FantLab ru

Уильям Фолкнер «Когда я умирала»

Рейтинг
Средняя оценка:
7.97
Голосов:
44
Моя оценка:
-

подробнее

Когда я умирала

As I Lay Dying

Другие названия: Когда настал мой час

Роман, год; цикл «Йокнапатофская сага»

Аннотация:

Роман, оказавший серьезное влияние на всю американскую литературу. Классика XX века. Глубокий Юг, каким видел, знал, любил и ненавидел его Фолкнер. Земля, где за тщательно побеленными фасадами старинных фермерских усадеб скрываются семейные тайны, кипят разрушительные страсти, ломаются судьбы и совершаются преступления… «Когда я умирала» — роман-одиссея о десяти днях жизни фермеров Бандренов, которые собрались на похороны матери семейства Адди. Уникальность произведения заключается в том, что в нем нет ни слова авторской речи. Весь сюжет представляет собой цепь монологов четырнадцати персонажей, среди которых и незабываемый монолог самой Адди…

Примечание:

Первый перевод: Фолкнер, Уильям. Когда настал мой час: Роман. Перевод с английского Галины Усовой. — журнал «Неман», 1978, ##7-8.


Входит в:


Экранизации:

«Когда я умирала» / «As I Lay Dying» 2013, США, реж: Джеймс Франко




Издания: ВСЕ (6)
/языки:
русский (6)
/тип:
книги (6)
/перевод:
В. Голышев (6)

Когда я умирала. Свет в августе
1994 г.
Когда я умирала. Свет в августе
1999 г.
Том 2
2001 г.
Притча
2002 г.
Том 2
2008 г.
Когда я умирала
2017 г.





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  11  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Из всей любимой мной классики Фолкнер для меня больше всех нуждается в толковании. Мораль Стейнбека, к чему он ведет, в принципе понятна. Но с Фолкнером всегда есть какой-то подвох, и чувствуется, что не так уж он жалеет своих героев, не так уж одобряет, и христианство их сомнительное, и семейные ценности их сомнительные. Причем это дается настолько тонко, что нельзя толком указать на место в тексте, которое позволяет однозначно судить о герое — плохой или хороший. «Когда я умирала» — отличный пример такого подвоха.

В семье американских фермеров умирает мать. Тема сама по себе достаточная для романа, во всяком случае, для романа по-фолкнеровски. Но здесь это только начало. Оказывается, отец обещал похоронить ее в другом районе, вместе с ее родственниками, так что они заколачивают гроб, садятся в повозку и везут ее черт-те куда. И это можно понять, бог с ним, каждый имеет право, чтобы родственники выполнили его последнюю волю.

Но здесь — до абсурда. Собственно, на отвезении тела куда-то на похороны наставивает отец, а дети (некоторые — вполне взрослые) покоряются его воле. Скорее по привычке, чем из «христианского смирения» — в конце концов, отцу должно быть виднее. А вот дальше — все по принципу «учи дурака богу молиться, он лоб себе разобьет». Герои тыкаются и мыкаются, и со всем-то им не везет, причем не везет совершенно фатально. То самый младший ребенок немного сошел с ума (впрочем, этого никто не замечает, потому что никому нет дела), то они утопили повозку вместе с мулами, гробом и собой, пытаясь перебраться через разлившуюся реку вброд. Если поначалу их еще немного жалко, то дальше уже хочется просто пристрелить, чтобы не мучались и не позорили своими личинами род человеческий.

И — как всегда — потрясающее изображение всех этих безумных происшествий *изнутри*. Каждый из участников и посторонних лиц периодически становится репортером, причем отличить по-настоящему безумных от более ли менее нормальных не представляется возможным. Как в «Шуме и ярости»: поток сознания, причем раскрывается только внутреннее мироощущение героя, а о происходящих с ним событиях мы узнаем только от других репортеров. Манера письма, которая немного сводит с ума читателей; захватывающее, невероятно красивое безумие, как водоворот, и не важно, Ниагара это или деревенская мутная речка, разлившаяся от дождей. Люди тонут, люди теряют контроль над своей жизнью, и у них уже нет сил бороться с другими людьми.

А в конце Фолкнер наносит последний удар. И я наконец твердо уверилась в том, в чем изначально сомневалась: кто на какой стороне. Потому что весь текст — просто наглядная иллюстрация, как ублюдки-родители, которых следовало бы стерилизовать в младенчестве, могут искалечить жизнь своим детям. Искалечить в обоих смыслах слова, причем. При этом оставаясь в полной уверенности, что они имеют на это право, ведь они же их родили, воспитывали, ночей не спали и тд. Очень жестоко и очень мерзко. Несчастные заброшенные дети, с горем пополам добравшиеся до места назначения и похоронившие свою мать, в итоге узнают, что ехали они туда вовсе не за этим.

