Моисей Марков «Ошибка физиолога Ню»

Небольшое дополнение к предыдущему отзыву:

полная версия отличается от журнальный в 2х аспектах:

- подводка к истории про Марс толще раза в 3, чем в журнальный версии. Особого интереса она не представляет от слова совсем : какие-то бытописания Москвы 30х, контакт с марсианином и т.п. уфология.

- в марсианской части добавлено процентов 5 текста: в журнальный версии пропущена занимательно описанная битва между северным и южным полушарием Марса (из-за философского спора, похожий эпизод был в «Последних и перввх людях» Стэплдона, что характерно) и из-за неё появился также дополнительный эпизод в описании первого контакта с жителями планеты Х.

Ещё забавно, что Марков оставил в романе задел для сиквела, который , увы, так и не был написан (этого тоже нет в журнальной версии) . Речь там должна была идти о той самой планете «Х» , с которой воюют марсиане. Причем автор рассуждает про то, что исследования физиолога Ню по достижению бессмертия можно было бы и продолжить, но власти марса их засекретили и история пошла в сторону бессмертия через киборгизацию.

Дополнительно замечу, что скорее всего автор вдохновлялся в том числе и учением имморталистов-биокосмистов 20х годов, которые были разгромлены в 30е и , вероятно, поэтому и решил свою повесть положить в стол аж до 1986г. И да, повесть Маркова — полноценный трансгуманистический манифест, полностью в русле такого рода идей нф и философии 30х годов. Больше всего напоминает работу британского физика и футуролога Д.Бернала «Мир, плоть и дьявол» (1928) , хотя общая концепция вполне вероятно отталкивалась от романов Стэплдона (много похожих сюжетных находок). Кстати действие романа почему-то начинается осенью 1930г, хотя он был закончен под конец 30х — возможно это и есть намёк на роман Стэплдона, также изданный в 1930м (и тоже осенью).

Герои повести едут в поезде и неторопливо сочиняют непрерывную (то есть буквально событие идет за событием без разрывов на невообразимом интервале времени) историю Марса от момента появления там человекообразных марсиан до гибели их последней цивилизации спустя миллионы лет: в некоторых эпизодах события прошлых эпох воспринимаются самими марсианами как нами воспринимаются библейские истории. По масштабам и некоторым сюжетным деталям (коллективный разум, киборгизация, телепатия, крылатые люди, генетические эксперименты, автономные люди-мозги без тела, атомная энергетика, освоение космоса) произведение удивительно напоминает роман Стэплдона «Последние и первые люди». Написан в 30-е годы, в то же время, что и произведения английского «коллеги» (сам автор писал, что «до Мастера и Маргариты», до 1940г) однако пришел к читателю лишь в 80-е. Это единственный уникальный образец детальной истории будущего считай что человечества (марсиане не отличаются от людей, а люди — их потомки) в советской НФ, ничего общего не имеющий с фантастикой ссср ближнего прицела.

В повести чувствуется некоторое влияние идей К.Э.Циолковского и теоретиков биокосмизма 30х годов, что позволяет отдать Маркову лавры первого в русской литературе философа-трансгуманиста, не уступающего британцам вроде Стэплдона,Холдэйна,Бернала и Хаксли. Нельзя также исключить, что сам Марков был знаком с книгой Стэпллона еще в 30е годы- например летающие птицелюди с планеты Х Маркова похожи на стэплдоновских Седьмых Людей венерианского периода человечества, Люди-мозги похожи на Четвёртых Людей а финальный всепланетный разум — на опять-таки марсианские мыслящие облака.

С литературной точки зрения текст примитивен и перемежается неуместным и странным по сегодняшним меркам гротеском. Например посадочное поле для корабля пришельцев заботливо прикрывают «красивым ковром» (хорошо хоть котиков на него не сажают). Также логика повествования хромает — Марков проговаривает футурологические концепции и философские системы , не обращая внимание на детали сюжета: цивилизация, дошедшая аж до технологий создания с нуля генома человека не смогла обеспечить себе бессмертие, хотя знала, что это возможно на двух конкретных примерах. Или того хлеще — пронесла ненависть к инопланетянам в течении геологических эпох.

Сюжет имеет смысл пересказать, т.к. 99% читателей вряд ли заинтересуются этим советским ламповым ретро, устаревшим даже на момент издания, одновременно наивным и тяжеловесным, как советский утюг.

В мировой литературе именно непрерывных летописных описаний будущего на миллионы лет вперед очень немного — Стэплдон («Последние и первые люди»),отчасти Фламмарион («Гибель мира»), Станислав Лем («Осмотр на месте»), Альфред Деблин, Гастон де Павловски и наш Марков полностью исчерпывают список подобных авторов. Оценка 5 баллов — за первый в русской фантастике образец трансгуманизма и головокружительные масштабы изображаемого.

P.s. текст книжного издания романа существенно больше журнальной публикации в «Наука и жизнь».