита, как сознание, даже в таком дальнем уголке, как наша Солнечная система вызывает реакцию у наших далеких соседей по Вселенной. Они улавливают сигнал — обычные переговоры людей. Пытаясь их расшифровать, они приходят к выводу, что сигналы логичны, но не несут смысловой информации, необходимой для жизнедеятельности: они неразумно рефлексивны и все же организованы логически, следовательно не возникли случайно. Вывод: сигнал не имеет иной цели, кроме как пожирать ресурсы получателя с нулевым результатом, уменьшая приспособляемость. Одним словом — вирус. А вирус следует изучить и уничтожить.

Меня лично позабавило название корабля пришельцев. Сразу ясно с какой целью они явились — провести тест человеческого сознания. Ответная фигура землян — корабль «Тезей» — это вообще целый отдельный мир, в котором живут яркие, колоритные персонажи. Они настолько сложны, что автор выбирает в качестве повествователя от первого лица синтета, объективного (объективного ли?) наблюдателя, дабы никоим образом не повлиять на наше собственное изучение их, далеко не «картонноперсонажного», Я.

Я поставил творению Уоттся оценку 10. Согласно своей личной шкалы, такой оценки заслуживают интересные, неоднозначные и ломающие восприятие мира, произведения. Дополнительный «+« за неплохую научную основу. Что такое «Ложная слепота»? Философская притча в дебрях науки или научный труд в художественной оболочке? Это своеобразный тест Роршаха от П. Уоттса

Как обычно пишут фантастику? Представим себе условного автора, который садится за пишущую машинку / компьютер / чистый лист бумаги с некой только что пришедшей в голову, а может быть и долго обдумываемой идеей, возможно даже и вовсе без идеи, но с горячим желанием подарить миру своё новое творение.  Дело за малым: пробудить к жизни героев, проложить сюжет, установить декорации. А дальше всё зависит от таких факторов, как талант писателя, его упорство и, что немаловажно, личный взгляд на творческий процесс.

Если говорить не просто об условном авторе, а об условном авторе НФ, то идеи и декорации для него часто выходят на первый план. Такова уж особенность  жанра. Для раскрытия характеров и закручивания сюжета нужны жизненный опыт и фантазия, которыми каждый писатель в той или иной степени наделён. Жанровая же атрибутика НФ требует чего-то помимо «общелитературных» навыков: определённого багажа знаний. И вот здесь начинаются проблемы. Жанр накопил за свою историю немалое количество шаблонов. Всегда соблазнительно воспользоваться уже существующими заготовками, чтобы не отвлекаться от реализации основной задумки. Если взять несколько готовых ингридиентов и смешать их, не взбалтывая, то можно даже претендовать на оригинальность. Само по себе это не так уж плохо, но если оригинальность этим и ограничивается, пиши пропало. Ведь сколько трафарет не переворачивай вверх ногами, он так и останется трафаретом.

Уоттс не пользуется шаблонами. Вообще. Они ему не нужны. Он строит свои декорации с нуля, и его мир близкого будущего полностью самодостаточен. Самодостаточны и пришельцы, и контакт, оригинальны и убедительны идеи — а их в книге явно больше одной. Литературная и научная ипостаси романа не только не мешают, но даже взаимно усиливают друг друга — случай очень редкий, и на самом деле показатель действительно хорошей НФ. Через призму научного мировоззрения Уоттс разглядывает всё: и внешний мир, и внутренний мир, и даже самого наблюдателя — человеческое самосознание. Читателю под этим бесстрастным взором зябко и неуютно. Нет никакой финальной иллюзии, в которую можно было бы закутаться. Вселенная предстаёт как сцена безжалостной эволюционной гонки, в которой человечество вовсе не является финальной ступенью. Возможно, такой ступени не существует вообще. Так же, как не существует и цели гонки — ни высшей, никакой. И даже сознание, по мнению Уоттса, не более чем побочный (и не очень-то эффективный) продукт эволюции. Нам просто повезло, но надолго ли?

Не очень весёлые мысли. Неудобные истины, выражаясь словами одного из главных героев. Конечно, это не истины в последней инстанции, и со многими из них можно не согласиться. Но книга побуждает задуматься и трезво взглянуть на окружающую реальность, и это уже большой плюс.