Ещё одна застарелая и запоздалая попытка написать что-то своё по Толкиену. Естественно, неудачная.

Ролевое движение толкинистов и просто романтиков Толкиена у нас так и не породило сильной (или хотя бы интересной) литературы, исключения («Кольцо Тьмы», «Черная книга Арды», «Последний кольценосец») можно перечислить по пальцам. Но это странная постсоветская культура дала толчок попыткам переосмыслить саму историю Средиземья или написать что-то своеобразное, используя принципы эпического фэнтези, заложенные Толкиеном.

Тут уже получалось лучше: можно вспомнить «Апсу» Маркова или «Алтари Келады» Арчера. Или на ум приходят «Рыцари сорока островов» Лукьяненко, чрезвычайно выгодно собравшие в себе и карапивинское наследие советской эпохи и недавно обретённую через Толкиена любовь к ролевым играм в рыцарей и менестрелей.

Повесть Ларисы Подистовой, очевидно, тоже написана в этом же потоке. И написана давно — сама автор указывает на конец 80-х. Сходство сюжета и общая с трилогией Толкиена атмосфера очевидны. А для 80-90-х такую попытку можно даже назвать в чём-то состоявшейся.

Однако, желание подражать британскому мэтру и одновременное стремление отпочковаться от него не пошли повести на пользу. Автор не справилась с замыслом — сюжет аморфен, развит очень плохо, его линии никуда не ведут, расстановка сил не приведена — герои бестолково носятся по довольно пустому миру, время от времени кто-то кого-то убивает, мотивы и конфликт не обозначены — где красные, где белые, где, вообще, голову преклонить? Герои и второстепенные персонажи толком не описаны, в сюжете почти не задействованы. Главная героиня довольно отстранённо движется в потоке событий, почти не шевеля плавниками и плохо понимая, что с ней происходит. Читатель висит в пространстве посреди этого кавардака и пытается осмыслить хоть что-то. Речь автора скована, в повествовании нет огня. Поэтому повесть не только вызывает недоумение (что это было?), но и читается с трудом — в тексте нет опоры для читательского интереса. Главным в повести остаётся неловко поставленный вопрос «Надо ли быть чудовищем, если ты чудовище?» и сквозные лирические сценки, описывающие рыцарей Солнечного ордена и Ричарда Боверли. К чему в повести введены британские имена, обозначен антагонизм между Альдамиром, Наваррой и Ментауром, и вставлен талисман лученосцев — абсолютно не ясно. Я называю такие вещи «писал для себя» — они не обращены к широкому читателю. Тут автор, видимо, больше рассчитывала на отклик какой-то близкой к ней аудитории, которая может уловить всё без подробных пояснений. Для остальных же текст остался закрытым ящичком. Всё пролетело мимо!

Но удивление вызывает не творческая неудача «Последнего лученосца» — дело житейское, бывает. Непонятно другое: зачем нужно было публиковать отставшее от времени и культурного тренда произведение к 2005 году? Да, в начале 90-х заявка ещё была бы принята отечественным читателем, как в самом начале 90-ых принимались странные, словно бы написанные с неуверенностью, фэнтезийные повести и рассказы Анны Китаевой — они худо-бедно соответствовали запросам времени. Но за 15 лет прошла целая литературная эпоха, успело появиться не только множество переводов зарубежных мастеров фэнтези, но и обозначился свой канон фэнтезийных произведений, даже народилось новое поколение признанных авторов! Уже вовсю графоманил Никитин, уже давно увидела свет знаменитая триада русскоязычной классики («Волкодав» Семёновой, «Жихарь» Успенского и «Многорукий бог» Логинова), уже стояли на полках разнообразные романы Олди, Скирюка и Дяченко, уже регулярно печатались сборники нашего фэнтези, даже Пехов успел заявить о себе! Кому на фоне этого разнообразия была нужна подражательная, герметичная повесть, лишённая литературных наработок и всего арсенала фэнтези, вызревавших полтора десятилетия?

Нет совершенно ничего удивительного в том, что «Лученосец» и другие повести цикла Ларисы Подистовой остались за бортом читательского внимания. К 2005 году они безнадёжно устарели!

Простая и понятная история про взаимоотношения «цивилизованного» мира и мира не «цивилизованного», в котором «цивилизованный» мир если не видит для себя простой и понятной выгоды, спокойно готов уничтожить так называемый «нецивилизованный» мир. А то, что у них там язык общения какой-то особенный, сложный, замороченный или бросив взгляд на страницы истории вообще культура какая уникальная, со своими традициями, верованиями, изобразительным искусством, музыкой и вообще своим независимым мировоззрением, рояля не имеет. А побрякушки мы заберём и продадим на аукционах, это они, цивилизованные делать умеют, преуспели в этом искусстве, доки и мастера. В общем, этим и живёт весь цивилизованный мир не первый век. Тема актуальная всегда а сегодня так вообще самое оно и есть. Только возникает вопрос, как яро порой читатели сопереживают книжным притесненным, так почему-то в жизни часто наблюдаешь противоположную картину, почему так?

В недалеком будущем общество сменило приоритеты и выработало новую мораль. Отныне жить долго стало неэтичным, ведь уход за стариками требует определенных жертв со стороны более молодых родственников. Поэтому последние стали предлагать первым добровольно свести счеты с жизнью. Те же, кто отказывался принять новые правила, попадали в руки настоящих отморозков, которым было чуждо любое сострадание...

