Вот правда, мне кажется, что это просто красивая стилизация под Хемингуэя, лаконичная и яркая. До восьмерки история не дотягивает только потому, что какие-то дополнительные намеки и смыслы я здесь совершенно не считываю, это просто изящная безделушка. С другой стороны, не факт, что эти самые смыслы тут есть — у Желязны это сильно не единственное незамысловатое произведение, и они от этого не делаются хуже.

Про рак я шутить в принципе не слишком готов, но уж если шутка не предполагает оптимистической развязки — тем более. Что хотел сказать автор, что он пытался создать? Шокирующее произведение? Не вышло, вышло просто неприятно. Первая часть истории о взлете Уинтергрина написана с огоньком, а дальше Спинрад между осуждением и пропагандой запрещенного выбрал все сразу. Получилось так себе.

Вот правда, какой-нибудь дурацкий хэппи-энд тут был бы очень кстати.

А вот мне это смешивание довольно традиционных для фантастики тропов как-то не зашло. Динамично, но уж как-то слишком разнообразно, о чем уже многие сказали. У нас тут последовательно, но практически с клиповым монтажом:

а) антиутопия со злобным диктатором и благородными повстанцами;

б) инопланетный коллективный разум на космическом дредноуте, пытающийся поработить землян;

в) битва внутри сознания главного героя, в ходе коей он превозмогает;

г) вотэтоповорот с инопланетным дредноутом (лучшее место рассказа);

д) и тут неожиданно выясняется, что все это ради размышлений о природе власти и то, что она разлагает (все логично поминают «Убить дракона»; я же обращу внимание, что «Я — это другое дело» Пола написан за дюжину лет до того).

Собственно, слишком массивная и красочная преамбула для такой амбулы. Но из этого могла получиться грандиозная серия оригинального Стар Трека или фантастический фильм из 80х.

Съезд юных безбожников на страницах «Опасных видений» прерывается рассказом не о Боге, но о вере и религии, а точнее о способности человека творить себе кумира без каких-либо ограничений. К сожалению Браннер не отрабатывает здесь свой максимальный потенциал, и история не становится, на мой взгляд, размышлением о предопределенности (как считает один из коллег), а ведь автор «Квадратов шахматного города» на эту тему мог сказать многое. Но не говорит. «Просто» довольно прямолинейная библейская аллюзия, просто упрек вере как таковой.

Это ж за много лет до Уоттса, задумавшегося (вслед за некоторыми учеными) о природе веры как эволюционного механизма и пользы религиозного опыта (не в понимании Ф.К. Дика, конечно). Вполне понятно, штош.

Ну конечно Баллард написал этот рассказ хорошо, это для него типично. Как типичен для автора и жанр, хотя я бы историю про странный зверинец с довольно банальным подтекстом «люди суть звери» отнес к чему-то вроде магического реализма, но, впрочем, какая разница. Где-то в эпоху Лавкрафта это была бы, наверное, новаторская новелла, сейчас это просто довольно безликий и банальный качественный текст в вакууме. Чем это было во времена издания «Опасных видений», кроме как данью Эллисону от Балларда — ума не приложу.

И очень заметно, насколько из таких текстов растет Кристофер Прист — не в упрек последнему, конечно.

Романтика и юмор. С цыганами сочетается хорошо. Наверное, если знать цыганский, то будет ещё лучше. И, что характерно, без претензии на слом стен и срыв покровов, не революционнее старой истории о леммингах. И это прям здорово!

Ну, если это рассматривать как попытку передать точку зрения ребенка, то рассказ отличный. Не Фолкнер, конечно, но очень хорошо. Но действительно, фантастическое допущение тут очень странное и, что ещё страннее, практически не обыгрывается — семей, в которых орут на детей, увы, много и в нашей реальности, и программа выращивания ученых тут совершенно не при чем. Если эту мысль пытался донести автор, то у него получилось. В противном случае — эээ... Ещё один странный рассказ в антологии.

Продолжаем обзор раздела «Юный атеист» из сборника «Опасные видения». На сей раз богоборческая тема подана с юмором, причем вполне достойным — помимо собственно откровенно стебной сюжетной схемы речь рассказчика стилизована под молодежный жаргон, что, безусловно, добавляет и доставляет. Так что в целом, наверное, это лучший в этом жанре рассказ в антологии Эллисона, но хочу заметить — Феликс Кривин такие миниатюры клепал десятками и наклепал на целый сборник, который я предложил в раздел «Похожее». Когда я был пионером, мне нравилось, я ржал.

Наверное, всё же довольно тяжко было с атеистическим дискурсом в 1967 году в США.

