Эдуард Лимонов «Молодой негодяй»
Это роман о Харькове 60-х годов, подернутый ностальгической дымкой, роман о юности автора и его друзей, о превращении «молодого негодяя» из представителя «козьего племени» (по его собственному определению) в пылкого богемного юношу… Являясь самостоятельным произведением, книга примыкает к двум романам Эдуарда Лимонова — «Подросток Савенко», «У нас была великая эпоха» — своего рода харьковской трилогии автора.
Впервые «Молодой негодяй» был выпущен издательством «Синтаксис» (Париж) в 1986 году.
Входит в:
— условный цикл «Харьковская трилогия»
страница всех изданий (2 шт.) >>
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
PeregaRrr, 22 января 2025 г.
Эди-бэби вырос. Он уже не подросток Савенко. Он молодой негодяй. Он теперь Эд Лимонов. «Богема». Больше не шпана. Окультурился. Теперь он живёт с крупной и сумасшедшей еврейской женщиной. Он уже не работает на заводе, завязал с криминалом. Он шьёт поэтам и художникам-авангардистам брюки. Но Эдуард продолжает писать стихи. Он всё так же презирает козье племя и считает себя особенным. Он хочет быть героем. Хочет быть не таким как все. Хочет сиять и покорять. Покорять умы людей, сердца лучших женщин, столицы, континенты.
Теперь молодой негодяй шляется с Великолепным Геночкой по центру Харькова. Пьёт водку и портвейн в кафе при зоопарке. Пьёт в квартирах знакомых и друзей, которые поражены и поглощены творчеством. Все они пишут картины, сочиняют стихи, творят бардак и пытаются уживаться в строгом советском обществе.
Молодой негодяй – вторая часть харьковской трилогии Эдуарда Лимонова. Построена она примерно так же, как и первая книга. Читателю описываются несколько дней жизни поэта, при этом повествование постоянно обрывается и скачет в разные временные отрезки, знакомя нас со случаями из жизни автора, показывая знакомых, пассий и просто случайных попутчиков из жизни Эда.
Перед читателем предстаёт Харьков 60-ых годов. Город-миллионник, где на окраинах живут сотни тысяч грубых рабочих, а в центре собирается творческая элита. Лимонов сам не так давно выбрался из серых рабочих окраин, сам не так давно выкарабкался из цехов, сам совсем недавно перестал обносить магазины и носить с собой нож. Но молодой негодяй не собирается возвращаться назад. Он перерос, перешагнул, перепрыгнул и переплыл заводы, тёмные переулки на окраине Харькова и козье племя.
Вторая книга описывает эпизоды жизни молодого Лимонова, проживающего всё там же в Харькове, но уже ставшего частью творческой богемы. Молодого, но возмужавшего. Выросшего, окрепшего и уже понимающего, что в Харькове ему тесно. Харькова ему мало. Мало ему и УССР. Он уже хочет в Москву. Для начала в столицу огромной социалистической страны. Правда скоро ему и там станет тесно и неуютно, впрочем, как и в Париже, как и в Нью-Йорке.
Лимонов рассказывает нам, как чуть не сгинул в сумасшедшем доме, как поджёг девятиэтажный дом, как работал книгоношей, как в роли фотографа колесил по Украине, как пьянствовал и писал стихи. Лимонов погружает читателя в океан харьковских знакомых и подруг. Они разные. Они творческие. Они молодые и старые. Одни теплятся надеждами проявить себя и доказать всему Союзу и планете, что они элита, вторые вешаются на чердаках или замерзают на улицах. Но их удел точно не крутить гайки и заливать плавленым железом формы. Но очень многие из них сами становятся представителями козьего племени. Многих поглощает быт действительности, семейные дрязги, дети, разводы, карьера и обыденность. Но не молодого негодяя!
Но больше всего Лимонов рассказывает читателю о своей первой жене. Большой, крупной и сумасшедшей еврейской женщине Анне Рубинштейн. Как Эд добивался её. Как покорял сердце опытной и похотливой женщины, старшей его на 7-мь лет. Как ревновал её к юнцам, сам будучи юношей. Как сожительствовал с ней и её матерью. Как восхищался ей. Как пьяный убегал от неё. Как разрисовывал её химическим карандашом. Как она вовлекла его в новый круг общения, к которому он так стремился. Как однажды он покинул её, что бы никогда не отвечать на её письма.
Итог:
Вторая часть мне понравилась немного меньше первой. Я не сильно вовлечен в поэтическую жизнь. Не вовлечен вообще. Не разбираюсь в стихах и не понимаю их. Но я не могу сказать, что скучал. Лимонов пишет профессионально. Четко. Умело. Ёмко. Его упрямство, прямолинейность, самолюбие, бесконечное самолюбование задевают. Его презрение ко всем и в тоже время скупая любовь к окружающим оставляют какой-то невидимый рубец на читателе.
Хорошая книга.
Оценка 7мь.
П.С. Кто-то сказал, что подражать Лимонову можно. Многие пытались. А вот жить, как жил Эдуард Вениаминович сложно, если почти невозможно.
Лев Глебович, 15 июля 2025 г.
Третья, заключительная книга (по хронологии событий) из Харьковской трилогии. На мой взгляд, лучшая.
После прочтения «Подростка Савенко» у меня долго не было желания браться за «Молодого негодяя», думал, что здесь будут описаны ещё более отвратительные вещи. Но, спустя год, я всё-таки прочитал эту книгу. Она мне настолько понравилась, что последние несколько глав я нарочно растягивал, очень не хотелось чтобы книга заканчивалась.
Здесь нет сцен с изнасилованием или детским сексом. Это единственная книга в трилогии, где автор не совершает акта дефекации ) Роман оказался не о шпане и бандитах, он о харьковской богеме середины 1960-х, о поэтах и художниках, о весёлых тунеядцах и алкоголиках ) Об эпохе Бродского и Высоцкого.
Здесь есть летние рестораны и диваны с клопами, сотрудники КГБ и эпатажная молодежь из неформального общества «СС», зигующая и декламирующая речи Гитлера в общественном месте, есть настоящие националисты, украинские и еврейские. Но роман не о них. В первую очередь, он о первой женщине, с которой жил бывший подросток Савенко, а теперь уже поэт Эд Лимонов. В основном книга посвящена именно ей, голубоглазой и роковой еврейской женщине Анне Моисеевне Рубинштейн. Кстати, это именно она называла Лимонова молодым негодяем, поскольку была старше его на 6 лет.
Повествование ведётся по тому же принципу, что и в «Подростке Савенко»: описывается один день молодого негодяя с постоянными флэшбэками. В самом начале Эд сбегает пьянствовать с другом мажором Генкой из квартиры тещи (как, он уже женился?) А дальше мы постепенно узнаем, кто такая его Анна, как они познакомились и другие подробности их совместной жизни.
Книга наполнена теплой ностальгией, иногда немного злым юмором, в духе Генри Миллера, и конечно не обошлось без самообличающих криминальных историй, как же без них. А ещё здесь много, много самокопания. Вплоть до признания фрейдистского страха быть изнасилованным... И запах овощной икры, часто приготавливаемой Цилей Яковлевной (мамой Анны), средиземноморский запах жаренной на подсолнечном масле моркови, перца, лука и баклажанов...
В общем, мне очень понравилась книга. Если в вас есть хоть немного ностальгии по 60-м, в которых вы не жили (или жили?), то и вам должно понравиться.
В завершение вставлю цитату из эпилога.
«Просветлённые» — хороших стихов не пишут. Просветлённые поэты нам не нужны. Нам нужны спившиеся поэты, обоссанные поэты и облеванные поэты. Поэты с красными глазами, небритые, невыносимые в общении, приставучие и гадкие, вымогатели двадцати копеек нам нужны»...
P.S.: книга впервые издана в 1986-м в Париже. Анна Рубинштейн покончила с собой в 1990-м. Прочитала ли она эту книгу?
prouste, 20 сентября 2016 г.
Помнится некогда очень популярный актер Мэтт Дилон высказывался навроде такого:«Меня сравнивали с Брандо, а я видел его в «Крестном отце» и не понимал, чем я похож на жирного старика. Потом, правда, посмотрел «В порту». Равным образом мне попадались какие-то старческие козлодоевские вещицы позднего Лимонова, ну и «Палач», так что был не в восторге. «Харьковскую трилогию» эрго просмотрел, а зря. Собственно, первая повестушка очень стандартна и проходна, а вот «Подросток Савенко» и особенно «Молодой негодяй» выгодно отличаются от схожей полумемуаристки в духе Довлатова. «Молодой негодяй» выглядит контрастным с «Подростком». Это очень приятная, сочная физиологичная проза о условной богеме, которая, понятно и симпатичней и смешней преступной кодлы. Уже за один живописный портрет первой жены с обертонами из Бабеля и одесской литературной традиции Лимонову можно смело ставить зачет, а в романе еще с десяток сочных характеров, забавных сценок и изменений психических состояний повествователя. Смена авторского угла, рефлексия и универсальность , нормальность угла обзора присуща много кому ( хоть Климонтовичу, хоть Найману), но витальность, энергетика, если угодно «сперматический бульон» делают Лимонова каким-то совершенно литературным Распутиным на фоне современников. А еще рефлексия нутряная, подлинная, без кокетства. Ну приятная пора, чего уж там, все вспоминают с любовью, а все же дохнуло из «Подростка» — сценка в кинотеатре, о которой и забыть бы, словно и не было, а жжет стыд. И не стал слова из песни выбрасывать. Вспомните сколько книжек мемуаристов про богему 60-70 читали. Где есть такая сцена, в подробностях без рисовки с физиологическим хрустом описывающая сценку, где автор разжевал свой страх и стыд перед шпаной и изнасилованием? В общем, достойный безоговорочно роман, Лимонова — в личный пантеон.