И если Стейнбек пишет про моральные метания и проступки людей, которых еще можно понять и простить, людей, чье предательство не разрушает целого, семьи, общества, то Фолкнер подрывает самые основы этих ценностей. У Стейнбека запутавшиеся, усталые дети могут предать родителей, у Фолкнера родители ничтоже сумняшеся предают детей, а это уже за гранью.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Когда я умирала», на мой взгляд, самая настоящая черная комедия в духе братьев Коэн.. Правильнее будет сказать, что фильмы братьев Коэн, словно списаны с этого сюжета Фолкнера.. И если по началу о жанровой принадлежности книги только начинаешь догадываться, в эпизоде, где Кэш показывает стоящей у окна матери свежевыструганные доски для её же гроба, то начиная с эпизода, в котором отец заливает сломанную ногу сына цементом, уже невозможно удержаться от смеха.. Настолько абсурдными, до идиотизма, выглядят все злоключения этого деревенского семейства. Хорошая книга для начала знакомства с творчеством Фолкнера..

Оценка: 8
–  [  1  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Очень тяжело было продираться через эти мысленные, такие недосказанные и сбивчивые, монологи поначалу. За первые два дня я одолела не более 30 электронных страниц. Но постепенно войдя в ритм этого хора голосов, я уже с трудом отрывалась от книги, чем дальше, тем с большим напряжением следя за происходящим.

Отношение к смерти Адди, матери и жены, может и кажется странным сначала, но потом понимаешь, что другим оно быть не могло. Этим людям не до ахов-охов. Смерть придет за каждым, для умирающего — она избавление, и именно так ее и воспринимают — отмучилась. Они переживали ее смерть в душе, каждый по-своему, но все философски, и только для самого младшего Вардамана как будто что-то в мире перевернулось, просто потому что он еще ребенок и до этого философского отношения к жизни еще не созрел. Но вот обещание похоронить Адди, как она хотела, для всех них столь свято, что выполняя ее волю, они снова и снова теряют что-то или кого-то. И вот это жутко, это бессмысленно (для меня, но не для них), жестоко.

Если сначала мне казалось, что все герои думают очень похоже, что в мыслях не угадываются разные люди, то потом я поняла, что все они одного круга, что жизнь их очень похожа, а потому и образ мыслей, а еще дальше я увидела и характерные особенности каждого в их мысленных монологах.

Кеш поначалу показался мне чуть ли не умственно отсталым, как-то ни о чем, кроме своего ремесла он не думал, ни о чем, кроме своих инструментов не беспокоился. Но последние два его монолога все перевернули: Кеш просто прагматичен и очень рассудителен. Да и что еще он мог сделать хорошего для матери напоследок, если не гроб, и делал он его на совесть.

Кора — несколько злобная ворчунья, навязывающая без толку свое общество соседям, почему-то имеющая склонность к Дарлу и невзлюбившая Джула настолько, что сама себе перевирает события и меняет в них роли братьев.

Пибоди, как самый образованный, отличается и самыми связными мыслями.

Уитфилд — ханжа до мозга костей, который даже сам себе боится признаться в истинной причине, почему он отправился к Бандренам, и как же ему полегчало, что Адди ничего не рассказала.

Адди — темная лошадка, жила сама в себе. Ее жизнь была разделена на две: внешняя, обыкновенная, видная всем и ее внутренняя, которая и в голову никому не приходила. «Смысл жизни — готовиться к тому, чтобы быть мертвым». Эти слова своего отца Адди в разные периоды жизни понимала по-разному, но всегда жила соглашаясь с ними. Она любила своих детей как-то по-своему, по-животному что ли (хотя у меня есть сомнения, что она любила Дюи Дэлл и Вардамана), но только ее любовь к Джулу была для всех очевидна. И странно, что слова ее о Джуле оказались пророческими: «Он мой крест и будет моим спасением. Он спасет меня от воды и от огня. И хоть сгубила я жизнь свою, он меня спасет.»

А Джул — единственный, кто любил мать, ощущая свое единство с ней, на каком-то чувственно-эмоциональном уровне. Так вышло, что он не подошел к ней, не взглянул на нее перед ее смертью, потому что они были не одни. Для Коры это было проявление безразличия, где же ей было понять, что она как стервятник ждет смерти Адди, что все, даже братья и сестра, мешают Джулу побыть с матерью, что не в его власти избавить ее и себя от всех них.

Дарл всегда казался соседям чудаковатым, он и мыслит наиболее образно и сложно, в нем явно угадывается как практичность, так и творческое начало, особая душевная организация, поэтому, возможно, он и не выдерживает и срывается в конце, сходит с ума (а сходит ли? последние его мысли больше похожи на панический страх перед будущим, на внутреннее перенапряжение, а не на лишение разума).

Гроб везут 10 дней, все воротят нос от их повозки, над ними летают грифы, но странно, что ни у одного члена семьи Бандренов не возникает мысли о трупной вони

И хотя все соседи считают Анса неудачником, он в этой истории оказался на коне: и жену похоронил согласно ее воле, и утопших мулов заменил на других, и зубы вставил, и новую жену нашел (вот где я глазам не поверила, хотя медлить ему, конечно, смысла не было: без жены он себя не представлял, а где бы он ее взял, если бы не воспользовался этой поездкой в город; а вот как женщина так быстро решилась, да еще на ферму из города уехать? неужто давно знала Анса?). А вот все другие члены его семьи — только теряют.

Оценка: 9


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх