Терри Лэмсли «Dark Matters»
В произведение входит: по порядкупо годупо рейтингу
|
||||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
циклы (сворачиваемые)
циклы, сборники, антологии
романы
повести
рассказы
графические произведения + примыкающие, не основные части
Номинации на премии:
номинант |
Британская премия фэнтези / British Fantasy Award, 2001 // Сборник |
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
oldrich, 11 декабря 2011 г.
Гораздо более солидный и ровный сборник рассказов по сравнению с Conference of the Dead, здесь лишь один рассказ можно назвать не совсем удачным и то можно списать на мою нелюбовь к вампирской тематике и традиционным образам в хорроре в целом. Российский читатель может судить о творчестве Лэмсли по единственному переведенному рассказу «Добро пожаловать на больничную койку!» из антологии «Ужасы», который является абсолютно нетипичным для этого писателя кафкианско-фантастическим кошмаром. На самом деле это гораздо более камерный и классический автор, очень аккуратно и в меру добавляющий элементы психоделики и сюрреализма в свои работы.
Dark Matters можно разделить по сюжетной и смысловой направленности на несколько частей: рассказы о доме с привидениями, рассказы о природе как источнике сверхъестественного в духе Мэйчена, Блэквуда и наверное Лавкрафта, социальный комментарий и сатира в сюрреалистической форме и психологический хоррор с неожиданной, переворачивающей все представление о происходящем, концовке. Несмотря на узнаваемость и проработанность таких тем целыми поколениями писателей, Лэмсли благодаря своей особой мрачности мышления и склонности к эксцентричности и иногда психоделике вносит в эти сюжеты изрядную долю уникальности. Его литературный язык стал более отточенным и в хорошем смысле многозначительным, короткие неряшливые фразы, часто проскальзывающие в предудущем сборнике, здесь сведены практически к нулю, автор демонстрирует выверенный классический стиль, рассказывая абсолютно современные истории. Что не претерпело изменений, так это место действия произведений, это все тот же знакомый и милый сердцу Лэмсли тихий уголок Англии, снова ставший по его прихоти и благодаря его фантазии источником самого страшного зла и местом самых причудливых происшествий.
Особенно в творчестве Лэмсли привлекает его обращение к подсознательному, иррациональному страху вопреки сложившейся на западе в XX веке традиции апеллировать к рациональному, бытовому страху, связанному с поверхностным, потребительским отношением общества к жизни. Такими страхами стали угроза личной неприкосновенности, личному и семейному достатку, безопасности, здоровью. Самым ярким представителем такого направления в хорроре является беллетристика Стивена Кинга, заработавшего себе миллионы именно на универсальности своих историй, чьи сюжеты затрагивают фобии большинства населения планеты. В этом направлении добро всегда должно быть отделено от зла и ярко выражены моральные установки героев (проще говоря, читатель должен либо ассоциировать себя с героем, либо противопоставлять себя ему) и конечно для каждой важной загадки должен быть приготовлен ответ. Лэмсли, как до него Эйкман, играет по другим правилам, девиз «одна хорошая тайна достойна тысячи разгадок» подходит к нему абсолютно. Он мыслит и рассказывает истории образами, часто сновидческими, лишенными объяснения и классической логики, что для ленивого читателя является поводом поскорее закрыть книгу, а для пытливого — попытаться проникнуться этой уникальной атмосферой непознаваемости окружающего мира. Как и в Conference of the Dead здесь самое страшная участь для героя — не физические мучения и не смерть, как у авторов-рационалистов, а потеря власти над самим собой, над своим поведением и своим рассудком, а также полное разрушение сложившихся представлений об окружающем мире, о его логике и вообще смысле бытия. В отличие от Эйкмана, у Лэмсли не заметно в творчестве политических и социальных установок, но его отношение к человеку как к переоценивающему свое значение на этой планете существу, на самом деле ничего не понимающему в мироздании и играющему в нем ничтожнейшую роль очевидна. Нельзя сказать, что Лэмсли верит в человека, и многим это может не понравиться.
Теперь пару слов о моем впечатлении от каждого рассказа:
Back in the Dunes — в целом не самый удачный рассказ сборника, напоминает многие параноидальные произведения Рэмси Кэмпбелла, где герою то ли что-то мерещится, то ли происходит на самом деле. Запоминаются неожиданная концовка и живописные и одновременно подсознательно пугающие описание дюн, их зыбкости (как и зыбкость «правды» для героя) которые явно удались Лэмсли.
The Power of The Primitive — гораздо более оригинальный рассказ, несмотря на отголоски в нем Мэйчена, Блэквуда и даже Лавкрафта. Лэмсли облекает языческую форму магии и силу природных стихий в символическую, уникальную, полную загадок, намеков и образов картину сверхъестественного, которая при этом обладает классической выстроенностью и утонченностью, а также современной психологичностью.
