И. Грекова «На испытаниях»

Не то чтобы совсем уж плохо, но ничего хорошего. Плохо – это когда карикатурно чёрно-белые герои и пафосные лозунги. Здесь этого нет, так что читать можно. Просто неинтересно.

Есть набор персонажей, вроде бы и разных, но всё равно сливающихся в какую-то общую серую массу. И все эти персонажи в разных сочетаниях всю книгу заняты беседами, в основном сводящимися к половому вопросу.

Собственно испытаний в книге полтора эпизода. Причём до такой степени скомкано описанных, что я так и не поняла, что испытывают (то, во что стреляют, то, из чего стреляют, или то, чем стреляют). Скорее всего, автор сознательно обобщала, дистанцировалась от производственной темы, дабы доказать, что такие мысли, такие разговоры и такие поступки универсальны для всех командировочных. И если в этой мысли («Командировка – это маленькая жизнь») автор права, то в старательном уклонении от конкретики – нет. В конце концов перестаёшь вообще замечать хоть что-то кроме этого уклонения. И возникает законная убеждённость в том, что автор не понимает, о чём пишет. А это обесценивает любые отвлечённые рассуждения, какими бы правильными они не были. Автор до такой степени не представляет, о чём пишет, что у неё генерал уговаривает лейтенанта исполнять свои обязанности!

Давайте будем считать эту повесть просто пробой пера. А получится ли у математика связать слова в литературный текст? Да, вроде получается. Разве что от переизбытка старания слишком много прилагательных и наречий, но чувство меры в этом вопросе – дело наживное. Останется найти свою нишу. Если не ладится с пересказыванием мужских диалогов – почему бы не заняться женскими душами? Если не хватает материала для абстрактных «испытаний» – может, стоит отталкиваться от собственной практики?

Так что, спасибо И.Вентцель, что она эту повесть написала, и та получилась неплоха ровно настолько, чтобы не опустились руки писать дальше. И цензуре с худсоветом спасибо, что не зарубили, не отбили желание продолжать. Потому что дальше всё будет хорошо. Будут «Вдовий пароход» и «Кафедра» – маленькие шедевры соцреализма. Редко у кого шедевры выходят с первой же попытки, приходится набивать руку через такие вот книги: не то чтобы плохие, но…

Читая «На испытаниях» Грековой, я не мог не держать в уме «Понедельник начинается в субботу». Разумеется, это совершенно разные книги. И, вместе с тем, параллели ищутся легко.

«ПНС» опубликован в 1964, «НИ» — чуть позже, в 1967. Время действие повести Грековой определяется довольно точно: в кабинете над столом портрет Сталина, при этом война кончилась явно не вчера. То есть — начало пятидесятых. Время действия «ПНС» — начало шестидесятых, но часть сотрудников НИИЧАВО в пятидесятых явно уже работала — даже Ойра-Ойра с Корнеевым, вероятно, были уже молодыми специалистами, не говоря уж о корифеях.

В «НИ» даже типажи Стругацких угадываются: суровый Кристобаль Хунта, ироничный Ойра-Ойра, грубый Корнеев, прекрасный работник Привалов, непреклонно-хозяйственный Камноедов, а также Стеллочка, молодая ведьмочка, вполне могли быть списаны героев «НИ» (разумеется, с поправкой на различие между сказкой и реальной жизнью). Занимаются и те и другие прикладной наукой. Одни испытывают на полигонах джиннов, другие — осколочно-фугасные боеприпасы. Работа у создателей вооружений секретная, ну так про чародейство и волшебство в СССР тоже не особенно распространялись. Правда, непосредственно на счастье всего человечества герои Грековой не работают, у них пока ещё совершенно другие цели. И вот этот их диалог совершенно ясно указывает на то, что их понедельники тоже начинались в субботу:

''- Так вот, не скажете ли вы мне: чем мы, собственно говоря, живы?

- Ну, работой. Скорее всего работой.

- Я так и знал, что именно это скажете.

- А вы что скажете?

- Я с вами вполне согласен.

- Работа плюс чувство юмора. Не так ли?''

Да, работа и чувство юмора. В «НИ» это выглядит даже органичнее, чем в «ПНС»: людям живётся нелегко, что им остаётся делать? Работать и шутить, несмотря ни на что. Собственно, про это и повесть.

В общем, про параллели между этими двумя книгами можно говорить долго. А главная, вероятно, в том, что похожи их авторы — советские технические интеллигенты-шестидесятники (даже Аркадия Натановича у меня язык не повернётся назвать гуманитарием).

Персонажи у Грековой, как обычно, практически все положительны. Точнее, она умеет в любом увидеть что-то симпатичное. Даже в майоре Тысячном — личности, как выясняется, довольно тёмной...

Многие, вероятно, скажут, что «ПНС» — сказка, а «НИ» — неприглядная правда о жизни советских учёных. Можно сказать и так. Но я предпочитаю смотреть на это по-другому: пройдёт десяток лет, и герои «НИ» действительно начнут заниматься счастьем человечества. А в альтернативной реальности даже его и создадут. Но нам, невезучим, суждено жить в другой ветке этой реальности.

Под конец не могу не оставить здесь несколько любимых цитат: