Журнал «Млечный Путь №1, 2014 (8)»
В произведение входит: по порядкупо годупо рейтингу
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
![]() |
|||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
||||
|
циклы (сворачиваемые)
циклы, сборники, антологии
романы
повести
рассказы
графические произведения + примыкающие, не основные части
Входит в:
— журнал «Млечный путь», 2012 г.
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
MilkyWayCenter, 28 июня 2014 г.
Отзыв на МП номер 8 Владимира Гопмана
Начнем с наиболее крупного произведения номера – повести Натальи Сорокоумовой «Злейший враг, или Вечность длиной в день». Скажу сразу, что название, по-моему, несколько претенциозное – обычно выбирают названия такого типа, чтобы «закрыть» недостатки текста; в данном случае это не нужно – повесть очень неплоха. Герой представляет собой модификацию типа «маленького человека», ничем не примечательного, не обладающего никакими выдающимися достоинствами, кроме того, что он – профессиональный больной. Человек, проводящий дома всего месяца два в году, остальное время его обиталище – больница. У него нет ни семьи, ни близких (родители умерли), ни друзей. Но вдруг выясняется, что некая организация, занимающаяся изучением параллельных миров, остановила свой выбор именно на нем, т. к. он обладает уникальной способностью противостоять болезням – по словам одного из персонажей, герой поразительно везуч и живуч. Потому-то ему предложили участвовать в сложном, но крайне важном эксперименте – отправиться в один из таких миров, чтобы выяснить, почему пропадали предыдущие экспедиции.
Изначально читатель не сомневается, что герой «обречен на победу» – и он не может погибнуть ни в одном из тех миров, куда его заносит фантазия автора. Разумеется, герой возвращается обратно и получает за проявленную стойкость главную награду – любовь. И в очередной раз демонстрирует мудрость слов повелителя эльфов Элронда: «Слабые не раз преображали мир, мужественно и честно выполняя свой долг, когда у сильных не хватало сил…» Миры, куда попадает поочередно герой, описаны впечатляюще и изобретательно. Сюжет развивается динамично и увлекательно, и в целом же впечатление от повести самое благоприятное.
Чего нельзя сказать о рассказе Давида Сеглевича «Мировой заговор», открывающем радел русскоязычной прозы. В основе рассказа – идея о некоем всемирном заговоре, существующем еще с античности и имеющем целью наложить ограничение на возможности человека: «Положить некие пределы, за которые их [по словам автора, «смельчаков мысли» – В. Г.]) разумение выходить не должно». Этот заговор функционировал на протяжении всей истории человечества – действие доведено до начала ХХ в. Я честно прочел дважды рассказ, но вопрос, формулировка которого нам знакома со школы – «Что хотел сказать автор этим произведением?», – так и остался для меня без ответа. К тому же, воля ваша, есть в идее рассказа нечто, вызывающее в памяти столь любимые в России теории заговора как масонов, так и того самого «малого народца», который столь нелюб многим и многим, потому как строит планы захвата мирового господства.
Рассказ Татьяны Адаменко назван «Поединок». Название простое, хотя рассказ далеко не прост (нельзя не вспомнить опять название повести Сорокоумовой…). Адаменко использует материал жизни Великобритании (XVIII век, наши дни). Рассказ хорошо стилизован под литературу о привидениях (и можно было бы, наверное, выдать его за перевод с английского). Герой – потомок древнего рода – возвращается в заброшенную родовую усадьбу, чтобы провести там на спор ночь. В усадьбе – естественно! – водятся привидения, которым герой, в сущности, бросает вызов. Хороша сцена «пугания» героя, в ходе которого он демонстрирует присутствие духа. В итоге герой побеждает зло не только прошлого, но и настоящего: мстит прапраправнучке той представительницы колдовского рода, которая погубила его предка.
Рассказ Леонида Шифмана «Саба Элиэзер» психологически точен и убедителен. Четко проработаны образы действующих лиц, хорошо воссоздана атмосфера жизни современного Израиля. Сдержанность интонации, использование не ярких красок, но полутонов, пастельной гаммы – безусловные достоинства рассказа.
Рассказ Олеси Чертовой «Хрустальная паутина» знатокам фантастики может напомнить повесть Уэллса «Чудесное посещение», в которой в небольшой деревушке в Южной Англии появлялся ангел. В рассказе современной писательницы ангел появляется в российском городе – в тот момент, когда его «подопечный», которого он охранял, находится при смерти. Есть и тот, кто противостоит ангелу – представитель нечистой силы, который обрел земное обличие и стал преуспевающим адвокатом. В борьбу между ангелом-хранителем и падшим ангелом вступает жена героя, но главное – не перипетии этой схватки, а чувства, вполне земные, которые возникают у посланца небес и молодой женщины друг к другу. Возникшая перед героиней проблема выбора – главная в рассказе: муж, находящийся при смерти, но с которым практически ее уже ничего не связывало, и ангел, которого она воспринимает как самого близко человека. Коллизия решается автором с несомненным художественным тактом.
Переводные рассказы более однородны по сравнению с рассказами в русскоязычном разделе. Рассказ Альфреда Коппела «Захватчик» написан в традиции литературы вторжения на Землю инопланетян и может напомнить, прежде всего, рассказы Шекли, а из отечественных авторов – роман Александра Мирера «Дом скитальцев». Инопланетный разум, прибывший на Землю для разведки, обнаруживает большое количество теплокровных двуногих, тела которых так подойдут для его соплеменников. Исходная коллизия предоставляла автору большие сюжетные возможности, которыми он умело распорядился. Рассказ остроумный, с ударной концовкой.
Рассказ Алгиса Будрыса «Кочегар и звезды» (может быть, лучше назвать американского фантаста, литовца по происхождению, Будрисом?) написан в традициях классической фантастики США 1930–1940-х гг. (в частности, вспоминается рассказ Хайнлайна «Зеленые холмы Земли»). Романтика покорения космоса, идущая в национальной культурной традиции США от романтики покорения фронтира, пронизывает рассказ.
Рассказ Стивена Марлоу «Один и многие» о толерантности, о терпимости, столько необходимой нашему миру. И в который раз рассказ подтверждает, что космос в фантастике – зеркало для человека, для земных проблем.
Как всегда, хорошо эссе Станислава Лема «Мысли о литературе, философии и науке». Эстетические и социальные задачи фантастики и литературы в целом, роль литературы в истории человечества, соотнесенность литературы, науки и философии – обо всем этом классик рассуждает глубоко и мудро.
К некоторой степени к эссе Лема примыкает литературоведческая работа Элизабеты Левин «В их времена: загадки “переклички через океан” Ивана Кашкина и Эрнеста Хемингуэя» (вновь не могу не отметить, что здесь также нарушение законов поэтики заглавий: название работы несколько вычурное…). Работа посвящена взаимоотношениям Хемингуэя и его первого переводчика на русский язык И. А. Кашкина, а также установлению соответствий между жизнью и творчеством Хемингуэя и Х. Крейна. Работа интересная, в ней есть и точные наблюдения, и обоснованные обобщения. Хотелось бы только пожелать, чтобы при переиздании исследования автор внесла бы в текст небольшое дополнение. Понятно, что, упоминая Эренбурга, не нужно никому объяснять, кто он. Но когда автор упоминает Венедиктову (без инициалов), у читателей, особенно у любителей фантастики, возникнет вопрос, кто она. Потому, как мне кажется, нужна была сноска, в которой было сказано, что Т. Д. Венедиктова – один из наиболее вдумчивых современных исследователей американской литературы, профессор филфака МГУ.
Как всегда, интересно читать статью Юрия Лебедева «Nil novi sub luna» в рубрике «Наука на просторах Интернета».
И, в который раз, испытываешь сожаление оттого, что раздел «Стихи» столь невелик по объему (особо хочется отметить стихотворения Севы Гуревича).
Вывод формулировать просто и приятно. «Млечный Путь» – и это можно утверждать без каких-либо оговорок – серьезное и очень нужное издание о фантастике. Издание, без которого нельзя представить себе современную фантастику на русском языке.
Владимир Гопман