А я вот не согласен с тем, что текст устарел. Это же, на самом деле, не предшественник «Матрицы», а предшественник «Идиократии», скорее. Это про продажу первородства за чечевичную похлебку, причем добросовестному покупателю, который не желает зла продавцу — ну, насколько он может это разуметь. Это классический по Стругацким конфликт правоты и правоты — машины безусловно желают людям добра в том понимании, для которых эти машины были созданы.

Отдельные штрихи очень хороши, вроде специальных песенок для каждого из героев. Это прям хорошее чувство идеи: если Лем пришел к удивительно точным предсказаниям в отношении ИИ-творчества путем ума холодных размышлений, то тут явно был просто инсайт. Жаль, что автор как-то не развернулся, вот его бы я бы ещё почитал.

Сообщу свое мнение по главному вопросу: это провокация, и ещё какая. Тема выбрана специально под сборник, причем наименее приемлемая психологически для среднестатистического человека. Не верю, что Старджон всерьез переживал за несправедливую табуизированность инцеста, но верю, что талантливый писатель талантливо выполнил заказ на шок-контент. Структурно рассказ неуловимо напоминает «Искусников с планеты Ксанаду», хотя, возможно, это потому, что я мало читал Старджона. И несмотря на безусловное качество текста, вряд ли это произведение имеет самостоятельную ценность, увы.

Вообще чем дальше я читаю сборник, тем больше убеждаюсь, что у меня в голове мало что осядет — темы и исполнение, хоть часто и достойные, не цепляют. Очень уж специфичный был подбор текстов у Эллисона, и дело даже не в том, что он делал это больше полувека назад.

Строго говоря, я сильно сомневаюсь, что общество, не просто практикующее каннибализм, а полагающееся на свой внутренний (именно внутренний, в рассказе едят не захваченных в плен врагов, а родителей) ресурс настолько сильно, в принципе способно выжить — оно сожрет себя за пару поколений. Технически исполнено прекрасно, но что хотел сказать автор, кроме «Ааа, смотрите какая провокация, Эллисону понравилась», я не знаю. Скорее всего, ничего.

Вообще «Опасные видения» богаты на богоборческий дискурс. Рассказ Деймона Найта тоже из этой серии — тут тебе и давно решенная теологами проблема «зачем бог допускает страдания» (окей, давайте поставим слово «решенная» в кавычки, но тем не менее ответ у них на этот вопрос есть), тут и легкий твист про запоздалый армагеддон — потому что люди справились сами. Если бы дело было только в армагеддоне, рассказ стал бы просто ещё одним предостережением, но заигрывание с воинствующим атеизмом, на мой взгляд, удешевляет историю, хотя и добавляет эпатажности. Второй фактор, судя по всему, и решил положительно судьбу рассказа от писателя, который Эллисону не сказать, чтобы нравился (это чуть не единственное предисловие в сборнике, в котором Харлан которое не поет дифирамбы автору, а в основном рассказывает, насколько Найт неправильно размещает, то есть НЕ размещает, рассказы своей жены).

А, так вот где я это читал — в «Фата-Моргане», легендарной серии антологий, издававшейся в девяностые! Неплохая вещь, типичный Андерсон, хотя технически и не про перемещения во времени, а в параллельные миры, между временными линиями. Сама по себя идея исключительно гуманной цивилизации на основе древнегреческой довольно любопытна и не сказать, что абсолютно нереальна, в конце концов античность была очевидным прогрессорским прорывом в человеческой истории, несмотря на рабство и прочее. На это положена довольно обычная для Андерсона история про столкновение разных культур; то, что одна из культур оказалась

Но хроноандерсона я люблю, он хорош.

Немного «Малыш» и «Гадкие лебеди» АБС, немного «Чужак в чужой земле» Хайнлайна, немного «Авессалом» Каттнера, и немного «Омен». Примерно такие ассоциации, хотя ни одно из этих произведений реально похожим не назовешь. Есть ощущение, что это фантазии вокруг темы с «детьми индиго». Естественно, что текст про проблемного ребенка, и его родителей — покончившую с собой мать и больного раком отца — производит впечателение, причем довольно гнетущее. Но какой-то реальной глубины, даже с добавлением божественной патетики, увы, не ощущается.

Красиво написанная и хорошо переведенная _странная_ повесть Лейбера, который вообще в плане _странного_ большой мастак. Жанр — я бы сказал, что магический реализм, потому что ну как ещё охарактеризовать историю про игрока и дьявола, которые вполне буквально играют в кости? Я бы сказал, что это заслуженно получившая обе премии (Хьюго и Небьюлу) лучшая повесть из «Опасных видений».

Сложно сказать, что позволяет отнести этот рассказ к Known Space, но это вряд ли влияет на его качество. С одной стороны, он незамысловатый — второй раз в «Опасных видениях» поднимается тема пенитенциарной системы, на сей раз в комплексе с размышлениями о будущем трасплантологии. А в финале этого компактного экшена оказывается, что на самом деле все было ради финала и логичного вывода о том, как эта самая трансплантология изменит этику. Незамысловато, но ярко.

Попытка сыграть в абсурдисткий юмор. Абсурда много, юмора мало, мысль утрачена. Лишний и совершенно не нужный рассказ.

Постапокалиптический юмор. В принципе забавный и лаконичный, более всего похожий на анекдот. Где-нибудь в фоллауте мог смотреться к месту.

Я, честно говоря, не уверен, что рассказ прям вот о сексе, а не о странном и откровенно девиантном поведении главной героини. Я правда не понимаю, что это и зачем, и как это концептуально вообще укладывается в идею «Опасных видений». В общем фигня какая-то.

Забавно: по названию ожидал что-то типа зюскиндовской «Истории господина Зоммера», но про секас. Нет, это не оно.

Находим в «похожем» рассказ Генри Каттнера «Жилищный вопрос» и читаем то же самое, но бодро-позитивное и без морализаторства, а просто ФОЦПА ОБХОДИТ ТЭРА. Впрочем, написано талантливо, так что и этот рассказ стоит вашего времени.

А ведь верно мне говорили, что в малой форме Дик лучше себя-романиста. Очень похоже на правду, судя по этому рассказу: тут в общем обычный Дик с ключевым и, по сути, единственным вопросом про «А реален ли этот мир» (опционально: «...или я просто обдолбался»; тут как раз с опцией). В общем для Ф.К. это довольно банально (в двунадесятый раз же), но за счет компактного объема читается хорошо и не успевает надоесть, плюс Дика не успело унести в какие-нибудь сайдквесты, которые авторам сценария по мотивам его произведений приходится вымарывать. Бонусом идет богоискательская тема (судя по послесловию, к тому моменту автор упоролся уже окончательно и перешёл к богонаходительству). В общем, если бы мне в своё время посоветовали начать читать Дика именно с этого рассказа, я был бы признателен, а сам готов посоветовать этой вещью и ограничиться.

Грустная и какая-то по хорошему ностальгическая зарисовка (и ещё трогательнее послесловие автора, как верно замечают коллеги). Фантастики тут нет, да её и не нужно, и как этот нежный текст попал в сборник «Опасные видения» — ума не приложу.

Идея хроногаза неожиданна и интересна, но в результате получается, скорее, сюрреалистический анекдот, нежели, скажем, сатира. Ожидал от Олдисса большего.

А мне всё-таки кажется, что в основном при написании этого рассказа Эллисона больше всего интересовала возможность высказаться по теме личности Джека-Потрошителя, а если иные «что хотел сказать автор» и имели место, то их все равно затмила неожиданно захватившая писателя тема. Никто не может лишить автора права увлечься чем угодно, от бабочек до истории освоения Антарктиды, но общее впечатление это смазывает и, в конце концов, а при чем тут «Опасные видения»?

Нет претензий к исполнению и идея прикольная — когда неожиданно в лапы пресыщенной садистке из декадентского будущего попадает жертва, которая сильно отличается от всех предыдущих жертв. Хорошая, яркая миниатюра, жаль только совершенно безыдейная; автор действительно ничего не собирался сказать этим, просто игра ума. И да, если рассматривать этот рассказ как предисловие к вещи Эллисона, которую он специально написал вслед за Блохом в свои «Опасные видения», то предисловие лучше.

Как идея или как проекция сколько-нибудь реалистического будущего, конечно, ниже критики, но изложено здорово и действительно пугающе. Да, это тоже эпатаж, на который составитель сборника «Опасные видения» не скупился, но эпатаж талантливый. Хорошо и лаконично.

Самое удивительное, что термин «фидо», использованный в прочитанном мной переводе (судя по всему, это работа С. Карпова), это таки не воспоминание переводчика о девяностых, а просто калька с оригинала; судя по всему, Фармер отталкивался от слова feed, ну от чего же ещё?

В остальном же правильно обозначил этот текст рецензент shickarev — это стилистический эксперимент. Ну то есть а вот может ли Фармер подражать Джойсу (тут даже «Поминки по Финнегану» читать не столь обязательно, мне кажется — стилистика великого ирландца узнается безошибочно)? Оказалось, может. Это примерно тот же эксперимент, который и сам Джойс ставил над собой — а слабо ему уместить всю английскую литературу в одно фантасмагорическое действо? Тоже оказалось не слабо. Интересно это? Ну, в каком-то смысле безусловно да. Но как-то хотелось чего-то большего, чем литературная игра. Тем более настолько основанная на каламбурах — то есть почему бы и нет, но если не через край. А здесь таки через, с перехлестом.