The Lost Boy Found — здесь Лэмсли объединяет сюжетный каркас классического «Человека из Прутьев» c финальным твистом в духе Майкла Маршалла Смита. Поражает то, c какой легкостью и виртуозностью Лэмсли демонстрирует читателю трансформацию тихой, банальной деревни в место действия ярчайшего, полного необъяснимых ходов праздника/спектакля. Калейдоскоп фантастических образов, рожденных талантом Лэмсли, блестяще венчает неожиданно реалистическая, но по-своему ошеломляющая и запоминающаяся концовка.
The Walls — в этом рассказе так же сюжетно можно найти много общего с Кэмпбеллом, но вместо корявого языка последнего перед нами утонченные диалоги с социальной подоплекой и едва заметной иронией, а также полноценными героями, а не шаблонными фигурами. Если заранее посмотреть в Гугле фотографии заброшенных шахт в Дербишире, то можно получить более яркий эффект от прочтения.Как и в Power of The Primitive зло здесь носит языческий или даже дочеловеческий характер.
Suburban Blight — второй опыт Лэмсли в своеобразной фантастике после жутчайшего и навсегда запомнившегося Walking The Dog из предыдущего сборника. Этот рассказ чуть разбавленнее за счет явной сатиричности и мизантропии автора, но так же ярок своими образами, особенно превращением старой подслеповатой собачонки в нечто невообразимое, хотя бы ради этого стоит прочесть данный рассказ. В очередной раз можно заметить, что Лэмсли не оставляет никакой надежды человечеству и вообще видимо считает, что ценность человека слегка преувеличена.
An Evening with Harrod — рассказ написан явно под влиянием The Hospice Эйкмана, но я никогда не возражал, если автор пытается из образцов лучшего создать что-то свое. Так и здесь оставив на месте эксцентричность героев и загадочность событий, найденную у Эйкмана, от себя Лэмсли добавляет социальную подоплеку в виде сюрреалистических образов (не зря в предисловии, говоря об An Evening with Harrod, автор вспоминает Диккенса и Достоевского), а вместо благополучного финала отправляет своего героя в неизведанное, но явно неприятное будущее.
The Stunted House — интересный своим центральным образом — странным домом, в остальном это читабельный, но пожалуй одноразовый рассказ. Наверное, самый незапоминающийся рассказ в сборнике ибо таких же сюжетов в антологиях того же Стивена Джонса можно найти по паре в каждом томе.
The Snug — в принципе, по форме это классический мистический жанр о доме с привидениями (правда в данном случае это старинный паб), но Лэмсли добавляет к нему множество своих «неуютных» деталей, начиная даже с описания компании собравшейся в пабе (полоумные старики из дома престарелых), к которой автор явно относится с непонятной оторопью и даже неприязнью (судя по предисловию причина кроется в личном опыте). Кроме этого, Лэмсли опять упоминает о теме, идущей красной нитью по сборнику, языческой магии и неподдающейся человеческому осознанию силе, таящейся где-то поблизости до поры до времени. Особенно примечательно описание финального проявления сверхъественного, лишенное деталей из-за темноты и подающееся жутками вспышками из-за чего «страшный» эффект многократно усиливается.
Climbing Down from Heaven — на мой вкус самый лучший и самый примечательный рассказ сборника (не зря потрясающую иллюстрацию его ключевой сцены поместили на обложку книги). К этому рассказу, как и к «Тетушке Ситона» Де ла Мара и к целому ряду произведений Эйкмана очень подходит цитата из нового сборника Регги Оливера: «Вы всегда хотите объяснения происходящему, не так ли? А что если объяснения нет? Или оно есть, но я не смогу заставить вас его понять даже за миллион лет? Что если в английском языке просто нет слов, способных дать это объяснение?» Начинающаяся как банальная бытовая история о двух уже давно не юных сестрах (успешной и неудачнице), обитающих в одном доме и их знакомстве с новым соседом, далее рассказ превращается в череду странных снов и еще более странных сцен наяву, а венчает его сцена уникальной фантазии и образности, которая открыта миллиону интерпретаций и которая до сих пор не дает мне покоя.
Volunteers — после предыдущего рассказа любому было бы непросто удержать планку качества, но все равно история о женщине-волонтере, попавшей в ловушку хитроумного плана, смотрится скорее как достаточно удачный эпизод «Баек из склепа», чем как произведение Лэмсли, тем более в таком солидном сборнике.
Getting a Life — история о странных посмертных желаниях двух призраков подана с совершенно необычного угла зрения. Мотив обреченности на изощренные уникальные муки и размышления о грани между между человеческой слабостью и человеческой подлостью, являющиеся фирменным знаком творчества Лэмсли здесь присутствуют в очень наглядном виде. Как и все творчество Лэмсли, этот рассказ не универсальная «пугалка», но если подойти к нему в нужном настроении, он оказывает очень глубокое воздействие и открывает такому читателю сокрытые за внешними образами мотивы и коннотации.