Столь любимая современной российской фантастикой антиутопия, мрачная и безысходная. По мнению автора, настоящие проблемы нашего общества не только не будут разрешаться, но и будут усугублены до полного абсурда. Обычай убивать стариков старше 50 лет существовал еще у дикарей Новой Гвинеи в 16 веке. Его можно было объяснить сложными условиями на острове, где каждая пара рук была на счету и должна была приносить племени пользу. А 50-летние люди уже были для него обузой и даже угрозой. Их милосердно лишали жизни и торжественно съедали на семейном банкете — никакое свежее мясо не должно было пропадать! Эту традицию (только без людоедства) автор перенесла в будущее нашей цивилизации. Ее логика нулевая, но писательницу интересовала не логика, а этика: каким должно быть то общество, что отрицает собственных родителей? Ответ на вопрос дает образ т.н. «Пятницы», который по воле судьбы стал товарищем героя по несчастью. Из-за небольшого объема произведения его качества кажутся немного фальшивыми и гипертрофированными, но основная мысль автора понятна без слов: общество таких вот «отморозков» нежизнеспособно при любом раскладе. Поэтому их не стоит считать людьми, чтобы жалеть.

----------------

РЕЗЮМЕ: мрачный прогноз на то общество, в котором рухнули все семейные ценности. К сожалению, это уже не фантастика, а жестокая реальность. Дойдет ли она до описанной в рассказе стадии, зависит от КАЖДОГО из нас.

В Европе бушует Первая мировая война. Уже случилась катастрофа в Арденнах и была проиграна битва на Марне. Германская армия наступает по всему западному фронту, повсеместно тесня войска Антанты. Английского шифровальщика Роя Даллана отправляют в маленькую бельгийскую деревушку, чтобы он помог разгадать странный код, с помощью которого немецкий шпион общается со своими агентами. И чем глубже шифровальщик вникает в суть дела, тем лучше понимает: таинственный противник передает вовсе не секретную информацию о перемещениях военных частей, а нечто кардинально иное...

Содержание шифровки, конечно, является главной интригой этого рассказа. Автор акцентирует внимание не на самом коде немецкого шпиона, а на попытке разгадать его смысл и психологию. Хоть в заголовок вынесено название науки о шифровании информации, сам метод расшифровки дан весьма поверхностно, чисто с интуитивной стороны. Потому как метод тут не так важен, как само содержание. Когда Рой поймет, ЧТО именно передает его противник, он одновременно поймет и то, КОМУ это сообщение предназначается. И тогда станет очевидным, что война к этому не имеет никакого отношения. В этом и состоит трагедия вражеского шпиона — делая рутинную диверсионную работу, он наткнулся на нечто большее и великое, реализовать каковое мешает начавшаяся война. Самое ужасное состоит в том, что он не может ни с кем поделиться своим открытием. Подобное чувство возникает у писателя, что пишет «в стол», и у художника, чьи картины не принимает ни одна выставка. Живя среди тысяч людей, они одиноки духовно, как известный герой Даниэля Дефо. В первую очередь потому, что делают совсем не ту работу, что должны. Совсем как в нашу эпоху: более половины современных работников занимаются не тем, на что они способны. Но если герою рассказа Подистовой в том мешает война, то что мешает нашим современникам??

---------------

РЕЗЮМЕ: рассказ о том, как война губит в людях всё самое лучшее и светлое. Кто-то из классиков назвал войну «двигателем технического прогресса, но губителем человечьих душ». Автор рассказа просто выразила эту мысль в развернутой литературной форме.

Отличная вещица! Думаю, лучшее в малой форме, что я прочёл за последние годы.

Написано уверенно и точно — видна рука опытного литератора, умеющего свободно рассказывать о задуманном. Простой сюжет подан естественно, без приземлённой пошлости, а характеры персонажей ловко схвачены. Действие разворачивается словно скатерть самобранка — само собой. Приятно смотреть! Смена декораций, диалоги, описания выполнены в обманчиво беглой манере, оставляющей ровно столько подробностей, сколько требуется. Автор отметила своих героев хорошим набором душевных качеств, буквально оживив все действующие лица этого небольшого произведения. Эмоции, порывы, страхи, дела и мечты формируют здесь совершенно особый фон, тонко присутствующий везде — в окружающей природе, в оценке поступков, в отношениях между персонажами.

В рассказе достаточно оригинальных деталей — феномен карликов-предсказателей; непосредственность и спокойствие жителей тихой страны; всеобщая уверенность в преобладании внутреннего человеческого стремления к высокому над сиюминутным; реверсивная, переданная буквально в ощущениях предыстория. Интересно подана предфинальная сцена с несостоявшимся таинственным мстителем и настоящим врагом ярла. Предсказуемый и несколько поспешный конец рассказа хорошо подготовлен основным действием, поэтому не выглядит обыденным.

Эти люди действительно живут, ждут, страшатся, тоскуют, любят. Их наивно-мечтательная, почти романтическая вера в прекрасный Замок на самом деле подкреплена опытом жизни, душевной чистотой и, я бы сказал, житейской праведностью.

Мастерская работа без грана фальши! Сейчас редко кто возвращается к отечественной романтической традиции, так и не оформившейся в советское время в фэнтези. Ларисе Подистовой удалось наверстать упущенное.

Мне очень понравилось это произведение, это даже не рассказ — полноценное произведение.

В любом произведение конец немаловажен — и здесь просто замечательный конец. :pray::pray::pray::smile::smile: Спасибо автору!!!

Ещё одно переосмысление легенды о Гамельнском Крысолове. И, надо сказать, удачное. Автор не подражает никому из предшественников и не заимствует ничьих идей. Рассказ, написанный на тему, о которой, казалось бы, невозможно сказать ничего нового, получился совершенно самостоятельным хотя и слегка назидательным. Впрочем, немецкая романтическая новелла, под которую замаскирован рассказ, и должна быть назидательно-сентиментальной.