Сам Фармер в послесловии к повести в «Опасных видениях» говорит о программном тексте «Тройная революция» — это был такой, судя по всему, не переживший свое время коллективный меморандум социологов и их присных для свежеинаугурированного Линдона Джонсона. Но у меня совершенно нет ощущения, что Фармер действительно уделял этой идее внимания, куда больше увлекшись игрой слов и игрой в Джойса. Описанный мир гарантированного дохода — это следствие которой из трех революций, упомнутых в меморандуме (там были роботизация, вооружение и права человека)? Да и вообще, действительно ли так плох этот мир, действительно ли автор его критикует или им пугает? Есть ощущение, что путь Бориса Стругацкого, постепенно пришедшего к тому, что город в «Хищных вещах века» не так уж и плох, Фармер проделал за время написания первой главы повести.

Но написано талантливо, не могу спорить, и безудержная фантазия присутствует сполна. Первая действительно значимая вещь в сборнике Эллисона.

Прям не узнал Силверберга — эпатажная мини-зарисовка на тему необычного взгляда на эмпатию, но без традиционной для автора оригинальности. Не понравилось.

Бороться с расизмом хорошо и правильно, но ничего принципиально нового в этом плане Пол не говорит. Хотя скроен рассказ ладно — наверное, это первая новелла в сборнике «Опасные видения», которая хорошо сделана именно с ремесленной, технической точки зрения. Но идейно — пффф. Отказ от ксенофобии уж точно не то, что отличало новую волну фантастов от старой.

Нет, ребята. Если это атеистически-богоборческая миниатюрка, то это очень плоско, хотя, возможно, для США в 1967 году и актуально. Если же это аллегория на смену поколений писателей-фантастов, как предполагает Алексей 121, то это междусобойчиковая вещь, которая, впрочем, вполне укладывается в концепцию «Опасных видений» — иногда возникает ощущение, что для Эллисона целевой аудиторией сборника были сами авторы. В любом случае, сейчас она интересна главным образом литературоведам, исследующим атеистический дискурс в американской литературе 60-х годов, ну или историю фантастики.

По-моему вещь совсем не удалась. Очень размеренное, перенасыщенное политическими интригами в фантазийном мире постапокалиптической Америки произведение, попытка углубить вторую часть оригинальных «Страстей». Честно, я бросил где-то после двух третей, и совершенно не могу вспомнить хоть какие-то положительные моменты в повествовании. Наверное (Господь ведает, почему), это было важно для Миллера и, судя по отзывам, многие из читавших блистательную первую книгу спокойно восприняли вторую. Я — нет, слишком велик контраст. Я бы предложил оставить Лейбовичу лейбовичево, а на тему роли папской власти в период Ренессанса попробовать что-то историческое.

На мой взгляд, сходство между этой миниатюрой желчного Бестера и написанным за четверть века до этого рассказом Ивлина Во (который почему-то до сих пор не обзавёлся свой библиографией на Фантлабе) — очевидно. Лично я уверен, что это сознательный оммаж, и потому там странно искать дополнительных смыслов и обличений, это все те же «письма дочки богатых родителей», только в космических декорациях. Просто стилистическая игра, изящная шутка. Как по мне — смешная.

К литературе это произведение с многообещающим названием отношения, увы, не имеет. Если после такого заголовка вы ждали что-то типа «Пособия по выживанию среди зомби» Брукса, то увы. Если русского Кима Стенли Робинсона, то тоже увы. Впрочем, завязка, ненавязчиво списанная с «Пути марсиан» Азимова, относительно неплоха, но дальше ужас, кошмар и хтонь и CS GO на марсианской базе. Как такие тексты получают _такие_ оценки — убей Бог, не понимаю.

P.S. Это я моя первая негативная рецензия и, право, не знаю, сколько ставят в таком случае. Кол? Пару? Или как я?

Один из лучших рассказов Бирса и точно лучший из чисто фантастических. Для своего времени выдающаяся, уникальная идея, с обычным для автора блеском реализованная.

«Впрочем, некоторые из нас полагают, что его хватила кондрашка».

Другой взгляд на ситуацию из «О скитаньях вечных и о Земле» Брэдбери. Грустный, но реалистичный. Автор просто из другого поколения, которое уже знало, что такое live fast и die young. Мне кажется, это один из лучших рассказов Силверберга.

-- Кто хочет выбрать достопочтенного Кэссиуса К. Бенбоу в федеральные исполнители, те пишут в бюллетене «Да», кто против, пишет «Нет», -- сказал отец.

-- А я сам всем напишу, и сэкономим время, -- сказал Джордж Уайэт. Взял нарезанную стопку и, уперев на седло, стал писать, и тут же у него брали готовую бумажку и бросали по очереди в урну; Друзилла вызывала по фамилиям. Было слышно, как в хибаре не кончила еще плакать тетя Луиза; остальные дамы наблюдали за нами в окно. Голосование кончилось быстро.

Лучший текст о выборах, который я когда-либо читал.